СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-12285/2022-АК

г. Пермь

23 декабря 2025 года Дело № А60-44097/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 декабря 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шаркевич М.С.,

судей Плаховой Т.Ю., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 сентября 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой платежей в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ямальский расчетно-информационный центр»,

вынесенное в рамках дела № А60-44097/2021 о признании общества с ограниченной ответственностью «Глобальные решения» (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика – ООО «Ямальский расчетно-информационный центр»,

установил:

Определением от 02.09.2021 к производству суда принято заявление ООО «ЕКБ Девелопмент» о признании ООО «Глобальные решения» (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 03.12.2021 (резолютивная часть от 26.11.2021) заявление ООО «ЕКБ Девелопмент» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1

Соответствующая публикация произведена в газете «Коммерсантъ» 11.12.2021.

Решением суда от 06.05.2022 (резолютивная часть от 27.04.2022) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО1

Конкурсный управляющий 11.10.202 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой совершенных должником в адрес ООО ««Ямальский расчетно-информационный центр» (далее – ООО «ЯРИЦ», ответчик) в период с 10.02.2017 по 18.04.2019 платежей в общем размере 19 068 483,03 руб.; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в соответствующем размере в конкурсную массу должника.

Определением суда от 24.04.2024 (резолютивная часть от 10.04.2024) заявленные требования удовлетворены. Платежи за период с 10.02.2017 по 18.04.2019 со счета должника на счет ООО «ЯРИЦ» на сумму 19 068 483,03 руб. признаны недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ЯРИЦ» в пользу должника денежных средств в размере 19 068 483,03 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2024 определение суда от 24.04.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 23.01.2025 определение суда от 24.04.2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Определением суда от 19.09.2025 (резолютивная часть от 10.09.2025) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 19.09.2025 отменить, заявленные требования удовлетворить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает на то, что судом не дана оценка представленным конкурсным управляющим доказательствам аффилированности должника и ответчика через общих менеджеров ФИО2 и ФИО3, которые ранее участвовали в аналогичных схемах вывода активов, признанным судами мнимыми по делам № А60-48249/2020 и № А60-55288/2019. Отмечает, что в рамках иных дел с участием ООО «Юнит-копир», связанной с должником организации, выявлены схемы по выводу денежных средств с указанного лица при содействии ООО «Омега» и ответчика. Отмечает, что неполное, фрагментарное представление доказательств в настоящем споре обусловлено тем, что ответчик располагает сведениями о деятельности ООО «Юнит-копир» и должника, но подтвердить факт собственного участия в оказании услуг не в состоянии. Полагает, что с учетом перехода менеджеров ООО «Юнит-копир» в предприятие ответчика подобные схемы могли быть использованы ответчиком для вывода денежных средств должника. Обращает внимание на то, что полученные ответчиком от должника денежные средства в размере 389 775,13 руб. были обналичены и переведены в пользу аффилированного лица – ФИО3 Также ссылается на то, что суд не учел, что при сумме перечислений 19 068 483,03 руб. закрывающие документы представлены лишь на 2 729 433,55 руб., при этом ни один из заявленных ответчиком конечных получателей услуг не подтвердил их оказание. В отсутствие закрывающих документов анализ объема выполненных ответчиком работ и реальность его выполнения невозможен, соответственно, по мнению апеллянта, сомнения в мнимости сложившихся между сторонами отношений не устранены. Конкурсный управляющий полагает, что совокупность обстоятельств свидетельствует о сговоре ФИО3 и ФИО2 со стороны должника с руководителем ответчика с целью использования ответчика для необоснованного перечисления денежных средств в его пользу под видом оказания услуг обслуживания копировальной техники, что свидетельствует о недобросовестности поведения и мнимости договорных отношений сторон. Также конкурсный управляющий указывает на необоснованное ограничение периода запрашиваемых сведений по расчетным счетам ответчика при рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств. Кроме того, ссылается на неправомерный отказ суда первой инстанции в принятии уточнений, ссылаясь на то, что изменение правовой квалификации требования не является изменением предмета или основания иска.

ООО «ЯРИЦ» возражает по доводам апелляционной жалобы, представило отзыв. Указывает, что не имеет корпоративного отношения к ООО «Юнит-копир», должнику и ООО «Омега», ФИО2 и ФИО3 бывшие работники ответчика, которым выплачивалась заработная плата, аффилированность ООО «Юнит-копир» и должника не свидетельствует о недобросовестности ответчика. Поясняет, что из полученных 18.04.2019 от должника денежных средств в размере 389 775,13 руб. ФИО3 получена заработная плата в размере 25 000 руб., 335 000 руб. выдано наличными, но не ФИО3 Отмечает, что на дату совершения спорных платежей должник не обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества. Указывает, что представленные в обоснование возражений договоры являются заключенными и исполненными со стороны ответчика. Ответчик являлся субподрядчиком должника, общий объем заявок, поступивших в период 2017 по 2019 годы, составляет 1 576 шт., система заявок «АИС» продолжает функционировать, но доступа к ней ответчик не имеет. Наличие в штате 6 сотрудников в 2017 году и 14 сотрудников в 2018 году достаточно для исполнения договора. Ответчиком после расторжения договоров с должником с 2019 года заключены прямые договоры с теми же заказчиками, которым ранее оказывались услуги (выполнялись работы) по договорам субподряда, за соответствующий период у ответчика также имеется ряд других договоров по аналогичным видам работ, договоры заключены в разных регионах России с исполнением по месту нахождения заказчиков. Сумма оборота, штатная численность работников и их квалификация, по мнению ответчика, указывают на возможность реального исполнения спорных договоров.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе мероприятий процедуры банкротства в отношении ООО «Глобальные решения» конкурсным управляющим установлено, что за период с 10.02.2017 по 18.04.2019 с расчетных счетов должника в пользу ООО «ЯРИЦ» совершены перечисления денежных средств в общем размере 19 068 483,03 руб. с указанием в назначении платежей «Оплата по счету за проведение технического обслуживания», «Оплата по счету за заправку картриджа», «Оплата по счету за услуги покопийной печати», «Оплата по счету за оказание услуг по аутсорсингу печати», «Оплата по счету за проведение РТО», «Оплата по счету за ремонт и обслуживание КМТ», «Оплата задолженности по акту сверки» и иные.

При обращении в суд с заявлением о признании сделки недействительной конкурсный управляющий ссылался на то, что оспариваемая им сделка является мнимой и противоречит статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), направлена на вывод активов должника в преддверии банкротства.

Конкурсным управляющим 14.08.2025 заявлено ходатайство об уточнении заявленных требований, просит заявленные требования рассматривать в качестве требований о взыскании убытков. Данное ходатайство судом рассмотрено и отклонено, исходя из невозможности рассмотрения в рамках настоящего дела о банкротстве заявленных конкурсным управляющим требований о взыскании убытков.

Удовлетворяя определением от 24.04.2024 заявленные требования, суд первой инстанции проанализировал представленные ответчиком в подтверждение оказания услуг документы (первичная документация подтверждает оказание услуг по незначительной части платежей) и исходил из неподтвержденности реального существования правоотношений между сторонами и, соответственно, направленности оспариваемых платежей на вывод имущества должника.

Суд апелляционной инстанции, поддержав в постановлении от 19.09.2024 выводы суда первой инстанции, также исходил из недоказанности реальности правоотношений между должником и ответчиком по договорам оказания услуг или выполнения работ в спорный период, в связи с чем признал выводы суда первой инстанции о мнимости взаимоотношений между должником и ответчиком обоснованными.

Суд округа, отменяя вышеуказанные судебные акты, указал, что при рассмотрении обособленного спора судами не учтено то, что конкурсный управляющий в качестве основания для признания сделок недействительными приводит мнимость оснований платежей – отсутствие фактов оказания услуг со стороны ответчика, направленное на вывод денежных средств, что соответствует положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Отметил, что поскольку дело о банкротстве возбуждено 02.09.2021, все оспариваемые платежи (за исключением последнего, совершенного в апреле 2019 года) осуществлены за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора платежи были осуществлены до возникновения у ООО «Юнит-копир» и у поручителя (должника) задолженности перед ООО «СТЭЙТЕН» по оплате товарных накладных за период с 22.11.2018 по 17.12.2018 на общую сумму 6 100 671,30 руб. на основании договора поставки от 27.05.2014 № С-096420140-27/05/2014 (за исключением последнего платежа, совершенного в апреле 2019 года, на сумму 38 977 руб.). Суд кассационной инстанции указал, что судами дана правовая квалификация заключенным между должником и ответчиком договорам оказания услуг, однако оспариваемые платежи судами не проанализированы, им правовая квалификация не дана, наличие оснований для признания платежей недействительными судами не установлено. При оценке представленных доказательств суды факт причинения оспариваемыми сделками вреда не установили, вопрос равноценности встречного исполнения надлежащим образом не изучили, фактически признали ничтожными платежи, совершавшиеся должником регулярно в течение полутора лет при отсутствии задолженности перед кредиторами и при отсутствии доказательств аффилированности должника и ООО «ЯРИЦ». Учитывая, что конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия, судам для надлежащего разрешения спора необходимо было установить момент возникновения признаков неплатежеспособности должника. Следовательно, при отсутствии кредиторов, чьи требования сопоставимы с размером оспариваемых сделок, намерение причинить им вред у должника или у его контрагента возникнуть не может. Судом округа отмечено, что исходя из того, что единственным участником и директором должника является ФИО4 и при отсутствии аффилированности должника и ООО «ЯРИЦ», представляется неясным, в защиту каких интересов конкурсным управляющим предъявлено требование о признании сделок недействительными с учетом превышения оспариваемой суммы заявленных требований над размером реестра требований кредиторов более чем в 2 раза.

Относительно указания судов на то, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2021 по делу № А60-55288/2019, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции и судом округа, сделки общества «Юнит-копир» по перечислению в пользу общества «ЯРИЦ» в период с 04.09.2018 по 29.04.2019 денежных средств на сумму 6 663 221 руб. признаны недействительными (ничтожными) и сделанные судами в рамках данного обособленного спора выводы о мнимости сложившихся между сторонами отношений, суд округа отметил пассивную процессуальную позицию ООО «ЯРИЦ», а также то, что в рамках данного обособленного спора установлено, что перечисление денежных средств ООО «ЯРИЦ» осуществлялось в период с 04.09.2018 по 29.04.2019 – в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем ссылка судов на обстоятельства, установленные при оспаривании сделки с ООО «ЯРИЦ» в рамках обособленного спора по делу № А60-55288/2019 о банкротстве ООО «Юнит-копир», не является относимой к настоящему делу. Аффилированность ООО «Юнит-копир» и должника также не подтверждает недобросовестность ООО «ЯРИЦ».

Судом округа приняты во внимание доводы ответчика относительно суммы выручки ООО «ЯРИЦ», отраженной в налоговой отчетности, представленной в материалы дела в подтверждение реальности исполнения договоров, согласно которой за 2017 год выручка от реализации для исчисления налога на прибыль составила 7,9 млн. руб., сумма доходов для исчисления налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за 2018 год составила 18,1 млн. руб., за 2019 год – 40,7 млн. руб., и указанные суммы соотносятся с размером полученных от должника платежей.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что судами при рассмотрении настоящего обособленного спора не установлены ключевые элементы составов недействительности, как предусмотренные специальными основаниями, применение которых суды необоснованно проигнорировали, так и некорректно примененными правилами о мнимости. Занятый судами подход к признанию сделок недействительными нарушает принципы равноправия и состязательности сторон в процессе (статьи 2, 8, 9 АПК РФ).

При новом рассмотрении суд первой инстанции, определением от 19.09.2025 отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что вмененные ответчику нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), какие-либо иные пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки, конкурсным управляющим при рассмотрении спора не приведены. Все оспариваемые платежи, за исключением последнего, совершенного в апреле 2019 года, произведены за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. С учетом соотношения суммы выручки ответчика за 2017-2019 годы и размера полученных от должника платежей суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований полагать совершенные платежи мнимыми.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям, и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Положения статьи 61.2 Закона о банкротстве направлены, в первую очередь, на то, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме. В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности, то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15) следует, что судам необходимо проверить разумное предположение о том, мог ли должник, действуя независимо и преследуя правомерные интересы, совершить оспариваемую сделку на таких же условиях с иным кредитором. С этой целью имеет значение установление отношений связанности, аффилированности должника с контрагентом оспариваемой сделки, наличие у них пересекающихся общих интересов, которые могли бы объяснять мотивы заключения сделки.

Суду следует также оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707, от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2)).

В материалы дела ответчиком в обоснование наличия отношений с должником представлены следующие договоры:

- договор №РИЦ17/2015 от 01.01.2016,

- договор №РИЦ01/16 от 15.01.2016,

- договор №РИЦ03/16 (без даты),

- договор РИЦ103/17 от 07.11.2017,

- дополнительные соглашения к данным договорам;

- договор поставки от 01.04.2017;

- акты сверок и акты выполненных работ;

- сервисные листы.

Из условий указанных договоров следует, что заказчик (должник) поручает, а исполнитель (ответчик) принимает на себя обязательства по заправке и ремонту картриджей заказчика, сервисному обслуживанию продукции заказчика (пункт 1.1 договоров).

В пунктах 1.2 договоров №РИЦ01/16, №РИЦ03/16, №РИЦ103/17 определен перечень работ по сервисному обслуживанию – проведение планового (профилактического) сервисного обслуживания продукции, проведение ремонта продукции.

В пункте 1.3 договоров №РИЦ01/16, №РИЦ03/16, №РИЦ103/17 установлено, что сервисное обслуживание продукции должника осуществляется исполнителем на основании заявок заказчика. Аналогичное правило установлено в пункте 1.2 договоров №РИЦ17/2015.

Также в приложении №1 к договору №РИЦ17/2015 определен перечень оборудования должника, требующего заправки картриджей и замены селенового вала.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, в период с 10.02.2017 по 29.08.2018, а также 18.04.2019 должником в пользу ответчика совершены платежи на общую сумму 19 068 483,03 руб. с назначением платежей: «за проведение технического обслуживания», «за заправку, замену картриджа», «за услуги покопийной печати», «за компенсацию транспортных расходов», «за проведение ЗНЗЧ, ДНО», «за оказание услуг по аутсорсингу», «за восстановление и ремонт картриджа», «за оказание услуг по ремонту оргтехники», «оплата задолженности по акту сверки на 05.04.2019».

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что закрывающие документы представлены лишь на 2 729 433,55 руб., при этом ни один из заявленных ответчиком конечных получателей услуг не подтвердил их оказание, в отсутствие закрывающих документов анализ объема выполненных ответчиком работ и реальность его выполнения невозможен, полагает совершенные платежи мнимой сделкой.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылался на возможность самостоятельной квалификации судом заявленных требований в качестве требований о взыскании убытков.

Между тем, в соответствии со статьей 61.20 Закона о банкротстве ответчик не является субъектом, с которого в рамках дела о банкротстве могут быть взысканы убытки. Доказательства того, что ответчик относится к лицам, определяющим действия должника или лицам, имеющим фактическую возможность определять его действия, не представлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно отклонил соответствующее ходатайство конкурсного управляющего.

В обоснование мнимости оспариваемой сделки конкурсным управляющим положены доводы о перечислении средств в отсутствие встречного исполнения, то есть обстоятельства, охватываемые нормой об оспаривании подозрительных сделок (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Настоящее дело о банкротстве возбуждено 02.09.2021, в то время как оспариваемые платежи совершены в период с 10.02.2017 по 29.08.2018 (за исключением платежа от 18.04.2019), то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, в связи с чем оснований для применения нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве у суда первой инстанции не имелось.

При этом судом принято во внимание, что наличие у сделки дефектов, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, заявителем не обосновано, доказательства таких дефектов не представлены, что указывает на отсутствие оснований для признания сделки недействительной по статьям 10, 168, 170 ГК РФ.

Кроме того, как следует из материалов дела, обязательства должника перед кредитором ООО «ЕКБ Девелопмент» возникли на основании товарных накладных за период с 22.11.2018 по 17.12.2018, ООО «Малина Девелопмент» является правопреемником ООО «ЕКБ Девелопмент».

Поскольку конкурсное оспаривание, посредством которого в деле о банкротстве могут быть нивелированы негативные последствия поведения должника, предпринимающего действия, направленные либо на вывод имущества, объективно причиняющие вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований, направлено на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать в процедуре банкротства, то такое конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем.

Согласно правовому подходу, изложенному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2023 № 305-ЭС22-20515, конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия. При отсутствии кредиторов, чьи требования сопоставимы с размером оспариваемых сделок, намерение причинить им вред у должника или у его контрагента возникнуть не может.

Между тем в рассматриваемом случае оспариваемые платежи в основной своей массе (за исключением одного платежа) совершены в отсутствие у должника неисполненных обязательств перед кредиторами.

Конкурсный управляющий, настаивая на удовлетворении заявленных требований, ссылается на дефекты первичной документации, представленной в обоснование наличия встречного предоставления, указывает, что соответствующие документы представлены лишь на сумму 2 729 433,55 руб.

Между тем, суд первой инстанции, оценив представленные документы в их взаимосвязи и совокупности наряду с иными, полученными при рассмотрении данного спора сведениями и документами, пришел к выводу о реальности существовавших между должником и ответчиком правоотношений.

Так, суд первой инстанции оценил размер полученной ответчиком выручки, отраженной в налоговой отчетности, представленной в материалы дела в подтверждение реальности исполнения договоров, согласно которой за 2017 год выручка от реализации для исчисления налога на прибыль составила 7,9 млн. руб., сумма доходов для исчисления налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за 2018 год составила 18,1 млн. руб., за 2019 год – 40,7 млн. руб., что соотносится с размером полученных от должника платежей.

Возможность оказания ответчиком соответствующих услуг должнику (наличие у него трудовых (6 сотрудников в 2017 году и 14 сотрудников в 2018 году) и материальных ресурсов (транспортные средства, помещения, оборудование)) конкурсным управляющим не опровергнута. Также не приведены убедительные доказательства того, что оказание соответствующих услуг должнику не требовалось либо того, что данные услуги были оказаны иными лицами.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника является торговля оптовая прочей офисной техникой и оборудованием, ответчика - деятельность, связанная с использованием вычислительной техники и информационных технологий, прочая, что соотносится с предметом договоров № РИЦ17/2015 от 01.01.2016, № РИЦ01/16 от 15.01.2016, № РИЦ03/16 (без даты), № РИЦ103/17 от 07.11.2017 о сервисном обслуживании ответчиком продукции должника. Отраженные в назначении платежей правоотношения соотносятся с видами деятельности, осуществляемыми как должником, так и его контрагентом.

Спорные платежи совершались непрерывно на протяжении 2017, 2018 годов незначительными суммами до 29.08.2018, платеж от 18.04.2019 имеет назначение: «Оплата задолженности по акту сверки на 05.04.2019» и не отличается существенно по своему размеру от иных оспариваемых платежей.

Перечисление оспариваемых платежей не является характерным для действий по выводу средств на третье лицо с целью их сокрытия от кредиторов, как правило, выражающихся в единовременном (либо в сжатые сроки) перечислении организацией денежных средств в отсутствие на то оснований в пользу третьих лиц в значительных размерах в момент либо в преддверии возникновения у него финансовых трудностей.

В рассматриваемом случае в действиях должника по совершению в пользу ответчика спорных платежей не усматривается наличие какой-либо противоправной цели, поскольку первый платеж совершен более чем за 1,5 года до возникновения обязательств перед ООО «ЕКБ Девелопмент», последний – за 3 месяца до их возникновения. При этом совокупный размер соответствующих платежей по своему размеру несоотносим с размером задолженности, превышает ее в 3 раза. Какое-либо разумное обоснование относительно предположительной недобросовестной цели поведения должника в лице своего единоличного исполнительного органа суду не приведено и из материалов дела не усматривается.

Довод о том, что полученные ответчиком 18.04.2019 денежные средства в размере 384 775,13 руб. выведены в пользу аффилированного лица ФИО3, надлежащим образом не подтверждены. Так, непосредственно ФИО3 получены денежные средства в размере 25 000 руб., в остальной части денежные средства выданы в наличной форме и, как утверждает ответчик, иному лицу.

Кроме того, данное обстоятельство не имеет самостоятельного правового значения с учетом установленных обстоятельств совершения спорных платежей, недоказанности цели их совершения, направленной на причинение вреда кредиторам должника.

Обстоятельства, связанные с тем, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2021 по делу № А60-55288/2019, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции и судом округа, сделки общества «Юнит-копир» по перечислению в пользу общества «ЯРИЦ» в период с 04.09.2018 по 29.04.2019 денежных средств на сумму 6 663 221 руб. признаны недействительными (ничтожными) и сделанные судами в рамках данного обособленного спора выводы о мнимости сложившихся между сторонами отношений, уже получили свою оценку при рассмотрении кассационной жалобы. Как указано выше, суд округа отметил пассивную процессуальную позицию ООО «ЯРИЦ», а также то, что в рамках данного обособленного спора установлено, что перечисление денежных средств ООО «ЯРИЦ» осуществлялось в период с 04.09.2018 по 29.04.2019 – в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем ссылка судов на обстоятельства, установленные при оспаривании сделки с ООО «ЯРИЦ» в рамках обособленного спора по делу № А60-55288/2019 о банкротстве ООО «Юнит-копир», не является относимой к настоящему делу. Аффилированность ООО «Юнит-копир» и должника также не подтверждает недобросовестность ООО «ЯРИЦ».

Аффилированность ответчика по отношению к должнику, взаимная способность оказания влияния на хозяйственную деятельность друг друга конкурсным управляющим не доказана и из материалов дела не следует. Наличие в спорный период в штате ответчика менеджеров ФИО2 и ФИО3, которые ранее участвовали в аналогичных схемах вывода активов, признанным судами мнимыми по делам № А60-48249/2020 и № А60-55288/2019, соответствующую аффилированность не образует.

Руководствуясь статьями 167, 170 ГК РФ и разъяснениями пунктов 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», апелляционный суд полагает, что в рассматриваемом случае конкурсным управляющим надлежащим образом не подтверждены ни безвозмездность спорных платежей для должника, ни недобросовестная цель их совершения в пользу ответчика, отсутствие у последнего законных оснований для их получения, ни использование ответчика в качестве канала вывода денежных средств, ни осведомленность ответчика о соответствующей цели должника.

При изложенных обстоятельствах выводы суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований, в том числе в части платежа от 18.04.2019, являются верными.

Доводы апеллянта о необоснованном ограничении периода в отношении выписок по расчетным счетам ответчика при рассмотрении ходатайства об истребовании доказательства подлежат отклонению, с учетом установленных обстоятельств относительно даты возникновения у должника обязательств перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника. Нерассмотрение судом впоследствии заявленного аналогичного ходатайства об истребовании доказательств, ранее частично удовлетворенного судом, не привело к принятию неправильного судебного акта.

Указания заявителя жалобы на то, что в обжалуемом определении отсутствуют ссылки на доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела, и мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку из материалов дела усматривается, что суд первой инстанции исследовал представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений документы и принимал решение на основании всех представленных по делу доказательств. При этом, само по себе отсутствие в обжалуемом определении ссылок на все представленные в материалам дела доказательства не свидетельствует об отсутствии их анализа и оценки и не указывает на то, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения заявления должника, не исследованы.

Таким образом, следует признать, что суд первой инстанции верно оценил все имеющие значение для правильного разрешения указанного заявления обстоятельства и вынес законный и обоснованный судебный акт.

Изложенные заявителем в апелляционной жалобе доводы фактически дублируют доводы, заявленные ими ранее при рассмотрении спора по существу в суде первой инстанции. Все они были известны суду первой инстанции и учтены при принятии обжалуемого определения, следовательно, они не могут служить основанием для отмены принятого по делу судебного акта, поскольку оснований для переоценки фактических обстоятельств дела апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку конкурсному управляющему предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы, государственная пошлина в размере 30 000 руб. подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 сентября 2025 года по делу № А60-44097/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Глобальные решения» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

М.С. Шаркевич

Судьи

Т.Ю. Плахова

О.Н. Чепурченко