ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ
АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001
E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
27 января 2025 года
г. Вологда
Дело № А66-11019/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2025 года.
В полном объёме постановление изготовлено 27 января 2025 года.
Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мурахиной Н.В., судей Алимовой Е.А. и Болдыревой Е.Н.
при ведении протокола секретарем судебного заседания Муриной Р.Д.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Пермская производственная фирма «Фантом» на решение Арбитражного суда Тверской области от 05 сентября 2024 года по делу № А66-11019/2024,
установил:
общество с ограниченной ответственностью «Пермская производственная фирма «Фантом» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 614042, <...>; далее – общество, ООО «ППФ «Фантом») обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Тверской области (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 170100, город Тверь, площадь Святого Благоверного Князя ФИО1, дом 5; далее – управление, УФАС) о признании незаконным решения от 06.06.2024 № РП/4898/24.
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Опытно-технологическая фирма «Этрис» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 172009, <...>; далее – ООО «ОТФ «Этрис», фирма).
Решением Арбитражного суда Тверской области от 05 сентября 2024 года по делу № А66-11019/2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.
ООО «ППФ «Фантом» с судебным актом не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить. В обоснование жалобы ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права, а также на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела.
УФАС в отзыве считает, что решение суда следует оставить без изменения.
ООО «ОТФ «Этрис» отзыв на апелляционную жалобу не представило.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).
Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда подлежит отмене на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 АПК РФ.
Как следует из материалов дела, ООО «ППФ «Фантом» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.12.2002, основной вид деятельности –производство мыла и моющих средств, чистящих и полирующих средств (код ОКВЭД ОК 029-2014 КДЕС. Ред. 20.41.3) и является правообладателем товарного знака «РИК» (свидетельство от 22.11.2007 № 337766 с приложением и изменением).
ООО «ППФ «Фантом» обратилось в управление с жалобой на нарушение ООО «ОТФ «Этрис» положений антимонопольного законодательства, а именно пункта 1 статьи 14.6 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ, Закон о защите конкуренции), выразившегося в предложении к продаже последним на сайте фирмы товара – моющего средства с указанием наименования «РиК», сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, принадлежащим заявителю.
Лицензионных договоров на использование указанного выше товарного знака или сходных с ним обозначений при осуществлении предпринимательской деятельности третьим лицом (ООО «ОТФ «Этрис») и заявителем не заключалось.
По результатам рассмотрения жалобы управлением 06.06.2024 принято решение об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в связи с отсутствием в действиях ООО «ОТФ «Этрис» признаков нарушения пункта 1 статьи 14.6 Закона защите конкуренции (листы дела 7-8).
Не согласившись с таким решением, общество обратилось в суд с настоящим заявлением.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований.
Апелляционная коллегия при рассмотрении настоящего дела исходит из следующего.
В силу статей 198 и 201 АПК РФ для признания арбитражным судом ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными необходимо одновременное наличие двух юридически значимых обстоятельств: несоответствие их закону или иным нормативным правовым актам и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
На основании части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 названного Кодекса обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами оспариваемых актов, решений, возлагается на соответствующие органы.
В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган наделен полномочиями возбуждать и рассматривать дела о нарушении антимонопольного законодательства.
При этом основанием для возбуждения такого дела может являться, в том числе заявление юридического или физического лица (пункт 2 части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции).
В соответствии с частью 5 статьи 44 Закона № 135-ФЗ при рассмотрении заявления или материалов антимонопольный орган: определяет, относится ли рассмотрение заявления или материалов к его компетенции; устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению.
По результатам рассмотрения заявления или материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства (часть 8 статьи 44 Закона о защите конкуренции).
Из пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» (далее - Постановление № 2) следует, что судам необходимо учитывать, что по смыслу положений частей 1 и 2 статьи 44 Закона на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган не рассматривает по существу вопрос о наличии нарушения, но анализирует, приведены ли в заявлении обстоятельства, которые могут свидетельствовать о наличии в действиях конкретного лица признаков нарушения антимонопольного законодательства, и представлены ли в подтверждение этих обстоятельств доказательства (либо указано на невозможность представления определенных документов и лицо, у которого они могут быть истребованы).
Антимонопольный орган также не связан квалификацией указанных в заявлении действий, которую дает заявитель, а самостоятельно дает им квалификацию, в том числе на стадии возбуждения дела, исходя из содержания заявления и приложенных к нему доказательств.
В связи с этим при оценке законности отказа в возбуждении дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 части 9 статьи 44 Закона, арбитражный суд проверяет правильность выводов антимонопольного органа о возможной квалификации нарушения, а также полноту проверки доводов заявителя, свидетельствующих о возможном наличии нарушения антимонопольного законодательства в поведении соответствующих лиц.
Из определения недобросовестной конкуренции, содержащегося в пункте 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, следует, что для признания действий недобросовестной конкуренцией они должны одновременно соответствовать нескольким условиям, а именно: совершаться хозяйствующими субъектами (группой лиц); быть направленными на получение преимуществ в предпринимательской деятельности; противоречить законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости; причинить или быть способны причинить убытки другому хозяйствующему субъекту - конкуренту, либо нанести ущерб его деловой репутации (причинение вреда).
Согласно правовой позиции, выраженной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 01.04.2008 № 450-О-О и от 21.11.2013 № 1841-О, антимонопольное законодательство трактует недобросовестную конкуренцию как деятельность, направленную на получение преимуществ, которая может противоречить не только законодательству и обычаям делового оборота, но и требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, что расширяет область в сфере пресечения недобросовестной конкуренции и связано с многообразием форм и методов недобросовестной конкуренции, не все из которых могут прямо противоречить законодательству или обычаям делового оборота.
В соответствии со статьей 14.6 Закона о защите конкуренции не допускается недобросовестная конкуренция путем совершения хозяйствующим субъектом действий (бездействия), способных вызвать смешение с деятельностью хозяйствующего субъекта - конкурента либо с товарами или услугами, вводимыми хозяйствующим субъектом - конкурентом в гражданский оборот на территории Российской Федерации, в том числе: 1) незаконное использование обозначения, тождественного товарному знаку, фирменному наименованию, коммерческому обозначению, наименованию места происхождения товара хозяйствующего субъекта - конкурента либо сходного с ними до степени смешения, путем его размещения на товарах, этикетках, упаковках или использования иным образом в отношении товаров, которые продаются либо иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также путем его использования в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», включая размещение в доменном имени и при других способах адресации; 2) копирование или имитация внешнего вида товара, вводимого в гражданский оборот хозяйствующим субъектом - конкурентом, упаковки такого товара, его этикетки, наименования, цветовой гаммы, фирменного стиля в целом (в совокупности фирменной одежды, оформления торгового зала, витрины) или иных элементов, индивидуализирующих хозяйствующего субъекта - конкурента и (или) его товар.
Запрет действий, способных вызвать смешение, основан на положениях статьи 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883, согласно которым запрещаются любые действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента.
Под смешением в целом следует понимать ситуацию, когда потребитель одного товара (услуги) отождествляет его с другим товаром (услугой) либо допускает, несмотря на заметные отличия, производство двух указанных товаров (оказание услуг) одним лицом.
Таким образом, при смешении возникает риск введения потребителя в заблуждение относительно производителя товара (лица, оказывающего услуги).
Как указано в пункте 1 части 1 статьи 49 Закона о защите конкуренции, доказательства и доводы, представленные лицами, участвующими в деле, оценивает именно комиссия при принятии решения по делу о нарушении антимонопольного законодательства.
На стадии возбуждения дела на основании поданного заявления исследуется лишь само заявление на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые указывает сам заявитель, и то, приложены ли к заявлению доказательства, на которые заявитель ссылается как на подтверждение этих доводов.
При этом по делам о недобросовестной конкуренции к признакам нарушения антимонопольного законодательства, наличие или отсутствие которых проверяется на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства, относятся не обстоятельства, указанные в конкретных статьях главы 2.1 Закона о защите конкуренции, а обстоятельства, приведенные в пункте 9 статьи 4 названного Закона и в статье 10.bis Парижской конвенции.
Наличие либо отсутствие нарушения антимонопольного законодательства устанавливается непосредственно в ходе рассмотрения дела, по итогам которого антимонопольным органом принимается соответствующее решение.
Выводы о наличии нарушения антимонопольного законодательства могут быть установлены лишь при рассмотрении дела в порядке главы 9 Закона о защите конкуренции.
Доводы о признаках нарушения антимонопольного законодательства в заявлении должны свидетельствовать о том, что, по мнению подателя заявления, действия нарушителя в том виде, в котором они охарактеризованы в заявлении, охватываются составом недобросовестной конкуренции.
В рассматриваемом случае из материалов дела следует, что обществом такие доказательства представлены антимонопольному органу.
При этом, как отмечено ранее, именно антимонопольный орган дает квалификацию нарушения антимонопольного законодательства тем действиям, о которых ему указано заявителем, и не должен ограничиваться исключительно документами, ему предоставленными этими лицом, что следует, в том числе и из положений части 2 статьи 44 Закона о защите конкуренции, согласно которой к заявлению прилагаются документы, свидетельствующие о признаках нарушения антимонопольного законодательства, и в случае невозможности представления документов указывается причина невозможности их представления, а также предполагаемые лицо или орган, у которых документы могут быть получены.
Следует также отметить, что Законом № 135-ФЗ не допускается недобросовестная конкуренция путем введения в заблуждение, в том числе в отношении: места производства товара, предлагаемого к продаже, изготовителя такого товара, гарантийных обязательств продавца или изготовителя; условий, на которых товар предлагается к продаже, в частности цены такого товара (пункты 3, 4 статьи 14.2 Закона о защите конкуренции).
В соответствии со статьей 14.5 названного Закона не допускается недобросовестная конкуренция путем совершения хозяйствующим субъектом действий по продаже, обмену или иному введению в оборот товара, если при этом незаконно использовались результаты интеллектуальной деятельности, за исключением средств индивидуализации, принадлежащих хозяйствующему субъекту-конкуренту.
Под имитацией внешнего вида товара понимается своеобразное подражание товару конкурента с целью создания у покупателей впечатления о принадлежности таких товаров линейке имитируемых товаров.
Под смешением в целом следует понимать ситуацию, когда потребитель одного товара отождествляет его с товаром другого производителя, либо допускает, несмотря на имеющиеся отличия, вероятность производства указанных товаров одним лицом.
Последствием такого поведения на рынке является возможное перераспределение потребительского спроса от производителя (продавца) оригинального товара в пользу товара конкурента-нарушителя в результате ошибочного приобретения потребителем товаров нарушителя, поскольку визуальное сходство создает ошибочное впечатление о принадлежности товаров одному производителю.
В рассматриваемом деле необходимым квалифицирующим признаком недобросовестной конкуренции является наличие между хозяйствующими субъектами конкурентных отношений, осуществление ими деятельности на одном товарном рынке, способной вызвать смешение с деятельностью иного хозяйствующего субъекта-конкурента, а также незаконное использование обозначения, тождественного средству индивидуализации субъекта-конкурента.
В данном случае из материалов дела следует, что ООО «ППФ «Фантом и ООО «ОТФ «Этрис» действуют на рынке производства и реализации моющих средств и, соответственно, могут быть признаны конкурентами.
Внешний вид, а также обозначение «РиК» на продукции производства фирмы является сходным до степени смешения с товарным знаком «РИК» по свидетельству 337766 и аналогичной продукции общества, являющегося правообладателем товарного знака.
Общество представило в управление документы, подтверждающие факт приобретения в декабре 2023 года средства моющего «РиК» в количестве 1 штуки, произведенного ООО «ОТФ «Этрис».
Статьей 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.
В силу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.
Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.
Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.
Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).
Пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.
По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.
Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.
В соответствии с пунктом 157 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) с учетом пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.
При этом для признания факта недобросовестной конкуренции в действиях хозяйствующего субъекта-конкурента заявителю не требуется доказывать причиненные убытки, достаточно установления такой возможности.
В рассматриваемом случае антимонопольный орган на стадии решения вопроса о возбуждении дела должен был проанализировать представленные заявителем сведения, которые могли бы свидетельствовать о наличии признаков недобросовестной конкуренции (пункт 52 Постановления № 2).
Однако возложенную на него обязанность в рассматриваемом случае не осуществил, документы и сведения, представленные заявителем по сути фактически не анализировал.
Принятие решения с нарушений установленной процедуры является существенным нарушением вышеназванных норм Закона о защите конкуренции, что в силу статьи 201 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», влечет признание его арбитражным судом недействительным.
Руководствуясь статьями 110, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил :
решение Арбитражного суда Тверской области от 05 сентября 2024 года по делу № А66-11019/2024 отменить.
Признать незаконным решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Тверской области от 06.06.2024 № РП/4898/24, как несоответствующее требованиям Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».
Возложить на ответчика обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.
Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Тверской области (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 170100, город Тверь, площадь Святого Благоверного Князя ФИО1, дом 5) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Пермская производственная фирма «Фантом» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 614042, <...>) 33 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судами первой и апелляционной инстанции.
Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.
Председательствующий
Н.В. Мурахина
Судьи
Е.А. Алимова
Е.Н. Болдырева