Постановление по делу № 20АП-3085/2023 от 14.12.2023

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А23-5384/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 12.12.2023

Постановление изготовлено в полном объеме 14.12.2023

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Тимашковой Е.Н., судей Волковой Ю.А. и Мордасова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Тяпковой Т.Ю., при участии представителей заявителя – – общества с ограниченной ответственностью «АГР компоненты и сервисы» (ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО1 (доверенность от 20.08.2023) и заинтересованного лица – Калужской таможни (ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО2 (доверенность от 06.06.2023 № 06-40/10), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фольксваген компоненты и сервисы» на решение Арбитражного суда Калужской области от 16.03.2023 по делу № А23-5384/2022 (судья Харчиков Д.В.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Фольксваген компоненты и сервисы» (далее – общество, в настоящее время – ООО «АГР компоненты и сервисы», протокол судебного заседания от 28.08.2023) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения Калужской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 21.03.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, принятое по акту камеральной таможенной проверки от 14.02.2022 № 10106000/210/140222/А000080, об обязании устранить допущенные нарушения путем возврата излишне взысканных сумм таможенных платежей и пеней в размере 1 031 290,06 руб.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 16.03.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новое решение. В обоснование своей позиции указывает на то, что у суда отсутствовали правовые и фактические основания для включения лицензионного платежа за ноу-хау в таможенную стоимость комплектующих. Считает, что для оценки условия о том, относятся ли лицензионные платежи к ввозимым товарам, не имеет правового значения сам по себе факт использования ввозимых комплектующих при производстве продукции на территории Российской Федерации. Ссылается на то, что предоставленные обществу права на ноу-хау не обусловлены приобретением конкретных комплектующих для использования в рамках указанного процесса. Указывает на то, что судом первой инстанции таможенная стоимость комплектующих определена произвольным образом. Настаивает, что включение в расчет лицензионного платежа сумм таможенных пошлин и сборов по комплектующим приводит к повторному взиманию таможенных платежей.

От таможенного органа в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он, считая принятое решение законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзыве возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда не подлежит отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что в период с 29.06.2021 по 14.02.2022 таможней, в соответствии со статьей 332 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС), проводилась камеральная таможенная проверка общества по вопросу достоверности сведений, заявленных в таможенных декларациях и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенных декларациях (в части включения лицензионных платежей в структуру таможенной стоимости товаров), о чем общество было информировано уведомлением от 29.06.2021 № 14-22/10073 о проведении камеральной таможенной проверки.

В ходе проведенной камеральной таможенной проверки установлено, что декларант не включил в структуру таможенной стоимости товаров, ввозимых для промышленного производства двигателей внутреннего сгорания, подлежащие такому включению в силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС лицензионные платежи, начисленные (подлежащие уплате) по акту от 26.11.2019 за период 01.04.2019 – 30.06.2019, инвойс от 02.10.2019 № 1045020, фактически уплаченные по платежному поручению от 20.12.2019 № 126.

Результаты проверки отражены в акте камеральной таможенной проверки от 14.02.2022 № 10106000/210/140222/А000080.

По результатам проведенной проверки таможенным органом были приняты решения о внесении изменений в части корректировки таможенной стоимости товаров, сумма подлежащих доначислению таможенных платежей при внесении изменений в декларации на товары составила 1 031 290,06 руб.

Не согласившись с указанными решениями, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением.

Рассматривая заявление и отказывая в его удовлетворении, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» ненормативный акт, решение и действие (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц могут быть признаны недействительными или незаконными при одновременном несоответствии закону и нарушении прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

На основании подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС одним из дополнительных начислений являются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

Платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти, лицензионные платежи) подлежат учету для целей таможенной оценки ввезенных товаров как один из компонентов таможенной стоимости при ее определении первым методом (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) в той мере, в какой они влияют на их экономическую ценность.

Таким образом, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только юридически (на законном основании), но и фактически (с учетом принятых внутри группы компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом).

Основным видом экономической деятельности общества является производство комплектующих и принадлежностей для автотранспортных средств, а также торговля автомобильными деталями, узлами и принадлежностями.

Учредителем общества является ООО «Фольксваген Груп Рус» (ИНН <***>).

ООО «Фольксваген Компоненты и Сервисы» и поставщики спорных товаров иностранные компании «Фольксваген АГ» и «Шкода Ауто», а также лицензиар, владелец ноу-хау иностранная компания «Фольксваген АГ», входят в одну группу компаний, при этом компания «Фольксваген АГ» по отношению к заявителю является головной организацией.

Ввезенные товары были помещены декларантом под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления. В графе 31 ДТ декларантом указано, что целью ввоза спорных товаров является промышленная сборка двигателей внутреннего сгорания для легковых автомобилей «Volkswagen» и «Skoda» различных моделей. Все ввозимые комплектующие согласно графе 31 ДТ маркированы торговыми знаками «Skoda» и «Volkswagen».

Пунктом 8 статьи 111 ТК ЕАЭС установлено, что с момента регистрации таможенная декларация становится документом, свидетельствующим о фактах, имеющих юридическое значение.

Согласно положениям пункта 3 статьи 84 ТК ЕАЭС декларант несет ответственность в соответствии с законодательством государств-членов таможенного союза за неисполнение обязанностей, предусмотренных пунктом 2 статьи 84 ТК ЕАЭС, за заявление в таможенной декларации недостоверных сведений с момента регистрации ДТ. таможенная стоимость, в силу пункта 14 статьи 38 ТК ЕАЭС, была заявлена декларантом по стоимости сделки с ввозимыми товарами (1 метод), без добавления в структуру таможенной стоимости дополнительных платежей, таможенная стоимость была принята таможенным органом без корректировки, в сроки выпуска товаров.

В ходе проверки также установлено, что общество заключило лицензионный договор с компанией «Фольксваген АГ» от 27.04.2018 № 35 (далее – лицензионный договор) о предоставлении лицензии на право использования ноу-хау в пределах территории Российской Федерации для целей производства, использования и сбыта договорной продукции (статья 2 лицензионного договора).

Из преамбулы лицензионного договора следует, что лицензиар («Фольксваген АГ») и лицензиат (общество) входят в один концерн «Volkswagen», осуществляющий международную деятельность по разработке, производству и сбыту автомобильной продукции. Лицензиар, являясь головной компанией концерна, в этом отношении готов оказывать лицензиату содействие, в том числе, путем предоставления лицензий на право использования ноу-хау, необходимые для осуществления производственной деятельности.

Предметом лицензионного договора согласно статье 2 является предоставление лицензиату неисключительной и непередаваемой лицензии на право использования ноу-хау в пределах территории Российской Федерации для целей сборки, производства и сбыта договорной продукции.

В силу статьи 1 лицензионного договора и приложения № 2 к нему договорной продукцией являются:

1. Двигатели внутреннего сгорания моторных транспортных средств;

2. Части двигателей поршневой группы в сборе или разрозненно.

Статья 1 лицензионного договора также содержит определение ноу-хау для целей применения положений рассматриваемого лицензионного договора. Так, ноу-хау означает конфиденциальную информацию, относящуюся к бизнесу концерна «Volkswagen», которая определена и содержится в документах, предоставляемых лицензиаром лицензиату по лицензионному договору (список документов изложен в приложении № 1 к лицензионному договору), которая определена и содержится во всех обновлениях к документам, которые лицензиар может время от времени предоставлять лицензиату.

В соответствии со статьей 3 лицензионного договора в качестве вознаграждения за право пользования ноу-хау лицензиат (общество) оплачивает лицензиару лицензионные платежи за каждый отчетный период в размере 2 % от выручки общества от продаж договорной продукции.

Выручкой для целей рассматриваемого лицензионного договора является выручка, полученная лицензиатом от продажи договорной продукции за пределами территории Российской Федерации и рассчитываемую в соответствии с международными стандартами финансовой отчетности за вычетом НДС и других косвенных налогов, а также предоставленных скидок и осуществляемых возвратов договорной продукции.

С учетом этого суд первой инстанции правомерно посчитал, что исходя из условий лицензионного договора общество приобретает право использования ноу-хау для производства договорной продукции, а именно двигателей внутреннего сгорания моторных транспортных средств и частей двигателей поршневой группы в сборе или разрозненно. Поставщиком комплектующих для сборки указанной договорной продукции является лицензиар («Фольксваген АГ»), а также «Шкода Ауто», которая также входит в концерн «Volkswagen» и «Фольксваген АГ» по отношению к «Шкода Ауто», также является головной компанией.

Порядок и условия поставки комплектующих согласованны в договорах поставки, а именно в контракте от 20.06.2016 № 1/VW/2016 (между обществом и «Фольксваген АГ») и контракте от 08.10.2018 № 38 (между обществом и «Шкода Ауто а.с.») (далее – контракты).

На основании пункта 1.1 указанных контрактов покупатель – общество обязуется закупить предмет поставки и использовать его для производства двигателей внутреннего сгорания и частей двигателей поршневой группы в сборе или разрозненно, именуемых в дальнейшем «договорной продукцией».

Согласно пунктам 8.1 контрактов покупатель обязуется использовать предмет поставки для производства договорной продукции в объёмах, соответствующих утвержденной производственной программой.

В силу изложенных пунктов общество обязано использовать закупленные комплектующие только для производства договорной продукции, секреты производства которого, содержаться в технической документации, переданной обществу по лицензионному договору.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними (1 метод) к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права (далее – роялти), которые относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

В случае, когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует учитывать:

– относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам – 1 условие;

– является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров – 2 условие.

Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу ТК ЕАЭС».

Из приведенных положений таможенного законодательства в их нормативном единстве следует, что методы таможенной оценки предназначены для обеспечения правильного таможенного обложения ввозимых товаров исходя из их действительной экономической ценности. В связи с этим стоимость сделки с ввозимыми товарами может быть дополнена иными платежами (элементами), которые приходятся на покупателя, создают доход продавца с таможенной территории соответствующего государства, и, следовательно, считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей, даже если они не были включены в контрактную цену товаров.

В целях выработки единых подходов к решению вопроса о включении роялти в таможенную стоимость товаров, то есть к выполнению 1 и 2 условий указанных выше, Рекомендацией коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20 утверждено Положение о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использования иных объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары (далее – Положение № 20).

Согласно пункту 8 Положения № 20 при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, ключевым вопросом является не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

Решение вопроса о том, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, принимается на основе изучения и анализа вопроса, какие права на использование рассматриваемого объекта интеллектуальной собственности предоставлены лицензиату в соответствии с лицензионным договором и каким образом предоставленные права используются лицензиатом.

Исходя из положений лицензионного договора, общество в обмен на уплату лицензионных платежей получает право производить и реализовывать двигатели внутреннего сгорания и части двигателей для легковых автомобилей марок «Volkswagen» и «Skoda».

Реализация права на производство, сборку и реализацию договорной продукции в рамках лицензионного договора предусматривает необходимость использования обществом в данном производстве, в числе прочего, комплектующие, поставщиком которых является сам лицензиар – «Фольксваген АГ», а также «Шкода Ауто» (также входящее в концерн «Фольксваген»), то есть спорных товаров, импортируемых в рамках контрактов от 20.06.2016 № 1/VW/2016 (между обществом и «Фольксваген АГ») и от 08.10.2018 № 38 (между обществом и «Шкода Ауто а.с.»).

Следовательно, ноу-хау, предоставленное по лицензионному договору, предусматривает, что готовая продукция должна быть изготовлена с использованием комплектующих, поставленных лицензиаром или уполномоченной им организацией.

Содержащийся в пункте 8 Положения № 20 подход в отношении условия 1 применительно к роялти за право использования секретов производства (ноу-хау) приведен в разделе IV Положения (ноу-хау).

Пунктом 16 Положения № 20 установлено, что секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и др.), в том числе сведения о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны.

В силу пункта 17 Положения № 20 секрет производства (ноу-хау) используется в том числе, при производстве продукции с использованием ввозимых товаров (ингредиентов, компонентов, оборудования, инструментов и т.д.) на таможенной территории Союза.

Если секрет производства (ноу-хау) связан с производством продукции, выполнением работ, оказанием услуг на таможенной территории Союза с использованием ввозимых товаров (ингредиентов, компонентов, оборудования, инструментов и т.д.), решение о включении лицензионных платежей за использование секрета производства (ноу-хау) в таможенную стоимость ввозимых товаров принимается на основе изучения и анализа вопроса о том, установлено ли условиями использования секрета производства (ноу-хау) требование о приобретении и использовании ввозимых товаров в производстве продукции, при выполнении работ, оказании услуг (пункт 19 Положения № 20).

Решение о том, что роялти за использование ноу-хау не относится к ввозимым товарам, может быть принято в случае, если правообладателем товаров не установлены требования о приобретении и использовании ввозимых товаров при использовании ноу-хау.

То есть иными словами пользователь ноу-хау (лицензиат) должен иметь право приобретать любые товары у любых поставщиков по своему усмотрению с учетом лишь возможных требований правообладателя по качеству приобретаемых товаров.

В рассматриваемом же случае все спорные комплектующие были ввезены по внешнеторговым контрактам, заключенным обществом с «Фольксваген АГ» и «Шкода Ауто», для осуществления производства и сбыта двигателей внутреннего сгорания и частей двигателей легковых автомобилей «Volkswagen» и «Skoda». Все ввезенные комплектующие маркированы торговыми знаками «Volkswagen» и «Skoda».

При этом, исходя из условий лицензионного договора, общество приобретает право пользования ноу-хау исключительно для производства договорной продукции, в составе которой используются ввезенные в рамках внешнеэкономических контрактов комплектующие.

Импортные комплектующие иных производителей обществом не ввозились.

Статьей 7 «технические изменения» лицензионного договора предусмотрено, что компания «Фольксваген АГ» несет техническую ответственность за конструкцию договорной продукции. Общество может производить (либо разрешать производить) изменения договорной продукции только с письменного разрешения компании «Фольксваген АГ».

Факт наличия письменного согласования (разрешения) на изменения договорной продукции свидетельствует о том, что все компоненты договорной продукции, в том числе ввозимые комплектующие, содержат в себе определенные технические решения, которые и обеспечивают производство с использованием технологического процесса, секретов производства (ноу-хау), предоставленных обществу компанией «Фольксваген АГ» ту продукцию, которую и рассчитывает получить правообладатель ноу-хау и именно с ее продажи получить лицензионные платежи.

Кроме того, согласно статье 10 «конфиденциальность» лицензионного договора, общество обязано предпринять все меры, необходимые и достаточные для введения режима коммерческой тайны в отношении конфиденциальной информации (ноу-хау). Конфиденциальная информация может использоваться обществом исключительно для целей лицензионных договоров и может разглашаться третьим лицам, если только это необходимо для исполнения договоров и при условии получения соответствующего письменного согласия лицензиара.

Из буквального содержания данного пункта лицензионного договора следует, что для того, чтобы общество имело право приобретения любых товаров у любых поставщиков для производства договорной продукции с использованием секрета производства ноу-хау, ему необходимо получить письменное согласие от компании «Фольксваген АГ».

Письменные согласия лицензиара на использование иных комплектующих, производимых иными поставщиками, кроме участников концерна Volskwagen («Фольксваген АГ» и «Шкода Ауто»), в материалах дела отсутствуют, сторонами не представлялись.

Таким образом, правообладателем устанавливаются требования о приобретении и использовании ввозимых товаров при использовании ноу-хау.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованно выводу, что условие 1, при котором лицензионные платежи подлежат включению в структуру таможенной стоимости ввезенных товаров по контрактам, выполняется.

Согласно пункту 9 Положения № 20 при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.

Зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами.

Решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. В качестве таких факторов могут учитываться в том числе следующие:

– наличие в лицензионном договоре положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора (контракта) в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей (пункт 5 статьи 13 лицензионного договора);

– наличие в лицензионном договоре условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать и (или) продавать покупателю товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения (пункт 3 статьи 14 лицензионного договора);

– наличие в лицензионном договоре условия, позволяющего правообладателю осуществлять контроль за производством товаров или их продажей производителем (продавцом) покупателю (продажей товаров для вывоза на таможенную территорию Союза), который выходил бы за рамки контроля качества.

Как было указано выше, в соответствии со статьей 3 лицензионного договора в качестве вознаграждения за право пользования ноу-хау лицензиат (общество) оплачивает лицензиару лицензионные платежи за каждый отчетный период в размере 2 % от выручки общества от продаж договорной продукции.

Данное положение является существенным условием договора, поскольку образует состав регулируемых договором отношений лицензиара и лицензиата по возмездной передаче ноу-хау.

В силу пункта 5 статьи 13 лицензионного договора он может быть расторгнут в одностороннем порядке без соблюдения сроков уведомления об этом в случае нарушения другой стороной существенной обязанности из лицензионного договора.

Пункт 2 статьи 14 лицензионного договора накладывает на общество обязанность в случае прекращения лицензионного договора незамедлительно возвратить лицензиару все документы на бумажных носителях, которые общество получило от лицензиара либо изготовило в рамках предоставления лицензии, включая все копии.

Пункт 3 статьи 14 лицензионного договора запрещает обществу с момента его прекращения самостоятельно либо через третьих лиц использовать ноу-хау, лицензия на которое предоставлена по лицензионному договору.

Так как согласно пунктам 1.1 контрактов на поставку общество обязано закупать и использовать поставляемые детали для производства лицензионной продукции, то, расторжение лицензионного договора лишает общество права производства договорной продукции, и вместе с тем и закупки необходимых для такого производства деталей.

Из изложенного следует, что в случае расторжения лицензионного договора общество будет не вправе закупать и использовать спорные товары.

Следовательно, уплата лицензионных платежей, являющаяся существенным условием, определяет исполнение лицензиатом условий лицензионного договора и гарантирует возможность использование ноу-хау с использованием поставляемых комплектующих. Соответственно, в случае утраты обществом право использования ноу-хау, закупка комплектующих по спорным контрактам также будет невозможна.

Довод общества о том, что невыполнение условия 2 подтверждается тем, что соглашение между Минэкономразвития России и обществом от 23.12.2011 № С-1180-OC/Д25 о производстве автомобильных компонентов в рамках механизма «промышленной сборки» (далее – соглашение о промсборке) предусматривает требования о постепенной локализации производства, за счет внедрения автокомпонентов, изготовляемых на территории России, отклоняется судом на основании следующего.

Обществом в материалы дела представлено заключение торгово-промышленной палаты Калужской области от 10.10.2019 № 858/9, согласно которому доля импортных комплектующих (ввезенных по спорым ДТ) составляет 47,19 % всех комплектующих, использованных при изготовлении конечного продукта – бензиновый двигатель. Таким образом, уровень локализации производства достиг 52,81 %. Стоимость всех используемых импортных материалов не превышает 50 % цены конечной продукции.

Таможней не оспаривается факт использования в производстве договорной продукции, помимо ввезенных комплектующих, и местных деталей, произведенных на территории России.

Вместе с тем согласно пункту 4 статьи 4 лицензионного договора лицензиар выдает письменные согласия на монтаж местных автокомпонентов для производства договорной продукции.

В соответствии с пунктом 4 статьи 5 лицензионного договора общество обязано предоставлять лицензиару на одобрение список автокомпонентов, которые лицензиат намеревается использовать для производства договорной продукции, а также их технические данные. В силу пункта 5 статьи 5 лицензионного договора соответствующие автокомпонентов могут быть использованы лицензиатом в производстве договорной продукции только после получения согласия лицензиара в письменной форме.

Ответственность за техническую конструкцию договорной продукции несет лицензиар, а общество может производить изменения договорной продукции только с письменного разрешения лицензиара (статья 7 лицензионного договора).

Из изложенного следует, что подбор всех комплектующих, в том числе и местных автокомпонентов, произведенных на территории Российской Федерации, контролируется и согласовывается лицензиаром («Фольксваген АГ»), который несет ответственность за техническую конструкцию готовой продукции.

В рассмотренном в ходе камеральной таможенной проверки периоде доля импортных комплектующих в составе готовой продукции составляла 47,19 % всех деталей, использованных при изготовлении конечного продукта. То есть для реализации предоставленного права на ноу-хау и изготовления договорной продукции, с целью получения выручки от ее продажи, общество нуждалось в закупке спорных комплектующих, поставляемых ему «Фольксваген АГ» и «Шкода Ауто» по рассматриваемым внешнеторговым контрактам.

Довод общества о том, что включение в состав доначисленных таможенных платежей, подлежащих уплате обществом, 2 % от первоначально заявленной таможенной стоимости, увеличенной на сумму таможенных пошлин и сборов, уплаченных при ввозе спорных товаров, является нарушением требований о достоверности, количественной определяемости и документальной подверженности сведений о таможенной стоимости товаров, изложенных в пункте 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, правомерно признан судом первой инстанции несостоятельным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 лицензионного договора лицензионный платеж составляет за каждый отчетный период (квартал) 2 % от выручки лицензиата от продаж договорной продукции.

Сумма выручки от продажи договорной продукции за проверяемый период составила 584 298 703,35 руб. В качестве подтверждения данной суммы обществом представлена бухгалтерская справка, согласно которой лицензионный платеж составляет 2 % от выручки от продажи договорной продукции – 11 685 974,07 руб.(164 951,52 Евро) и соответствует данным, указанным в инвойсе, и сведениям об уплате лицензионных платежей, представленным АО «ЮниКредит Банк».

Вместе с тем, как было указано выше, доля импортных комплектующих в составе готовой договорной продукции составляет 47,19 %.

В целях осуществления расчета дополнительных начислений к таможенной стоимости спорных товаров таможней было направлено требование о предоставлении документов и (или) сведений при камеральной таможенной проверке (письмо таможни от 29.06.2021 № 14-22/10108).

В письме от 16.09.2021 № 100-фкс общество сообщило, что детализация выручки от продажи договорной продукции по ввезенным товарам не производится, вследствие чего не может быть предоставлена запрашиваемая информация.

Таким образом, общество не представило количественно определенные и документально подтвержденные сведения о том, какую долю в общей выручке с продаж готовой продукции составляют импортные детали.

По общему правилу в стоимость готовой продукции включаются все затраты на ее производство, среди них: стоимость сырья/комплектующих, таможенные платежи и сборы, расходы на транспортировку комплектующих, страхование, амортизация оборудования, энергетические, трудовые и иные ресурсы, а также добавленная стоимость продавца – чистая прибыль. Сумма указанных компонентов при продаже готовой продукции формирует выручку общества.

Согласно пункту 1 статьи 3 лицензионного договора лицензионный платеж составляет 2 % от выручки общества от продаж готовой договорной продукции, в которую входят все указанные выше компоненты.

Однако в целях осуществления расчета дополнительных начислений к таможенной стоимости спорных товаров, в части включения лицензионного платежа, таможенный орган использовал лишь только те сведения, которые были представлены при декларировании и в ходе камеральной таможенной проверки, и имеют документальное подтверждение. А именно стоимость спорных товаров при их ввозе на территорию ЕАЭС, таможенные пошлины и сборы, которые также наряду с другими расходами общества формируют конечную стоимость готовой продукции и выручку общества от ее продажи.

Таким образом, таможня определила величину доли лицензионного платежа, относящуюся к ввозимым товарам, как 2 % от затрат общества на ввоз импортных комплектующих (таможенная стоженная стоимость, то есть цена сделки с ввозимыми товарами + таможенные платежи + сборы, уплаченные за каждое конкретное наименование товара).

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что расчет дополнительных начислений к таможенной стоимости, произведенный таможенным органом, базируется на фактически понесенных и документально подтвержденных обществом затратах на производство договорной продукции, составляющих их итоговую стоимость, а, следовательно, и ту самую выручку, с которой согласно лицензионному договору взимается лицензионный платеж, что соответствует требованиям пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Ссылка общества на то, что таможенный орган включил лицензионный платеж в таможенную стоимость ввезенных товаров, не использованных в изготовлении договорной продукции, с выручки, от продажи которой обществом был уплачен лицензионный платеж, необоснованно, правомерно не принята во внимание судом первой инстанции, так как противоречит доказательствам, имеющимся в материалах дела.

Так, общество указывает, что его выручка от продажи лицензионной продукции на экспорт составила 20,6 % от общей выручки общества с продажи двигателей, изготовленных из ввезенных деталей, поэтому лицензионный платеж должен быть добавлен таможней только к тем товарам, которые были использованы в производстве двигателей проданных на экспорт.

Таможней в материалы дела представлено требование о предоставлении документов и (или) сведений при камеральной таможенной проверке (письмо таможни от 29.06.2021 № 14-22/10108), направленное в адрес общества, в пункте 7 которого таможенный орган запрашивает у общества бухгалтерские документы, позволяющие идентифицировать использование ввезенного товара и его стоимость в реализованной договорной продукции, с цены которой рассчитан лицензионный платеж.

В ответ обществом письмом от 16.09.2021 № 100-фкс представлена бухгалтерская справка от 14.09.2021 № 5, содержащая список ввезенных автокомпонентов, использованных для производства договорной продукции, с разбивкой по номерам ДТ и артикулам.

Именно представленные обществом сведения о номерах ДТ и ввезенных товаров, использованных при изготовлении договорной продукции на экспорт (той самой с выручки от продаж которой уплачивается лицензионный платеж), легли в основу решения о корректировке таможенной стоимости, принятого таможенным органом по результатам проведения камеральной таможенной проверки, о чем отдельно указано на странице 10 заключения по возражениям проверяемого лица на акт таможенной проверки № 10106000/210/140222/А000080.

Таким образом, база для расчета роялти определена таможней на основании документов, представленных самим обществом, в связи с чем суд первой инстанции верно указал об отсутствии нарушений, о которых заявляет общество.

Довод общества о том, что ввозимые комплектующие смешиваются с отечественными и не могут быть раздельно идентифицированы и лицензионные платежи не подлежат включению в таможенную стоимость товаров в силу положений пункта 3 статьи 8 Приложения 1 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ от 1994 года, обоснованно отклонен судом как необоснованный.

Приведенная в возражении ссылка полностью подтверждает доводы таможенного органа об отнесении лицензионных платежей к ввозимым товарам, а именно: импортируемые товары хотя и смешиваются с отечественными ингредиентами, но по-прежнему могут быть раздельно идентифицированы в готовых двигателях внутреннего сгорания или частях двигателей, как комплектующие для их сборки.

Так, к примеру, форсунка распылительная может быть отдельно идентифицирована в составе готового, собранного двигателя, как ее отдельный элемент.

Общество приводит довод о том, что ввезенные товары могли быть использованы в производстве договорной продукции в этот же период времени, а также в последующие периоды, и, кроме того, договорная продукция могла быть реализована не в тот период, когда товары были ввезены, а в последующие.

Такое утверждение общества правомерно отклонено судом первой инстанции, поскольку изложенное обстоятельство не противоречит условиям включения лицензионных платежей в таможенную стоимость ввозимых товаров. Так, согласно подпункту 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене добавляются лицензионные и иные подобные платежи, которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель,

Таким образом, по итогам проведения камеральной таможенной проверки были выявлены товары, ввезенные в период с 01.04.2021 по 30.06.2021 для целей производства договорной продукции, с выручки от продажи которой общество должно уплатить лицензионные платежи.

Таким образом, разница во времени ввоза спорных товаров и осуществления продажи договорной продукции, изготовленных из этих деталей, не освобождает общество от обязанности включать лицензионные платежи в таможенную стоимость ввозимых товаров.

Довод апелляционной жалобы о том, что предоставленные обществу права на ноу-хау не обусловлены приобретением конкретных комплектующих для использования в рамках указанного процесса, отклоняется апелляционным судом в силу следующего.

Уплата лицензионных платежей, вопрос о включении которых в таможенную стоимость является предметом рассмотрения по делу, обусловлена получением выручки от продажи изготовленной обществом договорной продукции, соответствующей технической документации, переданной по лицензионному договору, и критериям качества концерна.

Так, согласно статье 7 «технические изменения» лицензионного договора компания «Фольксваген АГ» (лицензиар) несет техническую ответственность за конструкцию договорной продукции. Общество может производить (либо разрешать производить) изменения договорной продукции только с письменного разрешения компании «Фольксваген АГ».

Как было отмечено, производимая обществом договорная продукция на 47,19 % состоит из импортных комплектующих. Кроме того, все спорные комплектующие ввезены обществом в рамках внешнеторговых договоров поставки с «Фольсваген АГ» – правообладатель ноу-хау и головная организация концерна «Volkswagen» и «Шкода Ауто» – также входит в концерн «Volkswagen» и является бенефициаром готовой продукции. Согласно сведениям, указанным обществом в графе 31 спорных ДТ, ввозимые товары маркированы торговыми знаками «Volkswagen» и «Skoda».

Из изложенного следует, что уплата лицензионных платежей становится возможной только в случае, если общество изготовило и продало именно те двигатели и части двигателей, которые рассчитывал получить правообладатель ноу-хау для их последующей установки другими заводами, входящими в концерн «Volkswagen», в автомобили марок «Volkswagen» и «Skoda» определенных моделей. Для осуществления этих целей обществу переданы техническая документация по сборке, производству двигателей и частей двигателей, а также поставлены необходимые для этого производства комплектующие. Только таким способом завод «Фольксваген Компоненты и Сервисы» может производить именно те двигатели, которые соответствуют качеству и техническим особенностям автомобилей брендов «Skoda» и «Volkswagen», и с продажи которых общество уплачивает правообладателю лицензионный платеж.

Кроме того, согласно абзацам 2 и 3 пункта 9 Положения № 20 решение о том, что роялти за использование ноу-хау не относится к ввозимым товарам, может быть принято в случае, если правообладателем товаров не установлены требования о приобретении и использовании ввозимых товаров при использовании ноу-хау. То есть, иными словами, пользователь ноу-хау (лицензиат) должен иметь право приобретать любые товары у любых поставщиков по своему усмотрению с учетом возможных требований правообладателя по качеству приобретаемых товаров.

Согласно статье 10 «конфиденциальность» лицензионного договора, общество обязано предпринять все меры, необходимые и достаточные для введения режима коммерческой тайны в отношении конфиденциальной информации (ноу-хау). Конфиденциальная информация может использоваться обществом исключительно для целей лицензионных договоров и может разглашаться третьим лицам, если только это необходимо для исполнения договоров и при условии получения соответствующего письменного согласия лицензиара.

Письменные согласия лицензиара на использование иных комплектующих, производимых иными поставщиками, кроме участников концерна «Volkswagen» («Фольксваген АГ» и «Шкода Ауто»), в материалах дела отсутствуют, обществом не представлялись.

Таким образом, правообладателем устанавливаются требования о приобретении и использовании именно ввозимых товаров при использовании ноу-хау.

Утверждение общества о том, что судом первой инстанции таможенная стоимость комплектующих определена произвольным образом, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции.

Согласно статье 3 лицензионного договора в качестве вознаграждения за право пользования ноу-хау лицензиат оплачивает лицензиару лицензионные платежи за каждый отчетный период в размере 2 % от выручки общества от продаж договорной продукции.

Таким образом, вопреки утверждению общества, лицензионный платеж сам по себе состоит только из выручки от продажи договорной продукции на экспорт и не включает иные компоненты.

Кроме того, в ответ на требование таможни о представлении документов и (или) сведений при камеральной таможенной проверке от 29.06.2021 № 14-22/10108, обществом письмом от 16.09.2021 № 100-фкс представлена бухгалтерская справка от 14.09.2021 № 5, содержащая список ввезенных автокомпонентов, использованных для производства договорной продукции с разбивкой по номерам ДТ и артикулам, а также список автокомпонентов, не использованных в производстве договорной продукции.

При вынесении решений таможня руководствовалась документально подтвержденной информацией, в том числе полученной в ответ на требования документов от самого общества. Так, дополнительные начисления лицензионного платежа были произведены таможней только в отношении тех комплектующих, которые согласно представленной обществом информации были инкорпорированы в договорную продукции, с выручки от продажи которой уплачен лицензионный платеж.

Ссылка общества на то, что включение в расчет лицензионного платежа сумм таможенных пошлин и сборов по комплектующим приводит к повторному взиманию таможенных платежей, отклоняется апелляционной коллегией.

Лицензионный платеж уплачивается обществом от общей суммы выручки от продажи договорной продукции на экспорт.

Под выручкой понимается полная стоимость полученная продавцом, за проданный товар.

Однако общество не предоставило таможенному органу документов, способных четко обосновать какая часть выручки от продажи готовой продукции (двигателя/части двигателя) относится к импортным деталям.

В целях получения указанных сведений, необходимых для осуществления расчета, таможней было направлено требование о предоставлении документов и (или) сведений при камеральной таможенной проверке (письмо таможни от 29.06.2021 № 14- 22/10108).

В ответном письме от 16.09.2021 № 100-фкс общество сообщило, что детализация выручки от продажи договорной продукции по ввезенным товарам не производится, вследствие этого общество не может представить запрашиваемую информацию.

Следовательно, общество не представило количественно определенные и документально подтвержденные сведения о том, какую долю в общей выручке с продаж готовой продукции составляют импортные детали.

В целях осуществления расчета дополнительных начислений к таможенной стоимости спорных товаров, в части включения лицензионного платежа, таможенным органом использованы сведения, которые были представлены при декларировании и в ходе камеральной таможенной проверки, и имеют документальное подтверждение. А именно стоимость спорных товаров при их ввозе на территорию Союза, таможенные пошлины и сборы, которые также наряду с другими расходами общества формируют конечную стоимость готовой продукции и выручку общества от ее продажи.

Таможенный орган определил величину доли лицензионного платежа, относящуюся к ввозимым товарам, как 2 % от затрат общества на ввоз импортных комплектующих (таможенная стоимость, то есть цена сделки с ввозимыми товарами + таможенные платежи + сборы, уплаченные за каждое конкретное наименование товара).

Из изложенного следует, что расчет дополнительных начислений к таможенной стоимости, произведенный таможенным органом и проверенный судом первой инстанции, правомерно базируется на фактически понесенных и документально подтвержденных обществом затратах на производство договорной продукции, составляющих их итоговую стоимость, а, следовательно, и ту самую выручку, с которой согласно лицензионному договору взимается лицензионный платеж.

В ходе судебного заседания в суде апелляционной инстанции общество настаивало, что позиция таможенного органа противоречит пункту 19 Положения № 20. По мнению общества, лицензиары не контролируют поставку спорных комплектующих, подбор и заказ поставляемых ими деталей производится обществом самостоятельно без согласования с лицензиарами.

Изложенный довод общества несостоятелен, так как противоречит фактическим обстоятельствам дела и положениям лицензионного договора.

Так, в соответствии с пунктом 19 Положения № 20, если секрет производства (ноу-хау) связан с производством продукции, выполнением работ, оказанием услуг на таможенной территории Союза с использованием ввозимых товаров (ингредиентов, компонентов, оборудования, инструментов и т.д.), решение о включении лицензионных платежей за использование секрета производства (ноу-хау) в таможенную стоимость ввозимых товаров принимается на основе изучения и анализа вопроса о том, установлено ли условиями использования секрета производства (ноу-хау) требование о приобретении и использовании ввозимых товаров в производстве продукции, при выполнении работ, оказании услуг.

То есть, иными словами пользователь ноу-хау (лицензиат) должен иметь право приобретать любые товары у любых поставщиков по своему усмотрению с учетом возможных требований правообладателя по качеству приобретаемых товаров.

Кроме того, в соответствии с подпунктом 2 пункта 3.6 «Условие продажи импортируемого товара» раздела 3 «Роялти и лицензионные сборы» комментария комитета по Таможенному кодексу и группы таможенных экспертов № 13 «Руководство по статьям 128 и 136 Исполнительного Регламента Комиссии (ЕС) – Регламент ИА ТК ЕС» (далее – ИА ТК ЕС) при установлении наличия условия продажи импортируемого товара к применимым критериям является то, может ли продавец продать или покупатель купить товары без уплаты роялти или лицензионного сбора.

Условие может быть прямо выраженным или подразумеваемым. В некоторых случаях в лицензионном соглашении указывается, обусловлена ли продажа импортируемых товаров выплатой роялти или лицензионного сбора. Однако такое указание не является обязательным требованием.

В сборнике текстов по таможенной оценке и таможенному руководству Европейской комиссии (издание 2021 года), доведенных до ФТС России письмом Евразийской экономической комиссии от 02.12.2021 № 18-735, даны комментарии Комитета по таможенному кодексу и группы таможенных экспертов касаемо вопроса включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров. Так, согласно пункту 5 комментария № 3 «Включение роялти и лицензионных сборов в таможенную стоимость товаров» (далее – комментарий № 3) необходимость рассмотрения вопроса о включении роялти и лицензионных сборов в таможенную стоимость товаров возникает, в том числе в тех случаях, когда импортируемые товары являются ингредиентами или компонентами лицензируемого продукта или когда импортируемые товары (например, специализированное производственное оборудование или промышленные установки) сами производят или выпускают лицензируемую продукцию.

В пункте 6 комментария № 3 определено, что «ноу-хау», предоставляемое по лицензионному соглашению, часто включает в себя предоставление образцов, рецептов, формул и основных инструкций по использованию лицензионного продукта. Если такое ноу-хау применимо к импортируемым товарам, то любые соответствующие выплаты роялти или лицензионных сборов должны рассматриваться на предмет включения в таможенную стоимость.

Таким образом, необходимость рассмотрения вопроса о включении роялти и лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров возникает не только в тех случаях, когда импортируемые товары содержат объекты интеллектуальной собственности, но и тогда, когда импортируемые товары являются ингредиентами или компонентами продукта, содержащего объекты нрав интеллектуальной собственности.

В рассматриваемом случае, все спорные комплектующие были ввезены по внешнеторговым контрактам, заключенным обществом с Фольксваген АГ (лицензиар) и Шкода Ауто (входит в группу компаний Volkswagen AG), для осуществления производства и сбыта двигателей внутреннего сгорания и частей двигателей легковых автомобилей Фольксваген и Шкода. Все ввезенные комплектующие маркированы торговыми знаками Фольксваген и Шкода.

Исходя из условий лицензионного договора о предоставлении права использования ноу-хау, общество приобретает право пользования ноу-хау исключительно для производства Договорной продукции, в составе которой используются ввезенные в рамках внешнеэкономических контрактов комплектующие.

Согласно пунктам 1.1 и 8.1 контрактов на поставку спорных комплектующих от 20.06.2016 № 1/VW/2016 (между ФКС и Фольксваген АГ) и от 08.10.2018 № 38 (между ФКС и Шкода Ауто а.с.) лицензиары обязуются поставить, а общество обязуется закупить и использовать поставляемые детали для производства договорной продукции (двигатели внутреннего сгорания и части двигателей) в объемах, соответствующих утвержденной производственной программе.

Из изложенного следует, что лицензиары поставляют те детали и в том количестве, которые необходимы для осуществления производства договорной продукции. А общество, в свою очередь, обязуется использовать комплектующие, поставленные в рамках указанных Контрактов, исключительно для сборки договорной продукции.

В графе 31 спорных ДТ декларантом указано, что целью ввоза спорных товаров является промышленная сборка двигателей внутреннего сгорания для легковых автомобилей Фольксваген и Шкода различных моделей.

Импортные комплектующие иных поставщиков обществом не ввозились.

Более того, обществом в ответ на требование таможни о представление документов и сведений в рамках камеральной таможенной проверки письмом от 16.09.2021 № 100-фкс представлена бухгалтерская справка от 14.09.2021 № 5, содержащая список ввезенных автокомпонентов использованных для производства договорной продукции с разбивкой по номерам ДТ и артикулам. Таким образом, общество не отрицает факта использования ввезенных по спорным ДТ в рамках контракта со «Шкода Ауто» от 08.10.2018 № 38.

Кроме того, Верховный Суд Российской Федерации в определении от 29.06.2020 № 302-ЭС20-9682 по делу № А74-1006/2019, делая вывод о необходимости включения в таможенную стоимость ввезенных товаров оплачиваемого обществом лицензионного вознаграждения за лицензионные продукты, произведенные из комплектующих деталей, указал следующее.

«При сборе конечного лицензионного продукта декларантом используются ввезенные товары, следовательно, уплачиваемое обществом лицензионное вознаграждение за каждый собранный таким способом лицензионный продукт относится к лицензионным платежам за право использования секрета производства (ноу-хау). Таким образом, как указали суды, оно является и условием ввоза и реализации спорных товаров на таможенной территории Евразийского экономического союза, а, значит, подлежит добавлению к фактически уплаченной или подлежащей уплате цене ввозимого товара».

Статьей 7 «Технические изменения» Лицензионного договора предусмотрено, что компании «Фольксваген АГ» несет техническую ответственность за конструкцию договорной продукции – ООО «Фольксваген Компоненты и Сервисы» может производить (либо разрешать производить) изменения договорной продукции только с письменного разрешения компании «Фольксваген АГ».

Факт необходимости получения письменного согласования (разрешения) на изменения договорной продукции свидетельствует о том, что все компоненты договорной продукции, в том числе ввозимые комплектующие содержат в себе определенные технические решения, которые и обеспечивают производство с использованием технологического процесса, секретов производства (ноу-хау), предоставленных обществу компанией «Фольксваген АГ» ту продукцию, которую и рассчитывает получить правообладатель ноу-хау и именно с ее продажи получить лицензионные платежи.

Учитывая тот факт, что общество не может без согласования закупить иные комплектующие, как-либо изменить конструкцию договорной продукции, «Фольксваген АГ», «SKODA AUTO A.S.» осуществляет подбор комплектующих для их последующей сборки в договорную продукцию особым способом, с учетом их качественных характеристик, а также возможности их оптимальной совместимости и сборки с учетом технологии производства (ноу-хау), разработанного лицензиаром, и эффективного совместного функционирования в составе готового автомобиля.

На основании изложенного можно сделать вывод, что ввозимые комплектующие содержат в себе определенные технические решения, которые и обеспечивают производство с использованием технологического процесса, секретов производства (ноу-хау), разработанных «Фольксваген АГ» и предоставленных обществу, именно, ту продукцию, которую рассчитывает получить в итоге правообладатель, а именно двигатели внутреннего сгорания Volkswagen и Skoda auto.

Приведенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что поставляемые комплектующие являются неотъемлемой частью технологического процесса и секретов производства, разработанных лицензиарами для сборки автомобилей и предоставленных обществу по лицензионному договору.

Таким образом, между уплатой лицензионных платежей по лицензионному договору и поставляемыми комплектующими имеется прямая взаимосвязь.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 07.04.2022 по делу № А55- 17363/2021.

Кроме того, апелляционный суд обращает внимание на статью 10 «Конфиденциальность» лицензионного договора, согласно которой ООО «Фольксваген Компоненты и Сервисы» обязано предпринять все меры, необходимые и достаточные для введения режима коммерческой тайны в отношении конфиденциальной информации (ноу-хау). Конфиденциальная информация может использоваться обществом исключительно для целей лицензионных договоров и может разглашаться третьим лицам, если только это необходимо для исполнения договоров и при условии получения соответствующею письменного согласия лицензиара.

Письменные согласия лицензиара на использование иных комплектующих, производимых иными поставщиками, кроме участников концерна Volkswagen (Фольксваген АГ и Шкода Ауто) в материалах дела отсутствуют, обществом не представлялись.

Аналогичные обстоятельства были рассмотрены судами трех инстанций по делу № А43-19253/2022 по заявлению ООО «Фольксваген Труп Рус» (ООО «АГР»). По результатам анализа аналогичных лицензионных договоров по предоставлению ноу-хау на сборку автомобилей марок Volkswagen и Skoda и договоров поставки комплектующих деталей для осуществления сборки автомобилей, суды пришли к выводу о том, что в установленном между лицензиатом и лицензиаром правоотношении усматривается соблюдение условий включения лицензионных платежей в таможенную стоимость ввозимых деталей.

Общество полагает, что произведенный таможенным органом расчет таможенных платежей противоречит статьям 38 – 40 ТК ЕАЭС, отмечая, что таможенная стоимость, в силу подпункта 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС, не должна содержать пошлины, налоги и сборы, уплачиваемые в связи с ввозом товаров на таможенную территорию Союза или продажей ввозимых товаров на таможенной территории Союза.

По мнению апелляционного суда, расчет, осуществленный таможенным органом в оспариваемых решениях, является математически верным и экономически обоснованным.

Так, таможней расчет осуществлен следующим образом.

В силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти.

Вместе с тем, таможенный орган при проведении расчета учел, что не вся величина лицензионного платежа (выручки с продажи готовой продукции) относится к спорным комплектующим, так как лицензионный платеж представляет собой выручку от продажи Договорной продукции, в которую помимо стоимости импортных деталей входит также стоимость местных автокомпонентов и иные производственные затраты, такие как амортизации оборудования, оплата труда рабочих, коммунальные платежи и т.д. Информация о точной величине каждого элемента стоимости готовой продукции (выручки), а, следовательно, лицензионного платежа обществом не представлялась, таможенному органу не известна.

Доначисление таможенным органом таможенных платежей по спорным ДТ произведено на основании полученной от общества информации о том, что ввезенное сырье и компоненты были использованы для производства лицензионной продукции (готового товара), платежных документов и ведомостей банковского контроля о том, что лицензионные платежи по Лицензионному соглашению за проверяемый период обществом уплачены.

Пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС устанавливает требования к таможенной стоимости товаров и сведениям, относящимся к ее определению, которые состоят из достоверности, количественной определенности и документальной подверженности этих сведений.

Ввиду изложенного и в целях осуществления расчета дополнительных начислений к таможенной стоимости спорных товаров, в части включения лицензионного платежа, таможня использовала только ту часть лицензионного платежа сведения, о которой были представлены при декларировании и в ходе камеральной таможенной проверки, и имеют документальное подтверждение, а именно: стоимость спорных товаров при их ввозе на территорию ЕАЭС, таможенные пошлины и сборы, которые также наряду с другими расходами общества формируют конечную стоимость готовой продукции и выручку общества от ее продажи.

Таким образом, таможня определила величину доли лицензионного платежа, относящуюся к ввозимым товарам, как 2% от затрат общества на ввоз импортных комплектующих (таможенная стоженная стоимость, т.е. цена сделки с ввозимыми товарами + таможенные платежи + сборы, уплаченные за каждое конкретное наименование товара).

Из изложенного следует, что формула расчета, примененная таможенным органом, соответствует принципам количественной определенности и документальной подверженности, установленным пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Важно отметить, что таможенный орган включил в таможенную стоимость спорных товаров, заявленную обществом, часть лицензионного платежа, относящуюся к ввозимым товарам, в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, а не таможенные пошлины, уплаченные обществом при ввозе товаров. Тем самым, вопреки доводу общества, нарушение подпункту 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС таможней при осуществлении расчет допущено не было.

Из изложенного следует, что расчет дополнительных начислений к таможенной стоимости, произведенный таможенным органом, правомерно базируется на фактически понесенных и документально подтвержденных обществом затратах на производство Договорной продукции, составляющих их итоговую стоимость, а, следовательно, и ту самую выручку, с которой согласно Лицензионному договору взимается лицензионный платеж.

Законность приведенной формулы расчеты подтверждена судами трех инстанция по судебному делу № А62-4713/2022 (постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 09.10.2023, которым оставлены без изменения решение суда первой и постановление апелляционной инстанций о признании решения таможенного органа о включении лицензионных платежей в таможенную стоимость ввозимых товаров законными и обоснованными).

Кроме того, аналогичным образом таможней был произведен расчет таможенных платежей, подлежащих уплате ООО «Фольксваген Труп Рус» в решениях, являвшихся предметом рассмотрения по делу № А43-19253/2022. Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 30.11.2023 подтверждена законность вынесенных таможней решений о включении лицензионных платежей в таможенную стоимость, рассчитанных идентичным способом.

Таким образом, стоит отметить, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Все доводы, изложенные в апелляционной жалобе, изучены апелляционной инстанцией, они не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, а лишь сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

При этом иных доводов, способных повлечь за собой отмену судебного акта, в жалобе не приведено, а судом апелляционной инстанции не установлено.

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

ешение Арбитражного суда Калужской области от 16.03.2023 по делу № А23-5384/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи

Е.Н. Тимашкова

Ю.А. Волкова

Е.В. Мордасов