Дело № 2-1185/2022

УИД 66RS0002-02-2022-000517-39

Решение в окончательной форме принято 08.08.2022

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

01 августа 2022 года г. Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе

председательствующего судьи Матвеевой Ю.В.

при секретаре Гильмияровой Ю.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Эйнар Груп» к ФИО1 о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Эйнар Груп» обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного работником, в размере 236289 руб.

В обосновании исковых требований указало, что ответчик с 12.03.2018 года состоял в трудовых отношениях с ООО «Эйнар Груп», работая первоначально в должности специалиста по продажам, а с 02.12.2019 года в должности директора по развитию. Содержание трудовой функции работника предусматривало непосредственную работу с материальными ценностями работодателя (хранение, обработка, пересчет, прием, выдача, перемещение ценностей). 12.03.2018 с работником заключен договор о полной материальной ответственности. Соглашением от 01.06.2018 в трудовой договор были внесены изменения, согласно которым местом работы ФИО1 является обособленное подразделение ООО «Эйнар Груп» в <...>, оф.1. В данном подразделении ФИО1 являлся единственным работником. Ответчиком были получены материальные ценности (оправы для очков) по следующим основаниям: накладная *** 16.06.2021 в количестве 191 шт. на сумму 125021,10 руб., накладная *** 17.06.2021 в количестве 369 шт. на сумму 1156111,71 руб., накладная *** 23.06.2021 в количестве 174 шт. на сумму 139301,09 руб., накладная *** 20.07.2021 в количестве 13 шт. на сумму 44255,57 руб. В соответствии с приказом *** от 20.09.2021 работодателем было принято решение о проведении организационных изменений, связанных с переводом (перемещением) структурного подразделения ООО «Эйнар Груп» из г.Екатеринбурга в г.Колпашево Томской области. В связи с указанным обстоятельством в адрес ФИО1 работодатель неоднократно (23.09.2021, 26.10.2021, 30.11.2021, 20.12.2021) направлял уведомления о необходимости возврата материальных ценностей, а также истребовано объяснение для установления причин возникновения ущерба. В результате проверочных мероприятий выявлено, что часть товара в количестве 123 шт. на сумму 378005 рублей была возвращена в сентябре 2021 года, часть товара – 418 шт. на сумму 850395,04 руб. возвращена 23.12.2021 года. Вместе с тем, материальные ценности в количестве 206 штук на сумму 236289 рублей не возвращены до настоящего времени, что явилось основанием для предъявления исковых требований.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности от 01.03.2022, в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также в письменных возражениях на отзыв ответчика (л.д.212-216 т.1, л.д.21-31, 117-118 т.2, л.д.18-21 т.3).

Ответчик ФИО1 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в отзыве (л.д.209-211 т.1), указав, что отсутствие должностной инструкции и установления конкретного порядка обращения с ТМЦ исключает материальную ответственность работника. Работодателем не были обеспечены надлежащие условия хранения имущества, договор аренды офисного помещения был расторгнут, оправы для очков хранились им в коробках из-под обуви у себя дома. Работодателем не соблюдены правила заключения договора о материальной ответственности, в связи с чем материальная ответственность ограничивается средним заработком. Работодателем не была проведена инвентаризация ТМЦ. Отсутствуют доказательства надлежащей передачи ТМЦ работнику под материальную ответственность. Также ответчик указал о своем тяжелом материальном положении, связанном с наличием многочисленных кредитных обязательств.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Свердловской области в суд не явился, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ответчик ФИО1 с 12.03.2018 состоял в трудовых отношениях с ООО «Эйнар Груп», занимая должность специалиста по продажам (трудовой договор на л.д.26-29 т.1). Согласно п.1.1 трудового договора трудовая функция работника состоит в следующем: заключать договоры поставки, вести переговоры по сделкам, отслеживать количество и качество поставляемой продукции и товара, своевременно составлять отчеты по поставкам и отгрузкам товара, вести деловую переписку с поставщиками и покупателями, своевременно предоставлять всю необходимую информацию работодателю по поставкам и отгрузкам товара и продукции. Трудовым договором предусмотрен разъездной характер работы (п.1.4 трудового договора). Соглашением от 01.06.2018 в трудовой договор были внесены изменения, согласно которым местом работы ФИО1 является обособленное подразделение ООО «Эйнар Груп» в <...>, оф.1 (п.1.2 трудового договора), изменен размер заработной платы (п.6.1 трудового договора). На основании соглашения от 02.12.2019 п.1 трудового договора дополнен: работник переведен на должность директора по развитию.

Судом установлено, что между истцом (работодателем) и ФИО1 (работником) был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности от 12.03.2018 года, в соответствии с которым работник, принимает на себя полную материальную ответственность за обеспечение сохранности вверенных ему ценностей (л.д.30-31).

На основании приказа ООО «Эйнар Груп» *** от 15.06.2018 ФИО1, назначен материально-ответственным лицом за образцы оправ/футляров/салфеток в обособленном подразделении в г. Екатеринбурге, с использованием образцов ФИО1 выполняет должностные обязанности, направленные на организацию активных продаж товаров, в рамках исполнения должностных обязанностей ФИО1 обеспечивает надлежащее хранение, обработку, пересчет, прием и выдачу образцов, переданных в обособленное подразделение в г. Екатеринбурге в порядке внутреннего перемещения, в рамках исполнения должностных обязанностей ФИО1 предоставляет отчеты о движении и остатках вверенных ему образцов в порядке, установленном п.9 приказа (л.д.6-7 т.2). С указанным приказом работник Г.Г.ЛБ. ознакомлен 15.06.2018.

На основании приказа от 01.12.2021 трудовой договор с ФИО1 прекращен на основании п.7 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ (л.д.108 т.1).

В судебном заседании установлено, что директором по развитию ФИО1 были получены материальные ценности (оправы для очков) по следующим основаниям: накладная *** от 16.06.2021 в количестве 191 шт. на сумму 125021,10 руб., накладная *** от 17.06.2021 в количестве 369 шт. на сумму 1156111,71 руб., накаладная *** от 23.06.2021 в количестве 174 шт. на сумму 139301,09 руб., накладная *** 20.07.2021 в количестве 13 шт. на сумму 44255,57 руб. (л.д.34-72 т.1), что ответчиком не оспаривалось и подтверждается его подписью в соответствующих накладных.

В соответствии с приказом *** от 20.09.2021 работодателем было принято решение о проведении организационных изменений, связанных с переводом (перемещением) структурного подразделения ООО «Эйнар Груп» из г.Екатеринбурга в г.Колпашево Томской области (л.д.73 т.1). В связи с указанным обстоятельством в адрес ФИО1 работодатель неоднократно (23.09.2021, 26.10.2021, 30.11.2021, 20.12.2021, 10.01.2022) направлял уведомления о необходимости возврата материальных ценностей, а также истребовано объяснение для установления причин возникновения ущерба (л.д.74-89, 101-106, 110-114,116-122, 164-170 т.1).

От работника получены объяснения: от 17.12.2021 (л.д.115 т.1), от 29.12.2021 (л.д.163 т.1), от 12.01.2022 (л.д.175 т.1).

В результате проверочных мероприятий работодателем выявлено, что часть товара в количестве 123 шт. на сумму 378005 рублей была возвращена ФИО1 в сентябре 2021 года, часть товара – 418 шт. на сумму 850395,04 руб. возвращена 23.12.2021 года, что подтверждается докладной запиской коммерческого директора ООО «Эйнар Груп» от 30.12.2021, актом об установлении содержания доставленного груза от 29.12.2021, накладной на внутреннее перемещение товара *** от 29.12.2021 (л.д.123-153 т.1). Таким образом, материальные ценности в количестве 206 штук на сумму 236289 рублей ответчиком не возвращены: 747 шт. (на сумму 1464689,47 руб.) – 123 шт. (на сумму 378005 руб.) – 418 шт. (на сумму 850395,04 руб.).

Факт утери ТМЦ в количестве 206 штук на общую стоимость 236289 руб. ответчиком не оспаривался, и подтверждается его письменным объяснением от 12.01.2021 (л.д.175 т.1).

В соответствии со статей 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим кодексом и иными федеральными законами. Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Согласно статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действия или бездействия).

В соответствии с разъяснениями, данными в п.4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

В соответствии со статьей 242, пунктом 2 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере, в частности, в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Согласно статье 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, заключается с работниками, достигшими возраста 18 лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Проанализировав положения трудового договора относительно трудовой функции ответчика, а также приказа ООО «Эйнар Груп» № *** от 15.06.2018, суд приходит к выводу, что истцом с ответчиком правомерно заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, поскольку соблюдены все условия, предусмотренные законом: достижение работником 18 лет, выполнение ответчиком работ по приему и ответственному хранению материальных ценностей, наличие выполняемой ответчиком работы в «Перечне должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества», утвержденном Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 г. № 85 (работы: по купле (приему), продаже (торговле, отпуску, реализации) услуг, товаров (продукции), подготовке их к продаже (торговле, отпуску, реализации); работы: по приему на хранение, обработке (изготовлению), хранению, учету, отпуску (выдаче) материальных ценностей на складах, базах, в кладовых, пунктах, отделениях, на участках, в других организациях и подразделениях).

С учетом изложенного, возражения ответчика относительно отсутствия должностной инструкции судом отклоняются как необоснованные, поскольку трудовая функция определена в трудовом договоре, равно как отклоняются возражения относительно недействительности (незаключенности) договора о полной материальной ответственности, поскольку перевод работника на должность директора по развитию не повлек изменения трудовой функции работника.

В соответствии со статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Обстоятельств, предусмотренных статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации и освобождающих работника от ответственности за причиненный ущерб, судом не установлено.

В соответствии с разъяснениями, данными в п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

Возражения ответчика относительно того, что работодателем не были обеспечены условия для хранения имущества в связи с не предоставлением чемоданов для хранения оправ, признаются судом необоснованными, поскольку судом не усматривается наличие причинно-следственной связи между хранением товарно-материальных ценностей в квартире ответчика в коробках, либо их перемещением для демонстрации клиентам в целях исполнения возложенных трудовых обязанностей, и их утратой в количестве 206 штук. На ответчика согласно положениям договора о полной материальной ответственности, приказа ООО «Эйнар Груп» *** от 15.06.2018 возложена обязанность бережно относиться к имуществу работодателя, принимать меры по предотвращению ущерба, своевременно сообщать работодателю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенных ценностей, вести учет, составлять и представлять товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного имущества.

Оценив исследованные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что установлена вина ответчика в причинении ущерба работодателю. Ответчиком нарушены обязанности, предусмотренные статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации – бережное отношение к имуществу работодателя, а также положения договора о полной материальной ответственности, что явилось причиной возникновения материального ущерба у работодателя.

В силу ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пунктах 13, 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", при оценке доказательств, подтверждающих размер причиненного работодателю ущерба, суду необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью первой статьи 246 ТК РФ при утрате и порче имущества он определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества. При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В судебном заседании установлено, что предусмотренные ст.247 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по установлению размера ущерба и причины его возникновения работодателем исполнены: проведен количественный подсчет возвращённых ФИО3 материальных ценностей, от работника истребовано объяснение. В данном случае размер ущерба был достоверно установлен, и на работодателя не возложена обязанность по обязательному проведению инвентаризации.

Учитывая исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что установлено наличие всех предусмотренных законом оснований для наступления материальной ответственности работника в полном размере причиненного ущерба. При таких обстоятельствах требование истца о взыскании с ответчика 236289 руб. является законным, обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Согласно ст.250 Трудового кодекса Российской Федерации орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Согласно разъяснениям, данным в п.16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 ТК РФ может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с частью второй статьи 250 ТК РФ снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Такое снижение возможно также и при коллективной (бригадной) ответственности, но только после определения сумм, подлежащих взысканию с каждого члена коллектива (бригады), поскольку степень вины, конкретные обстоятельства для каждого из членов коллектива (бригады) могут быть неодинаковыми (например, активное или безразличное отношение работника к предотвращению ущерба либо уменьшению его размера). Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.

Ответчиком заявлено о снижении размера ущерба, представлены доказательства затруднительного материального положения в связи с наличием нескольких кредитных обязательств (л.д.23-44 т.3).

Вышеуказанные обстоятельства в своей совокупности являются достаточным основанием для снижения размера ущерба, подлежащего взысканию с работника до разумной его величины, учитывая при этом необходимость соблюдения баланса интересов сторон трудовых отношений, в которых работник является экономически более слабой стороной.

Таким образом, к взысканию с ответчика суд определяет сумму в размере 150000 рублей.

В силу ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере 5 563 рубля.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 (***) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Эйнар Груп» (ОГРН <***>) в возмещение материального ущерба 150 000 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 5 563 рубля.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга.

Судья Ю.В.Матвеева