СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ул. Пушкина, 112, <...>
e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ 17АП-10104/2025(1)-АК
г. Пермь
19 декабря 2025 года Дело № А60-30339/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2025 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 19 декабря 2025 года.
Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Гладких Е.О.,
судей Устюговой Т.Н., Шайхутдинова Е.М.
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ивановой К.А.
в отсутствие лиц, участвующих в деле, которые о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,
рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора, общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «ФинЭффект», на определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 сентября 2025 года о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении гражданина от исполнения обязательств, вынесенное в рамках дела № А60-30339/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1,
установил:
решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.08.2023 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев.
Финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Союза «Уральской саморегулируемой организации арбитражных управляющих».
Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсант» №157(7602) от 26.08.2023.
Определением от 23.06.2025 финансовым управляющим утверждена ФИО3, член Союза «Уральской саморегулируемой организации арбитражных управляющих».
В адрес суда 04.08.2025 поступило заявление финансового управляющего о завершении реализации имущества гражданина.
Определением суда от 11.08.2025 заявление принято к рассмотрению, назначено судебное заседание.
От кредитора ООО ПКО «ФинЭффект» 17.08.2025 поступило ходатайство о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств.
Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30 сентября 2025 года процедура реализации имущества ФИО1 завершена; в отношении ФИО1 применены положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.
Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ООО ПКО «ФинЭффект» обратился с апелляционной жалобой, просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 сентября 2025 года в части применения в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств отменить, вынести в данной части новый судебный акт, в соответствии с которым не применять в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств в части требований ООО ПКО «ФинЭффект».
В обоснование доводов о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств кредитор указывает на недобросовестное и незаконное поведение должника в преддверии банкротства, предоставление должником недостоверных сведений об обстоятельствах утраты предмета залога.
Считает, что должник сознательно ввел суд в заблуждение об изъятии предмета залога сотрудниками банка; что должник не мог не знать о выбытии автомобиля, поскольку ему каждый год начислялся транспортный налог, приходили соответствующие уведомления от налогового органа, требования об их уплате. Кроме того, если бы изъятие предмета залога действительно имело место в 2015-2016 году, как на это указывает должник, то размер долго значительно бы уменьшился, чего не было, о чем должник не мог не знать на протяжении длительного периода времени.
Фактически, как считает кредитор, должник передал предмет залога третьему лицу без согласия залогодержателя, не обеспечил его сохранность, в результате чего лишил кредитора возможности возврата кредитных средств, поскольку иного имущества у должника финансовым управляющим не выявлено.
До начала судебного заседания от должника, финансового управляющего поступили отзывы, просят определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО ПКО «ФинЭффект» - без удовлетворения.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.
Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции наличие оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не усмотрел.
В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.
Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.
Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.
По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).
Исходя из приведенных положений Закона о банкротстве арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проверить совершение финансовым управляющим действий по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, установить исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника. Сведения, содержащиеся в отчете финансового управляющего и в прилагаемых к нему документах, должны подтверждать указанные обстоятельства.
Завершая процедуру банкротства в отношении ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что все необходимые мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве, осуществлены, возможности для пополнения конкурсной массы исчерпаны, основания для продления процедуры банкротства не установлены.
В указанной части судебный акт не обжалуется.
По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ).
Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.
Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.
Отказ в применении к гражданину правила об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей, либо на недопущение поощрения злоупотреблений.
Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности. Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов, а также на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.
По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).
Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ) и целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на злостное уклонение от исполнения обязательств.
Таким образом, возможность применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.
В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, представление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о представлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь статьей 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.
В частности, не допускается освобождение гражданина от обязательств в случае привлечения гражданина к уголовной или административной ответственности вступившим в законную силу судебным актом за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство в данном деле о банкротстве гражданина; непредставления гражданином необходимых сведений (заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или суду, что установлено соответствующим судебным актом. Доказано, что при возникновении или исполнении обязательства гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, представил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.
При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.
При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе дать пояснения и представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.
Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).
Обращаясь с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества, финансовым управляющим заявлено о возможности применения в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств.
Кредитор ООО ПКО «ФинЭффект» против освобождения возражал, ссылаясь на незаконные действия должника по отчуждению имущества без согласия залогодержателя.
В обоснование заявленного ходатайства кредитор указал, что 03.10.2023 финансовый управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением об истребовании имущества у должника - транспортного средства - автомобиль: CHERY T11 TIGGO VINLWDB11B3EDO26082.
От должника 09.01.2024 в суд поступили пояснения, исходя из которых спорное автотранспортное средство ЧЕРИ T11 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос.номер <***>, в 2015-2016 году было изъято представителями ООО «Сетелем-банка». При этом каких-либо доказательств изъятия автомобиля должник не представил.
ООО ПКО «ФинЭффект» (прежнее наименование ООО «Сбер-Альянс», ООО АПВ «ФинЭффект») 19.03.2024 направило в ООО «Драйв Клик Банк» (прежнее наименование ООО «Сетелем-банк») запрос: изымалось ли у должника ФИО1 в 2015-2016 году автотранспортное средство ЧЕРИ T11 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос.номер <***>.
В электронном сообщении 26.03.2024 менеджер по работе с клиентами ООО «Драйв Клик Банк» ответил, что на стороне банка не осуществлялось действий по изъятию ТС клиента.
Следовательно, как считает кредитор, должник сознательно ввел суд в заблуждение об изъятии предмета залога сотрудниками банка, никаких доказательств должник при этом не представил.
Ввиду изложенного ООО ПКО «ФинЭффект» поддерживал заявление финансового управляющего ФИО2 об истребовании имущества у должника - транспортного средства - автомобиль: CHERY T11 TIGGO VINLWDB11B3EDO26082.
Определением АС Свердловской области от 17.09.2024 суд удовлетворил заявление должника ФИО1 и исключил из конкурсной массы транспортное средство ЧЕРИ Tl1 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос. номер <***>, маломерное судно «ТАЙМЕНЬ» (2011 года постройки, заводской номер 5705) с подвесным лодочным мотором «MINN КОТА» (0,45 л/с, заводской номер 4087519), указав, следующее:
«В обоснование ходатайства должник поясняет, что транспортное средство: ЧЕРИ T 1 1 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос. номер <***> было изъято сотрудниками банка-залогодержателя по решению суда.
После того, как представители банка- залогодержателя заявили в суде о том, что не изымали транспортное средство ЧЕРИ T 1 1 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос. номер <***>, должник обратился в полицию для установления местонахождения транспортного средства ЧЕРИ T 1 l TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос. номер <***>. Установить местонахождение транспортного средства ЧЕРИ T 1 1 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос. номер <***> не удалось. ОП №20 МУ МВД России «Нижнетагильское» провел проверку по заявлению должника об установлении местонахождения транспортного средства ЧЕРИ Tl1 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос. номер <***>, после чего было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 26.05.2024. Ранее, на момент подачи заявления на признание банкротом, и на 22.03.2024 согласно данным ГЭО ГИБДД МУ МВД России «Нижнетагильское» на указанное транспортное средство наложен запрет регистрационных действий на основании решения Дзержинского районного суда города Новосибирска, а также запрет регистрационных действий по исполнительным производствам, возбужденным судебным приставом исполнителем. По этим причинам снять с регистрационного учета транспортное средство ЧЕРИ T11 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос. номер <***> должник не мог и не может».
Учитывая изложенное, кредитор считает, что имеются все основания для не применения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, поскольку должник не выполнил условия договора о предоставлении целевого потребительского кредита на приобретение автотранспортного средства, не застраховал предмет залога, передал предмет залога неизвестным третьим лицам без согласия кредитора, не сообщил кредитору о случившемся, тем самым не обеспечил выполнение своих обязательств перед кредитором, своими действиями (бездействием) допустил собственное банкротство.
Отклоняя указанные доводы кредитора и применяя в отношении должника правила пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств, суд первой инстанции исходил из того, что в рамках процедуры банкротства должник не препятствовал проведению процедуры, сотрудничал с финансовым управляющим, что доказательства, свидетельствующие о непредставлении должником необходимых сведений или предоставлении недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, сокрытии или уничтожении имущества, в материалах дела отсутствуют.
Суд первой инстанции отметил, что определением суда от 17.09.2024 судом исключено из конкурсной массы ФИО1 транспортное средство ЧЕРИ Tl1 TIGGO, VIN <***>, год выпуска: 2013 год, гос. номер <***>; маломерное судно «ТАЙМЕНЬ» (2011 года постройки, заводской номер 5705) с подвесным лодочным мотором «MINN КОТА» (0,45 л/с, заводской номер 4087519).
Определением суда от 07.02.2025 требования кредитора - общества с ограниченной ответственностью профессиональная коллекторская организация "ФИНЭФФЕКТ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) по кредитному договору <***> от 17.04.2019 в размере 829 002,93 руб., из которых: 567 091,34 руб.- сумма основного долга; 52 478,89 руб.- проценты за пользование денежными средствами; 12 645,00 руб.- штрафы за ненадлежащее исполнение обязательств по кредитному договору; 193 554,92 руб.- проценты на просроченную часть основного долга, 3 232,78 руб. - расходы об уплате госпошлины включены как не обеспеченные залогом имущества должника: автомобиль CHERY T11 TIGGO VINLWDB11B3EDO26082.
Указанные судебные акты вступили в законную силу, сторонами не обжаловались.
Доказательств наличия у должника скрытых источников дохода и их использование по собственному усмотрению без ведома финансового управляющего и в объеме, превышающем сформированную конкурсную массу; того, что должник действовал незаконно, в том числе совершал мошеннические действия, злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности, предоставил кредиторам заведомо ложные сведения, скрыл или умышленно уничтожил имущество; сокрытия имущества, в том числе заработной платы, способного повлиять на исполнение обязательств перед кредиторами, равно как доказательств совершения каких-либо сделок по сокрытию имущества; доказательств объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам в материалах дела не имеется.
Злостное уклонение должника от исполнения обязательств судом не установлено.
Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается.
Признаков преднамеренного или фиктивного банкротства финансовый управляющий не установил, таких доказательств не представлено и в материалы дела.
Принимая во внимание указанные обстоятельства в совокупности, установив, что по итогам проведенного финансовым управляющим финансово-экономического анализа состояния должника признаков преднамеренного или фиктивного банкротства не установлено, подлежащих оспариванию сделок не выявлено, признав, что каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о сокрытии должником своего имущественного или финансового положения, либо совершения им действий, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается, доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено, исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии достаточных оснований для отказа в применении к ФИО1 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.
Суд указал, что сам факт неисполнения должником принятых на себя обязательств перед кредиторами в силу объективных обстоятельств, равно как и отсутствия у него для этого достаточного имущества, не может служить основанием для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.
Оснований для переоценки данных выводов апелляционный суд не усматривает.
Кредитор, настаивая на недобросовестном поведении должника, ссылается на обстоятельства утраты залогового автомобиля.
Действительно, материалами дела подтверждается и не оспаривается должником, что ООО ПКО «ФинЭффект» не получило удовлетворение своих требований.
Вместе с тем, исходя из обстоятельств настоящего дела и представленных в их подтверждение доказательств, суд апелляционной инстанции не усматривает в данном конкретном случае в действиях должника очевидного отклонения от принципов добросовестного поведения участника гражданского оборота.
Так, на протяжении всего дела о банкротстве ФИО1 последовательно и непротиворечиво настаивал на признании того, что спорное транспортное средство выбыло из владения должника по не зависящим от него обстоятельствам.
Пояснения должника об обстоятельствах утраты автомобиля в данном случае являются в достаточной степени мотивированными.
Доказательств, свидетельствующих о том, что с 2015-2016 гг. ФИО1 продолжал пользоваться автомобилем, о добровольном отчуждении ФИО1 спорного имущества третьим лицам в материалах дела не имеется.
Оснований полагать, что ФИО1 допущено противоправное сокрытие или уничтожение принадлежащего ему имущества, равно как и сообщение недостоверных сведений финансовому управляющему, у суда апелляционной инстанции не имеется.
Сведения ФИО1 об обстоятельствах, связанных с утратой должником предмета залога (автомобиля), предоставленного в счет обеспечения обязательств перед правопредшественником ООО ПКО «ФинЭффект», в полной мере раскрыты должником, а лицами, участвующими в деле, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, не опровергнуты.
Неуведомление должником кредитора об утрате предмета залога не может являться самостоятельным основанием для неосвобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором, поскольку не свидетельствует о наличии в поведении должника признаков злоупотребления правом, направленных на уклонение от исполнения обязательств перед кредитором, при том что отчуждение залогодателем предмета залога без согласия кредитора не произошло.
Утрата транспортного средства сама по себе не является безусловным основанием для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств по итогам процедур банкротства. Для неприменения к гражданину правил об освобождении от обязательств необходимо установить, было ли направлено такое поведение должника на уклонение от исполнения обязательств перед кредитором.
Доказательств того, что при утрате предмета залога, имеющей место за семь-восемь лет до обращения с заявлением о собственном банкротстве, ФИО1 действовал заведомо недобросовестно в целях извлечения собственной выгоды в ущерб имущественным интересам кредитора путем умаления юридического интереса залогодержателя на получение удовлетворения из стоимости заложенного имущества, в материалы дела не представлено.
При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, утрата транспортного средства в данном конкретном случае не может являться безусловным основанием для квалификации соответствующих действий должника в качестве злонамеренного противоправного поведения, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредитором (для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).
Заявленное кредитором основание для неприменения к ФИО1 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств не относится к обстоятельствам, перечисленным в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается.
В рассматриваемом случае признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника финансовым управляющим не установлено.
Проведенный финансовым управляющим анализ не выявил подозрительных сделок должника, подлежащих оспариванию в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).
Вступившие в законную силу судебные акты о привлечении должника к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство отсутствуют.
Из материалов дела усматривается, что должником в материалы дела представлялась вся необходимая для проведения процедуры банкротства информация и документы.
В ходе процедуры банкротства недобросовестности со стороны должника, выраженной в непредставлении запрашиваемой информации и препятствовании в осуществлении функций финансового управляющего, сокрытии дохода, иного имущества и препятствовании пополнению конкурсной массы для соразмерности удовлетворения требований кредиторов, не установлено.
Отсутствие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, а также наличие у должника задолженности, в связи с принятыми на себя обязательствами, само по себе не может свидетельствовать о недобросовестном поведении должника.
Принятие должником на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.
С учетом изложенного следует согласиться с выводом суда первой инстанции о недоказанности злостного уклонения должника от исполнения обязательств. Суд первой инстанции правомерно не усмотрел в поведении должника цели неправомерного освобождения от долгов, обоснованно счел необходимым применить к нему реабилитационные процедуры и предоставить возможность восстановления платежеспособности путем освобождения от обязательств.
Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с этим оснований для отмены определения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.
С учетом изложенного, определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.
В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.
Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 сентября 2025 года по делу № А60-30339/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.
Председательствующий
Е.О. Гладких
Судьи
Т.Н. Устюгова
Е.М. Шайхутдинов