КОПИЯ

Дело № 22-1816/2023 Судья Бодрова Е.Е.

УИД 33RS0013-01-2023-000280-88 Докладчик Пальцев Ю.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 августа 2023 года г.Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего Великанова В.В.,

судей Пальцева Ю.Н. и Иванкива С.М.,

при секретаре Аверьяновой К.В.,

с участием:

прокурора Байбиковой Д.В.,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Голяковой Ю.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Курненковой Е.А. на приговор Меленковского районного суда **** от ****, которым

ФИО1, **** года рождения, уроженец ****, ранее не судимый,

признан виновным и осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей с **** до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приняты решения о сохранении ранее избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, вещественных доказательствах и распределении процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Пальцева Ю.Н. о содержании приговора, существе доводов апелляционных жалоб, возражений, выступления осужденного ФИО1, участвовавшего в судебном заседании посредством использования систем видеоконференц-связи, его защитника – адвоката Голяковой Ю.А., поддержавших доводы жалоб, прокурора Байбиковой Д.В., полагавшей необходимым приговор изменить, произведя зачет в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время фактического задержания ФИО1 с **** из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, в остальном оставив без изменения, жалобы – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью З.В.В., опасного для его жизни, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено осужденным **** на территории **** при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Курненкова Е.А. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, а выводы суда, изложенные в приговоре, несоответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела. По мнению защитника, выводы суда о виновности ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего З.В.В., основаны на предположениях и сделаны без учета обстоятельств, при которых ФИО1 приискал нож и нанес удар. Полагает, что судом не принята во внимание позиция ФИО1 о частичном признании вины по предъявленному обвинению, не отрицавшего факта нанесения однократного удара ножом потерпевшему З.В.В., однако не согласившегося с обстоятельствами нанесения данного удара, мотивами и целями совершенного им преступления. Выражает несогласие с выводами суда в части опровержения доводов стороны защиты о причинении ФИО1 ножевого ранения потерпевшему З.В.В. при превышении пределов необходимой обороны. Оспаривает доказательственное значение показаний эксперта С.В.А. в части исключения возможности причинения ножевого ранения при обстоятельствах, указанных ФИО1 в суде, отмечая, что эксперт не знал, какие показания в суде давал ФИО1, при допросе не присутствовал и ему не давалась возможность ознакомиться с протоколом судебного заседания в указанной части. Указывает, что вопреки требованиям уголовно-процессуального законодательства и разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре», суд не привел мотивы, по которым не принял во внимание доводы ФИО1, не дал оценки его пояснениям относительно механизма нанесения повреждений З.В.В. при проверке показаний на месте, согласно которым удар был нанесен примерно так, как он показывает. Обращает внимание на пояснения ФИО1, данные суду, о том, что изображению механизма нанесения удара на манекене ему мешала куртка. По мнению защитника, условия, в которых проводился следственный эксперимент, нельзя считать идеальными, а согласно принципу презумпции невиновности сомнения следует трактовать в пользу обвиняемого. Оспаривает доказательственное значение первоначальных показаний ФИО2 в качестве подозреваемого, обращая внимание на пояснения последнего о нахождении в момент допроса в тяжелом состоянии после злоупотребления алкоголем в новогоднюю ночь и после нее, и отсутствии в памяти всех событий произошедшего, что подтверждается заключением экспертизы **** от ****, описавшей данное состояние как признаки абстиненции, а также показаниями свидетелей В.О.И. и Е.Д.А. Ссылаясь на показания свидетеля В.О.И., выражает несогласие с выводом суда о том, что данные показания опровергают доводы ФИО3 о том, что он подвергался избиению со стороны З.В.В. на протяжении 8-10 минут, дает им собственную правовую оценку, полагая, что они, наоборот, подтверждают показания ФИО1 в указанной части. Полагает, что судом не исследованы обстоятельства, предшествовавшие данному конфликту, характеристики потерпевшего и осужденного, их физические данные и возраст, что имеет существенное значение для оценки событий преступления. Ссылается на показания потерпевшей П.А.В. о физических данных З.В.В., его взаимоотношениях с ФИО1, который побаивался З.; показания свидетеля В.О.И. о происходивших между ними стычках и конфликтах, имевших место провокациях со стороны З.. Считает, что судом не дана должная оценка доводам стороны защиты относительно телесных повреждений, установленных у ФИО1 заключением судебно-медицинской экспертизы **** от ****, давности их причинения, что, по мнению защитника, играет решающую роль при квалификации действий ФИО1 При этом обращает внимание на показания свидетеля В.О.И. об имевших место падениях ФИО3 на порогах, в середине декабря. Резюмирует, что ранее причиненные телесные повреждения не укладываются во временные рамки, определенные экспертом, заключение которого в полном объеме подтверждает показания ФИО1 об обстоятельствах и времени причинения повреждений, которые явились предметов исследования эксперта. Оспаривает вывод суда о наличии у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, о чем свидетельствует выбранное им орудие — нож, за которым он ходил на кухню дома, полагая, что он опровергается как показаниями самого ФИО1, так и свидетеля В.О.И. Подробно ссылается на показания ФИО1 в суде относительно характера и механизма нанесения удара З., давая им собственную правовую оценку, полагая, что именно инстинкт самосохранения вынудил ФИО3 случайно приискать какой-либо предмет поблизости, чтобы нанести удар З., вывести его из состояния агрессии, в котором он находился в момент избиения ФИО3. О том, что имело место избиение ФИО4, по мнению стороны защиты, свидетельствуют заключения судебно-медицинских экспертиз в отношении ФИО3 и З.. Ссылаясь на разъяснения, изложенные в п.п. 11, 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №19 от 27.09.2012 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», отмечает, что при квалификации действий ФИО1 суд не учел, что несоразмерность средств защиты интенсивности нападения характерна именно для превышения пределов необходимой обороны. В заключении приходит к выводу о том, что действия ФИО1, оборонявшегося и причинившего при этом вред нападавшему, должны быть квалифицированы по ч. 1 ст. 114 УК РФ. Просит приговор в отношении ФИО1 изменить, переквалифицировать его действия с ч. 4 ст. 111 на ч. 1 ст. 114 УК РФ и назначить ему наказание в пределах санкции данной статьи.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 также выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Приводит доводы о своей невиновности в инкриминируемом преступлении, в обоснование которых подробно ссылается на выводы акта судебно-медицинского освидетельствования от **** **** в части сроков давности образования выявленных у него (ФИО3) телесных повреждений, отмечая, что они отличны от показаний свидетеля В. в части его падений в сенях. Ссылаясь на показания свидетеля В. относительно обстоятельств произошедшего, имевших место провокаций со стороны З.В.В. на драку, дает им свою правовую оценку, полагая, что свидетель подтвердила его (ФИО3) показания. При этом указывает, что в ходе допроса данного свидетеля у участников процесса каких-либо сомнений в правдивости ее показаний не возникло. Ставит под сомнение возможность допроса потерпевшего ****, обращая внимание на отсутствие подписи в протоколе, а также на выводы акта судебно-медицинского исследования **** (т.1, л.д. 184) относительно состояния здоровья потерпевшего на ****. Просит приговор изменить, переквалифицировать его действия с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ и назначить наказание в пределах санкции данной статьи.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Курненковой Е.А. государственный обвинитель Лукьянов С.В. указывает на необоснованность изложенных в них доводов, считает приговор законным и обоснованным, а назначенное осужденному наказание справедливым. Просит приговор оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Как усматривается из материалов уголовного дела, судом при рассмотрении дела в судебном заседании каких-либо нарушений процессуального закона, влекущих отмену приговора, которые могли повлиять на законность и обоснованность судебного решения, не допущено. Дело рассмотрено судом всесторонне, полно и объективно.

Вопреки доводам жалоб, вывод суда о доказанности вины ФИО1 в умышленном причинении потерпевшему З.В.В. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия (ножа), является правильным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и основанным на достаточной совокупности доказательств, исследованных судом первой инстанции и приведенных в приговоре.

Сомневаться в объективности и допустимости положенных в основу приговора доказательств, на что указано в жалобах, оснований не имеется, поскольку они были получены в соответствии с требованиями закона, каждое из них должным образом было проверено, доказательства были сопоставлены между собой и оценены в совокупности, без придания каким-либо из них заранее установленной силы. Все представленные сторонами доказательства и доводы судом были исследованы и им дана надлежащая оценка, что нашло свое мотивированное отражение в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя по предъявленному обвинению признал частично. Не отрицая, что смерть потерпевшего наступила от его действий, в результате нанесения одного удара ножом, настаивал на противоправном поведении потерпевшего и отсутствии у него умысла на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, в том числе, с использованием ножа. При этом в судебном заседании сообщил, что ****, находясь в своей комнате, с З. произошел конфликт, в ходе которого последний его толкнул, от чего он упал в коридоре. Спустя некоторое время пришел к З. в комнату для разговора, однако между ними вновь завязалась ссора, в ходе которой З. повалил его на спину на пол, сел на колени справа от него и, закрыв левой рукой рот, правой рукой стал бить в живот и ребра. Вырваться от З. у него не получалось, и он, нащупав правой рукой на полу какой-то предмет, решив, что это палка, взял ее и нанес удар З. справа в живот, чтобы тот ослабил руки. Поняв, что это нож, сразу выбросил его.

Несмотря на занятую осужденным защитительную позицию, его вина в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, полностью подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, вина ФИО1 в содеянном подтверждается его показаниями, данными им в статусе подозреваемого ****, то есть через непродолжительное время после совершения преступления, который сообщил, что в **** между ним и З. произошел словесный конфликт, в ходе которого З. высказывал ему претензии по поводу прослушивания громкой музыки, что разозлило его (ФИО3). На кухне взял кухонный нож, которым решил припугнуть З. и нанести ему удар, чтобы успокоить, при этом убивать не желал. Держа нож в правой руке, подошел к З. сзади, схватил левой рукой за правое плечо, развернул его к себе лицом и быстро нанес правой рукой один удар ножом с правой стороны в область живота, после чего быстро вытащил нож. З. схватил его за руку, в которой был нож, и повалил его на пол. Упав вместе, З. оказался верхом на нем и во время борьбы выхватил у него нож из руки, крикнул матери, чтобы она взывала скорую помощь, после чего, истекая кровью, пошел в свою комнату.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, суд первой инстанции обоснованно в основу обвинительного приговора положил признательные показания ФИО1, данные им на следствии в качестве подозреваемого, поскольку они подробны, последовательны, не содержат существенных противоречий относительно обстоятельств совершенного преступления и получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Перед допросом в полном объеме были разъяснены процессуальные права, в том числе предусмотренное ст. 51 Конституции РФ право не свидетельствовать против себя и близких родственников. Он был предупрежден также и о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств и в случае последующего отказа от них. Показания давал добровольно в присутствии защитника, по окончании допроса показания были прочитаны и их правильность удостоверена как ФИО1, так и его защитником, о чем имеются собственноручные записи и подписи данных лиц.

Доводы защитника о том, что в момент допроса в качестве подозреваемого ФИО1 находился в тяжелом состоянии после злоупотребления алкогольными напитками в новогоднюю ночь, в связи с чем произошедших событий не помнил, несостоятельны.

Как следует из протокола допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, каких-либо жалоб на состояние здоровья перед началом, в ходе либо по окончании допроса от него не поступало. По окончании допроса ФИО1 и его защитник ознакомились с содержанием протокола и своей подписью удостоверили правильность изложенных в них сведений. Кроме того, как усматривается из протокола, допрос ФИО1 был произведен спустя двое суток, а именно **** в период времени с 09:30 до 10:45, поэтому оснований сомневаться в достоверности и объективности его показаний, в том числе по доводам апелляционной жалобы, как у суда первой инстанции, так и у суда апелляционной инстанции, не имеется.

Избранная же в дальнейшем ФИО1 позиция относительно своей невиновности в инкриминируемом ему преступном деянии, в частности, об обстоятельствах, при которых случайно причинил ножевое ранение З.В.В. во время самообороны от противоправных посягательств последнего, изложенная в последующих протоколах его допроса в качестве обвиняемого, при проведении проверки показаний на месте, а также в ходе судебного разбирательства, являлась предметом тщательной проверки суда первой инстанции, и с учетом совокупности приведенных доказательств, верно расценена судом как способ защиты от предъявленного обвинения и желание смягчить ответственность за содеянное.

Вместе с тем, вина осужденного в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью З.В.В., опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, также подтверждается совокупностью иных собранных по уголовному делу и исследованных в ходе судебного следствия доказательств, а именно:

- показаниями потерпевшего З.В.В., данными им на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, из которых следует, что **** в его комнату неоднократно заходил ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, недовольный высказывал ему претензии. В какой-то момент ФИО1 подошел к нему, когда он (З.) находился спиной к нему, схватил его своей рукой за правое плечо, и после того, как он развернулся лицом к ФИО3, последний нанес ему удар ножом. Он стал отнимать нож, в результате борьбы оба упали на пол. Завладев ножом, бросил его на пол у кровати, после чего позвал жену и сказал ей о совершенном А. в отношении него ранении ножом. Впоследствии приехали медики, доставили его в больницу. При этом сообщил, что ФИО1 никогда не бил, **** телесных повреждений ему не наносил;

- показаниями свидетеля В.О.И. (матери осужденного), согласно которым **** она с супругом и сыновьями находилась дома. При этом сын С. спал, супруг З. находился в своей комнате, а сын А., находясь в состоянии опьянения, резал на кухне продукты. А. следовал за ней, когда она через комнату супруга пошла в коридор, где находилась около 10 минут. Услышала, как З. говорил А., чтобы тот ему не мешал. После того, как услышала «грохот», вошла в комнату супруга и увидела лежащими на полу А. и супруга, при этом А. был внизу, а супруг упирался ему в грудь руками и велел вызывать скорую помощь, пояснив, что А. его ударил ножом;

- показаниями свидетеля В.С.П. о том, что **** проснулся от крика матери. В комнате З.В.В. увидел стоящих друг напротив друга З.В.В. и брата А., в руках у которого был кухонный нож. Понял, что брат поранил ножом З.В.В., в связи с чем оттолкнул его.

- показаниями потерпевшей П.А.В., согласно которым **** от матери В.О.И. ей стало известно о ранении, причиненном ее отцу братом ФИО1 при помощи ножа, и доставлении того в больницу. Впоследствии отец умер. Пояснила, что ФИО1 проживал с родителями, злоупотреблял спиртным, в состоянии опьянения провоцировал ссоры, конфликтовал, избивал мать, а отец, в свою очередь, спиртные напитки не употреблял, был спокойным, честным человеком;

- показаниями свидетеля Т.К.В. (фельдшера скорой медицинской помощи), согласно которым в ходе выезда **** в дом к В. обнаружила у З.В.В. проникающее ножевое ранение в брюшной полости, а у ФИО1 – сильную степень алкогольного опьянения. З.В.В. пояснил, что заступился за жену в ее ссоре с сыном ФИО1 и тот нанес ему ранение ножом. Последний был доставлен в больницу.

- заключениями судебно-медицинского эксперта **** от **** и **** от ****, и показаниями эксперта С.В.А., подтвердившего выводы проведенных им экспертиз, согласно которым имевшееся на трупе З.В.В. телесное повреждение в виде колото-резаной раны на передней брюшной стенке справа, проникающее в брюшную полость с множественными ранениями тонкой кишки, причинено при однократном ударе острым орудием с колюще-режущим механизмом действия – ножом, в срок до 2-х - 3-х часов до поступления потерпевшего в ГБУЗ ВО «****», и по признаку опасности для жизни повлекло за собой тяжкий вред здоровью. Смерть З.В.В. наступила от колото-резаной раны на передней брюшной стенке справа, проникающей в брюшную полость с множественными ранениями тонкой кишки, осложнившейся развитием угрожающего для жизни состоянием - перитонитом (гнойное воспаление брюшной полости), которая стоит в прямой причинно-следственной связи со смертью З.В.В. В момент причинения повреждения потерпевший был обращен к нападавшему передней поверхностью туловища (лицом) и мог находиться как в вертикальном, так и горизонтальном положении. С учетом локализации колото-резаной раны и направления ее раневого канала, причинение данного телесного повреждения могло быть причинено при обстоятельствах и в срок, указанных протоколе допроса потерпевшего З.В.В. от **** и в протоколе допроса подозреваемого ФИО1 от ****, при этом его причинение при обстоятельствах, указанных в протоколах допроса обвиняемого ФИО1 от ****, проверки показаний на месте от **** с участием обвиняемого, а равно изложенных ФИО1 в суде, - исключается, а также материалами дела, анализ и надлежащая оценка которым дана в приговоре.

Положенные судом первой инстанции в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований закона, исследованы судом в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, проверены в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое полное подтверждение и были оценены с учетом предусмотренных ст. 88 УПК РФ правил с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям.

Проанализировав совокупность имеющихся доказательств, суд установил, что показания потерпевших и свидетелей согласуются между собой, не содержат противоречий, подтверждаются иными доказательствами, исследованными судом, и обоснованно признал эти показания достоверными. Данных, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц при даче показаний в отношении осужденного, как и оснований для его оговора, так и для его самооговора, судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции признает необоснованными доводы апелляционной жалобы осужденного, поставившего под сомнение доказательственное значение показания потерпевшего З.В.В., ввиду отсутствия его подписи в протоколе допроса, а также его состояния здоровья на момент допроса.

Вопреки утверждению в жалобе, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при проведении, составлении и процессуальном оформлении протокола допроса потерпевшего З.В.В., следователем допущено не было, протокол допроса потерпевшего составлен в полном соответствии с положениями ст. ст. 166, 189, 190, 277 УПК РФ, подписан потерпевшим, который каких-либо замечаний о недостоверности изложенных в протоколе сведений, равно как и заявлений о невозможности участия в допросе по состоянию здоровья, не подавал.

Отсутствуют какие-либо объективные данные о невозможности проведения допроса потерпевшего **** по медицинским показаниям и в материалах уголовного дела. Вопреки доводам апелляционной жалобы, акт судебно-медицинского исследования трупа З.В.В. **** от ****, подобных сведений не содержит.

При таких обстоятельствах, суд обоснованно признал показания потерпевшего З.В.В. достоверными, поскольку они не содержат существенных противоречий и согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, исследованными в судебном заседании всесторонне, полно и объективно, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.

Суд первой инстанции дал правильную оценку заключениям судебных экспертиз, поскольку они мотивированы и обоснованы, составлены без нарушений норм УПК РФ, ответы на вопросы даны в полном объеме с учетом полномочий и компетенции эксперта, основания и мотивы, по которым были сделаны соответствующие выводы, изложены в исследовательской и заключительной частях экспертиз, которые проведены надлежащим лицом, в государственном экспертном учреждении, на основании представленных эксперту исходных материалов.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, оснований ставить под сомнение показания эксперта С.В.А., данные в судебном заседании, не имеется. Как следует из материалов уголовного дела, для производства судебно-медицинских экспертиз трупа З.В.В. эксперту были представлены необходимые для этого материалы, включая протокол допроса обвиняемого ФИО1 от ****, протокол проверки показаний на месте от **** с участием последнего, а равно оптический диск с видеозаписью проверки показаний на месте обвиняемого, содержащие в себе изложенные ФИО1 обстоятельства и механизм нанесения ножевого ранения потерпевшему З.В.В., которые аналогичны приведенным им в ходе судебного заседания. При таких обстоятельствах, указание в приговоре об исключении экспертом С.В.А. возможности причинения ФИО3 ножевого ранения при обстоятельствах, указанных им в суде, не свидетельствует о недостоверности данного доказательства.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы о том, что ранение потерпевшему было причинено ФИО1 в состоянии обороны, поскольку он защищался от противоправного посягательства со стороны потерпевшего, которое выражалось в нанесении ФИО1, лежащему на полу, побоев, закрывая при этом рот рукой, аналогичны позиции стороны защиты в суде первой инстанции, судом они тщательно проверялись и обоснованно признаны несостоятельными, как противоречащие материалам дела, в том числе: заключениям судебно-медицинских экспертиз трупа потерпевшего и показаниями эксперта С.В.А., данными в судебном заседании, о локализации ранения и направленности раневого канала, образование которого не характерно при описанных осужденным механизме и обстоятельствах причинения ножевого ранения в протоколах допроса в качестве обвиняемого и при проверке показаний на месте, которые аналогичны его показаниям в суде; показаниями самого осужденного, данными в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, потерпевшего З.В.В. об обстоятельствах нанесения последнему ножевого ранения, их взаимном расположении относительно друг друга, а также последующих действиях после нанесения ранения.

Не представлено стороной защиты убедительных доказательств в подтверждение данной версии и суду апелляционной инстанции.

В судебном заседании достоверно установлено, что во время возникшего между ФИО1 и З.В.В. конфликта, который носил характер бытовой ссоры, потерпевший каких-либо противоправных действий в отношении осужденного, влекущих возникновение у последнего право на самооборону, не совершал, вооружен не был, ничем не угрожал ФИО1, телесных повреждений ему не причинял. Между тем, ФИО1 вследствие внезапно возникшей личной неприязни, осознавая отсутствие реальной угрозы для своих жизни и здоровья со стороны потерпевшего, вооружился ножом и, воспользовавшись положением потерпевшего, стоявшего к нему спиной, быстро развернул З. и умышленно, с достаточной силой нанес ему удар в область живота, от которого последнему было причинено тяжкое телесное повреждение его здоровью, по признаку опасности для жизни человека, и от которого наступила его смерть.

При этом дальнейшие действия потерпевшего З.В.В., связанные с противоборством с осужденным и обезоруживанием последнего, были обусловлены необходимостью самообороны от преступного посягательства со стороны осужденного и направлены на предотвращение наступления опасных для своего здоровья и жизни последствий.

Оценив характер действий ФИО1, совокупность обстоятельств совершения преступления, в частности факт применения в отношении потерпевшего орудия преступления, обладающего колюще-режущим механизмом действия (ножа), локализацию причиненного потерпевшему телесного повреждения – нанесение ножевого ранения в область расположения жизненно-важных органов (живот), сопоставив эти обстоятельства в совокупности с имеющимися доказательствами, суд восстановил полную картину произошедшего и пришел к правильному выводу о том, что осужденный действовал с прямым умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему. При этом смерть потерпевшего не охватывалась умыслом ФИО1, поскольку после нанесения ножевого ранения З.В.В., тот был жив, и действий, направленных на причинение ему смерти не предпринимал. В то же время при должной внимательности и предусмотрительности ФИО1 должен был и мог предвидеть подобные последствия.

Обстоятельств, которые бы не позволяли ФИО1 правильно оценить сложившуюся обстановку, по материалам дела не усматривается.

Таким образом, действия ФИО1 по причинению потерпевшему вреда здоровью не были обусловлены необходимостью защиты от посягательства, а совершены из чувства личной неприязни, поэтому не являются необходимой обороной или превышением ее пределов в соответствии с положениями ст. 37 УК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции соглашается и с приведенной судом первой инстанции в приговоре оценкой выводов заключения судебно-медицинской экспертизы о наличии у осужденного ФИО1 телесных повреждений.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выявленные у ФИО1 телесные повреждения, сами по себе не свидетельствуют о том, что нанесению осужденным ножевого ранения потерпевшему предшествовало совершение З.В.В. каких-либо противоправных действий по отношению к осужденному, которые бы создали угрозу его жизни и здоровью, и от которых ФИО1 следовало бы защищаться подобным образом.

Не свидетельствуют об этом и выводы судебно-медицинского эксперта в части давности происхождения телесных повреждений ФИО1, которые, с учетом установленных судом фактических обстоятельств по делу, в том числе из показаний самого осужденного, данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, потерпевшего З.В.В., свидетеля В.О.И., могли образоваться и в ходе противоборства между потерпевшим и осужденным, имевшего место после нанесения ФИО3 потерпевшему ножевого ранения.

Приводимые защитником доводы о физических данных потерпевшего, его взаимоотношениях с осужденным, с учетом установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств уголовного дела, не влияют на выводы суда о доказанности вины осужденного и не ставят под сомнение законность принятого судебного решения.

Судом достоверно установлен мотив совершения преступления – личная неприязнь ФИО1, возникшая к потерпевшему в ходе бытовой ссоры.

При этом каких-либо обстоятельств указывающих на противоправное или аморальное поведение потерпевшего, которое могло бы явиться поводом возникновению конфликтной ситуации и совершению преступления, в ходе судебного заседания верно не установлено.

Субъективная оценка происшедшего и анализ доказательств, которые сторона защиты приводит в жалобе, не могут быть приняты, поскольку суд, как того требуют положения ст. 87, 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности для вынесения итогового решения по делу. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению приговора.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения имеющих значение для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания экспертных выводов или иных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих в их проведении лиц, содержат сведения о ходе и результатах их проведения, в связи с чем суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными и дал надлежащую оценку.

Нарушений требований уголовно-процессуального законодательства при сборе и закреплении доказательств, на которые указывает защитник, также не усматривается.

Из материалов уголовного дела усматривается, что в рамках предварительного расследования следственный эксперимент не проводился. При этом проверка показаний на месте с участием обвиняемого ФИО1, в ходе которой было применено техническое средство фиксации хода и результатов следственного действия - фотоаппарат, проведена в соответствии с требованиями ст. ст. 164, 194 УПК РФ, протокол указанного следственного действия соответствует требования ст. 166 УПК РФ, замечаний от участвующих лиц на полноту и достоверность изложенных в указанном протоколе сведений не поступало.

Каких-либо противоречий в выводах суда не содержится, не устраненных противоречий в доказательствах, вызывающих сомнение в виновности осужденного и требующих толкования в его пользу, не имеется.

Не приведено стороной защиты в жалобах и иных убедительных доводов, в том числе и в выступлении в суде апелляционной инстанции, о незаконности приговора, являющихся основанием для его отмены или изменения.

Анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств, в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершения преступления, прийти к правильному выводу о виновности осужденного ФИО1 и квалификации его действий по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия» также нашел свое подтверждение, исходя из обстоятельств дела и исследованных в ходе судебного заседания доказательств.

Несогласие стороны защиты с квалификацией действий осужденного, не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в ходе судебного разбирательства, недоказанности его вины, целей и мотива, неправильном применении уголовного закона.

С выводом суда в приговоре о вменяемости ФИО1 апелляционный суд соглашается, поскольку он убедительно мотивирован, с учетом проведенной в отношении осужденного судебной психолого-психиатрической экспертизы, данных о психическом здоровье осужденного и его поведения в ходе судебного разбирательства по делу.

При определении вида и размера назначенного осужденному наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, наличие совокупности смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал: наличие малолетнего и несовершеннолетнего детей; состояние здоровья, обусловленное ****; признание вины на стадии следствия и частичное признание вины в суде.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости признания на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством активное способствование расследованию преступления, что не было принято судом первой инстанции во внимание при назначении наказания.

Признавая наличие у осужденного данного смягчающего наказание обстоятельства, суд апелляционной инстанции исходит из того, что, согласно материалам уголовного дела, ФИО1 на стадии предварительного расследования по уголовному делу дал последовательные, полные и подробные признательные показания в ходе допроса в качестве подозреваемого, где добровольно сообщил органам предварительного расследования детали совершения преступления. Данные показания судом были исследованы и положены в основу обвинительного приговора.

Кроме того, суд апелляционной инстанции также исходит из руководящих разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", и необходимости применения судом всех норм, улучшающих положение осужденного в плоскости уголовно-правовых отношений в целях назначения справедливого наказания.

С учетом вносимых в приговор изменений, при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, назначенное осужденному наказание подлежит соразмерному смягчению, с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Иных смягчающих наказание обстоятельств по материалам дела не усматривается и в апелляционных жалобах не приведено.

Судом первой инстанции приняты во внимание данные о личности ФИО1, который ранее не судим, по месту жительства характеризуется ****.

Вывод суда о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы без применения дополнительного наказания в приговоре мотивирован. Оснований не согласиться с приведенной судом аргументацией не имеется.

Медицинские противопоказания, установленные Постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», исключающие возможность отбывания ФИО1 назначенного судом наказания, в материалах уголовного дела отсутствуют.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 суд первой инстанции мотивированно не усмотрел, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

С учетом фактических обстоятельств преступления, характера и степени его общественной опасности, личности осужденного, оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст. 73 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

В связи с совершением осужденным особо тяжкого преступления у суда отсутствовали правовые основания для применения положений ст. 53.1 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, других обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного уголовно наказуемого деяния, которые давали бы основания для назначения ФИО1 наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, по материалам дела не усматривается, в том числе и с учетом дополнительно признанного обстоятельства, смягчающего наказание осужденного.

С учетом вносимых в приговор изменений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что назначенное ФИО1 наказание является справедливым, поскольку оно соразмерно содеянному им и данным о его личности, назначено с учетом конкретных обстоятельств дела, определено с учетом целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Вид исправительного учреждения осужденному судом назначен в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ – исправительная колония строгого режима.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции находит приговор в части зачета времени содержания ФИО1 под стражей в срок лишения свободы подлежащим изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения уголовного закона судом допущены.

В соответствии с п. 15 ст. 5 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 3 ст. 128 УПК РФ момент фактического задержания - момент производимого в порядке, установленном УПК РФ фактического лишения свободы и передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления. При задержании срок исчисляется с момента фактического задержания.

Разрешая вопрос о зачете в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей, суд исходил из того, что согласно протоколу задержания в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ он был фактически задержан ****, что не соответствует фактическим материалам дела.

Так, согласно показаний свидетелей В.О.И., Т.К.В. и Е.Д.А., данных в судебном заседании, на момент приезда сотрудников скорой помощи и полиции ФИО1 находился дома в состоянии алкогольного опьянения и затем был доставлен в отдел полиции для дальнейшего разбирательства.

Осужденный ФИО1 в суде апелляционной инстанции пояснил, что после доставления его в отдел полиции, он был дважды привлечен к административной ответственности по ст. 20.21 КоАП РФ с назначением каждый раз административного ареста на срок 2 суток и до момента составления протокола о задержании по настоящему уголовному делу (****) находился в отделе полиции.

Как следует из материалов уголовного дела, **** в отношении ФИО1 по материалу проверки, зарегистрированному в КУСП за **** от **** возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и **** он был допрошен в качестве подозреваемого по данному делу, а **** в 16.00 задержан в порядке ст. 91,92 УПК РФ.

Приведенные обстоятельства с очевидностью свидетельствуют о фактическом задержании ФИО1 по подозрению в совершении инкриминированного деяния утром ****, при наличии к тому достаточных оснований, и дальнейшем его доставлении в отдел полиции для разбирательства, при этом он был ограничен в свободе передвижения вплоть до составления в отношении него протокола в порядке ст. 91, 92 УПК РФ, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости дополнительного зачета в срок отбывания наказания периода времени с момента фактического задержания ФИО1 – **** до **** включительно.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, являющихся основаниями для отмены или изменения судебного решения в отношении ФИО1, в том числе по доводам апелляционных жалоб осужденного и защитника, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Меленковского районного суда **** от **** в отношении ФИО1 изменить:

- на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, активное способствование расследованию преступления;

- смягчить назначенное ФИО1 наказание по ч. 4 ст. 111 УК РФ до 7 лет 9 месяцев лишения свободы;

- в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с момента фактического задержания - **** по день вступления приговора в законную силу, то есть по **** включительно, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Курненковой Е.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Меленковский районный суд **** в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии апелляционного определения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Меленковского районного суда **** по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий подпись В.В. Великанов

Судьи: подписи Ю.Н. Пальцев

С.М. Иванкив

КОПИЯ ВЕРНА,

Судья Ю.Н. Пальцев