Постановление по делу № 16АП-847/2022 от 30.01.2026 | 16 арбитражный апелляционный суд

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. <***>, факс: <***>

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А25-3027/2021 30 января 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 января 2026 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Белова Д.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шахназарян В.О., при участии в судебном заседании представителя финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 26.07.2025), представителя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 23.06.2025), представителя ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 12.01.2026) (после перерыва), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 03.09.2025 по делу № А25-3027/2021, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО1 о признании недействительными сделок должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>),

УСТАНОВИЛ:

16 сентября 2022 года арбитражный управляющий ФИО7 (финансовый управляющий ФИО3) обратился с заявлением о признании недействительной сделки должника – Договора купли-продажи объекта недвижимости от 06.04.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО8 Азрет-Алиевной, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата оспариваемого имущества в конкурсную массу должника.

Определением от 22.09.2022 к рассмотрению обособленного спора в качестве ответчика привлечена ФИО8

Определением от 23.10.2023 к рассмотрению настоящего обособленного спора в качестве ответчика привлечена ФИО9 – актуальный собственник спорного имущества.

Арбитражный управляющий ФИО1(действующий финансовый управляющий ФИО3) уточнил заявленные требования и просил признать недействительными договор купли-продажи от 06.04.2018, заключенный между ФИО3 и ФИО8, договор купли-продажи от 22.10.2018, заключенный между ФИО8 и ФИО9, применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 03.09.2025 заявленные требования удовлетворены. Суд признал недействительными договор купли-продажи от 06.04.2018, заключенный между ФИО3 и ФИО8 Азрет-Алиевной, договор купли-продажи от 22.10.2018, заключенный между ФИО8 Азрет-Алиевной и ФИО9, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО9 возвратить в конкурсную массу должника квартиру площадью 139,9 кв.м. (кадастровый номер 09:04:0101185:315). Судебный акт мотивирован тем, что оспариваемые договоры являются едиными сделками, направленными на вывод имущества должника.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, должник обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что ответчиком спорное имущество оплачено в полном объеме, ФИО9 зарегистрирована в спорной квартире, проживает в ней, несет бремя содержания, что свидетельствует о действительности оспариваемых договоров.

В судебном заседании представители лиц, участвующие в судебном заседании озвучили свои правовые позиции, одновременно дали пояснения по существу спора.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 02.12.2025 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 26.01.2026. Соответствующая информация размещена на официальном интернет-портале Федеральных арбитражных судов в разделе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru/).

До судебного заседания от финансового управляющего ФИО1 поступило заявление о фальсификации доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

При этом судебная экспертиза признается одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств. Назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является правом, а не обязанностью суда.

По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств арбитражный суд вправе принимать любые необходимые и достаточные меры, круг которых не ограничен назначением судебной экспертизы.

В данном случае, суд апелляционной инстанции, оценив заявленное ходатайство, приходит к выводу об отсутствии необходимости проведения проверки заявления о

фальсификации и с этой целью назначения судебной экспертизы, поскольку имеющиеся в материалах дела доказательства позволяют дать оценку сложившейся ситуации без указанных процессуальных действий.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения заявленного ходатайства не имеется.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель финансового управляющего ФИО1 поддержалдоводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ФИО5 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя конкурсного управляющего должника и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 03.09.2025 по делу № А25-3027/2021 подлежит отмене, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 06.04.2018 между ФИО3 (продавец) и ФИО8 А-А. (покупатель) заключен договор купли-продажи объекта недвижимости, в соответствии с которым продавец передает, а покупатель принимает в собственность квартиру, расположенную в <...>, общей площадью 139,9 кв.м., с кадастровым номером: 09:04:01011185:315; стоимость отчуждаемого имущества определена в размере 5 597 600 рублей.

22.10.2018 между ФИО8 А-А. и ФИО9 заключен договор купли-продажи объекта недвижимости, в соответствии с которым в пользу ФИО9 на праве собственности переходит спорная квартира (кадастровый номер 09:04:01011185:315); стоимость отчуждаемого имущества определена в размере 5 597 600 рублей.

Полагая, что сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), совершена в отсутствие равноценного встречного исполнения, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции не учел следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Законе.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного

Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что не соответствует воле законодателя.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве) само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886 (1), от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779 (1,2)).

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом. Фактически ссылка на заключение сделки по отчуждению имущества должника ответчику при наличии признаков злоупотребления правом позволяет обойти как ограничения на оспаривание сделок, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части трехлетнего периода подозрительности, так и правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве в отношении должника возбуждено определением суда от 22.11.2021, с настоящим заявлением управляющий обратился в суд 16.09.2022, при этом оспариваемые сделки совершены 06.04.2018, 22.10.2018, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее также Закон о банкротстве), в виду чего оспариваемая сделка не может быть признана недействительной по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в Определении от 29.01.2020 г. по делу № 308-ЭС19-18779 (1,2), сделки, совершенные за пределами трехлетнего периода подозрительности, перспектив на судебное оспаривание по главе III.1 Закона о банкротстве не имеют, так как с высокой вероятностью ожидаем судебный отказ в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с правовой позиции Верховного Суда РФ, сформулированной в определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, согласно которой баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит

о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу изложенного заявление конкурсного управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемом договоре пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В рассматриваемой ситуации управляющий ссылается на занижение стоимости, что привело к уменьшению конкурсной массы, соответственно на обстоятельства, необходимые для признания сделки недействительной по основанию статьи 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводы о наличии пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, следовательно, основания для применения положений статей 10, 168 ГК РФ отсутствуют. Доказательств совершения оспариваемых договоров при злоупотреблении правом не представлено.

Кроме того, стоимость спорного имущества определена сторонами в размере 5 597 600 рублей. Управляющий должника указывает на отсутствие равноценного встречного исполнения по договору купли-продажи; в качестве доказательств заявителем представлены скриншоты объявлений, размещенных на сайте бесплатных объявлений www.avito.ru, согласно которым стоимость квартиры площадью 140 кв. м в том же многоквартирном доме на сентябрь 2022 года составляет от 14 000 000 рублей.

Между тем, действующее законодательство не запрещает по договорам между физическими лицами совершать платежи в наличной денежной форме. В рассматриваемом случае, договор купли-продажи подтверждает оплату покупателем стоимости имущества. Включение в договор положения о том, что на момент подписания договора расчеты между сторонами произведены, соответствует нормам статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации и подтверждает исполнение обязательств и факт уплаты денежных средств по договору.

Данный довод, подлежит отклонению, поскольку скриншоты объявлений не являются надлежащими доказательства в силу того, что объявления на сайте www.avito.ru опубликованы в сентябре 2022 года, - то есть спустя три года с даты заключения оспариваемой сделки.

Закон о банкротстве не содержит критериев определения существенного отличия цены сделки от рыночной цены. В соответствии с пунктом 6 статьи 13 АПК РФ в случаях, если спорные отношения прямо не урегулированы Федеральным законом и другими нормативными правовыми актами или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, арбитражные суды применяют нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм рассматривают дела исходя из общих начал и смысла федеральных законов и иных нормативных правовых актов (аналогия права).

В рассматриваемом случае применим принцип, изложенный в части 3 статьи 40 Налогового кодекса Российской Федерации для определения соответствия цены товаров, работ или услуг рыночным условиям, согласно которому цена соответствует рыночным условиям, если ее отклонение составляет не более 20% от рыночной цены аналогичных (идентичных) товаров, работ или услуг.

В рамках настоящего дела о банкротстве, в суде апелляционной инстанции проведена судебная экспертиза об установлении стоимости квартиры № 7 в доме 1е/2 по улице Леонова города Черкесска, согласно которой стоимость составляет 5 551 000 рублей.

При этом, спорная квартира находится в этом многоквартирном доме, площадь квартиры № 7 в доме 1е/2 по улице Леонова города Черкесска составляет 139,9 кв. м, а площадь квартиры № 15 в доме 1е/2 по улице Леонова города Черкесска - 139,9 кв.м, то есть, площадь квартир не отличаются.

Исходя из материалов дела, оценив разницу между ценой сделки (5 597 600 рублей) и рыночной стоимостью отчужденного должником имущества (5 551 000 рублей), суд приходит к выводу, что стоимость спорной квартиры соответствует ее рыночной стоимости. Следовательно, занижение стоимости отсутствует, должник получил равноценное встречное предоставление за спорное имущество.

Таким образом, финансовый управляющий не представил доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Финансовым управляющим должника не представлены доказательства того, что на момент совершения сделки (апрель 2018 года) ИП ФИО3 отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; не представлены доказательства того, что в результате совершения оспариваемой сделки должник стал отвечать признаку

неплатежеспособности или недостаточности имущества. Стоимость переданного в результате совершения оспариваемой сделки не составляет двадцать процентов балансовой стоимости активов должника; доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Доказательств наличия между сторонами признаков аффилированности не представлено.

С учетом изложенного, оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи объекта недвижимости от 06.04.2018 не имеется. Отказ в признании первой сделки недействительной влечет за собой отказ в признании последующих сделок недействительными.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания оспариваемых договоров недействительными, соответственно, в удовлетворении требований управляющего подлежит отказать.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 03.09.2025 по делу № А25-3027/2021 в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с неправильным применением норм материального права подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о фальсификации доказательств отказать.

Определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 03.09.2025 по делу № А25-3027/2021 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий З.А. Бейтуганов

Судьи Д.А. Белов

Н.Н. Годило