ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
17 мая 2025 года
Дело №А56-8896/2022
Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 17 мая 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего Аносовой Н.В.
судей Бурденкова Д.В., Серебровой А.Ю.
при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Вороной Б.И.
при участии: не явились, извещены
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-1857/2025) финансового управляющего должником – ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2024 по делу № А56-8896/2022/сд.1 (судья Парнюк Н.В.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО1 о применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,
ответчик: ФИО3,
установил:
В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) поступило заявление ФИО4 - финансового управляющего ФИО5, о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2.
Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.11.2022 (резолютивная часть объявлена 26.10.2022) в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО1. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №205(7408) от 03.11.2022.
В арбитражный суд 19.07.2022 от финансового управляющего ФИО1 поступило заявление о признании недействительными сделками брачный договор от 12.01.2019 и дополнительное соглашение к брачному договору от 23.01.2019, заключенные ФИО2 и ФИО3
В арбитражный суд 19.10.2022 поступило уточенное заявление финансового управляющего о признании брачного договора от 12.01.2019 и дополнительного соглашения к нему от 23.01.2019 недействительными сделками.
Определением арбитражного суда от 27.12.2022 (резолютивная часть объявлена 07.12.2022) заявление финансового управляющего удовлетворено, договор от 12.01.2019 и дополнительное соглашение к нему от 23.01.2019 признаны недействительными сделками.
Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2023 по делу А56-8896/2022/сд.1 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.
В арбитражный суд от финансового управляющего ФИО1 поступило заявление о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 7 643 825,50 руб. (с учетом уточнений).
Определением от 05.122024 суд в удовлетворении заявления о применении последствий недействительности сделки отказал.
Финансовый управляющий не согласился с вынесенным определением и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить. По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции неверно применены нормы материального права. Судом не учтены положения пункта 1 статьи 1105 ГК РФ.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».
Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 с 16.01.1999 по 25.03.2019 состоял в браке с ФИО3.
Должник и его супруга ФИО3 12.01.2019 заключили брачный договор, согласно которому в собственность супруги перешло следующее имущество:
- жилое помещение, площадью 76.3 кв.м, расположенное по адресу: <...>, литера А, кв.36, кадастровый номер: 78:15:0008301:7942, кадастровая стоимость 7 715 374,98 рублей;
- жилое помещение, площадью 128,2 кв.м, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, Английский пр., д.22, литера А, квартира 8, кадастровый номер:78:32:0001085:2174, кадастровой стоимостью 9 962 936,75 рублей;
- 27/48 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, площадью 67.8 кв.м, расположенную по адресу: <...>, литера В, кв.44, кадастровый номер: 78:31:0001494:2087, кадастровая стоимость 7 171 610,96 рублей;
- 100% долей в уставном капитале ООО «Чайка» (ИНН <***>, ОГРН <***>).
Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.10.2021 по делу №А56-39937/2018 установлена действительная стоимость доли на дату отчуждения супруге в размере 9 391 000 рублей.
Супруги заключили 23.01.2019 дополнительное соглашение к брачному договору от 12.01.2019, по условиям которого в собственность ФИО3 перешло жилое помещение, площадью 120,8 кв.м, расположенное по адресу: <...>, литера В, кв.16, кадастровый номер: 78:32:0001063:473, кадастровая стоимость 12 742 078,41 рублей.
Как указано выше, определением от 27.12.2022 (резолютивная часть объявлена 07.12.2022) Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области удовлетворил заявление о признании брачного договора от 12.01.2019 и дополнительного соглашения к нему от 23.01.2019 недействительными сделками.
Финансовый управляющий обратился в суд с заявлением, в котором указал, что согласно выпискам из ЕГРН спорные объекты недвижимости были отчуждены ответчиком в пользу третьих лиц, а именно: объект 1 - 15.12.2021 был отчужден ФИО3 в пользу ФИО6 на основании договора купли-продажи недвижимого имущества; объект 2 - 13.03.2020 был отчужден ФИО3 в пользу ФИО7 на основании договора купли-продажи недвижимого имущества.
Указывая на то, что пунктом 1 статьи 1105 ГК РФ предусмотрено, что в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества, финансовый управляющий просит применить последствия недействительности брачного договора от 12.01.2019, заключенного между ФИО2 и ФИО3 в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 денежных средств в размере 7 643 825,50 рублей.
Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел заявление необоснованным.
Проверив законность и обоснованность определения арбитражного суда первой инстанции, апелляционный суд полагает необходимым его отменить в связи со следующим.
Институт признания недействительными сделок, совершенных должником или третьими лицами с его имуществом, направлен на пополнение конкурсной массы с целью удовлетворения требований кредиторов должника.
В случае признания брачного договора недействительной сделкой применение правовых последствий его недействительности заключается в приведении сторон в положение, существовавшее до его совершения, а именно, в восстановлении в отношении имущества, которое было приобретено в ходе брака, режима совместной собственности супругов, предусмотренного статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации, с даты заключения брачного договора, когда данный режим был изменен.
Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения (пункт 1 указанной нормы).
15.12.2021 жилое помещение, площадью 128,2 кв.м, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, Английский пр., д.22, литера А, квартира 8, кадастровый номер: 78:32:0001085:2174 (Объект 1) отчуждено ФИО3 в пользу ФИО6 на основании договора купли-продажи недвижимого имущества; 13.03.2020 27/48 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, площадью 67.8 кв.м, расположенную по адресу: <...>, литера В, кв.44, кадастровый номер: 78:31:0001494:2087 (Объект 2) отчуждено ФИО3 в пользу ФИО7 на основании договора купли-продажи недвижимого имущества.
Последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности в отношении объектов недвижимости невозможно в силу последующего отчуждения имущества третьим лицам. В силу изложенного единственным возможным последствием недействительности сделки является взыскание с ответчиков всего полученного по сделке.
По смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником. При уклонении супруга от передачи полученного финансовый управляющий вправе требовать отобрания этого имущества у супруга применительно к правилам пункта 3 статьи 308.3 ГК РФ. Соответствующее требование рассматривается в деле о банкротстве должника.
В случае отчуждения супругом имущества, подлежащего передаче финансовому управляющему, он обязан передать в конкурсную массу денежные средства в сумме, эквивалентной полной стоимости данного имущества (если в реестр требований кредиторов должника включены, помимо прочего, общие долги супругов), или в сумме, превышающей то, что причиталось супругу до изменения режима собственности (если в реестр требований кредиторов включены только личные долги самого должника). При этом полученные от супруга денежные средства, оставшиеся после погашения требований кредиторов в соответствии с пунктом 6 настоящего постановления, подлежат возврату супругу.
В рассматриваемом случае, финансовый управляющий просил взыскать в конкурсную массу половину от стоимости реализованного бывшей супругой имущества.
Согласно справке №24-09-003-О-К0/1 стоимость Объекта 1 на дату отчуждения составляет 9 673 430 рублей.
Согласно справке №24-09-003-О-К0/2 стоимость Объекта 2 на дату отчуждения составляет 5 614 221 рублей.
Таким образом, по мнению финансового управляющего, сумма причитающаяся ФИО2 от продажи совместного имущества составляет 9 673 430 + 5 614 221 = 15 287 651/2 = 7 643 825,50 рублей.
Апелляционный суд полагает, что в рассматриваемом конкретном случае, с учетом отсутствия возражений кредиторов относительно возврата в конкурсную массу половины от стоимости реализованного имущества, имеется возможность применить последствия, заявленные финансовым управляющим.
Доводы отзыва на апелляционную жалобу фактически направлены на пересмотре судебных актов, которыми сделки уже признаны недействительными. Такие доводы не могут быть приняты апелляционным судом во внимание. Доказательств того, что денежные средства, вырученные от продажи ответчицей имущества, направлены на погашение общих долгов бывших супругов, в материалы дела не представлено.
Относительно довода о пропуске срока исковой давности, апелляционный суд отмечает следующее.
Исковая давность является гражданско-правовым инструментом защиты ответчика от предъявленного ему иска. Срок исковой давности начинает свое течение с момента возникновения какого-либо события, положенного в основу иска, но с учетом того, когда потенциальный истец, действуя разумно и осмотрительно, узнал или должен был узнать о нарушении его прав. В любом случае, закон не может допустить ситуацию, при которой срок исковой давности может переноситься на неопределенное время.
В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
По своей правовой природе брачный договор является разновидностью двусторонней сделки, но имеющей свою специфику, обусловленную основными началами (принципами) семейного законодательства.
Поскольку для требования супруга по части 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации о признании брачного договора недействительным Кодексом срок исковой давности не установлен, то к такому требованию супруга исходя из положений статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации в целях стабильности и правовой определенности гражданского оборота применяется срок исковой давности, предусмотренный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованиям о признании сделки недействительной.
В рассматриваемом случае, как следует из Постановления апелляционного суда от 31.05.2023, сделки квалифицированы как недействительные по статьям 10 и 168 ГК РФ.
Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" следует, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).
Апелляционным судом установлено, что в июле 2022 года финансовый управляющий обратился с заявлением о признании брачного договора (и дополнительного соглашения к нему) недействительной сделкой и определение от 27.12.2022 вступило в законную силу в мае 2023 года, тогда как с настоящим заявлением о применении последствий финансовый управляющий обратился не позднее июля 2024 (исходя из определения о принятии заявления к производству), то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.
Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.
Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.
Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2024 по делу № А56-8896/2022/сд.1 отменить.
Заявление удовлетворить.
Применить последствия признания брачного договора от 12.01.2019 и дополнительного соглашения к нему от 23.01.2019 недействительными сделками в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 7 643 825,50 руб.
Взыскать с ФИО3 в конкурсную массу должника 10 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе и 6 000 руб. государственной пошлины по заявлению.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.
Председательствующий
Н.В. Аносова
Судьи
Д.В. Бурденков
А.Ю. Сереброва