Решение по делу № 2-261/2024 от 17.04.2025 - о признании фактическим воспитателем.

Дело № 2-56/2025

24RS0051-01-2024-000492-07

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Тасеево 17 апреля 2025 года

Тасеевский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Заречной В.В.,

при секретаре Копыловой А.А.,

с участием помощника прокурора Тасеевского района Красноярского края Триппеля В.М.,

истца ФИО7 (посредством видеоконференц-связи),

представителя истца адвоката коллегии адвокатов г. Назарово ФИО8, действующей на основании ордера от 17 апреля 2025 года № № (посредством видеоконференц-связи),

ответчика ФИО9,

ответчика ФИО10 (посредством видеоконференц-связи),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к ФИО9 о признании фактическим воспитателем,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО7 обратился в Тасеевский районный суд Красноярского края к ответчику ФИО9 с исковым заявлением о признании фактическим воспитателем. Свои исковые требования мотивировал тем, что 09 ноября 2005 года он стал проживать совместно со ФИО11, с которой 21 июля 2011 года заключил брак, после регистрации которого супруге присвоена фамилия ФИО12. От первого брака у ФИО10 был ребенок – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, который проживал с ними. С 09 ноября 2005 года истец в полном объеме участвовал в воспитании и содержании ФИО1, поскольку его родной отец – ФИО9 полностью самоустранился от воспитания и содержания ФИО1 Несмотря на вынесенный 25 мая 2000 года <данные изъяты> судебный приказ о взыскании алиментов на содержание ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, в размере ? части заработной платы, начиная с 15 мая 2000 года до его совершеннолетия, алименты ФИО9 на содержание ФИО1 не выплачивал. ФИО1 не видел своего биологического отца с 2000 года, когда его мать прекратила с ним совместное проживание. Брак между С-выми был прекращен 16 октября 2009 года на основании решения <данные изъяты>. ФИО1 считал отцом истца. С 21 сентября 2023 года до ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принимал участие в специальной военной операции на территории <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в ходе участия в специальной военной операции ФИО1 погиб; его смерть наступила в результате прохождения действительной военной службы. Истец принимал участие в его захоронении; ответчик не принимал никакого участия в организации похорон, не присутствовал на похоронах. В соответствии с Федеральным законом от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходившим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», Указом Президента Российской Федерации от 03 августа 2023 года № 582 «О мерах по обеспечению обязательного государственного страхования жизни и здоровья граждан Российской Федерации, пребывающих в добровольческих формированиях» он имеет право на выплаты и льготы в связи с гибелью сына, является получателем: единовременного пособия, страховой выплаты, ежемесячной денежной компенсации, иных выплат и льгот. Для получения компенсации, в связи со смертью члена семьи – участника специальной военной операции, истец обратился в <данные изъяты>, однако, ему сообщили, что поскольку истец – отчим, то он не может воспользоваться правом на компенсацию, и ему необходимо признать себя фактическим воспитателем. Просит установить факт того, что ФИО7 является фактическим воспитателем, то есть лицом, фактически воспитывавшим и содержавшим в период с 2005 года и до совершеннолетия военнослужащего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при участии в специальной военной операции на территории <данные изъяты>; взыскать с ответчика государственную пошлину в размере 3000 рублей 00 копеек.

Определением судьи Тасеевского районного суда Красноярского края от 28 декабря 2024 года в ходе подготовки дела к судебному заседанию изменен процессуальный статус третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Красноярского края», акционерного общества «Согаз», ФИО13, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, в лице законного представителя ФИО13, ФИО14 на соответчиков; в качестве соответчиков привлечены: министерство обороны Российской Федерации; военный комиссариат г. Назарово и Назаровского района Красноярского края, войсковая часть 12273; для дачи заключения привлечены прокуратура Тасеевского района Красноярского края, Назаровская межрайонная прокуратура Красноярского края, орган опеки и попечительства администрации Назаровского района Красноярского края, орган опеки и попечительства администрации Тасеевского района Красноярского края.

Истец ФИО7 обратился в Тасеевский районный суд Красноярского края к ответчику ФИО9 с измененным исковым заявлением о признании фактическим воспитателем и лишении права на меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего. Свои измененные исковые требования дополнительно мотивировал тем, что ответчик не принимал участия в воспитании сына, формировании его личности, не интересовался его жизнью и здоровьем, не принимал меры к его физическому, духовному и нравственному развитию, не оказывал сыну моральную, физическую, духовную поддержку и материальную помощь; не предпринимал никаких мер для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития, между ними отсутствовали фактические семейные и родственные связи. Тем самым ответчик утратил право на выплату единовременного пособия и страховых сумм после смерти военнослужащего ФИО1, погибшего при исполнении воинского долга ДД.ММ.ГГГГ. При этом, сам по себе факт не лишения отца ребенка родительских прав не препятствует заинтересованному лицу в реализации права на судебную защиту его прав и свобод, а права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относится к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя. Просит установить факт того, что ФИО7 является фактическим воспитателем, то есть лицом, фактическим воспитывавшим и содержавшим в период с 2005 года и до совершеннолетия военнослужащего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при участии в специальной военной операции на территории <данные изъяты>; лишить ФИО9 права на выплаты и льготы в связи с гибелью сына – военнослужащего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, погибшего ДД.ММ.ГГГГ, а именно: единовременного пособия, выплата которого предусмотрена Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; страховой выплаты, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»; ежемесячной денежной компенсации, выплата которой предусмотрена Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; иных выплат и льгот, предусмотренных законодательством Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и Указами Президента Российской Федерации, в связи с гибелью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, погибшего ДД.ММ.ГГГГ; взыскать с ответчика государственную пошлину в размере 3000 рублей 00 копеек.

Определением судьи Тасеевского районного суда Красноярского края от 27 февраля 2025 года в ходе подготовки дела к судебному заседанию изменен процессуальный статус третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Красноярского края», акционерного общества «Согаз», ФИО13, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО13, ФИО10 на соответчиков; в качестве соответчиков привлечены: министерство обороны Российской Федерации; военный комиссариат г. Назарово и Назаровского района Красноярского края, войсковая часть 12273, войсковая часть 23617; для дачи заключения привлечены прокуратура Тасеевского района Красноярского края, Назаровская межрайонная прокуратура Красноярского края, орган опеки и попечительства администрации Назаровского района Красноярского края, орган опеки и попечительства администрации Тасеевского района Красноярского края.

В судебном заседании истец ФИО7, представитель истца адвокат коллегии адвокатов г. Назарово ФИО8, действующая на основании ордера от 17 апреля 2025 года № №, заявленные исковые требования поддержали по фактическим и правовым основаниям, указанным в заявлении, настаивали на их удовлетворении. По существу иска истец ФИО7 пояснил, что в октябре 2005 года он познакомился со ФИО11, с которой с 09 ноября 2005 года он стал проживать совместно. У ФИО11 от первого брака имелся ребенок – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ. С 09 ноября 2005 года по осень 2006 года он, ФИО11, ФИО1, а также ФИО15 проживали семьей в <адрес> в квартире, принадлежащей ему на праве собственности. Примерно через месяц после начала совместного проживания ФИО1 подошел к нему и спросил можно ли называть его «папой», с тех пор ФИО1 называл его отцом, он ФИО1 – сыном. ФИО1 ходил в школу № <данные изъяты> Осенью 2006 года они семьей переехали в <данные изъяты>, где 14 ноября 2006 года купили квартиру, по <данные изъяты>, где он и супруга проживают по настоящее время. 16 октября 2009 года по решению суда брак между ФИО11 и ФИО9 был прекращен и 21 июля 2011 года он и ФИО11 заключили брак. ФИО1 стал учиться в <данные изъяты>, закончил 9 классов данной школы, после чего поступил в <данные изъяты>, который окончил в июне 2016 года. Также он подарил ФИО1 свой автомобиль ВАЗ 2106, на котором ФИО1 после получения водительского удостоверения ездил. Учил водить ФИО1 он. Кроме того, они с ФИО1 вместе рыбачили, ездили за грибами и ягодами, занимались работой по дому – ухаживали за хозяйством, косили, занимались техникой: ремонтом и другое. ФИО1 была интересна механика. У ФИО1 было хорошее здоровье. У ФИО1 было четверо близких друзей. С 27 ноября 2016 года ФИО1 ушел служить в Армию, семья его провожала, а именно накрыли стол, после возвращения из армии семья встретила ФИО1 и он стал проживал с ними. Какое-то время ФИО1 работал в <данные изъяты>, состоял в фактических брачных отношениях, а в 2018 году познакомился со своей будущей супругой – ФИО13 О том делать ли предложение он спрашивал у него. Со ФИО13 24 октября 2019 года ФИО1 зарегистрировал брак; ДД.ММ.ГГГГ года у ФИО1 родился сын – ФИО16 В сентябре 2023 года ФИО1 заключил контракт на прохождение военной службы, и с 21 сентября 2023 года по ДД.ММ.ГГГГ принимал участие в специальной военной операции на территории <данные изъяты>. Начиная с 09 ноября 2005 года он как отчим в полном объеме участвовал в воспитании и содержании ФИО1, поскольку его родной отец – ФИО9 полностью самоустранился от воспитания и содержания сына, алименты присужденные по решению суда – не оплачивал. ФИО1 не видел своего биологического отца начиная с 2000 года. О том, что родной отец приезжал к ФИО1 он узнал по факту, об общении ФИО1 и ФИО9 ему ничего не известно. ФИО1 считал истца отцом; истец полностью участвовал в воспитании сына ФИО1, создавал для него условия жизни, необходимые для его развития, то есть в полной мере нет ответственность за воспитание и развитие ФИО1, фактически выполнял родительские обязанности по отношению к ФИО1, в том числе по его воспитанию, содержанию, материальному обеспечению, между ними были близкие, доверительные отношения.

В судебном заседании ответчик ФИО10 исковые требования признала. По существу пояснила, что 08 декабря 1995 года она вступила в брак со ФИО9 От брака у них родился сын – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ. Проживали они со ФИО9 в с<данные изъяты>, однако, поскольку ФИО17 злоупотреблял спиртными напитками, не работал, с 2000 года она и ФИО9 вместе не проживали, а именно она и сын остались проживать в <данные изъяты>, а ФИО9 собрал свои вещи и уехал к родственникам, после чего уехал в <данные изъяты>. С 2000 года ФИО9 с сыном ФИО1 не общался, подарков не дарил, жизнью, здоровьем, интересами, обучением сына не интересовался, алименты по решению суда на содержание сына не выплачивал. Брак между нею и ФИО9 был прекращен 16 октября 2009 года. В октябре 2005 года она познакомилась со ФИО7, с которым с 09 ноября 2005 года стала проживать одной семьей в <данные изъяты>, в жилом помещении, принадлежащем ФИО7 ФИО1 сразу принял ФИО7, попросил разрешения называть его папой. ФИО1 ФИО7 тоже очень понравился. Для нее было очень важным, что бы ФИО7 больше любил её детей. ФИО1 в это время обучался в школе <данные изъяты>. Осенью 2006 года её семья, в том числе ФИО7, ФИО1 переехали в <данные изъяты>, где она и супруг проживают до настоящего времени. ФИО1 стал ходить в <данные изъяты>. ФИО1 окончил 9 классов, после чего поступил в <данные изъяты>. После окончания техникума ФИО1 пришла повестка в армию. Для ФИО1 были устроены проводины, непосредственно на автобус провожали ФИО1 она и ФИО7; ФИО1 писал им письма, а после возвращения из армии стал проживать с ними. Потом ФИО1 познакомился со своей будущей супругой. Свадьбу они не играли, а просто зарегистрировали брак. Через какое-то время у ФИО1 родился сын, чему все были очень рады. О том, что сын заключил контракт на прохождение военной службы, сын рассказал по факту. После гибели сына её семьей и семьей ФИО13 было принято решение о том, что последняя оплачивает непосредственно услуги по захоронению, а её семья поминальный обед. ФИО7 в полном объеме участвовал в воспитании и содержании ФИО1. Часто доходом семьи являлся только заработок ФИО7, в целом заработная плата у ФИО7 была больше. У них в семье был общий бюджет. ФИО7 и ФИО1 много времени проводили вместе – ходили за грибами, ягодами, управлялись по хозяйству, занимались ремонтом техники, ФИО1 со своими проблемами больше обращался к ФИО7 чем к ней; между ФИО7 и ФИО1 сложились близкие, доверительные отношения. Как она, так и ФИО7 присутствовали на различных школьных мероприятиях, в которых участвовал ФИО1, были на школьных линейках, вместе ездили в <данные изъяты>. При этом, родной отец ФИО9 участия в воспитании и содержании сына не принимал. Уже, когда сын был женат он пришел к ней и сказал, что его нашла тетя и спросил её мнения по поводу того общаться ли ему с родным отцом, на что она сказала, что решение принимать нужно сыну.

В судебном заседании ответчик ФИО9 исковые требования признал частично, а именно согласен с тем, что необходимо признать ФИО7 фактическим воспитателем, поскольку последний действительно воспитывал его сына ФИО1. Так, со ФИО11, сыном ФИО18 он проживал одной семьей в <данные изъяты> в квартире, которую выделили ему от совхоза, в котором он работал, до исполнения ребенку 3х лет-3х с половиной лет, сначала он работал в <данные изъяты>, однако проживал со ФИО11, а после он проживал у своих бабушки и дедушки, после того как они со ФИО19 окончательно поссорились, он уехал в <данные изъяты>, где и проживает до настоящего времени. Поскольку он был зол на ФИО11, то и с сыном он не общался, поскольку ФИО11 не давала этого делать, однако в суд с какими-либо исковыми заявлениями он не обращался, так как не знал, что может это сделать; какое-то время, пока ФИО11 и ФИО1, проживали в <данные изъяты> через родственников он узнавал о сыне, но когда ФИО11 уехала в другое место жительство связь оборвалась. Он не искал ФИО11 и ФИО1, поскольку не знал как это сделать. Он знает, что был обязан платить алименты на содержание сына, что он и делал. При этом, сразу после переезда в <данные изъяты> он алименты не оплачивал, потом он получил травму, далее он работал неофициально и с заработанных денег алименты он не отчислял, так как ему самому не хватало на жизнь, а когда он официально трудоустроился, то его работодатель стал отчислять за него алименты. С сыном до совершеннолетия последнего он не общался. Однако, последние годы он общался с сыном по телефону, один раз приезжал в гости к его семье, виделся с внуком. На похоронах сына он не присутствовал, так как был занят на работе и было далеко ехать. Исковые требования в части лишения его выплат и льгот он не признает, поскольку он является биологическим отцом ФИО1, он любил своего сына.

В судебное заседание ответчик, она же законный представитель ответчика ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, - ФИО13, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, не явилась, согласно заявления просит рассмотреть дело в свое отсутствие. До судебного заседания направила в суд письменный отзыв на исковое заявление (т. 1 л.д. 97-118), из которых следует, что заявление исковые требования не признает, указала, что со ФИО1 она познакомилась летом 2018 года, в октябре 2018 года ФИО1 сделал ей предложение и 24 октября 2019 года они заключили брак. От брака со ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ у них родился сын – ФИО2 Летом 2023 года ФИО1 принял решение об участии в специальной военной операции на территории <данные изъяты> и заключил контракт. ФИО1 проходил военную службу до момента его гибели ДД.ММ.ГГГГ. В период совместного их проживания отношения ФИО1 и ФИО7 были нестабильными, они часто ссорились. ФИО1 рассказывал ей о том, что детство у него было сложное и каких-то положительных отзывов и ярких положительных воспоминаний у ФИО1 об отчиме не было. При этом, ФИО1 о своем родном отце никогда не говорил плохо, информации о том, что родной отец ФИО1 не содержал ФИО1 ей не рассказывал. В последние годы ФИО1 поддерживал с родным отцом близкие теплые отношения. После 9го класса ФИО1 уехал в <данные изъяты> где проживал в общежитии до окончания обучения и в этот период ФИО7 какого-либо участия в воспитании и содержании ФИО1 не принимал; считает, что истцом не предоставлено в суд доказательств о содержании и воспитании ФИО1 в течение не менее 5 лет до его совершеннолетия; считает необходимым, что бы в суде были исследованы сведения о доходах, расходах истца, его долгах, алиментных обязательств на момент того как он пришел в семью С-вых.

В судебное заседание представитель ответчика военного комиссариата <данные изъяты>, извещенный о времени и месте рассмотрения гражданского дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, согласно ходатайства ФИО20, действующей на основании доверенности, последняя просит рассмотреть гражданское дело в отсутствии представителя военного комиссариата г. Назарово и Назаровского района Красноярского края. В судебное заседание представители ответчиков: ФКУ «Военный комиссариат Красноярского края»; АО «Согаз»; министерства обороны Российской Федерации; войсковой части 12273, войсковой части 23617, а также представители Назаровской межрайонной прокуратуры Красноярского края, органа опеки и попечительства администрации Тасеевского района Красноярского края, органа опеки и попечительства администрации Назаровского района Красноярского края, извещенные о времени и месте рассмотрения гражданского дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, о причине неявки не уведомили, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просили. Учитывая указанные обстоятельства, а также принимая во внимание согласие участников на рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть дело без их участия.

В судебном заседании свидетель ФИО3 пояснила, что она являлась классным руководителем ФИО1 с 5го по 9ый класс. Уговорить ФИО1 остаться до 11го класса ни она, ни родители не смогли, поэтому ФИО1 сразу после школы поступил в <данные изъяты>. С родителями – отчимом ФИО7 и матерью ФИО10 она постоянно поддерживала связь. Поскольку ФИО7 работал в школе и она видела его ежедневно, то все текущие вопросы по отношению к ФИО1 она решала со ФИО7, а на родительских собраниях в основном присутствовала мама. ФИО1 называл ФИО7 «папа, отец, батя», уважительно к нему относился; каких-либо конфликтов в семье не было, семья на внутришкольных учетах никогда не состояла. ФИО1 всегда был опрятно одет, у него всегда имелись необходимые школьные принадлежности. ФИО1 помогал в организации школьных мероприятий и также участвовал в них; по мере возможности родители присутствовали на школьных мероприятиях. При этом, биологический отец в жизни ФИО1 не присутствовал. ФИО1 и ФИО7 много времени проводили вместе – рыбачили, ходили за ягодами, грибами. Когда ФИО1 учился в техникуме, то он очень часто приезжал к родителям.

В судебном заседании свидетель ФИО4 пояснила, что она является соседкой семьи З-вых, семью она знает с момента их переезда в <данные изъяты> то есть с 2006 года. Семья переехала в составе: ФИО7, ФИО10, а также двоих детей ФИО1 и ФИО5. При этом, долгое время она считала, что ФИО7 – родной отец ФИО1, поскольку между ними были близкие родственные отношения, ФИО1 называл ФИО7 «папой», а ФИО7 называл ФИО1 «сыном». ФИО1 ходил в местную школу, закончил 9 классов, потом поступил в <данные изъяты>, после окончания техникума проживал с родителями, потом ФИО1 отслужил в армии и по возвращении также жил с родителями. О родном отце ФИО1 ей ничего не известно, о том, что ФИО1 хочет найти отца, он ей ничего не говорил.

В судебном заседании свидетель ФИО6 показал, что ФИО1 – его одноклассник с 3го класса и близкий друг. Он часто был в гостях у ФИО1. ФИО7 и ФИО10 - родители ФИО1. ФИО1 называл ФИО7 «папой». ФИО1 помогал папе по хозяйству, на покосе; они ездили в грибы, ягоды, на рыбалку. Папа подарил ФИО1 мотоцикл; если ФИО1 что-то не знал, то спрашивал у ФИО7 Водить ФИО1 также учил ФИО7 Также он видел, что ФИО7 как отец присутствовал на школьных мероприятиях. В целом ФИО7 содержал ФИО1, давай ему карманные деньги. После окончания техникума ФИО7 подарил Дмитрию автомобиль. О том, что у ФИО1 есть родной отец ФИО1 рассказывал всего один раз, разговоров о том, что ФИО1 хочет найти родного отца не было. О том, что ФИО1 заключил контракт на военную службу он узнал от ФИО1.

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, заключение помощника прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования в полном объеме, изучив письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам:

Согласно приказа начальника пункта отбора на военную службу по контракту (1 разряда) г<данные изъяты> от 19 сентября 2023 года № № (т. 1 л.д. 110, т. 2 л.д. 110), приказа начальника пункта отбора на военную службу по контракту (1 разряд) <данные изъяты> от 19 сентября 2023 года № № (т. 1 л.д. 111), контракта о прохождении военной службы от 20 сентября 2023 года (т. 1 л.д. 105-109) ФИО1 заключил контракт о прохождении военной службы сроком на 1 год, с испытательным сроком 3 месяца и назначен в войсковую часть № (<данные изъяты>) в должности <данные изъяты> с 19 сентября 2023 года зачислен в списки личного состава войсковой части № на все виды довольствия.

Согласно акта записи о смерти от 21 июня 2024 года № № (т. 1 л.д. 243, т. 2 л.д. 7), свидетельства о смерти от 26 июня 2024 года (т. 1 л.д. 16, т. 1 л.д. 103, т. 3 л.д. 46), ответа на судебный запрос Канского территориального отдела агентства записи актов гражданского состояния Красноярского края от 10 января 2025 года (т. 1 л.д. 227-229) ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, смерть наступила в период прохождения действительной военной службы.

Согласно ответа на судебный запрос пункта отбора на военную службу по контракту министерства обороны Российской Федерации от 30 января 2025 года (т. 1 л.д. 112), ответа на судебный запрос военного комиссариата Красноярского края от 04 марта 2025 года (т. 4 л.д. 100) рядовой ФИО1 по данным единой базы Министерства обороны Российской Федерации <данные изъяты> уволен с военной службы по контракту в связи с гибелью (смертью) ДД.ММ.ГГГГ

Согласно п. 2 ст. 2 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (п. 1 ст. 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

Исходя из положений ст. 1 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» установлено, что объектом обязательного государственного страхования, осуществляемого в настоящем Федеральном законе являются жизнь и здоровье военнослужащих (за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена), граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальные звания полиции, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации, граждан, уволенных с военной службы, со службы в органах внутренних дел Российской Федерации, в Государственной противопожарной службе, со службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, в войсках национальной гвардии Российской Федерации, службы в органах принудительного исполнения Российской Федерации (далее - служба), отчисленных с военных сборов или окончивших военные сборы, в течение одного года после окончания военной службы, службы, отчисления с военных сборов или окончания военных сборов (далее - застрахованные лица).

П. 3 ст. 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент смерти ФИО1) установлено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию (далее - выгодоприобретатели) в случае гибели (смерти) застрахованного лица являются: супруг (супруга), состоящий (состоящая) на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним; родители (усыновители) застрахованного лица; дедушка и бабушка застрахованного лица - при условии отсутствия у него родителей, если они воспитывали или содержали его не менее трех лет; отчим и мачеха застрахованного лица - при условии, если они воспитывали или содержали его не менее пяти лет; дети, не достигшие 18 лет или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения 18 лет, а также обучающиеся в образовательных учреждениях независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, до окончания обучения или до достижения ими 23 лет, подопечные застрахованного лица.

Федеральным законом от 14 июля 2022 года 315-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» п. 3 ст. 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» дополнен абзацем следующего содержания: лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом настоящего пункта).

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования военнослужащих и приравнённых к ним лиц, среди них: гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

Статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям. Так, согласно абзаца 2 п. 2 ст. 5 вышеуказанного Федерального закона в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, выгодоприобретателям в равных долях выплачивается сумма в размере 2000000 рублей.

Размер указанных страховых сумм ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абз. 9 п. 2 ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»).

Федеральным законом от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, предусмотренном Федеральным законом от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне» (далее - добровольческие формирования), наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3000000 рублей (ч. 8 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»).

В соответствии с положениями ч. 9 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Согласно п. 2 ч. 11 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (в редакции, действовавшей на момент гибели ФИО1) предусмотрено, что членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного ч. 8 данной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются: 1) супруга (супруг), состоящая (состоящий) на день гибели (смерти, признания безвестно отсутствующим или объявления умершим) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы в зарегистрированном браке с ним; 2) родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы; 3) дети, не достигшие возраста 18 лет, или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения, - до окончания обучения, но не более чем до достижения ими возраста 23 лет.

Федеральным законом от 31 июля 2020 года 286-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» ч. 11 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» дополнена ее пунктом 4 следующего содержания: «4) лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия (далее - фактический воспитатель). При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом. Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение».

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П «По делу о проверке конституционности части 11 статьи 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" в связи с жалобой гражданки К.» ч. 11 ст. 3 указанного Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку, определяя круг членов семьи военнослужащего, имеющих в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, в том числе по призыву, право на получение ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной ч. 9 той же статьи, она направлена на обеспечение особой социальной поддержки этих лиц в рамках публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного им гибелью (смертью) военнослужащего.

Кроме того, Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», Указом Президента Российской Федерации от 25 июля 2006 года № 765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу», приказом Министра обороны Российской Федерации от 06 декабря 2019 года № 727 «Об определении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

Так, в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц (п. «а» Указа Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»).

Выплата единовременного поощрения лицу, проходящему (проходившему) федеральную государственную службу, осуществляется государственным органом, представившим его к поощрению или награждению, в месячный срок со дня издания правового акта Российской Федерации о поощрении или награждении данного лица. В случае гибели (смерти) лица, проходящего (проходившего) федеральную государственную службу, поощренного Президентом Российской Федерации, Правительством Российской Федерации или награжденного государственной наградой Российской Федерации, а также в случае награждения лица, проходившего федеральную государственную службу, государственной наградой Российской Федерации посмертно выплата единовременного поощрения производится членам семей этих лиц в соответствии с федеральными законами (п. 3, п. 3.1 Указа Президента Российской Федерации от 25 июля 2006 года № 765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу»).

В случае гибели (смерти) военнослужащего причитающиеся и не полученные им ко дню гибели (смерти) оклад денежного содержания и ежемесячные дополнительные выплаты полностью за весь месяц, в котором военнослужащий погиб (умер), выплачиваются супруге (супругу), при ее (его) отсутствии - проживающим совместно с ним совершеннолетним детям, законным представителям (опекунам, попечителям) либо усыновителям несовершеннолетних детей (инвалидов с детства - независимо от возраста) и лицам, находящимся на иждивении военнослужащего, в равных долях или родителям в равных долях, если военнослужащий не состоял в браке и не имел детей (п. 125 приказа Министра обороны Российской Федерации от 06 декабря 2019 года № 727 «Об определении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат»).

На момент смерти ФИО1 – ДД.ММ.ГГГГ, действовали заключенные между Министерством обороны Российской Федерации и акционерным обществом «СОГАЗ» государственные контракты на оказание услуг по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и граждан, призванных на военные сборы, для нужд Министерства обороны Российской Федерации в 2024 году от 24 ноября 2023 года № № и на оказание услуг по выплате компенсации лицам, которым причитаются страховые суммы по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, в 2024 году для нужд Министерства обороны Российской Федерации от 22 декабря 2023 года № №

По условиям государственного контракта от 24 ноября 2023 года № № его предметом являются обязательное государственное страхование в 2024 годах жизни и здоровья застрахованных лиц, указанный в п. 3.1 контракта – военнослужащих, граждан призванных на военные сборы, отчисленных с военных сборов или окончивших военные сборы, в течение одного года окончания военной службы, отчисления с военных сборов или окончания военных сборов. Выгодопрообритателями по обязательному государственному страхованию являются, в случае гибели (смерти) следующие лица: 3.3.1. супруга (супруг), состоявшая (состоявший) на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированной браке с ним; 3.3.2. родители (усыновители) застрахованного лица; 3.3.3. дедушка и (или) бабушка застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее 3 (трех) лет в связи с отсутствием у него родителей; 3.3.4. отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее 5 лет; 3.3.5 несовершеннолетние дети застрахованного лица, дети застрахованного лица старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети застрахованного лица в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях; 3.3.6. подопечные застрахованного лица; п. 3.3.7 лицо, признанное фактическим воспитателем и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения несовершеннолетия (фактический воспитатель). Страховым случаем при осуществлении обязательного государственного страхования (п. 5.1) являются, в том числе гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, военных сборов (п. 5.1.1).

В ходе судебного заседания установлено, что из акта записи о заключении брака от 08 декабря 1995 года № № (т. 2 л.д. 12, т. 2 л.д. 20, т. 3 л.д. 56), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 июля 2024 года (т. 3 л.д. 60-62), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 10 января 2025 года (т. 1 л.д. 227-229), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 января 2025 года (т. 1 л.д. 232-235) между ФИО9 и ФИО226 Г.В. заключен брак, после регистрации брака супругам присвоена фамилия С-вы.

Согласно записи акта о рождении от 19 июня 1996 года № № (т. 2 л.д. 4, т. 2 л.д. 16, т. 2 л.д. 22, т. 3 л.д. 55), копии свидетельства о рождении от 19 июня 1996 года (т. 3 л.д. 38), копии свидетельства о рождении от 17 июля 2024 года (повторное) (т. 1 л.д. 16), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 июля 2024 года (т. 3 л.д. 60-62), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 10 января 2025 года (т. 1 л.д. 227-229), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 января 2025 года (т. 1 л.д. 232-235) ФИО1 родился <данные изъяты>, и в качестве его родителей указаны: мать – ФИО11 (ответчик по настоящему делу), отец - ФИО21 (ответчик по настоящему делу).

Таким образом, ФИО9 является отцом ФИО1; ФИО14 является матерью ФИО1

Из свидетельства о расторжении брака от 20 октября 2009 года (т. 1 л.д. 17, т. 3 л.д. 39), актовой записи о расторжении брака (т. 1 л.д. 238, т. 2 л.д. 13, т. 2 л.д. 21, т. 3 л.д. 58), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 10 января 2025 года (т. 1 л.д. 227-229), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 января 2025 года (т. 1 л.д. 232-235), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 июля 2024 года (т. 3 л.д. 60-62) следует, что брак между ФИО9 и ФИО11 прекращен 16 октября 2009 года на основании решения мирового судьи судебного участка № № в г<данные изъяты> о чем 20 октября 2009 года составлена запись акта о расторжении брака № №; после прекращения брака супруге присвоена фамилия – ФИО22.

Согласно свидетельства о заключении брака от 07 октября 2014 года (т. 1 л.д. 18, т. 3 л.д. 40), актовой записи о заключении брака (т. 1 л.д. 239, т. 2 л.д. 14, т. 2 л.д. 29, т. 3 л.д. 57), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 10 января 2025 года (т. 1 л.д. 227-229), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 января 2025 года (т. 1 л.д. 232-235), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 июля 2024 года (т. 3 л.д. 60-62) между ФИО7 и ФИО11 заключен брак, о чем 21 июля 2011 года составлена записи акта о заключении брака № № после заключения брака супруге присвоена фамилия ФИО12.

Согласно акта записи о заключении брака от 24 октября 2019 года № № (т. 1 л.д. 241, т. 2 л.д. 5, т. 2 л.д. 9), копии свидетельства о заключении брака от 24 октября 2019 года (т. 1 л.д. 101), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 января 2025 года (т. 1 л.д. 232-235) 24 октября 2019 года заключен брак между ФИО18 и ФИО227., после регистрации брака супруге присвоена фамилия «ФИО22».

Таким образом, ФИО13 является супругой ФИО1

Согласно записи акта о рождении от 02 февраля 2021 года № № (т. 1 л.д. 242, т. 2 л.д. 6, т. 2 л.д. 10), копии свидетельства о рождении от 02 февраля 2021 года (т. 1 л.д. 102), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 10 января 2025 года (т. 1 л.д. 227-229), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 23 января 2025 года (т. 1 л.д. 232-235) ФИО16 родился ДД.ММ.ГГГГ года и в качестве его родителей указаны «отец» - ФИО18, «мать» - ФИО13

Таким образом ФИО2 является сыном ФИО1

В ходе судебного заседания установлено, что с 08 декабря 1995 года ФИО9 и ФИО11 состояли в зарегистрированном браке. От брака у С-вых ДД.ММ.ГГГГ родился сын – ФИО1 Семья проживала по адресу: <адрес>

С 2000 года фактически совместное проживание семьи С-вых прекратилось, когда в 2000 году ФИО9 ушел из семьи, о чем свидетельствуют объяснения ответчика ФИО10, а также письменные материалы гражданского дела.

25 мая 2000 года <данные изъяты> был выдан судебный приказ о взыскании со ФИО9 алиментов на содержание сына – ФИО1 в пользу матери ФИО11 в размере ? части всех видов заработка, начиная с 15 мая 2000 года до совершеннолетия ребенка (т. 3 л.д. 73, т. 4 л.д. 93). Кроме того, судебным участком № <данные изъяты> от 30 июня 2008 года со ФИО9 в пользу ФИО11 взысканы алименты на содержание несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО5 в размере 1/3 части заработка и иного дохода ежемесячно, начиная с 27 июня 2008 года до их совершеннолетия (т. 3 л.д. 9, т. 3 л.д. 69). В силу положений ст. 80 Семейного кодекса Российской Федерации родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Согласно ст. 81 Семейного кодекса Российской Федерации при отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно, до совершеннолетия ребенка. Рассматривая представленные ФИО9 квитанции о внесении денежных средств в ОСП по Тасеевскому району УФССП России по Красноярскому краю: от 25 апреля 2011 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за три месяца; от 16 августа 2011 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за июль, август, сентябрь; от 03 октября 2011 года на 900 рублей 00 копеек – алименты за октябрь, ноябрь, декабрь; от 24 февраля 2012 года на 1200 рублей 00 копеек – алименты за январь, февраль, март, апрель; от 30 мая 2012 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за май, июнь, июль; от 16 августа 2012 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за август, сентябрь, октябрь; от 24 декабря 2012 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за ноябрь, декабрь, январь; от 18 марта 2013 года – 1000 рублей 00 копеек – алименты за февраль, март, апрель; от 11 июня 2013 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за май, июнь, июль; от 27 сентября 2013 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за сентябрь, октябрь, ноябрь; от 05 февраля 2014 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за декабрь, январь, февраль; от 15 мая 2014 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за март, апрель, май; от 22 сентября 2014 года на 1000 рублей 00 копеек – алименты за июнь, июль, август; от 24 декабря 2014 года на 3000 рублей 00 копеек – алименты; чек-ордер от 04 августа 2021 года на 1000 рублей 00 копеек – оплата задолженности по исполнительному листу; квитанцию (без подтверждения оплаты) на сумму 345434 рубля 85 копеек – назначение платежа оплата задолженности по исполнительному производству, суд приходит к выводу о том, что ответчиком ФИО9 представлены сведения о внесении денежных средств в счет уплаты алиментов за период с 05 апреля 2011 года по 09 июня 2014 года в общем размере 12100 рублей 00 копеек, при том, что ответчиком ФИО10 представлены сведения о том, что согласно сведений <данные изъяты> ФИО11 получателем алиментов со стороны ФИО9 не являлась (т. 1 л.д. 20), что свидетельствует о неуплате начиная с 15 мая 2000 года (день вынесения судебного приказа) по 30 июня 2008 года (день вынесения судебного приказа от 30 июня 2008 года) ФИО9 алиментов; из информации, предоставленной <данные изъяты> (т. 1 л.д. 21, т. 3 л.д. 104) следует, что исполнительный лист о взыскании со ФИО9 алиментов поступил в службу судебных приставов 30 июня 2008 года, было возбуждено исполнительное производство № № которое окончено на основании п. 8 ч. 1 ст. 47 Федерального закона «Об исполнительном производстве» - направление исполнительного документа в организацию для удержания периодических платежей; с 30 июня 2008 года по день ответа на запрос (29 ноября 2024 года) алименты на депозитный счет не поступали. При этом, из ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 15 января 2025 года (т. 2 л.д. 86-88), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 21 марта 2025 года (т. 3 л.д. 205-209), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 12 марта 2025 года (т. 3 л.д. 212-215) следует, что на ФИО9 за период с 01 января 1996 года по 31 декабря 2015 года имеются сведения, составляющие пенсионные права, сведения для включения в индивидуальный лицевой счет предоставлены следующими страхователями: <данные изъяты> с 06 октября 1999 года по 12 апреля 2000 года – 00 рублей 00 копеек; <данные изъяты> с 01 августа 2001 года по 08 октября 2001 года – 00 рублей 00 копеек; <данные изъяты> с 01 ноября 2001 года по 03 февраля 2002 года – 20 рублей 29 копеек; <данные изъяты> с 23 октября 2005 года по 08 ноября 2005 года – 60 рублей 89 копеек; <данные изъяты> с 18 ноября 2008 года по 17 мая 2009 года – 00 рублей 00 копеек; <данные изъяты> с 31 августа 2009 года по 22 января 2010 года – 1186 рублей 85 копеек; <данные изъяты> с 01 июля 2015 года по 31 декабря 2015 года – 13200 рублей 00 копеек. Тем самым, суд находит, что за период с 01 июля 2008 года по 05 апреля 2011 года алименты ФИО9 не уплачивались. При этом, суд находит, что ответчик ФИО9 в период с 05 апреля 2011 года по 09 июня 2014 года официально трудоустроен не был, о чем свидетельствует отсутствие информации о включении сведений для включения в индивидуальный лицевой счет предоставлены следующими страхователями, при этом, суммы, внесенные ФИО9 не являются ежемесячными, о чем свидетельствует сведения, содержащиеся в представленных квитанциях, кроме того, ФИО9 согласно судебного приказа от 30 июня 2008 года по достижении ФИО1 совершеннолетия, продолжил частично уплачивать алименты на содержание ФИО15, о чем свидетельствуют квитанции: от 22 сентября 2014 года на сумму 1000 рублей 00 копеек, от 24 декабря 2014 года на сумму 3000 рублей 00 копеек, чек-ордер от 04 августа 2021 года на сумму 1000 рублей 00 копеек; при этом, у ФИО9 имелась задолженность по оплате алиментов, о чем свидетельствуют кавитация на оплату 345434 рублей 85 копеек – долга по алиментным платежам, которые подлежали оплате по наступлению совершеннолетия ФИО1 и (или) уплате на содержание несовершеннолетней ФИО15, таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО9 в полном объеме средства на содержание сына ФИО1 своевременно и постоянно не оплачивал, а внесенные суммы являются несоотносимыми с размером долга по алиментам и периодом его образования. При этом, ФИО7 с 07 апреля 2006 года является в соответствии с Законом Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел и членов их семей» получателем пенсии за ОТС за выслугу лет (26 лет) (т. 1 л.д. 153, 154, 155); является ветераном труда с 13 октября 2022 года (т. 1 л.д. 153); трудовой стаж ФИО7 согласно копии трудовой книжки, заполненной 19 июля 1979 года (т. 1 л.д. 156-158), начинается с 15 февраля 1993 года по 06 апреля 2006 года – в органах внутренних дел, а также с 03 февраля 2014 года по 15 августа 2016 года, с 06 апреля 2020 года по 13 мая 2020 года, с 26 июня 2020 года по 31 июля 2020 года – на гражданских должностях; ФИО14 осуществляет трудовую деятельность с 22 февраля 1995 года по настоящее время (т. 1 л.д. 169-173, т. 2 л.д. 57-65, т. 2 л.д. 86-88), и тем самым ФИО7 и ФИО14 имели доход, позволяющий содержать, в том числе ФИО1

Далее ФИО11 и ФИО1 проживали по адресу: <адрес> С 2005 года ФИО11 и ФИО7, а также ФИО1 стали проживать одной семьей по адресу: <адрес> в жилом помещении, принадлежащем ФИО7 на праве собственности (т. 4 л.д.42-83). В период с 01 сентября 2004 года по 17 ноября 2006 года (2-3 классы) ФИО1 обучался в <данные изъяты> <адрес> (т. 3 л.д. 219).

При этом, согласно ответа на запрос <данные изъяты>, выполняющее государственные полномочия по опеке и попечительству в отношении несовершеннолетних от 18 марта 2025 года (т. 3 л.д. 233-234) семья ФИО7, ФИО11, семья ФИО9 и ФИО11 на профилактическом учете не состояла, к административной ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей не привлекалась.

С осени 2006 года семья в составе: ФИО7, ФИО14, ФИО1 стала проживать по месту регистрации в собственной квартире (т. 4 л.д. 6-19) по адресу: <адрес> о чем свидетельствуют: ответ на судебный запрос от 09 января 2025 года (т. 1 л.д. 200), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 10 января 2025 года (т. 2 л.д. 33, 35), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 14 января 2025 года (т. 1 л.д. 223), <данные изъяты> от 21 января 2025 года (т. 1 л.д. 218 (оборотная сторона), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 21 января 2025 года (т. 2 л.д. 44, 46), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 29 января 2025 года (т. 1 л.д. 213), из которых следует, что ФИО7 с 28 ноября 2006 года зарегистрирован по вышеуказанному адресу; ответ на судебный запрос от 09 января 2025 года (т. 1 л.д. 201), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 10 января 2025 года (т. 1 л.д. 33, 36), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 14 января 2025 года (т. 1 л.д. 223), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 29 января 2025 года (т. 1 л.д. 196, 198, 199), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 21 января 2025 года (т. 1 л.д. 219), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 21 января 2025 года (т. 2 л.д. 42, 48), ответ на судебный запрос <данные изъяты> от 29 января 2025 года (т. 1 л.д. 211, т. 1 л.д. 214), из которых следует, что с 04 декабря 2006 года ФИО11 и ФИО1 зарегистрированы по вышеуказанному адресу; справка <данные изъяты> от 19 августа 2024 года (т. 1 л.д. 22, т. 1 л.д. 174, т. 3 л.д. 70), из которой следует, что состав семьи ФИО14, в том числе: ФИО7 - супруг, ФИО1 – сын; справки <данные изъяты> от 09 января 2025 года (т. 1 л.д. 139) и от 13 января 2025 года (т. 1 л.д. 191), из которых следует, что ФИО7 имеет следующий состав семьи: ФИО10 - супруга, ФИО1 – сын; характеристики старосты <данные изъяты> от 08 января 2025 года (т. 1 л.д. 138) и от 13 января 2025 года (т. 1 л.д. 192), из которых следует, что ФИО10 (ранее – ФИО11) с сожителем ФИО7, сыном ФИО1 переехали из г<адрес>; из информации, предоставленной <данные изъяты> от 13 января 2025 года (т. 1 л.д. 193) следует, что ФИО7 проживает в <данные изъяты> и принимал полное участие в воспитании, содержании ФИО1; копии автобиографии ФИО1 от 07 сентября 2023 года (т. 1 л.д. 140), копии анкеты поступавшего на военную службу по контракту от 07 сентября 2023 года (т. 1 л.д. 141-142), из которых следует, что близкими родственниками ФИО1 указывает: отчим ФИО7, мать ФИО11; сын ФИО2 супруга ФИО13; брат ФИО7, сестра ФИО23, сестра ФИО5 из письма ФИО1 от 07 декабря 2016 года семье – отцу, матери, брату, сестрам, направленного на адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 147, 148), следует, что он скучает по ним, любит их, говорит о том, что время пролетит незаметно и он скоро будет дома, они сядут как обычно за одним столом на кухне и будут кушать что-то вкусное приготовленное мамой и папой; из письма ФИО1 от 03 января 2017 года (т. 1 л.д. 149) родным следует, что следующий новый год он хочет встретить с семьей, рассказывает о произошедших с ним событиях, просит папу по его приезду не готовить рыбу, поскольку она ему надоела. При этом, из ответа на запрос от 09 января 2025 года (т. 1 л.д. 203), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 10 января 2025 года (т. 2 л.д. 33, 34), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 14 января 2025 года (т. 1 л.д. 223), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 21 января 2025 года (т. 1 л. л.д. 218 (оборотная сторона)), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 21 января 2025 года (т. 2 л.д. 43, 45), ответа на судебный запрос <данные изъяты> от 29 января 2025 года (т. 1 л.д. 196-197), справки-характеристики и выписки из похозяйственной книги от 28 января 2025 года <данные изъяты> от 28 января 2025 года (т. 1 л.д. 183, т. 1 л.д. 184 соответственно), характеристики участкового уполномоченного полиции от 14 января 2025 года (т. 1 л.д. 39) следует, что ФИО9 с 25 января 2006 года проживает по месту регистрации по адресу: <адрес> один.

С 23 ноября 2006 года по 21 июня 2013 года ФИО1 обучался в <данные изъяты> о чем свидетельствует справка <данные изъяты> от 24 января 2025 года (т. 3 л.д. 120). Из заявления ФИО11 о принятии ФИО1 на обучение от 23 ноября 2006 года (т. 1 л.д. 168) следует, что ФИО7 является отчимом ФИО1, как следует из: характеристики директора <данные изъяты> (т. 1 л.д. 150, т. 3 л.д. 121, т. 2 л.д. 122) занимались воспитанием ФИО1 мать ФИО10 и отчим ФИО7; мама и отчим были заинтересованы в обучении ФИО1, интересовались его успехами и знаниями; родной отец ФИО1 на территории <данные изъяты> не проживал, отношения к воспитанию ФИО1 не имел; за ребенком осуществлялся должный уход, ФИО1 приходил в школу опрятным, аккуратным, с выполненными домашними работами, без уважительной причины уроки не прогуливал, что говорит о том, что мама и отчим контролировали учебный процесс сына; в семье между отчимом и ФИО1 сложились уважительные отношения друг к другу; психологическая обстановка в семье была благоприятная, стабильная; из характеристики старосты <данные изъяты> от 08 января 2025 года (т. 1 л.д. 138) ФИО7 занимался воспитанием ФИО1, водил ФИО1 в 3 класс; ФИО7 – хороший человек, заботливый отец, когда супруга была на работе – готовил еду, прибирался в квартире.

С 01 сентября 2013 года по 30 июня 2016 года ФИО1 обучался в <данные изъяты> по очной форме обучения по программе среднего профессионального образования подготовки квалифицированных рабочих, служащим по профессии <данные изъяты> что следует из справки <данные изъяты> от 14 января 2025 года (т. 1 л.д. 151), от 30 января 2025 года (т. 3 л.д. 124 (оборотная сторона)). Из характеристики, данной учебным заведением на ФИО1 (т. 1 л.д. 152, т. 3 л.д. 125) следует, что последний характеризуется с положительной стороны, воспитывается в полной семье, мама постоянно интересуется делами сына, ФИО1 является заботливым сыном, помогает родителям по хозяйству.

Таким образом, разрешая заявленные требования о признании фактическим воспитателем и о лишении о лишении права на выплату единовременного пособия и страховых сумм, суд принимает во внимание, что ответчики ФИО10 и ФИО9 в силу действующего законодательства Российской Федерации несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания, учитывает, что ответчик ФИО9 родительские обязанности по отношению своему сыну ФИО18, в том числе по его содержанию, материальному обеспечению, не выполнял, приходит к выводу, что ответчик ФИО9 утратили право на выплату единовременного пособия и страховых сумм, после смерти военнослужащего ФИО1, погибшего при исполнении воинского долга ДД.ММ.ГГГГ в связи с чем исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

При этом суд исходит из того, военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы.

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (часть 1 статьи 25 Федерального закона от 27 мая 1998 года 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), и страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (часть 3 статьи 2, статья 4 и часть 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»).

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» и в статье 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

При этом законодатель исходит из права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя по воспитанию и содержанию ребенка.

Следовательно, избранный истцом способ защиты нарушенного права - лишение одного из родителей права на получение единовременной выплаты и страховой суммы в связи с гибелью (смертью) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, признается законным. Сам по себе факт не лишения отца ребенка родительских прав не препятствует заинтересованному лицу в реализации права на судебную защиту его прав и свобод согласно статье 46 Конституции Российской Федерации.

Лишение права на получение вышеуказанных мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей.

Так, согласно абз. 2 ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 ст. 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (ст. 87 Семейного кодекса Российской Федерации), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (п. 1 ст. 62, п. 1 ст. 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (п. 1 ст. 65, ст. 69, ст. 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абз. 1 и 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44).

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абз. 1 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44).

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Из приведенных положений семейного законодательства, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

С учетом характера спорных правоотношений, заявленных исковых требований и возражений ответчика ФИО9 в данном случае юридически значимыми для правильного разрешения спора являлись следующие обстоятельства: принимали ли ответчик ФИО9 какое-либо участие в воспитании сына, оказывал ли ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал ли сына материально, включая уплату алиментов на его содержание, предпринимал ли какие-либо меры для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития, имелись ли между отцом и сыном фактические семейные и родственные связи.

При этом необходимо учитывать, что основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Кроме того, суд находит, что в соответствии с п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (ст. 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

Согласно абз. 3 ст. 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» дети, оставшиеся без попечения родителей, - это лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного родителя или обоих родителей в связи с лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), объявлением их умершими, установлением судом факта утраты лицом попечения родителей, отбыванием родителями наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, уклонением родителей от воспитания своих детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, а также в случае, если единственный родитель или оба родителя неизвестны, в иных случаях признания детей оставшимися без попечения родителей в установленном законом порядке.

Полное государственное обеспечение детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - предоставление им за время пребывания в соответствующей организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды, обуви и мягкого инвентаря, проживания в жилом помещении без взимания платы или возмещение их полной стоимости, а также бесплатное оказание медицинской помощи (абз. 9 ст. 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей»).

Силу положений ст. 97 Семейного кодекса Российской Федерации нетрудоспособные нуждающиеся в помощи отчим и мачеха, воспитывавшие и содержавшие своих пасынков или падчериц, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от трудоспособных совершеннолетних пасынков или падчериц, обладающих необходимыми для этого средствами, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов). Суд вправе освободить пасынков и падчериц от обязанностей содержать отчима или мачеху, если последние воспитывали и содержали их менее пяти лет, а также если они выполняли свои обязанности по воспитанию или содержанию пасынков и падчериц ненадлежащим образом.

По смыслу приведенных норм и разъяснений в отличие от опекунов (попечителей, приемных родителей), получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. Также между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части содержания и воспитания последнего. Однако у фактического воспитателя отсутствуют соответствующие родительские обязанности в отношении ребенка в силу закона или судебного решения.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В целях выполнения задач гражданского судопроизводства и требований о законности и обоснованности решения суда частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При разрешении настоящего спора суд принимает во внимание положения приведенных норм материального права в их системной взаимосвязи с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о целях правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы и приходит к выводу о том, что ответчик ФИО9 не доказал, что принимал участие в воспитании сына, формировании его личности, интересовался его жизнью и здоровьем, принимал меры к его физическому, духовному и нравственному развитию, оказывал сыну моральную, физическую, духовную поддержку и материальную помощь.

При этом, суд полагает, что в судебном заседании достоверно установлено, что истец ФИО7 исполнял обязанности родителя по воспитанию и содержанию своего пасынка ФИО1, а именно заботился о его здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, и между ними сложились семейные и родственные связи, о чем свидетельствуют объяснения сторон, представленные письменные доказательства, а также показания свидетелей, а ответчик ФИО9 такой заботы о сыне начиная с 2000 года до его совершеннолетия, то есть более чем на протяжении 14 лет, не обеспечивал, а доводы ответчика ФИО9 о том, что он ежемесячно оплачивал алименты на содержание сына ФИО1 суд во внимание не принимает по указанным выше основаниям. Суд принимает во внимание, что по настоящему делу сторона ответчика ФИО9 должна была доказать, что на протяжении жизни своего сына отец добросовестно исполняли свои обязанности, поддерживал семейные и родственные связи с сыном, чего стороной ответчика ФИО9 не представлено. При этом, доводы о том, что ФИО9 и ФИО1 стали общаться после исполнения последнему 18 лет, что подтверждается ответчиком ФИО13, правового значения для разрешения данного спора не имеет, поскольку данные события происходили, когда ФИО1 исполнилось 18 лет и он стал совершеннолетним. При этом, доводы ответчика ФИО13 о том, что между ФИО1 и ФИО7 сложились напряженные отношения, суд также находит не относимыми к делу, поскольку ФИО13 познакомилась со ФИО1 когда последнему исполнилось 22 года и сведения о напряженных отношениях между ФИО7 и ФИО1 представлены на момент совершеннолетия ФИО1, тогда как стороной истца и ответчиком ФИО10 представлены сведения о близких родственных отношениях между ФИО7 и ФИО1 Доводы ответчика ФИО13 о том, что истец имел долг, когда пришел в семью ФИО11 и ФИО1 и о том, что в настоящее время у ФИО7 имеется долг, какого-либо правового значения для разрешения настоящего дела не имеют.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3). Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4). В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2). Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего в реализации прав и исполнении обязанностей.

В данном случае действия ответчика ФИО9, который в судебном заседании факт уклонения от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию сына не отрицал, при этом настаивал, что в удовлетворении иска ФИО7 о лишении права на выплаты и льготы необходимо отказать ввиду того, что ответчик является биологическим родителем ФИО1 и поэтому не утратил право на получение единовременного пособия и страховых сумм после его смерти, оценивается судом как недобросовестное поведение со стороны ответчиков которое, в силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежит защите судом, при этом, в ходе судебного заседания достоверно установлено, что ФИО7 фактически осуществлял права отца в отношении ФИО1, в связи с чем исковые требования о признании ФИО7 фактическим воспитателем исходя из вышеизложенного подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, и в его пользу подлежат взысканию расходы, понесенные в связи с обращением в суд. Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны возместить все понесенные по делу судебные расходы.

Таким образом, с учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу, что требования истца к ФИО9 являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме, а требования к ответчикам ФКУ «Военный комиссариат Красноярского края», АО «Согаз», ФИО13, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО13, ФИО10, министерству обороны Российской Федерации, военному комиссариату г. Назарово и Назаровского района Красноярского края, войсковой части 12273, войсковой части 23617 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 к ФИО9 о признании фактическим воспитателем, лишении права на выплаты и льготы - удовлетворить в полном объеме.

Признать ФИО7, <данные изъяты>, фактическим воспитателем, содержавшим военнослужащего в несовершеннолетнем возрасте, начиная с 2005 года и до совершеннолетия (до 09 июня 2014 года), то есть не менее пяти лет до достижения совершеннолетия ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, место рождения: <адрес>, погибшего при исполнении воинского долга ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>

Лишить ФИО9, <данные изъяты>, права на получение: единовременного пособия, выплата которого предусмотрена Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; страховой выплаты, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»; ежемесячной денежной компенсации, выплата которой предусмотрена Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; иных выплат и льгот, предусмотренных законодательством Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и Указами Президента Российской Федерации после смерти военнослужащего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, место рождения: <адрес>, погибшего при исполнении воинского долга ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>.

Взыскать со ФИО9 в пользу ФИО7 3000 (три тысячи) рублей 00 копеек – расходы по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении исковых требований ФИО7 к ФИО9 о признании фактическим воспитателем, лишении права на выплаты и льготы к федеральному казенному учреждению «Военный комиссариат Красноярского края», акционерному обществу «Согаз», ФИО13, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО13, ФИО10, министерству обороны Российской Федерации, военному комиссариату г. Назарово и Назаровского района Красноярского края, войсковой части 12273, войсковой части 23617 – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Тасеевский районный суд Красноярского края.

Председательствующий: В.В. Заречная

Мотивированное решение изготовлено 21 апреля 2025 года.