АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ
ул. Логинова, д. 17, <...>, тел. <***>, факс <***>
E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
26 июня 2025 года
г. Архангельск
Дело № А05-330/2025
Резолютивная часть решения объявлена 10 июня 2025 года
Полный текст решения изготовлен 26 июня 2025 года
Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Шишовой Л.В.
при ведении протокола судебного заседания секретарем Михайловой В.Е.,
рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 163021, г.Архангельск)
к Управлению Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 163000, <...>)
о признании недействительным решения в части,
с привлечением к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:
- ФИО2 (адрес: г. Архангельск),
- ФИО3 (адрес: г. Архангельск),
при участии в заседании заявителя ФИО1 (паспорт), представителя заявителя ФИО4 (доверенность от 28.02.2024 паспорт, диплом), представителя ответчика ФИО5 (доверенность от 19.12.2024 № 39-08/60262, паспорт, диплом), представителя третьих лиц ФИО6 (доверенность от 08.02.2025, удостоверение адвоката),
установил:
индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – заявитель, предприниматель) обратилась в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Управлению Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – ответчик, Управление) о признании недействительным решения № 29-08/8551 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.09.2024 в части доначисления по эпизоду взаимоотношений с предпринимателем ФИО2 (далее – ФИО2) налога на добавленную стоимость (далее – НДС) в сумме 6 843 969 руб. 50 коп., налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в сумме 2 457 370 руб. 50 коп., страховых взносов на обязательное пенсионное страхование (далее – страховые взносы) в сумме 168 209 руб. 51 коп., а также соответствующих сумм штрафов на основании пунктов 1 и 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ).
К участию в деле третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2 и ФИО3 (далее – ФИО3).
Ответчик представил отзыв на заявление, в котором просил в удовлетворении заявления отказать.
В судебном заседании заявитель и ее представитель на удовлетворении требований настаивали.
Представитель ответчика с заявленным требованием не согласился по мотивам, изложенным в отзыве на заявление.
Представитель третьих лиц поддержал доводы, изложенные в письменном мнении, в удовлетворении заявленного требования просил отказать.
Заслушав пояснения заявителя, представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства:
Как следует из материалов дела, Управлением проведена выездная налоговая проверка в отношении предпринимателя ФИО1 по всем налогам и сборам за налоговые периоды с 01.01.2020 по 31.12.2022, по результатам которой установлено использование налогоплательщиком незаконной схемы минимизации налоговых обязательств «дробление бизнеса», незаконное не исчисление и не уплата НДС при безвозмездной передаче имущества и реализации транспортных средств, незаконное не исчисление и не уплата страховых взносов с заработной платы сотрудникам.
Решением Управления от 25.09.2024 № 29-08/8551 предприниматель привлечена к налоговой ответственности, предусмотренной пунктами 1 и 3 статьи 122, пунктом 1 статьи 126 НК РФ, в виде штрафа в общей сумме 240 981 руб. (с учетом смягчающих вину обстоятельств). Также предпринимателю предложено уплатить НДС в общей сумме 19 135 051 руб., НДФЛ в общей сумме 8 062 723 руб., страховые взносы в общей сумме 538 498,21 руб.
Основанием для начисления указанных сумм послужил вывод налогового органа о том, что заявитель в проверяемом периоде 2020-2022 годы реализовывал схему «дробления бизнеса», основной целью которой являлось сокрытие выручки и получение необоснованной налоговой экономии в виде неуплаты налогов по общей системе налогообложения путем распределения дохода на формальных участников гражданского оборота, подконтрольных налогоплательщику предпринимателей (ФИО2 в 2020 году и по декабрь 2021 года), ФИО7 (с декабря 2021 года по октябрь 2022 года) и ФИО8 (с октября по декабрь 2022 года), которые применяя специальный режим налогообложения (единый налог на вменный доход (далее – ЕНВД) в 2020 году и патентную систему налогообложения (далее – ПСН) в 2021 – 2022 годы), на основании дилерских договоров и договоров поставки, заключенных с налогоплательщиком, осуществляли реализацию продукции предпринимателя ФИО1 через розничную сеть под общим коммерческим наименованием «Упаковка». Управление исходило из согласованности действий заявителя и указанных индивидуальных предпринимателей, направленных на организацию осуществления единой торговой деятельности, включающей в себя розничную торговлю в объектах торговли оптово-розничной сети «Упаковка».
Решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по Северо-Западному федеральному округу от 27.12.2024 № 08-19/7104 апелляционная жалоба предпринимателя на решение Управления от 25.09.2024 № 29-08/8551 оставлена без удовлетворения.
Не согласившись с решением Управления от 25.09.2024 № 29-08/8551 в части доначисления НДС, НДФЛ и страховых взносов, а также привлечения к налоговой ответственности на основании пунктов 1 и 3 статьи 122 НК РФ по взаимоотношениям с предпринимателем ФИО9, предприниматель обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.
В ходе судебного разбирательства заявителя на основании статьи 49 АПК РФ уточнила предмет заявленных требований и просила признать оспариваемое решение недействительным в части доначисления по эпизоду взаимоотношений с предпринимателем ФИО2 НДС в сумме 6 843 969,50 руб., НДФЛ в сумме 2 457 370,50 руб., страховых взносов в сумме 168 209,51 руб., а также соответствующих сумм штрафов на основании пунктов 1 и 3 статьи 122 НК РФ.
Не оспаривая факт номинальности ФИО2, как предпринимателя, а также создание схемы дробления бизнеса, предприниматель, вместе с тем указывает следующее: выгодоприобретатель в лице предпринимателя ФИО1 определен Управлением не верно, без учета всех полученных сведений в рамках допросов свидетелей и документов, опровергающих непосредственное участие заявителя в организации схемы «дробления бизнеса» с использованием ФИО2, осуществлявшей розничную торговлю под руководством своего отца ФИО3; налоговый орган обязан был провести дополнительные мероприятия налогового контроля в целях проверки доводов заявителя об использовании ФИО2 и ФИО3 денежных средств, полученных от осуществления деятельности по розничной торговле, в своих личных целях; материалы проверки не содержат доказательств того, что ФИО3 являлся сотрудником предпринимателя ФИО1 и выполнял ее распоряжения по инкассации денежных средств от деятельности ФИО2, занимался вопросами пожарной безопасности, охраны труда, содержанием, обслуживанием зданий и транспортных средств ФИО1; свидетели, на показания которых в решении ссылается Управление, дали не конкретные ответы, не указали, что получателем денежных средств от розничной торговли ФИО2 являлся заявитель.
Ответчик в отзыве на заявление указал на законность и обоснованность решения от 25.09.2024 № 29-08/8551 в оспариваемой части.
На основании пункта 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.
По смыслу части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ для признания ненормативного акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, незаконными необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие ненормативного правового акта, решений, действий (бездействия) закону и нарушение актом, решениями, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.
В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).
Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, доводы участвующих в деле лиц, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения предъявленного требования.
Пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.
Нормами пункта 2 статьи 54.1 НК РФ определены условия, при одновременном соблюдении которых, в случае отсутствия обстоятельств, установленных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, налогоплательщик вправе по имевшим место сделкам (операциям) уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога с правилами соответствующей главы части второй НК РФ.
К таким условиям относятся следующие обстоятельства:
- основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога (подпункт 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ);
- обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону (подпункт 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).
Введение статьи 54.1 НК РФ в НК РФ направлено на установление запрета совершения налогоплательщиком формально правомерных действий с основной целью неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или получения права на возмещение (возврат, зачет) (запрет на злоупотребление правом).
К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, отнесены: неотражение налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), в том числе в связи с вовлечением в предпринимательскую деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учета заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения (письмо ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@).
Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 неоднократно указано на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 НК РФ, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.
Согласно пункту 5 статьи 82 НК РФ доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 данного Кодекса, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 данного Кодекса, производится налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля в соответствии с разделами V, V1, V2 данного Кодекса.
В силу пункта 1 статьи 23 НК РФ налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги.
Статьей 52 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.
Согласно пункту 1 статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 настоящего Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов).
В силу пункта 3 статьи 122 НК РФ умышленная неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).
Как указал Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 8 Постановления от 28.12.2006 № 64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», уклонение от уплаты налогов и (или) сборов возможно только с прямым умыслом с целью полной или частичной их неуплаты.
Следовательно, составообразующим, применительно к вышеуказанному правонарушению, может признаваться такое деяние, которое совершается с умыслом и направлено на избежание уплаты налога в нарушение установленных налоговым законодательством правил. Соответственно налоговый орган обязан доказать не только сам факт неуплаты налога, но и противозаконность соответствующих действий (бездействия) налогоплательщика и наличие у него умысла на неуплату налога.
В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.05.2003 № 9-П указано, что недопустимо установление ответственности за такие действия налогоплательщика, которые, хотя и имеют своим следствием неуплату налога либо уменьшение его суммы, но заключаются, в том числе, с выбором наиболее выгодных для него форм предпринимательской деятельности и соответственно – оптимального вида платежа.
Из определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О и от 04.11.2004 № 324-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок на предмет их действительности. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.
Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.07.2017 № 1440-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО10 на нарушение его конституционных прав положениями статей 146, 153, 154, 247 - 249 и 274 Налогового кодекса Российской Федерации» указал, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.
Конституционный Суд Российской Федерации в указанном определении отметил, что в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), то это, в свою очередь, предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений НК РФ, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора.
Налогоплательщик может считаться недобросовестным в случае представления налоговым органом доказательств совершения им и его контрагентами согласованных, лишенных экономического основания (разумной деловой цели) действий, направленных исключительно на получение налоговой выгоды путем уменьшения соответствующей налоговой обязанности или уклонения от ее исполнения.
Вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий. Обязанность по доказыванию недобросовестности налогоплательщика, в силу положений части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 АПК РФ, возлагается на налоговые органы. Налогоплательщик, в свою очередь, вправе представить суду доказательства реальности и экономической обоснованности совершенных им хозяйственных операций.
Как установлено в ходе выездной налоговой проверки, заявитель с момента регистрации в качестве индивидуального предпринимателя (21.11.1996) и в проверяемом налоговом периоде применяла общеустановленную систему налогообложения (далее – ОСН) с видом деятельности – торговля оптовая неспециализированная (ОКЭД 46.90) в торговой сети «Упаковка». С середины 2023 года заявитель помимо оптовой торговли осуществляет розничную торговлю в торговой сети «Упаковка» в розничных магазинах по адресам: г. Северодвинск, пр-кт. Беломорский, 44 б; <...>; <...>; <...>.
Налоговый орган, делая вывод о совершении ФИО1 налогового правонарушения и создании схемы «дробления бизнеса», основывался на том, что заявителем получена необоснованная налоговая выгода в результате организации и ведения розничной торговли через подконтрольных индивидуальных предпринимателей (ФИО2 (в 2020 году и по декабрь 2021 года), ФИО7 (с декабря 2021 года по октябрь 2022 года), ФИО8 (с октября по декабрь 2022 года), применявших специальные налоговые режимы в виде ЕНВД в 2020 году и ПСН в 2021 – 2022 годы. По мнению Управления, заявителем создана схема по «дроблению бизнеса», направленная на неуплату налогов, путем вывода дохода от розничной торговли на подконтрольных лиц.
Решение Управления обжалуется заявителем в части половины доначисленных сумм НДС, НДФЛ, страховых взносов, а также соответствующих сумм штрафов на основании пунктов 1 и 3 статьи 122 НК РФ по эпизоду взаимоотношений с предпринимателем ФИО2, поскольку выгодоприобретателем от создания схемы дробления бизнеса, наравне с предпринимателем ФИО1, по мнению заявителя, являлся отец ФИО2 ФИО3
Исследовав материалы дела, доводы лиц, участвующих в деле, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного требования, поскольку ответчиком представлены исчерпывающие доказательства, подтверждающие согласованность действий заявителя и индивидуального предпринимателя ФИО2, направленных на организацию осуществления единой торговой деятельности, включающей в себя розничную торговлю в объектах торговли оптово-розничной сети «Упаковка», а также верно определен выгодоприобретатель от создания схемы дробления бизнеса.
Неосуществление реальной предпринимательской деятельности ФИО2 в собственных интересах, а функционирование единой торговой оптово-розничной сети «Упаковка», принадлежащей заявителю, подтверждается следующим:
Участники схемы ФИО2, ФИО7, ФИО8 последовательно были зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей перед превышением предела выручки, необходимого для применения специальных налоговых режимов при осуществлении розничной торговли:
- ФИО2 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 23.12.2013; основной вид деятельности – торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах (ОКВЭД 47.19), с 2013 по 2020 годы применяла специальный налоговый режим ЕНВД, с 2021 года – ПСН; снята с учета 05.04.2022. С января по ноябрь 2021 года выручка ФИО2 составила 54 382 661,37 руб.
- ФИО7 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 25.11.2021, основной вид деятельности – торговля розничная прочая внеспециализированных магазинах (ОКВЭД 47.19), ПСН, УСНО (объект налогообложения «доходы-расходы»). Выручка ФИО7 в декабре 2021 года составила 7 330 341,86 руб. Совместная выручка ФИО2 и ФИО7 за 2021 год составила 61 713 003,23 руб. С января по сентябрь 2022 года выручка ФИО7 составила 49 785 438,27 руб.
- ФИО8 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 26.09.2022, основной вид деятельности – торговля розничная прочая внеспециализированных магазинах (ОКВЭД 47.19), ПСН. Выручка ФИО8 с октября по декабрь 2022 года составила 8 923 448,91 руб. Совместная выручка ФИО7 и ФИО8 за 2022 год составила 66 753 501,78 руб.
Розничная торговля торговой сети «Упаковка», независимо от смены индивидуальных предпринимателей, всегда осуществлялась по одним адресам: <...> б; <...>; <...>; <...>; <...>.
ФИО2 в указанный период осуществляла трудовую деятельность в ООО «Карекс ЛБ» (руководитель отдела продаж), на допросе подтвердила, что являлась номинальным предпринимателем, фактически предпринимательскую деятельность не осуществляла; деятельностью ФИО2 занимались ФИО1 и ее работники; по просьбе ФИО1 и ФИО3 подписывала документы по деятельности ИП ФИО11; трудовые договоры и иные документы с работниками ИП ФИО2 не оформляла и не подписывала, на работу в качестве работодателя никого не принимала; сотрудники ИП ФИО2 ей не известны; торговую выручку от розничной торговли не получала; бухгалтерский и налоговый учет ИП ФИО2 вела главный бухгалтер ИП ФИО1 ФИО12, она же имела доступ к расчетному счету ИП ФИО2; о деятельности ИП ФИО2 и розничной торговле в магазинах «Упаковка» ей известно только как покупателю товаров магазинов «Упаковка».
В ходе судебного разбирательства ФИО2 данные показания подтвердила.
Как установлено в ходе проверки подконтрольные предпринимателю лица осуществляли деятельность на площадях, предоставленных заявителем на основании договоров аренды и субаренды. Стоимость субаренды для подконтрольных предпринимателей была значительно ниже, чем арендная плата самой ФИО1 Условия об оплате представленных договоров аренды и субаренды с предпринимателями не исполнялись. Действий по взысканию задолженности заявитель не принимала. Предприниматели не несли расходов на охрану, текущий ремонт, содержание помещений, все расходы оплачивались ФИО1
Расходы по использованию и обслуживанию компьютерного оборудования, сервера и компьютерной сети по договору с ООО «ИТ СОМЭКС» также несла ФИО1
Заявитель в целях контроля процесса оптово-розничной торговли использовала единый программный продукт «Битрикс24» - мессенджер для взаимодействия между сотрудниками, для размещения поручений, распоряжений, относящихся к рабочим процессам, изменений в режиме работы, сотрудники также размещают в ней сообщения, касающиеся трудовой деятельности и взаимозаменяемости на период временного отсутствия (отгул, отпуск, больничный). Договор на использование и подключение программного продукта заключен заявителем с ООО «Статус-Проф Северо-Запад». К «Битрикс24» подключены работники, трудоустроенные у предпринимателей ФИО1, ФИО2, ФИО7 и ФИО8
Согласно справкам 2-НДФЛ, численность сотрудников у подконтрольных предпринимателей была минимальной, что при распределении на количество торговых точек не позволило бы полноценно вести розничную торговлю, также отсутствовала возможность замещать временно отсутствовавшего работника (отпуск, больничный). ФИО2 в 2020 году не имела работников в торговой точке по адресу: <...> б. Вместе с тем, согласно фискальным данным на протяжении года с понедельника по пятницу с 9-00 до 18-00 осуществлялась розничная продажа товаров. ФИО2 самостоятельно функции продавца-кассира также не исполняла в связи с занятостью по основному месту работы, не осуществлением предпринимательской деятельности и посещением магазинов «Упаковка» только в качестве покупателя.
Как установлено в ходе проверки продажи в адрес подконтрольных предпринимателей в программе 1С: Предприятие поименованы как продажи в адрес покупателя «Наше предприятие». Реализация товара ФИО1 в адрес ФИО2 осуществлялась по закупочной цене, в то время как, товары иным –невзаимозависимым лицам ФИО1 реализовывала по стоимости равной цене продажи товаров в розницу. Таким образом, по сделкам с ФИО2 заявитель не получала никакой прибыли (товары передавались по закупочной цене, при этом заявитель несла затраты на доставку товара от поставщика, хранению на складе, доставку в розничные точки, коммунальные платежи, заработную плату, содержание автотранспорта и иные расходы, связанные с предпринимательской деятельностью).
В результате создания подконтрольных лиц товарооборот, количество клиентов и выручка остались на уровне себестоимости, а выделение розничной торговли не позволило снизить себестоимость продукции, обеспечить предоставление конкурентоспособных цен потребителям. Соответственно, наличие деловой цели в сделках с ФИО2 не подтверждено.
Ответчиком установлено и подтверждается материалами дела, что предприниматели ФИО1 и подконтрольные предприниматели использовали единые IP - адреса, адреса электронной почты (upakovbuh@mail.ru, upakovka@atnet.ru, 661155@upakovka29.ru), телефоны <***>, 8182661232), при этом расходы по обеспечению связи несла только заявитель. При подключении к системе «Сбербанк онлайн» предпринимателями указывался единый номер 8-931-413-30-68, зарегистрированный на ФИО1; доставка счетов производилась ПАО «Мегафон» по адресу: <...>, оплата производилась со счета ФИО1 На сайте: ппр://упаковка29.рф размещена информация в отношении, как оптового отдела, так и всех оптово-розничных магазинов, ассортименте товаров и условиях реализации на оптовых и розничных условиях. Размещенная информация аккумулируется на владельце (ФИО1), как лице, ведущим торговую деятельность под брендом «Упаковка». Заявителем и предпринимателями использовался единый центральный офис, в котором располагались бухгалтерия, кадровая служба. Бухгалтерский, налоговый учет и складской учет велся в едином программном продукте на платформе 1С.
В соответствии с выданными доверенностями, все полномочия по ведению деятельности с момента регистрации в качестве индивидуального предпринимателя ФИО2 переданы ФИО1 и (или) ее работникам ФИО3 и ФИО12
В ходе проверки установлено, что оптовая и розничная торговля осуществлялась по одним и тем же адресам: <...> б; <...>
В протоколах допросов и пояснениях покупатели указали, что воспринимали оптово-розничную сеть «Упаковка» как единый объект, продажи в котором осуществлялись как оптом, так и в розницу; договор был заключен с ИП ФИО1; про продажу товаров другими продавцами в магазине «Упаковка» не известно; вход для всех покупателей был единый (протоколы допроса от 01.08.2024 № 932 ФИО13, от 19.12.2023 № 27-101498 ИП ФИО14, пояснения от 11.07.2024 ИП ФИО15, от 18.07.2024 ИП ФИО16, от 17.07.2024 ИП ФИО17, протокол допроса от 01.08.2024 №927 ФИО18).
По итогам проведенного сотрудниками внутренних дел гласного оперативно-розыскного мероприятия по адресу: <...> (протокол изъятия документов, предметов, материалов и сообщений от 26.03.2024) установлено, что сотрудники заявителя регулярно формировали отчеты о валовой прибыли торгово-розничной сети «Упаковка», отражая в отчетах как оптовую, так и розничную выручку (файл «Анализ скрытый опт и розница», дата файла 03.09.2021).
При осуществлении розничной торговли использовались ККТ, перерегистрация которых производилась между предпринимателями по одним и тем же адресам:
- ККТ с заводскими номерами 00106704233606, 00106709107833 использовались последовательно ИП ФИО2 и ИП ФИО7 в магазине по адресу: <...>, а в последующем по адресу: <...> ИП ФИО8;
- ККТ с заводскими номерами 00106701794387, 00106709102482 использовались последовательно ИП ФИО2 и ИП ФИО7 в магазине по адресу: <...>;
- ККТ с заводскими номерами 00106709097921, 00106725150337 использовались последовательно ИП ФИО2 и ИП ФИО7 в магазине по адресу: <...> б;
- ККТ с заводским номером 00106709107241 использовались последовательно ИП ФИО2 и ИП ФИО7 в магазине по адресу: г. Архангельск, ш. Окружное, 9.
Согласно данным, полученным из АИС АСК «ККТ», по предпринимателю ФИО2 установлены кассиры, осуществлявшие расчеты с розничными покупателями, которые не являлись работниками предпринимателя ФИО2, а были трудоустроены у заявителя.
Ассортимент товаров, реализуемых в розничных магазинах, не изменялся в зависимости от смены предпринимателей.
Согласно фискальным сведениям из АСК ККТ предпринимателя ФИО2 последний чек по розничной торговле был пробит 30.11.2021 в 17-51. Предприниматель ФИО7 начал деятельность по розничной торговле товарами 01.12.2021 первый чек был пробит в 09-28. На дату фактического прекращения деятельности ФИО2 не передавала остатки своего товара ФИО7, продажу которых он начал на следующее утро. Фотоотчеты, изъятые в ходе гласного оперативно-розыскного мероприятия 26.03.2024 (протокол изъятия документов, предметов, материалов и сообщении от 26.03.2024), подтверждают, что в магазинах розничной торговли «Упаковка» осуществлялась одновременная продажа товаров от имени предпринимателей ФИО2 и ФИО7
Таким образом, деятельность магазинов не приостанавливалась для необходимости проведения инвентаризации, продажи остатков товаров, переоформления ценников и других действий, выполняемых при осуществлении реальной предпринимательской деятельности.
Обстоятельства, установленные Управлением, свидетельствуют, что предприниматель ФИО2 самостоятельной розничной торговой деятельностью не занималась.
Основной целью оптово-розничной сети «Упаковка» являлось достижение высокой конкурентоспособности на рынке, которая регулировалась непосредственно ФИО1
Заявитель осуществляла самостоятельное регулирование выручки от розничной торговли посредством оформления реализации в адрес предпринимателей после осуществления розничных продаж конечным потребителям, допуская неполное отражении выручки от товаров, переданных на реализацию в розницу: счета-фактуры на реализацию выставлялись последним днем месяца без соблюдения хронологии в нумерации; общий объем реализации, отраженный в книгах продаж налоговых деклараций по НДС за налоговые периоды 2020, 2021, 2022 годы составил 70 279 328,03 рублей, в том числе по предпринимателю ФИО2 34 026 442,46 руб. при этом, на банковский счет ФИО1 предпринимателем ФИО2 перечислено 67 741 857,80 руб., которые ранее с назначением платежа «по операциям эквайринга. Мерчант» поступили на ее банковский счет от реализации в розницу в сумме 68 179 909,87 руб.
Продажи от ИП ФИО1 в адрес ИП ФИО2
оплата ИП ФИО2 в адрес ИП ФИО1 с НДС
Реализация товара
ИП ФИО2
через розничную
сеть
торговая наценка
(6-4)
Реализация в
адрес ИП
ФИО19
Е.И. с НДС,
отраженная в
книге продаж
Реализация в
адрес ИП
ФИО2,
не заявленная в
книге продаж с
учетом НДС
ВСЕГО (2+3)
1
2
3
4
5
6
7
1 квартал 2020
4 353 548.60
3 491 599.70
7 845 148.30
11 551 253.58
3 706 105.28
2 квартал 2020
4 954 570.60
3 709 033.84
8 663 604.44
12 760 704.74
4 097 100.30
3 квартал 2020
5 553 111.70
5 345 187.24
10 898 298.94
16 037 275.86
5 138 976.92
4 квартал 2020
5 007 820.49
6 707 864.59
11 715 685.08
17 239 087.41
5 523 402.33
1 квартал 2021
407 816.29
8 032 050.76
8 439 867.05
10 442 056.36
2 002 189.31
2 квартал 2021
6 425 661.70
4 469 916.73
10 895 578.43
15 627 889.80
4 732 311.37
3 квартал 2021
4 654 431.43
6 993 488.75
11 647 920.18
17 277 909.35
5 629 989.17
4 квартал 2021
2 669 481.65
6 143 861.79
8 813 343.44
11 034 805.86
2 221 462.42
ИТОГО
34 026 442.46
44 893 003.41
78 919 445.87
67 741 857.80
111 970 982.96
33 051 537.10
По мнению предпринимателя, налоговым органом не учтено, что до начала проверяемого периода между ФИО1 и ФИО2 осуществлялись поставки товаров, и, соответственно, имелась дебиторская задолженность, гашение которой было принято как реализация товара с вытекающими доначислениями НДС.
Заявителем в материалы дела представлены акты сверки взаимных расчетов между ИП ФИО2 и ИП ФИО1 за 2019-2021 год. Согласно представленному акту сверки за 2020 год (не подписан сторонами) на начало 2020 года задолженность ИП ФИО2 перед ИП ФИО1 составляла 33 693 906,37 руб.
Вместе с тем, сведения о дате формирования задолженности и документы, подтверждающие ее формирование, не были представлены ни в ходе выездной проверки, ни в судебном заседании. Акты не подписаны сторонами, следовательно, наличие задолженности и ее размер сторонами не подтвержден.
При этом, согласно договору поставки между ИП ФИО1 (поставщик) и ИП ФИО2 (покупатель) от 01.01.2016 № б/н поставка производится на условиях 100% предоплаты покупателем за товар, оплата за товар производится в течение 3-х (трех) банковских дней с момента заключения договора на основании выставленного счета; поставка товара осуществляется при условии отсутствия задолженности покупателя по оплате уже поставленного товара.
Таким образом, условия договора поставки исключают формирование задолженности покупателя перед поставщиком.
Об отсутствии задолженности покупателя свидетельствует следующее: счета на оплату поставщиком не оформлялись; в платежных поручениях покупатель не указывал номера счетов или номера УПД, по которым производит оплату, в связи с чем, отсутствует возможность определения задолженности по конкретной поставке; сверка расчетов сторонами не производилась, акты сверок в ходе проверки в ответ на требования не представлялись; поставщиком (заявителем) не применялись меры в связи с неисполнением обязательств по договорам.
По вопросу существования задолженности в ходе налоговой проверки главный бухгалтер ФИО12 (протокол допроса свидетеля от 28.03.2024 № 365) пояснила следующе:
«Вопрос: Согласно ОСВ счета 62 ИП ФИО20 по состоянию на 01.01.2020 числится дебиторская задолженность ФИО2 в размере 33 693 906,37руб. Когда образовалась задолженность?
Ответ: я не могу пояснить, была ли вообще фактически эта задолженность. В связи с техническими сбоями программного обеспечения возможны некорректные данные в бухгалтерских регистрах.».
В ходе проверки ФИО1 на вопрос о задолженности ФИО2 пояснила (протокол допроса свидетеля от 29.03.2024 № 352) следующее:
«Вопрос: В соответствии с договорами поставки с ИП ФИО2, ИП ФИО7, ИП ФИО8 Вы должны были продавать товар на условиях 100%ной предоплаты. Поясните, почему на 01.01.2020 гг за ИП ФИО2 числилась задолженность перед Вами в размере более ЗЗмлн.руб.? Когда образовалась данная задолженность? Почему Вы в течении нескольких лет продавали ей товар, не требуя за него оплаты? Когда и каким образом была погашена задолженность? Почему Вы не предпринимали меры по взысканию данной задолженности и не расторгли договор, а продолжали отгрузку товара?
Ответ: такая задолженность сформироваться не могла. Это ошибки в регистрах бухгалтерского учета. Я, конечно, иногда проводила отгрузку товара без предоплаты, но это не были миллионные суммы.».
Таким образом, ни ФИО1, ни бухгалтер ФИО12 в ходе проведения выездной налоговой проверки не подтвердили наличие задолженности за товары, реализованные в адрес ФИО2
ФИО2 в ходе опроса 17.04.2024 пояснила следующее:
«Вопрос 37: В соответствии с договором товар Вам реализовывался на условиях стопроцентной предоплаты. Поясните, почему на 01.01.2020 за Вами числилась задолженность перед ФИО1 в размере более 33 млн. руб.? Когда образовалась данная задолженность? ИП ФИО1 в течение нескольких лет продавала Вам товар не требуя за него оплаты? Вы погасили перед ней данную задолженность? Когда и каким образом?
Ответ: Не могу объяснить долг в 33 миллиона рублей. Когда образовалась данная задолженность, я не знаю. Не знаю, погашена ли задолженность. Не знаю, поставлялись ли товары без оплаты.
Вопрос 40: Согласно анализу счетов-фактур по приобретению Вами товара и фискальных данных по его реализации Вы продали товара в розничных магазинах больше, чем его приобрели у ИП ФИО1 ФИО1 была Вашим единственным поставщиком или были другие поставщики? Вам от ИП ФИО1 поступал товар на безвозмездной основе? Каким образом оформлялась передача товара? Почему ФИО1 не оформляла передачу Вам части товара и не требовала оплату за него?
Ответ: Не знаю, деятельность я не осуществляла.».
В ходе допроса ФИО2 (протокол допроса от 27.05.2024) свидетель пояснила следующее:
«Вопрос: В ходе опроса 17.04.2024 Вы пояснили, что фактически в период с 2013 года по 2022 год не осуществляли предпринимательскую деятельность. В то же время Вы пояснили, что бухгалтерский и налоговый учет ИП ФИО2 вела бухгалтер ФИО12. Если Вы не осуществляли предпринимательскую деятельность, откуда Вам известно кто вел бухгалтерский и налоговый учет ИП ФИО2? ФИО12 связывалась с Вами по вопросам, касающимся Вашей предпринимательской деятельности? По каким вопросам?
Ответ: Бухгалтерский учет вела ФИО12, я выдавала ей доверенность нотариально заверенную, она могла подписывать любые документы. Я и она (мы вместе) регистрировали и открывали ИП ФИО2 После регистрации ИП ФИО2 ФИО12 со мной не связывалась ни по собственно деятельности ИП ФИО19, ни по бухгалтерским вопросам, ни по другим вопросам. Абитова со мной не контактировала. Доверенности были выписаны мной на ФИО1, ФИО3 и ФИО12 Никто из них кроме ФИО12 бухгалтерским учетом не владеет. Она вела также бухгалтерский учету ИП ФИО21 Указанные лица и занимались деятельностью ИП ФИО2 Я была номинальным предпринимателем. Деятельность в качестве индивидуального предпринимателя не осуществляла.».
Таким образом, ФИО2 не обладала информацией о наличии какой-либо задолженности перед ФИО1, поскольку не осуществляла реальной предпринимательской деятельности от своего имени.
При анализе книг продаж ИП ФИО1 и расчетного счета ИП ФИО1 за 2018 – 2019 гг. налоговым органом установлено, что у ФИО2 перед ИП ФИО1 не могла сформироваться задолженность в размере 33 743 675 руб.:
- по книге продаж ИП ФИО1 реализация товара в адрес ИП ФИО2 за 2018 год составила 18 708 071 руб. Согласно расчетному счету от ИП ФИО2 в адрес ИП ФИО1 поступила оплата в сумме 15 279 925руб.
- по книге продаж ИП ФИО1 реализация товара в адрес ИП ФИО2 за 2019 год составила 15 035 604руб. Согласно расчетному счету от ИП ФИО2 в адрес ИП ФИО1 поступила оплата в сумме 19 518 757 руб.
Указанное свидетельствуют об отсутствии реальной дебиторской задолженности предпринимателя ФИО2 перед заявителем на начало 2020 года.
Довод предпринимателя ФИО1 о наличии задолженности ФИО2 перед ФИО1, сформированной за периоды предшествующие проведению выездной налоговой проверки (более 33 млн. руб.), указывает на тот факт, что ИП ФИО1 отгружала товар в розничные магазины на протяжении нескольких лет, не получая оплаты за него, и не преследуя цели в получении прибыли, что не соответствует цели осуществления предпринимательской деятельности.
На основании данных информационной базы «1С: Предприятие 8.3 (8.3.22.1923) «Управление торговлей» ИП ФИО1 Управлением установлены операции по передаче товара ИП ФИО1 в розничные магазины «Упаковка» без оформления первичных документов на реализацию товара в адрес ИП ФИО2, ИП ФИО7, ИП ФИО8 и не отражение данных операций по реализации товара в книгах продаж и декларациях по НДС (страницы 223-231 оспариваемого решения).
В проверяемом периоде заявитель являлась единственным поставщиком для предпринимателя ФИО2 В соответствии с данными складского учета из программы 1С в проверяемом периоде на начало и конец каждого месяца остатков товара у ФИО2 не имелось. При сравнении всех операций, отраженных в складском учете ИП ФИО1 по реализации товаров в адрес ИП ФИО2, как отраженных в книгах продаж ИП ФИО1, так и неотраженных в книгах продаж с фискальными данными АСК ККТ (выгрузка чеков) ИП ФИО2, Управлением установлено, что с использованием ККТ ИП ФИО2 конечным потребителям были реализованы все товары, списанные со складского учета ИП ФИО1, как с оформлением так и без оформления УПД (счета-фактуры). Абсолютное совпадение номенклатуры и количества товара переданного от ИП ФИО1 со склада в розничные магазины и реализованные конечным покупателям в течение месяца подтверждает, что ИП ФИО1 продавала свой собственный товар в розничных магазинах с использованием ККТ ИП ФИО2 при этом на большую часть продаж первичные документы при реализации со склада не оформлялись, но передача всего объема товара в розничные точки подтверждается его последующей реализацией.
Схема продаж и передача товаров со склада ИП ФИО1 в розничные магазины без оформления первичных учетных документов и без отражения реализации в книгах продаж не менялась в течение всего проверяемого периода и применялась при введении в схему предпринимателей ФИО7 и ФИО8
Отсутствие первичных документов по реализации товаров на общую сумму 44 893 003,41 руб. (с учетом НДС) подтверждается ответом ФИО1 на требование налогового органа от 28.12.2023 № 29-08/16/1.
Факт того, что предпринимателем не оформлялись, не подписывались и не отражались в книгах продаж первичные учетные документы по реализации товара ИП ФИО2 свидетельствует об умышленных действиях и уходе от налогообложения НДС данных операций в период реализации.
Довод предпринимателя об отражении в учете ИП ФИО1 всего реализованного товара в адрес ИП ФИО2 не соответствуют данным налоговых деклараций и книг продаж, представленных ФИО1 в налоговый орган. При этом, о наличии фактов скрытой реализации также свидетельствует размер торговой наценки, поскольку в случае, если бы заявитель продавала только тот товар, который отразила в книгах продаж, то наценка на товары составила бы 229%, что делало бы товар неконкурентоспособным.
Управлением установлено, что поступление наличных денежных средств в кассу ИП ФИО2 за период с 01.01.2020 по 30.11.2021 составило 44 134 702,8 руб., безналичные платежи составили – 67 836 280 руб., всего выручка составила 111 970 982, 96 руб.
Наличные денежные средства в соответствии с банковской выпиской ИП ФИО2 не инкассировались.
Выручка, полученная от розничных продаж, собиралась с торговых точек и сдавалась в кассу ИП ФИО1, вносилась на личные счета ФИО1
Свидетельскими показаниями работников как ФИО1, так и ФИО2 подтверждается, что инкассация наличных денежных средств из розничных магазинов осуществлялась работниками ФИО1 Помимо ФИО3 сбором и инкассацией выручки из розничных магазинов, занимались так же продавцы, трудоустроенные у ИП ФИО1, что подтверждается протоколом допроса ФИО22, допросом ФИО12 в судебном заседании 28.05.2025.
В ходе выездной проверки Управлением установлен возврат полученных от деятельности ИП ФИО2 денежных средств в пользу ФИО1 в том числе:
Согласно анализу счета 50 «Касса» ИП ФИО1, представленному заявителем в ответ на требование налогового органа от 25.01.2024 № 29-08/16/2, в кассу ИП ФИО1 с января 2020 года по ноябрь 2021 года поступила наличная денежная сумма в размере 11 219 963 руб. (страницы 247-248 оспариваемого решения), из них: выдано и внесено на ее расчетный счет самой ФИО1 и ее работником ФИО3 с назначением платежа «Прием денежной наличности, вноситель ФИО3 от продажи товаров ФИО23» и «Прием денежной наличности, вноситель ФИО1 от продажи товаров» и направлено на расчеты с поставщиками товаров (работ, услуг) 6 202 400 руб.; оставшиеся денежные средства выданы под отчет и полностью израсходованы ФИО1 для оплаты товаров (работ, услуг), что подтверждается авансовыми отчетами (счет 71), и не вносились ею на свои личные счета;
На основании анализа банковских счетов ФИО1 в проверяемом периоде установлено внесение наличных денежных средств на личные счета в сумме 11 775 400 руб. в том числе: 4 931 000 руб. в ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие», из них: 1 170 000 руб. оплата по договору участия в долевом строительстве, 3 721 451,64 руб. – погашение кредита (страницы 250-251 оспариваемого решения); 461 600 руб. в Банке ВТБ (ПАО) (страницы 250-251 оспариваемого решения); 5 396 000 руб. в АО «Альфа-Банк» (из них: 4 285 000 руб. – пополнен расчетный счет, 349 000 руб. – оплата за покупку квартиры по договору от 31.03.2020 № ДДУ/28004-107-02/00010246/НК, остальные средства списаны со счетов на оплату товаров (работ, услуг) для собственных нужд (страницы 252-253 оспариваемого решения); 986 800 руб. в ПАО «Сбербанк России». Поступившие денежные средства израсходованы на оплату покупок и платежи через Сбербанк Онлайн.
Сумма выданных в банкомате наличных денежных-средств в размере 3 924 000 руб., не участвует в расчете поступивших на личные счета в ПАО «Сбербанк России» наличных денежных средств в размере 986 800 руб.
Налогоплательщик настаивает на том, что денежные средства в сумме 3 924 000 руб. обналиченные в банкомате с личных счетов в ПАО «Сбербанк» представляют собой «задвоение» суммы наличной выручки поступающей на счета ФИО20 Вместе с тем, из анализа выписок по счетам ФИО1 по хронологии установлено внесение денежных средств на другие личные счета.
В ходе проверки Управлением установлено, что в течение проверяемого периода 2020 – 2022 г.г., независимо от подразделения, должности, количества и качества труда, заработная плата работникам ИП ФИО1 начислялась исходя из единого оклада в пределах МРОТ. Свидетель ФИО24 (протокол допроса от 09.04.2024; до 13.07.2022 менеджер по продажам у ИП ФИО1) показала, что ее заработная плата составляла 40 000 руб. в месяц; два раза в месяц на карту перечислялось по 10 000 руб.; остальную заработную плат она получала 1 раз месяц наличными денежными средствами.
Согласно анализу зарплаты по сотрудникам (помесячно) ФИО24 получала на руки в 2020 году – 17 940 руб., в 2021 – 18 931 руб. Таким образом, «серая» зарплата составляла около 20 000 руб. в месяц.
Указанное подтверждает довод Управления о том, что часть наличной выручки (порядка 18 млн. руб.) из розничных торговых точек направлялась на выплату «серой» зарплаты работникам ИП ФИО1
Кроме того, часть наличной выручки из розничных торговых точек направлялась на выплату зарплаты работникам ИП ФИО1, которые не были официально трудоустроены (установлено, что у ИП ФИО1 в проверяемом периоде работали без оформления трудовых отношений сотрудники: ФИО25, ФИО8, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29 и Плесова (Аннина) М.В.).
В ходе проверки Управлением установлено, что в виде заработной платы от ИП ФИО2 работником ФИО1 получено наличными 412 298,67 руб. (справки ф.2-НДФЛ налогового агента ИП ФИО2 на ФИО1 за 2020 – 2021 гг.).
Согласно ведомостям выдачи заработной платы без отражения в кассовых операциях работникам выдана заработная плата на сумму 270 718,55 руб. Поскольку средств на выплату заработной платы работникам в кассе ИП ФИО1 не было, следовательно, налоговый орган, обоснованно указывает, что источником происхождения средств на выплату зарплаты могла быть только наличная выручка из розничных магазинов. Иного заявителем не доказано.
Управление установило, что ФИО1 было приобретено 6 земельных участков на общую стоимость 595 000 руб., нежилое помещение на сумму 349 000 руб.
Доводы заявителя о получении и возврате займа на сумму 8 000 000 руб. документально не подтверждены. В ходе проверки договор займа, документы по получению и возврату займа в ходе проверки в ответ на требование от 28.12.2023 № 29-0-8/16/1 не были представлены. Операции по получению и возврату займа, начислению и уплате процентов в бухгалтерском и налоговом учете не отражены.
Таким образом, при исключении из расчета суммы наличных денежных средств выведенных ФИО1 выдачу наличных в банкомате в сумме 1 533 000 руб. и не включать приобретение квартиры кадастровой стоимостью 7 779 702,31 руб., то установленная сумма наличных денежных средств вернувшихся в распоряжение ФИО1 и израсходованных на личные нужды и на расчеты с поставщиками и подрядчиками составит 41 169 380,22 ((11 219 963 руб.+ 4 931 000 руб.+ 461 600 руб. + 5 396 000руб. + 986 800 руб.) + (18 080 000 руб. + 412 298,67 руб.+270 718,55) + (595 000 руб. + 349 000 руб.) – 1 533 000 руб.).
Таким образом, факт возврата в распоряжение ФИО1 части денежных средств от реализации товаров в розничных магазинах «Упаковка» доказан и налогоплательщиком по существу не оспаривается.
Отсутствие доказанного факта возврата всей суммы денежных средств контрольному лицу не является основополагающим для не признания указанных действий как «дробление бизнеса». Материалами налоговой проверки установлено, что для реализации товаров в розницу номинальным предпринимателем ФИО2 использовалась материально-техническая база предпринимателя ФИО1, а участие ФИО2 в организации розничных продаж было формальным.
В целях определения объема прав и обязанностей в соответствии с действительным экономическим смыслом осуществляемой деятельности участников схемы при установлении реальной суммы доходов (прибыли) осуществляется присоединение доходов ИП ФИО1 и доходов от реализации товаров подконтрольного предпринимателя. Доходы розничного звена определены Управлением на основании данных ККТ ИП ФИО2 и расчетного счета.
Таким образом, суммы налогов по общей системе налогообложения, подлежащие уплате в бюджет ИП ФИО1, определены консолидировано, в сумме финансовых показателей хозяйственной деятельности всех участников схемы, а не исходя из установленного размера поступивших в распоряжение ФИО1 денежных средств.
Вопреки доводам заявителя, выгодоприобретателем оптово-розничной торговли сети «Упаковка» и получателем необоснованной налоговой экономии в виде уменьшения базы по НДС, НДФЛ и страховым взносам ответчиком обоснованно определена ФИО1, поскольку выручка от розничной торговли через магазины «Упаковка» в последующем поступала именно к ФИО1, в том числе посредством: внесения наличных денежных средств на личные счета в размере и последующего расходования на личные цели; выплаты заработной платы работникам, осуществлявшим трудовые обязанности без оформления трудовых отношений; выплаты заработной платы ФИО1; приобретения имущества ФИО1
Совокупность полученных Управлением доказательств свидетельствует, что порядок и принципы организации, ведения деятельности ФИО1 не менялись на протяжении всего проверяемого периода. Передача товара на реализацию в розницу, поступление на расчетные счета ФИО1 выручки от розничных продаж не зависимо от включения в структуру ведения деятельности нового предпринимателя происходило по одной схеме. Аккумулирование единства деятельности по оптово-розничной торговле у ФИО1 позволяло координировать и выстраивать ведении бизнеса в целях увеличения дохода от своей предпринимательской деятельности посредством имитации деятельности предпринимателей, применяющих специальные налоговые режимы. ФИО1 использовала формальное участие предпринимателей (в том числе ФИО2) для оформления своих пенсионных накоплений.
ФИО3 в проверяемом периоде (2020-2022 гг.) являлся работником ФИО1, занимал должность менеджера, его рабочее место находилось по адресу: <...> этаж.
Факт трудовых отношений между ФИО1 и ФИО3 подтверждается табелями учета рабочего времени, ведомостями начисления зарплаты, регистрами начисления НДФЛ и страховых взносов, реестрами на перечисление зарплаты на банковские карты и пояснениями ФИО3, представленными в ответ на требование от 20.02.2021 № 29-08/2866.
Осуществление ФИО3 в проверяемом периоде трудовых функций у ФИО1 по ремонту автомобилей, принадлежащих ФИО1, содержанию и обслуживанию зданий и помещений, используемых ИП ФИО1 в предпринимательской деятельности, по вопросам пожарной безопасности и охраны труда, инструктажа, по взаимодействию со сбытовыми организациями подтверждается в том числе: свидетельскими показаниями ФИО31 (протокол от 27.03.2024 № 357), ФИО32 (протокол от 28.03.2024 № 354), ФИО33 (протокол от 28.03.2024 № 358), ФИО25 (протокол от 17.04.2024 № 947), ФИО34 (протокол от 25.03.2024 № 350); материалами, представленными поставщиками предпринимателя (ООО «АИРКРАФТЕР АТОМАТИЗАЦИЯ», ООО «РК Инжиниринг» (приобретение запчастей к транспортным средствам), ООО ДПО «ЦОТ «МК» (обучение требованиям охраны труда и пожарной безопасности), ООО «УКК ЖКХ» (обучение по программе «Специалисты, эксплуатирующие тепловые энергоустановки и тепловые сети потребителей»), ООО ЧОП «Грумант-Центр» (предоставление охранных услуг).
Результатами проведенного гласного оперативно-розыскного мероприятия (протоколом от 26.03.204, составлен в присутствии ФИО1) подтверждено, что на втором этаже помещения по адресу: <...> расположен кабинет ФИО3 (менеджера по техническим узлам и агрегатам), сотрудника ФИО1
Свидетельских показаний или каких-либо иных документальных подтверждений, что ФИО3 вел самостоятельную предпринимательскую деятельность от имени своей дочери ФИО2 материалы налоговой проверки не содержат. Соответствующих доказательств заявителем не предоставлено в ходе судебного разбирательства.
Налоговым органом при проведении анализа выписок по движению денежных средств по счету ФИО2 и счетам ФИО1 подтверждает поступление денежных средств по эквайрингу на счет ФИО2, а в последующем перечисление денежных средств на счета ФИО1
Получение ФИО3 по поручению ФИО1 выручки в розничных точках продаж в суммах отличных от сумм, отраженных в решении, без последующего внесения розничной выручки на счет ФИО2 и не поступления выручки от розницы на счет ФИО1 или кассу предпринимателя, материалы проверки не содержат. Доказательств обратного заявителем не предоставлено.
Убедительных доказательств распоряжения ФИО3 денежными средствами, полученными от розничной продажи, в дело не представлено.
Приобретение в 2020-2023 годах ФИО3 или его супругой ФИО35 имущества за счет иных доходов, полученных не от работодателей, в рамках налоговой проверки и проведенного судом исследования доказательств не установлено. В 2020 – 2023 годах ФИО3 и ФИО35 приобретены два машино-места и квартира по адресу: <...> и автомобиль СУБАРУ ФОРЕСТЕР (VIN <***>).
При этом Управлением установлено и подтверждено документально, что в 2023 году ФИО1 приобрела часть земельного участка у ФИО3, что свидетельствует о наличии у ФИО1 денежных средств в значительных размерах для приобретения земельного участка в собственность для ведения предпринимательской деятельности.
Осуществление ФИО3 предпринимательской деятельности по розничной торговле в 2010-2014 годах не свидетельствует и не подтверждает ведение в проверяемом периоде аналогичной деятельности от имени своей дочери ФИО2 и получении незадекларированного дохода.
Свидетельские показания о регистрации в 2013 году ФИО2 в качестве индивидуального предпринимателя по просьбе ФИО3, при условии получения всесторонних доказательств о ведении оптово-розничной торговли в 2020 – 2022 годах ФИО1, не подтверждают доводы заявителя, что ФИО3 наравне с ФИО1 являлся выгодоприобретателем бизнеса от розничной торговли от имени ФИО2
Не установление налоговым органом способов личного взаимодействия ФИО1 и ФИО2 не опровергает установленные проверкой обстоятельства по ведению единого бизнеса ФИО1 по оптово-розничной торговле. Материалами проверки установлено, что на торговых точках в период деятельности ФИО2 к ККТ, зарегистрированным на нее, имели доступ сотрудники ФИО1, а физические лица, числившиеся работниками ФИО2, занесены в базу «Битрикс24», которая использовалась ФИО1 в целях полного контроля за деятельностью по осуществлению оптово-розничной торговли. Работники как ФИО1, так и ФИО2 признают ФИО1 своим непосредственным руководителем, что подтверждается протоколами допроса ФИО24, ФИО31, ФИО22, ФИО32, ФИО36, ФИО34., ФИО37, ФИО33
Представленные благодарности, грамоты, выданные работникам по результатам конкурсов и подписанные ФИО1 и ФИО3, равно как и наличие у ФИО3 после ремонта отдельного кабинета, не свидетельствуют о том, что ФИО3 является фактическим получателем (бенефициаром) дохода от схемы дробления бизнеса. Оснований для оценки причин совершения ФИО1 и ФИО3 сделок по отчуждению принадлежащего им имущества (нежилых помещений и транспортного средства) не имеется. Сделки являются действующими, в установленном порядке не оспорены.
В ходе судебного разбирательства были представлены две аудиозаписи разговора ФИО1, ФИО2, ФИО12 и ФИО3 (продолжительностью 1:25:45 и 28:02), полученные в рамках ОРМ, которыми, среди прочего, подтверждается подконтрольность ФИО2 ФИО1 На представленных аудиозаписях разговоров, состоявшихся 17.11.2023 и 10.04.2024 по инициативе ФИО1, ФИО2 объясняли, каким образом она вела свою предпринимательскую деятельность (легенда).
В силу положений статей 67, 68 АПК РФ, разъяснений, приведенных в пункте 45 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57, данные аудиозаписи, полученные и оформленные в соответствии с Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», являются надлежащим доказательством.
На основании вышеизложенного выводы Управления о вменении заявителю доходов индивидуального предпринимателя ФИО2 от розничной торговли обоснованы.
Оценивая налоговые последствия согласованности действий заявителя и предпринимателя ФИО2 при осуществлении розничной торговли, учитывая правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, выраженную в пункте 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Кодекса в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04.07.2018), суд исходит из того, что материалами проверки доказано осуществление деятельности одним лицом через подконтрольного субъекта, чья правосубъектность отрицается, и функция которого сводится к формальному участию в операциях без ведения деятельности, то есть имеет место имитация деятельности, а не реальное ее осуществление в своем интересе.
Выводы Управления основаны на доказательствах, которые свидетельствуют, что предпринимателем ФИО2 не велась самостоятельная предпринимательская деятельность, не использовались собственные достаточные трудовые, производственные ресурсы, не принимались самостоятельные управленческие решения, а напротив, от имени нескольких формально самостоятельного субъекта осуществлялась организационно единая деятельность, координируемая одними и теми же лицами, с задействованием общих материально-технических и (или) трудовых ресурсов и (или) средств индивидуализации.
Управлением произведена реконструкция налоговых обязательств заявителя путем консолидации доходов от розничных продаж участниками рассматриваемой схемы (как наличной, так и безналичной выручки) и их расходов.
При определении действительных налоговых обязательств ответчиком доначисления по налогам по ОСН по взаимоотношениям с предпринимателем ФИО2 вменены налогоплательщику с учетом соответствующих расходов, налоговых вычетов по НДС и налогов, уплаченных в рамках специальных налоговых режимов предпринимателем ФИО2 Налоговая база и налоговые вычеты по НДС, налоговая база по НДФЛ определены исходя из подлинного экономического содержания деятельности предпринимателя ФИО1
Такой подход соответствует позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2022 № 307-ЭС21-17087, в определении от 31.01.2023 № 306-ЭС22-25908 по делу № А72-15191/2020.
На основании изложенного, заявленные требования подлежат отклонению.
В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по настоящему делу подлежат отнесению на заявителя.
ФИО38 заявлено ходатайство о распределении расходов в сумме 19 900 руб., понесенных в связи с оплатой услуг нотариуса за совершение нотариального действия – осмотр доказательств (протокол осмотра от 01.04.2025; квитанция на оплату за совершение нотариальных действий по тарифу от 01.04.2025 в сумме 19 900 руб.).
Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.
При этом к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 АПК РФ).
Исходя из положений статьи 106, пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - Постановление № 1), указанный перечень судебных издержек не является исчерпывающим.
В соответствии с частью 5.1 статьи 110 АПК РФ и пунктом 6 Постановления № 1 судебные издержки, понесенные третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора и участвовавшими в деле на стороне, в пользу которой принят судебный акт по делу, могут быть возмещены им, если их фактическое поведение как участников судебного процесса способствовало принятию данного судебного акта.
В силу статьи 65 АПК РФ, пункта 10 Постановления № 1 лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 04.10.2012 № 1851-О из содержания статьи 106 АПК РФ следует, что перечень судебных издержек не является исчерпывающим, а потому исходя из взаимосвязи этой статьи с положениями статей 64 и 65 АПК РФ за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений. Однако при разрешении вопроса о судебных издержках расходы, связанные с получением указанных сведений, как и иные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, требуют судебной оценки на предмет их связи с рассмотрением дела, а также их необходимости, оправданности и разумности.
В материалы дела было представлено доказательство: аудиозаписи от 17.11.2023 (продолжительность 1:25:45) и от 10.04.2024 (продолжительность 28:02), содержащееся в приложении «Диктофон» электронного устройства (мобильный телефон iPhone (Евгения), версия 1.3.2, модель iPhone 12 mini; номер телефона, привязанного к SIM-карте, установленной в мобильном телефоне (+7953….22)), подтверждающие выводы налогового органа. Нотариусом нотариального округа города Архангельска ФИО39 на основании статей 102 и 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате был произведен осмотр доказательства – аудиозаписей от 17.11.2023 (продолжительность 1:25:45) и от 10.04.2024 (продолжительность 28:02), содержащихся в приложении «Диктофон» указанного электронного устройства; аудиозаписи скопированы на накопитель без предварительного открытия и прослушивания; накопитель отдан в опечатанной нотариусом упаковке. В последующем накопитель в опечатанной нотариусом упаковке приобщен к материалам дела по ходатайству ФИО2
Принимая во внимание активную позицию третьего лица (ФИО2) в ходе судебного разбирательства, то обстоятельство, что поведение третьего лица как участника судебного процесса способствовало принятию судебного акта, расходы третьего лица, связанные с осмотром доказательств в сумме 19 900 руб. (оплата нотариальных действий) подлежат отнесению на заявителя как на проигравшую сторону.
Руководствуясь статьями 106, 110, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области
РЕШИЛ:
Отказать в удовлетворении заявления о признании недействительным, проверенного на соответствие нормам Налогового кодекса Российской Федерации ненормативного правового акта – решение № 29-08/8551 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.09.2024, принятого Управлением Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу в отношении индивидуального предпринимателя ФИО1 в части доначисления по эпизоду взаимоотношений с предпринимателем ФИО2 налога на добавленную стоимость в сумме 6 843 969 руб. 50 коп., налога на доходы физических лиц в сумме 2 457 370 руб. 50 коп., страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в сумме 168 209 руб. 51 коп., а также соответствующих сумм штрафов на основании пунктов 1 и 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (ИНН <***>) 19 900 руб. в возмещение судебных расходов.
Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.
Судья
Л.В. Шишова