Решение по делу № 2-1263/2025 от 29.12.2025 - о лишении права на получение страховых и единовременных выплат, единовременного пособия, единовременного поощрения, единовременной региональной выплаты.

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 декабря 2025 года <адрес>

Судья Сунженского районного суда Республики Ингушетия Бекботова Т.А., при секретаре судебного заседания ФИО21,

с участием истца ФИО5 и представителя его интересов – адвоката ФИО25, действующего на основании ордера №-С от ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО17 и представителя ее интересов – ФИО22, действующего на основании ч. 6 ст. 56 ГПК РФ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО17 о лишении права на получение страховых и единовременных выплат, единовременного пособия, единовременного поощрения, единовременной региональной выплаты,

установил:

ФИО5 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО17 о лишении права на получение страховых и единовременных выплат, единовременного пособия, единовременного поощрения, единовременной региональной выплаты.

Свои требования мотивирует тем, что он с ДД.ММ.ГГГГ состоял в зарегистрированном браке с ответчиком ФИО6 От совместного брака у них родились четверо детей: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Брачные отношения с ответчиком прекращены с ДД.ММ.ГГГГ на основании решения Назрановского районного суда Республики Ингушетия от ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик, материальной помощи истцу не оказывала, дети полностью находились на его иждивении. В связи с гибелью сына при исполнении им обязанностей военной службы, у истца и ответчика возникло право на социальные и страховые выплаты. Погибший рядовой ФИО1 проходил службу по контракту в войсковой части 51532 в должности старший стрелок, и, находясь в зоне специальной военной операции погиб. Ответчик, как мать погибшего никогда не интересовалась судьбой сына, не принимала мер к его физическому, духовному и нравственному развитию, уклонялась от материального содержания сына. Истец, никогда не препятствовал в общении матери и сына, но мать в жизни ребенка не появилась ни разу, также не платила никаких алиментов, в связи с чем, имеются все основания для лишения ответчика прав на федеральные и региональные выплаты в связи с гибелью сына на СВО. В связи с чем, имеются правовые основания для лишения ответчика права на получение единовременного пособия и страховой выплаты в связи с гибелью при исполнении обязанностей военнослужащего. Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание. Просит лишить права на получение страховых и единовременных выплат, единовременного пособия, единовременного поощрения, единовременной региональной выплаты в связи с гибелью при исполнении обязанностей военнослужащего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В судебном заседании истец ФИО5 на удовлетворении исковых требований настаивал по изложенным в исковом заявлении основаниям, пояснив, что не запрещал детям общаться с матерью.

Представитель истца ФИО5 – ФИО25 в судебном заседании исковые требования истца поддержал и пояснил, что материалы дела и показания свидетелей доказывают доводы истца, что мать не принимала никакого участия в жизни погибшего сына, а доказательств обратного в материалах дела не имеется.

В судебном заседании ответчик ФИО17 исковые требования не признала и пояснила, что с малых лет воспитывала общих детей, поскольку истец не работал, и в тот период их семью обеспечивали её родители, рядом с которыми они жили. Брак с истцом длился 12 лет, в нём родилось четверо детей. После расставания в 2009 году дети, согласно принятым обычаям, остались жить с отцом. Несмотря на это, она продолжала участвовать в их жизни: ходила в школу, ездила в интернат. Однако её посещения приводили к конфликтам. Сестра и племянница истца избивали её за визит в школу к сыну, причём истец при этом лишь наблюдал. С места происшествия её унесли под руки, а истец кричал вслед, чтобы она больше не появлялась, но она всё равно продолжала приходить. После развода она жила у своих родителей. Спустя год она вновь вышла замуж, во втором браке у неё родилось пятеро детей. Её сын от первого брака, ФИО2, который на момент развода был семи лет, а умер в возрасте 22 лет, обучался в интернате. Она его навещала, но он боялся подходить к ней, объясняя, что отец накажет его за это. Тем не менее, сын иногда приезжал к ней, ночевал у неё, находился рядом, когда она лежала в больнице. Она давала деньги своей бывшей свекрови на содержание детей. Кроме того, она покупала вещи детям своего уже взрослого сына, что привело к образованию у неё некоторых долгов. Из положенной ей части социальной выплаты она погасила бы эти долги, а оставшиеся средства оставила бы детям своего умершего сына.

Представитель ответчика ФИО17 – ФИО22 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что мать предпринимала попытки участвовать в воспитании и жизни детей, однако отец детей систематически этому препятствовал. Поведение ответчика не свидетельствует о ненадлежащем исполнении материнских обязанностей, что подтверждается рядом конкретных действий: она организовала бракосочетание дочери из родительского дома, взяла на себя заботу о семье своего погибшего сына, регулярно посещала судебные процессы, касающиеся сына, и обеспечивала его передачами в местах лишения свободы. Таким образом, ответчица делала все от нее зависящее и предпринимала меры для оказания помощи своим детям.

Надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела представитель третьего лица – Министерства обороны Российской Федерации – ФИО23 в судебное заседание не явилась, при этом направила письменный отзыв на исковое заявление, в котором просил принять обоснованное решение с соблюдением норма материального и процессуального права учетом установленных по делу обстоятельств.

Извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания представитель Военного комиссариата по <адрес> и <адрес> Республики Ингушетия, представитель войсковой части 51532 и прокурор Республики Ингушетия в суд не явились, причины неявки суду неизвестны, каких-либо ходатайств не поступило.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено при данной явке.

Выслушав лиц, принимавших участие в судебном заседании, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. ст. 12, 38 и 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, которые пользуются равными процессуальными правами и несут равные процессуальные обязанности.

Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (ст. 7 Конституции РФ). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39 Конституции РФ).

Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства (ч. 1 ст. 7) гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39), относит определение условий и порядка реализации данного конституционного права к компетенции законодателя (ч. 2 ст. 39).

В соответствии с п. 1 ст. 969 ГК РФ в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (п. 2 ст. 969 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации. Особенности статуса военнослужащих, проходящих военную службу в военное время, в период мобилизации, во время исполнения обязанностей военной службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах регулируются федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы».

В силу положений статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - в частности, родители (усыновители) застрахованного лица (абзац третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям.

Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 руб. выгодоприобретателям в равных долях.

Размер указанных страховых сумм ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ).

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее по тексту - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных им при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей (часть 8 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ).

В соответствии с положениями части 9 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация, которая рассчитывается путем деления ежемесячной денежной компенсации, установленной частью 13 настоящей статьи для инвалида I группы, на количество членов семьи (включая погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы). Указанная компенсация выплачивается также членам семьи военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, пропавших без вести при исполнении ими обязанностей военной службы и в установленном законом порядке признанных безвестно отсутствующими или объявленных умершими. При этом категории военнослужащих и граждан, призванных на военные сборы, пропавших без вести при исполнении ими обязанностей военной службы, члены семей которых имеют право на получение ежемесячной денежной компенсации, определяются Правительством Российской Федерации.

Согласно пункту 2 части 11 статьи 3 указанного закона членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 настоящей статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 настоящей статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются, родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеют родители, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами.

Кроме того, Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу» и Приказом Министра обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об определении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат» установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

Так, в случае гибели (смерти) военнослужащих и лиц, имеющих специальные звания полиции, проходивших военную службу (службу) в войсках национальной гвардии Российской Федерации, при выполнении задач по оказанию содействия органам федеральной службы безопасности в охране государственной границы Российской Федерации на участках, примыкающих к районам проведения специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины с ДД.ММ.ГГГГ, при выполнении задач по оказанию содействия органам федеральной службы безопасности на участках, примыкающих к районам проведения специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, и Украины с ДД.ММ.ГГГГ (далее - задачи), либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при выполнении задач, членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом "б" настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 12 статьи 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц (пункт "а" Указа Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ. № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»).

В случае гибели (смерти) лица, проходящего (проходившего) федеральную государственную службу, поощренного Президентом Российской Федерации, Правительством Российской Федерации или награжденного государственной наградой Российской Федерации, а также в случае награждения лица, проходившего федеральную государственную службу, государственной наградой Российской Федерации посмертно выплата единовременного поощрения производится членам семей этих лиц в соответствии с федеральными законами (пункт 3.1 Указа Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу»).

В случае гибели (смерти) военнослужащего причитающиеся и не полученные им ко дню гибели (смерти) оклад денежного содержания и ежемесячные дополнительные выплаты полностью за весь месяц, в котором военнослужащий погиб (умер), выплачиваются супруге (супругу), при ее (его) отсутствии - проживающим совместно с ним совершеннолетним детям, законным представителям (опекунам, попечителям) либо усыновителям несовершеннолетних детей (инвалидов с детства - независимо от возраста) и лицам, находящимся на иждивении военнослужащего, в равных долях или родителям в равных долях, если военнослужащий не состоял в браке и не имел детей (пункт 125 Приказа Министра обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об определении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат»).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба как особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, осуществляется, по смыслу статей 32 (часть 4), 37 (часть 1) и 59 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, в публичных интересах, а лица, несущие такого рода службу по контракту или по призыву, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость осуществления поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей - по отношению к государству, что в силу статей 1 (часть 1), 2, 7, 21 и 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда здоровью при прохождении военной службы.

Обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих и приравненных к ним лиц, установленное в целях защиты их социальных интересов и интересов государства (пункт 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации), является одной из форм исполнения государством обязанности возместить ущерб, причиненный жизни или здоровью этих лиц при прохождении ими службы. Посредством обязательного государственного страхования жизни и здоровья, предполагающего выплату соответствующих страховых сумм при наступлении страховых случаев, военнослужащим и приравненным к ним лицам обеспечиваются право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, право на охрану здоровья, защита имущественных прав (статья 7, часть 2; статья 35, часть 3; статья 37, части 1 и 3; статья 41, часть 1; статья 53 Конституции Российской Федерации), а также осуществляется гарантируемое статьей 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации право на социальное обеспечение в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, предусмотрел в качестве меры социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших (умерших) в период прохождения военной службы, страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, которое в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы подлежит выплате в том числе его родителям. Это страховое обеспечение входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страхового случая, включая причиненный материальный и моральный вред. Цель названной выплаты - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью (смертью) в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названной выплаты, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего (умершего) военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Как следует из материалов дела, истец ФИО5 и ответчик ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ состояли в зарегистрированном браке, который заочным решением Назрановского районного суда Республики Ингушетия от ДД.ММ.ГГГГ расторгнут, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о расторжении брака №, выдано свидетельство о расторжении брака I-РГ № от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании установлено, что ФИО5 и ФИО6 являются родителями ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении I-РГ № от ДД.ММ.ГГГГ.

Этим же решением суда место жительства детей, в том числе ФИО2 определено вместе с отцом ФИО5.

Из заключения военно-врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ и военного билета АК № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 признан ограничено годным к военной службе.

Как усматривается из справки командира пункта отбора на военную службу по контракту № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 заключил контракт с Министерством обороны РФ, проходил военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации и принимал участие в специальной военной операции на территории ДНР, ЛНР и Украины в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; уволен в связи с гибелью, о чем также свидетельствует справка военного комиссара <адрес> и <адрес> Республики Ингушетия № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно свидетельству о смерти I-РГ № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Донецкой Народной Республики, о чем составлена запись акта о смерти №.

Из приведенных выше нормативных положений следует, что аналогичные меры социальной поддержки полагаются матери военнослужащего ФИО1 – ФИО17, однако полагая, что ответчик как родитель, уклонившийся от выполнения своих обязанностей по воспитанию сына, должна быть лишена права на предоставление мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, истец обратился с настоящим иском в суд.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ) возлагает на родителя (родителей) или других лиц, воспитывающих ребенка, основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для его развития (пункт 1 статьи 18, пункт 2 статьи 27).

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 СК РФ).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 СК РФ).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 СК РФ).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 СК РФ).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 СК РФ).

Согласно абзацу второму статьи 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 СК РФ предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 СК РФ). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статьи 69, 73 СК РФ) (абзацы первый, второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 СК РФ, перечень которых является исчерпывающим (абзац первый пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

В соответствии со статьей 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены судом родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка. О злостном характере уклонения от уплаты алиментов могут свидетельствовать, например, наличие задолженности по алиментам, образовавшейся по вине плательщика алиментов, уплачиваемых им на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или судебного постановления о взыскании алиментов; сокрытие им действительного размера заработка и (или) иного дохода, из которых должно производиться удержание алиментов; розыск родителя, обязанного уплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения; привлечение родителя к административной или уголовной ответственности за неуплату средств на содержание несовершеннолетнего (часть 1 статьи 5.35.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, часть 1 статьи 157 Уголовного кодекса Российской Федерации) (подпункт "а" пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с нормативными предписаниями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конвенции о правах ребенка, а также из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью), лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

Как следует из содержания искового заявления и пояснений истца, ответчик ФИО17 никогда не интересовалась судьбой сына ФИО1, не принимала участия в его физическом, духовном и нравственном развитии, материально сына не обеспечивала.

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ответу директора ГБОУ «Назрановская школа-интернат №» № от ДД.ММ.ГГГГ, по результатам изучения личного дела ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, установлено, что ФИО6, являющаяся матерью ФИО2, за весь период обучения в ГБОУ «Назрановская школа-интернат №» ни разу не посетила его в образовательном учреждении, в родительских собраниях участия не принимала, не поддерживала контакт ни с классным руководителем, ни с администрацией школы и ни с кем из преподавательского состава. Какие-либо факты (переписки, заявления, отчеты), свидетельствующие об участии матери в воспитании и образовательном процессе ребенка, в личном деле отсутствуют; фактическим воспитанием, участием в образовательном процессе и заботой о ФИО1 осуществляли его бабушка по отцовской линии ФИО7, отец ФИО5 и тетя по отцовской линии ФИО8. Регулярным участием в образовательном процессе и посещением школы с целью забрать ребенка домой занимались названные бабушка и тетя.

Из предоставленного начальником ОУР ОМВД по <адрес> по результатам исполнения судебного поручения ответу № от 15 декабря 225 года следует, что в рамках выезда по адресу: <адрес> по обстоятельствам, связанным с выполнением родителем, проживающим отдельно от ребенка, родительских обязанностей по воспитанию, опрошены соседи истца: ФИО9 и ФИО10.

Согласно письменным объяснениям ФИО9, она с 1975 проживает по соседству с семьей ФИО5 в <адрес>. Сын ФИО5 – ФИО2 в 2024 году погиб при участии специальной военной операции. Супруга ФИО5 – ФИО24 развелась с ним в 2008 году и уехала в родительский дом, оставив детей с мужем, а дальнейшим воспитанием детей, в том числе ФИО1, занимался отец.

Как следует из письменных объяснений ФИО10, он с 1980 проживает по адресу: <адрес>. С того времени по соседству с ним проживает ФИО5, который в 1997 году женился на ФИО6 У них в 2001 году родился сын ФИО2. Примерно в 2008 году они развелись и ФИО6, уехала в родительский дом, дальнейшим воспитанием детей, в том числе ФИО1, занимался отец.

Свидетель ФИО1, являющийся сыном истца и ответчика, в судебном заседании показал, что он рос с отцом, а с матерью, ответчиком ФИО6, встречался лишь при возникновении проблем, например, когда был задержан его брат ФИО1 С 11 лет у него не было отношений с матерью, поскольку она не хотела с ним и другими детьми от первого брака общаться, даже проклинала их, и не участвовала в их воспитании. Там, где она принимала участие, ею двигала собственная выгода. На следующий день после похорон его брата ФИО1 ответчик пошла собирать документы для получения выплат.

В судебном заседании свидетель ФИО4, являющаяся дочерью истца и ответчика, показала, что не помнит мать и узнала, что ответчик её мать лишь в 10-11 лет. Её воспитывали отец, бабушка и тётя. Общаться с матерью она начала примерно за год до суда, после того как мать сама пришла и извинилась. Некоторое время она проживала у ФИО6 из-за проблем с тётей и выходила замуж из её дома, так как в родном доме не было места для свадьбы. Мать на неё денег не тратила. Она также не слышала о том, чтобы её брат ФИО1 общался с матерью.

Свидетель ФИО11, являющаяся супругой погибшего военнослужащего, в судебном заседании показала, что после задержания её супруга ФИО1 ответчик ФИО6 забрала её к себе, и она проживала у неё около полутора лет с перерывами. При этом ФИО6 ничего не покупала ее детям. Погибшему ФИО1 в тюрьму ответчик относила передачу один раз, но купила всё в долг на ее имя.

В судебном заседании свидетель ФИО12, являющаяся племянницей истца, показала, что не видела, чтобы ответчик ФИО6 как-либо участвовала в жизни детей от первого брака, она не была с ними на связи и не содержала их материально.

Свидетель ФИО8, являющаяся сестрой истца, в судебном заседании показала, что во время брака ответчик ФИО6 не ухаживала за детьми, что и стало причиной развода. После развода в 2008 году отец (истец) забрал детей к себе. За детьми ухаживали она и её мать (бабушка). Ответчик материально не помогала, не обращалась в суд для установления порядка общения, а истец не препятствовал такому общению. ФИО1 начал общаться с матерью примерно в 16 лет, но материальной помощи от неё не получал. Перед отъездом на СВО ФИО1 сказал ей, что ошибся, думая, что мать «нормальная», и разочаровался в общении с ней.

В судебном заседании свидетель ФИО3, являющийся сыном истца и ответчика, показал, что узнал о том, что ФИО6 является его матерью, только в 18 лет, а впервые увидел её в 20 лет. Он никогда с ней не общался. Также не слышал о том, чтобы его брат ФИО1 общался с матерью или чтобы она носила ему передачи в тюрьму, хотя знал, что к брату приходила тётя.

Суд принимает во внимание показания данных свидетелей, поскольку они согласуются между собой и объективно подтверждаются другими исследованными доказательствами по делу, образуя необходимую для разрешения дела совокупность доказательств.

В ходе судебного разбирательства судом были допрошены также свидетели со стороны ответчика.

Свидетель ФИО13, являющая бывшей соседкой ответчика, в судебном заседании показала, что знает ФИО6 с 1994 года. После развода она вернулась с четырьмя детьми к своим родителям, и детей до 7-8 лет растили именно её родители.

В судебном заседании свидетель ФИО14, являющая соседкой ответчика, показала, что погибший сын ФИО6 – ФИО1, жил у её родителей. Она также знает, что истец избивал ответчика во время брака, а после развода запрещал ей видеться с детьми и даже избивал её при попытке навестить их. Она занимается продажей одежды, а дочь ФИО6 – ФИО4, часто покупала у неё вещи, а сама ответчик покупала для неё приданое, когда та выходила замуж. Также подтвердила, что жена погибшего ФИО1, какое-то время жила у ответчика.

Свидетель ФИО15, являющая сестрой ответчика, в судебном заседании показала, что после развода её сестры дети остались с отцом (истцом). Когда ФИО6 впервые после развода поехала навестить детей, её избили. Дети, включая учившегося в интернате ФИО1, были запуганы и боялись встреч с матерью. В суд за установлением порядка общения ФИО6 не обращалась, но её родственники пытались помочь ей увидеть детей. ФИО1 с 3 месяцев до 9 лет воспитывался их родителями (бабушкой и дедушкой погибшего по материнской линии). Общение с матерью дети возобновили самостоятельно уже в более старшем возрасте, примерно с 2016 года.

В судебном заседании свидетель ФИО16, являющая сестрой ответчика, показала, что ФИО6 навещала старших детей в интернате, но те были запуганы. С ФИО1 мать начала активно общаться, когда тому было около 16 лет, он приезжал к ней в гости. Супруг ФИО6 от второго брака не препятствовал этому общению. Когда дочь ответчика – ФИО4 в возрасте 12-13 лет тайно приезжала к ним, мать покупала ей вещи, но девочка их выбросила, боясь, что отец увидит. В раннем детстве (с 3 месяцев до 9 лет) ФИО1 воспитывали ее родители, а его отец материально не помогал.

Давая оценку показаниям вышеприведенных свидетелей со стороны ответчика, суд приходит к выводу о том, что они не только не подтверждают факт участия ФИО17 в воспитании и содержании погибшего сына ФИО1, а напротив, являются недостоверными в силу своей внутренней противоречивости, заинтересованности свидетелей и полного отсутствия объективного подтверждения.

Свидетели ФИО14, ФИО15 и ФИО16 М. являются близкими родственниками и соседями ответчика. Такая тесная связь не позволяет считать их показания беспристрастными. Они объективно заинтересованы в благоприятном для ответчика исходе дела, что ставит под сомнение достоверность их показаний в соответствии с принципом оценки доказательств по внутреннему убеждению суда, учитывая, что ответчик не представила ни одного свидетеля из числа педагогов, соседей по месту жительства истца, сотрудников интерната или иных лиц, чья незаинтересованность не вызывала бы сомнений. Все её свидетели связаны с ней лично, что свидетельствует о попытке создать видимость доказательств, а не представить объективные данные.

В то же время, показания свидетеля ФИО15 о том, что дети были запуганы и боялись встреч с матерью, а также что родственники пытались помочь ей увидеть детей, косвенно подтверждают ключевой довод истца, а именно то, что ФИО15, а не ФИО5 был инициатором разрыва связи, поскольку, если бы истец препятствовал общению, у ответчика были бы все основания и возможности обратиться в суд за установлением порядка общения, однако с момента расторжения брака и до совершеннолетия детей, в том числе сына ФИО1, такого обращения не последовало, что говорит об отсутствии реального желания участвовать в его жизни.

Кроме того, ни один из свидетелей со стороны ответчика не привел ни одного конкретного, проверенного факта оказания им материальной помощи именно ФИО1 после развода, а упоминание о покупке вещей дочери ФИО4 или приданого не относится к предмету доказывания по данному делу – участию в жизни погибшего сына. В то же время суд отмечает, что данное обстоятельство опровергается показаниями самой ФИО4 в судебном заседании о том, что мать на неё денег не тратила.

Показания свидетелей о том, что ответчик навещала детей в интернате, полностью опровергаются официальным ответом директора ГБОУ «Назрановская школа-интернат №», в котором указано, что ФИО6 ни разу не посещала сына в образовательном учреждении, не участвовала в родительских собраниях и не контактировала с преподавателями.

При этом сами свидетели (ФИО13, ФИО16 М.) подтверждают, что в раннем детстве (с 3 месяцев до 9 лет) ФИО1 воспитывали родители ответчика (его бабушка и дедушка), а после развода дети остались с отцом (истцом), что прямо согласуется с позицией истца и свидетельствуют о том, что именно ответчик устранилась от непосредственного воспитания, переложив обязанности на своих родителей, а затем на отца ребенка.

Помимо этого, в рамках рассмотрения дела установлено и не отрицается сторонами, что вскоре после развода ФИО6 вступила в новый брак, от которого имеет пятерых детей, что в совокупности с полным отсутствием подтверждения ее участия в воспитании и содержании детей от первого брака, достоверно свидетельствует о сосредоточенности ответчика на новой семье в ущерб отношениям с предыдущей.

Эпизодические встречи с сыном в старшем возрасте (с 16 лет), о которых упоминают свидетели, не отменяют системного уклонения в наиболее важный для формирования личности период – детство и отрочество, тогда как семейное законодательство и правовая позиция, изложенные выше, говорят о длительном и надлежащем воспитании как условии для получения выплат, а контакты в возрасте, когда ребенок уже сформирован другими, не могут считаться исполнением родительского долга.

Таким образом, показания свидетелей истца, включая совершеннолетних детей сторон, согласуются между собой, подтверждаются актом из школы-интерната и объяснениями соседей, полученными в рамках судебного поручения. Они формируют непротиворечивую, объективную картину о том, что воспитанием и содержанием ФИО1 занимались исключительно отец и его родственники. Показания же свидетелей ответчика носят общий, голословный характер, противоречат документам и исходят от заинтересованных лиц.

Также представленный в подтверждение своих доводов стороной ответчика нотариально заверенный протокол осмотра доказательств <адрес>0 от ДД.ММ.ГГГГ и скриншоты единовременной телефонной переписки ответчика ФИО17 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, не только не подтверждает факта её участия в воспитании сына, но и в контексте всех установленных по делу обстоятельств не может служить основанием для вывода о надлежащем исполнении ею родительских обязанностей, поскольку протокол фиксирует факт переписки за один день – ДД.ММ.ГГГГ, а сам по себе единичный эпизод общения за месяц до гибели сына абсолютно не отражает систематической связи за предшествующие годы, учитывая, что ответчик не представила ни единого доказательства регулярного общения с сыном в более ранние периоды, в том числе распечаток переписок за предыдущие годы, свидетельств о телефонных звонках, совместных фотографий, подтверждений финансовых переводов.

Суд полагает, что данный нотариальный протокол осмотра доказательств не опровергает, а, напротив, подчеркивает эпизодический и запоздалый характер связи ответчика с сыном на фоне её многолетнего бездействия, а потому, по своему содержанию к сути предъявленных требований, является недостаточным и неспособным поколебать доказательственную базу истца в своей совокупности.

Анализируя представленные по делу доказательства в их совокупности с установленными по делу обстоятельствами, суд приходит к выводу, что между ФИО17 и ее сыном ФИО1 фактически отсутствовали семейные и родственные связи, по сути, ответчик самоустранился от исполнения обязанностей родителя в отношении сына, какого-либо участия в его воспитании не принимала, не интересовалась его судьбой, не оказывала ему моральную, физическую, духовную поддержку, не предпринимала каких-либо мер для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития, получения образования, не реализовывала свое право на общение с сыном, материальную помощь сыну не оказывала, что свидетельствует о наличии правовых оснований для лишения ФИО17 права на получение мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы.

Определением Сунженского районного суда Республики Ингушетия от ДД.ММ.ГГГГ были приняты обеспечительные меры в виде запрета производить ответчику выплаты страховым сумм, единовременных пособий и иных социальных выплат, предусмотренных законодательством, а также совершать действия по оформлению документов, связанных с назначением выплат, в связи со смертью военнослужащего ФИО1, при исполнении обязанностей военной службы.

В соответствии со ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты» в гражданском судопроизводстве по общему правилу вопрос об отмене обеспечения иска, о замене обеспечительной меры может быть разрешен судьей или судом, принявшим такую меру.

При таких обстоятельствах, суд находит требования истца о лишении ответчика права на получение страховых и единовременных выплат, единовременного пособия, единовременного поощрения, единовременной региональной выплаты подлежащими удовлетворению, а меры, принятые по обеспечению иска, подлежащими отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

исковое заявление ФИО5 (паспорт: серия 2624 №) к ФИО17 (паспорт: серия 2621 №) о лишении права на получение страховых и единовременных выплат, единовременного пособия, единовременного поощрения, единовременной региональной выплаты удовлетворить.

Лишить ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, права на получение страховых и единовременных выплат, единовременного пособия, единовременного поощрения, единовременной региональной выплаты, причитающихся ей в связи с гибелью военнослужащего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при исполнении обязанностей военной службы.

Обеспечительные меры, принятые определением Сунженского районного суда Республики Ингушетия от ДД.ММ.ГГГГ, отменить.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Ингушетия в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья

Копия верна:

судья Сунженского

районного суда РИ Т.А. Бекботова

Решение вступило в законную силу «_____» ___________________ 2026 года

Судья Сунженского

районного суда РИ Т.А. Бекботова