Решение по делу № А65-12901/2023 от 16.08.2023

2162/2023-240769(1)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru http://www.tatarstan.arbitr.ru тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-12901/2023 Дата принятия решения – 16 августа 2023 года

Дата объявления резолютивной части – 09 августа 2023 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Пармёновой А.С.,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем Муртазиной Л.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "ИнталКонсалт", г.Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "Хелси Джой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) о запрете использования обозначения «Эндосфера» и «Эндосфера Терапия», а также сходные с ним до степени смешения обозначения в отношении услуг 44 класса МКТУ, а именно массаж, помощь медицинская, прокат медицинского оборудования, салоны красоты, советы по вопросам здоровья, услуги медицинских клиник, с целью рекламы, в том числе любое использование товарных знаков в документообороте, а также оказания услуг, о взыскании компенсации в размере 1 000 000 руб.,

с привлечением в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета иска Общества с ограниченной ответственностью «Медикал Эстетик» (г. Краснодар, ИНН <***>)

с участием представителей:

от истца – ФИО1, по доверенности от 26.07.2021. диплом.

от ответчика – ФИО2, по доверенности от 06.06.22023. диплом, от третьего лица – не явился,

установил:

Истец - общество с ограниченной ответственностью "ИнталКонсалт", г.Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>) - обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ответчику - Обществу с ограниченной ответственностью "Хелси Джой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) о запрете использования обозначения «Эндосфера» и «Эндосфера Терапия», а также сходные с ним до степени смешения обозначения в отношении услуг 44 класса МКТУ, а именно массаж, помощь медицинская, прокат медицинского оборудования, салоны красоты, советы по вопросам здоровья, услуги медицинских клиник, с целью рекламы, в том числе любое использование товарных знаков в документообороте, а также оказания услуг, о взыскании компенсации в размере 1 000 000 руб.

Третье лицо не явилось, извещено.

Суд на основании ст. 156 АПК РФ определил провести судебного заседание в отсутствие третьего лица.

Истец исковые требования поддержал. Ответчик иск не признал, пояснил возражения согласно отзыву (л.д. 80).

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем следующих зарегистрированных в России товарных знаков: № 652134, который представляет собой словесное обозначение «Эндосфератерапия» № 654906, который представляет собой словесное обозначение «Эндосфера» (далее - Товарные знаки).

Кроме того, истец является обладателем исключительной лицензии на международную регистрацию № 1313536, предоставленную Правообладателем международной регистрации по договору РД0278521 от 05.12.2018 года. Международная регистрация представляет собой комбинированное обозначение «endOSPHERES THERAPY» (далее - Товарные знаки).

Товарным знакам предоставлена охрана в отношении следующих товаров и услуг (в соответствие с Международной классификацией товаров и услуг):

10 - аппаратура для анализов медицинская; аппаратура для физических упражнений для медицинских целей; аппараты диагностические для медицинских целей; аппараты для микрошлифовки кожи; вибромассажеры; кровати, специально приспособленные для медицинских целей; мебель специальная для медицинских целей; мониторы для измерения содержания жира в организме; мониторы состава тела; перчатки для массажа; перчатки для медицинских целей; приборы для косметического массажа; приборы для массажа; приборы и инструменты медицинские,

44 - диспансеры / центры здоровья; мануальная терапия [хиропрактика]; массаж; помощь медицинская; прокат медицинского оборудования; прокат санитарнотехнического оборудования; салоны красоты; санатории; советы по вопросам здоровья; услуги бальнеологических центров; услуги визажистов; услуги медицинских клиник; услуги саун; услуги соляриев; косметологический и гигиенический уход за людьми.

Истец фактически реализует свое право на Товарные знаки. Истец поставляет, сдает в аренду косметологическое оборудование под наименованием “endOSPHERES THERAPY”, предоставляет право использования своих товарных знаков арендатору оборудования для индивидуализации оказываемых косметологических услуг. Истец активно рекламирует свой бренд, использует его на сайте, социальных сетях размещает на поставляемом оборудовании.

Товарный знак широко известен в сфере оказания косметологических услуг и использования косметологического оборудования.

Истцу стало известно о том, что ответчик использует сходное с товарными знаками истца обозначение, а именно: «Эндосфера», «Эндосфера терапия», для индивидуализации и рекламы своих косметологических/медицинских услуг.

Данные услуги предлагаются и рекламируются с помощью веб-сайта https://kosmetologiya-kazan.ru. В процессе осмотра указанного веб-сайта были найдены объявления о предоставлении косметологических/медицинских услуг под названием «Эндосфера», «Эндосфера терапия». В подтверждение данных фактов истцом представлен нотариальный протокол осмотра доказательств от 7.04.2023 (л.д. 44-59).

В доказательство принадлежности ответчику веб-сайта https://kosmetologiya-kazan.ru истцом представлен протокол осмотра от 7.04.2023 (л.д. 60-68).

Оказание именно ответчиком услуг с использованием спорных обозначений также подтверждается информацией, размещенной на сайте https://kosmetologiya-kazan.ru и ответчиком не оспаривается.

Истцом была направлена досудебная претензия в адрес ответчика с требованием о прекращении нарушения исключительного права на товарный знак истца.

В связи с вышеизложенным, истец полагает, что недобросовестными действиями Ответчиков нарушены исключительные права истца на товарные знаки, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Ответчик возражал против заявленных требований, ссылаясь на не использование истцом в свое деятельности товарных знаков, приобретение оборудования – аппарата компрессионной микровибрации "Endospheres" торговой марки AK Sensor производства компании Fenix Group (Италия) по договору с третьим лицом - ООО «Медикал Эстетик»,

которое в совою очередь приобрело указанный аппарат у истца по договору поставки № 018/А018 от 16.09.2018.

Также ответчик отметил, что в п.2.1.8 договора поставки № 018/А018 от 16.09.2018

обязанностью покупателя является «использовать в рекламной продукции и маркетинговых материалах логотип фирмы, торговый знак, имиджи и фото, утвержденные производителем». Фактический данный пункт договора фактически не просто дает право, а обязывает владельца аппарата использовать в рекламной продукции и маркетинговых материалах логотип фирмы, торговый знак, имиджи и фото, утвержденные производителем.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, суд находит основания для частичного удовлетворения исковых требований.

Согласно пп. 14 п. 1 ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в числе прочих товарные знаки и знаки обслуживания, произведения науки, литературы и искусства.

Согласно п. 2 ст. 1225 ГК РФ интеллектуальная собственность охраняется законом. В соответствии с п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (ст. 1481).

Согласно п. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Пунктом 3 данной статьи предусмотрено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В силу п. 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. Согласно п. 4 данной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака,

определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как следует из материалов дела, на интернет-сайте по адресу https://kosmetologiya- kazan.ru были размещены предложения об оказании косметологических/медицинских услуг с использованием спорного обозначения, сходного с товарными знаками истца.

Принадлежность указанного сайта ответчику подтверждается материалами дела и ответчиком не оспорена.

В соответствии с разъяснениями в п. 78 Постановления от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» владелец сайта самостоятельно определяет порядок использования сайта (пункт 17 статьи 2 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", далее - Федеральный закон "Об информации, информационных технологиях и о защите информации"), поэтому бремя доказывания того, что материал, включающий результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, на сайте размещен третьими лицами, а не владельцем сайта и, соответственно, последний является информационным посредником, лежит на владельце сайта.

При отсутствии таких доказательств презюмируется, что владелец сайта является лицом, непосредственно использующим соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

В соответствии с требованиям ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно ст. 1250 ГК РФ, ответственность за нарушение интеллектуальных прав несет непосредственно нарушитель. Согласно п. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно статье 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Истцом по настоящему делу заявлено требование об использовании ответчиком спорных обозначений в отношении услуг 44 класса МКТУ, требования об использовании обозначений в отношении товаров не заявлены.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования места происхождения товара либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и

рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в Постановлении N 10.

Так, в соответствии с пунктом 41 Правил N 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. В силу пункта 42 названных Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В пункте 162 Постановления N10 и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, следовательно, экспертиза по таким вопросам не проводится.

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров. Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака. При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного

знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Обстоятельства, связанные с определением сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений. Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом. В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится. При этом вхождение одного обозначения (например, словесного элемента, являющегося единственным элементом в защищаемом товарном знаке истца) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений. В случае установления сходства осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений. При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемых товарных знаков.

В используемом ответчиком для индивидуализации оказываемых услуг обозначении «эндосфера» использован словесный элемент "эндосфера", который применительно к спорным знакам обслуживания является либо единственным (знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 654906), либо доминирующим (знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 652134). Наличие в сравниваемых обозначениях словесного элемента, обладающего сходством, близким к тождеству, свидетельствует о сходстве сравниваемых обозначений до степени смешения.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 162 Постановления № 10, при установлении вероятности смешения сравниваемых обозначений помимо их сходства и однородности индивидуализируемых ими товаров и услуг могут учитываться и иные обстоятельства, в том числе использование товарного знака (знака обслуживания) правообладателем в отношении конкретных товаров и услуг.

Доводы ответчика о том, что истец не использует товарные знаки, судом отклонены с учетом предоставления истцом лицензионных договоров о предоставлении неисключительного права на использование прав на товарные знаки в отношении услуг 44 класса МКТУ (л.д. 115- 120), сведения о регистрации которых имеются на сайте ФИПС.

Принцип исчерпания права означает, что правообладатель не может препятствовать использованию знака применительно к тем же товарам, которые введены в гражданский оборот им самим либо с его согласия, то есть он не может осуществлять свое право дважды в отношении одних и тех же товаров, поставляемых на товарный рынок.

Определяющим для применения принципа исчерпания исключительных прав является факт ввода товаров, маркированных товарным знаком, в гражданский оборот непосредственно правообладателем либо с его согласия.

Положения ст. 1487 ГК РФ применимы только в отношении товаров, о чем прямо указывается в норме и не касается знаков обслуживания. В правоприменительной практике, как известно, под термином «товарный знак» подразумеваются как само понятие товарный знак, так и знак обслуживания. При этом правила п. 2 ст. 1477 ГК РФ об исчерпании права в отношении услуг не применяются в силу юридической природы понятия услуга. В то время как товарный

знак можно беспрепятственно разместить на товаре (как на объекте материального мира), то знак обслуживания в отношении услуги на самой услуге разместить невозможно. Индивидуализация услуги осуществляется опосредованно через размещение знака на документации, в прейскурантах (прайс-листах), в предложениях в сети Интернет и т.п. Соответственно, исчерпание права в отношении услуг, легально введенных услуг в гражданский оборот на территории РФ, от одного субъекта хозяйствования к другому является невозможным.

Таким образом, принцип исчерпания при рассмотрении требований о нарушении исключительного права на товарные знаки в отношении услуг 44 класса МКТУ не применим и представленные ответчиком доводы и доказательства не могут быть приняты как надлежащие.

Учитывая изложенное, суд полагает обоснованными требования истца, заявленные в отношении ответчика.

При этом, по правилам статьи 1311 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на объект смежных прав обладатель исключительного права наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 указанного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров фонограммы; 3) в двукратном размере стоимости права использования объекта смежных прав, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование такого объекта тем способом, который использовал нарушитель.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В пункте 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 разъяснено, что рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В порядке разъяснений в п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК

РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации. Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере (п. 61 Постановления № 10).

Согласно пояснениям истца в тексте искового заявления, суд полагает, что истец не обосновал заявленный размер компенсации, в связи с чем, суд ввиду отсутствия обоснованного заявленного Истцом размера компенсации, с учетом обстоятельств дела, суд с учетом установления факта нарушения прав истца со стороны ответчика, полагает возможным удовлетворить заявленное требование о взыскании компенсации в размере 120000 рублей, что соотносится со стоимостью использования товарных знаков, указанной в представленных истцом лицензионных договорах.

С учетом изложенного, требование истца о взыскании компенсации подлежит частичному удовлетворению.

Кроме того, истцом заявлено требование о запрете ответчику использовать обозначения «Эндосфера» и «Эндосфера Терапия», а также сходные с ним до степени смешения обозначения в отношении услуг 44 класса МКТУ, а именно массаж, помощь медицинская, прокат медицинского оборудования, салоны красоты, советы по вопросам здоровья, услуги медицинских клиник, с целью рекламы, в том числе, любое использование товарных знаков в документообороте, а также оказания услуг.

Как разъяснено в п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения. Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ может быть предъявлено не только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, но и к иным лицам, которые могут пресечь такие действия. Такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети "Интернет") также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

В судебном заседании при осмотре сайта https://kosmetologiya-kazan.ru судом установлено, что предложения об оказании косметологических/медицинских услуг с использованием спорного обозначения, сходного с товарными знаками истца не удалены, нарушения прав истца не устранены, в связи с чем, суд находит требование истца о запрете ответчику использовать спорные обозначения подлежащим удовлетворению.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на стороны пропорционального удовлетворенным исковым требованиям согласно ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ :

Исковые требования удовлетворить частично.

Запретить обществу с ограниченной ответственностью "Хелси Джой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) использовать обозначения «Эндосфера» и «Эндосфера Терапия», а также сходные с ним до степени смешения обозначения в отношении услуг 44 класса МКТУ, а именно массаж, помощь медицинская, прокат медицинского оборудования, салоны красоты, советы по вопросам здоровья, услуги медицинских клиник, с целью рекламы, в том числе, любое использование товарных знаков в документообороте, а также оказания услуг.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Хелси Джой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "ИнталКонсалт", г.Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>) 120000 рублей компенсации, 8760 рублей расходов по оплате госпошлины.

В остальной части иска отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Судья А.С. Пармёнова

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 16.03.2023 11:00:00

Кому выдана Пармёнова Анна Сергеевна