Решение по делу № 2-А72/2025 от 16.06.2025 - о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами; <ФИО> к <ФИО> о взыскании денежных средств по договору займа; <ФИО> к <ФИО> о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Дело № 2-А72/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2025 года село Красное Липецкой области

постоянное судебное присутствие в селе Красное Краснинского района Липецкой области

Становлянский районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего судьи Родионова Е.И.,

при секретаре Ковыловой В.В.,

с участием:

прокурора Мещерина А.В.,

ответчика ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4, ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами; ФИО3 к ФИО2 о взыскании денежных средств по договору займа; ФИО5 к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами,-

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами и к ФИО2 о взыскании денежных средств по договору займа. ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами.

В обоснование заявленных требований указали, что летом 2023 года ответчик ФИО4 предложил истцам ФИО3, ФИО5 вложить денежные средства в проект «МоnеуТгее», позволяющий купить криптовалюту, посредством их внесения на банковские счета ФИО4, его супруги ФИО2 и его отца ФИО1.

В период времени с 07.08.2023 по 04.12.2023 истцом, ФИО3, для приобретения криптовалюты с целью получения прибыли с банковской карты АО «Тинькофф Банк» осуществлены переводы денежных средств ответчику ФИО4 на имя ФИО6 С. по номеру телефона: .... в общей сумме 1 475 000 рублей 00 копеек, а именно: 07.08.2023 в 22:43 в размере 150 000 рублей; 08.08.2023 в 20:59:57 в размере 150 000 рублей; 11.09.2023 в 10:20:17 на карту получателя ... в размере 100 000 рублей; 26.09.2023 в 21:23:53 в размере 150 000 рублей, в 21:25:32 в размере 150 000 рублей, в 21:27:34 в размере 150 000 рублей, в 21:29:18 в размере 50 000 рублей; 27.09.2023 в 17:24:06 в размере 120 000 рублей, в 17:24:21 в размере 180 000 рублей; 28.09.2023 в 20:04:01 в размере 100 000 рублей; 25.11.2023 в 02:00:49 в размере 25 000 рублей; в 17:19:27 в размере 50 000 рублей; 04.12.2023 в 16:19:35 в размере 100 000 рублей. 28.07.2023 истцом ФИО3 ответчику ФИО4 в наличной форме были переданы денежные средства в размере 100 000 рублей, также для участия в вышеуказанном проекте «МоnеуТгее».

В этот же период времени истцом ФИО3 с банковской карты АО «Тинькофф Банк» осуществлены переводы денежных средств ответчику ФИО2 на имя Александры С. по номеру телефона: ... в общей сумме 1 484 000 рублей 00 копеек, а именно: 28.08.2023 в 13:02:42 в размере 150 000 рублей; 29.08.2023 в 20:49:02 в размере 150 000 рублей; 26.09.2023 в 21:24:20 в размере 150 000 рублей, в 21:26:39 в размере 150 000 рублей, в 21:28:02 в размере 150 000 рублей, в 21:29:43 в размере 50 000 рублей; 27.09.2023 в 17:23:10 в размере 120 000 рублей, в 17:23:41 в размере 180 000 рублей; 28.09.2023 в 17:28:13 в размере 100 000 рублей; 13.11.2023 в 16:15:53 в размере 5 000 рублей, в 14:11:31 в размере 27 000 рублей; 25.11.2023 в 01:34:39 в размере 37 000 рублей, в 17:19:09 в размере 75 000 рублей; 04.12.2023 в 16:19:05 в размере 140 000 рублей.

07.08.2023 истцом ФИО5 осуществлен перевод денежных средств ответчику ФИО1 на имя Александра Сергеевича С. на карту ПАО «Сбербанк» ... по номеру телефона: .... в сумме 100 000 рублей 00 копеек.

Однако криптокошельки так и не были открыты на имя истцов, документы, подтверждающие реальность приобретения криптовалюты ответчики не представили. Впоследствии из средств массовой информации истцы узнали о том, что проект «МоnеуТгее» является финансовой пирамидой. В отсутствие каких-либо договорных, а также иных отношений между истцами Стрелковым ДА., ФИО5 и ответчиками ФИО4, ФИО2 и ФИО1 деньги, полученные ими, являются неосновательным обогащением, поскольку документы, подтверждающие реальность приобретения криптовалюты истцам не представлены, намерений подарить денежные средства у истцов не имелось. 06.05.2024 ответчиком ФИО4 частично произведен возврат денежных средств истцу ФИО3 в общей сумме 7 500 рублей 00 копеек. От возврата остальной суммы неосновательного обогащения ответчик уклонился. Ответчиками ФИО2, ФИО1 суммы неосновательного обогащения истцам до настоящего времени не возвращены. Таким образом, без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований ответчиками приобретены денежные средства. Общая сумма неосновательного обогащения ФИО4 с учетом частичного возврата составила 1 467 500 рублей 00 копеек. Сумма неосновательного обогащения ФИО2 составила 1 484 000 рублей 00 копеек. В свою очередь, сумма неосновательного обогащения ФИО1 составила 100 000 рублей 00 копеек. Кроме того, 06.04.2022 между истцом ФИО3 и ответчиком ФИО7 был заключен договор займа, по условиям которого ФИО3 передал ФИО2 денежные средства в сумме 150 000 рублей 00 копеек, которые последняя обязалась возвратить не позднее 06.10.2022, что подтверждается соответствующим переводом с банковской карты АО «Тинькофф Банк». В указанную дату денежные средства возвращены не были. 06.05.2024 ответчиком ФИО2 частично произведен возврат денежных средств на общую сумму 7 500 рублей 00 копеек. От возврата остальной суммы займа ответчик уклонился. Сумма задолженности по договору займа составляет 142 500 рублей 00 копеек. 15.11.2024 истцами направлены претензии в адрес ответчиков с требованием произвести возврат сумм неосновательного обогащения и займа с учетом процентов за пользование чужими денежными средствами, однако каких-либо ответов, а равно денежных средств от ответчиков не поступило.

С учетом увеличения исковых требований от 06.03.2025 в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, ФИО3 просил взыскать: с ФИО4 неосновательное обогащение в размере 1 567 500 рублей 00 копеек, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 270 466 рублей 09 копеек за период с 04.12.2023 по 06.12.2024, а также проценты за пользование чужими денежными средствами с 07.12.2024 по день фактического исполнения обязательства; с ФИО2 неосновательное обогащение в размере 1 484 000 рублей 00 копеек, денежных средств по договору займа в размере 142 500 рублей 00 копеек, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 281 151 рубль 88 копеек за период с 04.12.2023 по 06.12.2024, а также проценты за пользование чужими денежными средствами с 07.12.2024 по день фактического исполнения обязательства. ФИО5 просила взыскать с ФИО1 неосновательное обогащение в размере 100 000 рублей 00 копеек, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 21 492 рубля 98 копеек за период с 07.08.2023 по 06.12.2024, а также проценты за пользование чужими денежными средствами с 07.12.2024 по день фактического исполнения обязательства.

19.02.2025 по своей инициативе на основании пункта 3 части 4 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса РФ в целях обеспечения законности для дачи заключения в дело вступил прокурор Краснинского района Липецкой области Мещерин А.В. (том 1 л.д. 91).

Протокольным определением Становлянского районного суда Липецкой области от 06.03.2025 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены: ФИО8, Федеральная службу по финансовому мониторингу Российской Федерации, Управление Федеральной налоговой службы России по Липецкой области, Центральный банк Российской Федерации.

Истцы ФИО3, ФИО5 в судебное заседание не явились, по неизвестной суду причине, о времени и месте судебного заседания извещались судом своевременно в установленном законом порядке и надлежащим образом, не представили сведений о причинах неявки, с просьбой о рассмотрении дела в свое отсутствие не обращались.

Представитель истцов, действующая на основании ордеров – адвокат Тонких К.Г. в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещалась судом своевременно в установленном законом порядке и надлежащим образом. 28.05.2025 в электронном виде от нее поступило ходатайство об отложении судебного заседания, в связи с занятостью в другом судебном процессе во 2-м Западном окружном военном суде, а также тем обстоятельством, что сторона истца считает необходимым свое участие в судебных заседаниях.

В силу статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна добросовестно пользоваться своими процессуальными правами. Добросовестное пользование процессуальными правами отнесено к условиям реализации одного из основных принципов гражданского процесса – принципа состязательности и равноправия сторон.

Согласно пункту 1 статьи 14 Кодекса профессиональной этики адвоката при невозможности по уважительным причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании, а также при намерении ходатайствовать о назначении другого времени для их проведения, адвокат должен при возможности заблаговременно уведомить об этом суд, а также сообщить об этом другим адвокатам, участвующим в процессе, и согласовать с ними время совершения процессуальных действий.

В соответствии с частью 6 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд может отложить разбирательство дела по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой его представителя по уважительной причине.

Суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства представителя истцов, действующего на основании ордеров – адвоката Тонких К.Г. об отложении судебного заседания, поскольку адвокат Тонких К.Г. будучи заблаговременно (согласно почтовому уведомлению - 23.05.2025) извещенной о дате, месте и времени судебного заседания, назначенного на 29.05.2025 и располагая сведениями о том, что судебное заседание по рассмотрению ее апелляционной жалобы назначено 2-м Западным окружным военным судом на 29.05.2025 (согласно приложенному извещению от 30.04.2025) обратилась в Становлянский районный суд Липецкой области с ходатайством об отложении судебного разбирательства посредством портала ГАС «Правосудие» лишь 27.05.2025 в 18 часов 02 минуты (после окончания рабочего дня), то есть фактически за сутки до судебного заседания, назначенного на 29.05.2025, кроме того исходя из того, что в силу части 6 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка представителя стороны не является безусловным основанием для отложения судебного разбирательства, а сама по себе занятость представителя в другом судебном процессе не является уважительной причиной его неявки в судебное заседание.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался судом своевременно в установленном законом порядке и надлежащим образом, в материалах дела имеется заявление от 02.03.2025 с просьбой рассмотреть дело в свое отсутствие (том 3 л.д. 4).

Третье лицо ФИО8, представители третьих лиц: Федеральной службы по финансовому мониторингу Российской Федерации, Управления Федеральной налоговой службы России по Липецкой области, Центрального банка Российской Федерации в судебное заседание не явились, по неизвестной суду причине, о времени и месте судебного заседания извещались судом своевременно в установленном законом порядке и надлежащим образом, не представили сведений о причинах неявки, с просьбой о рассмотрении дела в свое отсутствие, либо об отложении судебного заседания не обращались.

В соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения дела была размещена на сайте Становлянского районного суда Липецкой области.

Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом мнения сторон, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса по представленным доказательствам.

Ранее участвуя в судебном заседании, истец ФИО3 заявленные требования, с учетом их увеличения поддержал в полном объеме, по изложенным в исковом заявлении основаниям. Дополнительно пояснил, что проект «MoneyTree» его заинтересовал своей благой целью, а именно решением экологических проблем путем высадки деревьев, а также получением прибыли (в размере 200% от заведенной суммы, а далее в 10 раз больше), зависящей от роста стоимости криптовалюты на бирже. При личной встрече ФИО4, (который являлся его старым знакомым), заверил его в том, что в любой момент он (ФИО3) сможет вернуть вложенные денежные средства, а риски от участия в проекте являются минимальными, так как это проект его (ФИО4) друзей. При этом, никаких письменных договоров, либо расписок о передаче денежных средств для участия в проекте не составлялось, так как все было на доверии. Между тем, указаний по переводу вложенных в проект денежных средств третьим лицам он Сергею и Александре не давал, равно как и не вверял право на управление созданным криптокошельком. Имелась договоренность о том, что Сергей откроет персональный криптокошелек, для участия в проекте по высаживанию деревьев. Ответчик ФИО2 в свою очередь должна была вести всю бухгалтерию в проекте, фиксировать внесенные суммы и предоставлять финансовые отчеты. Так как этот проект был для него (ФИО3) новым, ответчики (Сергей и Александра) обещали все сделать за него. При этом всего процесса биржевых отношений ему никто не разъяснял. По итогу криптокошелек так и не был заведен. Сергей в рамках проекта давал непонятную информацию, при этом присылал какие-то непонятные графики, картинки, по развитию проекта. Таким образом, до 04.12.2023 для участия в проекте «MoneyTree» в общей сложности он (ФИО3) перевел каждому из ответчиков около 1 500 000 рублей, при этом никакой прибыли от проекта не получил. Кроме того, по условиям проекта ответчики должны были вырастить деловой лес, который можно было бы сдавать в аренду, либо пользоваться как своей собственностью, в том числе подарить своим детям. Полагает, что по итогу проект являлся очередной финансовой пирамидой, однако в правоохранительные органы по данному поводу он не обращался. Прибыль от проекта должна была поступать в виде денежных средств на его (ФИО3) банковские карты, не запрещенные на территории РФ, при этом это не должна была быть именно криптовалюта. Отчетов по заведенных на его имя персональных криптокошельках не представлено. Кошелек должен был быть создан в целях подтверждения участия в проекте. Деньги должны были быть зачислены на счет проекта «Green Money», в последующем переименованном, как «MoneyTree»», а предполагаемая прибыль зависела от разницы между стоимостью покупки и продажи криптовалюты на бирже. В сентябре в ходе разговора с Сергеем, последний пояснил, если он (ФИО3) сомневается в развитии проекта, то он может поехать с ответчиками в г. Сочи, где будет собрана вся команда проекта. Именно там он познакомился с ФИО8. Однако никаких денежных отношений у него (ФИО3) с данным человеком нет, так как все деньги переводились именно ответчикам. В Сочи проходили конференции и презентации по проекту, там показывали чертежи, графики и уверяли, всех присутствующих, что проект успешно развивается. Использовали при разговоре проектный сленг, с непонятными терминами. На данной встрече были люди, которые также вкладывали деньги в развитие проекта. Его заверяли, что если к новому году не будет прибыли, то вернут все вложения. В 2022 году к нему по телефону обратилась Александра и попросила дать денег в долг. В тот же день он осуществил банковский перевод ФИО2 на сумму 150 000 рублей, сроком на полгода. В последующем частично по данному займу денежные средства были возвращены. Письменный договор при этом не составлялся, однако переводя деньги Александра указала в наименовании платежа - «возврат долга», данное обстоятельство подтверждает наличие заключенного между ними договора займа. Истец ФИО5 приходится ему (ФИО3) родной тетей, которая по его просьбе также вложила свои деньги в развитие данного проекта, на тех же условиях, что и он. Внутри проекта на добровольных началах он (ФИО3) работал по оформлению сайта проекта «Моnеу Tree». Какой-либо оплаты за это также не получил.

Кроме того, истцы ФИО3 и ФИО5 представили суду письменные объяснения от 11.03.2025 (том 2 л.д. 155-162), в которых указали, что какой-либо договор в письменной форме по передаче денежных средств, купли-продаже цифровых финансовых активов, оказания услуг по выпуску и обороту цифровой валюты сторонами заключен не был. В последующем, пользуясь его (ФИО3) доверием, ФИО4 убедил последнего произвести переводы денежных средств на банковские счета свои, своей жены и своего отца, дробя суммы переводов с целью предупреждения возможной блокировки счетов. В процессе перечисления денежных сумм ответчики уверяли, что в проекте все идет отлично, криптовалюта проекта растет в цене, показывали какие-то графики с процентами и суммами, поясняли, что после перевода денег из криптовалюты в доллары/рубли истец получит высокий доход, при этом не предоставляя какие-либо сведения о доступе к кошелькам. Сторона истца полагает, что денежные средства, заведенные в проект, находились в управлении ФИО4 и ФИО2, доступ к которым был только у указанных лиц. Они самостоятельно, и по своему усмотрению, без согласования с истцами и предоставления им отчетов, распоряжались ими. Указанное свидетельствует о неосновательном обогащении ответчиков и наличии в их действиях составов преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159. ч. 1 ст. 198 УК РФ. Все денежные средства истцы (ФИО3 и ФИО5) передавали и перечисляли ответчикам исключительно с целью открытия персональных (личных) криптокошельков на аккредитованных (официальных) биржах с зачислениями на них цифровых финансовых активов в суммах, равных заведенным денежным средствам. Каких-либо устных, письменных и иных договоренностей о том, что указанные услуги ответчики оказывают за 10% от суммы всех заведенных денежных средств, у истца с ответчиками ФИО4 и ФИО2 не было. На многочисленные просьбы истца представить сведения об открытых кошельках и выпущенных активах ФИО4 присылал какие-то изображения с постоянно растущей суммой в долларах США, где также фигурировала сумма в BNB. Какие-либо официальные отчеты, сведения со своих банковских счетов, транзакций о выпуске и обороте цифровых финансовых активов ответчики не представляли. После 30.12.2023 денежные средства ответчиками так и не были возвращены. Впоследствии истцы узнали о том, что проект «МоnеуТгее» является финансовой пирамидой и что от действий ответчиков пострадали десятки человек. Каких-либо указаний, требований и просьб переводить денежные средства третьим лицам, либо производить оплату товаров, работу и услуги третьим лицам за что-либо, в том числе, распоряжаться деньгами по своему усмотрению, производить растрату на личные нужды истцы не давали. Из представленных стороной ответчиков квитанций о банковских переводах на счета третьих лиц, невозможно определить правовую природу электронных денежных средств, принадлежащих истцам ФИО3. и ФИО5, которые, будучи платежным инструментом, ни по суммам, ни по датам переводов не подтверждают приобретение и выпуск именно ответчиками ФИО4, ФИО2, ФИО1 цифровых финансовых активов в интересах истцов, на их имя, в отсутствие от последних каких-либо поручений на совершение таких действий третьими лицами. Возражения ответчиков являются несостоятельными. Истцы (ФИО3 и ФИО5) никакой выгоды от участия в проекте не получили. В отсутствие доказательств по совершению действий по оказанию услуг, и выполнению работ по продаже соответствующих цифровых финансовых активов на денежные средства истцов, в отсутствие поручений на совершение указанных действий третьими лицами, спорные денежные средства в общей сумме 3 159 000 рублей, полученные ФИО4, ФИО2, ФИО1, являются неосновательным обогащением и подлежит взысканию с последних.

Ранее участвуя в судебном заседании, представитель истцов, действующий на основании ордеров – адвокат Тонких К.Г. заявленные требования, с учетом их увеличения поддержала в полном объеме, по изложенным в исковом заявлении основаниям. Дополнительно пояснила, что истцы распоряжений, либо указаний для перевода и оплаты каких либо товаров или работ, а также переводу спорных денежных средств третьим лицам – не давали. Ответчики, на переведенные денежные средства, должны были приобрести криптовалюту. В свою очередь прибыль (в виде денежных средств) от участия в проекте, должна была переводиться на банковские карты истца.

Кроме того, представила суду письменные объяснения от 18.05.2025, в которых указала, что именно на ответчиках ФИО4 и ФИО2 лежала обязанность по совершению операций, связанных с выпуском, учетом и обращением цифровых финансовых активов BNB и USDT. Указаний, требований или просьб о переводе спорных денежных средств третьим лицам (на чьи-либо банковские карты и в каком-либо виде, в криптовалюте, иных формах (наличной или безналичной)), для оплаты товаров, работ или услуг, а также распоряжаться деньгами по своему усмотрению, производить растрату на личные нужды истец не давал. Доступ к банковским картам, счетам, личным кабинетам во всех банках и кредитных учреждениях (ПАО Сбербанк России, Тинькофф (Т-банк)) находился и находится только в распоряжении, управлении и доступе ответчиков. Соответственно, все транзакции они осуществляли добровольно, самостоятельно по своему усмотрению, от своего имени, распорядительные права на эти активы были только у ответчиков. Аналогичное следует и в отношении их (ответчиков), криптокошельков и криптоадресов, любых цифровых финансовых активов на указываемых ими верифицированных аккаунтах с персональной идентификацией при регистрации по паспорту, электронной почте, мобильному номеру, фото, Ф.И.О. на криптобиржах: Bybit и Binance, о чем не заявлено обратное. В отсутствие доказательств со стороны ответчиков о совершении действий по оказанию услуг, выполнению работ, совершению операций, связанных с выпуском, учетом и обращением цифровых финансовых активов BNB, USDT на денежные средства ФИО3, ФИО5 в общей сумме 3 159 000 рублей при отсутствии поручения на совершение указанных действий третьими лицами, в том числе наличие у них реальной возможности их совершения, деньги, полученные ФИО4, ФИО2, ФИО1, являются неосновательным обогащением. Стороной ответчиков не предоставлены какие-либо расписки или подтверждающие документы, отчеты, выписки, чеки, подтверждающие передачу ФИО3 цифровых финансовых активов, а именно: BNB, USDT, а также доступ (логины, пароли, уникальные идентификационные номера и др.) к криптокошелькам на криптобиржах (платформах цифровых активов Bybit, Binance). Истцы предполагают, что многочисленные переводы якобы по указаниям ФИО8 на банковские счета третьих лиц ФИО4, ФИО2 могут быть связаны с возвратом денежных средств, вложенных в проект иными участниками, а также направлены на вывод ответчиками денежных средств (цифровых финансовых активов) со своих кошельков и получения ими дохода.

В судебном заседании ответчик ФИО4 исковые требования не признал, просил в удовлетворении искового заявления отказать, сославшись на доводы, изложенные в возражениях от 19.02.2025 (том 1 л.д. 137-140) и от 04.05.2025, из содержания которых следует, что в июле 2023 года ФИО3 сам просил подобрать для него какой-нибудь проект, в том числе по приобретению криптовалюты. 21.07.2023 в ходе телефонного разговора, произошедшего по инициативе ФИО9, он (ФИО4) рассказал истцу о проекте «Моnеу Тгее», переслал данные его создателя и руководителя ФИО8, а также презентации по проекту в виде файла «GreenTree.pdf» и текст проекта «GreenBNBTree White Рарег.docx». Позднее переслал полученные от ФИО8 данные криптокошелька «..», а также сведения о крипто бирже, на которой будет торговаться крипто монета «Моnеу Тгее»:«https://www.dextols.io/app/ru/bnb/pairexploer/0xc523df94f61c4f6eb8625e9df8413b79bf3055ad» После знакомства, ФИО3 и ФИО8 попросили его (ФИО4) помочь участию ФИО3 в проекте «Моnеу Тгее». На вопрос, почему ФИО8 сам не хочет принимать денежные переводы от ФИО3, он ответил, что, в связи принятием к нему мер по линии финансового мониторинга, он не может получать денежные средства. Оговорив свое вознаграждение в размере 10% от проинвестированных ФИО3 денежных средств он дал свое согласие. Таким образом, между ним и ФИО6 сложились отношения, содержанием которых было то, что он (ФИО4) выступал посредником участия ФИО3 в проекте «Моnеу Тгее», по поручению последнего и за его счет. В 2023 году ФИО3 перевел ему денежные средства в размере 1 475 000 рублей и давал прямые указания в рамках проекта «Моnеу Тгее» обменять присланные им рубли на цифровые финансовые активы и зачислить их на криптокошельки, которые укажет ФИО8. Для приобретения цифровых финансовых активов ФИО8 связывался с ним по телефону или в чате мессенджеров WhatsApp или Telegram, а также при личных встречах и давал сведения по обмену (приобретению) денежных средств на крипто валюту, а также указания по совершению переводов денежных средств третьим лицам. На денежные средства, полученные от ФИО3, он обменивал у оператора информационной системы (крипто биржа, мерчант) на цифровые финансовые активы (крипто валюту) в виде BNB или USDT. Выполнение поручений ФИО3, с его согласия и согласия ФИО8 по приобретению цифровых финансовых активов за такое же вознаграждение в размере 10% выполняла его супруга ФИО2. Приобретенный цифровой финансовый актив, в виде BNB или USDT, он направлял со своего цифрового кошелька на цифровой кошелек, указанный ФИО8. На чье имя эти цифровые кошельки были оформлены ему не известно. Совершал данные действия по указанию ФИО8. Ответчик ФИО2 предоставляла сведения об обменянных (потраченных денежных средствах) ФИО3, при этом просила истца самостоятельно контролировать судьбу цифровых финансовых активов напрямую у ФИО8. Таким образом, по вопросам приобретения цифровых финансовых активов ФИО3, получения достоверных сведений в виде отчетов по их приобретению в рамках проекта «Моnеу Тгее», ФИО3 напрямую получал от ФИО8. Из переписки ФИО2 со ФИО3 можно увидеть, что цифровые финансовые активы (крипто валюта) приобретенные ФИО3 на переведенные им денежные средства, находятся на принадлежащих ему криптосчетах (криптокошельках), на общую сумму в 3.4 миллиона рублей, в том числе за счет переведенных им денежных средств и купленных по курсу на цифровые финансовые активы. 21.03.2024 ФИО3 сообщил его супруге о том, что приобрел криптовалюту на сумму 3.4 миллиона рублей. В качестве доказательства прислав ей семь скриншотов переписки с технической поддержкой проекта «Моnеу Tree». На этих скриншотах отражены сведения электронных кошельков (криптосчетов), на которых размещены цифровые электронные активы, распорядительные права на которые имелись у ФИО9. Между ФИО9 и ФИО8 по проекту «Моnеу Тгее» сложились отношения, результатом которых явился возврат денежных средств от ФИО8 ФИО3. Так 06.02.2025 состоялась конференцсвязь между ФИО8, ФИО3 и ним (ФИО4), в ходе которой истец подтвердил, что ФИО8 возвратил ему денежные средства в размере 1 500 долларов США. Таким образом, информацию по вопросам приобретения ФИО9 крипто валюты, возврата образовавшейся разницы или иных отношений по расчету за приобретенную ФИО3 крипто валюту, в рамках проекта «Моnеу Тгее», ФИО3 напрямую общался с ФИО8. ФИО3, в качестве разницы расчета по приобретенной им крипто валюте, получил от ФИО8 1 500 долларов США. ФИО3 и ФИО8 находятся в сговоре против ответчиков. Таким образом, ФИО3 приобрел цифровые электронные активы в рамках проекта «Моnеу Тгее», а возврат ФИО8 ФИО3 денежных средств в размере 1500 долларов США, это какая-то разница, которую выявил ФИО3 и предъявил ФИО8. Денежных средств от ФИО5 он не получал. Вместе с тем перевод денежных средств ФИО3 осуществлял со своего счета в Т-банке на его счет, открытый также в Т-банке. По просьбе ФИО3, который сам не мог, по неизвестным причинам, перевести деньги, он предложил получить перевод от некой ФИО5. В связи с тем, что последняя могла сделать перевод денег со своего счета, открытого в Сбербанке, чтоб не платить комиссию банку он (ФИО4) предложил ФИО9 осуществить перевод на счет своего отца ФИО1, у которого также был открыт счет в Сбербанке. В тот же день, ФИО5 перевела 100 000.00 рублей на счет ФИО1, с телефона которого он хотел направить эти деньги на крипто кошелек в рамках проекта «Моnеу Тгее» для приобретения крипто валюты. Однако осуществить перевод для закупки криптовалюты со счета ответчика ФИО1 по техническим причинам не представилось возможным. В связи с этим он попросил отца ФИО1 выдать ему деньги в наличной форме, в счет тех, которые он получил на счет от ФИО5. После того как он выдал денежные средства, была составлена расписка о получении. Полученные от отца 100 000 рублей в наличной форме он передал ФИО8, который должен был на них приобрести крипту валюту для ФИО3. Ранее 07.08.2023 об ФИО5 никто не знал. На денежные средства, которые ФИО3 и ФИО5 направили ему, ФИО2 и ФИО1 в рамках проекта была приобретена ФИО9 была приобретена криптомонета Моnеу Тгее.

Дополнительно пояснил, что при получении денежных средств от истцов каких-либо гарантий он (ФИО4) ФИО3 не давал. Обязательств по возврату средств от своего имени ни он, ни его супруга истцам не давали. ФИО3 в рамках проекта передавалась только та информация, которую до них самих доводил руководитель проекта. Кроме того, вся информация по проекту «Моnеу Тгее» размещалась на официальном сайте и в презентации по проекту. Участвуя в подобном проекте, ФИО3 не мог не осознавать всех рисков, так как этот проект был новым и еще никак себя не зарекомендовал. Кроме того, сам ФИО3 уже имел опыт торговли в сфере криптовалюты. В сфере торговли на криптобирже сегодня можно разбогатеть, а завтра все потерять. Перед первым «листингом» монеты Моnеу Тгее он и его супруга ФИО2 действительно оказывали истцу ФИО3 помощь в создании криптокошелька, однако данные о кошельке в последующем были переданы истцу при личной встрече в Сочи. Пересылать данные о криптокошельке посредством электронной связи небезопасно. Перед вторым «листингом» монеты, в г. Сочи криптокошельки для истца заводил уже сам руководитель проекта - ФИО8, по личной просьбе ФИО3. ФИО3 видя рост монеты, сам предлагал «докинуть в проект еще денег». ФИО8 обманным путем, убедил их (ФИО4 и ФИО2) как старых знакомых, что их банковские карты будут использоваться в качестве расчетного счета проекта «Моnеу Тгее», в том числе, для проведения финансовых операций между физическими лицами. И эти действия для них (ФИО4 и ФИО2) не повлекут негативных финансовых последствий. ФИО3 в свою очередь все осознавал и действовал на доверии к ФИО8. В ходе рассмотрения дела истец сам проговорился о том, что вступил в сговор с ФИО8, а теперь желает сделать крайними его (ФИО4) и ФИО2. Он лично предлагал ФИО3 обратиться в правоохранительные органы по данному вопросу. Внутри проекта он (ФИО4) и ФИО2 привлекали инвесторов, за что получали бонусы в виде 10 % от суммы вложенных инвестором денежных средств. При этом вариации получения этих бонусов были разными. Так, либо 10% от средств инвестора оставлялись себе, а остальные по указанию руководителя проекта ФИО8 переводились другим лицам, на указанные им счета. Либо бонусы заводились именно на криптокошельки в виде монеты Моnеу Тгее или другой криптовалюты, эквивалентно 10% от заведенной инвестором суммы. Все заведенные от инвесторов деньги крутились внутри проекта и распределялись ФИО8. За привлечение людей в проект, публикацию постов, работу в СМИ ФИО8 начислял всем бонусы. Между тем, истцу ФИО3, закупались монеты «Моnеу Тгее» именно на все суммы, которые он заводил в проект, не зависимо от 10 % процентов которые оставались у него (ФИО4) и ФИО2, так как эти 10% платил именно уже руководитель проекта. Истцу ФИО3 было хорошо известно, каким образом денежные средства распределяются внутри проекта, как проект живет на инвестированные средства (работа сайта, публикация постов и рекламы, оформление документов, приобретение земли) и как зачисляются бонусы в 10%, в Сочи все это проговаривалось в присутствии истца. ФИО5, как инвестора в проект завел сам ФИО3, сам указал, что она желает поучаствовать в проекте и с ее карты придут денежные средства. ФИО3 привлекал в проект и других людей и за все это также получал свои бонусные балы в виде процентов от заведенной суммы. Никакого неосновательного обогащения от истцов они (ФИО4 и ФИО1 и ФИО2) не получили. В свою очередь прибыль ФИО3 доходила до 164 000 долларов США, что в переводе на рубли составляло почти 16 000 000 рублей, однако ФИО3 не стал выводить деньги из проекта, а потом монета обесценилась. Новая момента, заведенная ФИО8 в декабре не прошла выше закупочной цены. После начала СВО и введения санкций работа на централизованных биржах усложнилась, Бинанс ушел с русского рынка, а для работы на Байбите требовалось вложение больших денежных средств. В связи с этим торговля криптовалютой в проекте «Моnеу Тгее» осуществлялась на децентрализованных биржах, на которых были децентрализованные (обезличенные) криптокошельки. Вся информация о платформе, децентрализованном кошельке и регистрация проводится в Интернете, однако пароли находятся только у того, кто заводит кошелек. Вся эта информация также была у ФИО3.

В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования не признала, сославшись на доводы, изложенные в возражениях от 19.02.2025 (том 1 л.д. 137-140), из содержания которых следует, что в начале 2023 года именно ФИО9 просил ее супруга ФИО4 подобрать для него какой-нибудь проектах в целях приумножения своего капитала. С данной целью, Сергей познакомил истца с ФИО8, основателем и руководителем проекта «Моnеу Тгее». ФИО9 и ФИО8 попросили ее (ФИО2) и супруга ФИО6 оказать ФИО3 помощь в участии в проекте. При этом ФИО8 пояснил, что сам он не хочет принимать денежные переводы на свой счет, по причине принятия к нему мер по линии финансового мониторинга. Оговорив свое вознаграждение в размере 10% от инвестированных ФИО9 денежных средств, она дала свое согласие быть посредником между ФИО8 и ФИО9. При этом ее задача заключалась в том, чтобы в рамках проекта «Моnеу Тгее» обменивать присланные ФИО9 рубли на цифровые финансовые активы или криптовалюту, а в последующем зачислять ее на крипто кошельки, указанные ФИО8. Кроме того, по указанию ФИО8 необходимо было осуществлять переводы денежных средств. Для приобретения цифровых финансовых активов ФИО8 связывался с ней по телефону или в чате мессенджеров WhatsApp или Telegram, а также при личных встречах, и давал сведения по обмену (приобретению) денежных средств. Денежные средства, полученные от ФИО9, обменивались у оператора информационной системы (крипто биржа, мерчант) на цифровые финансовые активы (криптовалюту) в виде BNB или USDT. На денежные средства в размере 1 484 000 рублей 00 копеек, переведенные ей ФИО9 в 2023 году в рамках проекта «Моnеу Тгее» была приобретена криптовалюта, которая находится на принадлежащих ему крипто кошельках. Именно ФИО8 давал ей сведения о том, куда необходимо направлять денежные средства для приобретения крипто валюты. При общении с истцом, она обращала его внимание на необходимость фиксации заведенных им в проект «Моnеу Tree» денежных средств. Настаивала на необходимости бдительного отношения к своим действиям по участию в проекте. Таким образом, истец приобрел распорядительные права на цифровые финансовые активы на сумму 3.4 миллиона рублей, за те денежные средства, которые он переводил ей и ФИО4. При этом по всем интересующим вопросам касаемо приобретении цифровых финансовых активов (крипто валюты), получения сведений в рамках проекта «Моnеу Тгее», ФИО9 напрямую получал информаию от ФИО8. Никакого договора займа с истцом также не заключалось. Обязанностей перед ФИО9 по возврату 150 000 рублей в срок не позднее 06.10.2022 не было. 06.04.2022 ФИО9 действительно перевел ей 150 000 рублей, однако дал устное указание на приобретение ему криптовалюты USDT, на сумму 150 000 рублей. В связи с чем ей были закуплены 1594.17 USDT по курсу 94.09 (150 000 / 94.09 = 1594.17) и направлены на крипто кошелек (...), принадлежащий ФИО9. При этом, операция по вышеуказанному обмену была совершена вне рамок проекта «Моnеу Тгее». Данные средства ФИО9 были использованы исключительно для крипто торговли. Таким образом, приведенные обстоятельства не позволяют квалифицировать отношения между ней и ФИО9 договором займа. Денежных средств от ФИО5 она никогда не получала. Вместе с тем ей известно, что она переводила денежные средства свекру (ФИО1) как посреднику, однако последним данные денежные средства были переданы ФИО4 для участия в проекте «Моnеу Тгее». Принимая во внимание изложенное просила отказать в удовлетворении искового заявления.

Дополнительно пояснила, что полностью поддерживает объяснения и возражения ответчика ФИО4 и письменные возражения, представленные ответчиком ФИО1. Помощь внутри проекта она осуществляла за бонусные баллы, а также проценты от привлеченных в проект людей.

Ответчик ФИО1, представил суду письменные возражения от 19.02.2025 (том 1 л.д. 135-136), в которых указал, что исковые требования ФИО5 он считает необоснованными по тем основаниям, что 07.08.2023 к нему обратился сын ФИО4 и попросил принять на карточный счет, открытый в Сбербанке, денежный перевод от коллеги в размере 100 000 рублей, а в дальнейшем перевести эту сумму ФИО8. При этом сын пояснил, что не желает платить Сбербанку комиссию, так как своего счета в данном банке не имеет. Согласившись он (ФИО1) 07.08.2023 получил от некой «Надежны Николаевны А.» денежные средства в размере 100 000.00 рублей. Перевод был совершен с банковской карты « ..». Дальнейший перевод денег ФИО8 осуществить не получилось в связи с наличием технических проблем. Тогда Сергей попросил выдать ему 100 000 рублей в наличной форме, на что он (ФИО1) дал свое согласие, однако попросил сына дать ему расписку за передаваемые деньги. Ранее 07.08.2023, об ФИО5 он (ФИО1) ничего не знал, лично с ней не знаком и никогда не общался. Сын также пояснил, что не знаком с этим человеком, а денежные средства она перевела по инициативе ФИО9, с которым также не знаком. Однако от ФИО6 ему стало известно о том, что Стрелков Д, и его коллеги переводят сыну деньги для приобретения крипто валюты, Из обстоятельств перевода сделанного ФИО5, он понял, что та также участвует в приобретении крипто валюты, и не исключает того обстоятельства, что на данную сумму она приобрела крипто валюту.

Заслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования не подлежат удовлетворению, исследовав и оценив письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, заслушав свидетеля, суд приходит к выводу о том, что иск является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

При этом суд исходит из следующего.

Федеральным законом от 31 июля 2020 г. N 259-ФЗ "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 259-ФЗ) криптовалюта признана цифровой валютой и приравнена к имуществу.

Согласно пункту 3 статьи 1 Федерального закона N 259-ФЗ цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.

В соответствии со статьей 14 Федерального закона N 259-ФЗ под организацией выпуска в Российской Федерации цифровой валюты понимается деятельность по оказанию услуг, направленных на обеспечение выпуска цифровой валюты, с использованием доменных имен и сетевых адресов, находящихся в российской национальной доменной зоне, и (или) информационных систем, технические средства которых размещены на территории Российской Федерации, и (или) комплексов программно-аппаратных средств, размещенных на территории Российской Федерации (далее - объекты российской информационной инфраструктуры).

Под выпуском цифровой валюты в Российской Федерации понимаются действия с использованием объектов российской информационной инфраструктуры и (или) пользовательского оборудования, размещенного на территории Российской Федерации, направленные на предоставление возможностей использования цифровой валюты третьими лицами.

Под организацией обращения в Российской Федерации цифровой валюты понимается деятельность по оказанию услуг, направленных на обеспечение совершения гражданско-правовых сделок и (или) операций, влекущих за собой переход цифровой валюты от одного обладателя к другому, с использованием объектов российской информационной инфраструктуры.

В соответствии со статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Исходя из смысла положений вышеуказанной статьи, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, то есть увеличения стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, а также отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны: факт получения (сбережения) имущества ответчиком, отсутствие для этого должного основания, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

Согласно пункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

В силу части 1 статьи 161 настоящего Кодекса должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: сделки юридических лиц между собой и с гражданами; сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

В соответствии с частью 1 статьи 162 указанного Кодекса несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Согласно статье 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: 1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статье 123 Конституции РФ и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что между АО «ТБанк» и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения были заключены: 17.07.2020 договор расчетной карты № .., в соответствии с которым выпущена расчетная карта № .. и открыт текущий счет № ..; 27.06.2021 договор расчетной карты № ..., в соответствии с которым выпущена расчетная карта № ... и открыт текущий счет N" ...

Как следует из представленных истцом ФИО3 квитанций АО «Тинькофф Банк», на счет карты ..., открытой на имя ФИО4 в АО «Тинькофф Банк», ФИО3 со своего расчетного счета было перечислено: 07.08.2023 – 150 000 рублей; 08.08.2023 – 150 000 рублей; 11.09.2023 – 100 000 рублей; 26.09.2023 – 150 000 рублей; 26.09.2023 – 150 000 рублей; 26.09.2023 – 150 000 рублей; 26.09.2023 – 50 000 рублей; 27.09.2023 – 120 000 рублей; 27.09.2023 – 180 000 рублей; 28.09.2023 – 100 000 рублей; 25.11.2023 – 50 000 рублей; 25.11.2023 – 25 000 рублей; 04.12.2023 – 100 000 рублей.

Данные обстоятельства подтверждаются также информацией о движении денежных средств по договору расчетной карты №.. на имя ФИО4.

Кроме того, как следует из заявления об увеличения исковых требований от 06.03.2025, а также объяснений истца ФИО3 и его представителя, действующего на основании ордера – адвокат Тонких К.Г. 28.07.2023 в наличной форме ФИО3 были переданы ответчику ФИО4 денежные средства в размере 100 000 рублей.

Факт перечисления денежных средств на указанный расчетный счет, а также получения денежных средств в размере 100 000 рублей в наличной форме ответчиком ФИО4 в суде не оспаривался.

В свою очередь между АО «ТБанк» и ФИО2 .. года рождения был заключен договор расчетной карты № .., в соответствии с которым выпущена расчетная карта № .. и открыт текущий счет № ...

Как следует из представленных истцом ФИО3 квитанций АО «Тинькофф Банк», на счет карты ..., открытой на имя ФИО2 в АО «Тинькофф Банк», ФИО3 со своего расчетного счета было перечислено: 28.08.2023 – 150 000 рублей; 29.08.2023 – 150 000 рублей; 26.09.2023 – 150 000 рублей; 26.09.2023 – 150 000 рублей; 26.09.2023 – 150 000 рублей; 26.09.2023 – 50 000 рублей; 27.09.2023 – 120 000 рублей; 27.09.2023 – 180 000 рублей; 28.09.2023 – 100 000 рублей; 13.11.2023 – 27 000 рублей; 13.11.2023 – 5 000 рублей; 25.11.2023 – 75 000 рублей; 25.11.2023 – 37 000 рублей; 04.12.2023 – 140 000 рублей.

Данные обстоятельства подтверждаются также информацией о движении денежных средств по договору расчетной карты №... на имя ФИО2.

Факт перечисления денежных средств на указанный расчетный счет, ответчиком ФИО2 в суде не оспаривался.

В ПАО Сбербанк 13.02.2023 на имя ФИО1 .. года рождения в ОСБ/ВСП 8593/407 был открыт счет № .., выпущена расчетная карта №...

Как следует из представленного истцом ФИО5 чека по операции от 07.08.2023, на счет карты №..., открытой на имя ФИО1 со своего расчетного счета .. было перечислено 100 000 рублей.

Данные обстоятельства подтверждаются также ответом ПАО Сбербанк от 26.02.2024 № ..., а также информацией о движении денежных средств по карте №.. на имя ФИО1

Факт перечисления денежных средств на указанный расчетный счет, ответчиком ФИО1 в суде не оспаривался, между тем в своих возражениях ответчик указывает на то, что данные денежные средства на свой счет принял по просьбе сына ФИО4 и в последующим передал ему денежные средства в размере 100 000 рублей в наличной форме, о чем получил соответствующую расписку от 07.08.2023. ФИО5 ему не знакома, а денежные средства она перевела по инициативе ФИО3, в целях приобретения крипто валюты в рамках проекта. Позиция ответчика также подтверждается объяснениями ответчиков ФИО4 и ФИО2 и не опровергается какими-либо доказательствами со стороны истца.

Согласно расписке от 10.08.2023 (том 2 л.д. 67) ФИО4 ... года рождения получил от ФИО1 денежные средства в наличной форме в размере 100 000 рублей, полученные им по переводу 07.08.2023 от Надежды Николаевны А., с банковской карты ....

Так, в соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно информации, содержащейся в презентации по проекту «Моnеу Tree», а также в тексте проекта «GreenBNBTree White Рарег.docx» с которой была ознакомлена сторона истца проект «GreenBNBTree», в дальнейшем переименованный в «Моnеу Tree», представляет собой инновационный подход к объединению технологий блокчейна с реальными действиями, который может привлечь новую аудиторию на рынок криптовалюты и быть частью решения глобальных проблем, связанных с изменением климата. Проект заключается в создании метавселенной, где пользователи могут приобретать и владеть NTF- деревьями в мета вселенной и NTU деревьями в реальном мире. Моnеу Tree это децентрализованный токен, созданный с целью помощи людям заработать деньги на крипторынке, а животным в диких лесах вернуться домой. При этом Одними из преимуществ данного проекта является доходность и потенциал роста Х10 – Х100. Децентрализованный протокол кошелька обеспечивает безопасное и удобное взаимодействие с токенами.

Из содержания искового заявления, объяснений сторон, данных в судебном заседании, следует, что истцы ФИО9 и ФИО5 принимали участие в интернет проекте «Моnеу Тгее», являлись инвесторами данного проекта в целях получения прибыли от покупки и продажи криптовалюты.

Из объяснений ответчиков ФИО4 и ФИО2 следует, что они были знакомы с руководителем проекта «Моnеу Тгее» - ФИО8 (привлеченным к участию в деле в качестве третьего лица) и по просьбе которого предоставили свои банковские карты в качестве расчетных счетов для осуществления инвестиций в проект «Моnеу Тгее», в том числе, для проведения финансовых операций между физическими лицами.

В подтверждение своих доводов и возражений относительно заявленных истцами требований о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами и изложенными выше, ответчиками ФИО4 и ФИО2 представлены суду протокол осмотра доказательств от 24.03.2025 (в виде переписки ФИО2 в программе обмена сообщениями «Whatsapp», установленной на ее личный смартфон Хiaomi 12), произведенного нотариусом нотариального округа города Ельца Липецкой области ФИО10 (том 3 л.д. 96-187); аудиозаписью телефонного разговора состоявшегося 06.02.2025 между ФИО8, ФИО3 и ФИО4, с приложенной к нему стенографией данного разговора на бумажном носителе (том 2 л.д. 68).

Кроме того, стороной ответчиков также были представлены переписки истца ФИО3 и ФИО4 в мессенджере «Telegramm»:

- где ФИО3 указывает на наличие у него криптокошельков (приложение 2 к возражениям ФИО4 от 04.05.2025);

- где ФИО3 пересылает свою переписку с технической поддержкой «Моnеу Тгее», из содержания которой следует, что ФИО3 указывает свои криптокошельки, на которые зачислены токены «Моnеу Тгее» и эквивалент суммы в рублях или долларах США (приложение 3 к возражениям ФИО4 от 04.05.2025);

- где ФИО3 указывает на зачисление ему на криптокошелек токена «Моnеу Тгее», кроме того речь идет о комиссии в размере 10% (приложение 4 к возражениям ФИО4 от 04.05.2025);

- где ФИО3 пересылает скриншоты, на которых отражены номера криптокошельков и наличие на них токена «Моnеу Тгее», под каждым скриншотом имеется указание на эквивалентную сумму в рублях (приложение 5 к возражениям ФИО4 от 04.05.2025);

- где ФИО3 указывает на то, что «Aksoed» зашел в проект «Моnеу Тгее» от него (приложение 6 к возражениям ФИО4 от 04.05.2025).

А также переписка истца ФИО3 и ФИО4 в мессенджере «Whatsapp», в которой ФИО3 пересылает ФИО4 переписку с ФИО8 о возврате проинвестированных ФИО3 в проект «Моnеу Тгее» денежных средств.

Таким образом, судом установлено, что перечисление истцом ФИО3 спорных денежных средств (1 457 000 рублей) на счет ответчика ФИО4; передача последнему денежных средств в размере 100 000 рублей в наличной форме, а также перечисление спорных денежных средств (1 484 000 рублей) на счет ответчика ФИО2, равно как и перечисление истцом ФИО5 спорных денежных средств (100 000 рублей) на счет ответчика ФИО1 осуществлено ими добровольно, намеренно именно для участия в интернет проекте «Моnеу Тгее», а также при наличии исчерпывающей осведомленности об отсутствии каких-либо обязательств перед ответчиками.

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Последовательное перечисление истцом ФИО3 на счета ответчиков ФИО4 и ФИО2, (а равно и передача в наличной форме) в непродолжительный промежуток времени значительных денежных сумм для участия в интернет проекте «Моnеу Тгее» по приобретению децентрализованного токена, без составления письменных документов не является ни обычным, ни разумным поведением.

Согласно материалам дела и объяснениям сторон, истец ФИО5 и ответчик ФИО1 вообще незнакомы, в связи с чем, перевод денежных средств в размере 100 000 рублей для участия в интернет проекте «Моnеу Тгее» по приобретению децентрализованного токена, без составления каких-либо письменных документов, также не является ни обычным, ни разумным поведением.

Доказательства тому, что ответчики получили указанные суммы от истцов без оснований, сберегли их за счет истцов и незаконно их удерживают, в дело не представлены, равно как и не представлено доказательств ошибочного перевода денежных средств истцами на счета ответчиков.

Исходя из совокупности представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу, что истцы ФИО3 и ФИО5 не доказали наличие на стороне ответчиков ФИО4, ФИО2 и ФИО1 неосновательного обогащения на заявленную сумму.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истцы являлись инвесторами проекта «Моnеу Tree».

Согласно тексту искового заявления, а также объяснениям истца ФИО3 и представителя истцов – адвоката Тонких К.Г., письменным объяснениям ФИО3 и ФИО5 истцы указывают на то, что криптокошельки в рамках проекта «Моnеу Tree» так и не были открыты ответчиками, документов, подтверждающих реальность приобретения криптовалюты ответчиками не представлены, а сам проект «Моnеу Tree» является финансовой пирамидой.

При этом факт внесения денежных средств под влиянием обмана со стороны ответчиков истцы ФИО3 и ФИО5 не доказали.

Денежные вклады истцы произвели добровольно именно для участия в проекте «Моnеу Tree», гарантий, обещаний и обязательств по возврату денежных средств ответчики не давали.

Объяснения истца ФИО3 и представителя истцов – адвоката Тонких К.Г., данные в суде о наличии у истца ФИО3 и ответчиков ФИО4 и ФИО2 устных договорных обязательств не могут быть приняты во внимание судом, поскольку они опровергаются объяснениями ответчиков, а также текстом предъявленного истцами искового заявления, в котором прямо указано, на отсутствие между истцами ФИО3, ФИО5 и ответчиками ФИО4, ФИО1 и ФИО2 каких-либо договорных и иных отношений.

Суд также отмечает, что в настоящее время являются не урегулированными отношения по поводу так называемых криптовалют, в частности биткоинов - виртуальных электронных денег, создание и дальнейший оборот которых происходят при помощи компьютерной сети. Эмиссия криптовалют происходит децентрализованно. Государственный контроль за такой валютой в настоящее время не предусмотрен. Криптовалюта не предусмотрена статьей 128 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве объекта гражданских прав, в том числе не отнесена к безналичным деньгам (статья 140 Гражданского кодекса Российской Федерации), так как не определена законодательством в качестве средства платежа

Исходя из совокупности представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу, что истцы ФИО3 и ФИО5 являлись участниками одной и той же сетевой структуры – проекта «Моnеу Tree», которая существовала за счет финансовых вложений новых участников.

При таких данных суд приходит к выводу, что перечисление денежных средств осуществлялось в рамках взаимного интереса на получение возможных дивидендов в рамках участия в проекте «Моnеу Tree».

По смыслу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения денежная сумма, предоставленная во исполнение несуществующего обязательства.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истцы ФИО3 и ФИО5 по своему волеизъявлению перечислили денежные средства на счета ответчиков (в том числе истец ФИО3 передавал сумму денег в наличной форме) с целью участия в инвестировании проекта «Моnеу Tree» для получения прибыли, при этом участниками данного проекта денежные переводы осуществлялись не только друг другу, но и на счета неопределенного круга лиц, также являющихся участниками данного проекта, без обязательств по их возврату и без аккумуляции денежных средств, для привлечения других участников к участию в проекте и получения за счет этого большей прибыли. Также денежные переводы в рамках инвестирования проекта «Моnеу Tree» осуществлялись в том числе и через банковскую карту ФИО3 и ФИО5.

Из показаний свидетеля ФИО11. следует, что он являлся инвестором проекта под названием «Моnеу Tree». Данный проект был связан с биржевыми отношениями, его лидером являлся ФИО8. Критерием вхождения в данный проект было внесение денежной суммы, на которую можно было приобрести монету проекта. На заведённые денежные средства приобреталась криптовалюта BNB, которая в дальнейшем обменивалась через службу поддержки проекта на токены. ФИО8 указывал кому и на какой расчетный счет необходимо внести деньги, затем эти деньги конвертировали в BNB, а уже после этого ФИО8 закидывал их через техническую поддержку проекта монетой Моnеу Tree в криптокошелек. При этом, нужно было писать в техническую поддержку, что желаешь купить токены Моnеу Tree и указывать на какую сумму BNB. Криптокошелек внутри проекта был безымянным, определить по номеру, чей кошелек и кому он принадлежит нельзя, однако, его наличие было неотъемлемым условием для участия в проекте. На тот момент, когда он только зашел в проект, ФИО9 и ФИО4 и ФИО2 уже были в проекте. ФИО8 на телеконференциях всех подбадривал, говорил, что для развития проекта необходимо вкладывать в проект денежные средства, а также привлекать других инвесторов. У всех участников внутри проекта были свои задачи, кто-то занимался «парсингом», кто-то «айтивопросами», иные привлечением людей в проект. Совестно со ФИО3 и ФИО4 он (ФИО11) принимал участие в переоформлении и усовершенствовании сайта, писали посты, чтобы больший круг людей владел информацией о проекте, составляли информацию, направленную на развитие сайта. При этом общался с ним по телефону, принимал участие в конференциях. Из общения с данным человеком было понятно, что Данила является опытным профессионалом внутри проекта, он вступал в обсуждение вопросов, «оперировал сленгом», сообщал информацию, которая была для него (ФИО11), непонятной и новой. Было понятно, что Даня является опытным человеком в вопросах биржи, торгов. Приобретя токены внутри проекта, все ждали второго листинга и роста стоимости криптовалюты. 04.12.2023 монета вышла на торги, однако ее цена оказалась даже ниже закупочной. Проект себя не реализовал. Все участники проекта знали о наличии рисков, так как обсуждали многие вопросы проекта до начала второго листинга. Наличие рисков это само собой разумеющееся обстоятельство, так как монета могла как подпрыгнуть в цене, так и упасть в десять раз, это понимал каждый участник проекта. Также на конференциях неоднократно обсуждался вопрос о привлечении в проект новых инвесторов, при этом за привлечение новых людей полагалось вознаграждение в токенах в размере 10% от заведенной суммы. Данила знал об этом, так как тоже принимал участие в данных конференциях. ФИО9 на конференциях вносил свои предложения, был активным участником. Так как вопросы привлечения инвесторов были приоритетными, была придумана схема вознаграждения. ФИО4 внутри проекта отвечал за техническое сопровождение финансовых потоков проекта.По указанию ФИО8 переводил деньги, для закупки токенов на другие счета. Если бы у ФИО9 не было криптокошелька его бы не допустили к участию в конференции, так как для участника проекта это было обязательным условием. Кроме того, на конференциях Даня задавал вопросы о том, когда он получит бонусные баллы за привлеченных им в проект инвесторов. Внутри проекта ФИО3 никогда не говорил ничего плохого о С-вых, складывалось впечатления, что у них теплые отношения. В отношении ФИО8 напротив у ФИО6 были даже конфликтные ситуации и много вопросов. В январе 2024 года стало понятно, что проект «Моnеу Tree» является финансовой пирамидой.

У суда нет оснований не доверять показаниям указанного свидетеля, поскольку его показания последовательны, не противоречивы, согласуются с объяснениями ответчиков, подтверждаются письменными доказательствами. Данных о заинтересованности свидетеля в исходе дела не имеется.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истцы ФИО3 и ФИО5, являясь инвесторами финансовой пирамиды «Моnеу Tree», и перечисляя денежные средства на расчетные счета физических лиц с целью получения в дальнейшем прибыли, не могли не знать об отсутствии у ответчиков ФИО4, ФИО1 и ФИО2 перед ними каких-либо обязательств, однако, несмотря на это, перевели (передали в наличной форме) на свой страх и риск денежные средства в связи с участием в инвестировании проекта «Моnеу Tree», согласившись с правилами, установленными виртуальным сообществом относительно приобретения и распределения криптовалюты, с целью получения прибыли.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Обстоятельств увеличения имущества ответчиков ФИО4, ФИО1 и ФИО2 за счет уменьшения имущества истцов ФИО3 и ФИО5, судом не установлено. Довод истца ФИО3 и представителя истцов – адвоката Тонких К.Г. о незаконном удержании 10% процентов от проинвестированной суммы и отсутствии согласия со стороны истцов на удержание данное суммы правового значения не имеет, поскольку как следует из объяснений ответчиков ФИО4 и ФИО2, показаний свидетеля ФИО11 10% процентов от суммы внесенной инвесторов оплачивалась в качестве бонусов именно руководителем проекта «Моnеу Tree» - ФИО8, тогда как токены Моnеу Tree зачислялись истцам на всю сумму внесенных ими в проект денежных средств. Истцу ФИО3 данные обстоятельства были известны, так как он сам приводил в проект инвесторов, а истец ФИО5 участвовала в проекте на тех же условиях, что и истец ФИО3.

Чтобы квалифицировать отношения как возникшие из неосновательного обогащения, они должны обладать признаками, определенными статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возврата истцам ФИО3 и ФИО5 в качестве неосновательного обогащения спорной денежной суммы, так как истцы на свой страх и риск размещали денежные средства на платежные карты ответчиков, как вложение средств для совершения сделок в рамках проекта «Моnеу Tree» по купле-продаже криптовалюты, с целью получения прибыли, то есть должны были допускать возможную утрату всех перечисленных денежных средств.

Участвуя в инвестиционном проекте «Моnеу Tree», имеющем признаки финансовой пирамиды, истцы несли определенные риски, связанные с возможной потерей вложенных денежных средств, за что ответчики по закону не могут нести ответственность. Перечисление денежных средств истцами на банковские счета ответчиков, характер сложившихся правоотношений между сторонами, исключают в рассматриваемом случае, возникновение неосновательного обогащения.

Доказательств существования между сторонами заемных отношений не имеется. Истцами также не представлено никаких предусмотренных законом доказательств наличия между сторонами возмездных обязательств иного рода, по которым истцы осуществляли перечисление денег ответчикам, а последние должны были вернуть эти денежные средства, либо предоставить встречное исполнение, чего не сделали. При этом на ошибочность перевода денежных средств на счет ответчиков истцы не ссылаются, а также на какие-либо допустимые доказательства гарантий и обязательств с другой стороны по возврату денежных средств.

Истцы ФИО3 и ФИО5 изначально зная об отсутствии какого-либо письменного обязательства между ними и ФИО4, ФИО1 и ФИО2 неоднократно осуществляли перечисления денежных средств ответчикам, являясь инвесторами проекта «Моnеу Tree», привлекая в участие в проекте других лиц, с целью получения прибыли.

Таким образом, истцы ФИО3 и ФИО5, зная об отсутствии между ними и ответчиками обязательств, предусматривающих возврат ответчиками указанных в иске денежных сумм, сознательно, целенаправленно и неоднократно (ФИО3 на счета ФИО4 и ФИО2) перечисляли на открытые ответчиками в банке их личные счета денежные средства, вследствие чего указанные суммы не могут быть взысканы в пользу истцов в качестве неосновательного обогащения.

Суд также учитывает, что по смыслу положений пунктов 1 и 2 статьи 313 Гражданского кодекса РФ денежное обязательство по договору купли-продажи может быть исполнено третьим лицом.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 20 постановления от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 Гражданского кодекса РФ).

Довод стороны истцов о том, что ответчиками не были заведены персональные и личные криптокошельки на аккредитованных (официальных, с прохождением процедуры идентификации) биржах) для участия в проекте и приобретения криптовалюты, не свидетельствует о незаконности действий ответчиков либо третьих лиц, необязанных проверять полномочия лица, действующего от имени истца в сделке по купле-продаже цифровой валюты. Кроме того, из текста самой презентации по проекту в виде файла «GreenTree.pdf» и текст проекта «GreenBNBTree White Рарег.docx», которые находились в распоряжении истца ФИО3 следует, что Моnеу Tree является именно децентрализованным токеном, а децентрализованный протокол кошелька обеспечивает безопасное и удобное взаимодействие с токенами. Из объяснений ответчиков также следует, что торговля монетой Моnеу Tree, осуществлялась именно на деценрализованной бирже DEXTools, что также подтверждается вышеуказанной презентацией по проекту (раздел маркетинг) (том. 1 л.д. 119).

Суд также критически относится к доводу истца ФИО3 о том, что он не понимал всего процесса биржевых отношений по приобретению криптовалюты, так как ФИО4 давал ему дозированную информацию. Сам истец не отрицает того обстоятельства, что ответчики присылали ему информацию по проекту, презентацию, графики и картинки по развитию проекта. Находясь в г. Сочи истец ФИО3 также присутствовал на конференции и презентации по проекту, где показывали чертежи, графики, использовали проектный сленг. Кроме того, сам истец указывает на то, что на добровольных началах работал внутри проекта по оформлению сайта проекта «Моnеу Tree».

То обстоятельство, что истцу не были понятны биржевые процессы по приобретению криптовалюты, был непонятен проектный сленг, а также презентации, графики и картинки в рамках проекта, при том обстоятельстве, что он продолжал последовательно перечислять на счета ответчиков ФИО4 и ФИО2 значительные денежные суммы для участия в вышеуказанном проекте по приобретению децентрализованного токена, без составления каких-либо документов, применительно к статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не может свидетельствовать ни о обычным, ни о разумном поведении.

Неполучение истцами ФИО3 и ФИО5 дохода от операций с криптовалютой юридического значения для разрешения данного конкретного спора не имеет, следовательно, соответствующий факт установлению не подлежит.

Рассматривая требование истца ФИО3 о взыскании с ФИО2 денежных средств по договору займа, суд приходит к следующему.

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Из приведенных выше норм права в их взаимосвязи следует, что расписка рассматривается как документ, удостоверяющий передачу заемщику займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей и подтверждающий принятие заемщиком обязанности возвратить займодавцу такую же сумму денег или равное количество вещей. При этом, текст расписки должен быть составлен таким образом, чтобы не возникало сомнений не только по поводу самого факта заключения договора займа, но и по существенным условиям этого договора.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со статьей 161 Гражданского кодекса РФ сделки, совершаемые в простой письменной форме должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: 1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами; 2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Согласно статье 162 Гражданского кодекса РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и её условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно статьи 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условий договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой названной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в надлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Учитывая, что договор займа является реальным, то его следует считать заключенным только с момента передачи предмета займа при условии, что ранее сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям этого договора.

Как следует из искового заявления и объяснений истца ФИО3, его представителя – адвоката Тонких К.Г. 06.04.2022 между истцом ФИО3 и ответчиком ФИО7 был заключен договор займа, по условиям которого ФИО3 передал ФИО2 денежные средства в сумме 150 000 рублей 00 копеек, которые последняя обязалась возвратить не позднее 06.10.2022. При этом письменный договор не составлялся, а подтверждением заключения договора займа является то обстоятельство, что 06.05.2024 перевела на счет ФИО3 денежные средства в размере 7 500 рублей, отразив при этом в сведениях о переводе – «возврат долга».

Как следует из представленной истцом ФИО3 квитанции АО «Тинькофф Банк», на счет карты ..., открытой на имя ФИО2 в АО «Тинькофф Банк», ФИО3 со своего расчетного счета 06.04.2022 было перечислено 150 000 рублей (том 1 л.д. 35).

Факт перечисления денежных средств на указанный расчетный счет, ответчиком ФИО2 в суде не оспаривался.

Между тем, в своих письменных возражениях от 19.02.2025 (том 1 л.д. 137-140) ответчик ФИО2, указала на то, что никакого договора займа между ней и с истцом ФИО3 не заключалось, в связи с чем обязанностей по возврату 150 000 рублей в срок не позднее 06.10.2022 не было. Так 06.04.2022 ФИО9 действительно перевел ей 150 000 рублей, однако дал устное указание на приобретение для него крипто валюты USDT, на вышеуказанную сумму - 150 000 рублей. В связи с чем ей были закуплены 1594.17 USDT по курсу 94.09 (150 000 / 94.09 = 1594.17) и направлены на криптокошелек (...), принадлежащий ФИО9. При этом, операция по вышеуказанному обмену была совершена вне рамок проекта «Моnеу Тгее». Данные средства ФИО9 были использованы исключительно для крипто торговли.

Указанные обстоятельства также подтверждаются имеющейся в материалах дела перепиской в мессенджере «Telegramm» от 06.04.2022 между истцом ФИО3 и ответчиком ФИО2 (том 1 л.д. 156), а также отчетом о деталях вывода средств от 2022-04-06, согласно которой криптовалюта - 1594.17 USDT была отправлена с Binance на криптокошелек - ... (том 1 л.д. 157).

Так, в соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Довод истца ФИО3 и его представителя Тонких К.Г. о том, что факт заключения договора займа подтверждает осуществление ответчиком ФИО2 06.05.2024 перевода денежных средства в размере 7 500 рублей на счет истца ФИО3, с отметкой – «возврат долга», основан на неверном толковании норм материального права, в связи с чем отклоняется судом.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации именно на истце (кредиторе) лежит обязанность доказать факт возникновения между сторонами заемных отношений. Риск несоблюдения надлежащей формы договора займа, повлекшего недоказанность факта его заключения, лежит на займодавце. Поскольку представленные в материалы дела документы данный факт не подтверждают, иных доказательств истцом в обоснование заявленных требований представлено не было, оснований для квалификации возникших между сторонами отношений как вытекающих из договора займа не имеется.

Таким образом, допустимых и достоверных доказательств, позволяющих установить наличие между сторонами долговых отношений, истцом в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено.

При этом, суд отмечает, что осуществление ответчиком 06.05.2024 перевода денежных средств в размере 7 500 рублей на счет истца ФИО3, с отметкой – «возврат долга», не подтверждает возникновение между сторонами договорных отношений, и не доказывает наличие или отсутствие факта заключения долгового обязательства в надлежащей форме, установленной статьями 807, 808 Гражданского кодекса РФ.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что исковые требования истца ФИО3 о взыскании суммы займа, процентов за пользование займом также удовлетворению не подлежат.

Настоящее дело рассмотрено в рамках заявленных требований по имеющимся в деле доказательствам. Иных доказательств представлено не было.

Руководствуясь статьями 3, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 567 500 рублей 00 копеек, а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 270 466 рублей 09 копеек за период с 04.12.2023 по 06.12.2024, а также процентов за пользование чужими денежными средствами с 07.12.2024 по день фактического исполнения обязательства – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 484 000 рублей 00 копеек, денежных средств по договору займа в размере 142 500 рублей 00 копеек, а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 281 151 рубль 88 копеек за период с 04.12.2023 по 06.12.2024, а также процентов за пользование чужими денежными средствами с 07.12.2024 по день фактического исполнения обязательства – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 100 000 рублей 00 копеек, а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 21 492 рубля 98 копеек за период с 07.08.2023 по 06.12.2024, а также процентов за пользование чужими денежными средствами с 07.12.2024 по день фактического исполнения обязательства – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме в Липецкий областной суд путем подачи жалобы через Становлянский районный суд Липецкой области.

Председательствующий Е.И. Родионов

Решение в окончательной форме изготовлено 16 июня 2025 года.