Постановление по делу № Ф09-631/2025 от 20.05.2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-631/25

Екатеринбург

20 мая 2025 г.

Дело № А07-27720/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 мая 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О.Н.,

судей Павловой Е.А., Артемьевой Н.А.

при ведении протокола помощником судьи Карасевой В.К. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мортехнологии» на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2024 по делу № А07-27720/2022 Арбитражного суда Республики Башкортостан.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие:

представитель ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 05.06.2024 № 77 АД 6958301);

представитель ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 14.06.2024 № 77 АД 5056637);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Мортехнологии» – ФИО5 (паспорт, доверенность от 28.01.2025);

представитель ФИО6 – ФИО7 (паспорт, доверенность от 21.06.2024 № 02 АА 6539312).

Общество с ограниченной ответственностью «Мортехнологии» (далее – общество «Мортехнологии», истец) обратилось с исковым заявлением к ФИО1, ФИО3, ФИО8, ФИО9, ФИО6 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности 19 558 942,52 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.01.2024 исковые требования удовлетворены, с ФИО1, ФИО3, ФИО8, ФИО9, ФИО6 в пользу общества «Мортехнологии» взыскано солидарно 19 558 942,52 руб. убытков, а также 120 795 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2024 вышеуказанное решение от 30.01.2024 отменено. В удовлетворении заявления общества «Мортехнологии» о взыскании с ФИО1, ФИО3, ФИО8, ФИО9, ФИО6 в порядке субсидиарной ответственности 19 558 942 руб. 52 коп. - отказано. С общества «Мортехнологии» в пользу ФИО1, ФИО3, ФИО6, ФИО8 взыскано по 3 000 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины за рассмотрение их апелляционных жалоб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истец обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление от 12.12.2024 отменить, оставить в силе решение от 30.01.2024.

По мнению заявителя, вопреки доводам ответчиков, они были извещены о судебном заседании надлежащим образом.

Кассатор полагает, что вопреки выводам суда апелляционной инстанции, истцом не был пропущен срок исковой давности, так как о нарушении своего права истец узнал только 10.11.2021 – когда было прекращено исполнительное производство в связи с исключением Общества из ЕГРЮЛ, действующее законодательство не возлагает на кредитора обязательство на регулярной основе осуществлять мониторинг ЕГРЮЛ на предмет ликвидации должника.

При этом заявитель указывает, что ответчики не заявляли в суд первой инстанции о пропуске срока исковой давности.

Как считает податель жалобы, в материалы дела представлены исчерпывающие доказательства, подтверждающие неразумность действий контролирующих должника лиц (в том числе отсутствие осмотрительности при заключении договора аренды с банкротом-арендодателем).

С точки зрения кассатора, не обоснован вывод апелляционного суда о том, что по состоянию на 30.04.2015 стало очевидным, что задолженность погашена не будет.

Заявитель отмечает, что вопреки выводам апелляционной жалобы ФИО3, истец никогда не был аффилирован с Обществом.

Кроме того, кассатор ссылается на то, что суд апелляционной инстанции необоснованно сделал вывод о том, что к отношениям сторон не могут быть применены нормы пункта 3.1 статьи Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», так как ответчикам в вину вменялась не просрочка исполнения в 2015 году обязательств общества, а их собственные недобросовестные действия при ликвидации Общества, которая закончилась в мае 2019 года; кроме того такой вид ответственности не является законодательной новеллой (1064 ГК РФ).

ФИО3, ФИО1, и ФИО6 предоставили отзывы на кассационную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, жалобу заявителя без удовлетворения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «2К ИНВЕСТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 08.07.2013, а 23.05.2019 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись за ГРН 6197747577824 об исключении из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Согласно указанной выписке из ЕГРЮЛ с 03.05.2018 генеральным директором указанного общества являлся ФИО1.

До указанной даты генеральными директорами общества «2К ИНВЕСТ» являлись:

ФИО8 в период с 13.03.2015 по 26.01.2016.

ФИО3 в период с 20.02.2014 по 12.03.2015.

Участниками общества являлись: ФИО1, ФИО9 и ФИО6 по 1/3 части доли в уставном капитале.

Как следует из материалов дела, между обществом «Россо-Инвест» (Займодавец) и обществом «2К Инвест» (Заемщик) заключены договоры займа:

В 2014 году: № 2 от 30 апреля 2014 года, № 3 от 24 мая 2014 года, № 4 от 25 июня 2014 года, № 4/1 от 01 августа 2014 года, № 5 от 11 августа 2014 года, № 7 от 01 сентября 2014 года, № 8 от 28 октября 2014 года, № 9 от 12 декабря 2014 года,

В 2015 году: № 10 от 28 января 2015 года, № 11 от 02 марта 2015 года, № 12 от 23 марта 2015 года, № 13 от 03 апреля 2015 года, № 14 от 03 июня 2015 года, № 15 от 11 июня 2015 года (далее – «Договоры займа»), по условиям которых займодавец предоставляет заемщику заем на сумму 6 437 332 руб. 00 коп. под 8,7 % годовых.

В последующем, между обществом «Россо-Инвест» (займодавец (цедент)) и обществом «Мортехнологии» (истец, цессионарий) 11.06.2016 и 01.02.2017 заключили договоры уступки прав требования № 110716-Ц, согласно которым цедент уступил цессионарию права требования к обществу «2К Инвест» денежных средств, перечисленных цедентом заемщику по договорам займа.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.06.2018 по делу № А56-26929/2018 удовлетворено требование истца о взыскании долга по договорам займа в размере 6 437 332 руб. основного долга, 13 034 237 руб. 52 коп. неустойки, 87 373 руб. расходов по уплате государственной пошлины с общества «2К Инвест».

Постановлением судебного пристава-исполнителя Черемушкинского ОСП ГУФССП России по г. Москве ФИО10 от 26.08.2021 возбуждено исполнительное производство № 90980/21/77033-ИП на основании исполнительного листа № ФС 026114298 от 23.08.2018, выданного Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-26929/2018.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Черемушкинского ОСП ГУФССП России по г. Москве ФИО10 от 10.11.2021 исполнительное производство № 90980/21/77033-ИП прекращено в связи с исключением организации-должника из ЕГРЮЛ; из постановления также следует, что в рамках исполнительного производства № 90980/21/77033-ИП взысканий с общества «2К Инвест» не производилось, задолженность по исполнительному листу на дату прекращения исполнительного производства составляет 19 558 942 руб. 52 коп.

Ссылаясь на то, что совместные действия ответчиков привели к нарушению права истца на получение исполнения долга от основного должника – общества «2К Инвест», истец обратился в суд с иском.

Суд первой инстанции, в отсутствии возражений и какой-либо процессуальной позиции со стороны ответчиков, удовлетворил заявленные истцом требования в полном объеме.

Пересмотрев обособленный спор в порядке апелляционного производства, апелляционный суд, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства и доводы сторон, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований общества «Мортехнологии».

При этом суд руководствовался следующим.

Ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в силу пунктов 1, 2 которой лицо, чьи права нарушены, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

По пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность.

Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом Предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт 5 пункта 5 статьи 21.1. Закона № 129-ФЗ). Согласно части 3 статьи 64.2 Гражданского Кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

Соответственно, исходя из норм действующего законодательства лицом, имеющим право требовать возложения субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью, исключенного из ЕГРЮЛ как недействующего, на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от его имени, является кредитор такого общества по неисполненному обязательству.

Судами установлено, что общество «2К ИНВЕСТ» 23.05.2019 исключено в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

В данном случае общество исключено из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, что влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства, а именно на лиц, которые контролировали должника и при этом действовали недобросовестно, может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам контролируемого должника.

Абзацем 2 пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ установлены условия возложения субсидиарной ответственности на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от его имени, такая ответственность возникает, в случае если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, в силу чего, возложение на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от имени общества, обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по общим правилам, установленным статьей 15 Кодекса.

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращении юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

Само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из ЕГРЮЛ, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, в предмет доказывания по настоящему спору входит совокупность следующих обстоятельств: противоправность поведения ответчика, возникновение негативных последствий на стороне истца в виде ущемления его материальных прав, причинно-следственная связь между действиями ответчика и нарушением материальной сферы истца.

Истцом в качестве основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности указано бездействие, выразившееся в наличии непогашенной задолженности перед кредитором, о которой ответчики знали (должны были знать), однако мер по ее погашению не предпринимали, равно, как умышленно не устраняли причины, вследствие которых общество было исключено из ЕГРЮЛ.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо-потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется представление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Конституционный суд Российской Федерации в Постановлении от 07.02.2023 года № 6-П закрепил правило распределения бремени доказывания для кредиторов-предпринимателей при привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Суд констатировал, что у кредиторов-предпринимателей есть объективные трудности в сборе доказательств при подаче иска о привлечении к субсидиарной ответственности вне дела о банкротстве.

В этой ситуации вина контролирующих лиц предполагается, если есть следующие обстоятельства: - кредитор действует добросовестно; - у кредитора нет доступа к сведениям и документации о хозяйственной деятельности должника; - контролирующее лицо не дает достаточных пояснений об управлении компанией должником, о причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности; - контролирующее лицо не представляет доказательств правомерности своего поведения.

Таким образом, вина лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, предполагается пока ими не доказано иное.

В рассматриваемом споре, договоры, на которых основаны требования истца к обществу «2К Инвест», были заключены обществом «2К Инвест» и обществом «Россо-Инвест» (правопредшественник истца до уступки требований) в период с 30.04.2014 по 11.06.2015 (как следует из имеющейся в материалах дела выписки с расчетного счета, непосредственно истец (общество «Мортехнологии») 06.03.2014 также вступило в заемные отношения с обществом «2К Инвест» (заем на 2 млн рублей)).

В данный период руководство деятельностью общества «2К Инвест» осуществляли:

единоличным исполнительным органом являлись:

- ФИО3 (с 20.02.2014 по 13.03.2015),

- ФИО11 (с 13.03.2015 до 25.06.2016),

- ФИО1 (с 27.06.2016);

участниками общества:

- ФИО6 (весь период существования общества «2К Инвест»),

впоследствии (с 15.03.2016) в состав участников общества «2К Инвест» также вошли ФИО12 и ФИО1, которые сохраняли статус участников общества «2К Инвест» до ликвидации данной компании.

Поскольку ответчиками ФИО6, ФИО1 и ФИО3 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, судом проверены указанные обстоятельства.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» закреплено, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. По смыслу указанной нормы, а также пункта 3 статьи 23 ГК РФ, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска (пункт 12 постановления № 43).

В силу статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истечение срока исковой давности, о которой заявлено ответчиком, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В настоящем случае о нарушении своего права на получение исполнения от основного должника-общества «2К Инвест» и о том, что невозможность такого исполнения обусловлена недобросовестными действиями (бездействиями) ответчиков, истец мог узнать не ранее таких действий, то есть не ранее 23.05.2019 (момента исключения общества из ЕГРЮЛ).

При этом суд принял во внимание следующие обстоятельства:

Между обществом «2К Инвест» и обществом «Россо-Инвест» (первоначальный кредитор) заключены договоры займа в 2014-2015 гг., предусматривающие следующие срока возврата:

Договоры займа, заключенные в 2014 (за период с 30.04.2014 по 12.12.2014) – срок возврата один год

Договоры займа, заключенные в 2015 (за период с 28.01.2015 по 11.06.2015) – срок возврата через 6 месяцев после выдачи.

Таким образом, все займы на общую сумму 6 437 332 руб. должны быть возвращены не позднее декабря 2015 года.

Между тем, суд указал, что осознавая, что обязательства по возврату займов не буду исполнены, общество «Россо-инвест» уступает обществу «Мортехнологии» право требование к должнику на взыскание задолженности на основании договоров уступки права требования от 11.06.2016 и от 01.02.2017.

Поскольку общество «2К Инвест» не возвратило заем и новому кредитору, общество «Мортехнологии» обратилось в суд с исковым заявлением о взыскании с общества задолженности.

12.06.2018 решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербург исковые требования общества «Мортехнологии» удовлетворены в полном объеме.

20.08.2018 истец обратился в службу судебных приставов с заявлением о возбуждении исполнительного производства.

26.03.2019 исполнительное производство прекращено.

23.05.2019 уполномоченным органом внесена запись в ЕГРЮЛ об исключении юридического лица из реестра.

Следователь, было отмечено, что именно с даты исключения общества из ЕГРЮЛ кредитору должно быть известно о невозможности получении удовлетворения путем взыскания задолженности с общества и возникновении у него право на обращение с требованием к контролирующим должника лицами о взыскании убытков.

В то же время, через два года кредитор обращается снова в службу судебных приставов с заявлением о возбуждении исполнительного производства с целью принудительного взыскания задолженности, то есть когда должник как юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ.

26.08.2021 судебным приставом-исполнителем выносится постановление о возбуждении исполнительного производства.

10.11.2021 исполнительное производство прекращено в связи с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ.

С исковым заявлением общество «Мортехнологии» о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности обращается 12.09.2022. Срок исковой давности истекает 23.05.2022, в связи с чем, апелляционный суд пришел к выводу, что истец обратился в суд за защитой своего права с пропуском срока исковой давности.

Довод истца о том, что ему стало известно о ликвидации юридического лица из содержания постановления службы судебных приставов о прекращении исполнительного производства в связи с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ от 12.06.2021, был отклонен судом в силу следующего:

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

Однако после судебного взыскания задолженности с общества с ограниченной ответственностью, не исключенного из ЕГРЮЛ, а, значит, презюмируемо действующего, кредитор имеет разумные ожидания удовлетворения своих притязаний за счет имущества юридического лица, за которое по общему правилу не отвечают ни его руководитель, ни участники (пункт 2 статьи 56 ГК РФ).

Особенностями привлечения к субсидиарной ответственности при административной ликвидации обществ с ограниченной ответственностью является, прежде всего, факт такой ликвидации общества в порядке статьи 64.2 ГК РФ и статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ, ранее наступления которого не может начать течь исковая давность, поскольку именно с ним пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ связывает право кредитора на привлечение контролирующего должника лицо к субсидиарной ответственности, отождествляя исключение общества из ЕГРЮЛ с отказом основного должника от исполнения обязательства (абзац второй пункта 1 статьи 399 ГК РФ), устраняющим почву для разумных ожиданий кредитора на получение от него предоставления.

При этом для начала течения срока исковой давности кредитор должен быть осведомлен о ликвидации должника в административной процедуре, однако, он не обязан каждодневно проверять сведения ЕГРЮЛ без веских поводов для этого, так как подобное действие не входит в общий стандарт осмотрительности при поведении в гражданском обороте (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2020 № 303-ЭС19-25156). Кредитор может по уважительным причинам узнать об исключении общества из ЕГРЮЛ позже свершения этого юридического факта, что должно сдвигать начало течения субъективного срока исковой давности (пункт 1 статьи 196 ГК РФ) в пределах объективного срока исковой давности (пункт 2 статьи 196 ГК РФ, пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Поскольку предполагается, что факт нарушения права кредитора обществом-должником к этому моменту уже наступил (срок исполнения обязательства истек, и оно не исполнено), то срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующее должника лицо к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда кредитор общества узнал или должен был узнать: (1) об административной ликвидации общества; (2) о лице, имеющем статус контролирующего; (3) о его неправомерных, то есть недобросовестных или неразумных, исходя из критериев пунктов 2-5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», действиях (бездействии), выходящих за пределы обычного делового (предпринимательского) риска и причинивших вред кредиторам (по аналогии с пунктом 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Суд счел, что истец в данном случае не привел каких-либо обоснованных доводов со ссылкой на конкретные обстоятельства о наличии объективных причин, препятствовавших осведомленности истца о данном обстоятельстве ранее указанной им даты, в связи с чем, у суда отсутствуют основания для исчисления начала срока течения исковой давности с иной даты.

Как было указано со ссылкой на положения абзаца 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», определяя момент начала течения срока исковой давности по требованию, момент возникновения осведомленности у управомоченного лица о котором поставлен в зависимость от ряда субъективных факторов, с трудом поддающихся оценке с точки зрения объективной достоверности, суду следует руководствоваться поведением, ожидаемым от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Вместе с тем, суд отметил, что итоговый судебный акт об удовлетворении требований истца, предъявленных ко взысканию в порядке субсидиарной ответственности в рамках настоящего дела, вступил в законную силу 12.07.2018, тогда как решение о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ принято регистрирующим органом 06.02.2019, а исключение основного должника по указанному требованию из ЕГРЮЛ произошло 23.05.2019. Более того, истец вместо обращения в суд с требованием о взыскании задолженности в порядке субсидиарной ответственности, осознавая, что судебный акт не исполняется в течение длительного времени, у общества отсутствуют активы, повторно обращается в службу судебных приставов с заявлением о возбуждении исполнительного производства.

Таким образом, было заключено, что в данном случае срок давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности истек 23.05.2022.

В обоснование заявленных требований истец указал, что признаки неплатежеспособности общества «2К Инвест» возникли уже в июле 2016 года (начало просрочки по заемным обязательствам по договорам общества «2К Инвест» и общества «Россо-Инвест», подтверждается решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.06.2018 по делу № А56-26929/2018).

Учитывая сложившиеся между должником и обществом «Россо-Инвест» правоотношения, отсутствие предъявления первоначальным кредитором обществом «Россо-Инвест» требований о возврате задолженности при наступивших сроках возврата, суд пришел к выводу о том, что между обществами «2К Инвесит» и «Россо-Инвест» существовала фактическая заинтересованность и, по сути, общество «Россо-Инвест» осуществляло финансирование деятельности должника.

Существующие между независимыми участниками гражданского оборота отношения по предоставления займа складываются таким образом, что в случае невозврата заемных средств заемщиком в течение длительного периода времени, кредитор совершает действия по претензионной работе и впоследствии обращается в суд за защитой своих прав в целях принудительного взыскания задолженности.

В рассматриваемом случае, как указал суд, общество «Россо-Инвест» было заинтересованно в развитие бизнеса должника и осуществляло финансирование деятельности, по сути, вкладывая в развитие бизнеса, с целью дальнейшего получения части прибыли от деятельности общества.

Так, как было выше указано, в 2014 годы займы предоставлялись в течение 6 месяцев регулярно: начиная с 30.04.2014 по 12.12.2014, со сроком возврата 1 год, то есть займы должны были возвращаться с 30.04.2015 по 12.12.2015.

В последующем обществом «2К Инвест» приобретаются займы в 2015 году: с 28.01.2015 по 11.06.2015, срок возврата через 6 месяцев.

При этом, обществом займы не возвращены. Вместе с тем, с 30.04.2015 кредитору очевидно известно, что займы не будут возвращены, тем не менее, в отсутствие предъявления претензий по истребованию долга, он продолжает предоставлять займы в 2015 году. Суд счел, что такое поведение не свойственно независимым участникам гражданского оборота.

В материалы дела представлена выписка общества «2К Инвест» по счету № 40702810300090021020, открытому в АО «Русский Строительный Банк», из которой следует, что всего поступлений по счету 9 320 092, 24 руб., из них средств, поступивших по договору займа – 7 930 132 руб.: 2 000 000 руб. (06.04.2014), 2 000 000 руб. (05.05.2014), 845 000 руб. (28.05.2014), 715 000 руб. (27.06.2014), 410 132 руб. (06.08.2014), 384000 руб. (03.08.2014), 345 000 руб. (30.10.2014), 341 000 руб. (13.11.2014), 240 000 руб. (16.12.2014), 150 000 руб. (03.03.2015), 150 000 руб. (23.03.2015), 50 000 руб. (08.04.2015), 150 000 руб. (05.06.2015), 100 000 руб. (09.06.2015), 50 000 руб. (16.06.2015); - иные поступления (реализация купонов, оплата сертификатов, перевод средств по пласт. картам): 1 389 960, 24 руб.; - всего расходов – 9 319 915, 45 руб. Из анализа вышеуказанной выписки следует, что общество не осуществляло приносящую доход деятельность, фактически существовало за счет заемных средств, отсутствие собственных источников средств (выручки от реализации) для погашения текущих затрат привело к неплатежеспособности должника.

Ответчики пояснили, что денежные средства общество «2К Инвест» привлекало для осуществления хозяйственной деятельности, а именно открытие салона красоты, в связи с чем, необходим был начальный капитал. Полученные в заем денежные средства направлялись на оплату арендных платежей, в связи с размещением салона в арендуемом помещении, оплату коммунальных услуг, приобретение технологического оборудования и инвентаря, закупки товаров и расходных материалов, а также выплату заработной платы. Данные расходы подтверждены выпиской с расчетного счета должника. Осуществлять погашение займов планировалось за счет выручки, полученной обществом от деятельности салона красоты. ФИО3 .в письменных пояснениях от 02.12.2024 поясняет, что Общество рассчитывало, что в результате деятельности в 2014 прибыль от деятельности салона будет составлять приблизительно 500 000 руб., однако, в связи с открытием салона только в июне 2014 и неполной укомплектованностью салона красоты на первоначальном этапе его работы, прогнозируемая прибыль общества на оказываемых услуг не была получена. Кроме того, ФИО3 указывает на аффилированность обществ: «2К Инвест», «Мортехнологии», «Россо-Инвест». Финансирование салона носило компенсационный характер.

Как было отмечено, сам по себе факт предоставления должнику денежных средств по договорам займа, в целях финансирования текущей деятельности должника, свидетельствует о том, что должник испытывал недостаток оборотных средств и не мог исполнять текущие обязательства за счет получаемой выручки от осуществления деятельности.

Указанная модель финансирования хозяйствующего субъекта не является обычной хозяйственной деятельностью. Невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пунктом 2 статьи 811, статьей 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность. Авансирование осуществлялось в условиях объективной неплатежеспособности должника, поскольку у него отсутствовали собственные средства для оплаты оборудования, и направлялось на расчеты с внешними кредиторами.

В рассматриваемом случае суд констатировал, что основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, ввиду недоказанности наличия причинно-следственной связи между наступившими убытками истца и противоправным поведением, недобросовестными действиями (бездействием) ответчиков, отсутствуют.

Суд округа полагает, что итоговые выводы суда апелляционной инстанций об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований – соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства. Доводы о необоснованности восстановления апелляционным судом срока на апелляционное обжалование отклоняются судом округа как безосновательные. Изложенные в кассационной жалобе иные доводы являлись предметом проверки апелляционного суда, получили надлежащую правовую оценку, не свидетельствуют о нарушении судом норм права при принятии обжалуемого судебного акта, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Выводы апелляционного суда основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2024 по делу № А07-27720/2022 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мортехнологии» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Н. Новикова

Судьи Е.А. Павлова

Н.А. Артемьева