Судья Кучеренко А.Ю. Дело № 33-2900/2023

Дело №2-936/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Худиной М.И.,

судей Карелиной Е.Г., Емельяновой Ю.С.,

при секретаре Волкове А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной с ответственностью «ЭОС» к ФИО1 о взыскании задолженности по договору кредитования

по апелляционной жалобе ответчика ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г. Томска от 23.05.2023.

Заслушав доклад судьи Карелиной Е.Г., судебная коллегия

установила:

общество с ограниченной с ответственностью «ЭОС» (далее - ООО «ЭОС», Общество) обратилось в суд с иском, в котором просило взыскать с ФИО1 в свою пользу задолженность по кредитному договору /__/ за период с 06.05.2016 по 06.05.2021 в размере 340 295,95 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6602,96 руб.

В обоснование требований указано, что по условиям заключенного 06.05.2016 между ПАО Банк ВТБ и ФИО1 договора о предоставлении кредита /__/, ответчику предоставлен кредит в размере 264 423 руб. сроком на 60 месяцев под 22,7% годовых, а ответчик обязалась возвратить кредит и проценты путем оплаты ежемесячного платежа - 7 408,70 руб. 6 числа каждого месяца до 06.05.2021, размер последнего платежа - 7 764,80 руб. Пунктом 13 Индивидуальных условий, подписанных заемщиком, предусмотрено его согласие Банку на уступку права требования по договору. 15.06.2021 между ПАО Банк ВТБ и ООО «ЭОС» заключен договор уступки прав требования, по которому право требования задолженности по указанному кредитному договору в размере 355 018,87 руб. было уступлено ООО «ЭОС». 27.05.2022 мировым судьей судебного участка № 3 Анжеро-Судженского городского судебного района Кемеровской области вынесен судебный приказ о взыскании с ФИО1 суммы задолженности по кредитному договору в пользу ООО «ЭОС», после чего ООО «ЭОС» обратилось в Федеральную службу судебных приставов для принудительного исполнения судебного приказа, в рамках которого с ответчика взыскана сумма в размере 14 722,92 руб. Определением от 19.07.2022 судебный приказ от 27.05.2022 отменён.

В судебном заседании ответчик ФИО1 исковые требования не признала, заявила о пропуске Обществом срока исковой давности.

Дело рассмотрено в отсутствие представителя истца ООО «ЭОС», представителей третьих лиц ООО СК «ВТБ Страхование», Банк ВТБ (ПАО), ООО СК «Газпром Страхование».

Обжалуемым решением исковые требования ООО «ЭОС» удовлетворены частично, в его пользу с ФИО1 взысканы: задолженность по кредитному договору /__/ за период с 06.09.2019 по 06.05.2021 в размере 155 938,80 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 318,78 руб.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит решение отменить, принять новое об отказе в удовлетворении исковых требований. Считает, что в силу норм действующего законодательства и условий кредитного договора право требования по нему могло быть передано Банком только субъекту банковской деятельности. В связи с отсутствием у ООО «ЭОС» лицензии на осуществление банковской деятельности и письменного согласия заемщика на такую уступку, полагает договор уступки от 15.06.2021 между ПАО Банк ВТБ и ООО «ЭОС» ничтожным. Отмечает, что судом не учтено отсутствие уведомления ответчика по месту жительства в /__/, при том, что Банк достоверно знал о смене места жительства ответчика с 2016 года. При расчете суммы взыскиваемой задолженности суд не учел, что после вынесения судебного приказа ответчиком погашено 14722,92 руб. Суд не исследовал вопрос подачи ответчиком заявления о страховом случае в связи с потерей работы.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствие сторон и третьих лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований к отмене решения не нашла.

Согласно п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее (содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу п. 2 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Согласно п. 3 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 3 ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В соответствии со ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 настоящей главы, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, следует из материалов дела (л.д.18-23) и под сомнение в апелляционной жалобе не ставится, что 06.05.2016 между ФИО1 и ВТБ 24 (ПАО) заключен кредитный договор /__/, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредит на потребительские нужды (на оплату страховой премии) в размере 264 423 руб. на срок 60 месяцев (дата возврата кредита - 06.05.2021) под 22,7 % годовых, а ответчик обязалась возвратить кредит с процентами путем оплаты ежемесячного платежа - 7 408,70 руб. 6 числа каждого месяца до 06.05.2021, размер последнего платежа - 7 764,80 руб.

ФИО1 была ознакомлена и согласна с Общими условиями договора, размером общей стоимости кредита, перечнем и размерами платежей, включенных и не включенных в расчет полной стоимости кредита (пункты 14, 23 Индивидуальных условий).

В силу пунктов 1, 2 ст. 811 Гражданского кодекса Российской федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

Если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.

Заемщиком ФИО1 были нарушены условия кредитного договора /__/ от 06.05.2016 относительно срока внесения ежемесячного платежа, в связи с чем у нее образовалась задолженность на 14.06.2021 в размере 504 763,67 руб., из которых: 269 444,20 руб. - задолженность по процентам, пени, комиссиям; 235 319,47 руб. - остаток ссудной задолженности (л.д.25-30).

Представленный истцом расчет задолженности проверен судом, сомнений в своей правильности не вызывает, поскольку он выполнен в соответствии с условиями кредитного договора и требованиями закона, стороной ответчика не оспорен.

Согласно пунктам 1, 3 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора уступки права требования (цессии) право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие права связанные с требованием права, в том числе права на неуплаченные проценты.

В силу положений статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

В соответствии с п. 1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Согласно п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

При подписании Индивидуальных условий, заемщик выразил свое согласие, что Банк вправе уступить права требования по договору, а также передать связанные с правами (требованиями) документы и информацию третьему лицу, не имеющему лицензии на осуществление банковских операций (п. 13).

15.06.2021 между Банком ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» заключен договор уступки прав требования /__/ (л.д.34-43), по условиям которого Банк передал Обществу права (требования), в том числе по кредитному договору /__/ от 06.05.2016, заключенному с ФИО1 с задолженностью в размере 355 018,87 руб., включая право требовать от заемщика выполнения его денежных обязательств по возврату основного долга по кредиту (включая просроченную задолженность по основному долгу), уплате процентов за пользование кредитом (включая просроченные проценты и проценты, начисленные на просроченный основной долг), а также все существующие права по обеспечительным договорам в полном объеме (Обеспечение), а также права (требования) по уплате предусмотренных условиями кредитного договора и признанных судом неустоек, штрафов и пеней за несвоевременное исполнение заемщиком обязательств.

09.07.2021 ООО «ЭОС» направило ФИО1 уведомление о состоявшейся уступке права требования по адресу : /__/, указанному ответчиком при заключении кредитного договора (л.д.32).

Вопреки доводам апеллянта, доказательств того, что она сообщала кредитору иной адрес своего места жительства, в материалы дела не представлено.

Оценивая договор уступки прав (требования) в части передачи истцу права требования по кредитному договору /__/ от 06.05.2016 в размере 355018,87 руб., суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что он не противоречит закону и условиям кредитного договора.

Так, исходя из положений статьи 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, а переход права требования в отношении возникшей задолженности по кредитному договору /__/ от 06.05.2016 в размере 355 018,87 руб. не предполагает осуществления ООО «ЭОС» какой-либо деятельности, требующей лицензирования.

Действительно, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Однако, судом правильно установлено и следует из п.13 подписанных ответчиком Индивидуальных условий, что в кредитном договоре /__/ от 06.05.2016 его стороны согласовали право Банка передавать право требования по кредитному договору лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности.

Проанализировав нормы материального права и условия кредитного договора, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что договор уступки прав требования /__/ соответствует закону и прав ответчика не нарушает. При этом суд учел, что уступка права требования не может нарушать права ответчика как заемщика по кредитному договору, поскольку он не лишается права на защиту от необоснованных требований нового кредитора теми же способами, которые имелись в его распоряжении в отношении прежнего кредитора, уступка прав кредитора не влияет на объем прав и обязанностей должника по кредитному договору, и для должника в данном случае личность кредитора не имеет значения.

Доводы апеллянта об обратном основаны на ошибочном толковании норм материального права и условий договоров, в связи с чем судебной коллегией отклоняются.

В соответствии со ст. 195,196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено; общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В соответствии с п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

В п. 6 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 разъяснено, что по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 1 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу ст. 204 ГК РФ начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абз. 2 ст.220 ГПК РФ, п. 1 ч. 1 ст. 150 АПК РФ, с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа.

В случае прекращения производства по делу по указанным выше основаниям, а также в случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (п. 1 ст. 6, п. 3 ст. 204 ГК РФ).

Судом установлено, следует из материалов дела № 2-1106/2022, что 18.05.2022 ООО «ЭОС» обратилось к мировому судье с заявлением о вынесении судебного приказа о взыскании с ФИО1 задолженности по кредитному договору /__/ от 06.05.2016.

27.05.2022 мировым судьей судебного участка № 4 Анжеро-Судженского городского судебного района Кемеровской области вынесен судебный приказ о взыскании с ФИО1 суммы задолженности по кредитному договору /__/ от 06.05.2016 в размере 355018,87 руб. в пользу ООО «ЭОС». Данный судебный приказ в связи с поданными ответчиком возражениями был отменен определением мирового судьи от 19.07.2022.

С учетом заявления ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, вышеприведенных норм, разъяснений и обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент обращения Общества 03.11.2022 в суд с настоящим иском им пропущен срок исковой давности по требованиям о взыскании задолженности по платежам, срок исполнения которых наступил до 01.09.2019, в связи с чем, учитывая нарушение ФИО1 обязательств по кредитному договору взыскал с ответчика задолженность по кредитному договору исходя из задолженности по ежемесячным платежам, находящимся в пределах срока исковой давности, с 06.09.2019 по 06.05.2021 в размере 155 938,80 руб.

Данные выводы основаны на законе и доказательствах, которым суд первой инстанции дал соответствующую требованиями ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценку. Оснований не соглашаться с ними и с обжалуемым решением по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не находит.

Вопреки доводам жалобы суд правомерно при расчете задолженности ответчика за период с 06.09.2019 по 06.05.2021 не учел платеж в размере 14722,92 руб., произведенный ответчиком в период между вынесением судебного приказа от 27.05.2022 и его отменой 19.07.2022, поскольку на момент подачи заявления о вынесении судебного приказа (18.05.2022) Обществом не был пропущен срок по требованиям о взыскании задолженности по кредитному договору по ежемесячным платежам за июнь, июль 2019 года, в общей сумме согласно условиям договора более 14800 руб., в связи с чем на основании ст.319.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" данный платеж ответчика подлежит зачету в счет обязательств по уплате задолженности за июнь и июль 2019 года, срок которых наступил раньше, по которому на момент обращения истца в суд за вынесением судебного приказа не был пропущен срок исковой давности.

Ссылка апеллянта на подачу ответчиком заявления о страховом случае в связи с потерей работы на результат рассмотрения настоящего дела не влияет.

Иных доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.

Оснований для изменения или отмены обжалуемого в апелляционном порядке судебного акта не имеется, что влечет отказ в удовлетворении апелляционной жалобы.

Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Томска от 23.05.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи