Дело № 2-701/ 2025

УИД 34RS0006-01-2024-007335-43

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Волгоград 06 августа 2025 года

Советский районный суд г. Волгограда в составе:

председательствующего судьи Макаровой Т.В.,

при секретаре Шубиной В.А.

с участием:

ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО1 о признании недействительным договора дарения квартиры от 02 марта 2022 года, заключенного между Ф.И.О.1, ФИО3 и ФИО1 и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с исковым заявлением к ответчику ФИО1, в котором просят:

признать недействительным договор дарения квартиры с кадастровым номер, расположенной по адресу: г. Волгоград, адрес, заключенный дата между Ф.И.О.7, Ф.И.О.4 (дарители) и Ф.И.О.2 (одаряемый);

применить последствия недействительности сделки, вернуть стороны в первоначальное положение;

прекратить право собственности Ф.И.О.3 на квартиру с кадастровым номер, расположенную по адресу: г. Волгоград, адрес, аннулировав запись регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что супруги Ф.И.О.1 и Ф.И.О.4 являлись собственниками (каждый по ? доле) квартиры, расположенной по адресу: г. Волгоград, адрес на основании договора на передачу квартир в собственность граждан от 02.08.2001г. дата между Ф.И.О.1, Ф.И.О.4 (дарители) и Ф.И.О.2 (одаряемый) был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: г. Волгоград, адрес. Ф.И.О.1 умер 06.05.2024г. ФИО4 О.4 и Ф.И.О.8 считают данный договор дарения недействительным по следующим основаниям. Так, весной 2022 года к Ф.И.О.4, обратился её старший внук Ф.И.О.2 с просьбой оформить на него квартиру по адресу: г. Волгоград, адрес. Для этой цели он привез в МФЦ Ф.И.О.4 и Ф.И.О.1, который уже на тот момент был сильно болен (начался процесс деменции, в 2013 году он перенес ОНМК (лежал в 7 больнице), в декабре 2020 перенес ковид (лежал в 16 больнице). На тот момент Ф.И.О.1 уже не мог сам расписываться, плохо видел и слышал. Чтобы он расписался в договоре, Ф.И.О.4 попросили взять его руку в свою и расписаться за него. Ф.И.О.4 даже подумала, как просто решается вопрос с квартирой, никто ни о чем не спросил, не поинтересовался здоровьем, доля нездорового супруга была переоформлена, не смотря на очевидные видимые визуально факты, подтверждающие, что в момент сделки Ф.И.О.1 находился в болезненном состоянии, в силу чего, а также в силу возраста, он не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Когда перешли к переоформлению доли Ф.И.О.4, последняя засомневалась, ведь второй внук Кирилл не присутствовал на сделке, хотя изначально было намерение переоформить квартиру на обоих внуков. В этот момент старший внук Ф.И.О.2 произнес: «Бабушка, что ты думаешь, записывай квартиру на меня, а я с ним потом поделюсь». Но до сих пор, по происшествии более двух с половиной лет, Ф.И.О.2 своего слова не сдержал. Тогда Ф.И.О.4 решила поехать и переоформить все назад. Но ей сказали, что этого уже сделать нельзя и что она в любой момент может оказаться на улице. И ведь при оформлении договора дарения Ф.И.О.4 никто не сказал об этом, ей не были разъяснены последствия заключения договора дарения. дата в учреждении, где она находилась, было много посторонних людей, которые сидели не только в общем зале, но и за стеклом, было очень шумно. Окружающая обстановка давила на неё морально, у неё поднялось давление и она стала испытывать физическую боль. В целом её физическое состояние на тот период в силу возраста (на момент заключения сделки ей было 90 лет) и, соответственно, состояния здоровья, характеризовалось быстрой утомляемостью, снижением работоспособности, нервозностью, нарушением сна и эмоциональной неустойчивостью. Она рассеяна, у неё ухудшена память и концентрация внимания. Таким образом, есть все основания утверждать, что оспариваемый договор дарения заключен под влиянием заблуждения Ф.И.О.4 в силу возраста и болезненного состояния, а также давления со стороны ответчика и окружающей обстановки в день сделки. Действительной воли на прекращение своего права собственности на спорное имущество посредством его отчуждения в собственность другого лица Ф.И.О.4 не имела, как не имела и опыта в заключении договоров. Познания в этой области совершения сделок у неё отсутствуют. При жизни передавать в собственность свое единственное жилье кому-либо она не намеревалась. Лицо, которое занималось оформлением сделки, являлось не нотариусом, а работником муниципального учреждения, который не убедился ни в состоянии её с Ф.И.О.1 физического и психического здоровья, ни разъяснил им их прав и последствий заключения такой сделки. Принадлежащая Ф.И.О.4 с супругом квартира сейчас находится в собственности у их внука Ф.И.О.2, который в любой момент может распорядиться данным имуществом по своему усмотрению. Кроме того, данным договором дарения также нарушены права истца Ф.И.О.8 – дочери Ф.И.О.1 и Ф.И.О.4, которая является наследником умершего Ф.И.О.1 После смерти своего отца, Ф.И.О.8 обратилась к нотариусу Ф.И.О.15 для оформления наследства. Но ей было сообщено, что наследственное имущество в виде квартиры, расположенной по адресу: г. Волгоград, адрес, умершему не принадлежит, и только в этот момент Ф.И.О.8 стало известно о заключенном между её родителями и её племянником договора дарения. Ф.И.О.8 считает договор дарения недействительным, поскольку в момент его заключения Ф.И.О.1 уже находился в таком состоянии, когда он не понимал, что делает, он плохо видел и слышал и не мог сам расписываться. Отчуждение его 1/2 доли в имуществе совершено им в состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Как указано выше, оспариваемый договор дарения заключен под влиянием заблуждения дарителей в силу возраста и болезненного состояния, а также давления со стороны ответчика и окружающей обстановки в день сделки. Ф.И.О.1 отчуждение его 1/2 доли в имуществе было совершено в состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Отчуждение Ф.И.О.4 своей 1/2 доли было произведено под влиянием её заблуждения, она не понимала, что заключая данный договор, она полностью лишается единственного жилья. Если бы Ф.И.О.4 разъяснили, что она делает и последствия её действий, она бы разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы эту сделку, если бы знала о действительном положении дел. Как указано выше, действительной воли на прекращение своего права собственности на спорное имущество посредством его отчуждения в собственность другого лица Ф.И.О.4 не имела, как и опыта в заключении договоров. При жизни передавать в собственность свое единственное жилье кому-либо она не намеревалась. При сделке, совершенной дата Ф.И.О.4 не осознавала сам факт ее совершения и последствий ею совершаемых. Будучи в преклонном возрасте и болезненном состоянии, она осталась без принадлежащей ей квартиры. До настоящего времени у нее не имелось повода делать вывода о том, что она не является собственником своего имущества, поскольку до настоящего времени она оплачивает коммунальные платежи, открыто и непрерывно владеет квартирой, а также осуществляет текущий и капитальный ремонт.

Истцы ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, поступило заявление об отложении судебного заседания, в связи с занятостью представителя в другом процессе. Судом отклонено заявленное ходатайство, в связи с нецелессобразностью отложения дела, а также поскольку ходатайство направлено на затягивание сроков рассмотрения дела.

Согласно ст. 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

При таком положении, суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие истцов которые ранее уже выразили свою позицию.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования ФИО2 и ФИО3 не признал. Пояснил, что договор дарения квартиры, расположенной по адресу: гадрес, адрес его бабушка и дедушка Ф.И.О.1 и Ф.И.О.4 оформили добровольно, осознавали и понимали, что именно подписывают.

Выслушав ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст.17 ГК РФ способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами.

Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. ( ст.218 ч.2 ГК РФ)

Согласно 4.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из смысла п. 2 ст. 572 ГК РФ следует, что обязательным признаком договора дарения должно служить очевидное намерение передать имущество в собственность другого лица в качестве дара.

На основании ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно ч.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч.1 ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он был не способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

сторона заблуждается в отношении природы сделки;

сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, ли лица, связанного со сделкой;

сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной.

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии с ч.5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу приведенных выше норм права, сделка, совершенная собственником по распоряжению принадлежащим ему имуществом в форме и в порядке, установленными законом, предполагается действительной, а действия сторон добросовестными, если не установлено и не доказано иное.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Супруги Ф.И.О.1 и Ф.И.О.4 являлись собственниками (каждый по 1/2 доле) квартиры, расположенной по адресу: г. адрес, адрес на основании договора на передачу квартир в собственность граждан от 02.08.2001г.

дата между Ф.И.О.1, Ф.И.О.4 (дарители) и Ф.И.О.2 (одаряемый) был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: г. адрес адрес.

Ф.И.О.1 умер 06.05.2024г.

Свои требования о признании недействительным договора-дарения квартиры от дата истцы мотивировали тем, что Ф.И.О.1 не понимал значение своих действий и не мог ими руководить. Он находился в этот момент в болезненном состоянии и не мог совершать правильные поступки.

Отчуждение Ф.И.О.4 своей 1/2 доли было произведено под влиянием её заблуждения, она не понимала, что заключая данный договор, она полностью лишается единственного жилья.

Для проверки доводов истцов, судом были допрошены ряд свидетелей, тщательно исследованы материалы дела, медицинские документы, заключение судебной посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы.

Свидетели следующим образом дают оценку состоянию Ф.И.О.1 и Ф.И.О.4 к интересующему суд периоду.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Ф.И.О.16 суду пояснила, что фактически со своей семьей она проживает в адрес адрес. В этом же доме, в адрес проживает Ф.И.О.4 и ее супруг Ф.И.О.5 до своей смерти в мае 2024 года. Она как соседка общалась с ними, часто встречались с ними во дворе, когда она гуляла с детьми, а они также часто прогуливались во дворе, сидели на лавочках. Они общительные, доброжелательные. Несколько лет до своей смерти Ф.И.О.10 был в болезненном состоянии после перенесенного инсульта, у него были странности в поведении, разговоре. Он несколько раз терялся, не помнил, куда ему идти домой, и несколько раз приходил к ним в квартиру, считая, что именно там он живет, и она отводила его домой, то есть у него были провалы в памяти. Бывало, не узнавал супругу, которая в это время сидела рядом с ним на лавочке. Она сама была этому свидетелем, так как в это время сидела рядом с ними, разговаривала.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Ф.И.О.17 суду пояснила, что она проживает в адрес хорошо знакома с соседями Ф.И.О.4 и ее ныне покойным супругом Ф.И.О.6. С этой семьей у нее были теплые соседские отношения, она часто приходила к Ф.И.О.4 на чай, общались с ней, так и с ее супругом. Ее муж бывший офицер, очень интеллектуальный и начитанный человек. Насколько ей известно, он перенес примерно в 2013 году инсульт, после чего у него начались изменения в поведении, начались провалы в памяти, он мог не узнавать жену, забывал, куда идти домой, ходил на улице, не помнил дороги домой. У них есть дочь и внуки. Ф.И.О.4 рассказывала всегда о них. От нее ей стало известно, что она и ее супруг переписали квартиру на своего внука Ф.И.О.12, хотя она не помнила обстоятельств этого, всегда хотела переоформить квартиру на двоих внуков. А когда от дочери после смерти супруга она узнала, что оказывается она и ее супруг еще в 2022 году подарили квартиру внуку Ф.И.О.12, она переживала сильно, дарить квартиру внуку у них не было намерения. Обстоятельств заключения договора дарения она не помнит, она также страдает рассеянностью, нервозностью, считает что у нее в тот момент было какое-то помутнение рассудка. До настоящего времени она сильно переживает по этому поводу. Внук к ней не приезжает, коммунальные услуги она платит сама.

К пояснениям свидетелей суд относиться критически, поскольку они противоречат материалам дела и друг другу, свидетели не имеют специальных познаний, чтобы давать оценку психологического состояния Ф.И.О.1 и Ф.И.О.4 на момент подписания договора дарения.

На основании изучения материалов гражданского дела и представленной медицинской документации комиссия ГБУЗ «ВОКПБ номер» от дата номер, пришла к следующему выводу:

по результатам психологического анализа материалов гражданского дела номер в 1-м томе, предоставленной медицинской документации на имя Ф.И.О.1, дата г.р., в связи с отсутствием каких-либо сведений, характеризующих Ф.И.О.1 при жизни, выявить степень выраженности аттенционно-мнестических процессов (памяти, внимания, мышления, восприятия), а также индивидуально-психологические особенности личности на интересующий суд период не представляется возможным.

На основании ретроспективного (посмертного) анализа материалов гражданского дела и медицинской документации судебно-психиатрические не исключают, что Ф.И.О.7, дата года рождения, умерший дата, при жизни, в том числе в период заключения договора дарения дата, иные данные

Определением от дата по ходатайству истца Ф.И.О.8, судом была назначена дополнительная судебная амбулаторная психиатрическая экспертизы для установления того, могла ли понимать значение своих действий и руководить ими истец Ф.И.О.4 при заключении договора дарения квартиры.

Согласно заключению дополнительной амбулатроной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы ГБУЗ «ВОКПБ номер» от дата номер, в предоставленных материалах гражданского дела и медицинских документах отсутствуют какие-либо убедительные и объективные данные о том, что Ф.И.О.4 иные данные

Ответы на вопросы медицинского психолога: у Ф.И.О.4 на момент заключения договора дарения квартиры, то есть на дата, не имелось таких психологических особенностей (интеллектуальных и личностных), которые могли бы в существенной степени снизить ее способность понимать значение своих действий при заключении договора дарения квартиры (ответ на вопрос номер). Ф.И.О.4, дата года рождения по своему психологическому состоянию на момент заключения договора, то есть на дата могла правильно оценивать ситуацию. Признаков оказываемого психологического давления или принуждения со стороны третьих лиц на Ф.И.О.4 в материалах дела и направленной беседе не усматривается.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона РФ от дата № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В силу ч. 1 ст. 85 ГПК РФ эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов; дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

У суда нет оснований ставить под сомнение обоснованность выводов экспертов ГБУЗ «ВОКПБ номер». Поскольку сделанное ими заключение составлено на основании научных познаний. Квалификация и уровень знаний экспертов не вызывает у суда сомнений.

В соответствии со ст. 56 ч.1 ГПК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

По мнению суда, достаточных доказательств, подтверждающих, что договор-дарения квартиры от дата составлялись и подписывались Ф.И.О.1, Ф.И.О.4 в состоянии, в котором они не способны были понимать значение подписываемого документа, не могли правильно оценивать значение своих действий, в судебном заседании не добыто.

Записи в медицинской документации имеют противоречивую информацию о состоянии здоровья Ф.И.О.1 Степень снижения способности Ф.И.О.1 в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими в момент пописания договора-дарения квартиры от дата категорично и однозначно по имеющимся материалам оценить экспертам не представилось возможным.

На момент составления оспариваемого договора-дарения Ф.И.О.1, Ф.И.О.4 недееспособными не признавались, их дееспособность ограничена не была.

Договор-дарения квартиры от дата составлен в письменной форме, его текст прочитан лично дарителем в присутствии должностного лица, удостоверяющего договор, а также в договоре дарения четко выражена воля Ф.И.О.1, Ф.И.О.4

Согласно ст. 179 ч.1 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Соглсно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

2. При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

3. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Судом был исследован договор -дарения квартиры от дата, заключенный между Ф.И.О.1, Ф.И.О.4 (дарители) и Ф.И.О.2 (одаряемый). При заключении договора дарения был определен предмет договора, зафиксированы основные положения, касающиеся прав и обязанностей сторон, порядка изменения, расторжения и прекращения договора и прочие необходимые условия.

Как следует из материалов дела и пояснений сторон, при заключении оспариваемого договора истец исходил именно из условий договора дарения, каковым и является оспариваемый договор.

Из заключения дополнительной амбулатроной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы ГБУЗ «ВОКПБ номер» от дата номер следует, что Ф.И.О.4 поясняла: «я отписала квартиру старшему внуку, уже прошло два года. Потом ко мне приехал младший внук, мне самой стало неудобно, что ему ничего не досталось. Плюс еще старший внук не приехал на похороны к своему деду. Мне было очень обидно».

Из вышеуказанного следует, что при заключении договора со стороны истца не было заблуждения относительно природы и предмета сделки.

Преклонный возраст Ф.И.О.4, на который ссылаются истцы в качестве оснований для признания сделки недействительной, с учетом установленных фактических обстоятельств заключения договора дарения квартиры своему внуку, не свидетельствует о том, что истец заблуждался относительно природы данной сделки.

Доводы истца Ф.И.О.4 о ее заблуждении относительно прав и обязанностей по договору, в том числе ее незнания правовых последствий заключения указанного договора не могут быть приняты во внимание, поскольку законы должны быть известны каждому и ссылка на их незнание не может признаваться основанием для оспаривания заключенного договора в порядке ст. 178 ГК РФ.

На основании вышеизложенного, оценивая все доказательства в совокупности, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2, ФИО3

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 к ФИО1 о признании недействительным договора дарения квартиры от дата, заключенного между Ф.И.О.1, Ф.И.О.4 и Ф.И.О.9 и применении последствий недействительности сделки, - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в течение месяца после изготовления решения суда в окончательной форме в апелляционную инстанцию Волгоградского областного суда путем подачи апелляционных жалоб через Советский районный суд г. Волгограда.

Полный (мотивированный) текст решения изготовлен 20 августа 2025 года.

Судья Т.В. Макарова