ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Омск
22 декабря 2025 года
Дело № А46-16325/2022
Резолютивная часть постановления объявлена 08 декабря 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 22 декабря 2025 года
Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Губиной М.А.,
судей Брежневой О.Ю., Дубок О.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Омаровой Б.Ш., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-8224/2025) ФИО1 на определение Арбитражного суда Омской области от 03 октября 2025 года по делу № А46-16325/2022 (судья Базанова О.В.), вынесенное по результатам рассмотрения жалобы (вх. № 182862 от 17.06.2025) конкурсного кредитора ФИО1 (г. Омск) на действия (бездействия) финансового управляющего имуществом должника ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Междуреченск Кемеровской обл., ИНН <***>; СНИЛС <***>; адрес: <...>) ФИО3 и о взыскании в конкурсную массу должника с ФИО3 убытков в размере 3 378,36 руб., при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области (644007, <...>); саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих» (443072, <...> литера А, к. 8); страховой компании «Британский страховой дом» (127051, <...>),
при участии в судебном заседании: ФИО1 лично;
посредством системы веб-конференции финансового управляющего ФИО3 лично,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 (далее – ФИО2, должник) обратился 19.09.2022 в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).
Определением Арбитражного суда Омской области от 26.09.2022 заявление принято, возбуждено производство по делу № А46-16325/2022, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.
Решением Арбитражного суда Омской области от 08.12.2022 (резолютивная часть от 05.12.2022) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.
Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 10.12.2022 № 230.
17.06.2025 в Арбитражный суд Омской области поступила жалоба (вх. № 182862) конкурсного кредитора ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель, кредитор) на действия (бездействия) финансового управляющего имуществом должника ФИО3 в рамках дела № А46-16325/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, в которой заявитель просит:
- признать незаконными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО3 как нарушающие положения Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), выразившиеся в неисполнении обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), в результате чего по его вине был причинен ущерб добросовестным кредиторам и конкурсной массе должника в сумме 3 378, 36 руб.;
- взыскать убытки с арбитражного управляющего в размере 3 378,36 руб.;
- взыскать судебные расходы по уплате государственной пошлины с арбитражного управляющего.
Определением Арбитражного суда Омской области от 24.06.2025 жалоба ФИО1 принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании на 21.07.2025, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, определено привлечь Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области, саморегулируемую межрегиональную общественную организацию «Ассоциация антикризисных управляющих» и страховую компанию «Британский страховой дом».
Согласно консолидированной позиции кредитора от 15.09.2025 требования изложены следующим образом:
- признать незаконными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО3 как нарушающие положения Закона о банкротстве, выразившиеся в неисполнении обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), в результате чего по его вине был причинен ущерб добросовестным конкурсным кредиторам ООО «ПКО «Феникс» и ФИО1 в сумме 3 378,36 руб.;
- возложить обязанность на финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 по возмещению убытков конкурсным кредиторам ООО «ПКО «Феникс» и ФИО1 в сумме 3 378,36 руб. в сумме 3 378,36 руб. в качестве меры гражданско-правовой ответственности;
- возложить обязанность по уплате положенной государственной пошлины в доход федерального бюджета по настоящей жалобе на финансового управляющего ФИО2 – ФИО3;
- возложить обязанность по возмещению расходов по уплате государственной пошлины 100 руб. в пользу ФИО1 по настоящей жалобе на финансового управляющего ФИО2 – ФИО3
Определением Арбитражного суда Омской области от 03.10.2025 в удовлетворении жалобы конкурсного кредитора ФИО1 на действия (бездействия) финансового управляющего имуществом должника ФИО2 ФИО3 и о взыскании в конкурсную массу должника с ФИО3 убытков в размере 3 378,36 руб. отказано.
Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, согласно которой просит определение Арбитражного суда Омской области от 03.10.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования конкурсного кредитора.
В обоснование апелляционной жалобы указывает, что суд первой инстанции ошибочно указал, что ФИО4 получила 3 378,36 руб. как часть возмещения. В действительности она, будучи недобросовестным кредитором по сделке, признанной недействительной, должна была получить лишь 1689,18 руб. после расчетов с другими кредиторами третьей очереди, но получила эту сумму одновременно с ними. Фактически деньги получил ФИО5, не являющийся участником дела. Суд также неверно истолковал цель заявителя, обвинив его в попытке изменить очередность, хотя он требовал лишь применения установленного законом для недобросовестных кредиторов порядка.
Судом первой инстанции не учтено вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции, установившее недобросовестность ФИО4 и недействительность сделки, что влечет особые последствия в процедуре банкротства согласно пункту 4 статьи 134 и пункту 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве.
Суд первой инстанции не дал оценки представленным документам (консолидированной позиции, возражениям кредитора).
Действия финансового управляющего по перечислению средств ФИО5 прямо нарушают положения Закона о банкротстве, что подтверждается платежным поручением, а не общим правилом статьи 312 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), на которое сослался суд.
Суд первой инстанции ошибочно отказался применять специальный порядок удовлетворения требований по недействительным сделкам (статья 61.6 Закона о банкротстве).
Помимо прочего, суд первой инстанции неправильно квалифицировал требование о взыскании убытков и допустил процессуальные нарушения. Требование заявителя о возмещении убытков является мерой гражданско-правовой ответственности управляющего на основании статьи 20.4 Закона о банкротстве, а суд ошибочно расценил его как имущественное требование, что повлияло на расчет госпошлины.
Обжалуемое определение не отражает окончательные требования заявителя, не содержит мотивов отклонения его доводов и представленных доказательств, включая ссылки на судебную практику.
Более подробно доводы изложены в тексте апелляционной жалобы.
Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2025 апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению на 08.12.2025.
Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, месте и времени судебного заседания размещена судом в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в сети Интернет в разделе «Картотека арбитражных дел».
04.12.2025 от финансового управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Финансовый управляющий указывает, что кредитор не исполнил возложенное на него бремя доказывания, не представив доказательств незаконности, недобросовестности или неразумности оспариваемых действий и причинной связи между ними и нарушением своих прав. Все действия управляющего по выплатам совершены в исполнение вступивших в законную силу судебных актов. В частности, требование ФИО4 было на законном основании включено в реестр требований кредиторов определением от 12.07.2023, которое не обжаловалось и приобрело законную силу, установив как размер долга, так и его очередность. Сам ФИО1, имея с декабря 2022 года статус лица, участвующего в деле, не воспользовался своим правом заявлять возражения против требования ФИО4 или обжаловать указанное определение.
Финансовый управляющий подчеркивает, что сделка, на которой основано требование ФИО4, была признана недействительной судом общей юрисдикции по общим основаниям гражданского законодательства до возбуждения дела о банкротстве, а не по специальным основаниям Закона о банкротстве. Следовательно, к ней не применим особый порядок удовлетворения после расчетов с иными кредиторами третьей очереди, предусмотренный пунктом 4 статьи 134 и пунктом 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве. На момент выплат ФИО4 имела равное с другими кредиторами третьей очереди право на пропорциональное возмещение.
Что касается перечисления средств на счет ФИО5, то данное действие было совершено на основании прямого указания (уведомления) самого кредитора - ФИО4, что соответствует общему правилу статьи 312 ГК РФ об исполнении обязательства лицу, указанному кредитором, и не нарушает прав других участников.
Финансовый управляющий также оспаривает довод о необходимости «вернуть в конкурсную массу» 400 000 руб., указывая на отсутствие как судебного акта с таким требованием, так и доказательств наличия этих денежных средств у должника в натуре.
Более подробно позиция изложена в тексте отзыва.
В заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 поддержал доводы отзыва, просил приобщить к материалам дела письменную позицию, определение Арбитражного суда Омской области от 03.10.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования конкурсного кредитора.
Финансовый управляющий поддержал доводы отзыва, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, не возражал против приобщения письменных пояснений к материалам дела.
Судебное заседание проведено при имеющейся явке в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела, в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 АПК РФ.
Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.
Как следует из материалов дела, полагая, что финансовый управляющий ФИО3 ненадлежащим образом исполнил свои обязанности, допустив существенные нарушения порядка расчетов с кредиторами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Омской области с жалобой на его действия (бездействие).
ФИО1 указывает, что финансовый управляющий незаконно произвел расчет с недобросовестным кредитором ФИО4, чье требование основано на сделке, признанной недействительной, одновременно с добросовестными кредиторами, тогда как по смыслу Закона о банкротстве такое требование должно удовлетворяться в особом порядке - после завершения расчетов со всеми иными кредиторами третьей очереди.
Кроме того, ФИО1 указывал, что денежные средства были перечислены не самому кредитору, а третьему лицу, не участвующему в деле, что также является нарушением положений закона о банкротстве и порядка удовлетворения требований кредиторов и расчетов с последними в процедуре.
В результате этих действий, по мнению заявителя, добросовестным кредиторам, включая его самого, был причинен ущерб в виде недополученной части конкурсной массы, что явилось основанием для обращения с рассматриваемым заявлением.
Отказывая в удовлетворении требований кредитора, суд первой инстанции исходил из следующего.
Судом установлено, что требование ФИО4 включено в реестр требований кредиторов на основании вступившего в законную силу определения от 12.07.2023, которое заявителем не обжаловалось, а финансовый управляющий действовал в соответствии с данным судебным актом, исполняя возложенную на него обязанность, учтя данное требование в реестре и пропорционально направив на его удовлетворения денежные средства из конкурсной массы наряду с другими кредиторами той же очередности.
При рассмотрении доводов о необходимости применения особого порядка удовлетворения требования ФИО4, суд указал, что данный порядок, предусматривающий расчеты после завершения удовлетворения иных кредиторов третьей очереди, применяется исключительно к требованиям, основанным на сделках, признанных недействительными по специальным основаниям Закона о банкротстве, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3. В рассматриваемом случае сделка была признана недействительной решением суда общей юрисдикции по общим основаниям гражданского законодательства, что исключает применение специального режима банкротного права.
Действия финансового управляющего по перечислению денежных средств на счет ФИО5 были совершены по прямому указанию кредитора – ФИО4, что соответствует общему правилу об исполнении обязательства управомоченному лицу, закрепленному в статье 312 ГК РФ.
Поскольку представленные доказательства и доводы кредитора не подтвердили факта совершения финансовым управляющим противоправных действий, причинения убытков и наличия причинно-следственной связи между его поведением и заявленным ущербом, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований о взыскании убытков и признании действий управляющего незаконными.
Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и поступившего на нее отзыва, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.
Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве)
В силу пунктом 1 статьи 213 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.
Участие финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина является обязательным (статья 213.9 Закона о банкротстве).
Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен положениями пунктов 7 - 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания его действий и бездействия незаконными.
В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда в рамках дела о банкротстве должника не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.
По смыслу приведенной нормы, кредиторам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.
При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав кредитора.
Согласно пункта 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным Федеральным законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой.
В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.
Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с Законом о банкротстве или федеральными стандартами, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве (пункт 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве).
Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей); факта несоответствия этих действий требованиям разумности; факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности.
Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми в вину неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.
При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания распределяется следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего, а также то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, арбитражный управляющей обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.
Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.
Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150).
Ответственность арбитражного управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 ГК РФ.
В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между такими действиями и возникшими убытками, наличие понесенных убытков и их размер. Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.
В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Таким образом, для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, истец должен доказать факт наступление вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вину причинителя вреда (часть 1 статьи 65 АПК РФ).
Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков и влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований об их возмещении.
В силу положений статьи 65 АПК РФ доказыванию по делу подлежат неисполнение (ненадлежащее исполнение) финансовым управляющим своих обязанностей, наличие убытков (реальная возможность несения убытков) должника или кредиторов вследствие таких действий, а также факт нарушения прав и интересов заявителя жалобы.
Обращаясь в арбитражный суд первой инстанции с жалобой на действия финансового управляющего, ФИО1 указал на свое несогласие с требованием другого конкурсного кредитора ФИО4, которое он считает необоснованным и не подлежащим удовлетворению наряду с требованиями иных кредиторов должника.
Податель жалобы указывает, на недобросовестность должника и кредитора, а также на то, что, по его мнению, финансовый управляющий должника не принял мер по оспариванию необоснованных требований кредитора ФИО4, предъявленных в деле о банкротстве, в результате чего ФИО4 получила часть возмещения из конкурсной массы в размере 3 378,36 руб., что повлекло за собой причинение убытков иным кредиторам.
Оспаривая данный довод, финансовый управляющий указал, что в соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.
Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.
Пунктом 1 статьи 100 Закона о банкротстве предусмотрено, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе конкурсного производства.
Указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.
В соответствии с пунктом 8 статьи 100 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент предъявления и рассмотрения требования соответствующего кредитора) требования кредиторов, предусмотренные настоящей статьей, рассматриваются судьей арбитражного суда в течение тридцати дней с даты истечения срока предъявления возражений.
В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35, в редакции, действовавшей на момент предъявления и рассмотрения требования кредитора ФИО4) разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.
При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
При этом, по смыслу разъяснений, данных в пункте 30 Постановления № 35, в рассмотрении судом требования кредитора вправе участвовать любой другой кредитор, чье требование к этому моменту принято судом. Аналогично, в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, разъяснено, что с момента принятия судом требования кредитора к рассмотрению он вправе возражать против требований других кредиторов должника (в том числе обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное ими требование в деле о банкротстве).
Из материалов дела следует, что 05.12.2022 в Арбитражный суд Омской области поступило заявление кредитора ФИО1 о включении задолженности в размере 14 718 910,04 руб. в реестр требований кредиторов должника.
Определением Арбитражного суда Омской области от 28.12.2022 указанное требование принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.
09.02.2023 ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Омской области с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 400 000 руб.
Определением Арбитражного суда Омской области от 01.03.2023 указанное заявление принято и назначено к рассмотрению.
Определением Арбитражного суда Омской области от 12.07.2023 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование кредитора ФИО4 в размере 400 000 руб. – основной долг, без обеспечения залогом имущества должника.
Довод о том, что финансовый управляющий бездействовал и не оспаривал требование ФИО4, является несостоятельным ввиду следующего.
В соответствии с установленной законом процедурой рассмотрение и установление обоснованности требований кредиторов, предъявляемых в деле о банкротстве, является прерогативой арбитражного суда, а не усмотренческой обязанностью управляющего.
Как верно указал суд первой инстанции, ФИО1, чье требование было принято к производству 28.12.2022, с этого момента обладал полным объемом процессуальных прав лица, участвующего в деле, включая право на заявление возражений против требований других кредиторов и право на обжалование судебных актов по таким требованиям. Однако конкурсный кредитор указанными правами не воспользовался.
Определением Арбитражного суда Омской области от 12.07.2023 требование ФИО4 было признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов. Данный судебный акт не был обжалован ФИО1, а равно иными кредиторами и участвующими в деле о банкротстве лицами, и вступил в законную силу.
Таким образом, требование ФИО4 было установлено в установленном Законом о банкротстве порядке с предоставлением всем заинтересованным лицам, включая ФИО1, возможности заявить по нему возражения и впоследствии его обжаловать при несогласии с вынесенным судебным актом по результатам рассмотрения требования.
Действия финансового управляющего по исполнению вступившего в силу судебного акта, которым установлено требование кредитора и определена его очередность, не могут быть признаны незаконными или недобросовестными.
Как пояснил арбитражный управляющий, при рассмотрении вопроса об обоснованности требования ФИО4 финансовый управляющий исходил из фактов, установленных в рамках дела № 2-1997/2021, а также того обстоятельства, что 07.07.2023 имущество по реституционному требованию (½ доли в жилом помещении, расположенном по адресу: <...>) было возвращено в собственность должника.
В ходе судебного разбирательства арбитражным судом было установлено, что основанием для обращения ФИО4 в суд с требованием являлось вступившее в законную силу решение Ленинского районного суда г. Омска от 22.06.2022 по делу № 2-1997/2021, оставленное без изменения апелляционным определением Омского областного суда от 21.09.2022.
Указанным судебным актом удовлетворены исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи от 04.12.2019 ½ доли в квартире по адресу: <...>, заключенного между ФИО2 и ФИО4, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности за ФИО2 с должника в пользу ФИО4 взысканы 400 000 руб.
Довод о необходимости применения специального порядка удовлетворения требования ФИО4 по правилам пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве также подлежит отклонению.
Суд первой инстанции обоснованно указал, что судебный акт суда общей юрисдикции о признании сделки недействительной и взыскании 400 000 руб. в пользу ФИО4 был вынесен по общим основаниям гражданского законодательства без применения специальных норм Закона о банкротстве, регламентирующих последствия недействительности сделок и влекущих понижение очередности требования по оспоренной сделке.
В рамках рассмотрения требования ФИО4 о включении в реестр в деле о банкротстве суд установил наличие и размер денежного обязательства на основании вступившего в силу решения суда общей юрисдикции с учетом преюдициального характера соответствующего судебного акта (статья 69 АПК РФ).
Поскольку ФИО1 не заявил соответствующих возражений и ходатайств, а вынесенный судебный акт не обжаловал, оснований для пересмотра установленной очередности в рамках настоящего обособленного спора не имеется.
Вывод суда о том, что кредитор фактически пытается через жалобу на действия управляющего изменить содержание вступивших в законную силу судебных актов, является верным.
Кредитор по существу ставит вопрос не о том, что управляющий нарушил процедуру выплаты, а о том, что требование ФИО4 изначально не должно было удовлетворяться наравне с другими кредиторами или в той же очередности. Данный вопрос касается юридической квалификации требования, что является прерогативой суда при его установлении. Если заявитель считал, что суд, включая требование в реестр, неправильно применил нормы права (в частности, не учел положения статьи 61.6 Закона о банкротстве), он был обязан обжаловать именно это определение. Признание действий управляющего незаконными влечет за собой косвенную констатацию ошибочности вышеуказанного определения, что противоречит принципу окончательности судебных решений.
Таким образом, формально оспаривая действия по выплате, кредитор фактически просит, чтобы суд в рамках жалобы на управляющего переоценил правовую природу требования ФИО4, уже оцененную в другом судебном акте, изменил установленную этим актом очередность, сделал вывод о возникновении убытков у вследствие нарушения очередности.
Суд первой инстанции справедливо отметил, что довод заявителя об обязанности должника лично внести 400 000 руб. в конкурсную массу не основан на нормах Закона о банкротстве.
Как указал суд первой инстанции, решением Ленинского районного суда г. Омска от 22.06.2022 по делу № 2-1997/2021 применены последствия недействительности сделки в виде приведения сторон в первоначальное положение, а именно: погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о праве собственности на ½ доли в квартире по адресу: <...> и внесения (восстановления) записи о регистрации права собственности ФИО2 на указанную долю квартиры с ФИО2 в пользу ФИО4 взыскано 400 000 руб.
Указанный судебный акт обязал ФИО2 выплатить ФИО4 400 000 руб. как стороне по недействительной сделке, но не содержало и не могло содержать предписания о внесении этой суммы на специальный счет в деле о банкротстве, поскольку такое требование вытекает из иной правовой природы.
Финансовый управляющий в своей деятельности руководствуется не абстрактным долгом должника, а конкретным перечнем имущества, составляющим конкурсную массу (статья 131 Закона о банкротстве), и вступившими в силу судебными актами, определяющими состав и размер требований кредиторов. Его обязанностью является соразмерное удовлетворение установленных реестровых требований из выявленного и реализованного имущества. Довод же заявителя по сути направлен на конструирование некой новой обязанности управляющего - взыскать с должника лично 400 000 руб. как самостоятельную сумму для пополнения массы, что не предусмотрено законом. Конкурсная масса формируется за счет имущества должника, а не за счет его персональных денежных обязательств перед конкретным кредитором, которые уже учтены в реестре в виде требования этого кредитора.
Следовательно, суд первой инстанции правомерно исключил данный довод из предмета рассмотрения, поскольку он не относится к оценке правомерности поведения арбитражного управляющего в рамках исполнения им своих прямых обязанностей по распределению средств конкурсной массы между кредиторами, требования которых включены в реестр на законных основаниях.
Также кредитором указано, что погашение требований произведено лицу, не участвующему в рамках настоящего дела, а именно сыну ФИО4 – ФИО5 на сумму 1 689,18 руб., что, по мнению ФИО1, является нарушением Закона о банкротстве.
Как установлено судом первой инстанции при рассмотрении спора, ФИО4 обратилась к финансовому управляющему с заявлением об изменении реквизитов для перечисления в ее пользу денежных средств, указав реквизиты ФИО5
Перечисление финансовым управляющим денежных средств в пользу кредитора через расчетный счет третьего лица, по мнению ФИО1, принесло конкурсной массе убытки, поскольку перечислены с нарушением положений статей 16, 20.3, 34 Закона о банкротстве.
Оценив данный довод, суд первой инстанции, правомерно пришел к выводу о его необоснованности, основанном на неверном толковании норм права, исходя из следующего.
В силу пункта 1 статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
По смыслу пункта 1 статьи 312 ГК РФ обязательство может быть исполнено лицу, управомоченному кредитором.
ФИО4, будучи кредитором, чье требование было включено в реестр на основании вступившего в законную силу судебного акта, реализовала указанное право. Финансовый управляющий, будучи обязанным произвести расчет с кредитором, последовал ее законному распоряжению. Такие действия не выходят за пределы обычной практики и добросовестного исполнения обязанностей по осуществлению расчетов, поскольку не изменяют существо обязательства (кредитор остается тем же, сумма долга погашается в полном объеме) и не нарушают права иных лиц.
Утверждение кредитора о причинении убытков конкурсной массе является несостоятельным, так как основано на презумпции противоправности самого действия, которая судом была опровергнута. Конкурсная масса уменьшилась на законном основании - в счет погашения установленного судом долга перед конкретным кредитором наряду с иными кредиторами той же очередности, а не вследствие растраты или нецелевого расхода.
Суд первой инстанции также верно указал на отсутствие в материалах дела доказательств непринятия ФИО4 данного исполнения, что свидетельствует о фактическом погашении обязательства на указанную сумму.
Что касается доводов о возможном сокрытии средств, то они носят предположительный характер и, как справедливо отметил суд первой инстанции, не относятся к предмету настоящего спора о проверке законности конкретных действий управляющего. Предметом обособленного спора является соответствие действий управляющего закону, а не оценка потенциальных целей кредитора в распоряжении полученными средствами, если само получение было правомерным.
С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно установил, что доводы, приведенные в жалобе в подтверждение незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего, не находят своего подтверждения в материалах дела и не свидетельствуют о нарушении им норм действующего законодательства. В связи с этим требование конкурсного кредитора ФИО1 о взыскании с арбитражного управляющего убытков в размере 3 378, 36 руб. не имеет под собой правовых оснований и удовлетворению не подлежит.
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации № 305-ЭС24-15718 от 27.01.2025, деятельность арбитражного управляющего должна носить разумный и рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение банкротных процедур и прочих текущих платежей в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.
При обращении с заявлением о взыскании убытков, причиненных неправомерными действиями (бездействием) арбитражного управляющего, заявитель должен доказать сам факт причинения убытков и их размер, неправомерность действий (бездействия) арбитражного управляющего и наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями.
При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных условий.
Недоказанность заявителем одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.
Как справедливо отметил суд первой инстанции, ФИО1, не исполнил возложенную на него процессуальную обязанность по представлению надлежащих и достаточных доказательств, которые подтверждали бы совокупность юридически значимых для данного спора обстоятельств.
Для удовлетворения требований по жалобе на действия арбитражного управляющего необходимо было доказать не только сам факт конкретных действий или бездействия, но и их противоправный характер (несоответствие законодательству о банкротстве), а также причинно-следственную связь между этими действиями и наступившими негативными последствиями в виде нарушения прав или причинения убытков.
Материалы дела не содержат таких доказательств: отсутствуют подтверждения того, что действия управляющего ФИО3 выходили за пределы его законных полномочий, противоречили принципам разумности и добросовестности или непосредственно причинили ущерб интересам заявителя или конкурсной массе. В частности, оспариваемые выплаты были произведены на основании вступивших в законную силу судебных актов и по распоряжению самого кредитора, что само по себе не образует состава нарушения. Поскольку основополагающие элементы требований заявителя - противоправность и причинение вреда - остались недоказанными, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения жалобы и взыскания убытков.
При таких обстоятельствах, судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, с учетом заявленных предмета и оснований требований.
Доводы апелляционной жалобы признаются судом несостоятельными и не влияющими на правомерные выводы суда первой инстанции. Иное толкование заявителем жалобы положений закона не означает допущения судом первой инстанции при рассмотрении дела судебной ошибки.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены верно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка, нормы материального и процессуального права применены правильно, расходы по плате государственной пошлины распределены в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ и статей 333.18, 333.21, 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации.
При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).
Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.
Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
В силу подпункта 19 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ размер государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы для физических лиц составляет 10 000 руб.
Из материалов дела следует, что при подаче рассматриваемой апелляционной жалобы, ФИО1 была уплачена государственная пошлина в размере 100 руб.
Учитывая, что при принятии апелляционной жалобы апеллянту была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в размере 9 900 руб. с ФИО1 подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в указанном размере.
Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».
По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 156, 223, 268, 271, 272 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Омской области от 03 октября 2025 года по делу № А46-16325/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 9 900 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.
Председательствующий
М.А. Губина
Судьи
О.Ю. Брежнева
О.В. Дубок