Дело № 2-208/2025
45RS0017-01-2025-000241-16
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
с. Сафакулево 1 октября 2025 года
Сафакулевский районный суд Курганской области в составе
председательствующего судьи Манаковой С.М.,
при секретаре Султановой М.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Группа «ЧЗТИ», ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
установил:
ФИО1 обратился в Сафакулевский районный суд Курганской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Группа «ЧЗТИ» (далее по тексту ООО «Группа ЧЗТИ»), ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование заявленных требований указано, что 16.01.2025 по адресу: <...> произошло дорожно – транспортное происшествие (далее по тексту ДТП) с участием транспортного средства Лифан Х50, государственный номер №, под управлением ФИО2 (принадлежащим на праве собственности ООО «Группа ЧЗТИ») и транспортного средства ЛАДА ГРАНТА, государственный номер №, под управлением ФИО3 (принадлежащим на праве собственности ФИО1) виновником в произошедшем ДТП является водитель транспортного средства Лифан Х50, государственный номер №, ФИО2. Принадлежащему ФИО1 на праве собственности транспортному средству ЛАДА ГРАНТА, государственный номер №, в результате ДТП причинены механические повреждения. Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в Страховом публичном акционерном обществе «Ингосстрах» (далее по тексту СПАО «Ингосстрах») - страховой полис ХХХ №. Гражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП была застрахована в Акционерном обществе «АльфаСтрахование» (далее по тексту АО «Альфа страхование») - страховой полис ХХХ №. 17.02.2025 СПАО «Ингосстрах» произведены выплаты страхового возмещений в размере 357700 руб. и 27.03.2025 в размере 42300 руб. Размер выплаченного страхового возмещения недостаточен для восстановления поврежденного транспортного средства в полном объеме до того состояния, в котором оно находилось до ДТП. Согласно заключению № 747-75-5227360/2025 от 03.03.2025 величина материального ущерба, вызванного повреждением транспортного средства составляет 592680,14 руб. Разница между выплатой и суммой материального ущерба определенной экспертным заключением составила 192680,14 руб. Ответственность по возмещению вреда здоровью и иного ущерба возлагается на лицо, управляющего транспортным средством, и на собственника транспортного средства ООО «Группа «ЧЗТИ». 21.05.2025 в адрес ответчика ООО «Группа «ЧЗТИ» была направлена претензия с предложением о досудебном урегулировании спора, однако ответ на претензию в адрес истца не поступал. В связи с указанными обстоятельствами просит взыскать с ответчиков в пользу истца материальный ущерб в размере 192680,14 руб., возмещение расходов по оплате госпошлины в размере 6780 руб., почтовые расходы в размере 1285 руб., расходы по отправке искового заявления в размере 1480 руб., расходы по оформлению доверенности в размере 2400 руб.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть без его участия, на заявленных требованиях настаивал.
Представитель истца ФИО4 заявленные ФИО1 требования поддержала в полном объеме, дополнительно суду пояснила, что произошла полная гибель автомобиля, принадлежащего ФИО1 Страховая компания возместила материальный ущерб лишь на сумму 400000 руб. Стоимость автомобиля на момент ДТП составляла 680000 руб. годные остатки были проданы за 50000 руб. просит взыскать с ответчиком в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 192680,14 руб.
Представитель ответчика ООО «Группа «ЧЗТИ» в судебное заседание не явился, исковые требования не признал в полном объеме, в письменном отзыве указал, что 16.01.2025 по адресу: <...> произошло ДТП с участием транспортного средства Лифан Х50, государственный номер № под управлением ФИО2 и транспортного средства ЛАДА ГРАНТА, государственный номер №, под управлением ФИО3, принадлежащего ему на праве собственности. Собственником автомобиля Лифан Х50, государственный номер №, на момент ДТП являлось ООО «Группа «ЧЗТИ». Гражданская ответственность за вред, причиненный при использовании данного автомобиля, была застрахована по полису ОСАГО ХХХ № в АО «АльфаСтрахование» на период с 29.09.2024 по 29.09.2025. Договор был заключен в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению. По договору аренды транспортного средства без экипажа № 0109/20 от 01.09.2020 данный автомобиль был предан во временное владение и пользование каршеринговой компании ООО «Урамобиль», основным видом деятельности которой является предоставление автомобилей в аренду. 27.06.2023 после регистрации ФИО2 в приложении URAМобиль между ФИО2 и ООО «Урамобиль» был заключен договор присоединения. 16.01.2025 ФИО2 был подписан акт приема-передачи, по которому она приняла в пользование автомобиль Лифан Х50, государственный номер №. Время пользования автомобилем с 19:32:38 16.01.2025 по 21:33:10 16.01.2025. ФИО2 не является и не являлась работником ООО «Группа ЧЗТИ», на момент ДТП 16.01.2025 не исполняла трудовые обязанности. На момент совершения ДТП от 16.01.2025 ООО «Группа ЧЗТИ» не являлось владельцем автомобиля Лифан Х50, государственный номер №. Данный автомобиль находился во временном владении и пользовании ФИО2, пользовалась им по своему смотрению и в своих интересах. Считают, что разница между страховым возмещением и фактическим размером ущерба должна быть взыскана с непосредственного владельца источника повышенной опасности и непосредственного причинителя вреда ФИО2
Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала.
Представитель ответчика ФИО2 – ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, пояснив суду, что все представленные истцом материалы, представлены в копиях, никем соответствующим образом не заверенны, таким образом, истец не исполнил обязанности, предусмотренной ст. 56 ГПК РФ, а именно доказать те доводы, на которые ссылается истец (право собственности не повреждённое ТС, размер причинённого ущерба, основания для предъявления требований к ответчикам). Кроме того, истец не привёл никаких существенных доводов в обоснование вины ответчицы в указанном в иске. Сотрудниками МВД ГИБДД РФ указано, что в действиях ответчицы усматривается нарушение пункта 8.1. Правил, который гласит, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. Сигналу левого поворота (разворота) соответствует вытянутая в сторону левая рука либо правая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигналу правого поворота соответствует вытянутая в сторону правая рука либо левая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигнал торможения подается поднятой вверх левой или правой рукой. Указанный пункт ПДД регламентирует правила начала движения и маневрирования, что следует из содержания пункта и названия соответствующего 8 раздела. Однако, данное ДТП произошло на перекрёстке, следовательно действия водителей в данной ситуации должны оцениваться с точки зрения соответствующего 13-го раздела Правил, регламентирующего проезд перекрёстков, согласно которому водитель, въехавший на перекресток при разрешающем сигнале светофора, должен выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка (пункт 13.7. ПДД РФ). При включении разрешающего сигнала светофора водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, завершающим движение через перекресток, и пешеходам, не закончившим переход проезжей части данного направления (пункт 13.8. ПДД РФ). Действия ФИО2, сотрудниками МВД ГИБДД были квалифицированы неверно и ошибочно. Ни в каком документе не указано в чём именно усматривается нарушение п. 8.1. ПДД РФ ФИО2 Данный перекрёсток оборудован камерами, фиксирующими в автоматическом режиме нарушения скоростного режима, соблюдения движения по полосам, остановки при включении запрещающего сигнала светофора и соблюдения, и контроля проезда на запрещающий сигнал светофора. Однако ни одного из указанных нарушений ФИО2 не совершала и к ответственности за данные нарушения не привлекалась ни сотрудниками ГИБДД, ни оператором указанных камер. Истец не представил суду автотехнического заключения, и не просил суд назначить по делу судебную экспертизу. С камеры наружного наблюдения видно, что истец движется прямо, со скоростью превышающий скорость движения потока, со скоростью не позволяющей обеспечить полный контроль за движением ТС и соблюдение Правил. Остальные участники дорожного движения, находящиеся ближе к транспортному средству под управлением ФИО2 не совершили с ней столкновения, ведь в силу п. 13.8. Правил и руководствуясь здравым смыслом, обязаны были уступить ей дорогу и дать возможность покинуть перекрёсток, как того требует п. 13.7. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. А при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п. 10.1. ПДД РФ). Очевидно, что истец в нарушение п. 13.8 не уступил дорогу транспортному средству (под управлением ФИО2), завершающему движение через перекресток. Также очевидно, что истец в нарушение п. 10.1. ПДД РФ не учитывал интенсивность движения, дорожные условия, в частности видимость в направлении движения, не выбрал небезопасную скорость (скорость потока), что исключило бы возможность такого столкновения. Таким образом, истец не обосновал свои требования, не доказал тех доводов, на которые он ссылается, не исполнив тем самым бремени доказывания в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, в иске просит отказать.
Представитель третьего лица ООО «Урамобиль» в судебное заседание не явился, в письменном отзыве указал, что собственником автомобиля Лифан Х50, государственный номер №, на момент ДТП являлось ООО «Группа ЧЗТИ». По договору аренды транспортного средства без экипажа № 0109/20 от 01.09.2020 данный автомобиль был передан во временное владение и пользование ООО «Урамобиль», что подтверждается актом приема-передачи транспортного средства. ООО «Урамобиль» - каршеринговая компания, предоставляющая клиентам автомобили в краткосрочную аренду на основе поминутной тарификации. 27.06.2023 после регистрации ФИО2 и ООО «Уралмобиль» был заключен договор присоединения, утвержденный приказом управляющего – индивидуального предпринимателя ООО «Урамобиль». В соответствии с п. 1.11. Договора присоединения Сервис URAМобиль – комплексная услуга арендодателя, представляемая зарегистрированным и автоматизированным пользователям с помощью приложения URAМобиль и/или Сайта, заключающаяся в предоставлении пользователям возможности поиска (выбора) и бронирования доступных автомобилей, аренды (временного владения и пользования) автомобилем на условиях личного управления пользователем. Согласно п. 3.1. договора присоединения арендодатель обязуется предоставлять пользователю Сервис URAМобиль на условиях настоящего договора, а пользователь обязуется пользоваться Сервисом URAМобиль автомобилем в соответствии с положениями договора и приложений к нему, и своевременно и в полном объеме оплачивать платежи, предусмотренные договором и тарифами. 16.01.2025 ФИО2 был подписан акт приема-передачи, по которому она приняла в пользование автомобиль Лифан Х50, государственный номер №. Время пользование автомобилем ФИО2 – с 19:32:38 16.01.2025 по 21:33:10 16.01.2025. С карты ФИО2 во время поездки происходило списание денежных средств. Поскольку на момент совершения ДТП от 16.01.2025 автомобиль Лифан Х50, государственный номер №, находился во временном владении и пользовании ФИО2 (на основании договора присоединения и акта приема-передачи ТС), то именно она является надлежащим ответчиком по данному делу. В удовлетворении исковых требований истца к ОО «Группа ЧЗТИ» просит отказать в полном объеме.
Представители третьих лиц - СПАО «Ингосстрах», АО «АльфаСтрахование», в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон.
Выслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, изучив представленные письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).
Согласно пунктов 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В соответствии с частью 2 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.
Согласно пункту "б" статьи 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего - 400 тысяч рублей.
В силу требований статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В силу пунктов 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В пунктах 11, 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
Из материала дела следует, что 16.01.2025 по адресу: <...> произошло ДТП с участием транспортного средства Лифан Х50, государственный номер №, под управлением ФИО2 и транспортного средства ЛАДА ГРАНТА, государственный номер № под управлением ФИО3, принадлежащего ему на праве собственности. Собственником автомобиля Лифан Х50, государственный номер №, на момент ДТП являлось ООО «Группа «ЧЗТИ».
Согласно определению о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования от 30.01.2025 №74 СС 053702 при совершении ДТП 16.01.2025 в 20:36 на ул. Лесопарковая, 23, водитель ФИО2 управляя автомобилем Лифан Х50, нарушила п.п. 8.1. ПДД РФ, водитель ФИО1, управляя ЛАДА ГРАНТА правил дорожного движения не нарушил.
Согласно постановлению от 28.04.2025 производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 прекращено в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ст. 12.24 КоАП РФ.
Гражданская ответственность ФИО1 застрахована в СПАО «Ингосстрах» 03.03.2024 (электронный страховой полис № ХХХ №). Срок страхования с 00 ч. 00 мин. 04.03.2024 по 24 ч. 00 мин 03.03.2025. Страхование распространяется на страховые случаи, произошедшие в период использования транспортного средства ЛАДА ГРАНТА, государственный номер №
Гражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» (страховой полис ХХХ №).
Собственником автомобиля Лифан Х50, государственный номер № на момент ДТП являлся ООО Группа ЧЗТИ.
Согласно договору аренды транспортного средства без экипажа № 0109/20 от 01.09.2020 собственник транспортного средства - ООО Группа ЧЗТИ передало во временное владение и пользование ООО «Урамобиль» легковые автомобили, указанные в акте приема-передачи транспортных средств, в число которых входит автомобиль Лифан Х50, идентификационный номер (VIN) №, 2017 года выпуска.
ООО «Урамобиль» является каршеринговой компанией, предоставляющая клиентам автомобили в краткосрочную аренду на основе поминутной тарификации.
Гражданская ответственность ООО Группа ЧЗТИ на автомобиль Лифан Х50, государственный номер № 27.09.2024 застрахована в АО «Альфа страхование» (страховой полис ХХХ №). Срок страхования 00 ч. 00 мин. 29.09.2024 по 24 ч. 00 мин. 28.09.2025
Согласно договору присоединения заключенному между ООО «Урамобиль» и ФИО2 комплексная услуга арендодателя, представляемая зарегистрированным и автоматизированным пользователям с помощью приложения URAМобиль и/или Сайта, заключающаяся в предоставлении пользователям возможности поиска (выбора) и бронирования доступных автомобилей, аренды (временного владения и пользования) автомобилем на условиях личного управления пользователем.
16.01.2020 ФИО2 подписан акт приема-передачи, по которому она приняла в пользование автомобиль Лифан Х50, государственный номер № Время пользования автомобилем ФИО2 – с 19:32:38 16.01.2025 по 21:33:10 16.01.2025, что подтверждается списанием денежных средств с банковской карты ФИО2
В обоснование заявленного размера причиненного ущерба в счет разницы между выплатой в рамках Закона об ОСАГО и действительной стоимостью ущерба со стороны истца представлено экспертное заключение, подготовленное ООО «ЮЖУРАЛ-КВАЛИТЕТ» 03.03.2025 №747-75-5227360/2025. Согласно которому, среднерыночная стоимость автомобиля составляет 681100 руб., стоимость восстановительного ремонта с учетом износа - 610819 руб., стоимость годных остатков – 88419,86 руб., с учетом экономической не целесообразности восстановительного ремонта автомобиля, величина материального ущерба вызванного повреждением транспортного средства составляет 592680,14 руб.
17.02.2025 и 27.03.2025 СПАО Ингосстрах ФИО1 произведены выплаты в размере 357700 руб. и 42300 руб.
Таким образом, разница между выплатой и суммой материального ущерба определенной экспертным заключением составила 192680,14 руб. (592680,14 руб. – 400000 руб. = 192680,14 руб.).
Проанализировав содержание экспертного заключения ООО «ЮЖУРАЛ-КВАЛИТЕТ» от 03.03.2025 №747-75-5227360/2025, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенного исследования, в результате которого сделаны обоснованные ответы на поставленные вопросы, выводы экспертов последовательны, аргументированы, основаны, в том числе, на результатах оценки вещной обстановки на месте дорожно-транспортного происшествия путем изучения материалов, а также дела об административном правонарушении, полностью соответствуют требований законодательства, в связи, с чем в силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принимается судом как допустимое и достоверное доказательство по делу. Иного заключения суду не представлено.
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации 05.03.2024 N 18-КГ23-224-К4 наличие или отсутствие вины каждого из участников дорожно-транспортного происшествия, степень их вины, входят в предмет доказывания по гражданскому делу и являются обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения дела, а постановления, вынесенные административным органом по делу об административном правонарушении, не освобождают суд от обязанности установить эти обстоятельства, в связи, с чем судом сторонам было предложено представить дополнительные доказательства.
От проведения экспертизы стороны отказались, ответчик предоставил видеоматериал с места ДДП. Стороны не оспаривали достоверность видеоматериала.
Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 8 декабря 2017 года N 39-П, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 г. N 13-П и от 7 апреля 2015 г. N 7-П, определения от 4 октября 2012 г. N 1833-О, от 15 января 2016 г. N 4-О, от 19 июля 2016 г. N 1580-О и др.). Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
По смыслу приведенных положений гражданского законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10.12.1995 N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" и Правилами дорожного движения. Данные Правила, принятые в целях обеспечения безопасности дорожного движения, являются составной частью правового регулирования отношений, возникающих в сфере дорожного движения, задачами которого являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий (статья 1 указанного Федерального закона).
В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.
В силу положений пункта 8.1 приведенных Правил перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
В силу пункта 1.2 Правил дорожного движения уступить дорогу (не создавать помех) - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.
Преимуществом (приоритетом) признается право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения.
Согласно пункту 13.4 этих же Правил при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.
Пунктом 6.2 Правил дорожного движения установлено, что круглые сигналы светофора имеют следующие значения: зеленый сигнал разрешает движение; зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло); желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов; желтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности; красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение. Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.
Водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение (пункт 6.14 данных Правил).
Как усматривается из видеозаписи, транспортное средство Лифан Х50, под управлением ФИО2, подъезжает к регулируемому перекрестку в момент начало движений транспортных средств по главной дороге во встречном направлении, то есть, водитель ФИО6, въехала на перекресток на запрещающий для неё сигнал светофора и не имела преимущественного права движения, и у других водителей отсутствовала обязанность уступить ей дорогу.
Суд учитывает, что на представленной видеозаписи ДТП сведений о сигналах светофора не содержит.
По мнению суда, ФИО2 нарушила требования п.13.4 Правил дорожного движения.
Вместе с тем, транспортное средство Лада Грант, под управлением ФИО1, находившийся на третьей полосе (относительно транспортного средства Лифан Х50), пользовавшийся преимущественным правом движения, не имел технической возможности предотвратить столкновения, так как автомобиль Лифан Х50 еще мог находиться вне зоны видимости из-за потока транспортных средств, двигающихся с ним в одном направлении, истец не мог и не должен был предвидеть, что ответчик в нарушении ПДД совершит выезд на главную дорогу, при разрешающем для водителя ФИО7 «зеленый» сигнале светофора.
По мнению суда, представленные в дело доказательства в их совокупности, подтверждают 100% наличие вины водителя ФИО2 в рассматриваемом ДТП, нарушившей требования п.13.4 Правил дорожного движения, не уступившей дорогу автомобилю Лада Грант и создавшей аварийную ситуацию, в результате которой транспортные средства получили механические повреждения. В действиях второго участника – водителя ФИО1, с позиции Правил дорожного движения каких-либо нарушений, состоящих в причинно-следственной связи с причинением вреда имуществу, суд не усматривает.
В соответствии с требованиями ст. 41 ГПК РФ и с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, содержащихся в абз. 3 п. 23 Постановления № 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", замена ненадлежащего ответчика производиться только при наличии ходатайства истца, либо с его согласия. Суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен, и только в отношении тех ответчиков, которые указаны истцом.
Согласно пункту 1 статьи 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.
Статьей 648 названного кодекса предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 данного кодекса.
Таким образом, по смыслу статей 642 и 648 Гражданского кодекса Российской Федерации, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором.
Суд считает, что ущерб ФИО1 причинен по вине ответчика ФИО2, что прямо отнесено законом к основаниям законного владения источником повышенной опасности, и пришел к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика ФИО2 обязанности по возмещению истцу ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, не усмотрев оснований для возложения ответственности на ответчика ООО Группа ЧЗТИ, как на собственника автомобиля, и как на ненадлежащего ответчика.
При определении размера ущерба, подлежащего взысканию, суд счел возможным руководствоваться заключением экспертизы от 03.03.2025 № 747-75-5227360/2025.
Суд считает, что оснований сомневаться в заключении расчета № 0124-013 от 06.05.2024 не имеется, поскольку оно в полном объеме отвечает требованиям ст. ст. 55, 59 - 60 ГПК РФ, эксперт имеет необходимую квалификацию.
Сомнения в правильности и обоснованности заключения у суда не возникли, достоверные и объективные доказательства, опровергающие выводы эксперта, не представлены, в установленном законом порядке заключение эксперта не опровергнуто. Стороны выводы экспертного заключения 747-75-5227360/2025 от 03.03.2025 ООО «ЮЖУРАЛ-КВАЛИТЕТ» не оспорили, ходатайств о назначении по делу оценочной судебной экспертизы в ходе рассмотрения дела стороной ответчика, не заявлялось.
При таких обстоятельствах заключение расчета является допустимым доказательством по делу, и с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит возмещению сумма ущерба в размере 192680,14 руб.
Правовых оснований для применения положений п. 3 ст. 1083 ГК РФ, в силу которых суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, и уменьшения размера взысканного с ответчика вреда, суд не усматривает.
Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Решая вопрос о взыскании почтовых расходов, расходов по оформлению доверенности понесенных ФИО1 при рассмотрении гражданского дела № 2-208/2025, суд принимает во внимание доказанность понесенных заявителем судебных расходов, связанных с отправкой почтовой корреспонденции, фактический объем процессуальных действий, выполненных представителем, а также факт удовлетворения судом заявленных истцом требований, и взыскивает с ФИО2 судебные расходы в размере 5165 руб.
В соответствии со статьей 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежат к взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 7698 рублей.
Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Группа «ЧЗТИ», ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> (ИНН №, паспорт №, выдан ГУ МВД России по Челябинской области) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт №, выдан 16.12.2013 отделом УФМС России по Челябинской области в Курчатовском районе г. Челябинска) материальный ущерб в размере – 192680,14 руб., госпошлину – 6 780,00 руб., судебные расходы – 5 165,00 руб.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Курганский областной суд через Сафакулевский районный суд Курганской области в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения.
Мотивированное решение состоялось 14 октября 2025 года.
Судья С.М. Манакова