Постановление по делу № 19АП-707/2025 от 11.04.2025 | 19 арбитражный апелляционный суд

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 апреля 2025 года Дело № А48-7534/2024

г. Воронеж

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 11 апреля 2025 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи

ФИО1,

судей

ФИО2,

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО4,

при участии:

от индивидуального предпринимателя ФИО5 – ФИО6, адвокат по доверенности, предъявлено служебное удостоверение;

от ФИО7 – ФИО8, адвокат по доверенности, предъявлено служебное удостоверение;

от ФИО9 – ФИО10, адвокат по доверенности, предъявлено служебное удостоверение;

от ФИО11 - представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования системы веб-конференции апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5 на решение Арбитражного суда Орловской области от 25.12.2024 по делу № А48-7534/2024 по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5 (Орловский район, ОГРНИП <***>, ИНН <***> ) к ФИО7 (г.Орел) о привлечении к субсидиарной ответственности, соответчики: 1) ФИО11 <...>), 2) ФИО9,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее - истец, ИП ФИО5) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО7 (далее - ответчик, ФИО7) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройпоставщик» и взыскания денежных средств в размере 2 364 370,46 руб.

Определением от 19.09.2024 арбитражный суд привлек к участию в деле в качестве соответчиков ФИО11, ФИО9

Решением Арбитражного суда Орловской области от 25.12.2024 по делу № А48-7534/2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой указывает на незаконность и необоснованность решения Арбитражного суда Орловской области от 25.12.2024, в связи с чем просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных исковых требований.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, приведенные в апелляционной жалобе, считая решение незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, без учета фактических обстоятельств дела, просил суд обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании представитель ФИО7 возражал против доводов, приведенных в апелляционной жалобе, считая решение законным и обоснованным, просил суд обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО9 возражал против доводов, приведенных в апелляционной жалобе, считая решение законным и обоснованным, просил суд обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Ответчик ФИО11 не явился в судебное заседание, явку представителя не обеспечил, представил отзыв на апелляционную жалобу. Рассмотрение апелляционной жалобы произведено в отсутствие надлежащим образом извещенного, но не явившегося ответчика ФИО11

Согласно части 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзывов на неё, заслушав пояснения представителя сторон в судебном заседании, исследовав и оценив представленные доказательства, арбитражный апелляционный суд считает, что решение Арбитражного суда Орловской области от 25.12.2024 следует отменить, а исковые требования удовлетворить в части исковых требований, предъявленных к ФИО7 и к ФИО11, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Орловской области от 13.12.2018 года по делу № А48-9392/2018 с ООО «Стройпоставщик» в пользу ООО «Стройлидер+» взыскана задолженность в размере 2 364 370 руб. 46 коп., из которых 2 106 476 руб. 55 коп. основной долг и 257 893 руб. 91 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 06.12.2016 по 20.11.2018 года.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 02.10.2019 о процессуальном правопреемстве по делу №А48-9392/2018 произведена замена стороны взыскателя ООО «Стройлидер+» на его правопреемника — ИП ФИО5.

Исполнительное производство №42314/18/57024-СД от 22.02.2019 г. по исполнительному листу ФС №025886716 от 14.01.2019, выданному Арбитражным судом Орловской области по делу №А48-9392/2018 о взыскании с ООО «Стройпоставщик» в пользу истца, окончено 30.12.2019 года в связи с невозможностью установить имущество должника, в том числе, принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.

08.02.2021 внесена запись об исключении ООО «Стройпоставщик» из ЕГРЮЛ.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в период возникновения задолженности ООО «Стройпоставщик» перед истцом, директором ООО «Стройпоствщик» являлся ФИО11, участником Общества была ФИО9.

Приговором Советского районного суда г. Орла от 17.01.2023 года ФИО7 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ (далее по тексту - Приговор).

Апелляционным определением Орловского областного суда от 12 апреля 2023 года приговор Советского районного суда г. Орла от 17.01.2023 года оставлен без изменения.

Истец, считая, что действия и/или бездействие ФИО7, а также директора ООО «Стройпоставщик» ФИО11 и участника общества ФИО9 привели к невозможности произвести расчеты с истцом до исключения общества из ЕГРЮЛ, обратился в арбитражный суд Орловской области в настоящим иском.

Отказывая в иске, суд области указал, что арбитражный суд не усматривает из представленных материалов дела доказательств, оснований у ИП ФИО5 права на обращение с заявлением о взыскании субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст.ст.61.11., 61.12 Закона о банкротстве. Затем суд области указал, что в рамках настоящего дела заявитель обратился в суд первой инстанции с требованием о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве. При этом, дело о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Стройпоставщик» не возбуждалось, а заявления ИП ФИО5 о признании должника (ООО «Стройпоставщик») несостоятельным (банкротом) возвращены арбитражным судом.

Далее суд области сделал вывод, что заявитель не является лицом, наделенным правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что истец не представил в материалы дела иных доказательств, позволяющих суду сделать вывод о подконтрольности ООО «Стройпоставщик» ФИО7

Более того, судом области указано на то, что истцом самостоятельно не заявлены исковые требования к соответчикам ФИО11 и ФИО9, в связи с чем, суд отказывает в удовлетворении требований к соответчикам.

ФИО7 и ФИО9 заявлены ходатайства о пропуске срока исковой давности, которые удовлетворены судом области.

При этом суд области сделал вывод, что с момента окончания исполнительного производства истец не предпринял необходимых мер по дальнейшим действиям отыскания имущества должника, а также предъявления исполнительного листа к исполнению.

Таким образом, по мнению суда области, после даты окончания исполнительного производства, ИП ФИО5 имел возможность предпринять действия, направленные на привлечение лиц к субсидиарной ответственности.

С учётом всего вышеизложенного суд области в иске отказал.

Суд апелляционной инстанции исходит из иного правового подхода относительно распределения бремени доказывания и применения мер ответственности к руководителю общества-должника, а также к фактическому контролирующему должника лицу, а также о течении сроков исковой давности в отношении ФИО7

Судебная коллегия полагает, что судебный акт суда первой инстанции подлежит отмене, а исковые требования надлежит удовлетворить в части по следующим основаниям.

Истцом заявлено требование, в том числе со ссылками на пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона № 14-ФЗ, пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона № 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3).

Пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона №14-ФЗ введен Федеральным законом от 28 декабря 2016 г. № 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон № 488-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона № 488-ФЗ изменения вступают в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых названной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Федеральный закон № 488-ФЗ официально опубликован на интернет-портале правовой информации 29 декабря 2016 г., в "Собрании законодательства Российской Федерации" - 2 января 2017 г., в "Российской газете" - 9 января 2017 г. Таким образом, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона № 14-ФЗ действует с 28 июня 2017 г.

В рамках настоящего дела истцом заявлено требование в связи с неисполнением решения Арбитражного суда Орловской области от 13.12.2018 года по делу № А48-9392/2018, в соответствии с которым с ООО «Стройпоставщик» в пользу ООО «Стройлидер+» взыскана задолженность в размере 2 364 370 руб. 46 коп., из которых 2 106 476 руб. 55 коп. основной долг и 257 893 руб. 91 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 06.12.2016 по 20.11.2018 года и последующим исключением общества-должника из ЕГРЮЛ 08.02.2021.

На основании статьи 225.1. АПК РФ арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, в том числе спорам, связанным с ответственностью лиц, входящих или входивших в состав органов управления и органов контроля юридического лица.

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 Гражданского кодекса учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом или другим законом.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим.

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий, контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в период возникновения задолженности ООО «Стройпоствщик» перед истцом, директором ООО «Стройпоствщик» являлся ФИО11, участником Общества была ФИО9.

Приговором установлено, что ФИО7, используя свое служебное положение в ООО «Стройпоставщик», фактически осуществлял организационно-распорядительные полномочия директора ООО «Стройпоставщик», введя в заблуждение ФИО5 о возможности получения права собственности на жилое помещение по более низкой стоимости (2,8 млн. рублей) в строящемся доме по адресу: <...>, от ООО «Орелстройиндустрия» ПАО «Орелстрой» в счет оплаты долга за поставленные строительные материалы со стороны, что по имеющемуся долгу ООО Стройпоставщик» возможно произвести взаимозачет с ООО «Стройлидер+» путем передачи права собственности на вышеуказанную квартиру после ввода жилого дома в эксплуатацию; поскольку перед ИП .ФИО5 у ООО «Стройлидер+» существовали долговые обязательства.

Далее в приговоре суда содержится вывод о том, что ФИО7 самостоятельно осуществлял всю хозяйственную деятельность в ООО «Стройпоставщик» и безналичные денежные операции с использованием ЭЦП, составлял и сдавал самостоятельно налоговую отчетность, единолично пользовался электронной цифровой подписью ООО «Стройпоставщик» для ведения расчетных операций с другими организациями, указывал ФИО11, с кем, заключать договора.

Все денежные средства, полученные с расчетного счета ООО «Стройпоставщик» № 40702810627510000250 в кредитной организации Филиале №3652 Банка ВТБ (ПАО), ФИО11 передавал ФИО7 (более трех миллионов).

Далее суд в приговоре сделал вывод, что ФИО7 самостоятельно вывез из арендуемого офиса всю документацию ООО «Стройпоставщик», компьютеры, оргтехнику, ЭЦП и печать ООО «Стройпоставщик» в неизвестном направлении. ФИО11 обращался в марте 2020 года в филиал ПАО «ВТБ». в г. Орле с запросом о предоставлении сведений об использовании ЭЦП ООО «Стройпоставщик», а также сведений о телефонном номере, с которого осуществлялись операции по расчетному счету организации ООО «Стройпоставщик», однако получил отказ в предоставлении данных сведений в связи с отсутствием документов, свидетельствующих о продлении, полномочий директора.

ООО «Стройпоставщик» прекратило свою деятельность, решение Арбитражного суда Орловской области от 13.12.2018 года по делу № А48-9392/2018 не исполнено.

08.02.2021 внесена запись об исключении ООО «Стройпоставщик» из ЕГРЮЛ.

Таким образом, приговором суда установлено, что ответчик ФИО7, не будучи официально ни участником, ни руководителем должника, предпринимал противоправные действия и/или бездействия, направленные как на неисполнение обязательств, так и на вывод денежных средств с расчетного счета общества в сумме, достаточной для удовлетворения требования кредитора.

Аналогичным образом суд апелляционной области оценивает действия руководителя должника ФИО11, который в спорный период времени участвовал в действиях по распоряжению денежными средствами общества, находящимися на расчетном счете ООО «Стройпоставщик» №40702810627510000250 в кредитной организации Филиале №3652 Банка ВТБ (ПАО), путем их снятия и распоряжения ими в сговоре с ФИО7.

Приговором суда установлено, что ФИО11 передал ФИО7 (более трех миллионов) из денежных средств, которые должны были и могли быть направлены им в целях исполнения решения суда и удовлетворения требований кредитора.

Вступившие в законную силу судебные акты, в т.ч. приговоры суда, обладают признаками общеобязательности и преюдициальности в силу ст. 69 АПК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона № 14-ФЗ общество не отвечает по обязательствам своих участников.

Сущность конструкции юридического лица предполагает имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, а также наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, что по общему правилу исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица.

Сам по себе факт осуществления контроля участником (учредителем) за деятельностью юридического лица и его финансовым положением в рамках корпоративных отношений не нарушает прав и законных интересов кредиторов такого лица. В то же время из сущности конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3, 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление № 53).

В исключительных случаях участник (учредитель) и иные контролирующие лица (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса) могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, если их действия (бездействие) носили недобросовестный или неразумный характер по отношению к кредиторам юридического лица и повлекли невозможность исполнения обязательств перед ними.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В указанной норме законодатель предусмотрел компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса; пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020)).

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401, 1064 Гражданского кодекса, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении юридического лица, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

Само по себе исключение общества из ЕГРЮЛ, учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться (в том числе, не предоставление отчетности, отсутствие движения денежных средств по счетам), возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски, не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, достаточным для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.

Привлечение к субсидиарной ответственности возможно только в том случае, когда судом установлено, что исключение должника из ЕГРЮЛ в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине в результате недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено избрание участником (учредителем) таких моделей ведения хозяйственной деятельности и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства.

Вывод о неразумности поведения участников (учредителей) юридического лица может следовать, в частности, из возникновения ситуации, при которой лицо продолжает принимать на себя обязательства, несмотря на утрату возможности осуществлять их исполнение (недостаточность имущества), о чем контролирующему лицу было или должно быть стать известным при проявлении должной осмотрительности.

Привлекаемое к ответственности лицо, опровергая доводы и доказательства истца о недобросовестности и неразумности, вправе доказывать, что его действия, повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска.

С учётом всей совокупности доказательств по делу приходит к выводу, что имело место недобросовестное поведение контролирующего лица и руководителя, выразившееся в избрании ими таких моделей ведения хозяйственной деятельности и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые привели к уменьшению его активов без учёта интересов юридического лица, связанных с сохранением способности исправно исполнять обязательства – вывод денежных средств в свою пользу при условии наличия долга перед контрагентом, что не позволило истцу получить надлежащее исполнение по решению Арбитражного суда Орловской области от 13.12.2018 года по делу № А48-9392/2018.

Суд оценивает существенность влияния действия (бездействия) контролирующего лица на поведение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и невозможностью погашения требований кредиторов (пункт 16 Постановления № 53).

Судебная коллегия оценивает безусловное и неопровержимое влияние действий ответчика ФИО7 и руководителя должника ФИО11 как контролирующих лиц на поведение должника, установив наличие причинно-следственной связи между названными выше действиями данных ответчиков по выводу активов должника в свою пользу и невозможностью погашения требований кредитора исполнения решения суда.

Из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), на что обращено внимание в пункте 1 постановления № 53.

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением", в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества, если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

Указанный правовой подход изложен в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865 по делу № А40-264080/2020.

В рамках настоящего дела установлено, что самим ответчиком ФИО7 и руководителем должника ФИО11 как контролирующими лицами допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества этих лиц и общества в связи с отчуждением денежных средств предприятия-должника в свою пользу, при том, что это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным.

ФИО7 и ФИО9 заявлены ходатайства о пропуске срока исковой давности.

Согласно ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 13.12.2018 года по делу № А48-9392/2018 с ООО «Стройпоставщик» в пользу ООО «Стройлидер+» взыскана задолженность в размере 2 364 370 руб. 46 коп., из которых 2 106 476 руб. 55 коп. основной долг и 257 893 руб. 91 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 06.12.2016 по 20.11.2018 года.

08.02.2021 внесена запись об исключении ООО «Стройпоставщик» из ЕГРЮЛ.

Приговором Советского районного суда г. Орла от 17.01.2023 года ФИО7 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ.

Исковое заявление от 24.06.2024 в отношении ответчика ФИО7 поступило в суд области 27.06.2024.

Арбитражный суд области, рассмотрев ходатайство ответчика о привлечении к участию в деле в качестве соответчиков, 19.09.2024 определил привлечь к участию в деле в качестве соответчиков ФИО11 <...>) и ФИО9 ( <...>).

В отношении ответчика ФИО9 судебная коллегия исходит из истечения срока исковой давности, поскольку информация о её статусе как участника общества – должника содержалась в ЕГРЮЛ, между тем, истец с учётом даты окончания исполнительного производства 30.12.2019, а также исходя из даты исключения общества из ЕГРЮЛ 08.02.2021, обратился в суд 27.06.2024.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 19.12.2024 № 304-ЭС24-19908 сделан вывод, что течение срока исковой давности обусловлено окончанием исполнительного производства, которым установлен факт невозможности исполнения обязательства самим обществом-должником.

Указанные обстоятельства в совокупности позволяют сделать вывод об истечении сроков исковой давности в отношении требований, заявленных к ответчику ФИО9.

Вывод суда области относительно истечения срока исковой давности в отношении требований, заявленных к ответчику ФИО7, судебная коллегия полагает несоответствующим нормам права и обстоятельствам дела по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии со сведениями, содержащимися в общем доступе в ЕГРЮЛ, директором ООО «Стройпоствщик» являлся ФИО11, участником Общества была ФИО9.

Информации о наличии у ФИО7 какого-либо статуса в ООО «Стройпоставщик» в ЕГРЮЛ не содержалось.

Соответственно, из общедоступного источника ЕГРЮЛ информации о ФИО7 как участнике и/или руководителе должника никто из кредиторов получить не мог.

Приговором Советского районного суда г. Орла от 17.01.2023 года, оставленным без изменения Апелляционным определением Орловского областного суда от 12 апреля 2023 года, установлены факты того, что ФИО7, используя свое служебное положение в ООО «Стройпоставщик», фактически осуществлял организационно-распорядительные полномочия директора ООО «Стройпоставщик», введя в заблуждение ФИО5 о возможности получения права собственности на жилое помещение по более низкой стоимости (2,8 млн. рублей) в строящемся доме по адресу: <...>, от ООО «Орелстройиндустрия» ПАО «Орелстрой» в счет оплаты долга за поставленные строительные материалы со стороны, что по имеющемуся долгу ООО Стройпоставщик» возможно произвести взаимозачет с ООО «Стройлидер+» путем передачи права собственности на вышеуказанную квартиру после ввода жилого дома в эксплуатацию; поскольку перед ИП .ФИО5 у ООО «Стройлидер+» существовали долговые обязательства.

В приговоре указано, что все денежные средства, полученные с расчетного счета ООО «Стройпоставщик» № 40702810627510000250 в кредитной организации Филиале №3652 Банка ВТБ (ПАО), ФИО11 передавал ФИО7 (более трех миллионов).

Соответственно, суд апелляционной инстанции, с учётом положений ст. 200 ГК РФ, исходит из того, что течение срока исковой давности началось со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, то есть с даты приговора Советского районного суда г. Орла от 17.01.2023 года.

Позиция ответчика ФИО7 о том, что ранее истцом высказывалось суждение о фактическом руководстве обществом ФИО7 при обращениях в правоохранительные органы, отклоняется как несоответствующая нормам права и обстоятельствам дела, а также правоприменительной практике вышестоящих инстанций.

Действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу.

В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО12 и ФИО13").

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 01.03.2011 № 273-О-О, согласно части 4 статьи 69 АПК РФ одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия, и совершены ли они определенным лицом.

Приняв во внимание разъяснения, приведенное в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 "О судебном приговоре", согласно которому описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления содержатся в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что только приговором Советского районного суда г. Орла от 17.01.2023 года, оставленным без изменения Апелляционным определением Орловского областного суда от 12 апреля 2023 года, установлены значимые обстоятельства для рассмотрения настоящего дела, в частности, обстоятельства незаконного осуществления деятельности ФИО7 как фактического руководителя должника, а также о выводе им денежных средств общества в свою пользу.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - Постановление №43) разъяснил, что исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Согласно пункту 3 Постановления № 43 течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 16.04.2009 № 500-О-О разъяснил, что положение пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулировано таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

При изложенных выше обстоятельствах, учитывая отсутствие у истца достоверных сведений о том, кто является лицом, ответственным за вывод активов должника и неоплату суммы долга по решению суда до вынесения приговора судом, с учетом положений статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации позиция ответчика ФИО7 о пропуске истцом срока исковой давности отклоняется как несоответствующая нормам права и обстоятельствам дела.

В силу неочевидности такого обстоятельства эти сведения могли быть установлены только приговором суда.

Аналогичный правовой подход приведен в Постановлении Президиума ВАС РФ от 28.05.2013 № 15036/12 по делу № А11-5203/2011, поддержан в Определении Верховного Суда РФ от 06.12.2021 № 306-ЭС21-22430 по делу №А57-20740/2020.

В отношении применения сроков исковой давности по требованию, заявленному к ответчику ФИО11, судебная коллегия исходит, что такого рода ходатайство данным ответчиком не было сделано в суде первой инстанции.

Ссылки ФИО11 на то, что был номинальным руководителем должника и не совершал противоправных действий в отношении истца, полагая, что ответственность должен был нести исключительно ФИО7 как фактический руководитель общества, отклоняются как противоречащие нормам права и конкретным обстоятельствам дела.

В частности, приговором Советского районного суда г. Орла от 17.01.2023 года, оставленным без изменения Апелляционным определением Орловского областного суда от 12 апреля 2023 года, установлены значимые обстоятельства для рассмотрения настоящего дела – обстоятельства согласованного вывода денежных средств общества директором ФИО11 в пользу ФИО7.

Более того, в приговоре Советского районного суда г. Орла от 17.01.2023 года содержится информация о том, что ФИО11 обращался в марте 2020 года в филиал ПАО «ВТБ». в г. Орле с запросом о предоставлении сведений об использовании ЭЦП ООО «Стройпоставщик», а также сведений о телефонном номере, с которого осуществлялись операции по расчетному счету организации ООО «Стройпоставщик», однако получил отказ в предоставлении данных сведений в связи с отсутствием документов, свидетельствующих о продлении полномочий директора.

Указанные обстоятельства свидетельствуют в пользу того, что деятельность ФИО11 не носила исключительно формальный характер, он располагал сведениями о наличии счета в конкретном банке, об использовании в расчетах ЭЦП, об операциях по счету, проявлял заинтересованность в деятельности общества, направляя соответствующий запрос в банк, а также получая денежные средств и распоряжаясь ими.

Кроме того, судебная коллегия апелляционной инстанции принимает во внимание содержание отзыва ФИО11, представленного в суд апелляционной инстанции 08.04.2025, в соответствии с которым следует, что директор ФИО11 снимал денежные средства в банке и в дальнейшем, из пояснений ФИО11, в день их снятия передавал ФИО7.

За осуществление указанной выше деятельности директор ФИО11 получал денежные средства от ФИО7, кроме того, он указал, что «он обещал мне квартиру, которую так и не передал мне» (из отзыва ФИО11, представленного в суд апелляционной инстанции 08.04.2025).

Добросовестный руководитель общества обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, в том числе сохранять, раскрывать информацию о хозяйственной деятельности должника при предъявлении требований как к подконтрольному обществу, так и лично к контролирующему лицу; давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности.

Приведенные выше правовые позиции неоднократно формулировались высшей судебной инстанцией в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 30 января 2020 г. № 306-ЭС19-18285, 06 июля 2020 г. № 307-ЭС20-180, от 17 июля 2020 г. № 302-ЭС20-8980, от 25 августа 2020 г. № 307-ЭС20-180, от 30 января 2023 г. № 307-ЭС22-18671, от 27 июня 2024 г. №305-ЭС24-809 , от 19.12.2024 № 304-ЭС24-19908.

В рамках настоящего дела судебной коллегией не установлено, что руководитель должника действовал добросовестно, в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, напротив, он предпринимал неоднократные действия по выбытию активов общества, действуя в корыстных интересах.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

С учётом всех обстоятельств дела, судебная коллегия полагает, что решение Арбитражного суда Орловской области от 25.12.2024 по делу №А48-7534/2024 следует отменить и взыскать с ФИО7, ФИО11 в пользу ФИО5 в порядке субсидиарной ответственности 2 364 370,46 руб. В удовлетворении исковых требований к ФИО9 надлежит отказать.

В силу статьи 110 АПК РФ государственная пошлина по делу относится на ответчиков.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Орловской области от 25.12.2024 по делу №А48-7534/2024 отменить.

Взыскать с ФИО7 (<...>), ФИО11 (<...>) в пользу ФИО5 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в порядке субсидиарной ответственности 2 364 370,46 руб. и 44 822 руб. - государственной пошлины за рассмотрение спора в суде первой и апелляционной инстанции.

В удовлетворении исковых требований к ФИО9 отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья

ФИО1

Судьи

Е.В. Маховая

ФИО3