ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
24 декабря 2025 года
Дело №А56-109418/2022
Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 24 декабря 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Сухаревской Т.С., судей Бугорской Н.А., Полубехиной Н.С.
при ведении протокола судебного заседания секретарем Реваненковым А.И.
при участии:
согласно протоколу с/з
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-24693/2025) общества с ограниченной ответственностью «Петербургский завод прецизионных сплавов» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.08.2025 по делу № А56-109418/2022 (судья Коноваленко Я.А.), принятое по иску:
истец: общество с ограниченной ответственностью «Петербургский завод прецизионных сплавов»
ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Кратос»
третье лицо: акционерное общество «Петербургская сбытовая компания»
о взыскании неосновательного обогащения и процентов
по встречному иску о взыскании задолженности и неустойки
установил:
Общество с ограниченной ответственностью «Петербургский завод прецизионных сплавов» (далее - Завод, ООО «ПЗПС») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Кратос» (далее - Общество, ООО «Кратос») 125 604 346,85 руб. неосновательного обогащения.
Решением суда первой инстанции от 03.04.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023, в удовлетворении иска отказано.
Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.12.2023 решение от 03.04.2023 и постановление суда апелляционной инстанции от 09.08.2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении решением суда первой инстанции от 19.03.2024, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 12.08.2024 в иске отказано.
Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.11.2024 решение суда первой инстанции от 19.03.2024 и постановление суда апелляционной инстанции от 12.08.2024 отменены; дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Определением от 25.02.2025 дело № А56-109418/2022 объединено с делами №№А56-123756/2023, А56-48698/2023, А56-89852/2023, А56-59261/2024, объединенному производству присвоен номер № А56-109418/2022.
В рамках объединенного дела №А56-89852/2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Петербургская сбытовая компания» (далее – Компания, АО «ПСК»).
Завод, уточнив в порядке статьи 49 АПК РФ размер исковых требований, просил взыскать с ответчика 125 604 346,85 руб. неосновательного обогащения, 56 172 720,98 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, исчисленных за период с 31.10.2019 по 25.03.2025, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму неосновательного обогащения с 26.03.2025 по дату фактического исполнения обязательства по оплате.
Общество, уточнив в порядке статьи 49 АПК РФ размер исковых требований, просило взыскать с Завода 70 315 794,69 руб. задолженности по договору от 04.12.2015 №56-э, 195 151 226 руб. неустойки, исчисленной по состоянию на 25.03.2025, а также неустойку, начисляемую на сумму долга с 26.03.2025 по дату фактического исполнения обязательства.
Решением суда от 20.08.2025 в удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью "Петербургский завод прецизионных сплавов" отказано, с общества с ограниченной ответственностью "Петербургский завод прецизионных сплавов" в пользу общества с ограниченной ответственностью "Кратос" 70 315 794,69 руб. долга, 117 090 735,60 руб. неустойки, а также неустойку, начисляемую на сумму долга с 26.03.2025 по дату фактического исполнения обязательства по оплате в размере 0,5% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки исполнения обязательства по оплате, 200 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины; в остальной части в удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью "Кратос" отказано.
Не согласившись с принятым решением, Завод подал апелляционную жалобу, в которой, ссылаясь на нарушение и неправильное применение судом норм материального права и несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просил решение от 20.08.2025 отменить, исковые требования удовлетворить по изложенным в жалобе основаниям; в удовлетворении иска Общества отказать.
Податель жалобы ссылается на то, что судом первой инстанции нарушены нормы материального права, неверно истолкованы условия договора и его правовая природа, не применены, подлежащие применению нормы права о купле-продаже электрической энергии и мощности. Полагает, что ответчик и его правопредшественник в противоречие с условиями заключённого с истцом договора получали неосновательное обогащение в результате завышения цены на энергоресурсы и получения оплаты за объем мощности, который истец фактически не потреблял. Обращает внимание, что судом первой инстанции также не выполнены указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении.
В судебном заседании 01.12.2025 присутствовали представители Завода и Общества.
Представитель Общества просил суд апелляционной инстанции приобщить к материалам дела отзыв на апелляционную жалобу.
Судом ходатайство удовлетворено.
В настоящем судебном заседании представитель Завода поддержал доводы апелляционной жалобы, а представитель Общества возражал по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.
Для оценки доводов сторон судебное заседание отложено судом апелляционной инстанции.
В настоящем судебном заседании представители сторон поддержали ранее изложенные позиции.
Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.
Как следует из материалов дела, между Обществом (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Сталепрокатный завод» (продавцом; далее – Торговый дом) заключен договор от 04.12.2015 № 56-э, по условиям которого продавец обязуется осуществлять продажу электрической энергии и мощности покупателю самостоятельно или через привлеченных третьих лиц, а покупатель обязуется оплачивать приобретенную энергию и мощность, а также соблюдать режим потребления энергии и мощности, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении электрических сетей, исправность используемых им установок, приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.
Согласно приложению «А» к Договору № 56-э объектами энергоснабжения являются два нежилых здания по адресам:
- Санкт-Петербург, 27-я линия В.О., дом 6, корп. 1, лит. З;
- Санкт-Петербург, 26-я линия В.О., дом 5, корп. 1, лит. В.
В период с октября 2019 по октябрь 2021 Торговый дом продавал истцу электрическую энергию и мощность, а последний ее оплачивал.
Торговый дом приобретал электроэнергию и мощность, перепродаваемую Обществу, у Гарантирующего поставщика на основании договора энергоснабжения № 78010000001223 от 01.04.2011. Согласно приложению 1.1. к этому договору энергоресурсы поставлялась Гарантирующим поставщиком для Торгового дома, а также для трех его субабонентов – ООО «Куэст», ООО «СерФи», ООО «Инжстрой».
08.10.2021 деятельность Торгового дома прекращена путем реорганизации в форме присоединения к обществу с ограниченной ответственностью «Кратос», к которому перешли все права и обязанности по Договору № 56 - э. В тот же день расторгнут договор энергоснабжения от 01.04.2011 № 78010000001223 между Торговым домом и Гарантирующим поставщиком.
С октября 2021 по февраль 2024 продажу истцу электрической энергии и мощности осуществлял непосредственно ответчик.
Пунктом 4.1 Договора № 56-э установлено, что расчеты за электрическую энергию и мощность, поданную продавцом покупателю, производятся денежными средствами в соответствии с условиями настоящего договора. Оплата потребленной электрической энергии и мощности осуществляется по двухставочному тарифу на стороне 6 кВ.
Цена на электроэнергию за расчетный период складывается из свободной (нерегулируемой) цены, установленной АО «Петербургская сбытовая компания», и инфраструктурных затрат продавца в размере 0,29 руб. за каждый потребленный кВт/ч.
Цена на мощность определяется исходя из свободной (нерегулируемой) цены, установленной АО «Петербургская сбытовая компания».
Покупатель оплачивает заявленную на расчетный период мощность. Оплата покупателем электроэнергии и мощности осуществляется с применением ежемесячных авансовых платежей в порядке, установленном Договором № 56-э.
В период до ноября 2022 года (включительно) стороны Договора № 56-э ежемесячно подписывали акты приема-передачи, в которых указывалось количество проданной электрической энергии и мощности, цену за единицу электрической энергии и мощности, а также общую стоимость проданных энергоресурсов. С декабря 2022 года по февраль 2022 ответчик включал в акты приема-передачи также услуги по передаче электрической энергии, Общество от подписания актов отказывалось.
По утверждению Общества, до обращения в суд ему не была известна цена АО «Петербургская сбытовая компания» на электроэнергию и мощность, используемая в расчетах с Торговым домом и ответчиком.
С целью перепроверки счетов, предъявляемых Торговым домом и ответчиком к оплате по Договору № 56-э, Общество неоднократно обращалось к ответчику с запросами (от 13.09.2022, 28.09.2022, 14.10.2022) о предоставлении информации о цене, по которой электрическая энергия и мощность приобретались у Гарантирующего поставщика, а также о ежемесячных фактических объемах поставленной Гарантирующим поставщиком мощности. Ответчик от предоставления этой информации отказался в письме от 26.10.2022 исх. № 59.
На официальном сайте Гарантирующего поставщика (https://pesc.ru/about/disclosure/?vsclid=18al7qsyb0179418617) Общество обнаружило информацию о свободных (нерегулируемых) ценах на электрическую энергию и мощность, устанавливаемых Гарантирующим поставщиком для потребителей по шести ценовым категориям за каждый месяц спорного периода.
В ходе первоначального рассмотрения данного дела судом первой инстанции у Гарантирующего поставщика были истребованы договор энергоснабжения № 78010000001223 от 01.04.2011 между Гарантирующим поставщиком и Торговым домом, договор энергоснабжения № 78010000328389 от 10.11.2021 между Гарантирующим поставщиком и ответчиком, а также счета, акты приема-передачи и пояснения Гарантирующего поставщика, содержащие данные о цене на мощность и фактических объемах поставленной Гарантирующим поставщиком мощности в спорный период Торговому дому и ответчику.
Согласно договорам энергоснабжения № 78010000001223 от 01.04.2011 (приложение 3.1), № 78010000328389 от 10.11.2021 (приложение 1), Торговый дом и ответчик относятся к потребителям четвертой ценовой категории.
На сайте Гарантирующего поставщика свободные нерегулируемые цены для потребителей четвертой ценовой категории разделены на 4 группы и являются одинаковыми для всех групп.
Уточняя исковые требования, Общество указало, что, согласно представленным Гарантирующим поставщиком в материалы дела документам, ответчик и его правопредшественник - Торговый дом ежемесячно завышали стоимость мощности в результате применения некорректной цены, а также предъявляя к оплате мощность в объеме, который Общество фактически не потребляло.
Общество, в частности, сослалось на то, что в октябре 2019 года цена на мощность, установленная Гарантирующим поставщиком для всех категорий потребителей четвертой ценовой категории, к которой относятся Торговый дом и ответчик, составляла 876,07322 руб. за кВт. По этой цене Торговый дом оплатил гарантирующему поставщику мощность, что подтверждается счетом Гарантирующего поставщика № 110210060295 от 12.11.2019, представленным в материалы дела. При этом, Обществу к оплате мощность за октябрь 2019 года была предъявлена Торговым домом по цене 1775,61 руб. за 1 кВт.
В тот же период Торговый дом предъявил истцу к оплате мощность в объеме 2700 кВт, который, как утверждает истец, он не потреблял. Общество указывает, что в этот период Торговый дом приобрел у Гарантирующего поставщика мощность в объеме лишь 1166 кВт. С учетом наличия у Торгового дома субабонентов, и доли Общества в общем объеме потребления Торгового дома (0,8884), что подтверждается ответчиком в приложение 1 к его объяснениям от 14.02.2025, фактическое потребление истца составило 1036,83 кВт.
Всего за октябрь 2019 года Общество перечислило Торговому дому за мощность 5 752 983 руб. 51 коп. (с НДС). По утверждению истца, при расчете стоимости мощности в соответствии с условиями Договора № 56-э, она составляет 1 088 955 руб. 01 коп. (с НДС). Таким образом, по мнению истца, неосновательное обогащение Торгового дома только за октябрь 2019 года составило 4 664 028 руб. 50 коп.
После перехода прав и обязанностей Торгового дома по Договору 56-э к ответчику, последний в ноябре 2021 предъявил Обществу к оплате мощность в объеме 2 250 кВт по цене 1775 руб. 61 коп. за 1 кВт, а также электрическую энергию по цене 2,18 за руб. за 1 кВт.ч.
Истец указал, что его фактическое потребление в этот период составляло 1 057,28 кВт, а цены Гарантирующего поставщика составляли: на мощность - 903,81884 руб. за 1 кВт; на электрическую энергию 1,52564 за руб. за 1 кВт.ч., что подтверждается счетом Гарантирующего поставщика № 135211031647 от 13.12.2021.
Всего за указанный период ответчик предъявил к оплате истцу электрическую энергию и мощность на сумму 6 601 598 руб. 54 коп. Однако, как указывает Общество, при расчете стоимости мощности и электроэнергии в соответствии с условиями Договора № 56-э, их стоимость в совокупности не превышала 2 359 291 руб. 22 коп. Таким образом, неосновательное обогащение за этот период, по мнению истца, составило 4 242 307 руб. 32 коп.
По уточненному расчету истца, общая стоимость энергоресурсов за период с октября 2019 по декабрь 2022 должна была составить 101 078 906 руб. 54 коп., тогда как истец перечислил ответчику 226 683 253 руб. 39 коп. С учетом этого, размер неосновательного обогащения ответчика, по мнению истца, составил 125 604 346 руб. 85 коп.
Претензионные требования о возврате неосновательного обогащения оставлены ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения Общества в арбитражный суд.
Возражения и встречные требования ответчика основаны на том, что по Договору № 56-э оплате подлежали не только электрическая энергия и мощность, но и услуги по передаче. Цена на энергоресурсы определяется с учетом НДС, уплаченного Гарантирующему поставщику. Также ответчик указывает, что Общество обязано было оплачивать мощность не в объеме её фактического потребления по приборам учета, а в размере заявленной мощности, что сторонами было согласовано в Договоре № 56-э.
Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, апелляционный суд приходит к следующим выводам.
Отклоняя требования Общества, суд первой инстанции на основании статьи 545 ГК РФ и пункта 28 Постановления Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии» (далее – Постановление № 442) квалифицировал Договор № 56-э в качестве смешанного, сочетающего в себе признаки субабонентского договора и договора на возмещение затрат. Суд первой инстанции также посчитал допустимым определение подлежащего оплате объема мощности по соглашению сторон.
Между тем, судом первой инстанции не было учтено следующее.
Согласно абзацу первому статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
В пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», разъяснено, что толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.
В соответствии с пунктом 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.
Статьей 545 ГК РФ предусмотрено, что абонент может передавать энергию, принятую им от энергоснабжающей организации через присоединенную сеть, другому лицу (субабоненту) только с согласия энергоснабжающей организации.
Исходя из содержания данной нормы признаком субабонентского договора является не продажа, а передача принятой абонентом от энергоснабжающей организации энергии субабоненту. В рамках субабонентских отношений субабонент не приобретает энергию, а компенсирует расходы абонента на приобретение абонентом энергоресурсов у энергоснабжающей организации, часть из которых была передана субабоненту.
Суд апелляционной инстанции считает, что Договор № 56-э не содержит ни одного из указанных признаков.
Буквальное содержание Договора № 56-э указывает на то, что стороны согласовали куплю-продажу, а не передачу электрической энергии и мощности. Ни в Договоре № 56-э, ни в договорах энергоснабжения № 78010000001223 от 01.04.2011, № 78010000328389 от 10.11.2021 Общество не указано в качестве субабонента Торгового дома и ответчика. По условиям Договора 56-э продавцом является не Гарантирующий поставщик, а Торговый дом, а впоследствии ответчик, которые приняли на себя самостоятельно или с привлечением третьих лиц поставить истцу указанные в договоре энергоресурсы.
Таким образом, стороны Договора № 56-э не выражали намерение установить субабонентские отношения и из их последующего поведения не следует иное. Указанные обстоятельства не были учтены судом первой инстанции. С учетом этого, толкование и правовая квалификация Договора № 56-э, данные судом первой инстанции, являются ошибочными, поскольку противоречат буквальному содержанию рассматриваемой сделки, приводят к такому её пониманию, которое стороны очевидно не имели ввиду.
Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что действительность Договора № 56-э истцом не оспаривалась, вопрос его действительности не влияет на правовую квалификацию рассматриваемой сделки.
Кроме того, в нарушение нормы статьи 170 АПК РФ в решении не указаны мотивы, по которым Суд посчитал Договор 56-э договором на возмещение затрат. В перечне отдельных видов договоров, содержащимся в ГК РФ и иных законах такой вид договора не указан.
Согласно абзацу 18 статьи 3 ФЗ «Об электроэнергетике» двусторонний договор купли-продажи электрической энергии - соглашение, в соответствии с которым поставщик обязуется поставить покупателю электрическую энергию, соответствующую обязательным требованиям, в определенном количестве и определенного качества, а покупатель обязуется принять и оплатить электрическую энергию на условиях заключенного в соответствии с правилами оптового рынка и основными положениями функционирования розничных рынков договора.
Положения функционирования розничных рынков содержатся в Постановлении Правительства РФ № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии».
Пунктами 27 и 55 Постановления № 442 предусмотрено, что электрическая энергия (мощность) реализуется на розничных рынках на основании договора энергоснабжения или договора купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности).
По договору купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности), что предусмотрено пунктами 29 и 55 Постановления № 442, энергосбытовая организация обязуется осуществлять продажу электрической энергии (мощности). По договору энергоснабжения энергосбытовая организация обязуется дополнительно оказывать потребителю услуги по передаче и иные услуги (пункты 28 и 55 Постановления № 442).
С учетом отсутствия в Договоре № 56-э условий об оказании продавцом услуг покупателю по передаче электрической энергии, данная сделка должна была быть квалифицирована в качестве договора купли-продажи электрической энергии (мощности).
Согласно пункту 78 Постановления № 442 стоимость электрической энергии (мощности) по договору купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) включает стоимость объема покупки электрической энергии (мощности), сбытовую надбавку, стоимость иных услуг, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям, и не включает стоимость услуг по передаче электрической энергии.
С учетом этого, ответчик не вправе требовать от истца оплаты стоимости таких услуг со ссылкой на Договор № 56-э. Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что в актах и счетах, выставленных Торговым домом и ответчиком в период, за который истец предъявил требование о взыскании неосновательного обогащения, услуги по передаче электрической энергии к оплате не предъявлялись. С учетом этого, нет оснований согласиться с выводом суда первой инстанции о фактическом согласии Общества с оплатой таких услуг.
Также суд апелляционной инстанции считает ошибочной ссылку суда первой инстанции на пункт 28 Постановления № 442, запрещающий заключение в отношении одного энергопринимающего устройства двух договоров энергоснабжения. В рассматриваемом случае, поскольку Торговым домом и ответчиком с Гарантирующим поставщиком заключены договоры энергоснабжения, а с Обществом договор купли-продажи, указанный пункт Постановления № 442 не подлежит применению, поскольку им не запрещается заключать одновременно договор энергоснабжения и договор купли-продажи.
Суд апелляционной инстанции также считает ошибочными выводы суда первой инстанции о возможности определения подлежащего оплате объема мощности на основании соглашения сторон.
Отклоняя иск Общества, суд первой инстанции со ссылкой на статью 544 ГК РФ указал, что по договору энергоснабжения стороны вправе своим соглашением определить, что оплате подлежит не фактически потребленный, а иной объем энергоресурсов.
Суд первой инстанции не учел, что согласно пункту 4 статьи 539 ГК РФ к отношениям по договору снабжения электрической энергией правила статей 539-545 ГК РФ применяются, если законом или иными правовыми актами не установлено иное.
Так, согласно пункту 5 статьи 37 ФЗ «Об электроэнергетике», расчеты за электрическую энергию (мощность) осуществляются на основании данных о количестве электрической энергии (мощности), определенных с использованием приборов учета электрической энергии.
Пунктами 55 и 140 Постановления № 442 предусмотрено, что по договору энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) объем покупки электрической энергии (мощности) определяется в объеме потребления электрической энергии (мощности) за расчетный период энергопринимающими устройствами, в отношении которых заключен договор, на основании приборов учета.
Кроме того, согласно пункту 55 Постановления № 442 энергосбытовая организация обязана предоставлять потребителю (покупателю) в течение срока действия договора купли-продажи, а также по его запросу документы, подтверждающие факт наличия у нее права распоряжения электрической энергией (мощностью), продажу которой она осуществляет потребителю (покупателю), как по срокам, так и по объемам продажи электрической энергии (мощности) потребителю (покупателю) по договору.
Согласно пункту 140 Постановления Правительства № 442 определение объема потребления (производства) электрической энергии (мощности) на розничных рынках осуществляется на основании показаний приборов учета.
Таким образом, Ответчик не только не мог требовать оплаты мощности сверх фактического потребления Завода, но и физически не мог поставить такой объем, так как не приобрел его у гарантирующего поставщика.
Пунктом 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» предусмотрено, что согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).
С учетом того, что специальными нормами законодательства об электроэнергетике установлено, что оплата электрической энергии осуществляется на основании приборов учета, стороны Договора № 56-э не вправе были определить, что оплате подлежит не фактически потребленный, а иной объем энергоресурсов.
Вопреки выводам суда об отсутствии у истца приборов учета, перечень принадлежащих его приборов учета прямо указан в приложении 3.1. к Договору № 56-э. Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что с 01.04.2011 на основании договора аренды № 3-А между Торговым домом и Обществом владельцем энергопринимающего оборудования через которое истцу поставляется электрическая энергия и мощность, приборов учета и в целом автоматизированной системы коммерческого учета электрической энергии и мощности (АСКУЭ), является само Общество.
Отклоняя ссылку Общества на порядок определения подлежащего оплате объема мощности, суд первой инстанции указал, что Торговый дом и ответчик энергосбытовыми организациями не являются, поскольку для такой квалификации необходимо осуществление энергосбытовой деятельности в качестве основной.
По общему правилу (ст. 4 ГК РФ) акты гражданского законодательства применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Спорным периодом по иску Общества является октябрь 2019 года – декабрь 2022 года, а по встречному иску ответчика - декабрь 2022 года - февраль 2024 года.
Согласно буквальному содержанию абзаца 16 статьи 3 ФЗ «Об электроэнергетике» (в ред. Федерального закона от 29.12.2017 № 451-ФЗ, который вступил в силу со дня официального опубликования 29.12.2017), энергосбытовые организации – это организации, осуществляющие энергосбытовую деятельность.
В силу абзаца 47 статьи 3 ФЗ «Об электроэнергетике» энергосбытовой деятельностью является деятельность по продаже произведенной и (или) приобретенной электрической энергии, осуществляемая на розничных рынках.
Таким образом, как Торговый дом, так и ответчик, осуществляя продажу истцу электрической энергии и мощности по Договору № 56-э являются энергосбытовыми организациями по смыслу указанных норм права. Дата заключения Договора № 56-э для признания указанных лиц энергосбытовыми организациями правового значения не имеет.
Суд апелляционной инстанции также признает ошибочной ссылку суда первой инстанции на помесячные отчеты по совмещенным максимумам и подготовленную ответчиком сводную таблицу о показателях максимума мощности, полученных Ответчиком от Гарантирующего поставщика. Помесячные отчеты никем не подписаны и не отражают объем приобретенной ответчиком и Торговым домом мощности.
Согласно пункту 95 Постановления № 442, величина мощности, оплачиваемой на розничном рынке потребителем (покупателем) за расчетный период, определяется не по пиковым значениям, а как среднее арифметическое значение почасовых объемов потребления электрической энергии потребителем (покупателем) в часы, определенные коммерческим оператором в соответствии с Правилами оптового рынка из установленных системным оператором плановых часов пиковой нагрузки в рабочие дни расчетного периода для определения объема фактического пикового потребления гарантирующего поставщика, обслуживающего этого потребителя (покупателя), и опубликованные коммерческим оператором в соответствии с Правилами оптового рынка.
Доказательства (акты, счета и счета-фактуры), подтверждающие объем потребления мощности Торгового дома и ответчика были истребованы определением суда первой инстанции от 24.01.2023 у Гарантирующего поставщика. Представленные документы подтверждают завышение ответчиком и Торговым домом объема мощности, предъявленного к оплате истцу, и верность расчета размера его исковых требований.
Вывод суда первой инстанции со ссылкой на подписанные истцом акты приема-передачи и счета о том, что истец фактически согласился с порядком определения стоимости энергоресурсов со стороны ответчика, не согласуется с представленными в дело доказательствами.
Из актов приема-передачи и счетов, представленных в материалы дело, прямо следует, что к оплате Обществу предъявлялась лишь мощность и электрическая энергия; стоимость услуг по передаче электрической энергии к оплате не предъявлялись, Договором 56-э не предусмотрены, а порядок подлежащего оплате объема энергоресурсов императивно определен нормами действующего законодательства.
Материалами дела подтверждается, что Общество неоднократно обращалось к ответчику с требованиями о предоставлении информации относительно обоснования предъявляемой к оплате стоимости энергоресурсов, однако ответчик данные требования игнорировал, что и послужило основанием обращения истца в суд.
При этом, суд апелляционный инстанции находит верными выводы суда первой инстанции о том, что в цену Гарантирующего поставщика на мощность и электрическую энергию подлежала включению сумма НДС в период после того, как права по Договору Договора № 56-э перешли к ответчику (с октября 2021 по февраль 2024), который применяет упрощенную систему налогообложения.
Согласно пункту 4.1. Договора № 56-э цена на электрическую энергию и мощность определяется как цена, установленная Гарантирующим поставщиком.
Как следует из представленных в материалы дела счетов Гарантирующего поставщика, выставленных ответчику, Гарантирующий поставщик является плательщиком налога на добавленную стоимость и предъявлял к оплате стоимость электрической энергии и мощности с учетом суммы соответствующего налога, уплаченного в бюджет.
Судом первой инстанции обосновано отмечено, что согласно статье 143 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) налогоплательщиками НДС являются организации и индивидуальные предприниматели.
Объектом налогообложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ).
Таким образом, при реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации налогоплательщиками НДС являются организации и индивидуальные предприниматели, то есть продавцы этих товаров (работ, услуг).
Необходимо учитывать, что НДС является косвенным налогом, то есть налогом на потребление. Исчисленный налогоплательщиком-продавцом НДС уплачивается в бюджет этим продавцом (организацией или индивидуальным предпринимателем), реализующим товары (работы, услуги), за счет средств, получаемых с покупателей (конечных потребителей), являющихся в том числе физическими лицами.
Так, пунктом 1 статьи 168 НК РФ установлено, что при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога. В том случае если покупателями являются граждане (население), то в соответствии с пунктом 6 статьи 168 НК РФ при реализации товаров (работ, услуг) гражданам (населению) по розничным ценам (тарифам) соответствующая сумма налога включается в указанные цены (тарифы).
Таким образом, при реализации электрической энергии и мощности соответствующая сумма НДС включается поставщиком в цену (тариф) этой электрической энергии и оплачивается в составе ее цены (тарифа).
Данный вывод суда согласуется с правовым подходом, приведенным в определении Верховного суда Российской Федерации от 19.10.2023 по делу №А01- 525/2021, определении Верховного суда Российской Федерации от 14.11.2023 по делу № А01-523/2021, определении Верховного суда Российской Федерации от 09.04.2024 по делу № А01-523/2021, в пункте 3 постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 72 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с расчетами за коммунальные ресурсы».
Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что цена Гарантирующего поставщика состоит из свободной (нерегулируемой) цены, увеличенной на сумму НДС, что следует из актов, счетов и счетов-фактур Гарантирующего поставщика, выставленных ответчику.
По уточненному расчету истца (с учетом принятого судом ходатайства истца от 13.02.2025), общая стоимость мощности за период с октября 2019 по октябрь 2021 должна была составить 29 738 532 руб. 26 коп., тогда как Общество перечислило Торговому дому 99 851 704 руб. 82 коп. С учетом этого, размер неосновательного обогащения ответчика за период поставки с октября 2019 по октябрь 2021 составил 70 113 172 руб. 56 коп.
За период с октября 2021 по декабрь 2022 общая стоимость электрической энергии и мощности, поставленной истцу непосредственно ответчиком, должна была составить 39 671 752 руб. 45 коп. С учетом увеличения этой суммы на величину НДС (20%) в размере 7 934 350 руб. 49 коп., общая стоимость энергоресурсов (с НДС), поставленных истцу ответчиком за этот период равна 47 606 102 руб. 94 коп. С учетом того, что Общество перечислило ответчику за этот период за энергоресурсы по Договору № 56-э сумму в размере 95 162 925 руб. 75 коп., размер неосновательного обогащения ответчика за период поставки с октября 2021 по декабрь 2022 составил 47 556 822 руб. 81 коп.
Таким образом, общий размер неосновательного обогащения ответчика, который суд апелляционной инстанции находит обоснованным, составляет 117 669 995 руб. 37 коп.
Суд апелляционной инстанции также отмечает, что ссылка Общества на Договор № 56-э при перечислении излишней стоимости энергоресурсов не лишает истца возможности потребовать возврата ответчиком неосновательного обогащения, что прямо предусмотрено статьями 1102 и 1103 ГК РФ.
В силу нормы статьи 1103 ГК РФ правила о неосновательном обогащении (ст. 1102 ГК РФ) подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.
Пунктом 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума ВС № 7) предусмотрено также начислению процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, на излишне уплаченную сумму по требованию одной стороны денежного обязательства о возврате исполненного в связи с этим обязательством, например, при излишней оплате товара, работ, услуг.
Выводы соответствуют сложившейся судебной практике (Определение Верховного Суда РФ от 22.10.2020 № 309-ЭС20-7441).
В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).
С учетом этого, а также установленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности исковых требований Общества в части основного долга на сумму 117 669 995 руб. 37 коп.
В отношении требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ответчиком было заявлено об истечении срока исковой давности по периоду с 31.10.2019 по 24.03.2022 в размере 7 373 906 руб. 92 коп. (заявление ответчика о применении срока исковой давности от 23.04.2025).
Суд апелляционной инстанции, с учетом положений пункта 1 статьи 196, а также пункта 1 статьи 200 ГК РФ соглашается с этими доводами ответчика и приходит к выводу, о том, что требования истца в этой части не подлежат удовлетворению.
Также ответчик в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции указывал на применение в отношении требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами моратория, предусмотренного Постановлениями Правительства РФ от 03.04.2020 № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников», а также от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».
В отношении моратория, предусмотренного Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников», суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами ответчика по следующим причинам.
Согласно пункту 1 указанного постановления, предусмотренный им мораторий распространяется на системообразующие, стратегические предприятия, а также компании код основного вида деятельности которых в соответствии с Общероссийским классификатором видов экономической деятельности указан в перечне отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденном постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 г. № 434 «Об утверждении перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции».
Согласно открытым источникам, основным видом ОКВЭД ответчика является «Аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом» (код 68.20), а его правопредшественника – «Передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям» (код 35.12).
Данные коды не указаны в перечне отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции. Таким образом, на ответчика данный мораторий не распространяется.
При этом, суд апелляционной инстанции соглашается с ответчиком о необходимости применения к требованиям истца по процентам за пользование чужими денежными средствами моратория, предусмотренного Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».
Как разъяснено в пунктах 1, 2, 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)» целью введения моратория, предусмотренного статьей 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам. В соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.
В период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория.
Согласно расчету ответчика, представленному в его письменных пояснениях № 2 от 05.06.2025 в связи с применением данного моратория, не подлежат удовлетворению требования истца по процентам с 01.04.2022 по 01.10.2022 на сумму 5 564 010 руб. 12 коп.
Поскольку суд апелляционной инстанции пришел к выводу об уменьшении суммы долга ответчика за период с октября 2021 по декабрь 2022 на сумму НДС, суд апелляционной инстанции также считает, что сумма процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.10.2022 по 25.03.2025 подлежит пересчету и уменьшению.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований Общества о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 35 549 267 руб. 08 коп. за период с 01.10.2022 по 25.03.2025, а также процентов, установленных пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, за период с 26.03.2025 и по день фактического исполнения ответчиком решения о взыскании неосновательного обогащения.
В соответствии с частью 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неправильное применение норма материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела являются основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке.
Принимая во внимание указанные обстоятельства, решение суда от 20.08.2025 подлежит отмене ввиду неправильного применения норм материального права и несоответствия выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела.
Суд, оценив в совокупности указанные обстоятельства, на основании имеющихся документов в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пришел к выводу о наличии оснований, при которых возможно взыскание неосновательного обогащения в соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.
По изложенным основаниям суд апелляционной инстанции также считает подлежащими отклонению частично встречные требования ответчика, которые основаны на его доводах, отклоненных судом апелляционной инстанции при рассмотрении требований истца.
Согласно объединенному расчету встречных требований ответчика (приложение 1 к письменным пояснениям ответчика от 20.03.2025 к судебному заседанию 25.03.2025) за период с декабря 2022 года по февраль 2024 года сумма оплаченных Обществом средств составила 45822891 руб. 15 коп., что не оспаривается Обществом.
При этом сумма прямых расходов ответчика (за вычетом услуг по передаче, которые не подлежат оплате на основании Договора № 56-э по основаниям, установленным судом апелляционной инстанции при рассмотрении требований Общества) на приобретение электрической энергии и мощности у Гарантирующего поставщика, составляет, согласно указанному расчету 49 723 728 руб. 80 коп.
Принимая во внимание то, что в соответствии с пунктом 4.1. Договора № 56-э цена Гарантирующего поставщика на электрическую энергию подлежала увеличению на сумму инфраструктурных затрат ответчика (0,29 за каждый потребленный кВт/час), которые, согласно указанному расчету, составили 3566673 руб. 75 коп., общая стоимость электрической энергии и мощности, поставленной ответчиком истцу за период с декабря 2022 года по февраль 2024 года составила 53 624 566 руб. 45 коп.
Учитывая изложенное, задолженность Общества перед ответчиком за период с декабря 2022 года по февраль 2024 года Договору № 56-э составляет 7 467 511 руб. 40 коп.
В остальной части суд апелляционной инстанции не находит встречные требования ответчика обоснованными как по праву, так и по размеру.
Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд инстанции производит зачет удовлетворенных требований по первоначальному и встречному искам.
Судебные расходы распределены в соответствии со статей 110 АПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.08.2025 по делу № А56-109418/2022 отменить. Принять по делу новый судебный акт.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кратос» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Петербургский завод прецизионных сплавов» 117 669 995,37 руб. неосновательного обогащения, 35 549 267,08 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, исчисленных на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, за период с 01.10.2022 по 25.03.2025; с последующим их начислением с 26.03.2025 и по день фактического исполнения судебного акта, 168 579 руб. расходов по оплате госпошлины.
В удовлетворении остальной части требований обществу с ограниченной ответственностью «Петербургский завод прецизионных сплавов» отказать.
Встречные исковые требования удовлетворить частично, взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Петербургский завод прецизионных сплавов» 7 467 511,40 руб. задолженности и 5 626 руб. расходов по оплате госпошлины.
В остальной части требований обществу с ограниченной ответственностью «Кратос» к обществу с ограниченной ответственностью «Петербургский завод прецизионных сплавов» отказать.
Произвести зачет взаимных требований, в результате которого взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кратос» (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Петербургский завод прецизионных сплавов» (ОГРН <***>) 110 202 483,97 руб. неосновательного обогащения, 35 549 267,08 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, исчисленных на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, за период с 01.10.2022 по 25.03.2025; с последующим их начислением с 26.03.2025 и по день фактического исполнения судебного акта, 162 953 руб. расходов по госпошлине по иску и 25 287 руб. расходов по госпошлине по апелляционной жалобе.
Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Кратос» из федерального бюджета 238 799 руб. государственной пошлины.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.
Председательствующий
Т.С. Сухаревская
Судьи
Н.А. Бугорская
Н.С. Полубехина