(УИД) 15RS0010-01-2024-000903-08
Дело № 2-75/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
03 октября 2025 года г.Владикавказ
Промышленный районный суд г. Владикавказ РСО - Алания в составе:
председательствующего судьи Аликова В.Р.,
с участием:
истца – ФИО1
представителей ответчика – ФИО9, ФИО10, действующих на основании доверенностей,
при помощнике судьи Цхурбаеве Э.О.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО8 о признании договора дарения жилого помещения недействительным,
установил:
ФИО2 обратился в Промышленный районный суд <адрес> с исковым заявлением к ФИО4, в котором просил признать договор дарения квартиры ФИО3 ФИО11 признать ничтожным.
В обоснование исковых требований ФИО2 было указано на то, что ДД.ММ.ГГГГ его отцом - ФИО3 1934 г. и ФИО8 2002 г. был составлен договор дарения квартиры по адресу <адрес>, площадью 56 квадратных метров, который он считает не действительным и оформленным с нарушением закона. На момент совершения договора дарения, а именно в апреле 2013 г. его отец перенёс инсульт, был признан больным, который нуждался в уходе. Далее ими были проведены исследования его состояния и томография головного мозга. В 2014-м году его отец ФИО3 умер. О существование договора ему стало известно в 2019-м году. В 2020-м году ФИО2 было подано заявление в прокуратуру по факту мошенничества.
Были проведены экспертизы:
- судебная медицинская экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ.
- Комиссионная первичная психолога - психиатрическая экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ вывод: ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г. рождения страдал слабоумием, гидроцефалией, паренхиматозным кровотечением правого полушария головного мозга (геморрагический инсульт), корковой атрофией, катарактой.
Исходя из выводов ФИО2 полагал, что ФИО3 психически не здоров и не отдает отчёт своим действиям.
Относительно доводов ответчика о пропуске срока исковой давности стороной истца было указано на то, что если бы ФИО2 было известно, что квартира по <адрес> № <адрес> подарена его отцом ФИО3, то он бы назначил почерковедческую экспертизы в 2013 г, а не 2019 году, что говорит о том, что ФИО12 просто затягивалось время для того, чтобы истец не мог обратится с иском в суд о незаконности сделки дарения, а которой ему стало известно только в 2019 г., в суде. На основание предоставленных ФИО2 доказательств при проведение судебно-медицинской экспертизы № где был приглашён в качестве консультанта внештатный сотрудник - главный невролог М3 РСО- Алании, профессор СОГМА д.м.н. ФИО13 которым было предоставлена расшифровки ЭМР.
На рассмотрение РПБ следователем ОП№ были представлены: заключение МРТ, две трудовые книжки и объяснения лиц, осуществлявших уход за состоянием ФИО3. Медсестрой ФИО19 в 2021 году были даны объяснения, что с 1988 по 2020 г. занимала должность участковой медсестры и за это время научилась делать уколы и ставить капельницы.
Признание заключения экспертов №, которое было назначено следователем ОП№, с целью устранения всех противоречий при рассмотрении заявления о преступление по закону.
В судебном заседании, истец - ФИО2 исковые требования, а также доводы, приведённые в их обоснование, поддержал в полном объеме и просил суд их удовлетворить.
В судебном заседании, представители ответчика – ФИО14, ФИО15, действующие на основании нотариально удостоверенных доверенностей, исковые требования ФИО2 не признали в полном объеме, поскольку полагали их необоснованными, просили суд применить срок исковой давности в отношении требований истца, отказав в их удовлетворении в полном объеме.
При этом, стороной ответчика в письменном отзыве на исковое заявление, приобщенном к материалам настоящего дела, было указано на то, что при подачи искового заявления ФИО2 был пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящим иском.
В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в 3 года.
Согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года.
Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющейся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Согласно ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Согласно ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности при условии, что одна из сторон заявила о применении исковой давности, является основанием для отказа в иске.
Согласно разъяснениям, данных в и. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.11.2001г. №, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.11.2001г. № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» следует, что если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абз. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.
ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор дарения между ФИО4 и его дедушкой ФИО3.
Истец ФИО2 с указанного времени знал о заключенном договоре дарения, поскольку дедушка ответчика- ФИО3 не скрывал от истца указанный факт. Более того, истец был зарегистрирован отцом в спорной квартире с ДД.ММ.ГГГГ, а также проживал в ней с указанного времени. Истец, вместе с покойным отцом, ходили в МВД по РСО-Алания, с правоустанавливающими документами на квартиру, для регистрации истца.
Указанные доводы подтверждаются вступившим в законную силу решением Промышленного райсуда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. В судебное заседание были предоставлены все необходимые правоустанавливающие документы на квартиру, которые имеются в материалах гражданского дела. Указанным решением суда истец был снят с регистрационного учета по указанному адресу, а также вынесено решение о его выселении. В настоящее время указанное решение суда исполнено.
На странице 2 данного решения Промышленного районного суда <адрес> указано: «В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования не признал и пояснил, что считает договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО4 и договор на передачу жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ незаконным. Выселяться из спорного жилого помещения не намерен, так как в принадлежащей ему квартире нет ремонта и проживать в ней невозможно. В спорную квартиру ФИО2 вселился при жизни отца с его разрешения в 2012 году и с указанного времени проживает в ней».
На странице 3 указанного решения суда судом был исследован спорный договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, и указано: «Согласно договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 подарил ФИО4 3/4 доли <адрес>, расположенной по <адрес>. Договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по РСО-Алания ДД.ММ.ГГГГ года».
Более того, согласно решению Промышленного райсуда от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО2 к ФИО4, АМС <адрес> о признании недействительным договора № от ДД.ММ.ГГГГ на передачу жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде приведения сторон в первоначальное положение, были оставлены без удовлетворения. Указанное решение суда вступило в законную силу.
Также доводы стороны ответчика о пропуске истцом ФИО2 сроков исковой давности подтверждает его личное заявление в ОП № ФИО2, которое он приложил к своему исковому заявлению при подаче в суд, где указывает, что «в 2013 году он предлагал осуществить приватизацию квартиры, но сестра отказалась. В дальнейшем выяснилось, что сестра забрала из квартиры родителей все документы. Также узнал, что отец, якобы, оформил договор дарения (3/4) доли квартиры внуку ФИО4, который впоследствии стал собственником квартиры.»
Таким образом, истец ФИО2 пропустил срок подачи иска в суд о признании договора дарения квартиры недействительным, более того, у него отсутствуют уважительные причины его пропуска, истец имел возможность в течение установленного законом срока обратиться в суд с указанным исковым заявлением, однако этого не сделал, в связи с чем в удовлетворении исковых требований следует отказать без исследования фактических обстоятельств по делу.
Также без участия ФИО4 была назначена и проведена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза. В связи с этим ФИО4 был лишен права ставить перед экспертом вопросы, право предоставить письменные доказательства, а также обеспечить явку свидетелей в судебное заседание в защиту своих законных прав и интересов.
Экспертам РПБ М3 РСО-А было направлено гражданское дело без каких-либо доказательств в подтверждении своих доводов со стороны ФИО2
Эксперты РПБ ходатайствовали перед судом о предоставлении дополнительных материалов для экспертного исследования, а именно: амбулаторную медицинскую карту по месту жительства, справки о возможных обращениях к врачам психиатру и наркологу, медицинские карты стационарного больного, если ФИО3 находился на лечении в больницах, сведения со слов близкого окружения о состоянии здоровья ФИО3, его образовании, трудовой деятельности, профессии, поведения на время совершения сделки.
Однако экспертам РПБ не было предоставлено ни одного из вышеперечисленных дополнительных материалов, и несмотря на это, эксперты РПБ (необоснованно, не имея ни одного доказательства) пришли к выводу о том, что «в период времени с 2013г. по 2014г. с высокой степенью вероятности страдал психическим расстройством (слабоумием) в форме Мульти инфарктной сосудистой деменции, в связи с чем не мог понимать значение своих действий и руководить ими при подписании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.»
По мнению стороны ответчика эксперты РПБ вынесли данное заключение необоснованно, поскольку сослались только лишь на объяснения самого истца ФИО2 (который вводил и вводит суд в заблуждение), на копию его заявления в ОП № УМВД по <адрес>, и на копию досудебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Республиканское Бюро судебно- медицинской экспертизы» М3 РСО-А.
Суд, заслушав доводы истца, возражения ответчика и его представителя, исследовав материалы настоящего дела, приходит к убеждению о том, что исковые требования ФИО2 подлежат оставлению без удовлетворения в полном объёме по следующим основаниям.
В соответствии с положениями ст.35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.
В силу п. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 209 Гражданского Кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с частью 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Как усматривается из положений ст.421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
В силу положений части 1 статьи 572 Гражданского Кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
ДД.ММ.ГГГГ между АМС <адрес> и ФИО3 и ФИО4 был заключен договор на передачу жилого помещения, распложенного по адресу: РСО-Алания, <адрес> собственность граждан №.
Из данного договора усматривается, что на момент приватизации в состав семьи входили: ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения - основной квартиросъемщик, ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - жена, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения - дочь, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения - внук.
Также в данном договоре отражено, что ФИО16 и ФИО2 от приватизации отказались.
В соответствии с Договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (Даритель) безвозмездно передал в собственность ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (Одаряемый) принадлежащие ему на праве собственности ? доли в праве собственности на 3-х комнатную квартиру, назначение: жилое, общей площадью 56,9 кв. метров, расположенную на 5-м этаже жилого дома, по адресу: РСО-Алания, <адрес>.
Согласно положениям пункта 2 статьи 223 Гражданского Кодекса РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
Переход права собственности к ФИО4 на недвижимое имущество – ? доли в праве собственности на 3-х комнатную квартиру, назначение: жилое, общей площадью 56,9 кв. метров, расположенную на 5-м этаже жилого дома, по адресу: РСО-Алания, <адрес>, на основании договора дарения был зарегистрирован в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ, регистрационная запись №.
Из свидетельства о смерти серии I-ИО № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р. умер ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно положениям пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
Исходя из доводов истца при заключении оспариваемого договора дарения его отец – ФИО3, в следствии перенесенных заболеваний и по текущему состоянию здоровья не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, то есть заявил требования о признании сделки недействительной по основаниям части 1 статьи 177 ГК РФ.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу статьи 153 ГК Российской Федерации при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.
В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем истец, заявляющий требование о признании сделки недействительной по указанным основаниям, согласно положениям статьи 56 ГПК РФ, обязан доказать наличие оснований для недействительности сделки, то есть бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных статьей 177 Кодекса, в данном случае лежит на истце.
В силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123 часть 3 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 ГПК РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий;
Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению по данному делу, является наличие или отсутствие у ФИО3 в момент заключения договора дарения квартиры такого состояния, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ).
Для разрешения вопроса о том понимал ли ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. значение своих действий и мог ли руководить ими на момент подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, судом по ходатайству истца в рамках рассмотрения дела Определением от ДД.ММ.ГГГГ была назначена судебно-психиатрическая (посмертная) экспертиза.
В соответствии с Заключением комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ эксперты пришли к выводу о том, что ФИО3 при жизни, включая период времени с 2013 по 2014 год, с высокой степенью вероятности страдал психическим расстройством (слабоумием) в форме Мультиинфарктной сосудистой деменции (F01.10 по Международной классификации болезней-10), в связи с чем он не мог понимать значение своих действий и руководить ими при подписании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.
Из данного заключения следует, что к вышеуказанным выводам эксперты пришли на основании пояснений ФИО2, ФИО17 и ФИО18, письменных объяснений ФИО19, а также Заключения комиссии экспертов № и Заключения комиссии судебно-медицинских экспертов РБ СМЭ МЗ РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ22-42-К5 (УИД 26RS0№-09) заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам внесудебной экспертизы, не являются экспертными заключениями по рассматриваемому делу в смысле ст. 55 и 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, такие заключения могут быть признаны судом письменными доказательствами, которые подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.
При этом из Заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что экспертами также запрашивались дополнительные материалы для проведения посмертной судебно-психиатрической экспертизы ФИО3, а именно подлинники имеющейся медицинской документации ФИО3 (амбулаторная медицинская карта поликлиники по месту жительства, справки о возможных обращениях к врачам психиатру и наркологу, медицинские карты стационарного больного, если ФИО3 находится на лечении в больницах) и которые экспертам представлены не были.
На основании Заключения комиссии судебно-медицинских экспертов РБ СМЭ МЗ РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ эксперты, при проведении первичной посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы пришли к вероятностному выводу о том, что ФИО3 при жизни, включая период времени с 2013 по 2014 год, с высокой степенью вероятности страдал психическим расстройством (слабоумием) в форме Мультиинфарктной сосудистой деменции (F01.10 по Международной классификации болезней-10).
В тоже время, в Заключении комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ экспертами было указано на то, что поставленный перед экспертами вопросы о способности ФИО3 отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими в юридически значимый период могут быть рассмотрены только в рамках возбужденного уголовного дела.
Из письменных объяснений ФИО19, отобранных ДД.ММ.ГГГГ следователем 2 отдела СУ УМВД России по <адрес>, следует, что ФИО19 имеет среднее специальное образование, работает в ЧУЗ «ЖД Больница» с декабря 1988 года, на момент опроса занимала должность рентген-лаборанта, а на момент оказания помощи ФИО3 в 2013 году занимала должность участковой медсестры, при этом на протяжении 10 дней она посещала ФИО3 ставила капельницы, делала внутривенные инъекции.
Следовательно, ФИО19 ни на момент оказания помощи ФИО3 в 2013 году, ни на момент опроса, не обладала специальными познаниями в области психиатрии и психологии, необходимых для определения способности ФИО3 отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими в юридически значимый период.
Исходя из положений статей 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (ст. 59, 60 ГПК РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 названного Кодекса.
При этом в Определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О было указано на то, что часть 1 статьи 56 ГПК Российской Федерации, обязывающая каждую из сторон доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, во взаимосвязи с другими предписаниями этого же Кодекса, в том числе закрепленными в части первой его статьи 195 и части третьей статьи 196, обязывающими суд принять законное и обоснованное решение по заявленным истцом требованиям, направлена на реализацию принципа состязательности и равноправия сторон при осуществлении правосудия, является процессуальной гарантией права на судебную защиту.
В соответствии с частью 2 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 ГПК РФ.
При установленных обстоятельствах суд критически оценивает Заключение комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку при его составлении эксперты основывались на письменных документах и объяснениях лиц, положенных в основу Заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, установившей вероятностный вывод о том, что ФИО3 при жизни, включая период времени с 2013 по 2014 год, с высокой степенью вероятности страдал психическим расстройством (слабоумием) в форме Мультиинфарктной сосудистой деменции (F01.10 по Международной классификации болезней-10 и не давшей ответ на поставленный вопрос о способности ФИО3 отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими в юридически значимый период.
В свою очередь, сторонами не заявлялись ходатайства о проведении повторной посмертной судебно-психиатрической экспертизы ФИО3
Поскольку в ходе судебного разбирательства по настоящему делу не было достоверно установлено, что ФИО3 при заключении Договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО4 не находился в момент его совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, суд приходит к убеждению о том, что ФИО3, действуя своей волей и в своем интересе (ст. ст. 1, 9 ГК РФ), распорядился принадлежащим ему на праве собственности недвижимым имуществом – ? доли в праве собственности на 3-х комнатную квартиру, назначение: жилое, общей площадью 56,9 кв. метров, расположенную на 5-м этаже жилого дома, по адресу: РСО-Алания, <адрес>, передав его в собственность своему внуку ФИО4
Заключение Договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ не противоречит положениям части 1 статьи 572 Гражданского Кодекса РФ; нормам пункта 1 статьи 177 ГК РФ. Регистрирующим органом произведена соответствующая регистрация права и перехода права собственности на квартиру, расположенную по адресу <адрес>.
Оценка всех представленных доказательств по правилам статей 67, 70 и 71 ГПК РФ, позволяет суду прийти к обоснованным выводам об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО2 исковых требований о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, в ходе рассмотрения спора стороной ответчика было заявлено о пропуске истцом - ФИО2 срока исковой давности и применении последствий пропуска срока исковой давности к заявленным требованиям.
Пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского Кодекса РФ об исковой давности» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.
В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению сторон в споре, сделанному до вынесения судом решения.
Согласно разъяснениям, данным в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» - если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст. 200 ГК РФ).
Согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года.
Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
В ходе судебного разбирательства по настоящему делу истец ФИО2 признал то обстоятельство, что о состоявшемся договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно в ходе рассмотрения Промышленным районным судом <адрес> гражданского дела №, возбужденного по иску ФИО2 в интересах несовершеннолетнего сына ФИО4 о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением, выселении и снятии с регистрационного учета.
Так, вступившим ДД.ММ.ГГГГ в законную силу решением Промышленного районного суда <адрес>, вынесенным ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № исковое заявление ФИО5 в интересах несовершеннолетнего сына ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения к ФИО7 о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении было удовлетворено.
Суд
решил:
- признать ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения утратившим право пользования жилым помещением - квартирой, расположенной по адресу: <адрес>.
- обязать МВД по РСО-А снять ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с регистрационного учета по адресу: <адрес>.
- выселить ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения из жилого помещения - квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, уд. Тельмана, 14, <адрес>.
В ходе исследования материалов дела № судом было установлено, что в материалах представлена копия договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, при этом первое судебное заседание по указанному делу состоялось ДД.ММ.ГГГГ на котором присутствовал ответчик ФИО2
При таких обстоятельствах, с учетом пояснений самого истца, ФИО2 должен был узнать о договоре дарения с ДД.ММ.ГГГГ, что в судебном заседании им не отрицалось.
Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в Промышленный районный суд <адрес> с иском к ФИО2 и ФИО4 о признании договора на передачу жилого помещения, распложенного по адресу: РСО-Алания, <адрес> собственность граждан № от ДД.ММ.ГГГГ ничтожным.
Вступившим ДД.ММ.ГГГГ в законную силу решением Промышленного районного суда <адрес>, вынесенным ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № вышеуказанное исковое заявление ФИО2 было оставлено без удовлетворения.
Учитывая изложенное и принимая во внимание, что с исковыми требованиями истец обратился в суд только ДД.ММ.ГГГГ, а сторона ответчика заявила о пропуске срока исковой давности, суд приходит к однозначному выводу о том, что срок исковой давности для предъявления иска, ФИО2 пропущен.
При этом стороной истца не было представлено в соответствии с правилами ст. 56 ГПК РФ доказательств, свидетельствующих об уважительности пропуска срока, установленного ст. 200 ГК РФ, что при условии заявления ответчиком ходатайства о применении последствий пропуска данных сроков влечет отказ в удовлетворении заявленных истцом требований.
При установленных обстоятельствах, суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО2 в полном объеме по приведённым выше основаниям.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО2 к ФИО8 о признании договора дарения жилого помещения недействительным, - оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Верховного суда РСО-Алания в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья В.Р. Аликов
подпись
Копия верна: В.Р. Аликов
Решение вступило в законную силу «___» _______________202__ года
Судья: В.Р. Аликов