Решение по делу № 2А-1407/2021 от 29.08.2022 - о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Дело №2а-1407/2021

УИД: 58RS0008-01-2022-002539-16

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Пенза 29 августа 2022 года

Железнодорожный районный суд города Пензы в составе:

председательствующего судьи Сергеевой М.А.,

при секретаре Тюгаевой А.У.,

с участием переводчика Т.Н.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Пензе административное исковое заявление ФИО1 к ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным административным исковым заявлением к ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, ФСИН России, указав, что на основании постановлений начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области от 14.06.2019, 12.09.2019, 11.11.2019, 11.12.2019, 10.01.2020, 10.02.2020, 20.02.2020 он незаконно содержался в ШИЗО 267 суток, все действия начальника колонии признаны незаконными прокурором, о чем вынесено представление от 29.07.2020, в котором говорится, что он незаконно содержался в ШИЗО около 9 месяцев. В указанное время он содержался в нечеловеческих условиях, в течение 267 суток у него отсутствовали: телевизор, другие осужденные, игры, была маленькая площадь, отсутствовало зеркало, матрас изымался, был маленький прогулочный дворик, он находился постоянно один в камере, туалет находился возле стола для приема пищи, матрас каждый день таскал, условия жизни ничем не отличались от условий жизни в штрафном изоляторе. Ссылаясь на ст.ст. 1, 227.1 КАС РФ, просил взыскать с ФСИН России в его пользу компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в исправительном учреждении в размере 7000000 рублей за то, что в течение 267 суток незаконно нарушались условия содержания в ИК-1 г.Пензы.

25.07.2022 от административного истца ФИО1 поступило дополнительное исковое заявление, в котором он просил приобщить реквизиты для перечисления денежных средств.

Протокольным определением от 05.08.2022 к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено УФСИН России по Пензенской области.

Административный истец ФИО1, отбывающий наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Пензенской области, участвующий в судебном разбирательстве посредством видеоконференцсвязи, в судебном заседании административный иск поддержал, подтвердив обстоятельства, изложенные в иске. При этом уточнил, что в иске допущена описка: в течение 267 суток незаконно нарушались условия содержания в ИК-4 г.Пензы, а не в ИК-1 г.Пензы, кроме того, просил рассматривать период с 14.06.2019 по 06.03.2020, из которого исключить 40 суток - с 01.08.2019 по 10.09.2019, когда он содержался в СИЗО-1 г.Пензы, то есть 227 дней. Дополнительно пояснил, что сотрудники колонии утверждают, что помещали его в безопасное место, но он содержался в ШИЗО, что является грубейшим нарушением условий содержания осужденного и основанием для компенсации. Длительное время его содержали в нечеловеческих условиях, он не мог играть, выходить на прогулки, прием пищи у него был возле туалета. Полагает, что туалет должен отдельно находиться от стола для приема пищи, кроме того, осужденный не должен перемещать матрас, прогулки должны были быть со всеми осужденными, чтобы было общение. К администрации учреждения о предоставлении возможности пользоваться телевизором, настольными играми он не обращался, но данными условиями должен был быть обеспечен без заявления. Возможность просмотра телевизора и играть в настольные игры ему не предоставлялась, за все время он лишь раз смотрел телевизор, во время длительного свидания с матерью. При этом какой-либо компенсации за отсутствие телевизора и настольных игр администрация учреждения ему не предлагала.

Представитель административного ответчика ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области ФИО2 в судебном заседании с административным иском не согласилась, просила в его удовлетворении отказать, представила письменные возражения на иск, согласно которым, помимо прочего, ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-4 23.03.2017, где был помещен в карантин до 29.03.2017. На основании постановления начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Пензенской области от 05.02.2016 Фазылов был переведен на строгие условия отбывания наказания. Таким образом, ФИО1 на территории ФКУ ИК-4 мог находиться только в помещении СУОН (строгие условия отбывания наказания). Однако в связи с конфликтной ситуацией, которая могла отрицательно сказаться на личной безопасности осужденного ФИО1,, он в период отбывания наказания в ФКУ ИК-4 несколько раз переводился в безопасное место: с 14.06.2019 по 12.09.2019; с 12.09.2019 по 11.11.2019; с 11.11.2019 по 11.12.2019; с 11.12.2019 по 10.01.2020; с 10.01.2020 по 09.02.2020; с 02.2020 по 10.02.2020; с 10.02.2020 по 20.02.2020; с 20.02.2020 по 06.03.2020. Пребывание в камерах ШИЗО, ПКТ осужденным Фазыловым было обосновано условиями его содержания, установленными постановлением начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Пензенской области от 05.02.2016, а также постановлениями начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области о помещении осужденного ФИО1 в безопасное место. Таким образом, содержание осужденного ФИО1 в помещении ШИЗО ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области по постановлениям о помещении его в безопасное место являлось обоснованным, не противоречащим нормам действующего уголовно-исполнительного законодательства и не унижающим человеческое достоинство. Осужденный ФИО1 прав, предусмотренных ст.123 УИК РФ, не лишался и не ограничивался. В соответствии с приказами начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области «О распорядке дня осужденных» от 22.01.2018 и 20.03.2020 осужденным, отбывающим наказание в помещении отряда СУОН, предоставляется прогулка в течение 1,5 часов. Согласно данным приказам прогулка для осужденных, содержащихся в штрафном изоляторе и помещении камерного типа, предоставляется им также на 1,5 часа. В дневное время осужденные находятся в помещениях, раздельных от спальных помещений. Уборка прогулочного двора и данных помещений возлагается поочередно на каждого осужденного. Таким образом, указанные в исковом заявлении осужденного ФИО1 доводы о том, что у него ежедневно незаконно изымался матрас, являются необоснованными. Осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях отбывания наказания, в дневное время также лишены возможности использовать кровати, которые находятся в запираемом помещении. Прогулки осужденных, содержащихся в СУОН, осуществляются в прогулочном дворике, не позволяющем данной категории осужденных общаться с другими осужденными. Оборудование данного прогулочного дворика не отличается от прогулочного дворика, оборудованного при помещении ШИЗО, ПКТ. Длительность прогулки в отряде СУОН не отличается от длительности прогулки в ШИЗО, ПКТ. Применение к осужденному ФИО1 такой меры, как помещение в безопасное место, было обосновано поступлением в оперативный отдел информации о том, что в отношении осужденного ФИО1 может быть совершено преступление, а именно: осужденные СУОН намереваются учинить над ФИО1 физическую расправу в связи с несоответствием поведения ФИО1 тюремному укладу. В сложившихся обстоятельствах администрацией колонии были приняты все необходимые меры по обеспечению безопасности осужденного ФИО1 Постановления о помещении осужденного ФИО1 в безопасное место выносились на срок, не превышающий 90 суток, следовательно, не могут быть оценены как вынесенные с нарушением норм действующего уголовно-исполнительного законодательства. Перевод осужденного ФИО1 в другое исправительное учреждение в пределах Пензенской области был невозможен. Условия содержания, в которых осужденный ФИО1 находился при помещении его в безопасное место, соответствовали условиям на строгих условиях содержания. Камера ШИЗО № 20, в которой находился осужденный ФИО1, оборудована столом и зеркалом в соответствии с установленными требованиями. В помещении ШИЗО, ПКТ осужденные, у которых отсутствуют ограничения по режиму содержания, могут по заявлению получать книги, настольные игры, пользоваться магазином для приобретения продуктов питания. Считает необоснованными ссылки истца на вынесенное Пензенской прокуратурой за соблюдением законов в исправительных учреждениях представление о незаконности содержания осужденного ФИО1 в безопасном месте. Данное представление Пензенского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях не отменяет вынесенных начальником учреждения представлений о помещении осужденного ФИО1 в безопасное место и не признает помещение его в безопасное место незаконным и необоснованным. Данное представление вынесено в связи с непереводом осужденного ФИО1 в другое исправительное учреждение, хотя данных, свидетельствующих об устранении угрозы личной безопасности, не имелось, и угроза жизни и здоровью осужденного ФИО1 сохранялась. ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области возражает против доводов истца о том, что при содержании в ШИЗО были нарушены его права в части обеспечения жилой площадью и площадью прогулочного дворика. В соответствии с данными технических паспортов ШИЗО, ПКТ и СУОН, площадь камеры ШИЗО № 20 составляет 5,61 кв. м, площадь прогулочного дворика составляет 15,2 кв. м. Осужденный ФИО1, содержался в данной камере один, следовательно, на одного осужденного было выделено 5,61 кв. м. жилой площади. Площадь прогулочного дворика ШИЗО, ПКТ составляет, в соответствии со сравнительной характеристикой помещений ШИЗО, ПКТ и помещений СУОН ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, подготовленной заместителем начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, курирующим вопросы тылового обеспечения, 15,2 кв. м. В связи с тем, что в ШИЗО, ПКТ прогулка осужденных осуществляется покамерно, осужденный ФИО1, содержащийся в камере один, на прогулку выводился также один. Следовательно, на одного осужденного выделяется 15,2 кв. м. площади прогулочного дворика. В соответствии со справочной информацией о площади отряда СУОН и ШИЗО, ПКТ, с учетом содержания в отряде СУОН осужденного ФИО1, предоставленной заместителем начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, курирующим вопросы тылового обеспечения, занимаемая осужденным ФИО1 площадь в отряде СУОН была бы меньше, чем в камере ШИЗО № 20, в связи с учетом количества содержащихся там осужденных, на протяжении 96 дней. Условия содержания осужденного ФИО1 в части обеспечение его площадью в спальном помещении отряда СУОН отличались бы в лучшую сторону на протяжении 41 дня. Следует отметить, что обеспечение площадью в других помещениях, в том числе в прогулочном дворике, в этот период были хуже, чем в помещении ШИЗО, ПКТ. Так как спальное помещение отряда СУОН используется только в ночное время для сна осужденных, а в дневное время запирается, ФКУ ИК-4 считает, что предоставление меньшей площади в камере ШИЗО № 20 в ночное время не влечет каких-либо ограничений для осужденного ФИО1. Условия содержания осужденного ФИО1 в части обеспечения его площадью в спальном помещении отряда СУОН и комнате воспитательной работы отряда СУОН отличались бы в лучшую сторону на протяжении 35 дней. Следует отметить, что обеспечение площадью в других помещениях, в том числе в прогулочном дворике, в этот период были хуже, чем в помещении ШИЗО, ПКТ. ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области считает, что рассчитывать период, в который, как считает осужденный ФИО1, нарушались условия его содержания в камере ШИЗО № 20, необходимо с 13 сентября 2019 года, так как постановление начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области о помещении осужденного ФИО1 в безопасное место от 14.06.2019 на срок 90 суток не было признано нарушающим его права. Полагала, что проведение сравнительного анализа условий содержания в ШИЗО и СУОН ФКУ ИК-4 У ФСИН России по Пензенской области не приведет к правильному разрешению данного дела. Пребывание осужденного ФИО1 в ШИЗО в безопасном месте было обоснованным и не противоречило требованиям уголовно-исполнительного законодательства, кроме того, данная мера была единственно возможной для обеспечения безопасности жизни и здоровья осужденного ФИО1. Полагала, что ФИО1 были пропущены сроки обращения в суд с административным исковым заявлением о нарушении условий содержания в ШИЗО ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области с 14.06.2019 по 06.03.2020. Что касается требований ФИО1 о том, что он не имел возможности играть, находиться в коллективе с другими осужденными, считаем, что он помещен в ШИЗО в целях соблюдения его личной безопасности, он должен находиться от других осужденных на расстоянии, чтобы его личной безопасности ничего не угрожало, игры и книги он имел возможность по своему заявлению просить в ШИЗО. Просила в удовлетворении исковых требований отказать, в том числе в связи с пропуском срока на обращение в суд.

Представитель административного ответчика ФСИН России, а также заинтересованного лица УФСИН России по Пензенской области ФИО3 в судебном заседании с административным иском не согласилась, просила в его удовлетворении отказать, представила письменные возражения на иск, дополнительные возражения на иск, согласно которым, помимо прочего, условия содержания в безопасном месте осужденного ФИО1 в камере штрафного изолятора соответствовали требованиям законодательства РФ, так как ему не были запрещены свидания, приобретение продуктов питания, получение посылок или передач и бандеролей, пользование ежедневной прогулкой продолжительностью полтора часа, так как его содержание в ШИЗО не являлось наказанием. Его условия соответствовали условиям отбывания наказания в строгих условиях в исправительных колониях строгого режима. Кроме того, приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 утверждены нормы обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы уголовно-исполнительной системы. Согласно указанным нормам телевизором должна быть оборудована комната отдыха в общежитии. Также, согласно нормам обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы уголовно-исполнительной системы, утвержденным приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512, камеры штрафного изолятора оборудуются: откидной металлической кроватью с деревянным покрытием в количестве 1 штуки на человека; столом для приема пищи в количестве 1 штуки; тумбой для сидения в количестве 1 штуки на человека; умывальником (рукомойником) в количестве 1 штуки на камеру. То есть, оборудование камер штрафного изолятора телевизором законом не предусмотрена. Также необходимо обратить внимание на тот факт, что решением Железнодорожного районного суда г. Пензы от 23.12.2021 по административному делу № 2-1813/2021 по административному иску ФИО1 к ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, У ФСИН России по Пензенской области, Министерству финансов Российской Федерации, УФК по Пензенской области, ФСИН России о признании постановлений о переводе в безопасное место и взыскании компенсации морального вреда, в порядке статьи 227.1 КАС РФ, то есть за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации взыскана компенсация в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей. На основании изложенного, ФСИН России и УФСИН России по Пензенской области считают, что осужденный ФИО1 содержался в безопасном месте в камере ШИЗО в надлежащих условиях, и его права не были нарушены. При подаче административного искового заявления ФИО1 пропущен срок обращения в суд, предусмотренный статьей 219 КАС РФ, поскольку о возможном нарушении своего права административному истцу стало известно в период с 14.06.2019 по 05.03.2020, то есть в период нахождения в безопасном месте - камере штрафного изолятора по постановлениям от 14.06.2019, 12.09.2019, 11.11.2019, 11.12.2019, 10.01.2020, 10.02.2020,20.02.2020. Факт пропуска административным истцом ФИО1 установленного ст. 219 КАС РФ срока на обращение в суд установлен в решении Железнодорожного районного суда г. Пензы от 23.12.2021, апелляционном определении судебной коллегии по административным делам Пензенского областного суда от 24.03.2022 и определении судебной коллегии по административным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 20.06.2022 по административному делу № 2а-1813/2021 по административному иску ФИО1 к ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, УФСИН России по Пензенской области, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пензенской области, Федеральной службе исполнения наказаний о признании незаконными постановлений о переводе в безопасное место и взыскании компенсации морального вреда. На основании изложенного просила суд административные исковые требования ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пензенской области», Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации за нарушение условий содержания, оставить без удовлетворения, в том числе в связи с пропуском административным истцом срока на обращение в суд.

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы настоящего дела, надзорного производства №181ж-015, административного дела №2а-1709/2021, административного дела №2а-1813/2021, личного дела ФИО1, суд приходит к следующему.

В силу положений ст. 46 Конституции РФ и ст. 218 КАС РФ граждане вправе обратиться в суд за защитой своих прав и свобод с заявлением об оспаривании решений, действий (бездействия) органов власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, в результате которых, по мнению указанных лиц, были нарушены их права и свободы или созданы препятствия к осуществлению ими прав и свобод либо на них незаконно возложена какая – либо обязанность или они незаконно привлечены к ответственности.

Согласно ч. 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Судом установлено, и следует из материалов дела, что административный истец ФИО1 приговором Таганского районного суда г. Москвы от 13.05.2013 осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 105, ч.1 ст. 158 УК РФ, на основании ч.3 ст. 69 УК РФ ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом 8 000 руб., в соответствии ст. 71 ч. 2 УК РФ – наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно.

Осужденный ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Пензенской области, где отбывал наказание с 05.09.2013.

23.01.2015 осужденный переведен из ФКУ ИК-1 УФСИН России по Пензенской области в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области.

Постановлением начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Пензенской области от 05.02.2016 ФИО1 переведен в строгие условия отбывания наказания.

23.03.2017 ФИО1 переведен в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области.

28.01.2021 ФИО1 переведен в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Пензенской области.

Из материалов личного дела осужденного следует, ФИО1 за весь период отбывания наказания неоднократно допускал нарушения режима содержания и ПВР ИУ, за что неоднократно привлекался к дисциплинарной ответственности, поощрений не имеет.

Исходя из ч. 1 ст. 82 УИК РФ режим в исправительных учреждениях - это установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

В соответствии с ч. 1 ст. 13 УИК РФ осужденные имеют право на личную безопасность.

При возникновении угрозы личной безопасности осужденного он вправе обратиться с заявлением к любому должностному лицу учреждения, исполняющего наказания в виде принудительных работ, ареста или лишения свободы, с просьбой об обеспечении личной безопасности. В этом случае указанное должностное лицо обязано незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности обратившегося осужденного (ч. 2 ст. 13 УИК РФ).

Начальник учреждения, исполняющего указанные в ч. 2 настоящей статьи виды наказаний, по заявлению осужденного либо по собственной инициативе принимает решение о переводе осужденного в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу личной безопасности осужденного (ч. 3 ст. 13 УИК РФ).

По общему правилу, осужденные к лишению свободы, за исключением лиц, указанных в ч. 4 ст. 73 УИК РФ, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены; осужденные к лишению свободы отбывают весь срок наказания в одном исправительном учреждении либо следственном изоляторе в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены, в том числе в случае назначения им в период отбывания лишения свободы нового наказания, если при этом судом не изменен вид исправительного учреждения (ч. 1 ст. 73 и ч. 1 ст.81 УИК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 81 УИК РФ перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении; вопрос о переводе осужденных рассматривается при наличии вышеуказанных оснований по заявлению осужденных и (или) их родственников либо при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении по рапорту начальника исправительного учреждения.

Аналогичные положения изложены в Правилах внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295 (далее - Правила № 295) и действовавших в период возникновения спорных правоотношений.

В силу пункта 184 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295, при возникновении угрозы личной безопасности осужденного со стороны других осужденных и иных лиц он вправе обратиться с устным или письменным заявлением к администрации ИУ, которая обязана незамедлительно принять меры по обеспечению его личной безопасности.

Пунктом 185 Правил № 295 предусмотрено, что начальник ИУ либо лицо, его замещающее, по такому заявлению либо по собственной инициативе принимает решение о переводе в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу личной безопасности осужденного.

Согласно пункту 187 Правил № 295 перевод такого лица в безопасное место производится по постановлению начальника ИУ на срок не свыше 90 суток, в случаях, не терпящих отлагательства, - дежурного помощника начальника ИУ до прихода начальника ИУ либо лица, его замещающего, но не более чем на 24 часа. В выходные и праздничные дни дежурный помощник начальника ИУ может продлить срок содержания в безопасном месте еще на 24 часа.

В случае безуспешности перечисленных выше мер по обеспечению личной безопасности осужденного начальником ИУ принимается решение о его переводе в другое ИУ в установленном порядке (переводе лиц, угрожающих личной безопасности осужденного) (п.190 Правил).

Постановлениями начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области от 14.06.2019, 12.09.2019, 11.11.2019, 11.12.2019, 10.01.2020, 10.02.2020, 20.02.2020 ФИО1 для обеспечения личной безопасности переводился в безопасное место.

Согласно материалам личного дела в период нахождения в безопасном месте с 14.06.2019 по 06.03.2020 осужденный ФИО1 содержался только в камере ШИЗО №20.

В период с 01.08.2019 по 10.09.2019 ФИО1 этапирован в СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, то есть из безопасного места был перемещен, что не оспаривалось сторонами в ходе судебного разбирательства, а также усматривается из материалов личного дела.

Согласно ч.2 ст.64 КАС РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Решением Железнодорожного районного суда г.Пензы от 23.12.2021, вынесенным по административному делу по административному иску ФИО1 к ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, УФСИН России по Пензенской области, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пензенской области, Федеральной службе исполнения наказаний, о признании постановлений о переводе в безопасное место и взыскании компенсации морального вреда, оставленным без изменения апелляционным определением Пензенского областного суда от 24.03.2022 и вступившим, тем самым, в законную силу, установлено, что проверкой, проведенной Пензенской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области по обращению осужденного ФИО1, установлено, что, вопреки требованиям п. 187, 190 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста РФ от 16.12.2016 № 294 № 295, администрацией ИК – 4 работа по принятию мер, устраняющих угрозу личной безопасности, осуществляется ненадлежащим образом, осужденный ФИО1 14.06.2019 был помещен в безопасное место – камеру штрафного изолятора в связи с имеющейся угрозой его жизни и здоровью, при этом данных, свидетельствующих об устранении угрозы личной безопасности ФИО1, не имелось, несмотря на то, что проведенные оперативные и профилактические мероприятия, направленные на локализацию конфликтной ситуации, положительного результата не дали, в нарушение п. 190 Правил решение о переводе ФИО1 в другое исправительное учреждение в установленном порядке не было принято, что существенным образом на протяжении около 9 месяцев нарушало права осужденного.

Процессуальным итогом проведенной проверки явилось представление прокурора Пензенской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 29.07.2020.

Указанным решением также установлено, что постановление начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области от 14.06.2019 о помещении ФИО1 в безопасное место является законным и обоснованным. При этом содержание ФИО1 в безопасном месте после истечение 90 дней, то есть после 23.10.2019, является незаконным, поскольку противоречит положениям пункта 187 Правил № 295.

Таким образом, оспариваемые постановления от 12.09.2019 (в части превышающей срок пребывания осужденного в безопасном месте свыше 90 суток), 11.11.2019, 11.12.2019, 10.01.2020, 10.02.2020, 20.02.2020 признаны указанным решением суда незаконными, повлекшими нарушение прав осужденного – административного истца ФИО1, содержанием в безопасном месте свыше 90 суток.

При этом исковые требования ФИО1 к ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, УФСИН России по Пензенской области о признании незаконными постановлений от 14.06.2019, 12.09.2019, 11.11.2019, 11.12.2019, 10.01.2020, 10.02.2020, 20.02.2020 оставлены без удовлетворения в связи с пропуском ФИО1 срока обращения в суд и отказом в удовлетворении ходатайства о его восстановлении; одновременно в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации взыскана компенсация в размере 20 000 с учетом установленных по делу обстоятельств, продолжительности периода незаконного нахождения осужденного ФИО1 в период его содержания в исправительном учреждении ФКУ ИК – 4 УФСИН России в безопасном месте (ШИЗО).

Кроме того, решением Железнодорожного районного суда г.Пензы от 02.12.2021, оставленным без изменения апелляционным определением Пензенского областного суда от 11.03.2022 и вступившим, тем самым, в законную силу, административное исковое заявление ФИО1 к начальнику ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, УФСИН России по Пензенской области, ФСИН России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими оставлено без удовлетворения.

Предметом исследования по указанному делу являлись условия содержания осужденного ФИО1 в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области в период с 23.03.2017 по 28.01.2021, включая периоды нахождения в безопасном месте с 14.06.2019 по 12.09.2019; с 12.09.2019 по 11.11.2019; с 11.11.2019 по 11.12.2019; с 11.12.2019 по 10.01.2020; с 10.01.2020 по 09.02.2020; с 09.02.2020 по 10.02.2020; с 10.02.2020 по 20.02.2020; с 20.02.2020 по 06.03.2020, при этом судом проверялись требования административного истца, касающиеся содержания в камере одиночно, сырость в камере, вонь, нечеловеческие условия, отсутствие умывальника, сломанный пол, отсутствие окна и вентиляции, сушилки, горячей воды.

В настоящее время административный истец, обращаясь в суд с административным иском, ссылается на нарушения условий содержания в безопасном месте в период с 14.06.2019 по 06.03.2020 (за исключением периода содержания в СИЗО №1 УФСИН России по Пензенской области с 01.08.2019 по 10.09.2019), то есть на протяжении 227 суток, указывает, что на протяжении всего названного времени условия его содержания ничем не отличались от условий содержания в ШИЗО, в частности, у него отсутствовали: телевизор, игры, площадь камеры и прогулочного дворика была мала, в камере отсутствовало зеркало, изымался матрас, который он каждый день вынужден был переносить, он находился постоянно один в камере (отсутствовали иные осужденные), туалет находился возле стола для приема пищи.

В силу статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условием содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (часть 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 данной статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Согласно статье 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В пункте 2 постановления Пленума от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на получение информации, непосредственно затрагивающей права и свободы, в том числе необходимой для их реализации (часть 2 статьи 24 Конституции Российской Федерации, статья 8 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», часть 1 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях N 663 С (XXIV) от 31 июля 1957 года и N 2076 (LXII) от 13 мая 1977 года, предусматривают, в частности, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляции.

Санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности.

Коммунально-бытовое обеспечение учреждений уголовно-исполнительной системы осуществляется на основании Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 27 июня 2006 года № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», в котором предусмотрено, что его действие распространяется на оборудование исправительных учреждений независимо от даты постройки помещений и принятия данного нормативного акта.

В соответствии с абзацами первым и третьим пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» в силу частей 2 и 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения. Учитывая объективные трудности собирания доказательств нарушения условий содержания лишенных свободы лиц, суд оказывает административному истцу содействие в реализации его прав и принимает предусмотренные Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации меры, в том числе для выявления и истребования доказательств по собственной инициативе (например, истребует имеющиеся материалы по итогам осуществления общественными наблюдательными комиссиями общественного контроля, а также материалы проверок, проведенных в рамках осуществления прокурорского надзора или ведомственного контроля).

В силу статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденный имеет право на обеспечение необходимых материально-бытовых и санитарно-гигиенических условий.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно п.187 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295 (далее - Правила № 295) и действовавших в период возникновения спорных правоотношений, помимо других помещений в целях перевода осужденного в безопасное место могут быть использованы камеры ШИЗО, ПКТ и ЕПКТ.

Пунктом 188 указанных Правил предусмотрено, что перевод осужденного в безопасное место, в том числе в камеры ШИЗО, ПКТ и ЕПКТ, при возникновении угрозы личной безопасности осужденного со стороны других осужденных и иных лиц наказанием не является.

Данный осужденный содержится в тех же условиях, в которых он отбывал наказание до перевода в безопасное место; ограничения, предусмотренные главой XXIV Правил, на него не распространяются (п.189 Правил).

В соответствии с п.190 Правил осужденные, содержащиеся в безопасном месте, несут обязанности в соответствии с Правилами.

Как установлено судом, 05.02.2016 ФИО1 был переведен в строгие условия отбывания наказания, вследствие чего в период содержания в безопасном месте с 14.06.2019 по 06.03.2020 (за исключением периода с 01.08.2019 по 10.09.2019) должен был содержаться в тех же условиях, что и до перевода в безопасное место, то есть в строгих условиях отбывания наказания (СУОН).

Согласно ч.1 ст.99 норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Как следует из кадастрового паспорта от 02.02.2011 (т.1 л.д. 111-112) и технического паспорта от 02.02.2011 (т.1 л.д.113-116), камера ШИЗО №20, в которой содержался в спорный период осужденный ФИО1, обозначена под номером 38, как вспомогательная, ее площадь составляет 5,6 кв.м (3,3*1,7), таким образом, норма жилой площади соблюдена.

При этом административным истцом в виде сравнительной таблицы представлена информация о площади отряда СУОН и ШИЗО, ПКТ с учетом содержания в отряде СУОН осужденного ФИО1 (т.1 л.д. 98-102), согласно которой площадь прогулочного дворика в ШИЗО, ПКТ составляет 15,2 кв.м, площадь прогулочного дворика СУОН – 63,24 кв.м, при этом при любом количестве осужденных в отряде СУОН в спорный период условия прогулок в ШИЗО, исходя из площади прогулочного дворика, значительно лучше таковых в отряде СУОН.

Таким образом, доводы административного истца относительно маленькой площади камеры и прогулочного дворика своего подтверждения в ходе судебного заседания не нашли.

Согласно вышеуказанному решению суда от 02.12.2021, в соответствии с приказом ФСИН России от 27.07.2006 №512 камеры ШИЗО, ПКТ оборудованы необходимым набором мебели и оборудованием.

Ввиду переоборудования помещения камеры ШИЗО №20 на момент рассмотрения настоящего дела (представлены подтверждающие фотографии) фотографии мест приватности и обеденного стола, а также подтверждающие наличие либо отсутствие зеркала, административными ответчиками представлены не были.

Вместе с тем, административным ответчиком ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области с согласия административного истца, полученного в ходе предварительного судебного заседания, представлены фотографии аналогичного помещения камеры ШИЗО№2, согласно которым в помещении камеры ШИЗО имеется, помимо прочего, встроенное в стену зеркало, место приватности отгорожено от остального помещения и представляет собой кабину, имеет дверь, при этом расстояние между местом приватности и краем стола для приема пищи составляет около 1 метра, что подтверждено в судебном заседании и административным истцом.

Таким образом, доводы административного истца в указанной части своего подтверждения не нашла.

В соответствии с пунктами 20 - 23 Правил внутреннего распорядка исправительного учреждения, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 295, в каждом исправительном учреждении устанавливается строго регламентированный распорядок дня с учетом особенностей работы с тем или иным составом осужденных, времени года, местных условий и других конкретных обстоятельств. Распорядок дня, разработанный на основе примерного, утверждается приказом за подписью начальника исправительного учреждения и доводится до сведения персонала и осужденных. Распорядок дня включает в себя время подъема, отбоя, туалета, физической зарядки, принятия пищи, развода на работу, нахождения на производстве, учебе, воспитательных и культурно-массовых и спортивно-массовых мероприятиях и т.д. Предусматриваются непрерывный восьмичасовой сон осужденных и предоставление им личного времени.

Согласно ст.145 Правил запираемые помещения, в которых содержатся осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях, оборудуются комплексом коммунально-бытовых объектов с обеспечением изоляции содержащихся в них лиц от осужденных, отбывающих наказание в других условиях. В дневное время осужденные находятся в помещениях, раздельных от спальных помещений. Уборка прогулочного двора и данных помещений возлагается поочередно на каждого осужденного.

Таким образом, осужденные, содержащиеся в строгих условиях отбывания наказания, лишены возможности использовать в дневное время кровати, кроме того, уборка помещения камеры возлагается непосредственно на осужденных, вследствие чего доводы административного истца относительно ежедневного изъятия матраса и необходимости его ежедневной уборки не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований.

Доводы административного истца относительно одиночного нахождения в камере были заявлены административным истцом и являлись предметом проверки при рассмотрении административного дела по административному иску ФИО1 к начальнику ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области, УФСИН России по Пензенской области, ФСИН России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими (дело №2а-1709/2021). Ссылки административного истца на то, что в ходе рассмотрения данного дела не было известно о представлении прокурора, не могут быть приняты во внимание, в ходе рассмотрения дела суд учел нахождение ФИО1 в спорный период именно в безопасном месте.

Вместе с тем, судом также установлено следующее.

В соответствии с ч.1 ст.94 УИК РФ осужденным к лишению свободы, кроме отбывающих наказание в тюрьме, а также осужденным, переведенным в штрафные изоляторы, помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, демонстрируются кинофильмы и видеофильмы не реже одного раза в неделю.

Также осужденным, кроме переведенных в штрафные изоляторы, помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, разрешается просмотр телепередач в свободные от работы часы, кроме времени, отведенного распорядком дня для ночного отдыха (ч.2 ст.94 УИК РФ).

Право на получение информации, в том числе по телевидению, закреплено также пунктом 24.10 Европейских пенитенциарных правил.

Как установлено судом, утвержденный приказом врио начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Пензенской области №24 от 22.01.2018 (действовавший в период возникновения спорных правоотношений) распорядок дня осужденных, содержащихся в строгих условиях отбывания наказания, предусматривает время просмотра телевизора ежедневно с 18.30 до 19.30, что составляет в общем количестве в неделю 7 часов, в месяц - 28-31 час.

Следовательно, находясь в безопасном месте, административный истец ФИО1, в силу вышеприведенных положений закона, имел право на просмотр телепередач, а также демонстрацию кинофильмов и видеофильмов, с учетом определения условий его содержания.

Факт лишения ФИО1 права на просмотр телепередач также не оспаривался стороной административных ответчиков в суде.

Следовательно, непредоставление ФИО1. возможности просмотра телепередач в соответствии с распорядком дня, утвержденным в обозначенном исправительном учреждении, не соответствует нормам законодательства и нарушает его прав.

Доводы административных ответчиков об отсутствии материальной и технической возможности обеспечения административного истца просмотром телепередач не свидетельствуют о ненарушении прав последнего. Кроме того, учреждение не предпринимало мер по доведению информации о невозможности обеспечения указанного права до распорядителя финансов – УФСИН России по Пензенской области.

Кроме того, суд находит заслуживающими внимания и доводы административного истца о необеспечении его настольными играми.

Согласно п.13 Правил осужденные имеют право: …пользоваться …, настольными играми в определенное распорядком дня время.

В соответствии с нормами обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обхода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, уголовно-исполнительной системы, утвержденными приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512, в общежитиях предусмотрено наличие настольных игр (шахмат, шашек, домино или нард).

Между тем, в судебном заседании установлено, и не оспаривалось административными ответчиками, что возможность пользования настольными играми административному истцу ФИО1 в спорный период не предоставлялась.

Доводы административных ответчиков о необращении истца за предоставлением ему настольных игр и представленные в обоснование данных доводов справка и журналы учета посещений не могут быть приняты во внимание, поскольку ответчиками не представлены письменные сведения об отказе истца от предоставленного ему законом права (как то, заявления, письменный отказ в журнале посещений и т.д.).

При этом суд учитывает, что исправительное учреждение не предпринимало никаких мер, соразмерно восполняющих допущенные нарушения и улучшающих положение осужденного ФИО1, какими могли быть, в частности, предоставление портативной видеотехники для просмотра фильмов, печатной продукции для получения визуальной информации и т.д. Наличие же радиоточки в камере ШИЗО равноценной заменой визуального восприятия информации являться не может, более того, прослушивание радиопередач является самостоятельным правом осужденного, предусмотренным ч.4 ст.94 УИК РФ.

Представителями административных ответчиков заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока ФИО1 для обращения в суд с настоящим административным иском.

Как следует из положений статьи 219 КАС РФ, сроки для обращения с административным исковым заявлением в суд установлены для оспаривания в судебном порядке решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего.

Для обращения в суд с требованиями о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении КАС РФ сроки не определены, что в полном мере соответствует положениям статьи 208 ГК РФ, которая не распространяет исковую давность на требования о защите личных неимущественных прав.

При таких обстоятельствах доводы административных ответчиков о пропуске ФИО1 срока обращения в суд за присуждением компенсации, установленного ч.1 ст.219 КАС РФ, является ошибочным, поскольку основан на неправильном применении норм права.

Иное толкование положений статьи 219 КАС РФ противоречило бы задачам административного судопроизводства, закрепленным в пунктах 2 и 4 статьи 3 КАС Р.

Согласно п.п. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного Кодекса Российской в суде от имени казны Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненными незаконными действиями (бездействием) соответствующих должностных лиц и органов по ведомственной принадлежности, выступает главный распорядитель средств бюджета, т. е определенный ведомственной структурой расходов федерального бюджета орган государственной власти Российской Федерации, имеющий право распределять средства федерального бюджета по подведомственным распорядителям и получателям.

Ведомственная структура федерального бюджета содержится в составе Федерального закона от 08.12.2020 № 385-ФЗ «О федеральном бюджете на 2021 год и плановый период 2022 и 2023 годов».

В отношении ФКУ ИК – 4 УФСИН г. Пензы, финансируемой за счет средств федерального бюджета, главным распорядителем средств указанного бюджета и представителем казны в суде выступает ФСИН, поскольку согласно п.п. 6 п. 7 Положения о ФСИН России, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, надлежащим ответчиком по требованию ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении является ФСИН России, в связи с чем соответчик ФКУ ИК – 4 УФСИН г. Пензы, к которому ФИО1 заявлено требование о взыскании компенсации за его содержание в безопасном месте (ШИЗО) является ненадлежащим, в удовлетворении требований к нему надлежит отказать.

Учитывая, что нарушения условий содержания административного истца в исправительном учреждении в период содержания в безопасном месте частично нашли свое подтверждение, принимая во внимание продолжительность данных нарушений (226 дней, в не 227, как указывалось административным истцом), обстоятельства, при которых допускались нарушения, учитывая, что часть установленных судом нарушений не относится к существенным нарушениям, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу административного истца с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 10000 рублей из заявленных 7000000 рублей, в удовлетворении оставшейся части иска ФИО1 к ФСИН о взыскании компенсации надлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст.175-177, 227.1 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административный иск ФИО1 к ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФСИН России в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 10000 (Десяти тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части административного иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Пензы в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья Сергеева М.А.

Решение в окончательной форме принято 12 сентября 2022 года.