АРБИТРАЖНЫЙ СУД
НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
Дело № А43-27578/2022
Нижний Новгород 21 марта 2025 года.
Резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2025 года.
Арбитражный суд Нижегородской области в составе:
судьи Якуб Светланы Владимировны (шифр 22-487),
при ведении протокола судебного заседания секретарем Маричевой К.А.,
рассмотрев в судебном заседании дело по иску акционерного общества "Мосгипротранс" (ИНН <***>, ОГРН <***>)
к ответчику: ФИО1,
при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО НПФ "Волговятрегионпроект" (ИНН <***>)
о взыскании 325 000 руб.
в отсутствие сторон
установил:
акционерное общество «Мосгипротранс» (далее – Общество, АО «Мосгипротранс») обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании 5 388 600 рублей 12 копеек убытков в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью научно-производственная фирма «Волговятрегионпроект» (далее – ООО НПФ «Волговятрегионпроект») и 120 000 рублей судебных издержек.
Решением от 04.10.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2024, иск удовлетворен частично, с ФИО1 в пользу истца взыскано 175 000 рублей убытков, 21 369 рублей расходов по оплате государственной пошлины, 48 444 рубля судебных издержек. В остальной части иска отказано.
Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 26.08.2024 указанные судебные акты отменены в части отказа во взыскании 325 000 рублей, выплаченных в качестве дивидендов ФИО1. В указанной части дело отправлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области. В остальной части решение и постановление оставлены без изменения.
Стороны надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в том числе с учетом части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку своих представителей в судебное заседание 11.03.2025 не обеспечили.
От истца поступили письменные пояснения по делу.
По правилам части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей лиц участвующих в деле.
Изучив представленные в дело доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО НПФ "Волговятрегионпроект" зарегистрировано в качестве юридического лица 19.11.2007, о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись. С момента создания ФИО1 являлся единоличным исполнительным органом (директором) и учредителем данного юридического лица.
ООО НПФ "Волговятрегионпроект" (субподрядчик) и Общество (исполнитель) 17.10.2016 заключили договор субподряда N 19-10/16 (далее - договор), предусматривающий выполнение проектно-изыскательских работ по объекту: "Восстановление функций водопонижения Шуваловского канала в рамках инженерной подготовки и защитных мероприятий по площадке строительства объектов высокоскоростной железнодорожной магистрали "Москва - Казань - Екатеринбург (ВСМ-2)", расположенной на территории "Нижегородского железнодорожного узла" для строительства участка Москва - Казань высокоскоростной железнодорожной магистрали "Москва - Казань - Екатеринбург (ВСМ-2)".
АО "Мосгипротранс" в рамках третьего этапа календарного плана договора перечислило в адрес ООО НПФ "Волговятрегионпроект" 4 485 601 рубль 85 копеек, что подтверждается платежными поручениями от 23.06.2017 N 3202, от 15.08.2017 N 4076, от 26.02.2019 N 895.
Истец в письме от 20.12.2017 исх. N МГТ-21-6006 уведомил ответчика об одностороннем расторжении договора, указав на то, что субподрядчик неоднократно нарушал условия договора в части требований к качеству и комплектности выполняемых работ.
К качеству разработанной документации неоднократно предъявлялись претензии (от 12 апреля 2017 года исх. N МГТ-09-1602/1; от 19 сентября 2017 года исх. N МГТ21-4310). По состоянию на дату направления уведомления замечания не устранены.
В соответствии с пунктом 16.16 договора уведомление о расторжении договора по любому основанию, указанному в пункте 16.5 договора, направляется за 15 рабочих дней до даты расторжения.
Исходя из пункта 16.5 договора исполнитель вправе требовать расторжения договора при наступлении любого из указанных ниже обстоятельств: субподрядчик допустил любое из перечисленных ниже существенных нарушений своих обязательств по договору, если соответствующее нарушение не устранено субподрядчиком в течение тридцати календарных дней после получения соответствующего уведомления исполнителя, в том числе: неоднократное нарушение субподрядчиком каких-либо обязательств по договору; нарушение субподрядчиком установленных календарным планом сроков сдачи какого-либо этапа выполнения работ или несоблюдение какого-либо срока выполнения работ более чем на тридцать календарных дней; безосновательное прекращение субподрядчиком выполнения работ по договору.
Уведомление о расторжении договора от 20.12.2017 получено ответчиком 28.12.2017.
Кроме того, в рамках дела N А40-245924/2017 ООО НПФ "Волговятрегионпроект" предъявило АО "Мосгипротранс" иск о взыскании по договору субподряда от 17.10.2016 N 19-10/16 задолженности по оплате выполненной работы в размере 3 500 000 рублей и признании договора исполненным.
Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.10.2018 по делу N А40-245924/2017 требования ООО НПФ "Волговятрегионпроект" удовлетворены в части взыскания 3 500 000 рублей долга, 40 500 рублей расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении встречного искового заявления отказано в полном объеме.
Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019, оставленным в силе постановлением Арбитражного суда Московского округа от 09.10.2019, решение Арбитражного суда города Москвы от 29.10.2018 по делу N А40-245924/2017 отменено в части взыскания по первоначальному иску 3 500 000 рублей задолженности и 40 500 рублей расходов по уплате государственной пошлины.
Основанием для отмены решения суда первой инстанции послужило заключение судебной экспертизы, назначенной в порядке статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проведение которой было поручено экспертам Федерального государственного образовательного учреждения высшего образования "Российский университет транспорта (МИИТ)" ФИО2, ФИО3, ФИО4. По результатам экспертизы суду было представлено заключение, содержащее вывод о том, что объем работ по разработке проектной документации в рамках третьего этапа календарного плана договора субподряда от 17.10.2016 N 19-10/16, выполненных ООО НПФ "Волговятрегионпроект" надлежащим образом, ничтожен, и стоимость надлежащим образом выполненных работ составляет 0 (ноль) рублей.
Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2020 по делу N А40-339894/2019 с ООО НПФ "Волговятрегионпроект" в пользу АО "Мосгипротранс" взыскано неосновательное обогащение в размере 4 485 601 рубля 85 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 136 319 рублей 29 копеек, с последующим начислением процентов начиная с 16.11.2019 по день фактической уплаты суммы неосновательного обогащения, а также почтовые расходы в размере 489 рублей 48 копеек, расходы по уплате госпошлины в размере 46 110 рублей.
Постановлением Девятого апелляционного суда от 21.09.2020 решение Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО НПФ "Волговятрегионпроект" - без удовлетворения.
В связи с неисполнением решения суда АО "Мосгипротранс" обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании ООО НПФ "Волговятрегионпроект" несостоятельным (банкротом).
Определением от 14.12.2021 по делу N А43-20999/2021 заявление АО "Мосгипротранс" о признании ООО НПФ "Волговятрегионпроект" несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. В отношении ООО НПФ "Волговятрегионпроект" введена процедура наблюдения сроком на шесть месяцев.
Определением от 30.06.2022 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО НПФ "Волговятрегионпроект" прекращено ввиду отсутствия доказательств наличия у должника имущества, достаточного для покрытия расходов по делу о банкротстве, и отсутствия выраженного согласия кредиторов на осуществление финансирования расходов по делу о банкротстве.
Соответствующее сообщение опубликовано в ЕФРСБ (N 9704601 от 26.09.2022).
Полагая, что на ответчика, как на контролирующее лицо должника, возложена обязанность по компенсации кредитору убытков, истец обратился в суд с настоящим иском.
В соответствии с пунктом 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.
В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
В целях названного федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).
В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:
1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;
2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;
3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);
4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.
Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 3 Постановления N 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).
Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.
Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.
Материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривается, что ответчик являлся единоличным исполнительным органом и контролирующим должника лицом.
В обоснование заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности истец ссылается на статью 61.11 Закона о банкротстве, согласно которой, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
Истец, обращаясь в суд с иском, в качестве одного из оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности сослался на заключение последним договоров аренды нежилого помещения и транспортного средства на невыгодных для должника условиях (по завышенной цене и в отсутствие экономической цели).
Между тем надлежащие доказательства совершения спорных сделок по цене, отличающейся в значительной степени от рыночной цены, в дело не представлены, равно как и доказательства экономической нецелесообразности или неиспользования арендованного имущества в деятельности организации.
Из пояснений ответчика следует, что в силу специфики деятельности организации (выполнение проектных работ, работ по сбору исходных данных, разработка рабочей и проектной документации) работа сотрудников носила разъездной характер. Указанные истцом сотрудники занимали должности главных инженеров проектов, в должностные обязанности которых входили, в том числе, выезды на место, организация работы субподрядных организаций, сбор исходных данных, согласование проектной документации с организациями, выдающими технические условия и т.д.
Для осуществления хозяйственной и экономической деятельности организация в любом случае нуждается в помещении, мебели, технике, автотранспортных средствах и в любом случае вынуждена была бы их арендовать.
Более того часть спорных договоров заключены в 2018 году, то есть задолго до возникновения обязательств организации перед истцом, в связи с чем причинно-следственная связь между убытками истца и совершением названных сделок не усматривается.
В связи с изложенными обстоятельствами, суд округа согласился с выводами судов нижестоящих инстанций в указанной части.
Вместе с тем, в части взыскания с ФИО1 убытков в виде выплаченных третьим лицом в пользу ответчика дивидендов, окружной суд не согласился и счел необходимым пояснить следующее.
В соответствии с решением учредителя от 06.04.2020 N 10 и приказом о выплате от 06.04.2020 N 15 часть чистой прибыли в размере 2 500 000 рублей по итогам 2019 года направлена на выплату дивидендов единственному участнику общества ФИО1
Организация, выплачивающая дивиденды, является налоговым агентом по отношению к участнику общества, она должна исчислить налог, удержать из выплачиваемых дивидендов и уплатить налог в бюджет (пункт 2 статьи 214, пункт 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации), ввиду чего размер полученных дивидендов участниками общества складывается не только из сумм, перечисленных им на счет, но и из сумм удержанного и выплаченного в бюджет налога на доходы физических лиц, в то время как иное толкование норм действующего законодательства является недопустимым.
В рассматриваемом случае именно ответчик, как контролирующее должника лицо, определял его действия, в том числе по направлению необоснованно полученных средств кредитора на выплату дивидендов и получению личной выгоды, вопреки интересам подконтрольного им общества, что привело к утрате последним оборотных средств.
Вопрос возможного взыскания с ответчика 325 000 рублей, выплаченных в качестве дивидендов ФИО1 и удержанных налоговым агентом по обязательствам уплаты НДФЛ налогоплательщиком в бюджет, не исследовался судами обеих инстанций. Вывод о возможности взыскания с ответчика лишь непосредственно полученной им суммы не мотивирован.
При новом рассмотрении определением от 03.12.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ ПО НИЖЕГОРОДСКОМУ РАЙОНУ Г.НИЖНЕГО НОВГОРОДА.
От третьего лица поступила письменная позиция по делу с приложением документов, согласно которым НДФЛ налоговым агентом ООО НПФ «Волговятрегионпроект» в отношении ФИО1 уплачен в полном объеме.
К письменным пояснениям третьего лица приложена справка по форме 2-НДФЛ за 2020 год, содержащая сведения о доходах и суммах НДФЛ ФИО1
Ответчик представил дополнительные доказательства по делу: расчет НДФЛ (6-НДФЛ) за 2020 год, справка по форме 2-НДФЛ за 2020 год, платежное поручение от 06.04.2020 №135 на перечисление 325 000 руб. в бюджет, платежное поручение от 06.04.2020 №136 на перечисление ФИО1 2 175 000 руб.дивидендов.
Оценив представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу, что налог на доходы физических лиц в отношении ФИО1 уплачен, в связи с чем, правовых оснований для взыскания с ответчика 325 000 руб. не имеется.
В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по госпошлине в указанной части относятся на истца.
Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и в соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации будет направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» в режиме ограниченно доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.
Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении иска в части требований о взыскании 325 000 руб. отказать.
Решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его принятия и может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области.
В таком же порядке вступившее в законную силу решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.
Судья С.В. Якуб