Постановление по делу № 09АП-32312/2025 от 20.10.2025 | 9 арбитражный апелляционный суд

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-32312/2025

г. Москва Дело № А40-42351/22

20 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 октября 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей Е.В. Ивановой, Ю.Н. Федоровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания И.В. Фетисовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 07.05.2025 по делу № А40-42351/22

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1, взыскании с ФИО1 в пользу должника денежных средств в пределах наследственной массы - в размере 1 783 392,71 руб.,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "КАССИОПЕЯ"

при участии в судебном заседании:

от к/у ФИО2 – ФИО3 по дов. от 23.12.2024

от Т.О.АБ. – ФИО4 по дов. от 03.12.2024

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 10.03.2022 года принято к производству заявление о признании должника банкротом, возбуждено производство по делу.

Определением от 19.05.2022 года заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения.

Решением суда от 02.11.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утверждена кандидатура ФИО5.

Определением от 13.12.2022 суд утвердил конкурсным управляющим должника кандидатуру ФИО2 (член САУ СРО «ДЕЛО», адрес для направления корреспонденции: 127106, <...>).

18.06.2024 поступило заявление арбитражного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, о приостановлении производства по определению размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Заявленные требования уточнены управляющим в порядке ст. 49 АПК РФ в связи со смертью контролирующего должника лица – ФИО6 (дата смерти - 06.02.2024), заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника единственного наследника – ФИО1 (жена умершего) – в размере, не превышающем размер стоимости имущества, полученного ФИО1 в порядке наследования.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.05.2025 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "КАССИОПЕЯ" (ОГРН:<***>, ИНН:<***>) ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), взыскано с ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) в пользу ООО ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "КАССИОПЕЯ" (ОГРН:<***>, ИНН:<***>) денежные средства в пределах наследственной массы - в размере 1 783 392,71 руб., в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 834 руб.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1 подана в Девятый арбитражный апелляционный суд апелляционная жалоба, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявления отказать.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы, просил ее удовлетворить. Представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, представил отзыв.

Протокольным определением Девятого арбитражного апелляционного суда отказано в удовлетворении ходатайства о приобщении дополнительных доказательств.

Законность и обоснованность определения проверены в соответствии со ст. 266, 268 АПК РФ.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

Согласно п.5 ст.129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с п.1 ст.61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно п.4 ст.61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п.1 ст.53.1 ГК РФ.

Как следует из заявления управляющего, ФИО6 на момент признания заявления о банкротстве должника обоснованным и введении в отношении должника процедуры наблюдения определением суда от 19.05.2022 исполнял обязанности руководителя должника, что лицами, участвующими в настоящем деле, не оспаривается.

Также заявлено и не оспорено, что до 18.11.2021 ФИО6 являлся единственным участником и руководителем должника.

18.11.2021 решением единственного участника должника ФИО6 исполнительным директором должника назначена ФИО7, также ФИО7 принята в состав общества ООО ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "КАССИОПЕЯ" с долей участия 50%, утвержден устав общества в новой редакции, что подтверждается указанным решением.

Согласно выписке ЕГРЮЛ ФИО6, действующим от имени юридического лица без доверенности, внесены сведения о том, что общество с ограниченной ответственностью действует на основании типового устава – ГРН:2227701644663 от 25.02.2022.

Согласно содержанию устава общества, утвержденного решением единственного участника №6 от 18.11.2021 и представленного в материалы дела, органами управления общества являются генеральный и исполнительный директор, действующие независимо (п.5.1 устава).

В силу абз. третьего ст.53 ГК РФ учредительным документом может быть предусмотрено, что полномочия выступать от имени юридического лица предоставлены нескольким лицам, действующим совместно или независимо друг от друга. Сведения об этом подлежат включению в единый государственный реестр юридических лиц.

При этом из разъяснений абз. третьего п.22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 следует, что по общему правилу закон не устанавливает обязанности лица, не входящего в состав органов юридического лица и не являющегося его учредителем или участником (далее в этом пункте - третье лицо), по проверке учредительного документа юридического лица с целью выявления ограничений или разграничения полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица или нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга либо совместно.

В ситуации, когда в ЕГРЮЛ содержатся сведения о наличии только у одного руководителя общества полномочий действовать от имени общества без доверенности, презюмируется добросовестность третьих лиц, полагавшихся в отношениях с обществом на неограниченность полномочий лица, внесенного в ЕГРЮЛ в качестве руководителя общества (абз. четвертый постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25).

Таким образом в данном случае наличие в ЕГРЮЛ на момент введения в отношении должника процедуры наблюдения - 19.05.2022 - записи об ФИО7, действующей от имени общества без доверенности (ГРН:2217712004520 от 24.12.2021) не свидетельствует об отсутствии у ФИО6 полномочий руководителя должника на указанную дату.

Суд принимает во внимание с выводы управляющего о том, что ФИО7 не имела реального намерения осуществлять управление должником, осуществлять хозяйственную деятельность юридического лица, в то время как совершенные ФИО6 действия по передаче полномочий руководителя должника ФИО7 в действительности были направлены на препятствование истребованию у него документов в процедурах банкротства в целях исключения негативных последствий, которые могут последовать после фиксации данного юридического факта.

Также суд принял во внимание довод управляющего об отсутствии у ФИО7 – гражданки Республики Казахстан – права на работу на территории Российской Федерации и по совокупности изложенных обстоятельств верно пришел к выводу, что при сохранении за ФИО6 полномочий руководителя должника какая-либо необходимость передачи ФИО7 документов общества отсутствовала.

В части основания для привлечения ответчика ФИО6 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пп.2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве выводы суда следующие.

В ст.6 Закона "О бухгалтерском учете" установлена обязанность руководителя юридического лица по организации бухгалтерского учета, хранению учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности предприятия (организации).

Согласно п.2 ст.126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные п.2 ст.129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требования Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Согласно п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии в том числе следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

пп.2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (пп.2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее: заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган, отвечает за сохранность документов.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 N 302-ЭС17-9244 сформулирован следующий правовой подход: отсутствие необходимых документов бухгалтерского учёта не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные п.2 ст.129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о её взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счёт которого могут быть погашены требования кредиторов.

В данном случае управляющим заявлено и подтверждается данными бухгалтерского баланса на 31.12.2021, выполненным управляющим анализом финансового состояния должника, что на указанную дату – 31.12.2021 стоимость активов должника составляла 2 746 000,00 руб., при этом 2 721 000,00 руб. приходилось на финансовые и оборотные активы, включая дебиторскую задолженность. Ввиду отсутствия у управляющего соответствующих документов, сведения об указанных активах у управляющего также отсутствуют.

Также заявлено, что у конкурсного управляющего отсутствует вся первичная документация о деятельности должника, а именно: договоры купли-продажи, счета-фактуры, товарные накладные и т.д. Также отсутствуют сведения о расходовании денежных средств должником, документальное обоснование всех расходных операций.

Отсутствие документов не позволяет определить имущественное положение должника, наличие имущества и имущественных прав должника, дебиторской задолженности, выявить основания для оспаривания сделок, что делает невозможным формирование конкурсной массы, исполнение обязанностей конкурсного управляющего.

Определением от 19.05.2022 суд указал на наличие у руководителя должника установленной законом обязанности не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего предоставить временному управляющему должника перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Обязал исполнить указанное требование закона, акт приема-передачи представить в суд.

Решением от 02.11.2022 суд указал на наличие у руководителя должника установленной законом обязанности в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему. Обязал исполнить указанное требование закона, акт приема-передачи представить в суд.

Согласно материалам дела, требования закона и указанные судебные акты ответчиком не исполнены, доказательства обратного суду не представлены.

Ввиду отсутствия в конкурсной массе какого либо имущества, финансовой и бухгалтерской документации конкурсный управляющий в настоящее время лишен возможности определить точный размер активов должника, их состав, проанализировать хозяйственные сделки должника, совершавшиеся в трехлетний период до введения процедуры банкротства, оспаривать подозрительные сделки должника, взыскать дебиторскую задолженность, т.е. проводить процедуры конкурсного производства, следствием чего является невозможность полного удовлетворения требований конкурсных кредиторов.

Суд приходит к выводу, что отсутствие первичной документации не позволило конкурсному управляющему провести полный анализ деятельности должника, в том числе сформировать конкурсную массу в целях расчетов с кредиторами, за счет реализации активов должника и дебиторской задолженности.

Сокрытие информации об активах и подозрительных сделках должника, существенным образом затрудняет проведение процедуры банкротства, поскольку в отсутствие указанных документов невозможно осуществить действия, позволяющие в полном объеме обнаружить возможные активы должника, его основных контрагентов (в том числе для целей работы с дебиторской задолженностью должника).

Вследствие непередачи документов у конкурсного управляющего отсутствовала возможность проведения инвентаризации имущества, выявления дебиторской задолженности для пополнения конкурсной массы, а также осуществления иных мероприятий, проводимых в конкурсном производстве.

Применительно к заявленным ответчиком возражениям, суд отмечает следующее.

Довод о том, что документация общества на всем протяжении процедуры банкротства у ФИО6 не истребовалась, суд первой инстанции верно отклонил, соответствующая обязанность ответчика (как руководителя) установлена Законом о банкротстве, подтверждена судебными актами по настоящему делу, которыми суд обязал ответчика выполнить требования закона по передаче документов управляющему.

Таким образом, с учетом правовой позиции, сформулированной определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3), должник с 14.10.2019 демонстрировал признаки неплатежеспособности, а с учетом, что на 31.12.2019 балансовая стоимость активов должника составляла 9 350 000,00 руб., на указанную дату должник был неспособен удовлетворить требования кредиторов ввиду превышения размера требований над стоимостью имущества (объективное банкротство – п.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53).

Поскольку на 31.12.2019 именно ФИО6 являлся руководителем и единственным участником должника, и поскольку установленная пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция ответчиком не опровергнута, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности по передаче перечня имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника, явилось основанием для возникновения для юридического лица - должника неблагоприятных последствий в виде непоступления в конкурсную массу имущества запасов и дебиторской задолженность, невозможности реализации данного имущества и передачи полученных денежных средств для погашения денежных кредиторов должника, суд первой инстанции и обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В настоящем споре управляющим заявлено об уточнении требований ввиду смерти ответчика ФИО6

Согласно материалам дела, наследником по закону, принявшим наследство, является жена умершего - ФИО1, что подтверждается материалами наследственного дела № 37875083-91/2024, открытого к имуществу умершего 06.02.2024 года ФИО6.

На основании п.4 ст.1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст.1112 ГК РФ в состав наследства входят не только права, но и обязанности наследодателя. При этом в силу ст.1175 ГК РФ наследник отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

ФИО1 принято наследство состоящее из: ? (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>, прав на денежные средства, находящиеся в ПАО «Сбербанк России», с причитающимися процентами, прав на денежные средства, находящиеся в ПАО «Банк ВТБ», с причитающимися процентами, прав на денежные средства, находящиеся в АО «Газпромбанк», с причитающимися процентами, прав на денежные средства, находящиеся в АО «Альфа-Банк», с причитающимися процентами, а всего стоимостью 1 783 392,71 руб., что подтверждается материалами наследственного дела.

Возражений по стоимости полученного наследником имущества не заявлено.

В п.п. 60,62 и 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 разъяснено, что ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства, а также муниципальные образования, в собственность которых переходит выморочное имущество в порядке наследования по закону. Сама по себе смерть гражданина не прекращает его обязательств, поскольку в состав наследства помимо принадлежавшего наследодателю на день открытия наследства имущества (имущественных прав) входят также и имущественные обязанности (ст.1112 ГК РФ, п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9.

По смыслу разъяснений, содержащихся в п.58 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9, под долгами наследодателя понимаются все имевшиеся у наследодателя обязательства, которые не прекращаются его смертью. В частности, к таким долгам может быть отнесено обязательства, связанные с субсидиарной ответственностью гражданина.

В соответствии со ст.1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент.

При таких обстоятельствах определением от 23.10.2024 суд привлек ФИО1 к участию в настоящем споре, определением суда от 14.12.2024 произвел процессуальное правопреемство на стороне ответчика на ФИО1

С учетом положений ст. 48 АПК РФ, ст.ст. 129, 1110 ГК РФ, ФИО1 является правопреемником ФИО6 по обязательствам из субсидиарной ответственности контролирующего должника лица и в рамках настоящего спора не была лишена возможности заявлять доводы и возражения, которые могли быть заявлены самим ФИО6 Вместе с тем доводы и возражения ФИО1 были судом исследованы и отклонены по мотивам, изложенным выше.

В силу п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В данном случае управляющим произведен расчет размера ответственности применительно к стоимости полученного ФИО1 имущества в порядке наследования за ответчиком ФИО6, заявлено о взыскании с ФИО1 денежных средств в размере 1 783 392,71 руб., что не превышает размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, исчисленный по правилам п.11 ст. 61.11 Закона о банкротстве, не превышает размер полученного ФИО1 имущества.

Возражений по размеру заявленной ответственности не представлено.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника составляет 1 783 392,71 руб.

Тот факт, что ФИО7 являлась номинальным руководителем Должника подтверждается следующими обстоятельствами: - ФИО7 не имела права на работу на территории РФ; - какая-либо деятельность после смены руководителя не велась (последняя операция по счету Должника была проведена 28.10.2021). Последующие операции по счету были безакцептными (комиссии и абонентская плата за обслуживание).

Понятие номинального руководителя раскрыто в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53): это руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление, например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий фактического руководителя (абзац 1 пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (от 21.12.2017 № 53).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации.

В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда.

При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления № 53). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

Как следует из представленных доказательств, смена руководителя должника носила номинальный характер.

Фактически после смены руководителя хозяйственная деятельность Обществом не велась.

Согласно банковской выписке 28.10.2021 проведена последняя операция по хозяйственной деятельности должника. Операции, которые проходили после указанной даты являлись безакцептными (комиссии и абонентская плата за обслуживание). В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий считает, что ФИО6, являясь единственным учредителем должника, одновременно со сменой руководителя продал часть своей доли новому директору. При этом, смена руководителя и выход единственного участника из Общества путем продажи части доли новому директору должника (который обладает признаками номинального руководителя) произошла в преддверии банкротства.

Так, заявление о банкротстве Общества подано 04.03.2022, исходя из фактического поведения участников Общества, поведение ФИО6 не соответствует поведению собственника бизнеса вовлеченного и заинтересованного в работе компании.

ФИО7 не имела реального намерения осуществлять управление должником, осуществлять хозяйственную деятельность юридического лица, безразлично отнеслась к возбуждению в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве), в то время как совершенные ФИО6 действия по передаче формальных полномочий ФИО7, в действительности направлены на создание механизма, препятствующего истребованию у него документов в процедурах банкротства в целях исключения негативных последствий, которые могут последовать после фиксации данного юридического факта.

Арбитражный суд города Москвы определением от 19.05.2022 г. по делу А40- 42351/22 о введении процедуры наблюдения обязал руководителя должника не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего предоставить временному управляющему должника перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Акт приема-передачи представить в суд.

На момент введения процедуры наблюдения генеральным директором (исполнительным органом общества, согласно уставу ООО Кассиопея от 24.12.2021 г.) ООО ТД «Кассиопея» являлся ФИО6

В процедуре наблюдения деятельность организации не прекращается, определения суда о введении процедуры и об истребовании документов у руководителя были направлены по адресу организации, следовательно ФИО6 не мог не знать о своей обязанности как генерального директора в передаче документов и сведений, однако документы ФИО6 представлены не были.

В силу части 2 статьи 126 Федерального закона руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. Вне зависимости от направления временным/конкурсным управляющим заявления об истребовании сведений. Определение суда о введении процедуры направлено в адрес организации, следовательно обязанность по передаче документов временному управляющему лежит на генеральном директоре ФИО6

В материалы дела не представлены доказательства передачи ФИО6 документов, материальных и иных ценностей ФИО7

Апеллянт считает, что конкурным управляющим не доказано, что отсутствие документов помешало проведению процедур банкротства.

Согласно данным бухгалтерского баланса Должника на 31.12.2021. активы Должника составляли 2 746 000,00 рублей. Сведения о данных активах у конкурсного управляющего отсутствует.

У конкурсного управляющего отсутствует вся первичная документация о деятельности Должника, а именно: договоры купли-продажи, счета-фактуры, товарные накладные, сведения о расходовании денежных средств Должником, обоснование всех расходных операций. Кроме того, бывшим руководителем не переданы сведения о работниках Должника, трудовые книжки, штатное расписание, приказы о приеме (увольнении) работников.

В связи с тем, что конкурсному управляющему должника не была передана документация Общества, в рамках процедуры несостоятельности предполагается, что ему было крайне затруднительно установить размер кредиторской и дебиторской задолженности, выявить сделки, подлежащие признанию недействительными, и получить иную влияющую на размер задолженности, которую должник сможет в ходе процедуры погасить, информацию.

Апеллянт указывает, судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства Ответчика об истребовании доказательств у ФИО7

Судом первой инстанции ранее истребованы документы и сведения у руководителей должника.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.05.2022 по делу А40-42351/22 признано банкротом ООО ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "КАССИОПЕЯ" (место нахождения:г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Марфино, проезд Гостиничный, д. 6, к. 2, эт/пом/оф 5/57/1, ОГРН:<***>, ИНН:<***>), введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО5. 29.08.2022 поступило заявление временного управляющего, согласно которому он просит истребовать у руководителя должника ФИО7 документы и сведения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.09.2022 истребованы у должника ООО ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "КАССИОПЕЯ" (ОГРН:<***>, ИНН:<***>, 127106, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ МАРФИНО, ГОСТИНИЧНЫЙ ПР-Д, Д. 6, К. 2, ЭТ/ПОМ/ОФ 5/57/1), сведения и документы.

Решением от 02.11.2022 по делу А40-42351/2022 Арбитражный суд г. Москвы обязал руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему. Акт приема-передачи представить в суд.

Кроме того ФИО1 не представлено правовое обоснование, необходимости истребования у ФИО7 документов и сведений и их соотносимость с предметом рассмотрения по настоящему обособленному спору. В материалы дела не представлены доказательства того что документы, материальные и иные ценности находятся у ФИО7

В своем первоначальном заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий укал в качестве ответчиков ФИО6 и ФИО7 Однако, впоследствии конкурсный управляющий отказался от требований предъявленных к ФИО7 по следующим основаниям: 18.11.2021 на должность исполнительного директора Должника принята ФИО7 (Гражданин Республики Казахстан), без права разрешения на права на работу на территории РФ, ФИО6 продолжал исполнять обязанности Генерального директора; Фактически после смены руководителя хозяйственная деятельность Обществом не велась.

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий считает, что ФИО6, являясь единственным учредителем должника, одновременно со сменой руководителя продал часть своей доли новому директору.

При этом, смена руководителя и выход единственного участника из Общества путем продажи части доли новому директору должника (который обладает признаками номинального руководителя) произошла в преддверии банкротства.

Так, заявление о банкротстве Общества подано 04.03.2022 г. Понятие номинального руководителя раскрыто в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53): это руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление, например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий фактического руководителя (абзац 1 пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (от 21.12.2017 № 53).

При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения. Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 07.05.2025 по делу № А40-42351/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.В. Поташова

Судьи: Е.В. Иванова

Ю.Н. Федорова