СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А45-7737/2018

Резолютивная часть постановления суда объявлена 28 января 2026 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 января 2026 г.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сбитнева А.Ю.,

судей: Дубовика В.С.,

Камнева А.С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в рамках дела № А45-7737/2018 (07АП-6784/18(33)) о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

заявление ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительными сделки от 23.10.2012, от 23.10.2013, об обязании возвратить в конкурсную массу нежилые здания, об отмене арестов,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований, ФИО5, ООО МКК «Ваш Инвестор»,

при участии в судебном заседании:

ФИО2, паспорт (до перерыва);

от ФИО3 – не явился;

от ФИО4 – не явился;

от иных лиц – не явились;

УСТАНОВИЛ:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника – ФИО1 20.07.2023 в Арбитражный суд Новосибирской области обратились кредиторы ФИО2, ФИО3, ФИО4 с заявлением о признании недействительными договоров субаренды от 23.10.2012 и 23.10.2013 в отношении земельного участка площадью 140 210 кв. м с кадастровым номером 54:17:023605:300, местонахождение: Новосибирская область, Маслянинский район, Большеизыракский сельсовет, вблизи деревни Верх-Ики, участок № 3, заключенных между ФИО6 и ФИО7; применении последствий их недействительности в виде обязания ФИО7 возвратить в конкурсную массу должника нежилое здание котельной с административным блоком площадью 124,6 кв. м с кадастровым номером 54:17:023605:345 и нежилое здание скважины забора воды площадью 3,3 кв. м с кадастровым номером 54:17:023605:346 путем государственной регистрации перехода права собственности к должнику, отмены арестов судебных приставов-исполнителей, наложенных на спорные объекты по залоговым обязательствам ФИО7 в рамках иных споров с иными лицами.

Определением от 20.09.2023 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 15.11.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением от 20.02.2024 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа названные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

По итогам нового рассмотрения спора определением от 07.06.2024 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 22.10.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением от 12.02.2025 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа судебные акты судом первой и апелляционной инстанций отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области в ином составе суда.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа указал на необходимость установления значимых для настоящего обособленного спора обстоятельств, таких как: существование спорных объектов недвижимости уже на дату заключения оспариваемых договоров субаренды, хронологию получения и использования земельного участка под реальное строительство объектов, начало строительства объектов и источники; определить настоящее местонахождение скважины и котельной на кадастровом плане, собственника соответствующего земельного участка и основания владения спорными объектами недвижимости.

Определением от 30.06.2025 Арбитражного суда Новосибирской области заявление удовлетворено частично:

- признаны недействительными договор субаренды от 23.10.2012 и договор субаренды от 23.10.2013, заключенные между ФИО6 и ФИО7 в отношении земельного участка, площадью 140 210 кв. м, с кадастровым номером 54:17:023605:300, местонахождение: Новосибирская область, Маслянинский район, Большеизыракский сельсовет, вблизи деревни Верх-Ики, участок № 3;

- суд обязал ФИО7 возвратить в конкурсную массу должника ФИО1 нежилое здание котельной с административным блоком, площадью 124,6 кв. м, с кадастровым номером 54:17:023605:345 и нежилое здание скважины забора воды, площадью 3,3 кв. м, с кадастровым номером 54:17:023605:346, путем государственной регистрации перехода права собственности на ФИО1

Не согласившись с принятым судебным актом, должник обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда, перейти к рассмотрению обособленного спора по правилам суда первой инстанции, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование доводов указано, что должник никогда не обладал правомочиями в отношении земельного участка с кадастровым номером 54:17:023605:300. Более того, не являлся стороной оспоренных договоров субаренды, не принимал участие в их заключении, следовательно, не мог оказывать какое-либо влияние на стороны при согласовании условий. Несмотря на это, в результате признания сделок недействительными судом применены последствия недействительности в виде возврата в конкурсную массу имущества, никогда не принадлежавшего должнику. Также апеллянт указывает, что на дату рассмотрения обособленного спора земельный участок с кадастровым номером 54:17:023605:388, который был изначально выделен из земельного участка с кадастровым номером 54:17:023605:300, принадлежит ФИО8, которая не была привлечена к участию в рассмотрении настоящего спора. Дополнительно апеллянт обращает внимание, что спорные здания находятся на земельном участке с кадастровым номером 54:17:023605:388. Апеллянт полагает, что ФИО7 не сможет исполнить решение суда и передать в конкурсную массу должника спорную недвижимость, так как здания подлежат передаче вместе с земельным участком, что неисполнимо. Кроме того апеллянт указывает, что судебный акт принят без выяснения обстоятельств наличия у ФИО6 наследников, при том, что спорное имущество нажито супругами ФИО9 в браке, являлось совместно нажитым имуществом супругов.

В отзыве на апелляционную заявители возражали против доводов апеллянта, указывает на их необоснованность, полагает, что судебный акт принят в соответствии с действующим законодательством, выводы суда соответствуют материалам дела.

Письменный отзыв в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен в материалы дела.

Определениями от 04.09.2025, 18.09.2025, 17.10.2025 судебные заседания апелляционного суда откладывались, в том числе в целях проверки доводов о наличии наследников у ответчика ФИО10, судом направлялись запросы в нотариальные органы Новосибирской и Свердловской областей об открытых наследственных делах ФИО6

Дополнительно 09.09.2025 конкурсным кредитором ФИО2 в материалы дела представлен брачный контракт супругов ФИО9, согласно которому спорное имущество не является совместно нажитым имуществом супругов.

Из ответов нотариальной палаты Новосибирской области (в эл. виде от 18.09.2025), нотариальной палаты Свердловской области (в эл. виде от 24.10.2025) следует, что Реестр наследственных дел не содержит сведений о начале производства по наследственному делу к имуществу ФИО6

Далее, проверяя доводы апелляционной жалобы о наличии кадастровой ошибки, судебной коллегий запрошены выписки из Единого государственного реестра недвижимости в отношении спорных объектов недвижимости с кадастровыми номерами 54:17:023605:345 и 54:17:023605:346, и земельного участка с кадастровым номером 54:17:023605:388.

Согласно выписок, полученной посредством межведомственного электронного взаимодействия (ПТК ВИВ), здания с кадастровыми номерами 54:17:023605:345 и 54:17:023605:346 расположены в пределах объекта с кадастровым номером 54:17:023605:388, а в пределах земельного участка с кадастровым номером 54:17:023605:388 расположены объекты недвижимости с кадастровыми номерами: 54:17:023605:345, 54:17:023605:346.

Принимая во внимание, что разрешение судом спора в отношении объектов недвижимости может повлиять на осуществление прав собственником земельного участка, на котором расположены объекты недвижимости, в свою очередь, переход титула собственника объектов недвижимости к иному правообладателю может оказывать воздействие на права собственника земельного участка. Исходя из единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов (подпункт 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса РФ), суд апелляционной инстанции усмотрел наличие основания для привлечения последующих за ФИО5 собственников земельного участка с кадастровым номером 54:17:023605:388 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Кроме того, судом учтено, что при подаче настоящего заявления и возбуждении производства по обособленному спору по заявлению кредиторов к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований был привлечена ФИО5 - собственник земельного участка на дату подачи заявления, в пределах которого располагаются спорные объекты.

Определением от 13.11.2025 суд перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, предусмотренным АПК РФ, для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции, к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований привлечены ФИО8, ФИО11.

Определениями от 10.12.2025, 25.12.2025 судебные заседания откладывались в целях получения информации об актуальном месте жительства привлеченных третьих лиц и их надлежащего извещения, судом апелляционной инстанции направлялись соответствующие запросы в органы миграции.

Ответы на запросы получены судом 12.01.2026.

Определением от 19.01.2026 в порядке статьи 18 АПК РФ сформирован состав суда: председательствующий Сбитнев А.Ю., судьи Дубовик В.С., Камнев А.С.

В судебном заседании (до перерыва) принял участие кредитор ФИО2, поддержавший требование о признании сделки недействительной.

Рассмотрев ходатайство ФИО2, суд не усмотрел оснований для прекращения производства по апелляционной жалобе, предусмотренных статьей 265 АПК РФ. Отсутствие в деле о банкротстве финансового управляющего имуществом должника таким основанием не является.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения обособленного спора, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в связи с чем, суд на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ считает возможным рассмотреть заявление при существующей явке.

Рассмотрев материалы дела, исследовав письменные доказательства и доводы участников процесса, суд пришел к выводу, что заявленные требования подлежат удовлетворению частично.

Как следует из материалов дела, в Едином государственном реестре юридических лиц 06.09.2007 внесена запись о регистрации общества с ограниченной ответственностью «Княжий терем» (ИНН <***>), учредителем и директором которого являлась ФИО12; 05.11.2008 внесена запись о создании ДНП «Княжий Терем-2» (ИНН <***>), учредителями которого являлись ФИО3, ФИО6, ФИО1

Постановлением Главы Маслянинского района Новосибирской области № 559 от 31.07.2009, по договору аренды земельного участка № 46/1 от 31.07.2009 администрация Маслянинского района Новосибирской области передала ФИО6 земельный участок с кадастровым номером 54:17:23605:225, площадью 372907 кв. м, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства.

Постановлением администрации Маслянинского района Новосибирской области № 1657 от 30.12.2010 «О разделе земельного участка» земельный участок с кадастровым номером 54:17:023605:225 был разделен на три земельных участка: 54:17:023605:229, площадью 188167 кв. м; 54:17:023605:300, площадью 140210 кв. м; 54:17:023605:301, площадью 44530 кв. м.

Постановлением № 441 от 20.05.2011 и соглашением к договору аренды земельного участка, в постановление № 559 от 30.05.2011 и договор аренды № 46/1 от 31.07.2009 были внесены изменения, согласно которым в аренду передавались участки с кадастровыми номерами 54:17:023605:300 и 54:17:023605:301, общая площадь которых составляла 184740 кв. м.

На основании постановления Администрации Маслянинского района Новосибирской области от 09.04.2012 № 170-ка физическим лицам: ФИО1, ФИО6, ФИО13, ФИО14 и ФИО15 в совместную собственность за плату для дачного строительства предоставлен земельный участок площадью 3 000 кв. м с кадастровым номером 54:17:023605:180, местоположение которого установлено: Новосибирская область, Маслянинский район, муниципальное образование Барышевский сельсовет, в границах земель акционерного общества «Верх-Инское», севернее реки Выдриха (между земельными участками пашни № 65 и 66), расположенного в границах ориентира, адрес ориентира: Новосибирская область, Маслянинский район.

23.10.2012 между ФИО6 (Арендатор) и ФИО7 (Субарендатор) подписан договор субаренды на срок до 22.10.2013. По условиям договора Арендатор передает, а Субарендатор принимает и использует на праве субаренды земельные участки с кадастровым номером 54:17:023605:301 и 54:17:023605:300. Размер арендной платы составляет 26 594 руб. в год (пункт 4.1 Договора).

24.10.2012 ФИО7 получила разрешение на строительство № 5417023605-194 и № 5417023605-197 на возведение на спорном земельном участке трехэтажного здания котельной с административным блоком и одноэтажного павильона над водозаборной скважиной, а затем получила разрешение на ввод данных объектов в эксплуатацию (от 12.08.2013 № RU54517303-17, № RU 5451703-16).

11.10.2013 котельной и павильону присвоены кадастровые номера 54:17:023605:345 и 54:17:023605:346.

В дальнейшем субарендные правоотношения супругов ФИО9 были продлены на основании договора от 23.10.2013.

Основанием регистрации права собственности являлись разрешения на ввод объектов в эксплуатацию № RU54517303-17, RU54517303-16 и договор от 23.10.2013 субаренды земельного участка с кадастровым номером 54:17:023605:300.

Кредиторы ФИО2, ФИО3 и ФИО4, полагая, что сделки от 23.10.2012 и 23.10.2013 по передаче ФИО7 в субаренду земельного участка с кадастровым номером 54:17:023605:300 и последующее оформление на основании указанных договоров права собственности ФИО7 на спорные объекты недвижимости котельной и скважины имели целью вывод ликвидного имущества должника из-под обращения на него взыскания со стороны кредиторов, обратились в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Рассмотрев заявленные требования, исследовав представленные доказательства, принимая во внимание указание суда округа, изложенные в постановлении от 12.02.2025 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, арбитражный суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о признании сделки недействительной по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления ее сторонами гражданскими правами не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», абзац четвертый пункта 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признается недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2015, определение Верховного Суда РФ от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923).

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима недобросовестность обеих ее сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные недобросовестные действия одной стороны сделки и осведомленность об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ 13.05.2014 № 17089/12, определение Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

В соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно правовой позиции, приведенной в определениях Верховного Суда РФ от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления сторонами при ее совершении гражданскими правами обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Исходя из пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу названной нормы права по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В соответствии с разъяснениями правовой позиции Верховного Суда РФ, содержащейся в определении от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110, совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

При этом конкурсный кредитор либо арбитражный управляющий, не являясь стороной спорных правоотношений, объективно ограничены в возможности доказывания недействительности/ничтожности сделки, ввиду чего предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к процессуальному неравенству; в случае наличия возражений кредитора либо арбитражного управляющего со ссылкой на мнимость соответствующих правоотношений и представления ими в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии правоотношений, бремя опровержения этих сомнений возлагается на ответчика, при этом последнему не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

При заинтересованности сторон сделки к ним должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному участнику в деле о банкротстве. Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения в реальности сделки, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления ответчиками внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем уменьшения имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Учитывая изложенное, в результате такого перераспределения суд полагает, что заявителю по настоящему спору, как заведомо слабой стороне спора в предоставлении доказательств, достаточно заявить такие доводы или указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые подтверждали бы малую вероятность развития событий таким образом, на котором настаивает ответчик, а другой стороной спора, которая, в свою очередь, реализует бремя доказывания по повышенному стандарту, необходимо представить суду ясные и убедительные доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что у ФИО1 обязательства по возврату кредитов и денежных займов перед публичным акционерным обществом «БинБанк» возникли с 22.12.2006, перед ФИО16 – с 08.11.2008, перед ФИО2 – с 10.12.2011, перед ФИО3 – с 15.04.2012, перед ФИО17 – с 25.05.2012, перед ФИО4 – с 31.09.2012.

Следовательно, в рамках настоящего дела установлено, что с 2009 года привлекал заемные средства у названных кредиторов, чьи требования впоследствии были включены в реестр требований кредиторов, и на указанные денежные средства осуществлял строительство горнолыжной базы.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Новосибирской области от 05.06.2020 по настоящему делу, принятому в рамках обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО16 в размере 76 860 377,28 руб., в том числе: 26 361 000 руб. заемных денежных средств, 30 005 690,28 руб. процентов за пользование займом, 20 493 687 руб. пени, установлено, что договор займа от 19.01.2009 № 3 являлся целевым, денежные средства предоставлены ФИО16 должнику на выкуп земельного участка, кадастр, финансирование строительства горнолыжной базы из бруса, получение технических условий по электроснабжению и водоснабжению; факт отсутствия доказательств внесения средств в строительство объектов не подтверждает нереальность сделки по передаче средств и не является основанием для отказа в удовлетворении требований по данному основанию; факт того, что была построена автономная канализация и автономная котельная с двумя котлами, приобретена чаша бассейна, не оспаривается и не опровергнут сторонами; следовательно, в конкурсную массу должника может быть включено имущество, о существовании и принадлежности которого спора нет.

Из данного определения также следует, что согласно пояснениям должника, у ООО «Княжий терем» ФИО6 не было денежных средств для строительства горнолыжного комплекса; должник инвестировал строительство; денежные средства передавались лично бригадиру ФИО18 для строительства объектов; фактически должник инвестировал административное здание, скважину, канализации, приобретал чашу для бассейна; земельный участок с административным зданием и скважина, в строительство которого должником вкладывались заемные у кредиторов средства, сейчас принадлежат ФИО6 или его супруге ФИО12 точно не знает.

Кроме того, в рамках обособленного спора о признании недействительным договора купли-продажи от 10.09.2012, заключенного между продавцами ФИО1, ФИО6, ФИО13, ФИО14 и ФИО15 и покупателем ФИО16 и применении последствия недействительности сделки – обязании ФИО16 возвратить в конкурсную массу ФИО1 земельный участок с кадастровым номером 54:17:023605:180, проведена судебная экспертиза, установившая, что участок обеспечен водоснабжением (от скважины, расположенной на соседнем участке), местной канализацией, теплоснабжением (от газовой котельной, расположенной на соседнем участке), но нет данных о наличии коммуникационной связи. Также наличие на спорном земельном участке объектов недвижимости (скважины и котельной) подтверждается картографическим сервисом «Гугл Планета Земля», «Яндекс-карта», «Публичная кадастровая карта» (стр. 34, 36 определения арбитражного суда от 21.05.2021).

По утверждению кредитора ФИО2 оспариваемые договоры субаренды, подписанные между супругами ФИО9, прикрывают сделку, в действительности, направленную на сокрытие факта неосновательного перехода права собственности к ФИО19 на дорогостоящие объекты, находившиеся на земельном участке и принадлежавшие должнику, в подтверждении чего ссылается на спутниковые снимки от 12.03.2012, согласно которым спорные объекты недвижимости были построены на земельном участке задолго до заключения договоров субаренды.

Из представленных в материалы дела спутниковых снимков от 12.03.2012 с сервиса «Google Планета Земля», сделанным за 7 месяцев до даты подписания первого договора субаренды, следует, что спорные объекты недвижимости уже находились в границах земельного участка.

Таким образом, факт того, что была построена котельная и скважина забора воды до заключения договоров субаренды, не оспаривается и не опровергнут сторонами.

Кроме того, определением арбитражного суда от 05.06.2020, где, помимо прочего, установлено, что их строительство осуществлялось на средства должника, каких-либо доказательств, опровергающих указанные обстоятельства и, напротив, подтверждающих несение ФИО7 самостоятельных затрат на строительство спорных объектов недвижимости, со стороны супругов ФИО9 в материалы дела не представлено.

При этом, ФИО7 могла быть использована должником в качестве мнимого держателя активов для регистрации фактически принадлежащего ему имущества на заинтересованное лицо на внешне безупречных условиях (центр прибыли), а должник – для накапливания долговых обязательств перед кредиторами (центр убытков).

Согласно выпискам из ЕРГН от 04.04.2025 собственником нежилых зданий с кадастровыми номерами 54:17:023605:346, 54:17:023605:345 является ФИО7.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о притворности оспариваемых договоров, прикрывающих мнимое приобретение прав собственности на объекты недвижимости через получение разрешения на строительство уже построенных должником на средства инвесторов объектов и ввод их в эксплуатацию.

Ответчик не представил пояснений и доказательств о целесообразности заключения договоров субаренды и приобретения в дальнейшем спорных объектов недвижимости.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Однако в настоящее время не могут быть применены последствия недействительности оспариваемых договоров субаренды, ввиду следующего.

Постановлением администрации Маслянинского района Новосибирской области № 1606-па от 28.11.2014 и договором купли-продажи земельного участка № 129 от 28.11.2014, земельный участок с кадастровым номером 54:17:023605:300 был предоставлен ФИО7 в собственность за плату, как собственнику здания, расположенного на данном участке. 30.10.2014 соглашением к договору аренды земельного участка № 46/1 от 31.07.2009 были внесены изменения, согласно которым в аренде у ФИО6 остался один земельный участок с кадастровым номером 54:17:023605:301, площадью 44530 кв. м.

Спорный земельный участок площадью 140 210 кв. м с кадастровым номером 54:17:023605:300 ФИО7 03.06.2015 разделила на два земельных участка с кадастровыми номерами 54:17:023605:368 и 54:17:023605:369.

Затем, 10.06.2015 ФИО7 зарегистрировала право собственности на земельный участок с кадастровым номером 54:17:023605:369, а 11.11.2015 продала его ФИО5, которая передала данный земельный участок в аренду Крестьянскому фермерскому хозяйству «Чистый продукт», которое 08.05.2018 разделило земельный участок на два участка с кадастровыми номерами 54:17:023605:388 и 54:17:023605:387.

Согласно кадастровой карте спорные объекты недвижимости, собственником которых является ФИО7, находятся на земельном участке площадью 600 кв. м с кадастровым номером 54:17:023605:387 (согласно выписке из ЕГРН от 04.04.2025 собственником является ФИО5). Участок прилегает к земельному участку с кадастровым номером 54:17:023605:180, на котором находятся основные строения горнолыжной базы, для обеспечения которых теплом и водой используются спорные объекты скважины и котельной.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что фактическое расположение здания котельной и скважины соотносится с проектной документацией, в соответствии с которой котельная расположена по линии ул. Полевая, дома 6, 4, 2; скважина расположена по линии ул. Полевая, дома 5, 5/1.

Однако заявителем указано, что 22.05.2022 в рамках спора о признании недействительной сделки от 10.09.2012 проведена землеустроительная экспертиза в отношении участка 54:17:023605:180, которая установила несовпадение фактических и кадастровых (содержащихся в ЕГРН) границ участка.

Между тем, согласно выписок, полученной посредством межведомственного электронного взаимодействия (ПТК ВИВ), здания с кадастровыми номерами 54:17:023605:345 и 54:17:023605:346 расположены в пределах объекта с кадастровым номером 54:17:023605:388, а в пределах земельного участка с кадастровым номером 54:17:023605:388 расположены объекты недвижимости с кадастровыми номерами: 54:17:023605:345, 54:17:023605:346.

Таким образом, актуальные сведения, содержащиеся в кадастровых паспортах как земельного участка, так и самих объектов недвижимости, вопреки утверждениям должника, изложенным в апелляционной жалобе, опровергают наличие кадастровой ошибки по состоянию на дату рассмотрения дела в апелляционном суде.

Фактически спорные объекты находятся на участке с кадастровым номером 54:17:023605:388, право собственности на который принадлежало ФИО5 (лицо аффилированное с супругами ФИО9). В последующем земельный участок (без спорных объектов) был отчужден ФИО8 по договору от 17.09.2018, ФИО11 по договору от 29.12.2023. При этом, спорные объекты, расположенные на земельном участке с кадастровым номером 54:17:023605:388 из собственности ФИО7 не выбывали.

Также вопреки доводам должника, после смерти ФИО6 спорные объекты недвижимости не включались в наследственную массу, следовательно, не выбывали из собственности ФИО7 Указанное следует из существа брачного договора между супругами ФИО9 (в эл. виде 09.09.2025 06:51), а также из ответов нотариальной палаты Новосибирской области (в эл. виде от 18.09.2025), нотариальной палаты Свердловской области (в эл. виде от 24.10.2025), информировавших суд об отсутствии наследственных дел к имуществу умершего ФИО6

Оценив представленные в дело доказательства на предмет их относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд приходит к выводу об обоснованности заявленного требования, в связи с чем, заявление в части признания сделок недействительными и обязании вернуть в конкурную массу имущество подлежит удовлетворению.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

По требованию об отмене арестов судебных приставов-исполнителей, наложенных на спорные объекты по залоговым обязательствам ФИО7 в рамках иных споров с иными лицами, суд приходит к следующим выводам.

В соответствие с частью 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

В соответствии с нормой части 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания должника банкротом снимаются ранее наложенные аресты на имущество гражданина и иные ограничения распоряжения имуществом гражданина.

Законодателем в абзаце 4 части 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве определено основание для снятия ареста на имущество должника, которое по смыслу этой нормы в системе действующего правового регулирования должно быть применено уполномоченным органом (например, судом, арбитражным судом) или должностным лицом (судебным приставом-исполнителем), которыми наложен арест на имущество и введены соответствующие ограничения (запреты).

Из материалов дела следует, что аресты на спорное имущество наложены на основании постановлений судебных приставов-исполнителей, принятых в ходе исполнительных производств, возбужденных в отношении ответчика.

В данном случае арбитражный суд не является органом, которым были наложены аресты в отношении недвижимого имущества ФИО7, и не вправе подменять своим решением решения иного лица или органа, в чью исключительную компетенцию входит разрешение вопроса о снятии наложенных им арестов, в связи чем, основания для удовлетворения заявления в указанной части отсутствуют.

Кроме того, с учетом положений пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», разрешение в резолютивной части судебного акта вопроса, в том числе, в виде возврата недвижимого имущества (прав на него) одной из сторон сделки, само по себе является основанием для внесения соответствующих записей в Единый государственный реестр недвижимости.

Отдельного возложения обязанности на органы Росреестра по внесению в ЕГРН соответствующей записи о праве собственности должника на объекты недвижимости не требуется.

Судом принято во внимание, что настоящий обособленный спор находится в производстве более 2,5 лет, при том, что, эффективная судебная защита прав кредиторов не может быть поставлена в зависимости от длительности рассмотрения спора и смены финансовых управляющих в ходе его рассмотрения.

В настоящем споре финансовым управляющим сформулирована позиция, в соответствии с которой он поддержал заявленные требования, данная позиция учтена судом; каких-либо дополнительные сведения, которые были получены кредиторами и судом без участия финансового управляющего, представлено не было. Напротив, в ходе рассмотрения дела управляющий указывал, что не располагает доказательствами возведения спорных объектов силами ФИО1

Кроме этого, заявленные требования, последовательно поддерживаемые кредиторами в судах трех инстанций в отсутствие финансового управляющего, охватывается полномочиями, указанными во 2 абзаце пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, и были реализованы в деле о банкротстве.

С учетом изложенного, настоящий обособленный спор рассмотрен апелляционным судом в отсутствие у должника ФИО1 утверждённого финансового управляющего.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса РФ в редакции на дату обращения с рассматриваемым требованием).

В порядке части 3 статьи 110 АПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истцу была предоставлена отсрочка, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» по результатам рассмотрения дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, на основании части 6.1 статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт.

На основании изложенного определение от 30.06.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по настоящему делу подлежит отмене с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 30.06.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-7737/2018 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Заявление удовлетворить частично.

Признать недействительными договор субаренды от 23.10.2012 и договор субаренды от 23.10.2013, заключенные между ФИО6 и ФИО7 в отношении земельного участка, площадью 140 210 кв. м, кадастровый номер 54:17:023605:300, местонахождение: Новосибирская область, Маслянинский район, Большеизыракский сельсовет, вблизи деревни Верх-Ики, уч. № 3.

Обязать ФИО7 возвратить в конкурсную массу должника - ФИО1 нежилое здание котельной с административным блоком, площадью 124,6 кв. м, кадастровый номер 54:17:023605:345 и нежилое здание скважины забора воды, площадью 3,3 кв. м, кадастровый номер 54:17:023605:346, путем государственной регистрации перехода права собственности на ФИО1.

В остальной части в удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с ФИО7 в доход федерального бюджета судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий А.Ю. Сбитнев

Судьи В.С. Дубовик

А.С. Камнев