ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. ФИО1, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. <***>

ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

г. ФИО1 Дело № А28-13949/2020 22 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2025 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кормщиковой Н.А., судей Калининой А.С., Хорошевой Е.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания Русиновой А.И., без участия в судебном заседании представителей сторон

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества Кировский завод «Красный инструментальщик»

на определение Арбитражного суда Кировской области от 19.01.2025 по делу № А28-13949/2020

по заявлению акционерного общества Кировский завод «Красный инструментальщик»

о включении в реестр требований кредиторов,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «КировИнструмент» (далее – ООО «НПО «КировИнструмент», должник) акционерное общество Кировский завод «Красный инструментальщик» (далее - заявитель, кредитор, АО КЗ «Крин», податель жалобы) обратилось в Арбитражный суд Кировской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов 3 022 309 рублей 46 копеек неосновательного обогащения.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 19.01.2025 требование АО КЗ «Крин» включено в сумме 3 022 309 рублей 46 копеек в третью очередь реестра требований кредиторов и признано подлежащим учету отдельно и удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Федерального Закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

АО КЗ «Крин» с принятым определением суда не согласилось, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в

которой просит его изменить, включив требование в размере 3 022 309 рублей 46 копеек в третью очередь реестра требований кредиторов должника в качестве основного долга.

Как указывает заявитель, предмет и основание требования определяются заявителем, а не судом и он не правомочен их изменять. Отмечает, что должник использовал товарные знаки, однако лицензионные соглашения с кредитором не заключил, на стороне должника возникло неосновательное обогащение, полученное за счет использования имущества заявителя, в связи с чем обязано возместить то, что сберегло вследствие такого использования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось использование. Подчеркивает, что приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость неосновательно полученного или сбереженного имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения. Обращает внимание, что соотношение требований о возврате неосновательного обогащения с требованиями о возмещении вреда, нормы, регулирующие неосновательное обогащение, применяются в случае, когда использование чужого имущества приводит к обогащению нарушителя (неосновательное обогащение образуется именно на стороне должника, осуществившего в отсутствие договорного либо законного основания использование чужого имущества, связанного с извлечением для себя дохода). Обращает внимание, что выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме, при этом все три товарных знака использовались должником одновременно, внедоговорное использование носило длящийся характер. Подчеркивает, что товарные знаки заявителя в рассматриваемый период времени участвовали в формировании цены каждой единицы реализованной продукции должника - в этой связи должник сберег плату за использование товарных знаков заявителя, и, исходя из презумпции возмездности сделок между юридическими лицами, неосновательно сбереженную плату обязан вернуть.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 27.01.2025 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 28.01.2025 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

В судебном заседании 05.03.2025 представитель заявителя поддержала доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Судебное заседание откладывалось судом апелляционной инстанции в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на 17.04.2025, о чем на официальном сайте Второго арбитражного апелляционного суда размещено объявление.

Участвующие по делу лица явку своих представителей в судебное заседание 17.04.2025 не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего должником

ФИО2 в представленных пояснениях оставил принятие решения по жалобе заявителя на усмотрение суда, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей сторон.

В апелляционной жалобе АО КЗ «Крин» оспаривает определение суда первой инстанции в части очередности установления погашения требования.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, данных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, в отсутствие возражений сторон, законность определения Арбитражного суда Кировской области в обжалуемой части проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ООО «НПО «КировИнструмент» зарегистрировано в качестве юридического лица 06.06.2016, о чем внесена запись в ЕГРЮЛ, основной вид деятельности - производство точных весов; производство ручных инструментов для черчения, разметки и математических расчетов; производство ручных инструментов для измерения линейных размеров, не включенных в другие группировки.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 05.09.2019 по делу

№ А28-5343/2019 ООО «НПО «КировИнструмент» запрещено использование в полном фирменном наименовании обозначения «Красный инструментальщик», а в сокращенном фирменном наименовании обозначения «Крин» в отношении видов деятельности: производство инструмента; производство точных весов; производство ручных инструментов для черчения, разметки и математических расчетов; производство ручных инструментов для измерения линейных размеров, не включенных в другие группировки; обработка металлов и нанесение покрытий на металлы; обработка металлических изделий механическая. Также обязано прекратить использование товарных знаков заглавными и строчными буквами «KRIN», «Крин», «Красный инструментальщик», буквы «КИ» в окружности при осуществлении деятельности по производству и продаже инструментов, приборов для измерения, тестирования и навигации, в отношении товаров и во всех видах деятельности, совпадающих с указанными в классах Международной

классификации товаров и услуг 06,07,08,09,35 и 42; в фирменном наименовании, на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот (в том числе на всех внутренних и всех исходящих документах, печатях, штампах, фирменных бланках, в паспортах либо формулярах на инструмент, на листках-вкладышах к товарам, свидетельствах о первичной или периодической поверке, в счетах, счетах- фактурах, товарных и товарно-транспортных накладных, универсальных передаточных документах), в сети «Интернет» (в том числе в доменном имени, адресах электронной почты и при других способах адресации), рекламе, объявлениях, вывесках и иных предложениях товаров к продаже, при идентификации себя как производителя товаров.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 15.11.2021 в отношении ООО «НПО «КировИнструмент» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в выпуске газеты «Коммерсантъ» от 13.11.2021 № 206.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 27.04.2023 ФИО3 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей временного управляющего должника, определением от 29.05.2023 временным управляющим должника утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 26.06.2023 ООО «НПО «Кировинструмент» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника назначен ФИО2.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в выпуске газеты «Коммерсантъ» от 01.07.2023 № 117(7562).

Отмечая факт незаконного использования должником в период с 01.01.2020 по 16.11.2020 в отсутствие заключенных лицензионных договоров товарных знаков № 570097, 588591, 588592, права на которые зарегистрированы за кредитором, в результате чего на стороне должника возникло неосновательное обогащение в размере 3 022 309 рублей 46 копеек, АО КЗ «Крин» обратилось в Арбитражный суд Кировской области с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда в обжалуемой части, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого

круга лиц.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 126 Закона о банкротстве определено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в пункте 1 статьи 134 настоящего Федерального закона, и требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав кредиторов, поэтому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Целью такой проверки являются установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным, доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению заявления о включении требования в реестр является представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих

наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования (пункт 26 постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992 (3)).

В соответствии со статьей 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия судом или арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия судом или арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Понятие денежного обязательства для целей Закона о банкротстве является специальным и предусмотрено в статье 2 Закона о банкротстве. Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

В силу пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (статьи 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указывает заявитель, акционерным обществом Кировский завод «Красный инструментальщик» выявлен факт незаконного использования товарных знаков № 570097, 588591, 588592, права на которые зарегистрированы за кредитором, должником ООО «НПО «Кировинструмент» в период с 01.01.2020 по 16.11.2020 в отсутствие заключенных лицензионных договоров, в результате чего на стороне должника возникло неосновательное обогащение в размере 3 022 309 рублей 46 копеек.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса

Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В рассматриваемом споре заявитель является обладателем исключительных прав на товарные знаки № 570097, № 588591, № 588592, что подтверждается свидетельствами на товарные знаки № 570097, № 588591, № 588592, зарегистрированных в реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, при этом АО КЗ «Крин» установил факт нарушения своих исключительных прав на товарные знаки должником в период с 01.01.2020 по 16.11.2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего кодекса.

Согласно подпункту 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации правила подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо установление обогащения одного лица (приобретателя (ответчика) за счет другого (потерпевшего (истца) при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. При этом не имеет значения, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения обогатившегося, самого потерпевшего или третьих лиц либо произошло помимо их воли.

В силу статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

При этом в предмет доказывания по настоящему спору входит установление факта получения ответчиком имущества, принадлежащего истцу; факта пользования ответчиком этим имуществом; размера доходов, полученных в результате использования имущества, то есть факт наличия имущественной выгоды на стороне ответчика; периода пользования суммой неосновательного обогащения (пункт 8 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда РФ от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»).

То есть, удовлетворение иска возможно при доказанности совокупности фактов, подтверждающих неосновательное приобретение или сбережение ответчиком имущества за счет истца.

В то же время, в силу пункта 1 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами,

предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о признании права; о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; о возмещении убытков; об изъятии материального носителя; о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя.

В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

При этом в статье 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены виды ответственности за незаконное использование товарного знака, где правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения либо в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как установлено судом первой инстанции, размер денежного требования к должнику за незаконное использование товарных знаков определен кредитором в соответствии с отчетом автономной некоммерческой экспертной организации «Кировская лаборатория оценки» от 23.11.2023 № 4300/231123-Р/Ю-0143 об определении ставки роялти (вознаграждения) за предоставление права использования объектов интеллектуальной собственности по лицензионному договору. Согласно отчету размер вознаграждения за использование товарных знаков в общей сумме за спорный период составил 3 022 309 рублей 46 копеек, при расчете использована ставка роялти – 3,72 %.

Поскольку размер компенсации должником не оспорен, сведений об ином размере задолженности не представлено, следовательно, заявление кредитора правомерно признано судом первой инстанции обоснованным, однако АО КЗ «Крин» полагает, что требование подлежит включению в размере 3 022 309 рублей 46 копеек в третью очередь реестра требований кредиторов должника в составе основного долга.

Вместе с тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при

нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Как указано в пункте 5 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» принимая во внимание правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированные в постановлениях от 13.12.2016 N 28-П и от 13.02.2018 N 8-П, рекомендации которого по внесению в законодательство соответствующих изменений еще не реализованы, исходя из общих принципов гражданско-правовой ответственности и учитывая, что правообладатель товарного знака освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков, а санкция в виде выплаты компенсации, рассчитанной на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит применению независимо от вины лица, нарушившего исключительное право на товарный знак при осуществлении им предпринимательской деятельности, при применении мер ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак, тем не менее - с учетом штрафного характера компенсации и преследуемых при ее применении публичных целей - нельзя не учитывать предпринятые таким лицом необходимые меры и проявление им разумной осмотрительности, чтобы избежать неправомерного использования объекта интеллектуальной собственности, права на который принадлежат другому лицу.

В настоящем споре согласно положениям статей 1250, 1252, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявленная кредитором к включению в реестр требований кредиторов должника денежная сумма по своей правовой природе фактически представляет компенсацию за незаконное использование товарного знака, так как при нарушении исключительного права право выбора способа защиты в виде взыскания неосновательного обогащения законодательством не предусмотрено.

Как указано в пункте 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда», будучи мерой гражданско-правовой ответственности, компенсация имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

В силу пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве требование кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Таким образом, поскольку компенсация по своей правовой природе является штрафной санкцией, применяемой вместо убытков, то подлежит

погашению с учетом пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2021 N 305-ЭС19-20691(6)), при этом доводы кредитора об отнесении компенсации за незаконное использование товарного знака к основному долгу ошибочны, основаны на неверном толковании действующих правовых норм и подлежат отклонению с учетом изложенной позиции Конституционного Суда Российской Федерации. Кроме того, даже взысканная в порядке статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация имеет правовую природу, схожую с упущенной выгодой, что также свидетельствует о правомерности применения пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве.

При этом апелляционный суд полагает необходимым обратить внимание заявителя на то, что исходя из природы рассматриваемого требования нормы о неосновательном обогащении к рассматриваемым правоотношениям применены быть не могут, утверждения заявителя об обратном ошибочны, основаны на субъективном мнении лица, заинтересованного в исходе рассмотрения дела, и не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

Вопреки позиции заявителя, положениями статьи 168 АПК РФ арбитражный суд наделен правом определить, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по рассматриваемому делу, в связи с чем указание заявителя на самостоятельное изменение судом предмета и основания иска подлежит отклонению.

В этой связи, принимая во внимание указанные выше нормы права, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными

Судебный акт в обжалуемой заявителем части принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены по доводам жалобы не имеется.

Апелляционная жалоба является необоснованной и удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кировской области от 19.01.2025 по делу № А28-13949/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу акционерного общества Кировский завод «Красный инструментальщик» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий Н.А. Кормщикова

Судьи А.С. Калинина

Е.Н. Хорошева