АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

г. Краснодар

Дело № А15-3548/2021

03 июня 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 июня 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Малыхиной М.Н., судей Анциферова В.А. и Сидоровой И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ручка А.С., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Дагестан, от истца – Министерства по земельным и имущественным отношениям Республики Дагестан (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 04.03.2025), от ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) – ФИО3 (по доверенности от 11.07.2024), ФИО4 (доверенность от 06.11.2024), ФИО5 (доверенность от 06.05.2025), в отсутствие ответчиков – Правительства Республики Дагестан, Министерства финансов Республики Дагестан, Администрации Главы и Правительства Республики Дагестан, извещенных о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2025 по делу № А15-3548/2021, установил следующее.

Министерство по земельным и имущественным отношениям Республики Дагестан (далее – министерство) обратилось в арбитражный суд с иском к ИП ФИО2 (далее – предприниматель) и администрации Главы и Правительства Республики Дагестан (далее – администрация) о признании договора от 14.03.2008 аренды государственного нежилого фонда Республики Дагестан, заключенного между Управлением делами Президента Республики Дагестан и предпринимателем, недействительным, применении последствий недействительности сделки путем обязания предпринимателя в течение 30 дней с момента вынесения судебного акта освободить занимаемый им объект нежилого фонда Республики Дагестан, площадью 400 кв. м, расположенный по адресу: <...>; о взыскании 21 669 523 рублей 87 копеек неосновательного обогащения (сбережения), из которых 6 330 322 рубля 58 копеек основного долга и 15 339 201 рубль 29 копеек пеней за фактическое пользование объектом нежилого фонда.

Исковые требования мотивированы тем, что арендодатель по оспариваемому договору – Управление делами Президента Республики Дагестан (правопредшественник администрации) – не имел права на распоряжение соответствующим помещением, не обладал зарегистрированным вещным титулом, объект предоставлен в аренду без ведома и согласия управомоченного на распоряжение им органа – министерства, без соблюдения публичных процедур его предоставления, чем нарушены публичные интересы и права неопределенного круга лиц. Фактическое пользование помещением в отсутствие законных оснований и без внесения платы порождает неосновательное обогащение на стороне ответчика.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечено Правительство Республики Дагестан (далее – правительство).

Предприниматель обратился с встречным исковым заявлением к министерству, администрации, правительству и Министерству финансов Республики Дагестан, сформулировав требования следующим образом: «Если суд признает необходимым взыскать с предпринимателя арендную плату или неосновательное обогащение в виде экономии по аренде занимаемого на основании договоров аренды от 21.04.2005 № 10 и от 14.03.2008 № 3 помещения, то взыскать с Республики Дагестан в лице правительства, Министерства финансов, министерства и администрации в его пользу часть неосновательного обогащения Республики Дагестан в виде сделанных им неотделимых улучшений помещения, расположенного по адресу: <...>, в размере 1 440 тыс. рублей, и определенный судом, как подлежащий взысканию с него, размер неустойки, и прекратить обязательства по задолженности за аренду и использование указанного помещения перед Республикой Дагестан зачетом встречных требований».

Встречные требования мотивированы несением предпринимателем расходов на реконструкцию (увеличение площади помещения с 250 кв. м до 400 кв. м) в ходе исполнения предыдущего договора аренды от 14.03.2005 и ремонт помещений, которые по условиям пункта 2.3 договоров от 14.03.20 и от 14.03.2008 подлежали возмещению в счет арендных платежей. Улучшения согласованы арендодателем письмом от 26.04.2005 и приняты арендодателем по акту КС-2 от 26.06.2013. Общая сумма понесенных расходов составляет 33 049 265 рублей. Предприниматель просит в случае удовлетворения иска министерства о взыскании с него за последние три года задолженности по арендной плате и неустойки произвести зачет в счет названных долгов части понесенных им расходов.

Решением от 03.05.2024 в удовлетворении искового заявления министерства и в удовлетворении встречного искового заявления ФИО2 отказано.

Проанализировав нормативно-правовые акты, определявшие статус и компетенцию Управления делами Президента Республики Дагестан на момент заключения оспариваемого договора аренды, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что названный орган исполнительной власти Республики Дагестан был уполномочен управлять и распоряжаться объектами государственной собственности, в том числе имел право сдавать в аренду республиканское имущество. Действовавшими на период заключения оспариваемого договора аренды нормами не установлены требования о внесении в Единый государственный реестр недвижимости сведений о праве на имущество, закрепленное за органом исполнительной власти. Договор аренды, заключенный Управлением делами Президента Республики Дагестан как законным владельцем недвижимого имущества (распоряжение министерства от 29.05.2004 № 466-р, распоряжение правительства от 15.03.2004 №60-р) до регистрации права оперативного управления названного органа власти, не противоречит положениям статьи 608 Гражданского кодекса Российской Федерации и не может быть признан недействительным по названному основанию (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» (далее – Постановление Пленума № 73). Статья 296 Гражданского кодекса Российской Федерации на дату заключения оспариваемого договора аренды, не содержала требования об обязательном получении согласия собственника на распоряжение находящимся в оперативном управлении имуществом. Ссылка министерства в обоснование ничтожности договора на статью 17.1 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ) не принята судом, поскольку спорное имущество передано в оперативное управление органу исполнительной власти, что исключает применение названной статьи при распоряжении спорным имуществом. Суд признал несостоятельным довод истца о нарушении прав неопределенного круга лиц и публичных интересов заключением оспариваемого договора и предоставлением в аренду объекта государственного нежилого фонда без проведения публичных процедур. Кроме того, по заявлению предпринимателя суд применил исковую давность, отметив, что министерство должно было узнать о наличии оспариваемого договора аренды с 28.02.2013 (дата регистрации договора в ЕГРН), однако по июнь 2021 года министерство как представитель собственника помещений себя не проявляло, бремени и обязанностей собственника не несло, контроль в отношении помещений не осуществляло, как не осуществляло действий ни по распоряжению, ни по фактическому владению спорным имуществом. При этом с мая 2018 года министерство в лице заместителя министра, участвовавшего в упомянутой комиссии, фактически знало о передаче правопредшественником администрации объекта в аренду предпринимателю. С учетом изложенного суд отказал в удовлетворении иска о признании договора арены недействительным и обязании предпринимателя к возврату объекта. Суд также установил, что имеющимися в деле доказательствами подтверждается проведение арендатором строительно-ремонтных работ по реконструкции арендуемого помещения ресторана и увеличению его площади с ведома и письменного согласия арендодателя. Предприниматель с учетом пункта 2.3 договора аренды вправе рассчитывать на компенсацию ему стоимости произведенных им за свой счет и с согласия арендодателя улучшений в помещениях за счет арендной платы. Более того, из протокола от 28.05.2018 заседания созданной администрацией комиссии по выработке предложений по повышению эффективности использования спорного помещения, находящегося в оперативном управлении администрации следует, что комиссия решила предложить руководителю администрации рассмотреть возможность компенсации стоимости ремонтных работ, произведенных арендатором за минусом стоимости арендной платы. Ввиду изложенного суд пришел к выводу о необоснованности требования министерства о взыскании с предпринимателя неосновательного обогащения в виде арендных платежей по договору от 14.03.2008. Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований предпринимателя, суд учел, что условием удовлетворения встречного иска предприниматель указывал удовлетворение первоначального иска министерства. Поскольку в иске министерства отказано, не может быть удовлетворен и встречный иск.

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2025 решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 03.05.2024 отменено частично. Договор аренды государственного нежилого фонда Республики Дагестан от 14.03.2008 № 3 признан недействительным (ничтожным) и применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО2 в течение 30 дней с момента вынесения постановления освободить объект нежилого фонда Республики Дагестан, площадью 400 кв. м, расположенный по адресу: <...>. С ответчика в пользу истца взыскано 1 860 520 рублей неосновательного обогащения (сбережения), из которых 1360 тыс. рублей основного долга с 10.08.2018 по 09.06.2021 и 500 520 рублей пеней (неустойки) с 10.08.2018 по 09.06.2021. В остальной части решение от 03.05.2024 оставлено без изменения.

Учитывая положения части 3 статьи 433, статьи 651 Гражданского кодекса Российской, разъяснения, приведенные в пункте 7 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.02.2001 № 59 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним"», апелляционный суд признал договор аренды от 21.04.2005 № 10 незаключенным как не прошедший обязательной государственной регистрации. Оспариваемый договор аренды от 14.03.2008 № 3 суд посчитал заключенным с момента государственной регистрации (28.03.2013), в связи с чем применил действующие на дату заключения договора положения части 1 статьи 17.1 Закона № 135-ФЗ и отметил, что судом первой инстанции не принята во внимание часть 3 названной статьи, распространяющая установленный порядок заключения договоров в отношении государственного и муниципального имущества, на имущество, переданное на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления. Соответственно, апелляционный суд пришел к выводу о том, что заключение оспариваемого договора аренды в отношении объекта нежилого фонда было возможным только по результатам проведения торгов (пункт 1 Постановления Пленума № 73). В отсутствие в материалах дела доказательств проведения конкурентных процедур при заключении данного договора, он не соответствует приведенным требованиямЗакона 135-ФЗ и с учетом статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в применимой редакции, является ничтожным. Довод о пропуске исковой давности по ничтожной сделки апелляционным судом отклонен. Суд отметил, что комиссия в 2018 году не проверяла законность заключения договора аренды, наличие у правопредшественника администрации оснований распоряжения объектом и иные нарушения закона, явившиеся основанием для обращения министерства в суд. Только по итогам осмотра сотрудниками министерства здания с 24.11.2020 по 02.12.2020 в администрации запрошена информация о наличии договора аренды, заключенного с предпринимателем, и основаниях заключения такого договора. Учитывая состоявшееся фактическое пользование объектом ничтожной сделки, апелляционный суд признал правомерными требования о взыскании с предпринимателя неосновательного обогащения в размере арендных платежей, применив к части заявленного периода (до 12.07.2018) исковую давность. Расчет неустойки произведен судом с учетом корректировки периода взыскания суммы основного долга и применения моратория на начисление финансовых санкций, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 428. Сохраняя решение суда первой инстанции в части отказа во встречном иске предпринимателя, апелляционный суд отметил, что констатация незаключенности договора аренды от 21.04.2005 и ничтожности договора аренды от 14.03.2008 исключает возникновение обязанности оплатить выполненные предпринимателем работы по реконструкции и ремонту. Взыскание неосновательного обогащения за фактически выполненные работы при отсутствии заключенного в установленном законом порядке договора открывало бы возможность для недобросовестных исполнителей работ приобретать незаконные имущественные выгоды в обход закона. Между тем никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Предприниматель обжаловал постановление апелляционного суда в порядке главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В кассационной жалобе заявитель просит отменить постановление, оставить в силе решение.

Как указывает заявитель, срок исковой давности начинает течь не только с момента, когда лицо фактически узнало, но и с момента, когда оно должно было узнать о нарушении своего права. Апелляционный суд ошибочно определил начало течения исковой давности с 08.12.2020. Данный срок начал течь не позднее июня 2013 года, когда договор аренды был зарегистрирован в реестре недвижимости. Министерство как орган, управляющий республиканской собственностью, должно было знать о нарушении права с момента регистрации договора. Кроме того, заместитель министра участвовал в комиссии по рассмотрению вопроса повышения эффективности использования спорного объекта в качестве представителя министерства 28.05.2018. На заседании комиссии обсуждался именно оспариваемый договор аренды.

В отзыве на кассационную жалобу министерство опровергает доводы предпринимателя.

Определением суда округа от 13.05.2025 рассмотрение кассационной жалобы отложено до 29.05.2025.

В судебном заседании представители предпринимателя поддержали доводы жалобы, просили суд кассационной инстанции отменить постановление, оставить в силе решение.

Представитель министерства возражал против удовлетворения жалобы, ссылался на соответствие сделанных судами выводов закону и имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела и установлено судами, Республике Дагестан на праве собственности принадлежит здание с кадастровым номером 06:40:000048:2683 общей площадью 10979,5 кв. м, расположенное по адресу: <...>.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) право собственности за Республикой Дагестан на данное здание зарегистрировано 05.08.2010.

Распоряжением от 15.03.2004 № 60-р в целях эффективного использования государственного имущества правительство поручило министерству в установленном порядке передать в оперативное управление Управлению делами Государственного Совета Республики Дагестан среди прочих помещения в здании Дагестанской республиканской библиотеки Министерства культуры Республики Дагестан, занимаемые рестораном «Националь».

Распоряжением министерства от 29.05.2004 № 466-р во исполнение данного распоряжения правительства за Управлением делами Государственного Совета Республики Дагестан на праве оперативного управления закреплены помещения в здании Дагестанской республиканской библиотеки Министерства культуры Республики Дагестан, занимаемые рестораном «Националь».

Право оперативного управления в ЕГРН не зарегистрировано.

В материалы дела представлена копия договора № 10 аренды государственного нежилого фонда Республики Дагестан от 21.04.2005, в соответствии с которым Управлением делами Государственного Совета Республики Дагестан в аренду предпринимателю передан объект нежилого фонда Республики Дагестан, расположенный по адресу: <...>, площадью 250 кв. м сроком до 01.01.2010. Названный договор в ЕГРН не зарегистрирован.

В дальнейшем, как утверждает предприниматель, с учетом произведенной им реконструкции и ремонта помещений, Управлением делами Президента Республики Дагестан и предпринимателем заключен договор от 14.03.2008 № 3 аренды государственного нежилого фонда Республики Дагестан, согласно которому арендодатель передал арендатору за плату во временное пользование объект нежилого фонда Республики Дагестан, расположенный по адресу: <...>, площадью 400 кв. м (то есть с учетом уже увеличенной площади), сроком до 01.01.2038, для организации предприятия общественного питания. Названный договор аренды зарегистрирован Управлением Росреестра по Республике Дагестан 28.03.2013.

Полагая, что имущество передано в аренду неуправомоченным лицом и в нарушение установленных конкурентных процедур, министерство обратилось в арбитражный суд с иском.

В силу положений пунктов 1 и 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 приведенной статьи).

В Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) содержатся следующие разъяснения.

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 данного Кодекса иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки (пункт 78). Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки (реституцию) по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, а также в иных предусмотренных законом случаях (пункт 79). В мотивировочной части решения должно быть указано, какие публичные интересы подлежат защите, либо содержаться ссылка на специальную норму закона, позволяющую применить названные последствия по инициативе суда.

В случае недействительности договора, по которому полученное одной из сторон выражалось во временном возмездном пользовании индивидуально-определенной вещью, эта сторона возмещает стоимость такого пользования другой стороне, если оно не было оплачено ранее (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации). Переданная в пользование по такому договору вещь также подлежит возврату. Учитывая особый характер временного пользования индивидуально-определенной вещью, срок исковой давности по иску о ее возврате независимо от момента признания сделки недействительной начинается не ранее отказа соответствующей стороны сделки от ее добровольного возврата (пункт 82).

Согласно пункту 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

По смыслу приведенных законоположений для оценки наличия правомочий Управления делами Президента Республики Дагестан по распоряжению спорным объектом недвижимости путем передачи его в аренду предпринимателю надлежит установить орган, в компетенцию которого включены соответствующие действия.

Согласно пункту 8 статьи 78 Конституции Республики Дагестан, принятой Конституционным Собранием 10.07.2003 (в редакции на момент заключения оспариваемого договора) Президент Республики Дагестан утверждает структуру республиканских органов исполнительной власти.

На дату заключения оспариваемого договора аренды такая структура определялась Указом Президента Республики Дагестан от 06.03.2006 № 13 «О структуре органов исполнительной власти Республики Дагестан» и включала в себя Министерство имущественных и земельных отношений Республики Дагестан.

Статутным актом, определявшим компетенцию названного органа исполнительной власти, являлось Положение о Министерстве имущественных и земельных отношений Республики Дагестан, утвержденное постановлением Правительства Республики Дагестан от 26.05.2006 № 88.

Согласно данному Положению министерство – орган исполнительной власти Республики Дагестан, уполномоченный осуществлять управление и распоряжение в пределах своей компетенции государственным имуществом Республики Дагестан, в том числе земельными участками (пункт 1).

По смыслу пункта 3 названного документа министерство является органом общей компетенции, на которые возложено осуществление полномочий собственника в отношении государственного имущества, в том числе закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за унитарными предприятиями и учреждениями, кроме случаев, когда осуществление таких полномочий отнесено в соответствии с законодательством Республики Дагестан к компетенции других органов. В частности, прямо указано на то, что министерство выступает в качестве арендодателя государственного имущества, принимает решения и в установленном порядке проводит торги на право аренды государственного имущества. Министерство также закрепляет находящееся в государственной собственности Республики Дагестан имущество на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за унитарными предприятиями и учреждениями, дает в установленном порядке согласие на продажу недвижимого имущества, закрепленного на праве хозяйственного ведения, на передачу его в аренду или залог либо на распоряжение этим имуществом иным способом.

В свою очередь правомочия Управления делами Президента Республики Дагестан, а ранее Управления делами Государственного Совета Республики Дагестан по распоряжению государственным имуществом относились лишь к имуществу, находящемуся в их ведении (постановления Правительства Республики Дагестан от 07.06.2004 № 156, от 29.12.2007 № 359 и от 25.07.2008 № 266), что предполагало с точки зрения гражданского законодательства наличие определенного титула владения, в то время как министерство распоряжалось имуществом казны напрямую без дополнительного оформления какого-либо титула.

Таким образом, в случае, если государственное имущество не закреплено на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за унитарными предприятиями и учреждениями, то распоряжение им, в том числе путем сдачи в аренду, осуществляет само министерство.

Если же государственное недвижимое имущество закреплено на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за унитарными предприятиями и учреждениями, то распоряжение им осуществляют такие предприятия и учреждения, но с согласия министерства.

Кроме того, вне зависимости от закрепления государственного имущества за унитарными предприятиями и учреждениями, министерство осуществляет контроль за управлением, распоряжением, использованием по назначению и сохранностью земельных участков, а также иного государственного имущества Республики Дагестан, закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за унитарными предприятиями и учреждениями, а также переданного в установленном порядке иным лицам, и при выявлении нарушений принимает в соответствии с законодательством необходимые меры по их устранению и привлечению виновных лиц к ответственности.

В такой ситуации министерство обладает легитимацией на иск вне зависимости от того, что оно не являлось арендодателем в оспариваемом договоре.

Признавая ошибочными выводы суда первой инстанции о наличии у Управления делами Государственного Совета Республики Дагестан, а впоследствии у Управления делами Президента Республики Дагестан права передавать спорный объект недвижимого имущества в аренду, суд апелляционной инстанции правомерно учитывал положения статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных данным Кодексом и иными законами.

В абзаце втором пункта 5 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление № 10/22) разъяснено следующее.

В силу абзаца пятого пункта 1 статьи 216 Гражданского кодекса Российской Федерации право хозяйственного ведения и право оперативного управления относятся к вещным правам лиц, не являющихся собственниками. В этой связи право хозяйственного ведения и право оперативного управления на недвижимое имущество возникают с момента их государственной регистрации.

В материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие установить возникновение права оперативного управления у поименованных в качестве арендодателей органов власти вне зависимости от государственной регистрации права в исключение из приведенного правила. Распоряжение министерства от 29.05.2004 № 466-р о закреплении за Управлением делами Государственного Совета Республики Дагестан (правопредшественник Управления делами Президента Республики Дагестан) принято после введения и начала действия системы государственной регистрации прав на территории Республики Дагестан.

Кроме того, апелляционный суд правомерно отметил, что оспариваемый договор аренды от 14.03.2008 зарегистрирован в установленном порядке только 28.03.2013, в силу чего для целей противопоставления законным интересам третьих лиц с позиций установленной статьей 17.1 Закона № 135-ФЗ конкурентной процедуры распоряжения государственным имуществом не может считаться заключенным ранее даты его государственной регистрации (абзац пятый пункта 14 Постановления № 10/22).

Соответственно, правомерно не приняты доводы заявителя о заключении оспариваемого договора ранее введения в действие статьи 17.1 Закона № 135-ФЗ, равно как обоснованно отмечено, что проведение торгов при сдаче в аренду имущества требовалось бы и в случае распоряжения имуществом, в отношении которого установлено право оперативного управления (пункт 3 части 3 статьи 17.1 Закона № 135-ФЗ).

Действительность сделки подлежит оценке на дату ее заключения.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на дату государственной регистрации договора аренды, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно квалифицировал договор аренды от 14.03.2008 как ничтожную сделку.

Вместе с тем суд округа не может согласиться с выводами апелляционного суда относительно течения исковой давности по требованию о признании спорного договора недействительной сделкой.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В пунктах 6 и 9 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», которым введена в действия приведенная редакция статьи 181 названного Кодекса, закреплено следующее.

Нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166 – 176, 178 – 181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. Установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции данного Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

По смыслу приведенных положений для министерства как лица, не являвшегося стороной оспариваемой сделки, течение исковой давности началось с момента, когда данное лицо узнало или должно было узнать о начале исполнения сделки.

Установив, что информацию о спорном договоре и основаниях его заключения министерство получило по итогам произведенного с 24.11.2020 по 02.12.2020 осмотра помещений ресторана, апелляционный суд пришел к выводу о предъявлении иска в пределах трехлетнего срока (09.07.2021).

Между тем положения статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предписывают учитывать не только фактическую, но и должную информированность субъекта о нарушении его права.

Применительно к министерству надлежало учитывать, установленную статутными документами последнего обязанность осуществлять контроль за управлением, распоряжением, использованием по назначению и сохранностью государственного имущества Республики Дагестан, включая закрепленное на праве хозяйственного ведения или оперативного управления за унитарными предприятиями и учреждениями, переданное в установленном порядке иным лицам, и при выявлении нарушений принимать в соответствии с законодательством необходимые меры по их устранению и привлечению виновных лиц к ответственности.

Соответствующая обязанность министерства последовательно закреплялась в постановлениях правительства Республики Дагестан от 11.06.2009 № 176, от 26.03.2013 № 154, от 06.05.2016 № 120, от 28.03.2017 № 70 и т. д.

Должное исполнение названной обязанности предполагает получение информации о том, как и кем используется государственное имущество, выявление оснований и проверку законности передачи такого имущества в пользование иных лиц.

В связи с этим не могло быть принято во внимание утверждение министерства о том, что до ноября 2020 года решение о необходимости проверки законности оснований владения спорным помещением предпринимателем не принималось, и в частности, такая проверка не являлась целью проведенного в 2018 году заседания комиссии, образованной в целях выработки предложений по эффективности использования спорного помещения, при участии в том числе заместителя министра совещания и предпринимателя.

Публичный собственник не может ссылаться на отсутствие у него на протяжении более 10 лет информации о лице, владеющем государственным недвижимым имуществом, и основаниях такого владения, в том числе в ситуации, когда соответствующие сведения содержатся в ЕГРН.

Таким образом, министерство, надлежащим образом осуществляя возложенные на него контрольные функции, с очевидностью должно было узнать об оспариваемом договоре и основаниях признания его недействительным не позднее года с момента начала использования предпринимателем помещений и в любом случае не позже истечения разумного годичного срока с даты государственной регистрации данного договора и обратиться с иском о признании его недействительным в пределах трех лет.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При таких обстоятельствах в удовлетворении требования о признании ничтожным договора аренды от 14.03.2008 надлежало отказать, оснований для отмены решения суда первой инстанции в указанной части не имелось.

Вместе с тем невозможность в силу пропуска исковой давности судебной констатации ничтожности сделки путем указания на это в резолютивной части решения не препятствует сама по себе оценке действительности данной сделки и ее квалификации в мотивировочной части судебного акта с целью рассмотрения иных требований, исковая давность по которым не пропущена.

Так, рассматривая требование министерства об обязании предпринимателя освободить занимаемое помещение, апелляционный суд правомерно исходил из отсутствия законных оснований для использования данного помещения ответчиком (в силу ничтожности договора аренды) и учитывал специальное правило о течении исковой давности, сформулированное в пункте 82 Постановления Пленума № 25.

Верховный Суд Российской Федерации отметил, что учитывая особый характер временного пользования индивидуально-определенной вещью, срок исковой давности по иску о ее возврате независимо от момента признания сделки недействительной начинается не ранее отказа соответствующей стороны сделки от ее добровольного возврата.

Материалы дела не содержат доказательств, что требования о возврате помещения ввиду ничтожности договора аренды предъявлены предпринимателю за пределами трех лет до подачи иска.

Следовательно, данные требования правомерно удовлетворены судом апелляционной инстанции.

Частично (с учетом применения исковой давности) удовлетворяя требования министерства о взыскании платы за пользование объектом государственной собственности, апелляционный суд правомерно учел содержащиеся в том же пункте Постановления Пленума № 25 разъяснения о том, что в случае недействительности договора, по которому полученное одной из сторон выражалось во временном возмездном пользовании индивидуально-определенной вещью, эта сторона возмещает стоимость такого пользования.

Отклоняя возражения предпринимателя относительно оплаты пользования путем произведенных затрат на реконструкцию и ремонт помещений (пункт 2.3 договоров от 21.04.2005 и от 14.03.2008), апелляционный суд правомерно отметил, что констатация незаключенности и ничтожности названных договоров исключает возникновение обязанности оплатить выполненные предпринимателем работы по реконструкции и ремонту. Взыскание неосновательного обогащения за фактически выполненные работы при отсутствии заключенного в установленном законом порядке договора открывало бы возможность для недобросовестных исполнителей работ приобретать незаконные имущественные выгоды в обход закона. Между тем никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения. Соответственно, условие о такой возмездности сделок не может обосновывать освобождение предпринимателя от оплаты за фактическое пользование помещением.

Оснований не согласиться с приведенными выводами у суда округа не имеется.

Вместе с тем апелляционный суд не мотивировал взыскание неустойки по договору, квалифицированному им в качестве ничтожной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В данном случае министерство просило применить меру ответственности, установленную договором, и не ссылалось на установление аналогичной меры каким-либо законом. Следовательно, основания для присуждения пеней отсутствовали. В указанной части решение суда первой инстанции не подлежало отмене.

Учитывая содержание и просительную часть кассационной жалобы, предприниматель соглашается с решением суда первой инстанции, а следовательно, не спорит с отказом в удовлетворении встречного иска, что принимается во внимание судом округа при определении пределов кассационной проверки в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции вправе изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

Суд кассационной инстанции считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, изменить обжалуемое постановление, исключив из резолютивной части указание на признание недействительным договора аренды государственного нежилого фонда Республики Дагестан от 14.03.2008 № 3 (абзац четвертый резолютивной части постановления), на взыскание с предпринимателя в пользу министерства пеней в размере 500 520 рублей за период с 10.08.2018 по 09.06.2021 (в абзаце шестом резолютивной части постановления) и государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в доход федерального бюджета (абзац восьмой резолютивной части постановления).

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В силу части 5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалоб, распределяются по правилам, установленным названной статьей.

Учитывая частичное удовлетворение требований министерства, освобождение министерства от уплаты госпошлины, по результатам рассмотрения спора подлежало отнесению на предпринимателя и взысканию в доход федерального бюджета 8621 рубль государственной пошлины по иску и 188 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе. При этом при подаче кассационной жалобы предпринимателем согласно чеку от 27.02.2025 оплачено 50 тыс. рублей государственной пошлины, то есть размер излишне уплаченной и подлежащей возврату пошлины составил 30 тыс. рублей (подпункт 20 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации). С учетом произведенного судом округа зачета надлежит возвратить предпринимателю из федерального бюджета 21 191 рубль излишне уплаченной государственной пошлины по кассационной жалобе.

Государственная пошлина по кассационной жалобе в размере 20 тыс. рублей относится на предпринимателя в части 18 744 рублей пропорционально удовлетворенным требованиям. Соответственно, в оставшейся части судебные расходы предпринимателя на оплату госпошлины в сумме 1256 рублей подлежат взысканию с министерства в пользу предпринимателя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2025 по делу № А15-3548/2021 изменить, исключив абзацы четвертый и восьмой резолютивной части постановления и исключив из абзаца шестого резолютивной части постановления указание на взыскание неустойки.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 21 191 рубль излишне уплаченной государственной пошлины по кассационной жалобе.

Взыскать с Министерства по земельным и имущественным отношениям Республики Дагестан в пользу ФИО2 1 256 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий М.Н. Малыхина

Судьи В.А. Анциферов

И.В. Сидорова