Решение по делу № 2-2-136/2023 от 27.09.2023

Дело №2-2-136/2023

УИД №13RS0002-02-2023-000152-50

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

с. Теньгушево 27 сентября 2023 г.

Темниковский районный суд Республики Мордовия в составе:

председательствующего судьи Аладышева Д.В.,

при секретаре Поповой О.С.,

с участием в деле:

истца – ФИО2,

ответчика – ФИО3, его представителя ФИО4, действующего на основании доверенности 13 АА 1300250 от 10 августа 2023 г.,

ответчика – ФИО5, его представителя ФИО6, действующего на основании доверенности 23АВ3191050 от 01 марта 2023 г.,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца: нотариуса Теньгушевского нотариального округа Республики Мордовия ФИО7, ФИО8, ФИО9,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика – Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 и ФИО5 о признании недействительными договора купли-продажи земельного участка, договора купли-продажи доли в праве общей собственности земельного участка сельскохозяйственного назначения, записи государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок, аннулирования записей о регистрации права собственности на земельный участок, применении последствий недействительности сделок в виде включения земельного участка в наследственную массу и признания права собственности на земельный участок в порядке наследования по закону,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с вышеуказанным иском, в котором, указала, что 27 февраля 2023 г. при получении выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество ей стало известно, что ее ныне покойному мужу – ФИО1 на праве собственности принадлежал земельный участок, категории земель: земли сельскохозяйственного назначения, площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый №, местоположение: <адрес>, запись регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним № от 07 ноября 2016 г. После смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, она вступила в наследство на все его имущество. Из вышеуказанной выписки ей стало известно, что 15 октября 2019 г. ФИО1 продал вышеописанный земельный участок по договору купли-продажи ФИО3 При этом, она как супруга согласия на продажу земельного участка не давала. Согласно выписки из ЕГРН от 27 февраля 2023 г. право собственности на указанный земельный участок зарегистрировано за ее покойным супругом 07 ноября 2016 г., то есть во время нахождения в браке с ней. Согласно договору стоимость земельного участка составила <данные изъяты> руб. В последующем ФИО3 продал <данные изъяты> доли в праве собственности земельного участка неизвестному ей ФИО5, записи регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним № и № от 24 декабря 2020 г. Однако ей известно, что указанную в договоре от 15 октября 2019 г. сумму ФИО1 от ФИО3 не получал, при жизни он не сообщал о столь крупной сумме, у него таких денег не было. При вступлении в наследство, ни в виде наличных денежных средств, ни на счетах ФИО1 указанной суммы не было. В ходе общения с ФИО3, он подтвердил, что не произвел оплату по договору от 15 октября 2019 г. в связи со сложным материальным положением и готов вернуть земельный участок, но сделать этого не может, так как передал часть земельного участка другому лицу. Кроме того, в момент заключения договора ФИО1 не был способен понимать значения своих действий и руководить ими, <данные изъяты> С учетом заявления об уточнении исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец просит: признать недействительными договор купли-продажи земельного участка от 15 октября 2019 г., заключенный между ФИО1 и ФИО3, договор купли-продажи доли в праве общей собственности земельного участка сельскохозяйственного назначения от 14 декабря 2020 г., заключенный между ФИО3 и ФИО5, записи государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок от 25 октября 2019 г. № и от 24 декабря 2020 г. № и № на имя ФИО3 и ФИО5, а также аннулировать запись о регистрации права собственности на земельный участок на имя ФИО3 и ФИО5 из ЕГРН. Применить последствия недействительности сделок в виде включения земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, площадью 588000 кв.м., кадастровый №, местоположение: <адрес>, Теньгушевское сельское поселение в наследственную массу ФИО1 и признания за ФИО2 права собственности на этот земельный участок в порядке наследования по закону.

В возражениях на исковое заявление представитель ответчика ФИО5 – ФИО6 указывает, что с исковыми требованиями истца они не согласны поскольку: в иске не определен порядок восстановления нарушенного права. Истец ФИО2 не могла получить выписку ЕГРН, так как не являлась собственником спорного земельного участка и нельзя полагать, что она узнала о земельном участке мужа 27 февраля 2023 г. Полагает, что ФИО1 и ответчик ФИО3 злоупотребляют правом, так как ФИО5 ранее подано исковое заявление к ФИО3 о выделении в натуре доли из спорного земельного участка. Истец должна была узнать о наличии земельного участка при вступлении в наследство, то есть в 2020 году. ФИО2 должна и могла узнать о совершенной сделке либо при приобретении ее мужем в собственность земельного участка, либо 15 декабря 2019 г., когда супруг получил крупную денежную сумму от ФИО3 Денежные средства были получены, что подтверждает ДКП от 15 октября 2019 г., где в п.п. 4.2 указано, что: «Денежные средства в полном объеме переданы от Покупателя (ФИО3) продавцу (то есть мужу ФИО2), и тот факт, на который ссылается ФИО2 и ФИО3 о том, что денежные средства ФИО1 не были получены, не являются правдивыми, что также подтверждает недобросовестность истца и ответчика. ФИО1 находился в нормальном психическом состоянии. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что ФИО1 не мог руководить своими действиями. ФИО5 является добросовестным приобретателем имущества. В качестве ответчика по требованию о включении имущества в наследственную массу в качестве ответчика должна быть привлечена администрация соответствующего муниципального образования, соответственно ФИО3 не является надлежащим ответчиком. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Также 10 августа 2023 г. в канцелярию суда от представителя ФИО5 – ФИО6 поступило заявление о пропуске срока исковой давности, в котором он просит применить последствия пропуска ФИО2 срока обращения в суд (или срока исковой давности), отказав в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском установленного срока для данной категории дел.

В возражениях относительно заявления о пропуске истцом срока исковой давности истец ФИО2 указала, что на основании чего ФИО5 сделан такой вывод он не указывает. О нахождении в собственности ее покойного мужа земельного участка с кадастровым номером № и его неправомерном отчуждении ей стало известно лишь 27 февраля 2023 г. из полученной выписки из ЕГРН, приложенной к исковому заявлению, какого-либо согласия на отчуждение совместно нажитого имущества она не давала. Соответственно до указанной даты она не знала и не могла знать ни о наличии земельного участка, ни о его отчуждении. Со ссылкой на статьи 195, 196, 200 Гражданского Кодекса Российской Федерации, статью 35 Семейного кодекса Российской Федерации просит удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме и отказать в применении последствий пропуска срока исковой давности.

В отзыве на исковое заявление третье лицо ФИО9 указала, что она согласно с заявленными исковыми требованиями, поскольку со слов матери ей известно, что согласия на отчуждение спорного земельного участка она не давала, о формировании данного участка ей известно не было, какие-либо денежные средства от продажи участка у отца она не видела, в качестве наследства указанные денежные средства она не получала. В силу возраста и отсутствия должного образования мать не знала, что возможно проверить наличие недвижимого имущества через Росреестр. Лишь в начале 2023 г. она предложила ей проверить было ли в собственности отца другое имущество и 27 февраля 2023 г. было установлено, что отцу на праве собственности принадлежал спорный земельный участок.

В отзыве на позицию третьего лица представитель ответчика ФИО5 ФИО6 указал, что поскольку третье лицо является дочерью истца, то она прямо заинтересована в исходе дела и к ее объяснениям следует относиться с критикой. Уважительных причин для восстановления пропущенного срока нет, поскольку возраст и отсутствие должного образования к таковым не относятся.

В судебном заседании 06 сентября 2023 г. представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 заявленные исковые требования признал. Показал, что его сын ФИО3 занимается сельскохозяйственной деятельностью, а он ему в этом помогает. В 2019 г. ФИО3 приобрел у ФИО1 спорный земельный участок. Однако в связи с тяжелым материальным положением между ними была договоренность, что стоимость земельного участка будет оплачена не сразу, а через некоторое время. При этом в договоре купли-продажи было указано, что денежные средства полностью переданы продавцу, поскольку это был типовой договор и в нем ничего не стали менять. ФИО1 умер в ДД.ММ.ГГГГ г., на тот момент деньги за земельный участок ему выплачены так и не были. Наследником ФИО1 является его жена ФИО2, которая в настоящее время просит возвратить ей земельный участок. Однако сделать это не представляется возможным, поскольку <данные изъяты> его часть продана ФИО3 ФИО5 За указанную долю земельного участка ФИО3 получено от ФИО5 <данные изъяты> рублей. Однако на данные денежные средства им (представителем ответчика ФИО4) по договоренности с ФИО5 об осуществлении совместной сельскохозяйственной деятельности должны были быть куплены земельные паи в другом земельном участке, а оспариваемый договор купли-продажи земельных долей заключался в качестве договора залога и не должен был порождать у ФИО5 права собственности на земельные доли в спорном земельном участке. Договор купли продажи земельного участка и договор купли-продажи доли в праве общей собственности земельного участка сельскохозяйственного назначения никем в судебном порядке ранее не оспаривались, не расторгались и недействительными не признавались. В настоящее время ФИО5 через суд намерен выделить в натуре принадлежащую ему долю в земельном участке. О покупке земельных долей ФИО1, из которых затем им был выделен спорный земельный участок истцу было известно, однако о том, что земельный участок был продан ФИО3 она ничего не знала до 2023 г.

Истец ФИО2, ответчик ФИО3, его представитель ФИО4, ответчик ФИО5, его представитель ФИО6, третьи лица: нотариус Теньгушевского нотариального округа Республики Мордовия ФИО7, ФИО8 и ФИО9 и представители третьего лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, об отложении судебного заседания не ходатайствовали. От ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7, в суд поступили заявления с просьбой рассмотреть дело в их отсутствие. В отзыве на иск ФИО9 также просила рассмотреть исковое заявление без ее участия.

В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно части 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также - ГК РФ) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу части 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Статьей 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст. 154 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно части 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно части 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Положения статьи 160 ГК РФ указывают на то, что письменная форма договора предполагает составление документа, выражающего его содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 1 или пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно пункту 8 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ заключен брак между ФИО1 и истцом ФИО2 (до регистрации брака – ФИО29).

Из записи акта о смерти № от 24 апреля 2020 г. следует, что ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ В качестве причины смерти указано: <данные изъяты>

При жизни, 12 апреля 2016 г. на основании договора купли-продажи земельных долей ФИО1 приобретены у ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 принадлежащие им <данные изъяты> долей в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование для сельскохозяйственного производства, адрес (местоположение) объекта: <адрес> с кадастровым номером №

Из пункта 3.4. названного договора следует, что согласие ФИО2, супруги ФИО1, удостоверенное нотариусом Теньгушевского нотариального округа Республики Мордовия ФИО7 12 апреля 2016 г. по реестру №1-626, на покупку согласно статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, имеется.

Сам договор купли-продажи также удостоверен нотариусом ФИО7 12 апреля 2016 г.

28 апреля 2016 г. на основании указанного договора за ФИО1 осуществлена регистрация права общей долевой собственности <данные изъяты> доли в праве на указанный земельный участок, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28 апреля 2016 г. сделана запись регистрации №.

Также, 21 июня 2016 г. на основании договора купли-продажи земельных долей ФИО1 приобретены у ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26 принадлежащие им доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование для сельскохозяйственного производства, адрес (местоположение) объекта: <адрес> с кадастровым номером №

Сам договор купли-продажи также удостоверен нотариусом ФИО7 21 июня 2016 г.

11 июля 2016 г. на основании указанного договора за ФИО1 осуществлена регистрация права общей долевой собственности <данные изъяты> доли в праве на указанный земельный участок, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 11 июля 2016 г. сделана запись регистрации №.

Из ответа на запрос нотариуса Теньгушевского нотариального округа Республики Мордовия ФИО7 №175 от 10 августа 2023 г. следует, что копию согласия ФИО2 на покупку, удостоверенного ей 12 апреля 2016, реестровый номер 1-626 представить не представляется возможным, поскольку истек срок хранения номенклатурного дела. На основании реестра регистрации нотариальных действий №1 за 2016 год, 12 апреля 2016 г., за реестровым номером 1-626 зарегистрировано нотариальное действие, совершенное от имени ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а именно согласие на покупку 20 земельных долей в праве общей долевой собственности на земельный участок СХПК «Победа». ФИО2, 15 октября 2019 г. за совершением каких-либо нотариальных действий не обращалась.

Двенадцать из приобретенных земельных долей общей площадью <данные изъяты> кв.м. выделены ФИО1 из права общей долевой собственности на вышеуказанный земельный участок, в связи с чем, образовался новый земельный участок, которому присвоен кадастровый №. Право собственности ФИО1 на вновь образованный земельный участок зарегистрировано 07 ноября 2016 г. Что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости № от 08 августа 2023 г. и копиями документов реестрового дела.

15 октября 2019 г. между ФИО1 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен оспариваемый истцом договор купли-продажи земельного участка из категории земель сельскохозяйственного назначения, согласно условий которого, продавец продал покупателю земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым номером №, местоположение: <адрес>. Согласно пункту 4.1. договора общая стоимость земельного участка по настоящему договору составляет <данные изъяты> рублей. А в пункте 4.2. договора указано, что денежные средства в полном объеме переданы от покупателя к продавцу до подписания настоящего договора. Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости № от 08 августа 2023 г. подтверждается, что переход права собственности на земельный участок зарегистрирован 25 октября 2019 г.

Далее 14 декабря 2020 г. между ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель) был заключен второй оспариваемый истцом договор купли-продажи доли в праве общей собственности на земельный участок сельскохозяйственного назначения. Согласно пункту 1 которого, продавец обязался передать в общую долевую собственность покупателя участок, а покупатель обязался принять в общую долевую собственность и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора долю в праве общей собственности на земельный участок в размере <данные изъяты> на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, предназначенный для сельскохозяйственного производства общей площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым номером №, местоположение: <адрес>. Из пункта 2 данного договора следует, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора купли-продажи. Финансовых и имущественных претензий стороны друг к другу не имеют. Государственная регистрация права общей долевой собственности на земельный участок произведена 24 декабря 2020 г., номер регистрации №, №.

В силу статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434) (ст. 550 ГК РФ).

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика ФИО5 – ФИО6 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 ГК РФ).

В соответствии со статьей 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 (в ред. от 7 февраля 2017 г.) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В силу пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, требующая нотариального удостоверения и (или) регистрации, совершенная супругом в отсутствие нотариально удостоверенного согласия другого супруга, является оспоримой, поскольку указанная сделка недействительна в силу признания ее таковой судом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент возникновения спорных отношений) срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истица ФИО2 в обоснование своих требований ссылается на то, что согласие своему покойному мужу ФИО1 на продажу земельного участка не давала, о его существовании она узнала только 27 февраля 2023 г., в связи с чем, договор купли-продажи спорного земельного участка является недействительным. Однако доводы истца, что ей не было известно о том, что ФИО1 при жизни принадлежал на праве собственности спорный земельный участок, а стало известно об этом только 27 февраля 2023 г. при получении выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество, опровергаются исследованными доказательствами, поскольку истец ФИО2, как установлено судом, давала нотариальное согласие на приобретение ее супругом земельных долей, которые затем были выделены из права общей долевой собственности и из которых был сформирован спорный земельный участок. А сами копии вышеприведенных договоров купли-продажи земельных долей имеются в материалах наследственного дела №99/2020 после смерти ФИО1, начатого 30 сентября 2020 г. на основании заявления ФИО2 Наследственное дело окончено 27 октября 2020 г.

Кроме того, суд приходит к выводу, что о факте отчуждения ФИО1 спорного земельного участка также с достоверностью было известно истцу ФИО2 не позднее 27 октября 2020 г., поскольку в этот день ей были выданы свидетельства о праве на наследство по закону на наследственное имущество ФИО1, среди которого отсутствовал спорный земельный участок, либо его доли.

Следовательно, изучив представленные материалы дела, выслушав представителя ответчика ФИО3, суд, оценив представленные доказательства в соответствии со статьями 56, 67 ГПК РФ, приходит к выводу, что заявление о пропуске истцом срока исковой давности является обоснованным.

С учетом изложенного, суд в этой части соглашается с доводами ФИО6 и приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании недействительными договора купли-продажи земельного участка от 15 октября 2019 г., а также производных требований истца к ФИО3 и ФИО5 о признании недействительными договора купли-продажи доли в общей собственности земельного участка сельскохозяйственного назначения от 14 декабря 2020 г., записи государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок, аннулирования записей о регистрации права собственности на земельный участок, применения последствий недействительности сделок в виде включения земельного участка в наследственную массу и признания права собственности на земельный участок в порядке наследования по закону.

Ходатайства о восстановлении срока исковой давности истцом заявлено не было, сведений об уважительности причин пропуска срока исковой давности суду представлено не было.

Кроме того совокупный анализ указанных выше норм права позволяет сделать вывод, что в отношении сделок по распоряжению общим имуществом супругов, совершаемых одним из супругов, законодательством предусматривается "презумпция согласия другого супруга на совершение сделки".

Данный вывод соответствует позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12 июля 2016 г. № 18-КГ16-50. Сущность презумпции заключается в том, что вступая в договорные отношения с тем, кто состоит в браке, предполагается, что он согласовал свои действия со своим супругом, иными словами, презумпция состоит в том, что при заключении сделки с одним из супругов, третье лицо имеет все основания исходить из того, что в распорядительной сделке этого супруга имеется волеизъявление другого супруга.

Вместе с тем, доказательств отсутствия на момент заключения договора купли-продажи от 15 октября 2019 г. своего согласия на отчуждения спорного земельного участка, в нарушение статьи 56 ГПК РФ истец суду не представил.

Пунктом 2 статьи 35 Семейного Кодекса Российской Федерации и пунктом 2 статьи 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Доказательств того, что ФИО1 знал или заведомо должен был знать о несогласии его супруги ФИО2 на совершение спорной сделки в материалы дела также не представлено. Как и не представлено доказательств того, что ФИО3 не были переданы денежные средства за приобретаемый земельный участок, поскольку как следует из пункта 4.2. спорного договора денежные средства в полном объеме переданы от покупателя к продавцу до подписания договора, что в свою очередь не могло бы повлечь недействительность заключенного договора. Данная сделка при жизни ФИО1 никем не оспаривалась, не расторгалась, недействительной не признавалась.

Оспариваемая истцом сделка фактически исполнена, стороны достигли предусмотренные спорной сделкой правовые последствия в виде перехода права собственности на земельный участок.

В силу части 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что правом на обращение в суд с иском о признании недействительной сделки, совершенной с пороком воли, обладает потерпевший, а после его смерти - его наследники.

Обратившись в суд с настоящим иском, истец также ссылался на то, что на момент заключения договора купли-продажи земельного участка от 15 октября 2019 г. ФИО1 имел <данные изъяты> и не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, в связи с чем, договор купли-продажи является недействительным. Однако данный довод также отклоняется судом. Так из справки №1175 от 08 августа 2023 г. ГБУЗ РМ «Теньгушевская РБ» следует, что ФИО1 на учете у врача-психиатра и врача-психиатра-нарколога не состоял, за медицинской помощью не обращался. Что также подтверждается справкой №2838 от 09 августа 2023 г. ГБУЗ РМ «Мордовская республиканская клиническая психиатрическая больница». Сам факт наличия у ФИО1 <данные изъяты> по причине общего заболевания не указывает на то, что на момент заключения договора купли-продажи земельного участка от 15 октября 2019 г. он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, доказательств противоположного истцом в суд не представлено. При этом судом также учитывается, что с момента заключения спорного договора до момента смерти ФИО1 истекло более шести месяцев и по своему психическому состоянию после совершения указанного договора купли-продажи он мог осознавать наличие возможности оспорить его в судебном порядке, поскольку совершал иные юридически значимые действия, в частности, как следует из материалов наследственного дела 14 апреля 2020 г. завещал долю земельного участка ФИО4 (представителю ответчика ФИО3 по настоящему делу), однако доказательств обращения ФИО1 в суд за защитой своих нарушенных прав либо воли на это, истцом в дело не представлено.

Таким образом, требование истца ФИО2 о признании договора купли-продажи земельного участка от 15 октября 2019 г. не подлежит удовлетворению как в связи с пропуском срока давности на обращение в суд, так и с недоказанностью обстоятельств на которые ссылается истец.

И, как отмечено выше отказ в удовлетворении первоначального искового требования о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от 15 октября 2019 г. влечет отказ в удовлетворении всех вытекающих из этого производных исковых требований ФИО2

Кроме того требование истца о признании недействительным договора купли-продажи доли в общей собственности земельного участка сельскохозяйственного назначения от 14 декабря 2020 г. не подлежит удовлетворению по следующему основанию.

В силу пункта 1 статьи 431.2 ГК РФ сторона договора вправе явно и недвусмысленно заверить другую сторону об обстоятельствах, как связанных, так и не связанных непосредственно с предметом договора, но имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, и тем самым принять на себя ответственность за соответствие заверения действительности дополнительно к ответственности, установленной законом или вытекающей из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств. Если же заверение предоставлено стороной относительно обстоятельств, непосредственно не связанных с предметом договора, но имеющих значение для его заключения, исполнения или прекращения, то в случае недостоверности такого заверения применяется статья 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положения об ответственности за нарушение обязательств (пункт 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

Согласно пункту 1 статьи 302 ГК РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1).

В соответствии с пунктом 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 г. № 6-П приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Однако по настоящему делу доказательств выбытия доли земельного участка из владения помимо воли его законного собственника, истцом суду не представлено.

С учетом приведенных обстоятельств, рассмотрев дело по представленным сторонами доказательствам и в пределах заявленных исковых требований, суд приходит к выводу о полном отказе в удовлетворении заявленных исковых требований. При этом доводы представителя ответчика ФИО5 – ФИО6 о том, что в качестве ответчика по требованию о включении имущества в наследственную массу в качестве ответчика должна быть привлечена администрация соответствующего муниципального образования, соответственно ФИО3 не является надлежащим ответчиком отклоняются судом, как основанные на неверном толковании норм права.

Руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 (паспорт <данные изъяты>) к ФИО3 (паспорт <данные изъяты>) и ФИО5 (паспорт <данные изъяты>) о признании недействительными договора купли-продажи земельного участка, договора купли-продажи доли в праве общей собственности земельного участка сельскохозяйственного назначения, записи государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок, аннулирования записей о регистрации права собственности на земельный участок, применении последствий недействительности сделок в виде включения земельного участка в наследственную массу и признания права собственности на земельный участок в порядке наследования по закону, оставить без удовлетворения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Мордовия через Темниковский районный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Темниковского районного суда

Республики Мордовия Д.В.Аладышев

Решение принято в окончательной форме 02 октября 2023 г.

Судья Темниковского районного суда

Республики Мордовия Д.В.Аладышев