АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, <...>

http://www.msk.arbitr.ru

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва Дело № А40-67996/25-147-447 02 сентября 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 01 сентября 2025года Полный текст решения изготовлен 02 сентября 2025 года

Арбитражный суд в составе: судьи Дейна Н.В. единолично

При ведении протокола судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению 1) ООО «Стер 23» (109052, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Нижегородский, ул. Нижегородская, д. 70, к. 1, помещ. 5/1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 11.06.2009, ИНН: <***>), 2) ООО «Лабстор» (107014, <...>, этаж 1 пом. IIIА комн 3 ОФ 7ОГРН: 1187746501667, Дата присвоения ОГРН: 23.05.2018, ИНН: <***>, КПП: 771801001)

к ФАС России (123001, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 19.04.2004, ИНН: <***>)

третьи лица – 1) ООО «Вендделис» (111024, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Лефортово, ул. Авиамоторная, д. 50, стр. 2, помещ. 11/14Ч, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 22.04.2013, ИНН: <***>, КПП: 772201001); 2) ООО «Стер Медикал» (107140, <...>, этаж 6 пом. 38 комн. 1 ОФ. 44, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 13.12.2019, ИНН: <***>, КПП: 770801001); 3) ООО «Лабкорп» (121069, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Арбат, ул. Поварская, д. 31/29, помещ. 5Н ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.08.2021, ИНН: <***>, КПП: 770401001)

о признании незаконным решения от 17.12.2024 г. по делу № 22/01/11-65/2024

при участии:

от заявителя – 1) ФИО2 (паспорт, диплом, по дов. от 19.03.2025 г.), 2) ФИО3 (удостов., диплом, по дов. от 20.03.2025 г.)

от ответчика – ФИО4 (удостов, диплом, по дов. от 10.01.2025 г.), от третьих лиц – 1) неявка, изв. 2) неявка, изв. 3) неявка, изв.

1

УСТАНОВИЛ:

ООО «Стер 23» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к ФАС России о признании незаконным решения от 17.12.2024 г. по делу № 22/01/11-65/2024. Заявление было принято к производству, возбуждено производство по делу № А40-67996/25-147-447.

ООО «Лабстор» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к ФАС России о признании незаконным решения от 17.12.2024 г. по делу № 22/01/11-65/2024. Заявление было принято к производству, возбуждено производство по делу № А40-74025/25-94-602.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 25 апреля 2025 года по делу № А40-74025/25-94-602 объединены в одно производство дела № А40-74025/25-94-602 и А40-67996/25-147-447 в одно производство для совместного их рассмотрения в рамках дела № А40-67996/25-147-447 с присвоением номера объединенного дела № А40-67996/25-147-447

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Вендделис», ООО «Стер Медикал», ООО «Лабкорп».

Представители заявителей поддержали заявленные требования.

Представитель заинтересованного лица возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве.

Третьи лица в судебное заседание не явились, в материалах дела имеются доказательства надлежащего извещения указанных лиц о дате, времени и месте судебного разбирательства. Дело рассмотрено в порядке ст. 156 АПК РФ.

Суд установил, что срок на обжалование ненормативных актов, установленный п. 4 ст. 198 АПК РФ заявителем не пропущен.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы заявителя и ответчика, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, суд считает, что требования заявителя не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст.13 ГК РФ ненормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина, может быть признан судом недействительным.

Согласно п.1 Постановления Пленума ВС РФ от 01.07.1996 г. № 6 и Пленума ВАС РФ № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если суд установит, что оспариваемый акт не соответствует закону или иным правовым актам и ограничивает гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, то в соответствии со статьей 13 ГК он может признать такой акт недействительным.

Как следует из материалов дела, 17 декабря 2024 г. Комиссией ФАС России вынесено решение по делу № 22/01/11-65/2024, в соответствии с которым ООО «Стер 23», ООО «Вендделис», ООО «Стер Медикал», ООО «Лабкорп» и ООО «Лабстор» признаны нарушившими п. 2 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», что выразилось в заключении и реализации антиконкурентного соглашения (картеля) между хозяйствующими субъектами- конкурентами, которое привело (могло привести) к поддержанию цен на торгах при проведении 167 электронных аукционов и 1 электронного запроса котировок на поставку медицинских расходных материалов и изделий, применяемых в медицинских целях, в период с 21.01.2021 по 16.01.2024, в том числе ГБУЗ города Москвы

«Госпиталь для ветеранов войн № 2 ДЗМ», осуществляющим деятельность по лечению и реабилитации участников боевых действий.

Не согласившись с данным решением, заявители обратились с рассматриваемыми заявлениями в Арбитражный суд города Москвы, оснований для удовлетворения которых у суда не имеется.

Согласно статье 4 Закона о защите конкуренции соглашение - договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

В силу пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами- конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к поддержанию цен на торгах.

В соответствии с частью 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции под соглашением понимается договорённость в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договорённость в устной форме.

С учетом положений пункта 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции соглашением хозяйствующих субъектов могут быть признаны любые договоренности между ними в отношении поведения на рынке, в том числе как оформленные письменно (например, договоры, решения объединений хозяйствующих субъектов, протоколы), так и не получившие письменного оформления, но нашедшие отражение в определенном поведении.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере от 16.03.2016, указал, что факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан, в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности, фактического поведения.

Для этого суд должен оценить полноту сбора доказательств, их «весомость» как в отдельности, так и в совокупности. Иной подход означает, что антиконкурентные соглашения недоказуемы в принципе. На необходимость такого подхода к оценке доказательств указал Арбитражный суд Московского округа в постановлениях от 31.10.2017 по делу № А40-213567/16 и от 11.11.2020 по делу № А40-151590/2019.

На особенности рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с доказыванием антиконкурентного соглашения, указал Верховный Суд Российской Федерации и в пункте 21 постановления Пленума от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» (далее — Постановление Пленума ВС РФ № 2): арбитражным судам следует учитывать, что наличие соглашения может быть установлено исходя из того, что несколько хозяйствующих субъектов намеренно следовали общему плану поведения (преследовали единую противоправную цель), позволяющему извлечь выгоду из недопущения (ограничения, устранения) конкуренции на товарном рынке.

Согласованность действий участников антиконкурентного соглашения может быть установлена и при отсутствии документального подтверждения наличия

договорённости об их совершении. Подтверждением согласованности поведения хозяйствующих субъектов, в частности, при участии в закупках могут служить косвенные доказательства, в связи с чем суд при оценке правомерности выводов антимонопольного органа о наличии в действиях хозяйствующих субъектов нарушения, должен оценить полноту сбора доказательств, их «весомость» как в отдельности, так и в совокупности. Иной подход означает, что антиконкурентные соглашения недоказуемы в принципе.

Антиконкурентное соглашение является моделью группового поведения хозяйствующих субъектов, состоящего из повторяющихся (аналогичных) действий, не обусловленных внешними условиями функционирования соответствующего товарного рынка, которая замещает конкурентные отношения между ними сознательной кооперацией,

Реализация участниками антиконкурентного соглашения (картеля) путем применения одной модели группового поведения была связана с осведомлённостью каждого из участников антиконкурентного соглашения о намерениях иных участников такого соглашения действовать определённым образом при отсутствии каких-либо внешних обстоятельств, в равной степени распространяющихся на каждого из участников на протяжении длительного периода времени, а также свидетельствует о согласованности воли каждого из участников действовать намеренно и сообразно с известными ему предполагаемыми действиями других участников.

Правовое значение взаимной обусловленности действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка, при доказывании антиконкурентных соглашений подтверждается Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.05.2021 по делу № А40-253778/18, оставленным без изменения Определением Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2021 № 305-ЭС20-7336.

Уклонение от дачи ценовых предложений либо отказ от участия в закупочной процедуре рассматривается в качестве своеобразной тактики поведения с целью предоставления необоснованной возможности иному участнику картельного соглашения заключить договор/контракт, действуя по заранее распределенным ролям.

В результате анализа поведения указанных хозяйствующих субъектов при участии в конкурентных процедурах, входящих в предмет рассмотрения дела № 22/01/11-65/2024 о нарушении антимонопольного законодательства, суд приходит к выводу, что Заявители отказывались конкурировать между собой с целью обеспечения победы конкретному участнику антиконкурентного соглашения.

Как установлено судом, с 2021 года хозяйствующими субъектами-конкурентами выдавались доверенности на получение электронных цифровых подписей общим сотрудникам, получившим подписи в один день с указанием общих адресов электронной почты, номера телефона. При этом, хозяйствующие субъекты-конкуренты заключали договоры поставок медицинских материалов и изделий с общими поставщиками, в некоторых случаях договоры заключались в один день. Кроме того, Обществами заключались договоры между собой на поставку медицинских материалов и изделий. Формирование НМЦК заказчиком основывалось на ценовой информации, поданной не менее 3 Обществами в один день с незначительной разницей в стоимости. В целях участия в торгах Общества использовали единые учетные записи для создания заявок и иных файлов закупочной документации. В ходе проведения торгов ответчики отказались от совместного участия в торгах, подавали заявки, ценовые предложения, заключали контракты, осуществляли авторизацию на электронных сервисах посредством единых IP-адресов, электронных цифровых подписей, аккаунтов на Единой системе идентификации и аутентификации, по единому адресу с минимальным снижением, либо без снижения НМЦК, фактически поддерживая цены на рассматриваемых торгах.

Указанное подтверждается следующей совокупностью доказательств.

1) Отказ Обществ от конкурентной борьбы, а также минимальное снижение начальной (максимальной) цены контракта (далее – НМЦК) при проведении Торговых процедур.

В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума ВС РФ № 2 при возникновении спора о наличии соглашения, запрещенного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, судам необходимо принимать во внимание, является ли достигнутый уровень снижения (повышения) цены обычным для торгов, которые проводятся в отношении определенных видов товаров; имеются ли в поведении нескольких участников торгов признаки осуществления единой стратегии; способно ли применение этой стратегии повлечь извлечение выгоды из картеля его участниками.

Минимальное снижение НМЦК позволяет участникам антиконкурентного соглашения достичь наибольшей выгоды от участия в недопустимом в соответствии с антимонопольным законодательством соглашении, при этом единая модель поведения участников антиконкурентного соглашения подтверждается сведениями о заранее согласованном порядке действий указанных хозяйствующих субъектов.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 30.03.2023 № 12-П указал, что факт наличия соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок. Наличие соглашения может быть установлено исходя из того, что несколько хозяйствующих субъектов намеренно следовали общему плану поведения (преследовали единую противоправную цель), позволяющему извлечь выгоду из недопущения (ограничения, устранения) конкуренции на товарном рынке.

Процент снижения на Торговых процедурах не является обычным. Так, Общества, принимавшие участие в торгах в рамках антиконкурентного соглашения (картеля), не конкурировали между собой в целях поддержания цен в рассматриваемых торгах (среднее снижение от суммы НМЦК на 2,6 %).

При этом в торгах, в которых участвовали иные участники, ценовые предложения достигали 86,02 %. Например, в закупке с номером извещения 0373200024422000791 максимальный процент снижения, достигнутый добросовестными участниками, составил 86,02 %; в закупке с номером извещения 0373200026123000382 максимальный процент снижения составил 52,29 %. В закупке с номером извещения 0373200015023000218 ООО «Стер 23» было вынуждено подать ценовое предложение в размере 41,00 % из-за участия добросовестного участника на аукционе; аналогично в закупке с номером извещения 0373200024423001516 ООО «Стер 23» было подано ценовое предложение в размере 40,69 % (Таблица № 11 приложения к Решению ФАС России).

В отсутствие добросовестных участников процент снижения НМЦК Обществами составил 0 %.

Средний процент снижения по всем кодам ОКПД 2, предметом которых являются медицинские расходные материалы и изделия, применяемые в медицинских целях, за 2022-2023 года составил 7,43 %.

Учитывая вышеизложенное, процент снижения, достигнутый Обществами в результате заключения, реализации соглашения, не является обычным, не соответствует экономическим показателям, обычно достигаемым при проведении торгов на поставку медицинских расходных материалов и изделий.

Минимальное снижение НМЦК позволяет участникам антиконкурентного соглашения достигать наибольшей выгоды от участия в недопустимом в соответствии с антимонопольным законодательством соглашении (картеле) путем заключения контрактов с заказчиками по ценам, максимально приближенным к начальным.

Проведенный сравнительный анализ участия в Торговых процедурах участников торгов показал активное снижение ими начальной (максимальной) цены контрактов в борьбе за контракт при их участии в торгах с третьими лицами, тогда как в отсутствие третьих лиц такая борьба между ними отсутствовала, что подтверждало наличие договоренностей между ними по совместному участию в торгах и отказ от конкурентной борьбы друг с другом, что в совокупности с иными собранными по делу доказательствами позволяет прийти к выводу о наличии антиконкурентного сговора (пункт 10 Обзора судебной практики, связанной с привлечением к административной ответственности за нарушения антимонопольного законодательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025).

Заявители указывают на то, что неучастие в ряде приведенных закупочных процедур вызвано экономической целесообразностью, а не сговором с иными участниками антиконкурентного соглашения.

Вместе с тем, формирование НМЦК заказчиком основывалось на ценовой информации, поданной не менее 3 Обществами в один день с незначительной разницей в стоимости.

Для формирования начальной (максимальной) цены контракта для торговых процедур использовались коммерческие предложения ООО «Стер 23», ООО «Стер Медикал», ООО «Вендделис», ООО «Лабкорп», ООО «Лабстор» в различных комбинациях, но не более трех хозяйствующих субъектов. При этом непосредственное участие в закупке принимал один из ответчиков по делу о нарушении антимонопольного законодательства.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 3.10 приказа Минэкономразвития России от 02.10.2013 № 567 «Об утверждении Методических рекомендаций по применению методов определения начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем)» запрос на предоставление ценовой информации (коммерческих предложений) направляется в адрес потенциальных поставщиков с указанием, в том числе основных условий исполнения контракта, заключаемого по результатам закупки, включая требования к порядку поставки продукции, выполнению работ, оказанию услуг, предполагаемые сроки проведения закупки, порядок оплаты, размер обеспечения исполнения контракта, требования к гарантийному сроку товара, работы, услуги и (или) объему предоставления гарантий их качества.

Учитывая вышеизложенное, подача коммерческих предложений Обществами свидетельствует о согласии поставить товар на условиях, установленных заказчиком в соответствии с запросами о предоставлении ценовой информации.

Таким образом, направление коммерческих предложений ООО «Стер 23», ООО «СтерМедикал», ООО «Вендделис», ООО «Лабкорп», ООО «Лабстор» в адрес заказчиков свидетельствует о возможности участия хозяйствующих субъектов-конкурентов в торговых процедурах. Однако в связи с заключением и дальнейшей реализацией антиконкурентного соглашения (картеля), Общества не участвовали

совместно в рассматриваемых торговых процедурах в целях поддержания цен на торгах на поставку медицинских расходных материалов и изделий.

Общества осуществляли одновременную подачу коммерческих предложений в адрес заказчиков в один день с минимальной разницей в цене таких коммерческих предложений. После одновременной подачи предложений подана единственная заявка на участие в закупке в отсутствие иных лиц, направивших коммерческие предложения.

В ходе проведения торгов Общества отказались от совместного участия в торгах, подавали заявки, ценовые предложения, заключали контракты, осуществляли авторизацию на электронных сервисах посредством единых IP-адресов, электронных цифровых подписей, аккаунтов на Единой системе идентификации и аутентификации,

по единому адресу с минимальным снижением, либо без снижения НМЦК, фактически поддерживая цены на рассматриваемых торгах.

Порядок действий ответчиков по делу о нарушении антимонопольного законодательства заранее известен каждому из них, что указывает на их согласованность и обосновывает наличие многократно повторяющейся модели поведения при переменном участии в торгах.

Кроме того, ООО «Лабстор», ООО «Лабкорп», ООО «Стер 23», ООО «Вендделис», ООО «Стер Медикал», являясь конкурентами на рассматриваемых торгах, осуществляли куплю-продажу товаров медицинского назначения между собой. Учитывая цели предпринимательской деятельности, в указанных действиях отсутствует экономическая обоснованность или целесообразность в связи с возможностью не достижения главной цели участников торгов — победы при проведении конкурентных процедур.

Поставка товаров медицинского назначения между Обществами, подача коммерческих предложений попеременно не более трех, а также подача заявки на участие в закупке только одним лицом, участником соглашения, в совокупности свидетельствует о намеренном отказе хозяйствующих субъектов-конкурентов от конкурентной борьбы за право заключения государственных контрактов. Поименованные действия с учетом доказательств, собранных ФАС России, свидетельствует о заключении и реализации антиконкурнетного соглашения (картеля) в целях поддержания цен на торгах.

Отказ от дальнейшей конкурентной борьбы друг с другом, который обеспечивал Обществам победу с незначительным снижением начальной (максимальной) цены контрактов, наряду со всеми собранными доказательствами свидетельствует об осуществлении единой стратегии, направленной на извлечение выгоды из картеля его участниками (пункт 10 Обзора судебной практики, связанной с привлечением к административной ответственности за нарушения антимонопольного законодательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025).

Как отмечено Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.06.2023 № 304-ЭС22-27912 по делу № А45-28299/2020, антимонопольное законодательство запрещает хозяйствующим субъектам вступать в сговор относительно их поведения при участии в торгах с целью нарушения механизма торгов — повышения, снижения или поддержания цен на торгах вследствие соглашения нескольких участников торгов, направленных на обеспечение победы в торгах одного из них и (или) исключение возможности победы на торгах иных субъектов, не являющихся участниками соглашения.

Антимонопольный орган доказывает только наличие соответствующего соглашения, которое признается нарушением пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции вне зависимости от результатов соответствующих торгов (пункт 11 Обзора судебной практики, связанной с привлечением к административной ответственности за нарушения антимонопольного законодательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2025).

2) Использование участниками антиконкурентного соглашения единой инфраструктуры при участии в Торговых процедурах.

Так, установлены обстоятельства использования единой инфраструктуры, в том числе сетевого оборудования для подключения к сети «Интернет», участия в торгах, подачи налоговой, бухгалтерской отчетности, подключения к Единой системе государственных услуг, Единому реестру участников закупок.

В качестве одного из косвенных доказательств реализации антиконкурентного соглашения выступает совпадение IP-адресов при участии в закупочных процедурах, что свидетельствует об использовании хозяйствующими субъектами-конкурентами

единой инфраструктуры для совершения юридически значимых действий на электронной торговой площадке.

Предоставление одного IP-адреса — уникального идентификатора устройства, подключенного к локальной сети или интернету — по разным фактическим адресам, в том числе одним и тем же провайдером, невозможно в силу того, что действующие стандарты DHCP (англ. Dynamic Host Configuration Protocol — протокол динамической настройки узла — сетевой протокол, позволяющий компьютерам получать IP-адрес и другие параметры, необходимые для работы в сети TCP/IP) не позволяют организовывать повторяющуюся IP-адресацию как для статических, так и для динамических адресов.

Использование самостоятельными субъектами гражданского оборота единой инфраструктуры и совместная подготовка к торгам возможны только в случае кооперации и консолидации, при этом такие действия осуществляются для достижения единой для всех цели, что не свойственно для коммерческих организаций, которые, конкурируя между собой, не действуют в интересах друг друга.

Участники аниконкурентного-соглашения подавали заявки на участие, ценовые предложения, подписывали государственные контракты, используя единые статические IP-адреса 78.24.177.76 и 78.24.183.134.

ООО «Стер 23», ООО «Вендделис», ООО «Лабстор» использовался единый IP-адрес 188.255.24.185 при подаче налоговых деклараций сотрудников хозяйствующих субъектов-конкурентов.

В соответствии с информацией, предоставленной интернет-провайдером, IP-адрес 78.24.183.134 выдан ООО «Вендделис», IP-адрес 78.24.177.76 выдан ООО «Стер 23» в соответствии с договорами об оказании услуг связи от 11.05.2022 № Т-10/05-22, от 17.05.2011 № Т-309/05-11.

Более того, хозяйствующими субъектами-конкурентами использовалась общая инфраструктура не только при участии в государственных конкурентных процедурах в период проведения торгов, а также при авторизации в ряде электронных сервисов, что свидетельствует о взаимодействии и взаимосвязи хозяйствующих субъектов-конкурентов.

При участии в Торговых процедурах ООО «Вендделис», группой лиц в составе ООО «Стер 23» и ООО «Лабкорп» использовались электронные цифровые подписи, выданные одному пользователю - ФИО5 (менеджеру ООО «Вендделис»).

Кроме того, фактическое оказание услуг связи ООО «Вендделис» осуществлялось по адресу: Москва, Сибирский проезд, д. 2, стр. 8, этаж 2, комн. 7/2, ООО «Стер 23» — по адресу: Москва, Сибирский <...>.

Учитывая вышеизложенное, подача заявок, ценовых предложений и подписание государственных контрактов осуществлялись разными хозяйствующими субъектами-конкурентами в одном здании с использованием единой инфраструктуры.

Также один номер телефона указывался получателями сертификатов ключей проверки электронных подписей в целях осуществления хозяйственной деятельности ООО «Вендделис», ООО «Лабстор», а также при указании контактных данных при заключении договоров о предоставлении услуг связи между ООО «ТРН-телеком М» и ООО «Вендделис» от 11.05.2022 № Т-10/05-22, соглашения о замене Стороны по Договору от 17.05.2011 № Т-309/05-11, от 01.01.2023 между ООО «ЗВИ Телеком» и ООО «Стер 23», что свидетельствует о том, что субъектами-конкурентами использовалась единая телефонная связь.

Кроме того, ООО «Вендделис», ООО «Лабстор» указали абонентский номер подвижной (мобильной связи), который выделен ФИО6 - генеральному директору хозяйствующих субъектов ООО «Стер Медикал», ООО

«Вендделис» в соответствии с договором об оказании услуг от 15.05.2003 № TMR100-300.

Таким образом, подключение IP-адресов по адресу одного дома, в совокупности с тем, что установлено также использование одного номера телефона, проживание генеральных директоров хозяйствующих субъектов-конкурентов по одному адресу в период заключения и реализации антиконкурентного соглашения, свидетельствует о фактическом осуществлении общей хозяйственной деятельности, в том числе на торгах.

Заявители приводят доводы о том, что были заключены договоры на оказание услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета. Исполнение указанных договоров обусловливает совпадение электронной почты при подаче заявлений на изготовление ключей проверки электронных подписей.

Так, ООО «Стер 23» заключен договор на оказание услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета с ООО «Юридический и бухгалтерский учет» от 12.11.2014, ООО «Лабстор» заключен договор на оказание услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета с ООО «Юридический и бухгалтерский учет» от 01.06.2018.

Заключенные между Заявителями и ООО «Юридический и бухгалтерский учет» договоры на оказание услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета содержат условия, наделяющие ООО «Юридический и бухгалтерский учет» широкими полномочиями в отношении заказчиков услуг, в частности, ведения бухгалтерского учета, составление налоговой отчетности, представительства перед государственными органами, совершения юридически значимых действий при участии в государственных закупках по заданию заказчика.

Вместе с тем, с учетом установленной совокупности обстоятельств, заключение идентичных договоров на оказание услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета осуществлено в рамках согласованного волеизъявления всех Обществ, что в том числе позволило наиболее эффективно реализовать Обществами единую стратегию поведения при участии в рассматриваемых торгах.

При этом заключение договоров с одним и тем же лицом с целью участия в торгах, даже если такие договоры направлены на оптимизацию хозяйственной деятельности обществ, не снимают ответственности с организаций, осуществляющих предпринимательскую деятельность, поскольку именно Общества своими действиями заключили и реализовали антиконкурентное соглашение (картель), целью которого являлось поддержание цен на торгах на поставку медицинских расходных материалов и изделий.

Факт заключения идентичных договоров оказания услуг между Заявителями и ООО «Юриспруденция и бухгалтерский учет» свидетельствует о передаче механизмов планирования и неформального управления хозяйственной деятельностью обществ одному и тому же лицу, что в том числе позволило обществам наиболее эффективно реализовывать единую групповую антиконкурентную стратегию поведения при участии в рассматриваемых торгах.

3) Наличие финансовых, хозяйственных и корпоративных связей между Обществами, в том числе в период участия в Торговых процедурах.

Согласно заявлениям на изготовление сертификатов ключей проверки электронной подписи ООО «Вендделис», ООО «Стер Медикал», ООО «Стер 23», ООО «Лабкорп», а также ООО «Лабстор» указывались следующие идентификационные данные: «Адрес электронной почты — Jurbuhcenter@mail.ra».

Лицом, управомоченным получать сертификаты ключей проверки электронных подписей, согласно доверенностям, выданными ООО «Вендделис», ООО «Лабкорп», ООО «Стер 23», является ФИО7

ФИО7 получила сертификаты ключей проверки электронных подписей ООО «Вендделис», ООО «Стер 23» 22.07.2015.

Вопреки доводам ООО «Лабстор» в Решении ФАС России не содержится вывода о том, что доверенность ФИО7 выдана от имени ООО «Лабстор» 22.07.2015.

В соответствии с копиями квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи, заявлениями на изготовление сертификатов ключей проверки электронных подписей организаций, группой лиц в составе ООО «Стер Медикал», ООО «Вендделис», ООО «Стер 23», ООО «Лабкорп», а также ООО «Лабстор» указана электронная почта info@ster23.ra.

Согласно сведениям удостоверяющих центров генеральными директорами ФИО6 и ФИО8 поданы заявления на изготовление сертификатов ключей проверки электронных подписей в один день 18.04.2019.

Дополнительным обстоятельством наличия аффилированности хозяйствующих субъектов-конкурентов является одновременная выдача доверенностей хозяйствующими субъектами-конкурентами. Так, ООО «Вендделис», ООО «Стер 23» выдали доверенности на получение сертификатов ключей проверки электронных подписей ООО «Компания «Тензор» в один день одному представителю ФИО7 20.07.2015.

В соответствии с информацией, предоставленной удостоверяющим центром, полномочия на получение информации ООО «Вендделис», группой лиц в составе ООО «Стер 23», ООО «Лабкорп», сертификатов ключей проверки электронных подписей, иных документов предоставлены в один день - 10.02.2023

Согласно информации, предоставленной налоговой инспекцией в ответ на запрос о предоставлении информации ФАС России сотрудник ООО «Лабстор» ФИО9 осуществляла экономическую деятельность и получала доход в группе лиц в составе ООО «Стер Медикал», ООО «Вендделис» в соответствии со справками о доходах и суммах налога физического лица за 2022 год.

Также, установлены пересечения кадрового состава между ООО «Лабстор», группой лиц в составе ООО «Вендделис», ООО «Стер Медикал», группой лиц в составе ООО «Стер 23», ООО «Лабкорп».

4) Совпадение свойств файлов.

Так, одним из доказательств наличия запрещенного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции соглашения является совпадение свойств файлов в заявках хозяйствующих субъектах, поданных для участия в закупочных процедурах. При этом совпадение свойств файлов заявок участников закупочных процедур при условии создания их на разных компьютерах невозможно в силу следующих обстоятельств.

Учётная запись — это хранимая в компьютерной системе совокупность данных о пользователе, необходимая для его опознавания (аутентификации) и предоставления доступа к его личным данным и настройкам.

Имя учетной записи задается пользователем и используется в ходе аутентификации при входе в систему.

Таким образом, совпадение имени учетной записи, создавшей и/или изменившей файл, возможно только в случае их создания на одном устройстве.

Использование одной учетной записи при формировании заявок на участие в торгах от разных организаций подтверждается и ее персонификацией.

Установлено совпадение уникальных свойств электронных файлов, в том числе заявок, реквизитов хозяйствующих субъектов, решений об одобрении сделок, коммерческих предложений, предоставленных в адрес ЭТП в целях участия в торгах. Уникальными свойствами файлов являются в том числе названия файлов, дата создания, изменения файлов, автор, редактор файла, хэш-функции, иные данные.

В результате анализа файлов заявок группы лиц в составе ООО «Стер 23», ООО «Лабкорп», группы лиц в составе ООО «Стер Медикал», ООО «Вендделис», а также ООО «Лабстор» установлены совпадения авторов и пользователей, изменивших файлы заявок, с наименованиями «Ирина Галкина» - генеральный директор хозяйствующих субъектов ООО «Стер 23», ООО «Лабкорп», «Александр», «Алёна Вересова» - менеджер ООО «Вендделис», «Ster 23», «Vlad 19», «Евгения Белаш» -менеджер ООО «Лабстор», ООО «Вендделис».

Кроме того, указанными хозяйствующими субъектами-конкурентами использовался идентичный формат наименования файлов заявок по следующим формам: «Форма 2_предложение поставщика_*последние четыре цифры закупки*», «Заявка на аукцион *последние четыре цифры закупки*».

Неоднократное использование ООО «Стер 23», ООО «Вендделис», ООО «Стер Медикал», ООО «Лабкорп», ООО «Лабстор» одного автора (учетной записи) при создании/изменении файлов заявок, поданных для участия в торгах (с учетом дат и времени создания/изменения таких файлов), свидетельствует об их создании/изменении с использованием единой инфраструктуры, обмене файлами заявок между ними для достижений единой цели — допуск к участию в торгах.

5) Финансовые и иные взаимосвязи.

Согласно информации, предоставленной ответчиками по делу № 22/01/11-65/2024 в ответ на запросы информации в соответствии с определениями ФАС России, установлено наличие финансовых связей, перечислений между ООО «Стер 23», ООО «Лабстор» за продукцию медицинского назначения, между ООО «Вендделис» и ООО «Лабкорп» за продукцию медицинского назначения.

В соответствии с актами сверки взаимных расчетов за период с января 2021 по декабрь 2023 между участниками сговора установлен факт наличия финансовых взаимоотношений.

Кроме того, помимо финансовых взаимоотношений имеются взаимные договорные связи между участниками сговора на поставку продукции медицинского назначения.

Указанные обстоятельства имели место в период проведения торгов, включенных в предмет рассмотрения дела, что свидетельствует об объединении группой лиц в составе ООО «Стер 23», ООО «Лабкорп», группой лиц в составе ООО «Стер Медикал», ООО «Вендделис», а также ООО «Лабстор» усилий, их взаимном, добровольном согласовании и совместном осуществлении действий, в том числе в ходе планирования и участия в закупочных процедурах.

Кроме того, ФИО6 - генеральный директор хозяйствующих субъектов ООО «Стер Медикал», ООО «Вендделис» и ФИО8 - генеральный директор хозяйствующих субъектов ООО «Стер 23», ООО «Лабкорп», проживают по одному адресу. Совместное проживание генеральных директоров хозяйствующих субъектов- конкурентов, также может свидетельствовать о перманентной связанности и взаимодействии хозяйствующих субъектов-конкурентов при участии в торгах.

Доводы о некорректном проведении антимонопольным органом анализа состояния конкуренции – судом отклоняется, так как в соответствии с пунктом 10.10 Порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке, утверждённого приказом ФАС России от 28.04.2010 № 220 (далее — Порядок № 220), по делам, возбужденным по признакам нарушения пункта 2 части 1, части 5 (если координация приводит или может привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах) статьи 11, статей 17, 17.1, 18 Закона о защите конкуренции, анализ состояния конкуренции включает:

а) определение временного интервала исследования;

б) определение предмета торгов (по делам, возбужденным по признакам нарушения пункта 2 части 1, части 5 (если координация приводит или может привести

к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах) статьи 11, статьи 17 Закона о защите конкуренции); предмета договоров, заключаемых в отношении государственного и (или) муниципального имущества (по делам, возбужденным по признакам нарушения статьи 17.1 Закона о защите конкуренции); предмета договоров на оказание соответствующих финансовых услуг (по делам, возбужденным по признакам нарушения статьи 18 Закона о защите конкуренции);

в) определение состава хозяйствующих субъектов, участвующих в торгах (с момента подачи заявки на участие в торгах) либо отказавшихся от участия в торгах в результате соглашения, но соответствующих требованиям к участникам торгов, которые предусмотрены документацией о торгах, - в случаях, возбуждения дел по признакам нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 11.2 Порядка № 220 аналитический отчет включает общие положения: цель исследования; описание источников исходной информации (включая мнение антимонопольного органа об источниках информации о товарных рынках, рекомендованных участниками рынка).

Аналитический отчет, который был составлен в рамках рассмотрения дела № 22/01/11-65/2024 о нарушении антимонопольного законодательства, содержит все вышеперечисленные необходимые данные, которые должны быть отражены в соответствии с требованиями нормативных актов.

Вопреки доводам Заявителей в аналитическом отчете в соответствии с пунктом 11.2 Порядка № 220 содержится информация об источниках исходной информации, а также в соответствии с пунктом 10.10 Порядка № 220 о составе хозяйствующих субъектов, участвующих в торгах. Вопреки доводам Заявителей Порядок № 220 не устанавливает требований об отражении в аналитическом отчете анализа требований закупочной документации и соответствия ответчиков ее требованиям.

Довод ООО «Стер 23» о непредставлении возможности ознакомления с материалами дела № 22/01/11-65/2024 о нарушении антимонопольного законодательства – судом также отклоняется на основании следующего.

Согласно положениям частей 1 и 2 статьи 26 Закона о защите конкуренции информация, составляющая коммерческую, служебную, иную охраняемую законом тайну и полученная антимонопольным органом при осуществлении своих полномочий, не подлежит разглашению, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

За разглашение информации, составляющей коммерческую, служебную, иную охраняемую законом тайну, работники антимонопольного органа несут гражданско- правовую, административную и уголовную ответственность.

Органы государственной власти, иные государственные органы, органы местного самоуправления в соответствии с Федеральным законом от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» и иными федеральными законами обязаны создать условия, обеспечивающие охрану конфиденциальности информации, предоставленной им юридическими лицами или индивидуальными предпринимателями (часть 1 статьи 13 указанного закона).

В соответствии с пунктом 3 Перечня сведений конфиденциального характера, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 06.03.1997 № 188, служебные сведения — сведения, доступ к которым ограничен органами государственной власти в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и федеральными законами (служебная тайна).

Согласно пункту 1.2 Положения о порядке обращения со служебной информацией ограниченного распространения в федеральных органах исполнительной власти, уполномоченном органе управления использованием атомной энергии и уполномоченном органе по космической деятельности, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 03.11.1994 № 1233 (далее — Положение №

1233), к служебной информации ограниченного распространения относится не секретная информация, касающаяся деятельности организаций, ограничения на распространение которой диктуются служебной необходимостью, а также поступившая в организации не секретная информация, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами.

В соответствии с пунктом 1.5 Положения № 1233 руководитель федерального органа исполнительной власти в пределах своей компетенции определяет организацию защиты служебной информации ограниченного распространения.

Такой порядок организации защиты служебной информации установлен приказом ФАС России от 10.04.2014 № 240/14 «Об утверждении Инструкции о порядке учета, обращения и хранения документов, содержащих служебную информацию ограниченного распространения, в центральном аппарате Федеральной антимонопольной службы (ФАС России)» (далее - Инструкция ФАС России № 240/14).

Согласно пункту 1.5 Инструкции ФАС России № 240/14 документы, содержащие конфиденциальную информацию, относятся к категории «Для служебного пользования» (ДСП). К указанной категории могут быть отнесены входящие в ФАС России документы и документы, создаваемые в ФАС России (исходящие и внутренние).

Сведения конфиденциального характера составляют, в том числе персональные данные в соответствии с положениями статьи 7 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных».

В связи с тем, что поступившая на запросы ФАС России и приобщенная к материалам дела № 22/01/11-65/2024 о нарушении антимонопольного законодательства информация представляет собой информацию конфиденциального характера, должностным лицом ФАС России обоснованно принято решение о присвоении ей грифа «ДСП».

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2008 № 434-0-0, статья 24 (часть 2) Конституции Российской Федерации, обязывающая органы государственной власти обеспечить каждому ознакомление с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом, не определяет порядок и условия реализации гарантируемого ею права, — это компетенция федерального законодателя, который, исходя из потребностей защиты частных и публичных интересов, вправе установить разные уровни гарантий и степень возможных ограничений права на получение информации при условии соразмерности таких ограничений конституционно признаваемым целям их введения (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации).

Поскольку на ФАС России возложена обязанность по неразглашению информации, составляющей коммерческую, служебную или иную охраняемую законом тайну, порядок ознакомления с материалами дела, установленный частями 3, 4 статьи 45.2 Закона о защите конкуренции, применим не только в отношении сведений, документов, составляющих коммерческую тайну, но и в отношении сведений, документов, составляющих иную охраняемую законом тайну.

Вместе с тем ООО «Стер 23» были представлены в ФАС России согласия на представление информации от ООО «Сертум-Про», АО «ПФ «СКБ Контур», ООО «Стер Медикал», ООО «Лабкорп», в связи с чем антимонопольным органом была предоставлена возможность ознакомления с соответствующими таким согласиям материалами дела, на что указывает само же общество в поданном в суд заявлении.

Вопреки доводам ООО «Стер 23» в судебной практике, указанной им, а именно в постановлении Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2019 по делу № А59-7912/2018, вывода о незаконности ограничения в ознакомлении с материалами дела в случае присвоения грифа «ДСП» не содержится.

Довод ООО «Стер 23» о процедурном нарушении, связанном с неудовлетворением ходатайства об отложении заседания Комиссии ФАС России, назначенного на 17.12.2024, в связи с нахождением представителя общества в отпуске – судом не принимается, так как нахождение представителя лица, участвующего в деле, в отпуске не является обоснованием уважительности причины для отложения рассмотрения дела. При этом особенности организации хозяйственной деятельности общества, не предусматривающие взаимозаменяемости сотрудников на время нахождения их в отпуске, не могут рассматриваться в качестве обстоятельств, объективно препятствующих участию в деле (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2020 по делу № А55-25463/2018).

В соответствии с частью 1 статьи 43 Закона о защите конкуренции с момента возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства лица, участвующие в деле, имеют право, в том числе, представлять доказательства, давать пояснения в письменной или устной форме комиссии.

В соответствии с частью 1 статьи 47 Закона о защите конкуренции отложение рассмотрения дела является правом комиссии антимонопольного органа, при этом отказ в удовлетворении ходатайства об отложении по заявленному основанию никак не препятствовал ООО «Стер 23» в защите своих интересов.

Более того, неудовлетворение ходатайства об отложении не признается существенным нарушением процедуры рассмотрения антимонопольного дела, влекущим отмену принятого ненормативного правового акта.

Длительная реализация Обществами соглашения (картеля) путем применения единой модели группового поведения связана с осведомлённостью каждого из участников антиконкурентного соглашения (картеля) о намерениях каждого другого участника действовать определённым образом при отсутствии каких-либо внешних обстоятельств, в равной степени распространяющихся на каждого из ответчиков на протяжении длительного периода времени, и также свидетельствует о длительной согласованности воли каждого из участников действовать намеренно и сообразно с известными ему предполагаемыми действиями других участников.

Под реализацией антиконкурентного соглашения может пониматься, в том числе, наличие у организаций установленной единой стратегии, выраженной в отсутствии активности в торгах, когда участниками торгов являются только члены соглашения; сам факт создания угрозы интересам добросовестных участников торгов (пункты 10, 11 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере от 16.03.2016).

Реализация антиконкурентного соглашения может быть выражена, кроме всего прочего, в форме отказа от совместного участия в торгах.

Уклонение же от дачи ценовых предложений либо отказ от участия в закупочной процедуре, в свою очередь, рассматривается в качестве своеобразной тактики поведения с целью предоставления необоснованной возможности иному участнику картельного соглашения заключить договор, действуя по заранее распределенным ролям.

Выявленные нарушения антимонопольного законодательства выражаются, в том числе в том, что в течении длительного времени происходила реализация антиконкурентного соглашения, которое выразилось в отказе участников соглашения конкурировать между собой с целью обеспечения победы конкретному участнику соглашения, наличием минимального снижения НМЦК, а также использованием единой инфраструктуры участия при проведении аукционов.

Такого рода договоренности могут иметь в качестве своего последствия поддержание цен на торгах, то есть могут приводить к указанным в пункте 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции последствиям, в связи с чем оспариваемым

решением верно установлено в действиях ООО «Стер 23», ООО «Вендделис», ООО «Стер Медикал», ООО «Лабкорп», ООО «Лабстор» по заключению и реализации указанного соглашения нарушение пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Таким образом, указанные доказательства в их совокупности подтверждают, что между ООО «Стер 23», ООО «Вендделис», ООО «Стер Медикал», ООО «Лабкорп», ООО «Лабстор» была достигнута договоренность направленная на совместное формирование заявок на участие в Торговых процедурах, совместное участие в Торговых процедурах, что является нарушением Заявителями пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

В связи с чем, оспариваемое решение было вынесено антимонопольным органом в пределах его компетенции, а также в соответствии с требованиями действующего законодательства.

При таких обстоятельствах и принимая во внимание предмет и основание заявленных по настоящему делу требований, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований об оспаривании решения ФАС России от 17.12.24 по делу № 22/01/11-65/2024 в порядке ст. 198 АПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 211 АПК РФ, в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что оспариваемое решение или порядок его принятия не соответствует закону, либо отсутствуют основания для привлечения к административной ответственности или применения конкретной меры ответственности, либо оспариваемое решение принято органом или должностным лицом с превышением их полномочий, суд принимает решение о признании незаконным и об отмене оспариваемого решения полностью или в части либо об изменении решения.

Судом рассмотрены все доводы заявителя, однако, они не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований. Неотражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (Определение Верховного Суда РФ от 27.04.2023 N 301-ЭС23-5875 по делу N А43-28290/2021).

Расходы по государственной пошлине распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителей.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167, 170, 176, 198, 201 АПК РФ суд

РЕШИЛ:

Требования ООО «СТЕР 23», ООО «ЛАБСТОР» к ФАС России о признании незаконным и отмене решения от 17.12.24 по делу № 22/01/11-65/2024 – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья: Н.В. Дейна