АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-9076/23

г. Екатеринбург

29 мая 2025 г.

Дело № А50-28930/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 мая 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего судьи Осипова А.А.,

судей Пирской О.Н., Оденцовой Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мирдофатиховой З.Р. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «БФГ-Кредит»в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Пермского края от 12.12.2024 по делу № А50-28930/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа принял участие должник ФИО1 (паспорт), представитель ответчика ФИО2 и ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 10.10.2023 № 59АА4474196, доверенность от 09.01.2025 № 77АД8952108).

В судебном заседании посредством веб-конференции приняла участие представитель общества с ограниченной ответственностью КБ «БФГ-Кредит» ФИО5 (паспорт, доверенность от 28.12.2022 № 77АД2520519).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2023 ФИО1 (должник) признан несостоятельной (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.12.2024 (резолютивная часть от 28.11.2024) в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью Коммерческий Банк «БФГ-Кредит» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – общество КБ «БФГ-Кредит», кредитор, Банк) о признании недействительной сделкой брачного договора от 05.05.2016, заключенного между ФИО1 и ФИО7 (ответчик), а также всех заключенных к брачному договору дополнительных соглашений № № 1, 2, 3, 4, 5, 6, и о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности на имущество, нажитое в период брака супругов, отказано в полном объеме.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2025 определение Арбитражного суда Пермского края от 12.12.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба кредитора – без удовлетворения.

Не согласившись с указанными судебными актами, кредитор обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Пермского края от 12.12.2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2025, принять новый судебный акт, которым удовлетворить требования кредитора в полном объеме, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, и на несоответствие выводов обстоятельствам спора и доказательствам, представленным в материалы дела.

В обоснование доводов кассационной жалобы кредитор указывает, что вывод судов о том, что задолженность у поручителей, в том числе у ФИО1, перед Банком возникла в результате непринятия Банком предложения общества с ограниченной ответственностью УК «Строительные проекты» (далее – общество УК «Строительные проекты») об оплате векселя, о снятии с векселя залога, о зачете однородных требований, сделан с нарушением статей 352, 387, 365, 410 Гражданского кодекса Российской Федерации. Судами не учтено, что в случае погашения задолженности перед Банком третьим лицом – обществом УК «Строительные проекты» за счет обращения взыскания на залог (векселя), то к обществу УК «Строительные проекты», исполнившему обязательство, перешли бы права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Судами не принято во внимание то, что ФИО1 располагал сведениями об ухудшении финансового состояния общества с ограниченной ответственностью «КамСтройИнвест» (далее – общество «КамСтройИнвест») с осени 2015 года, указанное подтверждается тем, что вопросами дофинансирования первой очереди без учета кредита ФИО1 начал заниматься с осени 2015 года. Однако подписать документы не удалось, так как 12.04.2016 в отношении общества КБ «БФГ-Кредит» была введена временная администрация, полномочия прежнего руководства прекращены. Считает, что после отзыва лицензии у Банка ФИО1 начал активно избавляться от личного имущества в пользу близких родственников. Поведение должника, выразившееся в отчуждении всех спорных объектов недвижимости посредством заключения брачного договора, а также договора дарения, купли-продажи с близкими родственниками в один временной промежуток, а именно с мая 2016 по декабрь 2016 года свидетельствует о злоупотреблении должником правом с намерением причинить вред кредиторам, действуя в обход закона с противоправной целью. Судами необоснованно сделан вывод, что с момента заключения брачного договора должник не осуществлял оплату алиментов на детей ответчика. Ответчик пояснила, что должник исполнил перед ней алиментные обязательства в сумме 5 128 208 руб. Вывод судов о том, что при заключении брачного договора неравноценность встречного представления наблюдается по отношению к ответчику, а не по отношению к должнику являются несостоятельными и противоречащими обстоятельствам дела. Должником и ответчиком не раскрыты причины невключения иного имущества (дебиторская задолженность, договоры долевого участия) в брачный договор с учетом неоднократных дополнительных соглашений к нему, а также целесообразность такого поведения.

Поступивший посредством системы электронной подачи документов «Мой Арбитр» от ФИО2 отзыв на кассационную жалобу в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы кредитора.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, должник ФИО1 до 16.09.2021 состоял в браке с ФИО8

Между указанными лицами 05.05.2016 был заключен брачный договор № 59 АА 2099599, по условиям которого установлено следующее распределение приобретенного супругами в период брака имущества (далее – брачный договор):

1. Комната площадью 12,8 кв.м. и вспомогательная площадь 9,1 кв.м. в трехкомнатной квартире, расположенной на третьем этаже трехэтажного жилого дома из шлакоблоков по адресу: Пермский край, г. Лысьва, ул. Смышляева, д. 3, кв. 23, титульным собственником которой указан ФИО1, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО1;

2. Нежилое помещение, общей площадью 48,3 кв.м., этаж 3, по адресу: <...>, титульный собственник ФИО1, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО1

3. Земельный участок: под жилой дом, общей площадью 1 563 кв.м. по адресу: Пермский край, Лысьвенский район, Лысьвенское г/п, г. Лысьва, ул. Совхозная 109, титульный собственник ФИО1, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО1;

4. Земельный участок: для строительства индивидуального гаража, общей площадью 24 кв.м, по адресу: Пермский край, г. Лысьва, г.м. «Смышляева-9», 5 ряд, место 7, титульный собственник ФИО1, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО1;

5.Гараж общей площадью 23,8 кв. м, этаж 1, по адресу: Пермский край, Лысьвенский район, г. Лысьва, г.м. «Смышляева-9», 5 ряд, место 7, титульный собственник ФИО1, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО1;

6. ? доли в праве собственности на две комнаты жилой площадью 28,3 кв.м. (13,6 кв.м и 14,7 кв.м) и вспомогательную площадь 18,2 кв.м. в трехкомнатной квартире, расположенной на третьем этаже трехэтажного жилого из шлакоблоков по адресу: Пермский край, г. Лысьва, ул. Смышляева, д. 3, кв. 23, титульный собственник ФИО9, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО9;

7. Гараж-бокс общей площадью 17.1 кв.м. по адресу: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, Комсомольский проспект, ГСК 76, бокс 6, титульный собственник ФИО9, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО9;

8. Нежилые помещения (номера на поэтажном плане 31,32,33) общей площадью 32.1 кв.м. и вспомогательная площадь 9.2 кв.м, расположенные на четвертом этаже четырехэтажного шлакоблочного жилого дома по адресу: <...>, титульный собственник ФИО9, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО9

В дальнейшем, 24.06.2016 к брачному договору заключено дополнительное соглашение № 1.

Указанным соглашением стороны договорились дополнить брачный договор пунктом 2.9 следующего содержания:

- жилое помещение: студия, № 36Е, находящаяся по адресу: Республика Болгария, область Бургас, г. Несебр, ул. «Иван Вазов» № 9, бл. 4, эт. 5, ап. 636, титульный собственник ФИО1, по условиям договора принадлежит на праве раздельной собственности ФИО9;

Также 08.12.2016 к брачному договору заключено дополнительное соглашение № 2, по условиям которого он дополнен п. 2.10, устанавливающим, что приобретенная в период брака квартира площадью 32,1 кв.м., расположенная по адресу: <...>, титульный собственник ФИО9, принадлежит на праве раздельной собственности ФИО9

Дополнительным соглашением от 10.03.2017 № 3 брачный договор дополнен п. 2.11, согласно которому находящаяся в общей собственности квартира общей площадью 91,3 кв.м. этаж 17, расположенная по адресу: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Рабоче-Крестьянская, д. 25, кв. 76, принадлежит на праве раздельной собственности ФИО9

В дополнительном соглашении от 03.07.2017 № 4 брачный договор дополнен п. 2.12, согласно которому приобретенная на имя ФИО1 доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «УралСпецМонтаж» в размере 100%, а также все доходы, полученные от деятельности общества принадлежат на праве раздельной собственности ФИО9

Кроме того, 04.12.2017 было заключено дополнительное соглашение № 5, которым брачный договор дополнен пунктами 2.13, 2.14, 2.15, 2.16 следующего содержания:

- банковские вклады, сделанные супругами во время брака после заключения брачного договора, а также проценты по ним являются собственностью того из супругов, на имя которого они сделаны.

- акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака после заключения брачного договора, а также дивиденды по ним принадлежат тому из супругов, на имя которого оформлено приобретение акций и других ценных бумаг.

- доля в имуществе/уставном капитале/ и/или/ доходах коммерческих организаций является собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение указанной доли.

- каждая из сторон в период брака на свой риск самостоятельно осуществляет предпринимательскую деятельность.

В итоговом дополнительном соглашении от 29.03.2019 № 6 к брачному договору (дополнен п. 2.20) стороны договорились, что все приобретенные во время брака акции в отношении любых эмитентов, а также акции, находящиеся на счете депо № 265033, а также дивиденды по ним принадлежат на праве раздельной собственности во время брака и в случае расторжения брака ФИО9

Ссылаясь на то, что брачный договор был заключен должником и его супругой с целью вывода имущества из общей совместной собственности для уклонения от погашения имеющейся перед кредиторами задолженности, поскольку ФИО1, как поручитель по кредитному договору общества с ограниченной ответственностью «КамСтройИнвест» и общества КБ «БФГ-Кредит» от 24.12.2014 № 2112, не мог не знать о неисполнении обществом своих обязательств, общество КБ «БФГ-Кредит» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в суд с рассматриваемым заявлением о признании брачного договора от 05.05.2016 и дополнительных соглашений к нему недействительными сделками на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Рассмотрев заявление общества КБ «БФГ-Кредит», суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, не усмотрел оснований для признания его недействительным.

При этом суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, также заявление может быть подано конкурсным кредитором самостоятельно.

Статьями 40, 42 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов. Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (статья 44 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абз. 2, 5 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статей 61,2, 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170, п. 1 ст. 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественнымправам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указаннойцели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признакунеплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренныхабзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми: они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Вместе с тем, исходя из сложившейся устойчивой судебной практики для применения статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо наличие обстоятельств, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве потеряет смысл ввиду его полного поглощения содержанием норм Гражданского кодекса Российской Федерации о злоупотреблении правом (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886 и др.).

В такой ситуации злоупотребление должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Руководствуясь вышеназванными нормами права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды установили, что оспариваемый брачный договор от 05.05.2016 № 59 АА 2099599 был заключен супругами в период брака и дополнялся соглашениями № № 1 – 6 вплоть до 2019 года, брак официально расторгнут супругами только 16.09.2021. С учетом характера оспариваемой сделки её сторонами являются заинтересованные лица. Настоящее дело о банкротстве возбуждено 23.11.2022, оспариваемый договор заключен 05.05.2016, дополнительные соглашения к нему – 24.06.2016, 08.12.2016, 10.03.2017, 03.07.2017, 04.12.2017, 29.03.2019, то есть за пределами подозрительности, установленными пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, суды правомерно пришли к выводу, что отсутствуют основания по оспариванию договора и дополнительных соглашений к нему по специальным основаниям.

Отсутствуют основания по оспариванию договора и дополнительных соглашений к нему недействительными по статям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку материалами дела не установлено, что должник и его супруга, заключая оспариваемые сделки, действовали в условиях потенциального риска возможности обращения взыскания на личное имущество должника и имущество, являющееся их совместной собственностью, то есть действовали недобросовестно, с целью причинения вреда кредитору – обществу КБ «БФГ-Кредит».

При этом судами установлено, что брачный договор заключен должником с ФИО7 05.05.2016, когда у должника отсутствовали какие-либо притязания со стороны кредиторов к должнику. Решением Свердловского районного суда г. Перми от 21.06.2017, на основании которого кредитор основывает свои требования к ФИО1, взысканы денежные средства с ФИО1 как с поручителя по кредитному договору общества «КамСтройИнвест» и общества КБ «БФГ-Кредит» от 24.12.2014 № 2112.

Из решения Свердловского районного суда г. Перми от 21.06.2017, на котором основаны требования общества КБ «БФГ-Кредит», включенные в реестр требований кредиторов должника, следует, что кредитный договор от 24.11.2014 был заключен с целью финансирования второго этапа строительства жилых домов в с. Лобаново, строительство должен был осуществлять общество УК «Строительные проекты», а также ФИО1 и общество «Техком» как субподрядчики; кредитные обязательства основного заемщика общества «КамСтройИнвест» были обеспечены векселями общества КБ «БФГ-Кредит», приобретенными одним из поручителей по кредитному договору; между банком, основным заемщиком, поручителем обществом УК «Строительные проекты» согласована схема взаимоотношений, предполагающая погашение кредитной задолженности путем обращения взыскания на векселя Банка, причем вексельный долг (порядка 1 млрд. руб.) значительно превышал сумму полученного кредита (735 млн. руб.); 14.04.2016 названный поручитель обращался в Банк сперва с просьбой оплатить вексель, затем о снятии с векселя залога, с предложением об отступном; все эти действия были совершены до введения моратория на удовлетворение обществом КБ «БФГ-Кредит» требований кредиторов (27.04.2016), отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций (27.07.2016), в результате которых зачет встречных требований в рамках названных правоотношений, с целью погашения кредита, оказался невозможным, возникла задолженность по кредитному договору, взысканная затем как с основного заемщика, так и с поручителей, в том числе с ФИО1

Судами учтены пояснения ФИО1 и других поручителей следует, что, с учетом предоставленного обеспечения, заключения договора новации договора залога векселей в обязательства по векселю от 31.03.2016, у них имелись ожидания возмещения по кредитному договору путем обращения взыскания на вексель, проведения соответствующего зачета.

В названном решении установлено, что требование о досрочном возврате суммы кредита, процентов направлено в адрес поручителей 26.10.2016.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого брачного договора у должника имелись обязательства по договору поручительства, однако, невозможность исполнения обязательств по кредитному договору не была очевидной, поскольку требование кредитора к поручителям на момент заключения брачного договора не было направлено.

Кроме того, устанавливая цель совершения оспариваемых сделок, суды пришли к выводу, что причины заключения брачного договора и дополнительных соглашений к нему не были связаны с указанными выше событиями, носили сугубо семейный характер.

Так, ответчик ФИО7 в суде первой инстанции указывала, что брачный договор был заключен в связи с тем, что у должника возникла фактически новые семейные отношения, в том числе в сожительстве с иным лицом родились дети. При этом сама ФИО7 никогда не участвовала в предпринимательской деятельности супруга, не знала о его доходах, занималась домом и детьми, состояла на полном содержании супруга, заключение брачного договора было осуществлено по её инициативе с целью защиты имущественных интересов своих детей.

Данные обстоятельства также подтверждены свидетельскими показаниями ФИО10, ФИО11, ФИО12, которым дана детальная надлежащая оценка судами при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Следовательно, судами правомерно сделан вывод, что заключение брачного договора являлось со стороны ответчика оправданной и разумной мерой, направленной не на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, а на защиту имущественных интересов себя и своих детей, что не может расцениваться как злоупотребление правом со стороны ответчика. Оправданность такого порядка защиты имущественных прав путем заключения брачного договора подтверждена материалами дела, так как притязания на имущество должника уже имели двое детей, а в последующем трое детей должника, рожденных в браке с другими женщинами. Ответчик при установлении имущества должника заключала дополнительные соглашения для защиты имущественных прав как своих, так и своих детей. Доказательств, что ответчик фигурирует как участник общества «КамСтройИнвест», участвующий в предпринимательской деятельности должника и о заключении договора с иной, не связанной с семейными отношениями, целью, не представлено. Со стороны должника подписание брачного договора также не может быть квалифицировано как злоупотребление правом, поскольку мотивы заключения договора никак не связаны с предпринимательской деятельностью должника, а связаны с урегулированием имущественных отношений со своей бывшей супругой и детьми. То обстоятельство, что время заключения брачного договора оказалось близким к периоду возникновения проблем у должника в предпринимательской деятельности, само по себе не опровергает указанные сторонами сделки причины совершения сделки, не подтверждает злонамеренность действий её сторон.

Суды также осуществили проверку обстоятельств равноценности характера раздела имущества между супругами при заключении брачного договора. В частности, был проанализирован представленный ответчиком расчет, согласно которому установлено, что общая стоимость имущества, перешедшего к должнику, стоимость долей участия в уставных капиталах общества «Техноресурс» и общества «Техпром», составляющие по оценке, проведенной по заказу ответчика, 2 320 000 руб. и 1 260 000 руб. соответственно, а также имущественные права на взыскание задолженности по исполнительному производству с должника ФИО13 (4 088 672,82 руб.), неисполненные алиментные обязательства перед ФИО2 в общей сумме 5 125 208 руб. и стоимость земельного участка № 15, расположенного в с/п Никоновское Раменского района Московской области, в сумме 5 200 000 руб. (согласно оценке, проведенной по заказу ответчика), составила15 883 880,82 руб. При этом разделу не подлежали доли в обществе «Техноресурс», обществе «Техпром», дебиторская задолженность ФИО13, иное имущество, которое осталось в собственности должника, по оценке, произведенной по заказу ответчика, его стоимость составила 11 681 847,40 руб., стоимость долей обществ не оценивалась, помимо долей общая стоимость имущества, оставшегося должнику, составила 34 162 441,68 руб. Земельный участок № 15, расположенный в с/п Никоновское Раменского района Московской области, в период заключения брачного договора был зарегистрирован на дочь должника ФИО3.

В собственность ответчика перешло имущество стоимостью 15 745 000 руб. При этом с даты заключения брачного договора должник не осуществлял оплату алиментов на детей ответчика, ответчик их не требовала, иного кредитором не доказано. Иное имущество, приобретенное в период брака, не вошедшее в брачный договор и дополнительные соглашения к нему, по согласованию сторон осталось во владении должника, ответчик на него не претендует. Доказательств обратного, кредитором в судах первой и апелляционной инстанций представлено не было.

В связи с изложенным довод кассатора о том, что ответчик получил по брачному договору имущества больше, чем осталось у должника, имел место неравноценный раздел имущества, судом округа отклоняется ввиду того, что ему была дана надлежащая правовая оценка, у суда округа отсутствуют полномочия по иной оценке данных доводов и обстоятельств.

По сути, доводы кассатора в части необходимости применения положений статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сводятся к тому, что совершенными сделками причинен вред имущественным правам кредиторов, при этом на момент совершения указанных сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед внешними кредиторами. Указанные основания для признания сделок недействительными полностью укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поэтому положения статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае не применимы. В свою очередь сами сделки совершены более чем за 3 года до возбуждения дела о банкротстве должника.

Кроме того, с учетом установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, на основе надлежащей оценки доказательств, следует, что в данном ситуации целью заключения оспариваемых сделок являлось не причинение вреда кредиторам, а урегулирование имущественных отношений должника и его супруги с детьми в результате фактического и в дальнейшем юридического распада между ними брачно-семейных отношений.

Доводы кассатора о том, что в случае погашения задолженности обществом УК «Строительные проекты» за счет обращения взыскания на залог (векселя), то обществу УК «Строительные проекты», исполнившему обязательство, перешли бы права кредитора по этому обязательству к должнику как поручителю, что в связи с отзывом лицензии у Банка должник стал отчуждать принадлежащее ему имущество, не ставят под сомнение действительность оспариваемого брачного договора и дополнительных соглашений к нему ввиду недоказанности кассатором обстоятельств недобросовестности поведения сторон при заключении брачного договора с целью причинения имущественного вреда кредиторам.

Доводы кассатора о том, что имеются и иные сделки, по которым должник выводил свое имущество на родственников, правового значения не имеют, т.к. в данном случае судами рассматривался отдельный обособленный спор, основанный на конкретных обстоятельствах и доказательствах. Выводы, изложенные в судебных актах по настоящему обособленному спору, не носят обязательного характера для иных обособленных споров по оспариванию сделок должника, в каждом конкретном случае суд устанавливает совокупность обстоятельств, являющихся основанием для признания той или иной сделки недействительной.

Таким образом, судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит ещё раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 12.12.2024 по делу № А50-28930/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «БФГ-Кредит»в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий А.А. Осипов

Судьи О.Н. Пирская

Ю.А. Оденцова