78RS0008-01-2024-008784-19
Дело № 2-1194/2025 12 ноября 2025 года
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Кавлевой М.А.,
при секретаре Дыхалкиной К.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, штрафа,
установил:
ФИО2 обратился в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области о возмещении ущерба в размере 172 866,10 рублей, компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей, штрафа в размере 50% от присужденной суммы, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что являлся собственником собаки породы «мальтипу» по кличке «Снупи», которая была приобретена 31.01.2023 за 80 000 рублей. 30.04.2024 истец обратился к ответчику за оказанием платной ветеринарной услуги по кастрации питомца, оплата стоимости услуг в размере 7 506,10 рублей была произведена истцом в полном объеме. После оказания указанной услуги 30.04.2024 питомец истца был вялым, не реагировал на хозяев, мочеиспускание не происходило, лежал и не вставал, на следующий день 01.05.2024 состояние животного резко ухудшилось, образовался сильный отек тканей, поскольку до ответчика истец не смог дозвониться, 02.05.2024 истец обратился в ветеринарную клинику Петроградского района «Санкт-Петербургская горветстанция», где животное было осмотрено, в результате осмотра у собаки установлен геморрагический отек, определено лечение. 03.05.2024 животное было осмотрено в ветеринарной клинике Калининского района ГБУ «Санкт-Петербургская горветстанция», где было диагностировано ухудшение состояния, определен отрицательный ответ на лечение, сделана эпидуральная блокада. 04.05.2024 животное осмотрено в ООО «Ветеринарная клиника Сотникова», в которой проведена экстренная хирургия – операционная реанимация, во время которой питомец истца умер. По мнению истца, причиной смерти его собаки явилось ненадлежащее качество оказанной ответчиком ветеринарной услуги.
Представители истца в судебное заседание явились, исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, указанным в иске.
Представители ответчика в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения исковых требований, поддержали позицию, изложенную в письменных возражениях /л.д. 64-66, 183-185 том 1/, указали на отсутствие недостатков оказанной ветеринарной услуги, недоказанность причинно-следственной связи между действиями ответчика и смертью животного.
Представитель третьего лица СПб ГБУЗ «СПб Горветстанция» в судебное заседание явился, поддержал позицию, изложенную в письменном отзыве /л.д. 139-140, 190-191 том 1/, считал исковые требования подлежащими удовлетворению.
Третье лицо ФИО3 в судебное заседание явилась, считала исковые требования не подлежащими удовлетворению.
Третьи лица ФИО4, представитель ООО «ВМЮЗ» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не представили.
На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствии неявившихся лиц.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в части исходя из следующего.
Из материалов дела следует, что 05.04.2023 между ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области и ФИО1 был заключен договор № 74370 на оказание ветеринарных услуг, по условиям которого ответчик как исполнитель обязался по обращениям истца оказывать ветеринарные услуги /л.д. 35-36, 67-68 том 1/.
В рамках указанного договора 30.04.2024 ответчиком была оказана истцу платная ветеринарная услуга по кастрации питомца истца – собаки породы «мальтипу» по кличке «Снупи», что подтверждается согласием на проведение операции/процедуры от 30.04.2024, выпиской из амбулаторного журнала /л.д. 23-25, 47-49, 69 том 1/.
Стоимость оказанных ответчиком ветеринарных услуг с учетом анестезии, скрининговой эхокардиографии и расходных материалов в общем размере 7 506,10 рублей была оплачена истцом в полном объеме, что подтверждается представленным в материалы дела кассовым чеком от 30.04.2024 /л.д. 22 том 1/.
В связи с ухудшением состояния животного после проведенной операции 02.05.2024 истец обратился к ответчику, которым был проведен осмотр животного. Согласно выписке из амбулаторного журнала от 02.05.2024 в результате осмотра установлен умеренный отек в области полового члена и мошонки с распространением на промежность, произведен рентген брюшной полости, сделан ОКА крови (экспресс), предложена терапия, включающая дневной стационар, в/в инфузии, НПВС и антибиотикотерапию, разъяснено – при необходимости реапирация с поиском, легированием сосудов, владелец от помощи отказался /л.д. 72-73, 101 том 1/.
В материалы дела представлены видеозаписи обращений истца за оказанием ветеринарных услуг его питомцу 30.04.2024 и 02.05.2024 /л.д. 95-96 том 1/, которые при этом сам ход оказания ветеринарной услуги по кастрации животного не содержат.
В тот же день, 02.05.2024 истец обратился в СПб ГБУЗ «СПб Горветстанция» ветеринарную клинику Петроградского района, где животное было осмотрено. В выписке из истории болезни от 02.05.2024 зафиксирован анамнез описание: делали операцию в сторонней клинике, накануне перед приемом самостоятельно сделали внутримышечно Викасол, Ношпа, утром началась рвота частично переваренной едой, днем рвота продолжилась, обратились в ту же клинику, где делали операцию, там отобрали кровь, со слов владельцев: врач не понимал, что происходит с собакой, кожу с полового члена просто снимал лоскутами, предлагал провести еще одну операцию по ушиванию кровоточащего сосуда. После предложенного владельцы уехали из клиники. В результате осмотра было установлено, что у собаки геморрагический отек в области мошонки, полового члена, преанальной области и паха, в области полового члена частично отсутствует кожа (снимается легким подтягиванием), под снятым лоскутом кожа кровоточит капиллярно, при постановке уретрального катетера обнаружен кровавый ступ, катетер невозможно установить на длину члена, далее в месте С-образного изгиба катетер не проходит, моча при этом не отходит, определено лечение /л.д. 15-16 том 1/.
03.05.2024 истец обратился в СПб ГБУЗ «СПб Горветстанция» ветеринарную клинику Калининского района, где животное было осмотрено. Согласно выписке из истории болезни от 03.05.2024 в результате осмотра было диагностировано ухудшение состояния, сделан анализ крови, определен отрицательный ответ на лечение, сделана эпидуральная блокада /л.д. 14, 45-46 том 1/.
04.05.2024 истец обратился в ООО «ВМЮЗ», где по результатам осмотра животного установлена выраженная разлитая гематома и отечность на брюшной стенке в области паха, анального отверстия, бедер, скакательного сустава билатериально, а также обширные некрозы в области полового члена, мошонки, промежности, сепсис в результате нарушения целостности уретры и проникновения мочи в мягкие ткани, что отражено в протоколе № 511717-2024/1151 /л.д. 7-13 том 1, 31-35 том 2/.
04.05.2024 в ООО «ВМЮЗ» проведена экстренная хирургия животного – операционная реанимация, во время которой питомец истца умер, что зафиксировано в протоколах № 511717-2024/1751, 511717-2024/752, животное направлено на вскрытие /л.д. 6, 40, 36-38 том 1/.
Согласно представленному в материалы дела протоколу вскрытия животного, проведенного ООО «Независимая ветеринарная лаборатория Поиск» 07.05.2024, причиной смерти животного явилось «сепсис, SIRS, электролитные нарушения?». В данном протоколе также указано, что гибель животного вероятнее всего наступила по причине септического шока, вызванного массивным некрозом мягких тканей в области промежности. Основное заболевание – перфорация уретры с обширным излиянием мочи в мягкие ткани, их дальнейшим некрозом. Исходя из истории болезни (что не противоречит патологоанатомическим находкам), перфорация уретры ятрогенная, произошла во время проведения кастрации. Осложнение основного заболевания – обширный некроз мягких тканей в дистальной части тела (включая промежность, паховую область, крестцовую и тазовую области). Массивный некроз привел к развитию септического шока и далее – смерти /л.д. 28-34 том 1/.
Оценивая заявленное ответчиком ходатайство об исключении из числа доказательств по делу указанного протокола вскрытия животного /л.д. 238 том 2/, суд учитывает, что согласно положениям ст.ст. 55,56,59,67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела; суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Таким образом, в силу закона право определения доказательств, имеющих значение для дела, принадлежит суду, оценка представленным по делу доказательствам дается в соответствии с положениями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Оценивая представленный истцом в материалы дела протокол вскрытия животного, проведенного ООО «Независимая ветеринарная лаборатория Поиск» 07.05.2024, в качестве доказательства по делу в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что представленный протокол сомнений не вызывает, поскольку вскрытие животного фактически проведено, составлен протокол вскрытия, который заверен ветеринарным врачом и печатью организации, за невнесение в него всех требуемых сведений при проведении вскрытия, на что ссылается ответчик, истец ответственности нести не может.
При этом с учетом показаний свидетеля Г., проводившей вскрытие /л.д. 100-101 том 2/, представленных в материалы дела фотографий, фиксирующих этапы вскрытия /л.д. 143-174 том 1/, оснований полагать, что вскрытие осуществлялось в отношении иного животного, не имеется.
Суд также учитывает, что представленный в материалы дела протокол вскрытия животного оценивается не как исключительное доказательство о причине смерти животного, а как одно из доказательств, подлежащих оценке в совокупности с иными доказательствами по делу, при этом каких-либо обоснованных доказательств, подтверждающих недостоверность зафиксированных в протоколе обстоятельств либо ставящих их под сомнение, в материалы дела не представлено.
Согласно показаниям допрошенного свидетеля Г. она производила вскрытие погибшей собаки, у которой были массивные повреждения в области уретры, с некрозом мягких тканей, причиной смерти предполагали сепсис. У собаки был разрыв уретры, поэтому моча попадала в мягкие ткани и образовалось воспаление, что привело к сепсису. Повреждение уретры не могло произойти во время последней хирургии (в ООО «ВМЮЗ»), могло произойти как во время кастрации, так и во время последующей обработки, гистологическое исследования органов не проводилось, потому что ткани были сильно повреждены /л.д. 100 том 2/.
Согласно показаниям допрошенного свидетеля Б. он работает в ООО «ВМЮЗ» в должности ветеринарного врача-хирурга, проводил операцию собаке для восстановления мочеиспускания в связи с отсутствием самостоятельного мочеиспускания. После проведения кастрации животного в сторонней клинике, в течение двух дней у собаки не было нормального мочеиспускания, в области паха развилась обширная гематома и некроз, некроз был не только в области проведения операции, но и на спине, что не типично. Свидетель посчитал, что это могло развиться в результате травмирования уретры, наиболее вероятно во время хирургии. Во время проведения операции свидетель увидел, что уретра была повреждена, по его мнению при проведении первичной операции кастрации, поскольку из собранного перед операцией анамнеза установлено, что хирургических вмешательств после кастрации не было, катетеризация в сторонней клинике проводилась мягким катетером, который предназначен для того, чтобы минимизировать риск повреждения уретры, повредить уретру таким катетером практически невозможно. Нормально катетер поставить не могли, поскольку на пути стоял шовный материал, оставленный после первичной операции, который блокировал вход катетеру. В ходе операции выявлено, что шовный материал был завязан в узел на уретре. Свидетель провел лапаротомию и провел катетеризацию мочевого пузыря, операция была экстренная, никаких дополнительных манипуляций не проводил. Вывод о том, что уретра повреждена сделан, потому что на ней был шовный материал /л.д. 99-100 том 2/.
Вопреки доводам ответчика, оснований сомневаться в достоверности свидетельских показаний не имеется, данные показания последовательны, непротиворечивы, согласуются с письменными документами, представленными суду, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний; доказательств, дающих основания полагать, что в силу работы в организации третьего лица свидетели имеют какую-либо заинтересованность в исходе дела, в связи с чем дали суду заведомо ложные показания, т.е. совершили уголовно наказуемое деяние, не представлено и не добыто, а сам по себе факт работы об этом не свидетельствует, при этом доказательств, опровергающих указанные свидетельские показания, а также подтверждающие их письменные документы, не представлено.
27.05.2024 истец обратился к ответчику с претензией о возмещении вреда, причиненного в результате некачественно оказанных ветеринарных услуг /л.д. 37-39 том 1/.
В ответе от 21.06.2024 на указанную претензию ответчик указал на проведение служебной проверки, по результатам которой в действиях операционной бригады при лечении животного умышленных действий или бездействие, причинивших вред, не установлены, ветеринарные услуги оказаны надлежаще, в связи с чем основания для возмещений вреда отсутствуют /л.д. /л.д. 26-27 том 1/.
В ходе проведенной служебной проверки ответчиком получены письменные объяснения заведующей Муринской ветеринарной лечебницей ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области, где были оказаны услуги истцу, ФИО3 и ветеринарного врача ФИО4, проводившего операцию по кастрации животного, которые представлены в материалы дела, в которых третьи лица отрицали перфорацию уретры во время проведения кастрации животного /л.д.97-100 том 1/.
Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что повреждение уретры у животного, что явилось причиной обширного излияния мочи в мягкие ткани, их дальнейшим некрозом, могло произойти при постановке катетера в СПб ГБУЗ «СПб Горветстанция» ветеринарных клиниках Калининского и Петроградского районов 02.05.2024 и 03.05.2024.
Обстоятельство катетеризации при оказании ветеринарных услуг третьим лицом не оспаривалось, при этом указано, что данная катетеризация мочевого пузыря проводилась путем введения в уретру мягкого катетера, повреждения от которого невозможны, в материалы дела третьим лицом представлены документы по приобретению используемых катетеров /л.д. 195-250 том 1, 1-13 том 2/, а также аналогичные используемым катетеры.
В силу ст. 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.
В силу ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1).
В соответствии с частью 2 указанной статьи правила настоящей главы применяются, в том числе, к договорам оказания ветеринарных услуг.
В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Из разъяснений пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
В соответствии с п. 7 Постановления Правительства Российской Федерации от 06.08.1998 N 898 "Об утверждении Правил оказания платных ветеринарных услуг" исполнитель обеспечивает применение лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия, гарантирует безопасность ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды.
Кроме того, поскольку стороной в настоящем договоре является гражданин, то к правоотношениям сторон применяются положения Закона Российской Федерации N 2300-1 от 07.02.1992 "О защите прав потребителей".
В соответствии со статьей 4 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.
На основании статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.
В абзаце 8 ст. 29 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" указано, что потребитель при обнаружении недостатков оказанной услуги вправе потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками оказанной услуги.
В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).
Таким образом, применительно к настоящему спору бремя доказывания факта оказания истцу ветеринарной услуги надлежащего качества лежало на ответчике. Вместе с тем надлежащих доказательств того, что причинно-следственная связь между оказываемыми услугами и смертью животного отсутствует стороной ответчика не представлено.
В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
Определением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 22.04.2025 по ходатайству истца была назначена судебная ветеринарная экспертиза, производство которой поручено ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет ветеринарной медицины».
Согласно выводам заключения ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет ветеринарной медицины» от 11.06.2025, выполненного экспертом Н., при обращении истца в ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области по поводу кастрации кобеля породы мальтипу по кличке «Снупи» ветеринарным врачом ФИО4 был собран анамнез. Проведен осмотр животного в полном объеме. Предложено проведение предоперационных исследований крови, от которых владелец животного отказался. Ветеринарным врачом Ш. была выполнена скрининговая эхокардиография, на которой гемодинамически значимых изменений не выявлено. Операция прошла в штатном режиме. Без осложнений. В день операции у истца не было жалоб на самочувствие собаки. На повторном проеме 02.05.2024 истец пожаловался на плохое самочувствие собаки, отечность и гематому в области шва. Что лечащий ветврач ФИО4 связал с отсутствием у собаки воротника подходящего размера. По этой причине швы были разлизаны и кожа в области шва воспалена, обнаружен умеренный отек в области полового члена и мошонки. На предложение лечащего ветврача ФИО4 провести дополнительную терапию в условиях дневного стационара владелец собаки ответил отказом и направился в другую клинику. Дальнейшее лечение собаки в сторонних клиниках не позволяет напрямую связывать ухудшение состояния животного с качеством оказания ветеринарных услуг в ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области. При оказании ветеринарных услуг в ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области собаке породы мальтипу по кличке «Снупи», принадлежащей ФИО2, недостатков (дефектов) не выявлено. Причинно-следственная связь между недостатками (дефектами) оказания ветеринарных услуг в ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области и смертью собаки породы мальтипу по кличке «Снупи», принадлежащей ФИО2, не имеется. Возможно, что смерть собаки последовала в результате действий иных лиц /л.д. 114-137 том 2/.
Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 указанного Кодекса.
Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Согласно ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.
Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, выраженным в п. 7 постановления от 19 декабря 2003 года N 23 «О судебном решении», судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.
Судом был допрошен эксперт Н., который указал, что в ходе производства судебной экспертизы им не были приняты во внимание все материалы настоящего гражданского дела, поскольку, по мнению эксперта, ряд документов не отвечали признакам доказательств, не позволял идентифицировать животное, в отношении которого оказывались ветеринарные услуги, в частности, протокол вскрытия животного, проведенного ООО «Независимая ветеринарная лаборатория Поиск» 07.05.2024 /л.д. 244-247 том 2/. Вместе с тем, указанные выводы в заключении не отражены, при этом, как было указано выше, в силу закона право определения доказательств, имеющих значение для дела, принадлежит суду.
В силу ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.
На основании изложенного, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, поскольку при проведении судебной экспертизы экспертом не были учтены все доказательства, представленные в материалы дела, суд пришел к выводу о наличии оснований для проведения повторной ветеринарной экспертизы, производство которой было поручено АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт».
Согласно выводам заключения эксперта № 25-143-О-2-1194/2025-ВЭ от 03.10.2025 ветеринарные услуги, оказанные ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области собаке породы «мальтипу» по кличке «Снупи», принадлежащей ФИО2, имеют дефекты, перечень которых приведен в исследовательской части. Причинно-следственная связь между дефектами при оказании ветеринарных услуг ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области собаке породы «мальтипу» по кличке «Снупи», принадлежащей ФИО2, и смертью собаки усматривается /л.д. 29 том 3/.
Согласно исследовательской части заключения судебной экспертизы исследованием установлены следующие нарушения ведения медицинской документации ответчиком: отсутствует описание оперативного доступа при проведении операции; отсутствуют сведения о введенных животному препаратах для общей анестезии и местного обезболивания (анестезиологическая карта) с указанием дозировки (фактически введенной в организм дозы в пересчете на вес животного) и способа их введения в организм (фактически перечислены в форме акта списания для бухгалтерии (л.д.47-48 т.1)); отсутствуют сведения об антимикробной терапии (наименование и дозировки антибиотиков, способ их введения) - фактически перечислены в форме акта списания для бухгалтерии (л.д. 48 т.1); отсутствуют сведения о лекарствах, примененных в период выхода из наркоза; отсутствуют сведения о интраоперационных осложнениях (повреждение уретры) и способе их устранения. Сделан вывод о том, что представленные эксперту документы содержательны, хронологически последовательны, не противоречивы, достаточны, указывают на то, что 30.04.2024 ответчиком во время проведения операции по кастрации животного истца была повреждена уретра, указанное осложнение было скрыто от владельца, устранено путем некачественного наложения шовного материала (плетеная нить синего цвета, вероятнее всего PGA), что привело к обструкции уретры, нарушению оттока мочи, стало причиной неудачных попыток катетеризации, развитию осложнений: обширному некрозу окружающих тканей, сепсису и гибели животного.
Допрошенный судом по ходатайству ответчика эксперт П., проводивший судебную экспертизу, выводы заключения экспертизы поддержал в полном объеме, пояснил, что при проведении судебной экспертизы были исследованы все представленные в материалы дела доказательства, которые достаточны для вывода о том, что уретра собаки была повреждена во время проведения ответчиком 30.04.2024 операции по кастрации животного истца, о чем, в том числе, свидетельствует хронология ухудшения состояния собаки, развития осложнений, наличие обширных некрозов на момент проведения хирургического вмешательства в ООО «ВМЮЗ», в ходе которого обнаружено место пересечения уретры у основания полового члена, а также шовный материал. Установленные в ходе экспертизы обстоятельства позволили сделать вывод о том, что ответчик при проведении операции по кастрации животного истца нарушил анатомическую целостность уретры, предпринял неудачную попытку устранить осложнение путем наложения шовного материала на уретру, скрыл данный факт от владельца, не отобразил в медицинской документации. При этом, некачественно наложенный шовный материал привел к обструкции просвета уретры, нарушению оттока мочи, развитию жизнеугрожающих послеоперационных осложнений и гибели животного.
Суд не усматривает оснований не доверять заключению судебной экспертизы, проведенной АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт», поскольку заключение соответствует требованиям ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, обладает необходимыми познаниями, в связи с чем отсутствуют основания усомниться в его компетентности, выводы эксперта представляются ясными и понятными.
Никаких обстоятельств, дающих основание сомневаться в правильности и обоснованности вышеуказанной экспертизы, судом не установлено, надлежащих доказательств в опровержение выводов судебной экспертизы не представлено. Заключение специалиста, представленное ответчиком в качестве рецензии на заключение судебной экспертизы /л.д. 60-76 том 3/, является субъективным мнением частного лица, самостоятельным исследованием, и, по своей сути, сводится к критическому, частному мнению специалиста, относительно выводов судебной экспертизы. Для того, чтобы рассматривать его в качестве допустимого доказательства по делу, заключение эксперта должно быть подготовлено в соответствии с установленными Законом и иными нормативными документами, правилами и на основании исследования материалов дела. Таким образом, оно не может быть принято в качестве доказательства несоответствия экспертного заключения действительности.
Суд считает, что заключение судебной экспертизы является надлежащим доказательством, поскольку экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов, эксперт, проводивший экспертизу, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, указанное заключение эксперта составлено им в пределах своей компетенции, вопреки доводам ответчика эксперт имеет соответствующую квалификацию, заключение содержит подробное описание проведенного исследования, его результаты с указанием примененных методов, ссылки на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, в связи с чем оснований для назначения повторной экспертизы по заявленному ответчиком ходатайству суд не усмотрел.
На основании изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения дела установлено обстоятельство оказания ответчиком истцу платных ветеринарных услуг ненадлежащего качества, при проведении ответчиком операции по кастрации животного истца была нарушена анатомическая целостность уретры, в связи с чем ответчиком была предпринята попытка устранить осложнение путем наложения шовного материала, однако данный факт не был доведен до сведения владельца животного, не отображен в документации, что привело к развитию жизнеугрожающих послеоперационных осложнений и гибели животного, доказательств отсутствия вины, обстоятельств, освобождающих от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, ответчиком как исполнителем в рамках правоотношений с потребителем в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.
В силу статьи 29 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель вправе потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги).
Таким образом, поскольку доказательств того, что оказанная ответчиком услуга являлась качественной, ответчиком не представлено, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части полного возмещения убытков, причиненных истцу в связи с недостатками оказанной услуги, со взысканием с ответчика в пользу истца понесенных расходов по оплате стоимости оказанных ответчиком ветеринарных услуг в размере 7 506,10 рублей, а также расходов по последующей диагностики, проведению исследований, приобретению препаратов, оплате оперативного вмешательства и вскрытия животного в общем размере 85 078 рублей, поскольку несение указанных расходов вызвано недостатками оказанной ответчиком ветеринарной услуги, развитием осложнений, данные расходы находятся в причинно-следственной связи с действиями ответчика, которым не была доведена до потребителя информация о возникших осложнениях в ходе кастрации животного, несение указанных расходов подтверждено материалами дела, а именно оплата оказанных ООО «ВМЮЗ» ветеринарных услуг подтверждается договором, актом выполненных работ, чеками от 05.05.2024 на сумму 54 525 рублей /л.д.5, 7-11, 21 том 1/, от 05.05.2024 на сумму 8500 рублей /л.д. 6, 20 том 1/, оплата оказанных СПб ГБУЗ «СПб Горветстанция» услуг – чеками от 03.05.2024 на сумму 1300 рублей /л.д. 17 том 1/, от 03.05.2024 на сумму 3655 рублей /л.д. 18 том 1/, от 02.05.2024 на сумму 8 700 рублей /л.д. 19 том 1/, оплата лабораторных исследований – чеком от 04.05.2024 на сумму 8 400 рублей /л.д. 12-13, 21 том 1/.
При этом, суд учитывает, что указание в ряде перечисленных документов в качестве владельца животного К не свидетельствует об отсутствии оснований для взыскания понесенных расходов в пользу истца, поскольку материалами дела подтверждено обстоятельство фактического несения истцом расходов, на момент оказания спорных услуг истец с К совместно проживал и владел собакой, а 03.09.2025 вступил в зарегистрированный брак, что подтверждается представленной в материалы дела копией свидетельства о заключении брака.
Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет возмещения убытков денежных средств в общем размере 92 584 рублей, доказательств несения истцом расходов в большем размере в материалы дела в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.
Оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов по приобретению умершего животного в размере 80 000 рублей суд не усматривает, поскольку доказательств приобретения его на возмездной основе в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, как не представлено и доказательств несения убытков в виде приобретения нового животного.
В силу ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.
Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.
Из разъяснений в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.
Принимая во внимание, что факт нарушения прав истца как потребителя установлен, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу нравственных страданий, учитывая смерть питомца, представляющего особую неимущественную ценность для истца, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей. Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в заявленном истцом размере суд не усматривает, денежная сумма в размере 50 000 рублей с учетом обстоятельств дела отвечает требованиям разумности и справедливости.
Согласно п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Поскольку установлено, что ответчик в добровольном порядке не удовлетворил требования потребителя, в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 50 % от взысканной суммы, то есть в размере 71 292 рублей (92584+50000)/2.
Поскольку истец, в соответствии с частью 3 ст. 17 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, при вынесении решения согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлины в размере 7 000 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить в части.
Взыскать с ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области в пользу ФИО1 денежные средства в размере 92 584 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, штраф в размере 71 292 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с ГБУ «Станция по борьбе с болезнями животных Всеволожского района» Ленинградской области в доход бюджета государственную пошлину в размере 7 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья /подпись/
Мотивированное решение изготовлено 26 ноября 2025 года.