СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-10507/2023(2)-АК

г. Пермь

23 октября 2023 года Дело № А60-638/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 октября 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О.,

судей Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кошкиной О.В.,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

представителя должника - ФИО1 (паспорт, доверенность от 03.10.2022),

финансового управляющего ФИО2 (паспорт),

при участии в судебном заседании в зале суда:

кредитора ФИО3 (паспорт),

(иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей не направили, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел апелляционную жалобу кредитора ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 августа 2023 года, вынесенное в рамках дела № А60-638/2020 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ИНН <***>, СНИЛС <***>),

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 13.01.2020 поступило заявление ФИО4 о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 20.01.2020 заявление ФИО4 о признании его несостоятельным (банкротом), принято судом, возбуждено производство по делу.

Решением от 22.06.2020 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим должника утвержден ФИО5, член Крымского Союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

Определением от 21.09.2021 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением от 26.02.2022 финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих».

В Арбитражный суд Свердловской области 03.10.2022 поступило заявление ФИО2 об оспаривании сделки должника, с учетом принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнений, просит признать недействительным договор купли продажи от 04.10.2012, договор купли-продажи от 22.07.2014, договор купли-продажи от 23.03.2017; применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО6 в конкурсную массу ФИО4 следующих объектов недвижимости: здания, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 66:62:0103001:280; земельного участка, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 66:62:0103001:276; земельного участка, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 66:62:0103001:275.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14 августа 2023 года в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано; с ФИО4 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 18 000 руб.

Не согласившись с постановленным судебным актом, кредитор ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 14.08.2023 отменить; принять по делу новый судебный акт, которым требования финансового управляющего удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что при выяснении обстоятельств оспариваемой сделки- договора купли-продажи от 04.10.2012, судом первой инстанции не в полном объеме установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, а именно не установлен факт оплаты по договору. В связи с этим, судом ошибочно сделан вывод о доказанности оплаты по договору купли-продажи от 04.10.2012. Судом первой инстанции не произведена надлежащая оценка представленных в материалы дела расписок от 04.10.2012 и от 01.08.2013. Вывод о доказанности оплаты по договору сделан исключительно на основании копии документов, представленных должником в материалы дела, что, по мнению, ФИО3, является недопустимым.

Указал, что в материалы дела не представлено ни оборотов денежных средств, подтвержденных справками ФНС, ни расходных операций по счетам, ни какого-либо другого факта наличия денежных средств, достаточных для оплаты по договору купли-продажи от 04.10.2012. По договору от 22.07.2014 также: ни расписки, ни движение денежных средств по счетам ФИО6, ни доказательства получения денежных средств продавцом ФИО7 в материалы дела не представлено.

Считает, что спорное имущество из владения должника не выбывало, а было формально переоформлено на третьих лиц по безденежным сделкам. Все движение по переоформлению имущества началось именно тогда, как он стал требовать возврата денег по займам, сокрытие имущества нарушило его права, как кредитора.

Да начала судебного заседания от должника, заинтересованного лица- ФИО6 поступили отзывы на апелляционную жалобу, просят определение Арбитражного суда Свердловской области от 14.08.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3- без удовлетворения.

От кредитора ФИО3 поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов к апелляционной жалобе. Судом апелляционной инстанции данное дополнение не рассматривается.

В судебном заседании ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить. Также просит приобщить к материалам дела дополнительные документы, оригиналы которых представил на обозрение суда.

Финансовый управляющий должника- ФИО2 доводы апелляционной жалобы ФИО3 поддержал, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить. Вопрос о приобщении дополнительных документов к материалам дела оставил на усмотрение суда.

Представитель должника- ФИО1, действующая на основании доверенности от 03.10.2022, против приобщения дополнительных документов, а также против доводов апелляционной жалобы возражала, определение суда первой инстанции считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения.

Заявленное в судебном заседании ходатайство ФИО3 о приобщении дополнительных документов рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и удовлетворено, дополнительные документы приобщены к материалам дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что 17.12.2012 между ФИО4 и ФИО8 расторгнут брак, что подтверждается ответом из Управления ЗАГС Свердловской области № 2832 от 13.05.2022.

В период брака должником и его супругой приобретено следующее имущество: здание, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 66:62:0103001:280 (далее – здание); земельный участок, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 66:62:0103001:1 (далее – земельный участок).

Между должником ФИО4, его супругой ФИО8 (продавцы) с одной стороны и ФИО9 (покупатель) с другой стороны, 04.10.2012 заключен договор купли – продажи (далее – договор от 04.10.2012), в соответствии с условиями которого продавцы обязуются передать в собственность покупателю: жилой дом с хозяйственными постройками, общей площадью 32.1 кв. м, находящийся по адресу: <...>; земельный участок площадью 1088 кв. м, местоположение установлено относительно ориентира дома, расположенного в границах участка, адрес ориентира: <...>, а покупатель обязуется на условиях настоящего договора принять жилой дом и земельный участок и уплатить за них цену - 12 000 000 рублей, из них за земельный участок 10 000 000 рублей, за жилой дом 2 000 000 рублей.

Кадастровый номер земельного участка - 66:62:0103001:1 (пункты 1.1, 1.2 договора).

В соответствии с п. 2 договора от 04.10.2012 земельный участок принадлежит продавцам на праве общей долевой собственности по 1/2 доли в праве каждому.

Стороны договорились, что сумму в размере 12 000 000 рублей покупатель обязуется передать продавцам до 05 октября 2015 года. Передача денежных средств будет производиться частями по согласованию с продавцами. Продавцы при каждом получении денежных средств от покупателя пишут последнему расписку с указанием даты и полученной суммы.

ФИО9 29.05.2014 приняла решение собственника земельного участка о его разделе, в соответствии с которым образовались следующие земельные участки: земельный участок, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 66:62:0103001:276; земельный участок, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 66:62:0103001:275.

Между ФИО9 (продавец) и ФИО6 (покупатель) 22.07.2014 заключен договор купли-продажи (далее – договор от 22.07.2014), в соответствии с условиями которого продавец обязуется передать в собственность покупателю: жилой дом с хозяйственными постройками, общей площадью - 32,1 кв. м, находящийся по адресу: <...>; земельный участок площадью 426 кв. м, местоположение установлено относительно ориентира дома, расположенного в границах участка, адрес ориентира: <...>, а покупатель обязуется на условиях настоящего договора принять жилой дом и земельный участок и уплатить за них цену - 6 000 000 рублей (из них за земельный участок 4 000 000 рублей и за жилой дом 2 000 000 рублей).

Кадастровый номер земельного участка - 66:62:0103001:276 (пункты 1.1, 1.2 договора).

В соответствии с п. 3 договора от 22.07.2014 стороны договорились, что сумму в размере 6 000 000 рублей покупатель обязуется передать продавцу до 22 июля 2017 года. Передача денежных средств будет производиться частями по согласованию с продавцом. Продавец при каждом получении денежных средств от покупателя пишет последнему расписку с указанием даты и полученной суммы.

Между ФИО7 (продавец) и ФИО6 (покупатель) 23.03.2017 заключен договор купли-продажи (далее – договор от 23.03.2017), в соответствии с условиями которого продавец продал, а покупатель купил земельный участок площадью 662 кв. м, относящийся к категории земель - земли населенных пунктов, имеет разрешенное использование - жилищное строительство, кадастровый номер 62:62:0103001:275, находящийся по адресу: Россия, <...>. На данном земельном участке отсутствуют строения (п. 1 договора от 23.03.2017).

В соответствии с п. 3 договора от 23.03.2017 продавец продал, а покупатель купил вышеуказанный земельный участок за 6 000 000 рублей. Указанная стоимость отчуждаемого земельного участка установлена по соглашению сторон настоящего договора, является окончательной и, в дальнейшем, изменению не подлежит. Указанная сумма получена продавцом до подписания настоящего договора.

Полагая, что указанными сделками причинен вред имущественным правам кредиторов, которые в результате выбытия имущества из конкурсной массы лишились возможности получить удовлетворение своих требований, финансовый управляющий обратился в суд с соответствующим заявлением.

В обоснование заявления финансовый управляющий указал на следующее.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.10.2020 по делу № А60-638/2020 требования ФИО3 в размере 8 535 441, 68 руб. включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО4. Основания включения: решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 03.12.2015 по взысканию задолженности по договорам займа от 26.11.2009, 02.12.2009, 28.12.2009, 29.12.2009, 27.01.2010, 02.02.2010, 10.02.2010, 03.03.2010, 09.03.2010, 15.03.2010, 02.04.2010, 12.04.2010, 15.04.2010, 20.04.2010 в сумме 1 460 000 руб. и расходы по уплате госпошлины в сумме 15 500 руб.; решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 04.05.2016 о взыскании процентов за пользование займами по договорам 26.11.2009, 02.12.2009, 28.12.2009, 29.12.2009, 27.01.2010, 02.02.2010, 10.02.2010, 03.03.2010, 09.03.2010, 15.03.2010, 02.04.2010, 12.04.2010, 15.04.2010, 20.04.2010 в сумме 4 408 000 руб., проценты за несвоевременный возврат займа в размере 100 000 руб.

ФИО9 с 08.08.2014 являлась супругой сына должника.

ФИО6 является матерью ФИО9.

Оспариваемые сделки совершены между близкими родственниками, имущество из фактического владения должника не выбывало, доказательства передачи денежных средств в счет оплаты по договорам отсутствуют, что свидетельствует о наличии сговора между сторонами оспариваемых сделок, а также осведомленности контрагентов оспариваемых сделок о заведомой невыгодности. Спорные сделки являются цепочкой мнимых сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, целью которых являлось недопущение выбытия здания и земельного участка из фактического владения ФИО4.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств, свидетельствующих о неплатежеспособности должника на момент совершения сделок; о наличии признаков злоупотребления правом при заключении договора от 04.10.2012 со стороны ФИО7

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзывов на апелляционную жалобу, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии со ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В силу п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемая сделка совершена 04.10.2012, то есть до 01.10.2015, следовательно, данная сделка может быть оспорена в рамках настоящего дела по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Согласно п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. 10 и 168 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иным правовым актам, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Таким образом, из приведенных норм права следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Сделкой, совершенной со злоупотреблением, могут признаны сделки без намерения создать правовые последствия (мнимые сделки).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Вместе с тем для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Кроме того, стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом изложенных норм права, для признания сделки недействительной на основании положений ст. 10, 168, 170 ГК РФ необходимо установить явное очевидное злоупотребление правами обеими сторонами сделки, выраженное в направленности их совместной воли на причинение вреда третьим лицам, в отсутствии реального правового результата совершения сделки (мнимость).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указывалось ранее, по мнению финансового управляющего, оспариваемые договоры купли-продажи совершены между близкими родственниками, имущество из фактического владения ФИО4 не выбывало, из чего следует, что указанные сделки носят мнимый характер, совершены лишь для вида, без намерения создать правовые последствия; спорные сделки направленны на уменьшение имущественной массы должника, с целью недопущения обращения взыскания на спорное имущество, следовательно, в результате совершения указанных сделок имущественные права кредиторов нарушены.

Возражая против заявленных требований, должник указал, что его сын - ФИО10 действительно состоял в зарегистрированном браке с ФИО9, которая 4 октября 2012 года приобрела у него здание и земельный участок, а 22 июля 2014 года – продала их гражданке ФИО6 Однако брак между ФИО10 и ФИО9 был зарегистрирован после совершения сделки от 04.10.2012 – в августе 2014 года, спустя 2 года.

Следовательно, вопреки утверждению финансового управляющего, первоначальная сделка по купле-продаже не была совершена между заинтересованными лицами.

Из заявления финансового управляющего не представляется возможным достоверно установить, каким образом сделка по отчуждению земельного участка и жилого дома могла нарушить права и законные интересы кредиторов в процедуре банкротства должника, возбужденной в 2020 году, то есть спустя 8 лет с даты заключения оспариваемого договора купли-продажи.

В подтверждение того, что спорное имущество выбыло из владения должника, последний ссылается на сведения о месте своего жительства (с марта 1998 года - <...>; затем - <...>; <...>); на акт из материалов исполнительного производства №12239/19/66006-ИП от 19.03.2019, согласно которому судебный пристав-исполнитель вместе с кредитором ФИО11 осуществляли выезд по месту пребывания должника по адресу: <...>; на ответ на адвокатский запрос №05-02/2023 от 07.02.2023 ФИО12, в котором указано на то, что с осени 2012 года новыми владельцами земельного участка по адресу: <...>, стали девушка Надежда и ее отец ФИО13 Владиславович, а с 2016 года - Людмила Витальевна.

В подтверждение произведенных расчетов по договору купли-продажи от 04.10.2012 представлены копии расписок от 04 октября 2012 года на сумму 7 000 000 руб., от 01 августа 2013 года на сумму 5 000 000 руб.

После осуществления расчетов по договору купли-продажи от 04.10.2012, ФИО9 16.05.2014 подано заявление в Верхнепышминский отдел управления Росреестра по Свердловской области о прекращении регистрационной записи о залоге земельного участка и жилого дома по адресу: <...>.

Требования конкурсного кредитора ФИО3 основаны на вступивших в законную силу судебных актах, а именно: на решении Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга от 03.12.2015 по делу №2-6050/2015, в соответствии с которым с ФИО4 в пользу ФИО3 взыскан долг по договорам займа от 26.11.2009, 02.12.2009, 28.12.2009, 29.12.2009, 27.01.2010, 02.02.2010, 10.02.2010, 03.03.2010, 09.03.2010, 15.03.2010, 02.04.2010, 12.04.2010, 15.04.2010 в сумме 1 450 000 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в сумме 15 450 руб.; на решении Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 04.05.2016 по делу №2-2893/2015, в соответствии с которым с ФИО4 в пользу ФИО3 взысканы проценты за пользование займом в сумме 4 438 400 руб., проценты за несвоевременный возврат займа в сумме 100 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 26 128,72 руб. (с учетом дополнительного решения от 12.05.2006); на определении Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 16.09.2019 по делу №2-6050/2015, в соответствии с которым с ФИО4 в пользу ФИО3 взыскана сумма индексации за период с 03.03.2016 по 31.05.2019 в размере 189 836,19 руб.; на определении Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 16.09.2019 по делу №2-2893/2016, в соответствии с которым с ФИО4 в пользу ФИО3 взыскана сумма индексации за период с 07.10.2016 по 31.05.2019 в размере 466 311,60 руб.

Как следует из решения Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 03.12.2015 по делу №2-6050/2015 и расписок, которые приложены к исковому заявлению ФИО3, срок возврата займа в них не указан, а значит, определен моментом востребования (пункт 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).

ФИО3 обратился с требованием в суд о возврате займов только 05.11.2015, что подтверждается исковым заявлением с отметкой Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области о принятии, то есть спустя более 2 лет с даты получения ФИО4 и ФИО8 денежных средств по договору купли-продажи от 04.10.2012.

ФИО7 в отзыве на заявление указала, что в 2012 году ей и ее отчимом ФИО14 было принято решение о приобретении земельного участка в г. Среднеуральск.

Денежные средства на оплату по договору купли-продажи от 04 октября 2012 года передавал отец ФИО15, так как он занимался бизнесом и у него были большие обороты. ФИО9 передавала наличные денежные средства ФИО16 что подтверждается расписками: от 04 октября 2012 года на сумму 7 000 000 руб.; от 01 августа 2013 года на сумму 5 000 000 руб.

В ходе заключения сделки она много общалась с ФИО4 и его семьей, тогда же познакомилась с ФИО10, который в 2014 году стал ее мужем.

В начале 2014 года, когда заболел отец, было принято решение о продаже дома. Поскольку участок был большой, было принято решение о его разделе.

Договор купли-продажи меньшего земельного участка площадью 426 кв.м, кадастровый номер 66:62:0103001:276 со ФИО6 был заключен 22 июля 2014 года. ФИО6 передала наличные денежные средства 2 расписками: от 22 июля 2014 года на сумму 4 000 000 руб.; от 21 июля 2017 года на сумму 2 000 000 руб.

Далее 23 марта 2017 года был подписан договор купли-продажи земельного участка площадью 662 кв.м, кадастровый номер 66:62:0103001:275. ФИО6 передала наличные денежные средства в размере 6 000 000 руб., о чем составлена расписка.

ФИО6, возражая против заявленных требований, указала, что она была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в периоды с 12.11.2009 по 27.01.2012, с 12.02.2014 по 13.05.2022 для осуществления розничной торговли в небольших магазинах. С целью ведения предпринимательской деятельности она арендовала помещения в г. Екатеринбург, в других городах Свердловской области.

Поскольку предпринимательская деятельность по розничной торговле приносила доход, что подтверждается декларациями, ею было принято решение переехать из Первоуральска, ближе к Екатеринбургу.

В связи с этим 22.07.2014 был заключен договор купли-продажи. С указанной даты она постоянно находится в спорном доме, сделала в нем ремонт, занимается огородом. Также оплачивает налог за указанное имущество, задолженностей по налогу не имеет, что подтверждается справкой.

В материалы дела представлена расписка от 22.07.2014 на сумму 4 000 руб., от 21.07.2017 на сумму 2 000 000 руб. в подтверждение исполнения обязательств по оплате по договору от 22.07.2014.

23.03.2017 был заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 62:62:0103001:275. В подтверждении оплаты по договору ответчиком представлена расписка на сумму 6 000 000 руб. от 22.03.2017.

В подтверждение наличия финансовой возможности произвести оплату по договорам ФИО6 представлены налоговые декларации за 2015, 2016, 2017, 2018 годы.

Также указала, что в 2021 году ей был построен капитальный двухэтажный дом за счет денежных средств, вырученных от продажи квартиры.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции правомерно не усмотрел в действиях сторон оспариваемой сделки признаков недобросовестного поведения и злоупотребления правами.

Вопреки доводам финансового управляющего, сведений о наличии неисполненной кредиторской задолженности у должника на момент заключения сделки от 04.10.2012 не имеется.

Как следует из материалов дела, договоры займа, заключенные между кредитором ФИО3 и должником, срок возврата займа не содержат.

ФИО3 обратился с требованием в суд о возврате займов только в конце 2015 года.

Доказательств обращения к должнику с требованиями о возврате суммы займов в период заключения спорного договора от 04.10.2012 в материалы дела не представлено.

Иных просроченных обязательств, кредиторов на дату совершения сделки по отчуждению имущества у ФИО4 судом не установлено.

Соответственно, как верно указал суд первой инстанции, на дату отчуждения имущества 04.10.2012 ФИО4 не мог причинить ущерб кредиторам.

Неплатежеспособность должника на момент совершения сделки финансовым управляющим не доказана.

Кроме того, как указано выше, с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Вместе с тем, финансовым управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии признаков злоупотребления правом при заключении договора от 04.10.2012 со стороны ФИО7

Иные доводы финансового управляющего судом первой инстанции обоснованно отклонены, поскольку не опровергают факта о недоказанности последним злоупотребления правом со стороны ответчика при совершении оспариваемой сделки.

Оценив фактические обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая отсутствие злонамеренности сторон оспариваемой сделки в отношении интересов третьих лиц (кредиторов должника), а также признаков притворности (мнимости) этой сделки, позволяющих ее квалифицировать в соответствии с положениями статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что требование финансового управляющего является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены и им дана надлежащая оценка.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по спору, суд апелляционной инстанции считает, что финансовый управляющий не доказал обоснованность заявленных требований, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Таким образом, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 августа 2023 года по делу № А60-638/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Е.О. Гладких

Судьи

Л.М. Зарифуллина

Т.В. Макаров