АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-5455/25

Екатеринбург

29 декабря 2025 г.

Дело № А07-17110/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 декабря 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Абозновой О.В.,

судей Перемышлева И.В., Гайдука А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Пушкаревой Е.М.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЭДВА» (далее - Общество) на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.06.2025 по делу № А07-17110/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом.

В судебном заседании принял участие представитель Общества - ФИО1 (доверенность от 09.07.2025).

Главное Управление Федеральной службы судебных приставов по Республике Башкортостан (далее - Управление) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к Обществу о взыскании 2 518 000 руб. убытков (с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3, Кировский отдел судебных приставов по г. Уфе.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.06.2025 исковые требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взысканы убытки в размере 1 300 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2025 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Общество просит указанные судебные акты отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что решением Советского районного суда г. Уфы, оставленным без изменения апелляционным определением Верховного суда Республики Башкортостан, собственнику утраченного транспортного средства - гражданину ФИО3 - отказано в удовлетворении иска к ФССП России о возмещении убытков, причинённых утратой арестованного автомобиля. Таким образом, у ФИО3 отсутствовали правовые основания для получения от ФССП России компенсации за утрату автомобиля. По мнению заявителя, данный факт свидетельствует об отсутствии убытков у поклажедателя (Управления), что в соответствии со статьями 393 и 902 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает возможность предъявления к хранителю регрессного требования о возмещении стоимости утраченного имущества.

С учетом изложенного, как полагает ответчик, вывод суда апелляционной инстанции о наличии у истца убытков, подлежащих взысканию с Общества, является необоснованным и противоречащим установленным обстоятельствам дела, что само по себе влечёт отмену оспариваемых судебных актов.

Общество полагает, что ссылка суда апелляционной инстанции на заявление представителя Управления о намерении поэтапно перечислять взысканные денежные средства ФИО3 не может рассматриваться в качестве доказательства наличия убытков у истца, апелляционный суд не имел правовых оснований ссылаться на данное утверждение при оценке наличия убытков у поклажедателя.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами, между Обществом (Хранитель) и Управлением (Поклажедатель) заключен договор хранения от 12.02.2018 № 5/02/2018.

Между Обществом (Хранитель) и Управлением (Поклажедатель) заключен договор хранения 31.01.2019 № 02902/19/3800.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Кировского РОСП г. Уфы УФССП по Республике Башкортостан от 30.03.2018 возбуждено исполнительное производство № 27256/18/02003-ИП в отношении должника ФИО3, предметом исполнения которого является задолженность в размере 6 500 000 руб. в пользу ФИО2

Истец указал, что согласно акту от 19.09.2018 судебным приставом-исполнителем Кировского РОСП г. Уфы УФССП России по Республике Башкортостан наложен арест на автомобиль Тойота Тундра, гос. номер <***>, с общей стоимостью 1 200 000 руб., без права пользования имуществом должника. Имущество изъято, оставлено на ответственное хранение Обществу. Место хранения указанного в настоящем акте арестованного имущества установлено по адресу: г. Уфа, Территория НУНПЗ.

Судебным приставом-исполнителем Кировского РОСП г. Уфы УФССП России по Республике Башкортостан 19.09.2018 вынесено постановление о назначении Общества ответственным хранителем арестованного имущества - автомобиля Тойота Тундра, гос. номер <***>.

Директор Общества ФИО4 28.09.2018 обратился с заявлением к начальнику ОП № 5 Управления МВД России по г. Уфе, в котором просил привлечь к ответственности неизвестное лицо, которое, находясь на территории спецстоянки по адресу: территория МУ НПЗ, совершило противоправное действие в отношении автомобиля Тойота Тундра, гос. номер <***>.

Согласно объяснениям ФИО4 от 28.09.2018, данным дознавателю ОД ОП № 5 Управления МВД России по г. Уфе, 26.09.2018 неизвестное лицо проникло на территорию НУНПЗ, вскрыв откатные электрические ворота, и совершило угон автомобиля Тойота Тундра, гос. номер <***>.

Судебным приставом-исполнителем Кировского РОСП г. Уфы УФССП России по Республике Башкортостан 08.10.2018 вынесено постановление об объявлении исполнительного розыска имущества ФИО3 (данного автомобиля).

Ссылаясь на то, что автомобиль должника после наложения на него ареста был передан на хранение Обществу, с которым Управлением заключен договор хранения № 02902/19/3800, ответственность за сохранность арестованного и переданного на хранение имущества должника возлагается на Общество, Управление направило в адрес последнего досудебную претензию с требованием оплатить убытки, которая оставлена последним без удовлетворения.

Указанные обстоятельства явились основанием обращения Управления с исковым заявлением в арбитражный суд.

Судебным приставом-исполнителем Кировского РОСП г. Уфы ФИО5 06.11.2018 составлен акт о наложении ареста (описи имущества) на легковой автомобиль Тойота LAND CRUISER 120, 2006 г.в., г/н <***>, принадлежащий должнику ФИО6 и в соответствии с договором хранения от 12.02.2018 № 5/02/2018 транспортное средство перемещено на специализированную стоянку Общества расположенную по адресу: РБ, г. Уфа, территория НУНПЗ.

Согласно исполнительному листу ФС № 013093826 от 04.05.2016 об обращении взыскания на заложенное имущество Тойота LAND CRUISER 120, 2006 г.в., стоимость заложенного транспортного средства составила 1 218 000 руб.

Судебным приставом-исполнителем Кировского РОСП 30.08.2019 вынесено постановление о передаче транспортного имущества на торги.

В ходе совершения исполнительных действий судебным приставом-исполнителем Кировского РОСП установлено, что автомобиль Тойота LAND CRUISER 120, 2006 г.в., г/н <***> на специализированной стоянке по адресу РБ, г. Уфа, терр-я НУНПЗ, отсутствует.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил взыскать с ответчика убытки в размере 2 518 000 руб.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требований в части взыскания с ответчика 1 300 000 руб. за утрату транспортного средства Тойота Тундра, поскольку данное транспортное средство было передано ответчику истцом по договору хранения и утрачено последним (похищено с его территории). Стоимость транспортного средства определена с учетом заключения о рыночной стоимости.

Отказывая в части требования о взыскании денежных средств за утрату автомобиля Тойота LAND CRUISER, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих нахождение данного транспортного средства на стоянке ответчика.

Решение суда в суд апелляционной инстанции обжаловано ответчиком только в части удовлетворенных исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

Независимо от доводов, содержащихся в кассационной жалобе, арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, не нарушены ли арбитражным судом первой и апелляционной инстанций нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции, постановления арбитражного суда апелляционной инстанции (часть 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по общему правилу суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов судов первой и апелляционной инстанций исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Изучив доводы заявителя кассационной жалобы, проверив законность обжалуемых судебных актов, суд округа не находит оснований для их отмены.

Согласно пункту 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В пункте 2 статьи 887 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа, подписанного хранителем; номерного жетона (номера), иного знака, удостоверяющего прием вещей на хранение, если такая форма подтверждения приема вещей на хранение предусмотрена законом или иным правовым актом либо обычна для данного вида хранения.

Хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи. При отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором (статья 891 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 900 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением.

В силу пункта 1 статьи 901 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Профессиональный хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение произошли вследствие непреодолимой силы, либо из-за свойств вещи, о которых хранитель, принимая ее на хранение, не знал и не должен был знать, либо в результате умысла или грубой неосторожности поклажедателя.

Убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 настоящего Кодекса, если законом или договором хранения не предусмотрено иное (пункт 1 статьи 902 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судами, решением Кировского районного суда г. Уфы от 12.10.2018 по делу № 2А7553/2018 в удовлетворении административного искового заявления ФИО2 к должностным лицам УФССП России по Республике Башкортостан о признании незаконным бездействия, повлекшего утрату имущества (Тойота Тундра, 2010 года выпуска, гос. номер <***>), изъятого в рамках исполнительного производства, отказано.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Башкортостан от 26.11.2018 решение Кировского районного суда от 12.10.2018 оставлено без изменения.

Согласно решению Кировского районного суда от 12.10.2018 по делу № 2А7553/2018 автотранспортное средство передано на хранение Обществу, ответственность за сохранность арестованного и переданного на хранение имущества должника возлагается на лицо, которому это имущество передано, а не на судебного пристава-исполнителя, который не выполняет функции по хранению арестованного им движимого имущества должника.

Договор хранения между Обществом и Управлением от 12.02.2018 № 2/102/2018 заключен до востребования транспортного средства УФССП по Республике Башкортостан, но не более 100 дней.

Поскольку утрата имущества произошла в период действия договора хранения – 28.09.2018, на судебного пристава-исполнителя не может быть возложена обязанность по хранению арестованного имущества, а потому вины Федеральной службы судебных приставов России в причинении ФИО2 ущерба не усматривается.

Следовательно, ответственность за сохранность арестованного и переданного на хранение имущества должника возлагается на лицо, которому это имущество передано, а не на судебного пристава-исполнителя, который не выполняет функции по хранению арестованного им движимого имущества должника.

Судами также учтено, что 08.04.2019 должностным лицом ОП ОМВД России № 5 под протокол допроса с ознакомлением об ответственности за дачу заведомо ложных показаний опрошен директор Общества ФИО4, который пояснил, что 19.09.2018 он принял на хранение автотранспортное средство, которое в дальнейшем было похищено со стоянки.

Решением Советского районного суда г. Уфы по делу № 2-7855/2019 от 18.10.2019 удовлетворены требования ФИО2, с Общества взысканы денежные средства в сумме 1 200 000 руб.

Судом установлено, что Обществом принятые обязательства по обеспечению сохранности арестованного транспортного средства надлежащим образом исполнены не были, что привело к хищению названного автомобиля со спецстоянки ответчика, доказательств возмещения ответчиком убытков суду не представлено и судом не добыто.

Между тем, указанное решение Советского районного суда отменено, при этом в определении Верховного суда Республики Башкортостан по делу № 33-9164/2020 от 09.07.2020 установлено, что транспортное средство передано на хранение Обществу, между тем судебная коллегия пришла к выводу о том, что у ФИО2 не было правовых оснований для обращения в суд с настоящим иском, поскольку ФИО2 не являлась стороной договора хранения, в связи с чем Общество перед ней не несет ответственность за сохранность арестованного имущества.

В рамках указанного дела в судебном заседании 28.01.2025 представитель истца пояснил, что оригиналы актов не приобщались к материалам дела, между тем сослался на другие доказательства, в том числе на заявление ФИО4 в ОП № 5 Управления МВД России по г. Уфе.

Как установлено судами, 28.09.2018 директором Общества ФИО4 подано заявление начальнику ОП № 5 Управления МВД России по г. Уфе, в котором он просил привлечь к ответственности неизвестное лицо, которое, находясь на территории спецстоянки, по адресу: Территория НУНПЗ, совершило противоправное действие.

С учетом изложенного суды верно исходили из того, что материалами дела подтверждено, что транспортное средство Тойота Тундра находилось на территории спецстоянки по адресу: Территория НУНПЗ. Указанные обстоятельства ответчиком не оспорены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Отсутствие акта передачи при фактическом принятии ответчиком автомобиля на хранение во исполнение действующего договора хранения не снимает ответственности с хранителя за утрату автомобиля.

При этом суды установили, что автомобиль Тойота Тундра 2010 г. выпуска, государственный регистрационный знак <***>, похищен с территории спецстоянки ответчика, с которым у истца имелись договорные правоотношения по хранению.

Судами установлено, что согласно подпункту б пункта 2.1 договора хранения (от 12.02.2018, от 31.01.2019) хранитель обязуется принять для сохранности переданного ему ТС, меры, обязательность которых предусмотрена законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке (противопожарные, санитарные, охранные).

В силу пункта 6.1 договоров хранения хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение ТС, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение произошли вследствие непреодолимой силы либо в результате умысла или грубой неосторожности Поклажедателя. Ключи от ТС находятся у Поклажедателя, ответственность за внешний вид после приемки на хранение ТС несет Хранитель.

В соответствии с пунктом 6.2 договоров хранения в случае хищения (повреждения) транспортного средства или нарушения его внешней комплектности во время хранения Хранитель несет материальную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В договоре от 31.01.2019 в пункте 6.2 также дополнительно указано, что хранитель обязан в 14-тидневный срок момента предъявления соответствующего требования возместить поклажедателю причиненные ему убытки в полном объеме

В силу пунктов 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

При этом убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор будет поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Судами установлено факт передачи судебным приставом-исполнителем автомобиля Тойота Тундра, государственный регистрационный знак <***>, на хранение Обществу.

Ссылка ответчика на отсутствие у истца убытков и возникновении на его стороне неосновательного обогащения, а также на наличие судебных актов судов общей юрисдикции, правильно отклонена с учетом того, что в рассматриваемом случае требования истца основаны на ненадлежащем исполнении ответчиком условий договора хранения, а тот факт, что Управление не является стороной материально-правового спора и собственником данного транспортного средства, сам по себе не может быть основанием для освобождения ответчика от выплаты денежных средств.

Как верно отметил апелляционный суд, иной подход приведет к тому, что хранитель, которому транспортное средство передано на хранение и который его утратил не в результате виновных действий поклажетателя, будет полностью освобожден от какого-либо возмещения стоимости утраченного, что приведет к нарушению стабильности гражданского оборота, возможным злоупотреблениям, а также к формированию у хранителя убеждения о возможности безнаказанно нарушать договорные обязательства об обеспечении сохранности имущества, которое передано ему Управлением как лицом, исполняющим свои публично-правовые функции в сфере обеспечения взыскания.

Кроме того, как верно отметил апелляционный суд, в отношении ФИО3 введена процедура банкротства (дело № А07-40295/19), следовательно, утрата ответчиком принадлежащего ему (ФИО3) имущества влечет уменьшение его конкурсной массы. У истца возникает обязанность по передаче конкурсному управляющему спорного транспортного средства, а в данном случае (при его утрате ответчиком) денежных средств, взысканных с Общества.

С учетом изложенного, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, суды пришли к верному выводу об отсутствии оснований для освобождения хранителя, нарушившего свои договорные обязательства, от выплаты поклажедателю стоимости имущества, утраченного вине ответчика.

Оснований для отмены обжалуемых судебных актов не имеется. Доводы заявителя кассационной жалобы отклоняются с учетом выводов, содержащихся в настоящем постановлении. Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены решения суда первой инстанции или постановления апелляционного суда (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Поскольку при подаче кассационной жалобы Обществу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства, государственная пошлина подлежит взысканию с заявителя в доход федерального бюджета в сумме 50 000 руб. (пункт 20 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.06.2025 по делу № А07-17110/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЭДВА» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЭДВА» в доход федерального бюджета 50 000 (пятьдесят тысяч) руб. госпошлины по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.В. Абознова

Судьи И.В. Перемышлев

А.А. Гайдук