Решение по делу № 2-22/2025 от 22.01.2025

Дело № 2-22/2025 (2-722/2024)

67RS0008-01-2024-001003-66

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 января 2025 года г. Ярцево Смоленская область

Ярцевский городской суд Смоленской области в составе:

председательствующего судьи Семеновой Е.А.,

при секретаре Слесаревой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО6 о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 и ФИО4 о взыскании денежных средств, указав в заявлении, что в соответствии с договором №002Г участия в долевом строительстве жилья от 23 марта 2019 года её зять – ФИО7 приобрел в собственность жилое помещение – квартиру, площадью 43,6 кв.м с кадастровым номером 67:27:0031283:1192, расположенную по адресу: <адрес>, ул. <адрес>. 27.05.2019 истец и ИП ФИО8 заключили договор подряда на производство ремонтно-отделочных работ в вышеуказанной квартире, согласно которому истец произвела полную оплату по договору: за ремонтно-отделочные работы в размере 137 000,00 руб.; за строительные материалы в сумме 123 500,00 руб. 09.06.2019 истцом для ремонта указанной квартиры в магазине были приобретены обои на сумму 4822,20 руб., 15.06.2019 - люстра для установки в вышеуказанной квартире стоимостью 2220,00 руб., 22.06.2019 для установки - межкомнатные двери, дверные коробки, наличники и иная фурнитура на общую сумму 19 255,00 руб. 25.06.2019 с этой же целью истцом приобретена металлическая дверь с блоком и установлена в указанной квартире, на что затрачено 17 500,00 руб. 26.06.2019 истцом для установки в указанной квартире приобретены газовая панель стоимостью 10 500,00 руб., электрический духовой шкаф стоимостью 17 450,00 руб. 06.07.2019 истцом для ремонта указанной квартиры приобретены обои на сумму 3071,20 руб., 20.07.2019 - тахта «Милана» стоимостью 16 500,00 руб. и изделие ПР-05 стоимостью 7850,00 руб., которые были переданы ФИО9. Все вышеуказанные работы и покупки производились истцом по согласованию с ФИО7 в связи с производством ремонта и обустройства вышеуказанной квартиры. Общая сумма, затраченная на эти цели истцом, составила 372 524,90 руб. В данном случае по обоюдной договоренности, учитывая родственные отношения, она приобрела за свой счет указанные выше вещи и оплатила оказанные выше работы, что явилось основанием для возникновения у ФИО7 компенсировать ей материальные затраты в этой части. Кроме того, 24.06.2020 по просьбе ФИО7 истцом были перечислены ему денежные средства в размере 500 000,00 руб., которые он должен был возвратить по её требованию. Считает, что таким образом между ней и ФИО7 был заключен договор займа. Общая сумма задолженности ФИО7 перед ней составляет 872 524,90 руб. 04 июля 2022 года ФИО7 скончался. После его смерти наследство приняли его жена ФИО5, его сын ФИО6, его родители ФИО2 и ФИО4 Объектом наследства являлась вышеуказанная квартира. Срок исполнения обязательств, возникших перед истцом у ФИО7, определен не был, таким образом, в силу ст.ст.314 и 810 ГК РФ срок исполнения обязательств по возврату денежных средств определяется датой выставления кредитором требований о таком исполнении. Поскольку ФИО5, действуя от своего имени и интересах несовершеннолетнего сына – ФИО6, возвратила истцу 436 262,45 руб., то есть половину задолженности наследодателя, то она обратилась в суд с иском к ответчикам – родителям ФИО7 с иском о взыскании другой половины задолженности. 06.07.2023 истцом в адрес ответчиков направлялось требование о погашении задолженности в сумме 436 262,45 руб., однако задолженность до настоящего времени не погашена. Учитывая вышеизложенное, просит суд взыскать в её пользу солидарно с ФИО2 и ФИО4 денежные средства в размере 436 262,45 руб. (том 1 л.д.4-6).

На исковое заявление ФИО1 ответчиками ФИО2 и ФИО4 поданы возражения, в которых указали, что ФИО1 вводит суд в заблуждение, поскольку представляет суду не соответствующие действительности сведения. Их сын – ФИО7 с 2009 года нес военную службу в Вооруженных силах РФ, защищал Родину. С 2015 года сын с семьей стали проживать в <адрес>, где его семье была выделена служебная квартира в военном городке. Они общались с сыном и внуком, перезванивались, виделись с ними по приезду их во время отпуска. Сын говорил им, что он решил вложить заработанные им деньги в покупку жилья в <адрес>, заключил в марте 2019 года договор участия в долевом строительстве жилья, договор по проведению ремонта в приобретенной квартире. Поскольку сын с семьей проживал в <адрес>, он в 2019-2020 годах неоднократно передавал наличными денежные средства, необходимые для оплаты ремонта и покупку материалов на отделку, своей теще – ФИО1, которая проживала в <адрес>. Со слов сына, ФИО1 отчитывалась перед ним о понесенных расходах, результатах ремонта. После окончания ремонта в квартире, сын по просьбе жены разрешил ФИО1 вселиться в его квартиру и проживать там, поскольку до этого она проживала в общежитии – в комнате, приобретенной ею в кредит. В квартире сына ФИО1 проживала одна и пользовалась находящейся в ней мебелью и прочими предметами домашнего обихода, за которые требует теперь с них - ответчиков деньги. Кроме того, ФИО1 и по настоящее время проживает в этой квартире. Ни сын, ни его семья в данной квартире никогда не проживали. Их сын ФИО7 погиб при несении военной службы в ходе СВО 04.07.2022. Считают, что представленные ФИО1 чеки на имущество и договор подряда на проведение ремонтно-отделочных работ не являются доказательствами несения ею расходов. Все эти чеки, договор подряда датированы 2019 годом. Истец не обращалась к их сыну ФИО7 с требованием о возврате ей денежных средств, а обратилась только через два года после его смерти к родителям, за пределами срока исковой давности. Считают, что у истца на это не было ни правовых оснований, ни морального права, чтобы обратиться к их сыну с данными требованиями, поскольку денежные средства на приобретение имущества и ремонтные работы были переданы ФИО1 им самим. Факт перечисления ФИО1 денежных средств 24.06.2020, на которые она ссылается, не свидетельствует и не может свидетельствовать о возникновении у ФИО7 перед ней долговых обязательств. Заемные отношения между ними оформлены не были, и в самом исковом заявлении не указывается в счет исполнения каких обязательств один человек отправил другому такую крупную сумму. Претензий по возврату 500 000,00 руб. ФИО1 их сыну не предъявляла. Их сын всегда работал, содержал семью и был обеспеченным человеком. Он хорошо и достаточно зарабатывал. У них с сыном всегда были доверительные отношения, также как и с братом. С ФИО1 они не знакомы, никогда не встречались. В квартире сына также никогда не были. Сын хотел познакомить их с тещей, но не успел. Имеющееся в материалах дела соглашение о погашении ФИО5 задолженности перед ФИО1 от 01.06.2023 не имеет правовой юридической силы и составлено между заинтересованными в исходе дела лицами. Ни ФИО5, ни кто-либо из её семьи не помогал им в несении расходов по ритуальным услугам и погребению наследодателя. После сообщения о гибели мужа, его женой – ФИО5 была списана со счета ФИО7 крупная денежная сумма, о чем им сообщил нотариус, что означает вывод наследственного имущества из честного раздела между законными наследниками. На основании изложенного, считают, что для удовлетворения исковых требований в полном объеме по указанным истцом доводам правовых оснований не имеется (том 1 л.д.77-79).

Протокольным определением суда от 13.08.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен нотариус Кореновского нотариального округа <адрес> – ФИО10 (том 1 л.д.94-96).

Протокольным определением суда от 16.09.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ИФНС России по <адрес> (том 1 л.д.225-227).

14.11.2024 представителем истца ФИО1 – ФИО12, изменив частично основания иска, подано уточненное исковое заявление, в котором представитель истца указывает, что в соответствии с договором №002Г участия в долевом строительстве жилья от 23 марта 2019 года зять ФИО1 – ФИО7 приобрел в собственность жилое помещение – квартиру, площадью 43,6 кв.м с кадастровым номером 67:27:0031283:1192, расположенную по адресу: <адрес>, ул. <адрес>. Перед подписанием договора №002Г участия в долевом строительстве жилья от 23 марта 2019 года ФИО7 выдал истцу нотариальную доверенность на покупку вышеуказанной квартиры и на действия, связанные как с её оформлением, так и с иными полномочиями в отношении данного объекта недвижимости. 17.05.2019 истец, действовавшая от имени ФИО7, заключила с ООО «Управляющая компания «Гражданстрой» договор №358 управления многоквартирным домом.

27.05.2019 истец и ИП ФИО8 заключили договор подряда на производство ремонтно-отделочных работ в вышеуказанной квартире, согласно которому истец произвела полную оплату по договору: за ремонтно-отделочные работы в размере 137 000,00 руб.; за строительные материалы в сумме 123 500,00 руб. Предметом данного договора подряда является выполнение работ по текущему ремонту вышеуказанной квартиры общей площадью 43,5 кв.м. По указанному договору подряда оплата производилась истцом частями, оплата каждой части согласовывалась с ФИО7 При этом каждая оплата представляет собой отдельный договор займа на сумму очередной оплаты. Так, 28.05.2019 истцом было выплачено 40 000 руб., 05.06.2019 – 73 500 руб., 15.06.2019 – 20 000 руб., 25.06.2019 – 20 000 руб., 03.07.2019 – 15 000 руб., 06.07.2019 – 20 000 руб., 07.07.2019 – 15 000 руб., 15.07.2019 – 20 000 руб., 27.07.2019 – 20 000 руб., 30.07.2019 – 17 000 руб.

09.06.2019 истцом для ремонта указанной квартиры в магазине были приобретены обои на суммы 12 856,50 руб. и 4822,20 руб.

15.06.2019 истцом была приобретена люстра для установки в вышеуказанной квартире стоимостью 2220,00 руб.

22.06.2019 для установки в вышеуказанной квартире истцом были приобретены межкомнатные двери, дверные коробки, наличники и иная фурнитура на общую сумму 19 255,00 руб.

25.06.2019 с этой же целью истцом была приобретена металлическая дверь с блоком и установлена в указанной квартире, на что было затрачено 17 500,00 руб.

26.06.2019 истцом для установки в указанной квартире были приобретены газовая панель стоимостью 10 500,00 руб. и электрический духовой шкаф стоимостью 17 450,00 руб.

06.07.2019 истцом для ремонта указанной квартиры были приобретены обои на сумму 3071,20 руб.

20.07.2019 истцом были приобретены тахта «Милана» стоимостью 16 500,00 руб. и изделие ПР-05 стоимостью 7850,00 руб., которые были переданы ФИО9.

Все вышеуказанные работы и покупки производились истцом по согласованию с ФИО7 и по его согласию в связи с производством ремонта и обустройства вышеуказанной квартиры. Общая сумма, затраченная на эти цели истцом, составила 372 524,90 руб. Учитывая, что по договору займа займодавцем заемщику могут быть переданы не только денежные средства, но и иные вещи, последующие вышеперечисленные покупки, совершенные истцом и переданные ФИО7, могут быть квалифицированы как отдельные договоры займа на сумму этих покупок. В данном случае, срок возврата займов предусмотрен не был. Моментом востребования следует считать момент направления претензии в адрес ответчиков.

Мотивируя вторую часть исковых требований, ФИО1 указала, 24 июня 2020 года она по просьбе ФИО7 перечислила ему 500 000 руб., которые он должен был возвратить ей по ее требованию. Денежные средства были перечислены с ее расчетного счета на расчетный счет ФИО7 Между тем письменных договоров, расписок между ними не составлялось, срок возврата не устанавливался. Полагала, что перечисляя ФИО7 денежные средства в размере 500 000 руб., между сторонами был заключен договор займа.

04 июля 2022 года ФИО7 погиб. После его смерти наследство приняли его жена ФИО5, его сын ФИО6, его родители ФИО2 и ФИО4 ФИО5, действуя от своего имени и интересах несовершеннолетнего сына – ФИО6, 20.03.2023 возвратила истцу 436 262,45 руб., то есть половину задолженности наследодателя. 06.07.2023 истцом в адрес ответчиков направлялось требование о погашении задолженности в сумме 436 262,45 руб., однако задолженность до настоящего времени не погашена.

Учитывая вышеизложенное, просит суд взыскать в её пользу солидарно с ФИО2 и ФИО4 денежные средства в размере 436 262,45 руб. (том 3 л.д.65-67).

Протокольным определением суда от 10.12.2024 исключена из числа третьих лиц и с учетом характера спора привлечена к участию в деле в качестве соответчика ФИО5, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО6 (том 3 л.д.172-174).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, обеспечивала явку в суд своего представителя ФИО12, на основании нотариальной доверенности 67 АА №002 от 23.08.2023, выданной сроком на 5 лет (том 1 л.д.42).

Представитель истца ФИО1 – ФИО12 в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования ФИО1, просил суд удовлетворить их в полном объеме, пояснял, что доказательства истцом оплаты за ремонт в спорной квартире и работу, а также покупку мебели, являются чеки за 2019 год, а также сведения по договору подряда. Выписка о переводе истцом денежных средств ФИО7 в размере 500 000 руб. в материалах дела также представлена. Денежные средства были переведены истцом ФИО7 при жизни. Было ли какое-либо соглашение между истцом и ФИО7 он не знает. ФИО1 действовала по доверенности в интересах ФИО7 Истец действительно зарегистрирована в спорной квартире, но проживает в г. Краснодаре, с дочкой общается. Представить доказательства оплат истца за ремонт в спорной квартире до 28.10.2019 включительно он не может. Расписки о передаче денежных средств ФИО1 ФИО7 нет, есть выписка счета, которая находится в материалах дела. Спор возник, когда ответчики, приняв наследство после ФИО7, отказались принимать долги наследодателя в соответствии со ст. 1110 ГК РФ. От обязательств наследодателя наследники отказались устно, и письменного отказа возможно нет, поэтому истец напрямую обратилась к ответчикам. При принятии наследства ФИО5 супружеская доля не выделялась Общая сумма долга, которая делится пополам на ФИО5 и ответчиков та же. Если бы ФИО7 был бы жив, то данного спора не было бы, так как всё было по договоренности между ними: супругами ФИО5, ФИО7 и ФИО1, деньги бы ей были возвращены без установленного срока частями. Они бы со временем выплатили ФИО1 взятую у нее сумму для покупки квартиры. У ФИО7 с ФИО1 были родственные доверительные отношения, поэтому ФИО7 оставил истцу денежные средства и доверенность на покупку, ремонт квартиры. Денежные средства в счет погашения долга ФИО5 возвращала ФИО1 по расписке, которая находится у ФИО5 ФИО5 выплатила ФИО1 половину суммы, потраченной истцом на ремонт и обустройство спорной квартиры, за себя и сына. Обратил внимание суда на то, что ответчики ссылаются на безденежность договора займа, показания свидетелей в данном случае во внимание не принимаются. Представленная им доверенность предоставляла ФИО1 право на покупку квартиры. Квартира была приобретена в ипотеку, подпись в договоре стоит самого ФИО7 Перечисленные ФИО1 деньги на счет ФИО7 в размере 500 000 руб., это сумма на погашение данного кредита за покупку квартиры. Раз ответчики утверждают, что ФИО7 передал ФИО1 1 000 000 руб., то возможно это было на покупку квартиры. Комната в общежитии в г. Смоленске, принадлежащая ФИО1, была ею продана, чтобы погасить ипотеку ФИО7 по квартире, о чем договоренность между ними была ранее. ФИО1 не обращалась два года к ФИО7 с просьбой вернуть ей деньги, так как ФИО5 - ее дочь, а ФИО7 - ее зять, они вернули ли бы деньги ей, как смогли. После гибели ФИО7, ФИО1 решила обратиться к наследникам зятя – ответчикам ФИО9. С зятем у ФИО1 были такие же хорошие доверительные отношения. Со слов ФИО5, у них с мужем были хорошие отношения, а с его родителями были конфликты, так как его родители постоянно пытались их развести. Также ФИО7 долгое время не общался с родителями, но перед смертью, до того, как ехать на СВО, он приехал к родителям и просил их не вступать в наследство. Истец в настоящее время проживает в г. Краснодаре с дочерью и внуком. Кому на данный момент принадлежит спорная квартира, ему не известно. По настоящему иску они идут по договору займа, раз ФИО7 получил данные денежные средства от ФИО1, расписок и соответствующих договоров не заключалось, но есть подтверждение передачи денежных средств путем перевода на счет ФИО7 Срок исковой давности, если не указаны иные сроки в договоре займа, с момента выставления первого требования о выплате долга. Права и обязанности возникают из других действий, которые порождают определенные обязательства, это что касается представленных в дело чеков, данные обязательства могут быть заменены заемными обязательствами.

Ответчики ФИО2 и ФИО4 в судебное заседание не явились, представили суду заявление о рассмотрении дела в их отсутствие (том 3 л.д.199), обеспечив явку в суд своего представителя

Ранее в судебных заседаниях ответчики ФИО2 и ФИО4 исковые требования ФИО1 не признали, поддержали свои письменные возражения на исковое заявление, просили суд отказать ФИО13 в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поясняли, что они действительно вступили в наследство после смерти сына - ФИО7 наряду с его супругой ФИО5 и сыном ФИО6 по 1/8 доли. Им известно, что в 2019 году сын купил квартиру и по просьбе жены прописал в квартиру тещу – ФИО1 Сын сам говорил им, что купил квартиру и сам расплатился за нее. Тещу прописал для того, чтобы она следила за ремонтными работами в квартире, но за все ремонтные работы и материалы для ремонта оплачивал сын. Сын сам говорил им, что дал деньги ФИО1 и доверенность, чтобы та руководила ремонтными работами в квартире. О переводе денежных средств в размере 500 000 руб. от ФИО1 их сыну, им ничего не известно. С тещей сына они не были знакомы. Каждый год сын с невесткой и внуком приезжали к ним на несколько дней погостить. В спорной квартире они не проживали и не были зарегистрированы, сын вложил денежные средства в недвижимость. При жизни сына у зятя с тещей не было никаких претензий друг к другу, всё было по обоюдному согласию. Квартира была куплена в браке, но принадлежала только сыну, сами же сын с невесткой и внуком проживали в Войсковой части в Краснодарском крае по ул. Циолковского, поскольку сын был военнослужащим командиром дивизиона, там же они и были прописаны в служебном жилом помещении с 2015 года. Фактически в спорной квартире проживала истец, обустраивала квартиру за счет их сына. У самой ФИО1, которая работала в типографии, и получала маленькую зарплату, денег на ремонт и обустройство квартиры не было. Истец была неплатежеспособной и проживала в комнате в общежитии. Утверждают, что денежные средства на ремонт и обустройство спорной квартиры истцу давал их сын, и прописал истца там, чтобы она следила за ремонтом и обустройством квартиры, поскольку сам проживал в Краснодарском крае. Сын хорошо зарабатывал и всё оплачивал, в том числе поездки ФИО1 на отдых, деньги он передавал ФИО1 наличными. На покупку, ремонт и обустройство квартиры у сына ушло около 3 000 000 руб., но наличными сын дал ФИО1 на ремонт и обустройство квартиры 1 000 000 руб. В 2020 году сын забрал у ФИО1 оставшуюся от покупки, ремонта и обустройства квартиры сумму, так как ему не нужны были излишества в квартире, поскольку в данной квартире сын жить не собирался, он с семьей жил в Краснодаре, а использовал квартиру, когда приезжал сюда. ФИО1 купила много вещей, которые сыну не были нужны. Также сын сказал, что на покупку квартиры он брал кредит, который выплатил полностью, долгов у него нет. О том, что ФИО5 вернула истцу денежные средства в такой сумме, у них сомнения, так как сама истец в иске путается в своих пояснениях: утверждает, что дочь вернула деньги в марте 2023 года, а соглашение о возврате денег было заключено в июне 2023 года. Сын сообщил им о покупке квартиры, хотел познакомить с тещей в 2020 году, но они так и не познакомились ввиду болезни ФИО2 Также со слов сына им известно, что он на лечение сыну своего друга просто в помощь перевел 100 000 руб. Данные обстоятельства подтверждают, что проблем с платежеспособностью у сына не было. На следующий день после гибели сына, его жена сняла денежные средства со счета сына в размере 300 000 руб. Сколько было у сына банковских карт, им не известно, по сведениям о заработной плате сына пояснить не смогли. Жена сына их недолюбливала. Обо всем этом сын делился со своим родным братом – ФИО11, с их вторым сыном, с которым они очень хорошо общались, сын рассказывал брату больше, чем им. В 2020 году сын приезжал к ним в гости, и они слышала, как по телефону сын отчитывал жену, которая вместе с ФИО1 без его ведома сняла деньги с карты, а сыну пришло об этом уведомление. Он рассердился, говорил, ей что мало тех денег, что остались от ремонта квартиры, и требовал у ФИО1 вернуть ему оставшиеся деньги, которые он ей давал в 2019 году. Это супруга уговорила сына прописать в квартире ФИО1 и разрешить ей там жить. ФИО1 так и осталась там жить, свою же комнату в общежитии она продала. У ФИО1 была задолженность по другому кредиту, личному, она купила ту комнату в общежитии в кредит, и не смогла его погасить, так как заработная плата у нее маленькая, поэтому продала ту комнату для погашения своего личного кредита. В настоящее время спорная квартира принадлежит супруге сына – ФИО5, так как они, вступив в наследство по квартире и машине в размере по 1/8 на каждого, хотели подарить свои доли внуку, но ФИО5 отказалась. Они продали ей свои доли по квартире и машине за 1 000 000 руб., деньги потратили на обустройство памятника сыну.

Представитель ответчика ФИО2 по соглашению – ФИО14 (ордер - л.д.74 том 1) в судебном заседании поддержала позицию своей доверительницы, просила суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме, суду пояснила, что в настоящее время собственником спорной квартиры и машины является ФИО5 У родителей ФИО7 при вступлении в наследство было по 1/8 доли, у ФИО5 1/2 доля и у ФИО6 ? доля. После вступления в наследство родители ФИО7 хотели подарить свои доли внуку, но ФИО5 отказалась от этого и сказала, что выкупит их доли, что и сделала. Они возражают в том, что в данном случае применимы нормы договора займа, подтверждения этому стороной истца не представлено. Кроме того, сторона истца обратилась первоначально в суд за восстановлением пропуска срока исковой давности. Они не отрицают, что это может быть неосновательное обогащение, но не договор займа. Считают, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 необходимо отказать, поскольку ФИО1, обращаясь в Ярцевский городской суд Смоленской области с исковыми требованиями о взыскании в солидарном порядке с родителей ушедшего зятя ФИО7 денежных средств, вводит суд в заблуждение и, указывая не соответствующие действительности сведения, нарушая нормы действующего законодательства Российской Федерации злоупотребляет своими правами. Кроме того, сторона ответчика в лице ФИО15 просит суд обратить внимание на то, что ФИО1 выбран неверный способ защиты. Истцом в судебное заседание не представлен договор займа на сумму 500 000 руб. Также установлено, что ФИО7 не нуждался в деньгах ни ФИО1, ни чьих-либо других. Из материалов гражданского дела следует, что ФИО7 с 2009 года стал нести военную службу в Вооруженных силах РФ и с 2015 года с семьей стал проживать в Кореновском районе Краснодарского края. Как следует из показаний родителей ФИО7, и брата, допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля, ФИО7 рассказывал им о том, что в период своего отпуска он решил вложить имеющиеся заработанные им деньги в приобретение жилья в г. Смоленске, рядом со своими родителями, в связи с чем он на свои собственные денежные средства и приобрел квартиру в г. Смоленске. Имеющиеся у ФИО7 собственные денежные средства на все необходимые расходы по проведению ремонта, на отделку приобретенной им в г.Смоленске квартиры, в 2019 году ФИО7 неоднократно передавал проживающей в г. Смоленске тёще - ФИО1 Родители и брат ФИО7 в судебном заседании дали пояснения суду, что сын и брат говорил им о том, что ФИО1 отчитывалась перед ФИО7 о понесенных тратах и расходах и обо всех действиях, которые зять доверил своей теще, проживающей в самом городе Смоленске, и которая была не против действовать в его интересах и этим заниматься. Данные обстоятельства подтверждаются нотариальной доверенностью от 19.03.2019, выданной нотариусом Кореновского района Краснодарского края, имеющейся в материалах дела, согласно которой ФИО7 доверил ФИО1 спектр таких широких действий, как: купить выбранную им квартиру, при согалсовании с ФИО7, проводить все необходимые расчеты по заключению сделки от его имени, производить все необходимые действия по внесению и возврату средств авансового платежа, подписывать от его имени кредитный договор с любым банком, открывать и закрывать счета в любых банках и управлять данными счетами, подавать заявления о возврате оплаты произведенной в связи с выполнением данного поручения, с правом уплаты всех денежных сумм и совершать все другие действия и формальности, связанные с выполнением данного поручения. Из приобщенных в судебное заседание документов следует, что выдав 19.03.2019 ФИО1 нотариальную доверенность, 03.04.2019 ФИО7 в качестве зам.командира зенитного ракетного дивизиона по вооружению в должности майора заключил контракт о прохождении с 03.04.2019 военной службы сроком на 3 года, который с подполковником ФИО7 был продлен 26.01.2022 и который прервался смертью и последующей за ней наградой Указом Президента орденом мужества посмертно. Таким образом, из имеющихся в материалах дела документов следует, что все действия, связанные со спорной квартирой (покупка квартиры, ремонт, приобретение необходимого имущества, временное управление данным имуществом, заключение договоров на отделку и прочее), как и действия, связанные с движением денежных средств ФИО7 (оплата денежными средствами от его имени, переводы денежных средств кому-либо, внесение и возврат денежных средств) были произведены ФИО1 по поручению самого ФИО7, от его имени и за его собственные денежные средства. Считают, что представленные ФИО1 чеки на имущество и договор подряда на проведение ремонтно-отделочных работ, не являются доказательством несения ФИО1 расходов, которые родители умершего сына обязаны ей компенсировать. Она действовала в интересах зятя и распоряжалась его деньгами и имуществом, о чем свидетельствует доверенность. Поскольку у ФИО1 имелась доверенность от ФИО7, она могла действовать от его имени по договору поручения. Считают, что ФИО1 злоупотребляет своими правами, обращаясь в суд с иском о взыскании денежных средств с родителей умершего ФИО7 ФИО1 умалчивает о том, что в период с 2019 года она ни разу не обратилась к самому ФИО7 с требованиями о взыскании с него денежных средств, а обратилась только через два года после смерти зятя к родителям погибшего сына. Полагают о том, что у ФИО1 не было никаких законных и правовых оснований, а также морального права и, зная, что ФИО7 никаких денег у неё в долг не брал, а наоборот, выделял на приобретение своего имущества. Сторона ответчиков ФИО2 и ФИО4 допускает, что деньги в сумме 500 000 рублей были возвращены ФИО1 ФИО7 по его требованию, но как принадлежащие ему денежные средства, которые не были ею использованы в указанных ранее им целях и по назначению. Но это не было займом. Сама ФИО1, также как и ее представитель, не оспаривают её родственные доверительные отношения со своей дочерью ФИО5 ФИО1 обманывает всех, обращаясь с иском в суд и указывая не соответствующие действительности доводы. Так, из материалов дела следует, что ФИО7 всегда служил, работал, содержал семью и был обеспеченным человеком. Он хорошо и достаточно зарабатывал, получал хорошую зарплату военного, боевые, офицерские доплаты и был постоянно на службе, поэтому ему некогда было заниматься покупкой и ремонтом квартиры в г. Смоленске, в связи с чем он и поручил это своей теще, которой доверял. И как оказалось, это было зря, о чем свидетельствует поданный в Ярцевский городской суд иск полный противоречий, несоответствий и надуманных доводов. Просит обратить внимание суда на имеющиеся несоответствие доводов ФИО1 и искажение ею действительности. Так, из иска ФИО1 следует, что якобы за период с мая 2019 по июль 2019 года (за 3 месяца) ею было потрачено на ремонт квартиры 372 524 рубля 90 коп. Однако, согласно поступившим по запросу суда документам, её доход за весь 2019 год составил всего 148 039 руб. 11 коп., в 2 раза меньше заявленной суммы. В иске ФИО1 указала, что 24 июня 2020 года она якобы дала в долг ФИО7 500 000 рублей. Согласно письменным документам, доход ФИО1 за весь 2020 года составил всего 66 833 руб. 33 коп. При этом, у ФИО1 на тот период времени имелись кредитные обязательств от 14.05.2019 в сумме 161 638 руб. и кредитные обязательства от 28.08.2021 в сумме 340 909 руб. Откуда у ФИО1 могли быть 500 000 рублей, которыми она почему-то не оплатила свои кредитные обязательства, а дала в долг зятю, откуда у неё такие большие средства на проведение ремонта в квартире и приобретения мебели, если у нее была небольшая зарплата служащего ООО «Смолпринт», два долгосрочных кредита и не было никакого иного дохода и движения денежных средств. И, несмотря на это, ФИО1 в иске указывает о том, что по обоюдной договоренности, учитывая родственные отношения и отсутствие она приобрела за свой счет указанные вещи и оплатила указанные выше работы и о том, что якобы ФИО7 занимал у неё на покупку квартиры. Хотя из документов, представленных ООО «Гражданстрой» видно, что за квартиру ФИО7 23.03.2019 внес в безналичном порядке свои 1 700 000 рублей. Денежные средства в размере 500 000 руб., перечисленные ФИО1 на карту ФИО7, со слов её доверителей, это денежные средства ФИО7, которые были переданы им ФИО1 для ремонта и обустройства квартиры, но не использованные по назначению, и по его требованию были возвращены ему. Кроме того, просила обратить внимание суда и отнестись критически к представленным истцом противоречивым соглашениям по погашению задолженности между истцом ФИО1 и её дочерью - вдовой ФИО7 В соглашении от 01.06.2023, направленном ФИО1 в рамках досудебного урегулирования спора, ФИО5 обязуется вернуть своей матери в срок до 30 июня 2023 года 436 262,45 руб. В исковом заявлении, также как и в уточненном иске, указано, что ФИО5 якобы 20 марта 2023 года вернула данные денежные средства. Это надо понимать, как злоупотребление правом и введение всех в заблуждение. Её доверители поясняли, что, будучи военным человеком, ФИО7 часто находился в длительных командировках и его банковскими карточками пользовалась его супруга ФИО5 Из представленных в суд письменных документов следует, что непосредственно сразу после его похорон, 08 июля 2022 года ФИО5 с карты принадлежащей умершему ФИО7 были сняты денежные средства в сумме 291 000 руб. Эти денежные средства вдова сняла незаконно, без раздела между наследниками – родителями. 19 июля 2022 года ФИО5 был закрыт счет *04 41 на имя ФИО7 В том же месяце августе 2022 года ФИО5, не дождавшись шестимесячного срока вступления в наследство, оформляет земельный участок в г.Кореновске на себя. ФИО7 никогда не брал в долг денежные средства, содержал как свою семью, так и тещу. Кроме того, считают, что такой документ, как приложенное истцом к исковому заявлению соглашение о погашении задолженности от 01 июня 2023 года заключенное в г. Смоленске между ФИО5, проживающей в в/ч Краснодарского края и её матерью ФИО1, проживающей в спорной квартире в г. Смоленске о подтверждении наличия у умершего ФИО7 задолженности перед ФИО1 направлен на искажение действительности и с целью забрать у родителей умершего ФИО7 денежные средства за квартиру, собственниками которой они уже давно не являются, поскольку им является их внук - ФИО5 Полагает, что данное соглашение не имеет правовой юридической силы и составлено между заинтересованными в исходе дела лицами. Считает, что факт перечисления ФИО1 денежных средств 24 июня 2020 года, на который ссылается истец, не свидетельствует и не может свидетельствовать о возникновении у ФИО7 перед ФИО1 долговых обязательств. Заемные отношения между ФИО1 и ФИО7 оформлены не были и в самом исковом заявлении ФИО1 не указывает, в счет исполнения каких обязательств она отправила зятю такую крупную сумму. Кроме того, в судебном заседании представитель ФИО1 пояснил, что никаких расписок и договоров не было, то есть не было договоров займа. Данные денежные средства не были займом, как это утверждает истец. Считают, что если бы у ФИО1 были личные сбережения и денежные средства, она закрыла бы сначала свои кредиты и требовала бы долговые денежные средства при жизни, у самого ФИО7, а не с родителей умершего. И поскольку при жизни ФИО7, с 2020 года у ФИО1 не было к нему претензий по возврату долга и истцом в исковом заявлении не указано, когда деньги были предоставлены в долг, почему не оформлен между сторонами договор займа, на какую цель предоставлен займ, и на какой срок, при вступлении в наследство после смерти ФИО7 ни его супруга, ни истец ФИО1 не заявляли нотариусу о наличии какой либо задолженности у умершего перед ФИО1 в какой либо сумме, то не доказана позиция истца по иску.

Ответчик ФИО5, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО6, в судебное заседание не явилась, представила суду ходатайство о рассмотрении дела без её участия, в котором также указала, что исковые требования ФИО1 поддерживает, считает их законными и подлежащими удовлетворению в полном объеме (том 3 л.д.198).

Третьи лица – представитель ИФНС России по Кореновскому району Краснодарского края, нотариус Кореновского нотариального округа Краснодарского края – ФИО10 в судебное заседание также не явились, представили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие (том 3 л.д.176,195).

При таких обстоятельствах, с учетом мнения представителей сторон, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие не явившихся участников процесса.

Заслушав представителя истца, представителя ответчика Б-вых, исследовав письменные материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств, их достаточность в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Гражданским законодательством, в частности, ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), предусмотрены способы защиты гражданских прав.

В судебном заседании установлено, что ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно свидетельству о заключении брака, 23.06.2015 года вступил в брак с ФИО3, <дата> года рождения (том 1 л.д.68-69,159-оборот).

От данного брака имеют ребенка – ФИО6, 12.07.2016 года (том 1 л.д.68-69,160).

ФИО7 был офицером, служил в Вооруженных силах РФ (л.д.200-212 том 3). Семья проживала в военном городке Кореновск в <адрес>, имела общий бюджет

Данный факт подтвержден сторонами в ходе рассмотрения данного дела.

Таким образом, ФИО7 являлся зятем истца ФИО1

<дата> ФИО7 по договору №002Г участия в долевом строительстве жилья приобрел двухкомнатную квартиру по адресу: <адрес>, за 1 700 000 руб. (том 1 л.д.7-10, том 3 л.д.162,163).

Квартира приобреталась ФИО7 за счет кредитных средств, взятых в Банке ВТБ (ПАО) – 1 500 000 руб. и ГАЗПРОМБАНК (АО) – 1 412 138,47 руб. (том 2 л.д.2, 11-104,234). Кредитный договор в Банке ВТБ (ПАО) закрыт 01.05.2020, в ГАЗПРОМБАНК (АО) – 03.10.2023.

Поскольку семья ФИО7 и ФИО5 были зарегистрированы и проживали в г. Кореновск Краснодарского края, где проходил военную службу ФИО7, им 19 марта 2019 года им была оформлена нотариальная доверенность <адрес>5, которой он уполномочивает ФИО1, зарегистрированную по адресу: <адрес>А, <адрес>, купить за счет его собственных денежных средств и кредитных средств Банка ВТБ (ПАО) (ипотечных средств), в собственность квартиру, находящуюся по вышеуказанному адресу, согласуя по своему усмотрению цену и условия договора купли-продажи квартиры, за счет кредитных средств, подписать от его имени договор купли-продажи, влекущий ипотеку, подписать от его имени с любым банком кредитный договор, закладную, договор ипотеки, открывать и закрывать счета в любых банках, совершать от его имени все действия, связанные с исполнением его обязанностей по кредитному договору. Срок действия доверенности 1 год (том 3 л.д.80-81).

По указанной доверенности ФИО1 18 мая 2019 года был подписан акт приема-передачи квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (том 1 л.д.11), зарегистрировано право собственности на указанную квартиру ФИО7 в Управлении Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Смоленской области (том 1 л.д.12-13), заключен 17.05.2019 договор № 358 управления многоквартирным домом №57 по Киевскому шоссе г. Смоленска (том 3 л.д.73-78).

29.10.2019 года ФИО1 зарегистрировалась в спорной квартире по адресу: <адрес> (том 1 л.д.54).

В соответствии с пунктом 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершённая одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создаёт, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Пунктом 1 статьи 971 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счёт другой стороны (доверителя) определённые юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершённой поверенным, возникают непосредственно у доверителя.

Согласно статье 974 Гражданского кодекса Российской Федерации поверенный обязан: лично исполнять данное ему поручение, за исключением случаев, указанных в статье 976 настоящего Кодекса; сообщать доверителю по его требованию все сведения о ходе исполнения поручения; передавать доверителю без промедления всё полученное по сделкам, совершённым во исполнение поручения; по исполнении поручения или при прекращении договора поручения до его исполнения без промедления возвратить доверителю доверенность, срок действия которой не истёк, и представить отчёт с приложением оправдательных документов, если это требуется по условиям договора или характеру поручения.

В силу пункта 1 статьи 972 Гражданского кодекса Российской Федерации доверитель обязан уплатить поверенному вознаграждение, если это предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором поручения.

В случаях, когда договор поручения связан с осуществлением обеими сторонами или одной из них предпринимательской деятельности, доверитель обязан уплатить поверенному вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Согласно пункту 2 статьи 972 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии в возмездном договоре поручения условия о размере вознаграждения или о порядке его уплаты вознаграждение уплачивается после исполнения поручения в размере, определяемом в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса.

Таким образом, названная статья Гражданского кодекса Российской Федерации, специально регулирующая отношения, связанные с вознаграждением поверенного, исходит из того, что по общему правилу договор поручения является безвозмездным, если ни одна из его сторон не связана с осуществлением предпринимательской деятельности. В изъятие из общего правила договор поручения, связанный с осуществлением предпринимательской деятельности хотя бы одной из сторон, является возмездным, если договором не предусмотрено иное.

При таких обстоятельствах, из материалов дела следует, что ФИО1 осуществляла представление интересов ФИО7 при покупке квартиры, при оформлении квартиры, а также имела широкий спектр полномочий по указанной доверенности. Какой характер возмездный или безвозмездный имел такой договор поручения суду стороной истца таких сведений не представлено.

Соответственно, между сторонами сложились отношения по договору поручения, что при рассмотрении дела судом никто не оспаривал.

04 июля 2022 года ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погиб в период прохождения военной службы в ходе специальной военной операции на Украине (том 1 л.д.37, том 3 л.д.200, 208-209).

Иск о взыскании денежных средств подан ФИО1 к наследникам умершего, а именно к родителям умершего.

Согласно п. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу п. 1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323 ГК РФ). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

В соответствии с положениями абз. 2 п. 1 ст. 1175 ГК РФ, а также разъяснениями, содержащимися в абзаце первом пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства несут ответственность по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Из приведенных норм права следует, что наследник несет ответственность по долгам наследодателя в случае принятия наследственного имущества любым из предусмотренных законом способов и только в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 13 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении споров по делам, возникающим из наследственных правоотношений, судам надлежит выяснять, кем из наследников в установленном статьями 1152 - 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации порядке принято наследство.

Нотариусом Кореновского нотариального округа нотариальной палаты Краснодарского края ФИО10 в отношении наследственного имущества ФИО7 заведено наследственное дело №002 (том 1 л.д.149-223). Наследниками являются: ФИО5 – супруга умершего; ФИО6 – сын умершего; ФИО2 и ФИО4 – родители умершего.

Наследство ФИО7 состоит из квартиры по адресу: <адрес>, автомобиля марки MAZDA 3, 2008 года выпуска, денежных вкладов и других компенсаций.

Ответчики ФИО2 и ФИО4 приняли наследство по 1/8 доли в праве общей долевой собственности на указанную выше квартиру, автомобиль, денежные средства в филиале ГПБ (АО) «Южный», по ? доли в праве общей долевой собственности на денежные средства в Банке ВТБ (ПАО) и ПАО «Сбербанк» (том 1 л.д.198-207).

Обращаясь в суд с иском о взыскании денежных средств с родителей умершего, истец обосновывала свои требования тем обстоятельством, что между ней и зятем ФИО7 имелись долговые заемные правоотношения, а именно:

27.05.2019 истец и ИП ФИО8 заключили договор подряда на производство ремонтно-отделочных работ в спорной квартире (том 1 л.д.14-17), согласно которому истец произвела полную оплату по договору: за ремонтно-отделочные работы в размере 137 000,00 руб.; за строительные материалы в сумме 123 500,00 руб. Предметом данного договора подряда является выполнение работ по текущему ремонту вышеуказанной квартиры общей площадью 43,5 кв.м. По указанному договору подряда оплата производилась истцом частями, то есть, каждая оплата представляла собой отдельный договор займа на сумму очередной оплаты. Так, 28.05.2019 истцом было выплачено 40 000 руб., 05.06.2019 – 73 500 руб., 15.06.2019 – 20 000 руб., 25.06.2019 – 20 000 руб., 03.07.2019 – 15 000 руб., 06.07.2019 – 20 000 руб., 07.07.2019 – 15 000 руб., 15.07.2019 – 20 000 руб., 27.07.2019 – 20 000 руб., 30.07.2019 – 17 000 руб. (история операций по карте ФИО1 том1 л.д.18-20).

Кроме того, 09.06.2019 истцом для ремонта указанной спорной квартиры в магазине были приобретены обои на суммы 12 856,50 руб. и 4822,20 руб. (том 1 л.д.23).

15.06.2019 истцом была приобретена люстра для установки в вышеуказанной квартире стоимостью 2220,00 руб. (том 1 л.д.22).

22.06.2019 для установки в вышеуказанной квартире истцом были приобретены межкомнатные двери, дверные коробки, наличники и иная фурнитура на общую сумму 19 255,00 руб. (том 1 л.д.24-25)

25.06.2019 с этой же целью истцом была приобретена металлическая дверь с блоком и установлена в указанной квартире, на что было затрачено 17 500,00 руб. (том 1 л.д.27-29).

26.06.2019 истцом для установки в указанной квартире были приобретены газовая панель стоимостью 10 500,00 руб. (том 1 л.д.30) и электрический духовой шкаф стоимостью 17 450,00 руб. (том 1 л.д.31).

06.07.2019 истцом для ремонта указанной квартиры были приобретены обои на сумму 3071,20 руб. (том 1 л.д.23).

20.07.2019 истцом были приобретены тахта «Милана» стоимостью 16 500,00 руб. (том 1 л.д.33) и изделие ПР-05 стоимостью 7850,00 руб. (том 1 л.д.32).

Как указала истец в исковом заявлении, все вышеуказанные работы и покупки производились истцом по согласованию с ФИО7 и по его согласию в связи с производством ремонта и обустройства спорной квартиры. Общая сумма, затраченная на эти цели истцом, составила 372 524,90 руб. Полагала, что по договору займа займодавцем заемщику могут быть переданы не только денежные средства, но и иные вещи, последующие вышеперечисленные покупки, совершенные истцом, которые могут быть квалифицированы как отдельные договоры займа на сумму этих покупок. В данном случае, срок возврата займов предусмотрен не был. Моментом востребования просила считать момент направления претензии в адрес ответчиков.

Кроме того, 24 июня 2020 года истец по просьбе ФИО7 перечислила последнему 500 000 руб., которые считала, что он должен был возвратить по требованию истца. Денежные средства были перечислены с расчетного счета истца на расчетный счет ФИО7 (том 1 л.д.34,36).

Таким образом, истец полагала, что в момент передачи денежных средств в размере 500 000 руб., а также оплаты ремонтных работ, стройматериалов и другого имущества для спорной квартиры, между ней и ФИО7 возникли отношения, вытекающие из договоров займа.

Согласно статье 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании пункта 3 статьи 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли всех сторон.

В соответствии со статьей 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Положения статьи 160 ГК РФ указывают на то, что письменная форма договора предполагает составление документа, выражающего его содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу пункта 1 статьи 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

Пунктом 2 статьи 808 ГК РФ предусмотрено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Названной правовой нормой предусмотрено только одно требование к содержанию расписки или иного документа: подтверждение в них факта передачи денег или вещей, являющихся предметом договора займа.

Из системного толкования приведенных норм права следует, что договор займа является реальным договором, если заимодавцем в договоре займа является гражданин, и считается заключенным с момента передачи денежных средств заемщику и доказательством тому может служить расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы.

Расписка рассматривается как документ, удостоверяющий передачу заемщику заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей, при этом текст расписки должен быть составлен таким образом, чтобы не возникло сомнений не только по поводу самого факта заключения договора займа, но и по существенным условиям этого договора.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей, а, следовательно, без подтверждения факта передачи денег договор займа не может считаться заключенным.

Согласно статье 810 ГК РФ заемщик должен возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, предусмотренными договором займа.

Расписки или иного документа, предусмотренных пунктом 2 статьи 808 ГК РФ, должно позволять установить характер обязательства, возникшего в связи с передачей денежной суммы, которое не может считаться заемным только в силу отсутствия иного основания платежа.

По смыслу пункта 1 статьи 162 ГК РФ при отсутствии соответствующих указаний в расписке (ином документе) не исключается установление характера обязательства на основе дополнительных письменных или иных доказательств, кроме свидетельских показаний.

В силу приведенных норм для квалификации отношений сторон как заемных юридически значимыми обстоятельствами является установление заемного характера обязательства, включая достижения между истцом и ФИО7 соглашения об обязанности ФИО7 возвратить истцу денежные средства.

В силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Учитывая, что договор займа является реальным, то его следует считать заключенным только с момента передачи предмета займа при условии, что ранее сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям этого договора.

Исследуя представленные в деле доказательства, суд приходит к выводу, что представленные истцом чеки на покупку обоев, дверей, люстры, газовой панели, электрического духового шкафа, тахты и изделия ПР-05, а также оплата по договору подряда не являются договорами займа, поскольку все работы и покупки совершались в период действия доверенности, выданной ФИО7 ФИО1, которой он поручил ремонтные работы в квартире и её обустройство.

Таким образом, названная статья Гражданского кодекса Российской Федерации, специально регулирующая отношения, связанные с вознаграждением поверенного, исходит из того, что по общему правилу договор поручения является безвозмездным, если ни одна из его сторон не связана с осуществлением предпринимательской деятельности. Для осуществления полномочий поверенного ФИО7 была выдана истцу доверенность, а реализуя полномочия по доверенности, ФИО1 должна была действовать исключительно в интересах ФИО7

При рассмотрении дела судом также установлено, что договор займа на 500 000 руб. между ФИО1 и ФИО7 в письменном виде не заключался, расписки в получении денежных средств с обязательством их возврата ФИО7 не составлял.

Вместе с тем, сами по себе банковские переводы не являются доказательством заключения именно договора займа, поскольку такое распоряжение о переводе документируют в данном случае односторонние действия истца по перечислению денежных средств, в то время как договор займа является двусторонним, и для его заключения необходимо соглашение обеих сторон, в том числе и на условиях его возвратности.

Кроме того, деятельность суда заключается в правовой оценке заявленных требований истца, обратившегося за защитой, и в создании необходимых условий для объективного и полного рассмотрения дела.

Пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» предусмотрено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Суд не наделен правом самостоятельно по собственной инициативе изменить основание заявленных требований.

Иное означало бы нарушение такого важнейшего принципа гражданского процесса как принцип диспозитивности.

Таким образом, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен, исходя из его предмета и основания, возражений ответчика относительно иска.

По настоящему делу истец ФИО1 предъявив требования о взыскании с наследников умершего ФИО7 денежной суммы, неоднократно настаивала, что исковые требования, с учетом уточнений, в полном их объеме заявлены по основаниям признаков договоров займа. Данные правоотношения истец полагала займом и ссылалась в обоснование иска на положения статей 809 и 811 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая представленные доказательства, суд, руководствуясь статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел исковые требования о возврате займа исходя из заявленных требований.

Согласно статье 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства.

Учитывая, что в ходе судебного заседания не был установлен факт передачи ФИО1 денежной суммы ФИО7, который мог быть подтвержден исходя из положений пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительно договором займа или иным письменным документом, в частности, распиской заемщика, невозможность установить природу перечисленных ФИО1 на банковский счет ФИО7 денежных средств в размере 500 000 руб., доказательств того, что ФИО7 принимал на себя обязательства по возврату указанных денежных средств, правовых оснований для взыскания спорных денежных средств с наследников у суда не имеется.

По мнению суда, истцом не представлено допустимых и относимых доказательств, указывающих на встречное исполнение обязательства со стороны ФИО7, а именно возврат денежных сумм. В ходе судебного разбирательства установлено, что между тещей ФИО1 и зятем ФИО7, до гибели последнего, были доверительные отношения. ФИО7 вселил и обеспечил регистрацию теще в приобретенной им квартире, оформил на неё доверенность. После гибели ФИО7 между невесткой (супругой погибшего сына) и родителями мужа - Б-выми сложились конфликтные отношения, связанные со вступлением последних в наследование после смерти их сына. Природа переданных ФИО1 денежных средств могла быть, в том числе, из оказания материальной помощи семье дочери на условиях безвозмездности. Суд также обращает внимание на то, что пользование картами супруга ФИО7 его супругой ФИО5 также достоверно установлено. Транзакции по его картам имели место и в г.Кореновске, где проживала дочь, и в г.Смоленске, в то время как ее супруг находился в зоне СВО ( л.д.1-49, л.д.50 том3, л.д.82, л.д.188 том1 ). Не исключается пользование картами зятя также и тещей ФИО1 в том числе и во время действия доверенности, выданной ей ФИО7

Как поясняли в судебном заседании ответчики ФИО2 и ФИО4, сын являлся участником боевых действий, получал достойную заработную плату, пенсию как ветеран боевых действий. Сын приобрел квартиру в г. Смоленске, чтобы быть поближе к родителям, когда приезжает в отпуск. На ремонт и обустройство квартиры он или сам передавал ФИО1 денежные средства наличными, или через жену. Он не мог брать деньги у ФИО1, поскольку у него имелись свои. У истца не было таких денег, чтобы давать в долг, так как она работала на малооплачиваемой работе, имела два кредита. Сын разрешил теще проживать в спорной квартире, прописаться туда. ФИО1 проживала там одна и обустраивала квартиру под себя.

Допрошенный в судебном заседании 10.12.2024 в качестве свидетеля ФИО11 пояснил, что он - родной брат погибшего ФИО7, отношения у них были близкие, секретов между ними не было. Пять лет назад брат хотел купить квартиру и советовался с ним по данному вопросу, решил купить в г. Смоленске, так как цена была приемлемая. Брат был зарегистрирован и проживал в Краснодарском крае с семьей. Когда он приезжал на Смоленщину, то оставался на несколько дней у родственников, в том числе у родственников жены. Чтобы не затруднять родственников брат решил купить квартиру. Все средства в квартиру были заработаны и оплачены братом: за покупку квартиры – около 1700 000 руб. – 2000 000 руб., а также за ремонт и обустройство квартиры отдельно в размере около 1000 000 руб. брат передал своей теще – ФИО1 наличными. На тещу брат выписал доверенность, поскольку не мог принимать участие в покупке, ремонте и обустройстве квартиры лично. Брат часто жаловался на тещу и жену за излишние траты, нервничал из-за этого, так как не привык к роскоши, вырос в обычной семье. Брат был состоятельный человек, зарабатывал хорошо, в деньгах не нуждался, так как был военным командиром. Наоборот брат сам помогал материально и родственникам, и друзьям.

Кроме того, сведений о том, что в наследственную массу ФИО7 входят какие-либо долговые обязательства по отношению к ФИО1, в наследственном деле не усматривается, ни о каких имеющихся обязательствах со стороны супруги ФИО7, ни от других наследников нотариусу при подаче заявления о вступлении в наследство не сообщалось.

Истцом при подаче иска было представлено соглашение между ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО6, и ФИО1 от 01.06.2023, из которого следует, что стороны подтверждают наличие задолженности ФИО7 перед ФИО1 в размере 872 524, 90 руб., ФИО5 обязуется погасить часть задолженности пропорционально доли в наследстве умершего, до 30.06.2023 обязалась выплатить ФИО1 436 262,45 руб. (том 1 л.д.38).

К данному доказательству суд относится критически, поскольку оно составлено между близкими людьми – матерью и дочерью, после смерти ФИО7, в отсутствие доказательств наличия соглашения сторон на установление заемных обязательств между ФИО7 и ФИО1

Разрешая исковые требования, оценив собранные по делу доказательства, в том числе показания свидетеля, в соответствии со статьей 67 ГПК РФ, установив отсутствие доказательств фактической передачи истцом, как кредитором, ФИО7 денежных средств именно на условиях договора займа, а также, учитывая доказанный факт отсутствия возникновения между ними заемных правоотношений, суд отказывает в удовлетворении исковых требований о взыскании денежных средств с наследников умершего.

Согласно пункту 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 ГК РФ.

Представителем ответчика ФИО2 – ФИО14 в судебном заседании заявлено о злоупотреблении правом ФИО1 по мотиву имеющегося конфликта между ФИО2, ФИО4 и их невесткой – дочерью ФИО1 с целью уменьшения унаследованного имущества у родителей умершего сына - ФИО7

Действуя заведомо недобросовестно при осуществлении своих гражданских прав, изначально в иске не представляя сведения о доверенности от 19.03.2019, выданной ФИО7, при этом осуществляя обширный перечень полномочий по выданной доверенности, предъявляя требования к наследникам погибшего, в том числе и о взыскании 500 000 руб., ФИО1 инициировала данный иск по указанным основаниям по причине возникшего конфликта между ее дочерью и родителями зятя, который образовался после гибели последнего и имел место при наследовании принадлежащего ФИО7 имущества, в том числе и квартиры, в которой ФИО1 зарегистрирована по сей день, конфликт спровоцирован нежеланием со стороны ее дочери ФИО5 вступления в распоряжение наследством родителями погибшего. Как указал представитель ФИО1 - если бы не погиб ФИО7, то конфликта и иска не имело место быть.

Проанализировав представленные доказательства, при вынесении решения об отказе в иске суд квалифицирует действия ФИО1, как имеющие признаки злоупотребления правом, с целью обогащения и создания искусственной задолженности по договоренности со своей дочерью ФИО5 и уменьшения доли наследников ФИО2, ФИО4, вступивших в наследство в установленный законом срок.

Поскольку, в действиях истца суд усматривает злоупотребление правом, в силу статей 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации это является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО6 о взыскании денежных средств - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Ярцевский городской суд Смоленской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Семенова Е.А.

Мотивированное решение изготовлено 04.02.2025