АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА
ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000
http://fasvvo.arbitr.ru/
______________________________________________________________________________
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
Нижний Новгород
Дело № А82-19352/2017
04 июня 2025 года
резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2025 года.
Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:
председательствующего Ионычевой С.В.,
судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.
при участии представителя
ФИО1:
ФИО2 по доверенности от 19.11.2024 (до перерыва)
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу
ФИО1
на определение Арбитражного суда Ярославской области от 11.07.2024 и
на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024
по делу № А82-19352/2017,
по заявлению конкурсного управляющего
ФИО3
к ФИО1
о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам
общества с ограниченной ответственностью
«Производственно-коммерческое предприятие «Ярмельсервис»
(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)
и
установил :
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Ярмельсервис» (далее – ООО ПКП «Ярмельсервис», должник) в Арбитражный суд Ярославской области обратился конкурсный управляющий ФИО3 с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 37 854 351 рубль 68 копеек.
К участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Пошехонская» (далее – ООО «Птицефабрика Пошехонская»).
Суд первой инстанции не усмотрел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, однако определением от 11.07.2024, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 16.12.2024, привлек ФИО1 к гражданско-правовой ответственности в виде убытков и взыскал с него в конкурсную массу ООО ПКП «Ярмельсервис» 7 382 009 рублей 80 копеек.
Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение и постановление, направить обособленный спор на новое рассмотрение.
Заявитель жалобы не согласен с тем, что размер убытков составляет стоимость оборудования, входящего в имущественный комплекс по производству комбикормов. В результате совершения недействительных сделок, вмененных ответчику, это имущество фактически не выбыло из владения ООО ПКП «Ярмельсервис», поскольку находилось у должника в пользовании. Уменьшение конкурсной массы должника произошло позднее, в связи с захватом спорного имущества ООО «Птицефабрика Пошехонская», на территории которого находился имущественный комплекс. Конкурсный управляющий должника не принял мер к выяснению судьбы этого имущества и его истребовании у третьего лица. Суд, обязав конкурсного управляющего и ответчика принять меры к проведению совместного с третьим лицом осмотра имущества, не проконтролировал исполнение своих указаний. ООО «Птицефабрика Пошехонская» ограничилось направлением письма об отсутствии у него имущества, полученного от ООО «Ярмельсервис» по сделкам. ФИО1 отмечает, что по состоянию здоровья не мог с сентября 2023 года защищать свои интересы в суде (инсульт, не мог полноценно ходить и говорить). Осмотр имущества, назначенный на осень 2023 года, был саботирован в его отсутствие заинтересованными лицами, а основание для привлечения ответчика к ответственности, которое было удовлетворено судом, заявлено конкурсным управляющим в апреле 2024 года. Заявитель жалобы утверждает, что асфальто-бетонное покрытие, асфальто-бетонное покрытие № 2, площадка для выгрузки вагонов по-прежнему находится на территории ООО «Птицефабрика Пошехонская», которую арендовал должник. По мнению лица, подавшего жалобу, последствия несовершения конкретных процессуальных действий (непредставление доказательств в виде осмотра арендованных площадей), должны возлагаться на конкурсного управляющего и на третье лицо. Суды не приняли во внимание, что трактор Беларус 82,1, государственный номер 1596 ХТ76, являлся предметом лизинга на основании договора долгосрочного лизинга от 25.03.2015 № 33 и был изъят лизингодателем ОАО «Ярославльагропромтехснаб» у должника 03.10.2019, то есть после введения процедуры конкурсного производства. Стоимость трактора взыскана с ответчика в качестве убытков, несмотря на то, что транспортное средство не принадлежало должнику. ФИО1 считает, что факт причинения убытков не доказан, как и не доказано, что выгоду от вмененных действий получил лично ответчик. Заявитель жалобы отмечает, что определениями от 04.08.2021 и от 01.11.2021 по делу № А82-19352/2017 не устанавливался действительный размер ущерба, причиненного должнику недействительными сделками
В судебном заседании окружного суда представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.
Конкурсный управляющий в письменном отзыве на кассационную жалобу возразил относительно приведенных в жалобе доводов и просил оставить состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.
Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.
На основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании от 29.04.2025 объявлялся перерыв с 29.04.2025до 19.05.2025, а затем до 28.05.2025. После перерыва лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили.
Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы.
Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывом на нее, а также заслушав представителя заявителя, суд округа пришел к выводу о том, что обжалованные судебные акты подлежат отмене в силу следующего.
Как следует из материалов обособленного спора, ООО ПКП «Ярмельсервис» зарегистрировано в качестве юридического лица 10.03.1992, основным видом его деятельности являлось производство готовых кормов для животных, содержащихся на фермах. Руководителем должника с 16.09.2003 являлся ФИО1
Арбитражный суд Ярославской области определением от 30.10.2017 возбудил производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) ООО ПКП «Ярмельсервис»; определением от 18.12.2018 ввел в отношении должника процедуру внешнего управления, прекратил полномочия ФИО1; решением от 15.08.2019 признал ООО ПКП «Ярмельсервис» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него процедуру конкурсного производства; определением от 06.04.2020 утвердил конкурсным управляющим ФИО3
Конкурсный управляющий, посчитав, что имеются основания для привлечения бывшего руководителя ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам ООО ПКП «Ярмельсервис» (необращение в суд с заявлением должника, совершение убыточных сделок от имени должника), обратился в суд с настоящим заявлением.
Суды первой и апелляционной инстанций не выявили предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) наличия условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника исходя из заявленных конкурсным управляющим оснований. В то же время суды пришли к выводу о причинении ФИО1 убытков должнику в размере 7 382 009 рублей 80 копеек в результате утраты возможности пополнения конкурсной массы за счет применения последствий недействительности сделок, совершенных ответчиком от лица должника.
Согласно пункту 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», когда вред, причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац третий).
Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый).
Суды квалифицировали требования конкурсного управляющего в качестве убытков должника в соответствии с положениями абзаца четвертого пункта 20 Постановления № 53, проанализировав доводы и аргументы, приведенные в обоснование заявления о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности.
Этот вывод судов заявителем не оспорен.
В пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.
По правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При рассмотрении споров о возмещении причиненных юридическому лицу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке, в том числе действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.
В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.
Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (пункт 2 Постановления № 62).
В силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им. Презюмируется, пока не доказано обратное, что руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его лице, и об исполнении этих сделок.
Признав доказанным факт причинения ФИО1 должнику убытков, суды приняли во внимание в порядке статей 16 и 69 (части 2) Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации фактические обстоятельства, установленные в определениях от 04.08.2021 и от 01.11.2021 по настоящему спору, которыми суд признал недействительными сделками договоры купли-продажи имущества от 10.12.2018 (на сумму 2 915 000 рублей) и от 10.10.2017 (на сумму 4 467 009 рублей 80 копеек), заключенные ООО ПКП «Ярмельсервис» (директор ФИО1) и ООО «Ярмельсервис» (директор ФИО1).
В отношении договора от 10.12.2018 суд установил, что стороны в условиях возбужденного дела о банкротстве должника (31.10.2017) оформили вывод ликвидного актива, находившегося в собственности ООО ПКП «Ярмельсервис», в пользу аффилированного лица (руководителем ООО «Ярмельсервис» являлся ФИО1) и на безвозмездной основе (встречное предоставление за предмет купли-продажи не получено). Изложенное послужило основанием для признания договора от 10.12.2018 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В отношении договора от 10.10.2017 суд установил, что стороны менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве ООО ПКП «Ярмельсервис» оформили переход права собственности на основной актив должника (единый производственный комплекс оборудования для производства корма) в пользу аффилированного лица, однако должник продолжил использовать спорное имущество по договору аренды от 15.10.2017, доказательств реальности правоотношений по которому не имеется. Изложенное послужило основанием для признания договора от 10.10.2017 недействительной сделкой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Суд в качестве последствий недействительности указанных договоров возложил на ООО «Ярмельсервис» обязанность возвратить спорное имущество в конкурсную массу ООО ПКП «Ярмельсервис». Конкурсный управляющий, обратившись в суд, указал, что имущество в конкурсную массу ООО ПКП «Ярмельсервис» не поступило. Более того, в отношении ООО «Ярмельсервис» в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о прекращении деятельности.
Суды заключили, что в силу прямого указания закона ФИО1, осуществлявший в период совершения сделок полномочия руководителя должника, выступает субъектом правонарушения и является непосредственным причинителем вреда возглавляемой организации. Кроме того, ответчик являлся единоличным исполнительным органом (руководителем) ООО «Ярмельсервис», не вернувшего имущество должнику и прекратившего свою деятельность в качестве юридического лица.
Проанализировав установленные обстоятельства, суды резюмировали, что действия (бездействие) ФИО1 привели к утрате кредиторами возможности получить наиболее полное удовлетворение своих требований за счет выбывшего имущества ООО ПКП «Ярмельсервис», в связи с чем взыскали с ответчика в конкурсную массу должника стоимость утраченного имущества, определенную исходя из стоимости договоров купли-продажи.
Суд округа, между тем, считает выводы судов предыдущих инстанций в части размера причиненных убытков преждевременными.
Из материалов настоящего спора видно, что ФИО1 последовательно настаивал на том, что конкурсный управляющий имел возможность вернуть часть имущества должнику в самостоятельном порядке, а еще часть – не представляется возможным передать в силу объективных причин.
Ответчик указывал, что имущество, отчужденное по сделкам, признанным недействительными определениями от 04.08.2021 и от 01.11.2021, представляет собой единый имущественный комплекс по производству комбикормов.
Указанными определениями суд, в частности, возложил на ООО «Ярмельсервис» обязанность вернуть должнику асфальто-бетонные покрытия, площадки для выгрузки вагонов, участок по производству комбикорма. ФИО1 указывает, что данное имущество в силу своих характеристик имеет прочную связь с земельным участком, на котором находится, предназначено исключительно для обслуживания конкретного земельного участка и не может быть от него отделено. Часть имущества также по присущим ему характеристикам относится к временным объектам недвижимости: башня для приема сыпучих материалов, здание каркасное для линии по производству кормовой муки, здание дезинфекционного барьера, узел отгрузки комбикорма на железную дорогу. ФИО1 настаивал, что указанные объекты и замощение находятся на территории имущественного комплекса предприятия, расположенного по адресу: <...>, и находятся в фактическом владении ООО «Птицефабрика Пошехонская».
Ответчик указывал, что должник сохранял доступ к спорному имуществу до 2019 года включительно, в то время как 18.12.2018 суд прекратил полномочия ФИО1 как руководителя ООО ПКП «Ярмельсервис» и фактическое руководство должником с указанной даты осуществлял внешний управляющий ФИО3 В настоящее время ФИО1 на территорию ООО «Птицефабрика Пошехонская» не допускают. Данное обстоятельство Птицефабрикой не опровергается.
В определении от 01.11.2021 (лист 8 абзац 2) указано, что внешний управляющий должником ФИО3 по акту приема-передачи оборудования от 31.05.2019 осуществил передачу ООО «Ярмельсервис» имущества, являвшегося предметом договора от 10.10.2017. В рамках настоящего спора конкурсный управляющий не представил пояснений, каким образом, где и при каких обстоятельствах он передал имущество, в том числе временные сооружения (формально или фактически).
ФИО1 настаивал, что конкурсный управляющий ФИО3 имел возможность проверить наличие или отсутствие имущества у лица, в фактическом владении которого оно находится на данный момент (ООО «Птицефабрика Пошехонская»). При этом в рамках настоящего спора конкурсный управляющий не представил убедительных пояснений по вопросу, имелись ли у него объективные препятствия к тому, чтобы принять самостоятельные меры к возвращению в конкурсную массу имущества, неотъемлемо связанного с земельным участком, находящегося на производственной площадке по адресу <...>.
ФИО1 настаивал на исключении из суммы убытков стоимости трактора марки «Беларус» 2014 года выпуска. Согласно пояснениям ответчика, указанная самоходная машина являлась предметом лизинга по договору от 25.03.2015 № 33, заключенному ООО ПКП «Ярмельсервис» с открытым акционерным обществом «Ярославльагропромтехснаб». Впоследствии лизингодатель изъял трактор в связи с прекращением договора лизинга, о чем имеется акт изъятия от 03.10.2019, составленный в процедуре конкурсного производства должника. Право собственности на транспортное средство у должника не возникло.
Указанные доводы ФИО1 приводил в отзыве от 24.08.2022.
На основании части 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решения и постановления должны быть законными, обоснованными и мотивированными.
Согласно части 4 статьи 170 названного Кодекса в мотивировочной части решения должны быть указаны: фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.
Аналогичные требования содержатся в пункте 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отношении постановления апелляционного суда.
Проверка расчетов по делу, в том числе на соответствие нормам права, должна отвечать целям судебной защиты и задачам судопроизводства в арбитражных судах, установленных в статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Судебные инстанции не дали возражениям ответчика надлежащей оценки, а также не проверили перечень спорного имущества, ограничившись поддержкой доводов конкурсного управляющего, что делает принятые ими судебные акты не обеспечивающими баланс интересов сторон и эффективное восстановление нарушенных прав кредиторов ООО ПКП «Ярмельсервис», не отвечающими критериям обоснованности и справедливости.
В настоящей ситуации при определении размера причиненных ФИО1 убытков судам необходимо было установить конкретный перечень имущества, которое являлось предметом признанных недействительными (определения от 04.08.2021 и от 01.10.2021) договоров купли-продажи имущества от 10.12.2018 и от 10.10.2017, и не может быть возвращено в конкурсную массу ООО ПКП «Ярмельсервис» именно по вине ответчика. Между тем это не было сделано.
Величина взысканных судами убытков при обнаруженных окружным судом пробелах в установленных фактических обстоятельствах не является соразмерной тому вреду, что был причинен должнику в результате действий (бездействия) ответчика.
Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка представленных в материалы обособленного спора доказательств, установление всех имеющих значение обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, спор подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ярославской области (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
При новом рассмотрении обособленного спора суду надлежит учесть доводы ФИО1, установить исходя из них все необходимые фактические обстоятельства, и принять законный и обоснованный судебный акт.
Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций не допустили.
Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 3 части 1), 288 (пунктом 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа
ПОСТАНОВИЛ :
Отменить определение Арбитражного суда Ярославской области от 11.07.2024 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024 по делу № А82-19352/2017.
Направить обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Ярмельсервис» ФИО3 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Ярмельсервис» на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ярославской области.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий
С.В. Ионычева
Судьи
Л.В. Кузнецова
В.А. Ногтева