ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

19.12.2023

Дело № А40-3684/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 12.12.2023

Полный текст постановления изготовлен 19.12.2023

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Лазаревой И.В.

судей Аталиковой З.А. и Федуловой Л.В.

при участии в заседании:

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – лично, паспорт;

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 22.07.2023;

от Дорогомиловского отдела судебных приставов УФССП России по городу Москве – не явился, извещен;

от общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом Мадари» – не явился, извещен;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 (ответчика)

на решение Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2023

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023

по делу № А40-3684/2023

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1

к ФИО2

о привлечении к субсидиарной ответственности

третье лицо: Дорогомиловский отдел судебных приставов УФССП России по городу Москве, общество с ограниченной ответственностью «Торговый Дом Мадари»

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, истец) с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом Мадари» (далее – ООО «Торговый Дом Мадари», общество) и взыскании 393 294,61 руб. в порядке субсидиарной ответственности.

К участию в деле в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Дорогомиловского отдела судебных приставов УФССП России по городу Москве (далее – Дорогомиловский ОСП), ООО «Торговый Дом Мадари».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023, исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение и постановление апелляционного суда, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, указывает, что в отношении ООО «Торговый дом Мадари» дело о банкротстве не возбуждалось, в связи с чем, в силу Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) данное обстоятельство исключает возможность привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве и рассмотрения такого заявления вне рамок дела о банкротстве; суд неправомерно вне рамок дела о банкротстве ООО «Торговый Дом Мадари» дал оценку финансово-хозяйственной деятельности организации, тогда как вне процедуры банкротства не мог установить ни реальную стоимость активов общества, ни полный размер требований кредиторов; суд самовольно изменил и рассмотрел требование о взыскании убытков, а в резолютивной части указал о привлечении к субсидиарной ответственности; суд применил норму о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ; суд незаконно применил ч. 3.1. ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

До рассмотрения кассационной жалобы от Дорогомиловского ОСП поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

До рассмотрения кассационной жалобы от ИП ФИО1 поступили возражения на кассационную жалобу, которые приобщен к материалам дела.

Приложения к возражениям на кассационную жалобу (№№ 1-8) не подлежат приобщению к материалам дела ввиду отсутствия полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по исследованию и оценке доказательств.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы и требования кассационной жалобы; ИП ФИО1 лично возражал относительно удовлетворения жалобы.

Изучив материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание участвующих в деле лиц, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции считает судебные акты подлежащими отмене, дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2022 по делу № А40-16318/2022 были удовлетворены исковые требования ИП ФИО1 к ООО «Торговый Дом Мадари» о взыскании суммы в общем размере 393 294,61 руб.

Однако до настоящего времени задолженность не оплачена должником.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) на момент подачи искового заявления генеральным директором ООО «Торговый Дом Мадари» является ФИО2, которая является участником общества, владеющим 100% долей в уставном капитале указанного общества.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, истец указывает на то, что в добровольном порядке общество решение суда не исполнило.

По мнению истца, ответчиком как генеральным директором общества, совершаются недобросовестные и неразумные действия (бездействие) по неисполнению вступившего в законную силу судебного акта.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд.

Суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что довод истца о недобросовестности, неразумности действий ответчика, контролирующего должника ООО «Торговый Дом Мадари» (генерального директора и учредителя), при осуществлении своих прав и о несоответствии их действий обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску нашел свое подтверждение в процессе рассмотрения настоящего дела, ответчик не предпринял все необходимые действия для исполнения обязательств по погашению кредиторской задолженности, а также по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, в связи с чем пришел к выводу о доказанности и обоснованности заявленных истцом исковых требований.

Между тем судами при рассмотрении спора не учтено следующее.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Приведенные положения законодательства, определяющие основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а также особенности распределения бремени доказывания по данной категории споров не были учтены судами.

С точки зрения судов, недобросовестность ФИО2, как единственного участника и руководителя ООО «Торговый Дом Мадари» заключалась в том, что, решение суда о взыскании задолженности с ООО «Торговый Дом Мадари» в добровольном порядке не исполнено; ответчик совершает недобросовестные и неразумные действия (бездействие) по неисполнению вступившего в законную силу судебного акта. Кроме того, суды указали, что ответчик не обратился с заявлением о банкротстве общества или о его ликвидации, что не позволило кредиторам заявить свои требования в установленном законом порядке.

Вместе с тем, согласно материалам дела, ООО «Торговый Дом Мадари» из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) не исключено и является действующим юридическим лицом.

Поскольку согласно сведениям ЕГРЮЛ ООО «Торговый Дом Мадари» является действующим юридическим лицом, в спорной ситуации положения Закона об обществах с ограниченной ответственностью к ответчику неприменимы, отсутствует причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и обстоятельствами неисполнения указанным обществом денежного обязательства, наличием убытков истца в заявленном размере, которые могли бы быть возложены на ответчика в субсидиарном порядке.

Наличие условий для взыскания с ответчика убытков по общим правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации судами не приведено.

Суд кассационной инстанции отмечает, что в ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п.) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично. Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации.

В данном случае судами не установлены обстоятельства, которые свидетельствовали бы о том, что ФИО2 было допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества, в частности, использование ответчиком банковских счетов ООО «Торговый Дом Мадари» для удовлетворения личных нужд вместо осуществления расчетов с кредиторами, вывод имущества из ООО «Торговый Дом Мадари» в пользу третьих лиц на невыгодных условиях и т.д.

Вывод судов о том, что вина ответчика заключается в необращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), нельзя признать обоснованным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В данном случае, на момент принятия судами первой и апелляционной инстанций обжалуемых судебных актов, в отношении ООО «Торговый Дом Мадари» процедура банкротства не была введена, что в силу статьи 61.19 Закона о банкротстве исключает возможность привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным положениями этого Закона, в том числе за неподачу заявления о банкротстве, и рассмотрение такого заявления вне рамок дела о банкротстве.

Следует также учесть, что задолженность перед истцом сама по себе не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности общества и бездействии ответчика в виде необращения в суд с заявлением о банкротстве общества.

Как обоснованно указывает заявитель кассационной жалобы, оценка финансового состояния должника должна быть произведена арбитражным управляющим при рассмотрении дела о банкротстве по результатам комплексного анализа документации, указанной в Правилах проведения арбитражным управляющим финансового анализа. В настоящем деле выводы судов о неплатежеспособности общества основаны только на материалах исполнительного производства по взысканию задолженности в пользу истца, что противоречит положениям Закона о банкротстве.

Истцом в возражениях на кассационную жалобу приведены сведения о том, что в отношении ООО «Торговый Дом Мадари» было возбуждено дело о банкротстве, которое прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Согласно сведениям информационной системы «Картотека арбитражных дел», производство по делу № А40-102043/23 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Торговый Дом Мадари» прекращено 07.11.2023, то есть после принятия судебных актов судами первой и апелляционной инстанций.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона (пункт 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Истцом не обосновано наличие субъективного права, предусмотренного пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, на подачу заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного вывод судов об удовлетворении иска не может быть признан законным.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

С учетом вышеизложенного судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обжалуемые решение и постановление подлежат отмене в порядке частей 1, 2 статьи 288, пункта 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, при правильном применении норм материального и процессуального права установить юридически значимые для рассмотрения данного спора обстоятельства, с соблюдением требований статей 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дать надлежащую правовую оценку доводам сторон и доказательствам в их совокупности и взаимной связи, принять законный и обоснованный судебный акт.

Допущенная во вводной части резолютивной части постановления Арбитражного суда Московского округа от 12.12.2023 опечатка в указании лиц, принимавших участие в судебном заседании суда кассационной инстанции, подлежит исправлению в порядке статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации путем исключения слов «…от ФИО4 – не явился, извещен …».

Руководствуясь статьями 283 - 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023 по делу № А40-3684/2023 отменить. Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Председательствующий – судья И.В. Лазарева

Судьи: З.А. Аталикова

Л.В. Федулова