Решение по делу № 02-0871/2025 от 27.11.2025 - о признании договора купли-продажи недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности сделки.

ДЕЛО № 2-871/2025

УИД 77RS0017-02-2024-004913-72

Решение

Именем Российской Федерации

27 ноября 2025 года адрес

Нагатинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Авдеевой Н.К., при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-871/2025 по иску ведущего судебного пристава-исполнителя Главного межрегионального (специализированного) управления Федеральной службы судебных приставов (специализированного отдела судебных приставов по адрес) к ФИО1, ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности сделки,

установил:

ведущий судебный пристав-исполнитель Специализированного отдела судебных приставов по адрес № 1 Главного межрегионального (специализированного) управления Федеральной службы судебных приставов (далее – СОСП по адрес № 1 ГМУ ФССП России) фио обратилась в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности сделки, указывая на то, что на исполнении в СОСП по адрес № 1 ГМУ ФССП России находится исполнительное производство № 60949/19/98077-ИП от 06.12.2016 (ранее 60949/19/77039-ИП), возбужденное на основании исполнительного листа ФС 003543559 от 11.11.2016, выданного Люблинским районным судом адрес, с предметом исполнения - взыскание ущерба, причиненного преступлением физическим или юридическим лицам, в сумме сумма, взыскателем по которому является фио, должником – фио Данное исполнительное производство входит в состав сводного исполнительного производства № 22820/20/77039-СД по солидарному взысканию задолженности с ФИО2, фио, фио в пользу фио, фио, фио В ходе исполнительного производства, в связи с неисполнением в добровольном порядке решения суда и требований исполнительных документов, судебным приставом-исполнителем направлены запросы в регистрирующие органы с целью установления ликвидного имущества должника. По сведениям Росреестра за ФИО2 зарегистрирована квартира с кадастровым номером 77:05:0011007:2036 по адресу: адрес, в связи с чем в рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем 13.06.2018, 21.11.2018, 18.03.2019 и 26.04.2019 вынесены постановления о запрете регистрационных действий по регистрации в отношении недвижимого имущества должника. Однако, до настоящего времени задолженность по исполнительному производству не погашена. В январе 2024 года судебному приставу-исполнителю стало известно, что указанная квартира 15 июля 2014 года была продана ФИО2 по договору купли-продажи своему брату – фио Как полагает судебный пристав-исполнитель, данная сделка является мнимой, то есть совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, поскольку фио и фио являются родными братьями, договор купли-продажи заключен накануне ареста ФИО2 в связи с возбуждением уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которому впоследствии фио был осужден приговором Люблинского районного суда адрес от 14.06.2016. Кроме того, в рамках уголовного дела по ходатайству следователя постановлением Кузьминского районного суда адрес от 13.08.2014 был наложен арест на имущество ФИО2, в том числе и на спорную квартиру, однако в ходе следствия ни фио, ни фио не заявляли о наличии договора купли-продажи от 15.07.2014 в целях исключения данной квартиры из состава имущества, подлежащего аресту. Данные обстоятельства свидетельствуют о мнимости сделки, заключении ее в целях исключения имущества из состава имущества, на которое в рамках исполнительного производства может быть обращено взыскание. На основании изложенного судебный пристав-исполнитель фио просит:

признать договор купли-продажи квартиры по адресу: адрес от 15 июля 2014 года, заключенный между ФИО2 и ФИО1, недействительным (ничтожным) и применить последствия недействительности сделки;

отменить решение Нагатинского районного суда адрес от 17.02.2017 о государственной регистрации договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, от 15 июля 2014 года.

Представитель истца фио в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала.

Ответчики фио, фио в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО1 – фио и представитель ответчика ФИО2 – фио в суд явились, доводы возражений на иск поддержали, в удовлетворении иска просили отказать, ссылаясь на истечение срока исковой давности.

Третьи лица фио, фио, фио в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Настоящее решение постановлено в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) при данной явке.

Суд, выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу п. 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

На основании ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, действующими на момент заключения.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании, в том числе, договора купли-продажи этого имущества.

В силу п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Пунктом 1 ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Согласно п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Как следует из материалов дела, фио с 17 февраля 2014 года на основании договора купли-продажи квартиры от 05.02.2014 являлся собственником квартиры с кадастровым номером 77:05:0011007:2036, расположенной по адресу: адрес. Данная квартира была приобретена ФИО2 за сумма (п. 4 договора купли-продажи квартиры от 05.02.2014).

15 июля 2014 года между ФИО2 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец продает, а покупатель покупает квартиру, расположенную по адресу: адрес.

Стоимость квартиры согласована сторонам в размере сумма (п. 4 договора купли-продажи).

Согласно справке АКБ «КРОСНА-БАНК» от 15.07.2014, фио являлся вкладчиком банка по договору банковского вклада от 07.07.2013, сумма вклада с накопленными процентами по состоянию на 15.07.2014 составляет сумма

В выписке по договору указано, что 15 июля 2014 год со счета в АКБ «КРОСНА-БАНК» фио снял сумма

15 июля 2014 года фио составил расписку, в которой указал, что денежную сумму в размере сумма во исполнение договора купли-продажи квартиры от 15.07.2014 получил полностью, претензий к покупателю не имеет.

15 июля 2014 года ФИО2 и ФИО1 подписан акт приема-передачи указанной квартиры. В п. 4 акта указано, что расчеты между сторонами произведены полностью при подписании договора до передачи квартиры.

Переход права собственности на квартиру, расположенную по адресу: адрес, от ФИО2 к ФИО1 на основании договора купли-продажи квартиры от 15.07.2014 в установленном законом порядке зарегистрирован не был.

Решением Нагатинского районного суда адрес, принятым 27 февраля 2017 года по гражданскому делу № 2-885/2017, постановлено произвести государственную регистрацию договора купли-продажи квартиры от 15 июля 2014 года и перехода права собственности к ФИО1 по данному договору купли-продажи квартиры по адресу: адрес, заключенному 15 июля 2014 года между ФИО1 и ФИО2

24 июля 2014 года следователем 7 отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по адрес в отношении неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, возбуждено уголовное дело.

По подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ 25 июля 2014 года задержан фио

Постановлением Кузьминского районного суда адрес от 13 августа 2014 года разрешено наложение ареста на недвижимое имущество – квартиру, расположенную по адресу: адрес, в части запрета распоряжаться квартирой.

Управлением Росреестра по адрес 02.09.2014 в ЕГРН внесена запись об аресте указанного объекта недвижимого имущества, о чем в адрес ФИО2 направлено уведомление.

Приговором Люблинского районного суда адрес от 14 марта 2016 года по делу № 1-27-2016-17, в том числе, фио признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы, с применением ч. 3 ст. 47 Уголовного кодекса Российской Федерации - с лишением права заниматься адвокатской деятельностью сроком на 2 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Частично удовлетворен гражданский иск фио и взыскана с фио, ФИО2, фио, фио, фио, солидарно в ее пользу сумма материального вреда в размере сумма

11 ноября 2016 года Люблинским районным судом адрес фио выдан исполнительный лист ФС № 003543559.

06 декабря 2016 года постановлением судебного пристава-исполнителя СОСП по адрес № 1 ГМУ ФССП России на основании исполнительного листа ФС № 003543559 от 11.11.2016 в отношении должника ФИО2 возбуждено исполнительное производство № 387572/16/77023-ИП, предмет исполнения – взыскание задолженности в размере сумма, взыскатель – фио

Постановлением Люблинского районного суда адрес от 20 апреля 2021 года произведена замена лица в исполнительном производстве фио на ее правопреемника – фио

Постановлением Люблинского районного суда адрес от 29 августа 2022 года снят арест на имущество – квартиру, принадлежащую ФИО2, расположенную по адресу: адрес.

В справке ведущего судебного пристава-исполнителя СОСП по адрес № 1 ГМУ ФССП России от 27.11.2025 указано, что на исполнении в данном отделе судебных приставов находится сводное по должнику исполнительное производство № 22820/20/77039-СД, в состав которого входит исполнительное производство № 387572/16/77023-ИП. По состоянию на 27.11.2025 в рамках сводного исполнительного производства № 22820/20/77039-СД остаток задолженности составляет сумма

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в определении от 12 октября 2015 года № 309-ЭС15-6673, в соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Указанные правомочия не могут реализовываться без учета общих принципов гражданского законодательства, которые, в числе прочего, подразумевают, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, не допускать злоупотребления правом и не извлекать преимущества из своего недобросовестно поведения (пп. 3 и 4 ст. 1 и ст. 10 ГК РФ). Следовательно, право собственности не может пониматься абсолютно, как ничем не ограниченная возможность владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим собственнику имуществом.

В развитие данных положений п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что права собственника ограничены возможностью совершения действий, не противоречащих закону и иным правовым актам и не нарушающих права и охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 23 января 2007 года № 1-П, свобода гражданско-правовых договоров в ее конституционно-правовом смысле, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, в частности в его Постановлениях от 06 июня 2000 года № 9-П и от 1 апреля 2003 года № 4-П, предполагает соблюдение принципов равенства и согласования воли сторон. Следовательно, регулируемые гражданским законодательством договорные обязательства должны быть основаны на равенстве сторон, автономии их воли и имущественной самостоятельности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела. Субъекты гражданского права свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункты 1 и 2 статьи 1 ГК Российской Федерации).

В то же время Конституционный Суд Российской Федерации подчеркивал, что конституционно защищаемая свобода договора не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина; она не является абсолютной и может быть ограничена, однако как сама возможность ограничений, так и их характер должны определяться на основе Конституции Российской Федерации, устанавливающей, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, части 1 и 3).

Согласно положениям статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

В силу статьи 2 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Федеральный закон об исполнительном производстве) задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

Частью 2 статьи 5 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» предусмотрено, что непосредственное осуществление функций по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений Федеральной службы судебных приставов и судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов.

В соответствии с частью 1 статьи 64 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с названным Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

Как разъяснено в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» перечень исполнительных действий, приведенный в части 1 статьи 64 Закона об исполнительном производстве, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов (пункт 17 части 1 названной статьи), если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (статьи 2 и 4 Закона об исполнительном производстве), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц.

Согласно приведенным выше нормам права и акту их толкования на службу судебных приставов возложена обязанность принимать любые не противоречащие закону меры для обеспечения принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц.

В данном случае подача судебными приставами искового заявления о признании договора купли-продажи квартиры недействительным обусловлена необходимостью полного, правильного и своевременного исполнения исполнительного документа, предписывающего взыскание с должника денежных сумм в пользу взыскателя (кредитора должника). Следовательно, судебный пристав-исполнитель наряду с кредитором должника имеет охраняемый законом интерес в признании данной сделки недействительной, поскольку он в силу закона обязан совершить действия, направленные на принуждение должника исполнить судебный акт, защитивший права кредитора должника.

Таким образом, судебный пристав-исполнитель для защиты своего законного интереса в период исполнительного производства вправе обратиться в суд с требованием о признании сделки в отношении имущества должника недействительной, если при ее совершении имело место злоупотребление правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) со стороны должника по исполнительному производству, который действовал в обход закона и преследовал противоправную цель - избежать обращения взыскания на принадлежащее ему имущество в пользу его кредитора в рамках исполнительного производства.

Как разъяснено в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: мнимая или притворная сделка (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие регистрационные действия, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Исходя из смысла приведенных правовых норм, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Бремя доказывания мнимого характера сделки и злоупотребления правом возлагается на лицо, обратившееся с указанными требованиями.

В силу части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу положений статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд, в свою очередь, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд, оценив действия ответчиков по заключению и исполнению оспариваемого договора купли-продажи с точки зрения их разумности и добросовестности, приходит к выводу о недоказанности реального исполнения договора купли-продажи от 15 июля 2014 года.

Само по себе подписание договора купли-продажи, акта приема-передачи, расписки в получении покупной цены, не свидетельствует об исполнении сделки, поскольку они необходимы для достижения последствий, создающих видимость совершения сделки.

Получив в 2017 году решение Нагатинского районного суда адрес от 27 февраля 2017 года по гражданскому делу № 2-885/2017 в регистрационный орган в целях государственной регистрации договора купли-продажи квартиры от 15 июля 2014 года и перехода права собственности фио не обращался.

Доказательств фактического проживания ФИО1 в спорной квартире как в своей собственной в юридически значимый период в материалы дела не представлено. Более того, как следует из выписки из домовой книги, в спорной квартире с 17.04.2014 по месту жительства зарегистрирован фио, 31.01.1995, приходящийся ФИО2 сыном.

Оплата ФИО1 коммунальных платежей за спорную квартиру, начиная с 2017 года не свидетельствуют о реальном исполнении ответчиком обязанностей собственника квартиры по её содержанию в период с даты заключения договора 15.07.2014 по 2017 год, то есть в течение трех лет.

Фактически, все действия по оплате ЖКУ за квартиру (чеки ответчиком представлены за период, начиная с 2017 года), обращение в Нагатинский районный суд адрес с иском о государственной регистрации договора купли-продажи квартиры (по информации с официального сайта суда в ИТС Интернет - 09.01.2017) были совершены ФИО1 только после возбуждения в отношении ФИО2 06 декабря 2016 года исполнительного производства, до указанного времени фио на протяжении трех лет о своих правах на спорную квартиру не заявлял, бремя расходов по содержанию спорной квартиры не нес, доказательств обратного ответчиком не представлено.

Суд полагает, что фио и фио, являясь близкими родственниками (родные братья), совершая оспариваемую сделку, преследовали очевидно недобросовестную цель сохранить контроль над спорным имуществом, формально сменив титульного собственника, но оставив имущество в семье.

Вместе с тем суд также отмечает, что объективные и разумные причины для продажи ФИО2 квартиры спустя 5 месяцев после её приобретения не доказаны.

Договор купли-продажи заключен 15 июля 2014 года незадолго до задержания ФИО2 в качестве подозреваемого в совершении преступления (25 июля 2014 года), а потому суд полагает, что фактически действия сторон сделки направлены не на реализацию ФИО2 как собственником своего права распоряжения принадлежащим ему имуществом, а на его сокрытие от возможного обращения взыскания на данное имущество.

Таким образом, данная сделка по согласованной воле ответчиков была направлена на создание видимости перехода права собственности от ФИО2 к ФИО1, стороны сделки действовали недобросовестно, преследуя иную, не свойственную договору купли-продажи при обычных условиях гражданского оборота, цель, что в совокупности свидетельствует о мнимом характере данного договора.

Довод ответчиков о том, что спорная квартира не является единственным имуществом, на которое может быть обращено взыскание, судом отклоняется, поскольку данное обстоятельство не имеет правого значения при разрешении спора о признании сделки недействительной по мотиву её мнимости.

Разрешая заявленное ответчиками ходатайство об истечении срока исковой давности, суд приходит к выводу, что оно не подлежит удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

В силу ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Правила статьи 195, пункта 2 статьи 196 и статей 198 - 207 названного Кодекса распространяются также на специальные сроки давности, если законом не установлено иное.

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как разъяснено в абз. 3 пункта 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

С учетом изложенного, установив, что оспариваемый договор купли-продажи спорной квартиры не исполнялся его сторонами, и у них отсутствовало намерение исполнять данный договор, суд приходит к выводу о том, что истцом не пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.

На основании изложенного суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания недействительным в силу ничтожности договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, заключенного 15 июля 2014 года между ФИО2 и ФИО1, поскольку таковой является мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

С учетом приведенных правовых норм, суд применяет последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: адрес, и возврате её в собственность ФИО2

При изложенных обстоятельствах суд удовлетворяет иск судебного пристава-исполнителя в полном объеме заявленных требований.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», основанием для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются вступившие в законную силу судебные акты.

При таких обстоятельствах настоящее решение суда является основанием для внесения соответствующих изменений в ЕГРН.

Требование истца об отмене решения Нагатинского районного суда адрес от 17.02.2017 о государственной регистрации договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, от 15 июля 2014 года, по своей сути не является исковым требование, подлежащим разрешению в рамках данного спора. Полномочиями по проверке законности и обоснованности вступившего в законную силу решения суда по другому делу, а также его пересмотру в данном случае суд не наделен.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить.

Признать договор купли-продажи квартиры от 15.07.2014 г., расположенной по адресу: адрес, заключенный между ФИО2 и ФИО1, недействительным.

Применить последствия недействительности произведенной сделки, прекратить право собственности ФИО1 на квартиру по адресу: адрес.

Вернуть в собственность ФИО2 квартиру по адресу: адрес.

Решение является основанием для внесения записи о переходе права собственности в пользу ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: адрес.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в Нагатинский районный суд адрес в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 18.02.2026 г.

Судья Н.К. Авдеева