Постановление по делу № Ф05-15971/2025 от 01.11.2025

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

01.11.2025

Дело № А40-278096/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 28.10.2025

Полный текст постановления изготовлен 01.11.2025

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Морхата П.М.,

судей Кузнецова В.В., Усачевой Е.В.

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий должника ООО «Теплостар» ФИО1 лично, паспорт

от ФИО2 (генеральный директор и учредитель должника) представитель ФИО3 и ФИО3 по доверенности от 05.06.2024;

иные лица извещены надлежащим образом, представители не явились,

рассмотрев в судебном заседании

кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «СЛК «Дубрава Рус-Микс» ФИО4 (конкурсный кредитор)

на определение Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2025 (т. 5 л.д. 129-134) и

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2025 (№ 09АП-31989/2025) по делу № А40-278096/2022 (т. 2 л.д. 28-32)

в части отказа в удовлетворении заявленных требований

(удовлетворено заявление конкурсного управляющего должника о частично: привлечен к субсидиарной ответственности ФИО2; взыскано с ФИО2 в пользу конкурсной массы ООО «Теплостар» в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в сумме 89 489 рублей 84 копеек);

(заявитель просил на общую сумму 10 531 199 рублей 31 копейка)

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Теплостар» (ИНН <***>),

(заявление о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим должника ФИО1 было подано в электронном виде 06.08.2024 в 14:58 мск на общую сумму 10 531 199 рублей 31 копейка) (т. 5 л.д. 2-6))

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 06.09.2023 по делу № А40-278096/2022 признано несостоятельным (банкротом) ООО «Теплостар» в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1.

06.08.2024 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и взыскании с него денежных средств в размере 10 441 709 рублей 47 копеек.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2025 по делу № А40-278096/2022 заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 - удовлетворено частично, с ФИО2 в пользу конкурсной массы ООО «Теплостар» в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в сумме 89 489 рублей 84 копеек. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано (т. 5 л.д. 129-134).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2025 (№ 09АП-31989/2025) по делу № А40-278096/2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2025 по делу №А40-278096/22 в обжалуемой части оставлена без изменения, апелляционная жалоба конкурсного управляющего - без удовлетворения (т. 2 л.д. 28-32).

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий конкурсного кредитора ООО «СЛК «Дубрава Рус-Микс» ФИО4 обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и направить спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение арбитражными судами норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов арбитражных судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что представленные сведения по факту переплаты в бюджет, не соответствуют действительности; причинены убытки, в результате списания и сдачи в аренду производственной линии.

Поступившие от ФИО2 и конкурсного управляющего должника отзывы на кассационную жалобу приобщены к материалам дела.

ФИО2 в отзыве просит оставить судебные акты без изменения.

Конкурсный управляющий должника в отзыве просит удовлетворить кассационную жалобу.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы кассационной жалобы поддержал, представитель ФИО2 возражал относительно удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судебная коллегия Арбитражного суда Московского округа постановила.

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с настоящим требованием, конкурсный управляющий ссылался на то, что ФИО2 не передал ему документацию должника, тогда как отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

На основании изложенного конкурсный управляющий просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий указал, что совокупный размер субсидиарной ответственности, складывающийся из размера требований кредиторов и текущих требований, составляет 10 531 199 рублей 31 копейку, в связи с чем, просил взыскать с ФИО2 указанную сумму.

В ходе рассмотрения дела арбитражными судами установлено, что конкурсный управляющий не представил достаточных и убедительных доказательств виновных действий ответчика, которые бы однозначно свидетельствовали о наличии оснований для привлечения к ответственности в полном объеме заявленных требований.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, арбитражные суды установили, что конкурсный управляющий не представил достаточных доказательств вины ФИО2 в действиях, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов.

В частности, конкурсным управляющим не подтверждено, что непередача документации существенно затруднила формирование конкурсной массы.

Как следует из материалов дела, бывшим руководителем Должника исполнена обязанность по передаче документации должника конкурсному управляющему в части касающихся имущества и обязательств, что подтверждается предоставленными в материалы дела документами о передаче путем направления на электронную почту конкурсного управляющего.

Конкурсному управляющему также предложено ознакомится с документацией должника по адресу нахождения документов.

Вместе с тем, конкурсный управляющий ссылался на то, что невыполнение ФИО2 обязанности по передаче конкурсному управляющему документации привело к отсутствию возможности сформировать конкурсную массу должника.

Как указано арбитражными судами, сам факт наличия в материалах дела информации о судебных спорах по взысканию задолженности (в частности, иск к ООО «ПЕГАС» на 3 560 000 рублей) свидетельствует о том, что конкурсный управляющий располагал достаточными документами для осуществления своих полномочий.

Кроме того, из пояснений ответчика суды установили, что заявление конкурсного управляющего ООО «СЛК «Дубрава Рус-Микс» о признании ООО «Теплостар» несостоятельным (банкротом) было подано в связи с признанием недействительной сделкой договора уступки прав (цессии) № 1 от 08.05.2018, заключенного между ООО «Теплостар» и ООО «СЛК «Дубрава Рус-Микс» в рамках дела № А40-294216/19-24-349Б, принятого решением Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2022.

Указанным решением Должник обязан был возвратить в конкурсную массу ООО «СЛК «Дубрава Рус-Микс» денежные средства в размере 10 000 000 рублей.

Признание недействительным договора уступки явилось основанием для взыскания в пользу ООО «Теплостар» дебиторской задолженности с ООО «Дубрава», что стало и следствием восстановления права требования ООО «Теплостар» к ООО «Дубрава» в размере 10 000 000 рублей.

Как отметили арбитражные суды, признание данной сделки недействительной само по себе не могло причинить вред имущественным интересам кредиторов, поскольку восстановило право требования к ООО «Дубрава».

При этом конкурсный управляющий не предпринял действий для реализации этого права требования, несмотря на то, что такой возможностью он располагал.

Арбитражные суды также пришли к выводу об отсутствии вины ФИО2 в банкротстве ООО «СЛК Дубрава Рус-Микс».

Как установлено арбитражными судами, именно ООО «СЛК Дубрава Рус-Микс» выступало стороной по оспоренной сделке и самостоятельно осуществляло платежи, что исключает ответственность ФИО2 за последствия признания сделки недействительной.

Вместе с тем, конкурсный управляющий в обоснование своего требования также ссылался на то, что своими действиями по непередаче имущества ФИО2 действовал с нарушением принципов добросовестности и разумности, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов на сумму 6 081 000 рублей, и это, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует о наличии вины в действиях ФИО2, как контролирующего должника лица, так как указанное имущество безосновательно выбыло из конкурсной массы, а кредиторы лишись возможности покрыть свои требования к должнику за счет средств, полученных от реализации данного имущества.

Как отметили арбитражные суды сумма, заявленная конкурсным управляющим, усматривается из бухгалтерской отчетности должника за 2022 год.

Арбитражные суды установили, что заявленные конкурсным управляющим требования на сумму 1 834 000 рублей относятся непосредственно к отложенным налоговым активам, так как в соответствии с пунктом 23 Минфина России от 19.11.2002 № 114н «Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету «Учет расчетов по налогу на прибыль организаций» ПБУ 18/02» отложенные налоговые активы и отложенные налоговые обязательства отражаются в бухгалтерском балансе соответственно в качестве внеоборотных активов и долгосрочных обязательств.

Следовательно суды пришли к выводу о том, что отложенные налоговые активы на сумму 1 834 000 рублей не являются материальными активами и не могли быть фактически выведены из конкурсной массы.

Как указали арбитражные суды, конкурсный управляющий не представил убедительных доказательств того, что указанные суммы представляли собой ликвидные активы, которые могли быть использованы для расчетов с кредиторами.

Так, в бухгалтерском балансе должника за 2022 год информация о запасах отражается в разд. II «Оборотные активы» по строке 1210 «Запасы». По данной строке фактически отражается себестоимость запасов за вычетом резерва под обесценение (пункт 35 ПБУ 4/99 «Бухгалтерская отчетность организации»).

Как пояснил ответчик, указанная сумма является коммерческими расходами должника, в подтверждение чего была предоставлена для обозрения карточка счета 44 за декабрь 2022 года, где, в частности, и отражена сумма в размере 47 286 рублей 77 копеек, которая как раз и соответствует строке 1210 баланса. Несоответствие сумму баланса и карточки предприятия объясняется исключительно тем обстоятельством, что при отражении данных в балансе происходит округление в меньшую стоимость вплоть до тыс. руб.

Как видно из карточки счета 44 за декабрь 2022 года, на балансе должника числятся такие расходы как расходы на аренду склада, расходы на оплату труда и страховые взносы, на услуги связи и расходы на юридические услуги. То есть, в соответствии с Инструкцией по применению Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций, утв. Приказом Минфина России от 31.10.2000 № 94н должником правомерно отражались такие расходы непосредственно на этом счете, так как на данном счете отражаются: расходы на затаривание и упаковку изделий на складах готовой продукции; на доставку продукции на станцию (пристань) отправления, погрузку в вагоны, суда, автомобили и другие транспортные средства; комиссионные сборы (отчисления), уплачиваемые сбытовым и другим посредническим организациям; на перевозку товаров; на оплату труда; на аренду и др.

Ответчиком также пояснено, что затраты, отраженные в карточки счета 44 были списаны с учета в 1 квартале 2023 года.

Судами установлено, что закрытие счета 44 происходило в учете должника путем списания расходов на продажу с кредита счета 44 в дебет счета 90 «Продажи», субсчет 90.02 «Себестоимость продаж» или субсчет 90.07 «Расходы на продажу» (пункты 4, 7 ПБУ 1/2008, п. 20 ПБУ 10/99) ежемесячно. Указанный актив формирует налоговые обязательства и не представляет возможности кредиторам покрыть свои требования к должнику за счет средств, полученных от реализации данного имущества.

Вместе с тем, в отношении суммы в размере 4 101 000 рублей арбитражными судами установлено следующее.

В бухгалтерском балансе должника за 2022 год информация о финансовых и других оборотных активов отражена в разделе 1230. По данной строке Бухгалтерского баланса организациями отражается информация о стоимости оборотных активов, за исключением запасов, денежных средств и денежных эквивалентов.

Ответчиком предоставлена расшифровка раздела 1230, где в частности отражены следующие данные:

- налог на прибыль организаций в размере 3 436 229 рублей 39 копеек,

- налог на добавленную стоимость в размере 88 585 рублей 22 копейки,

- дебиторская задолженность в размере 447 676 рублей 21 копейка.

Как следует из объяснений и предоставленных ответчиком документов, сумма денежных средств в размере 3 571 431 рублей 28 копеек представляет собой не что иное, как переплату в бюджет по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль организацией за период с 1 по 3 квартал 2022 году в результате уплаты авансовых платежей по налогу на прибыль, которые подлежат взысканию с налогового органа по причине получения в 4 кв. 2022 году убытка.

Конкурсный управляющий указанный факт документально не опроверг.

В подтверждение указанного обстоятельства, ответчиком предоставлена карточка счета 68.04.1 «Расчеты с бюджетом», 68.02 «Налог на добавленную стоимость» и счета 19.

В подтверждение того, что в учете должника дебиторской задолженности в указанной сумме нет, ответчик пояснил, что сумма дебиторской задолженности поставщиков не отражает действительных обязательств по состоянию на 2022 год, так как после составления бухгалтерского баланса за 2022 год от поставщиков поступали документы об исполнении взятых ими обязательств, так как счет 60.02 является счетом по выданным авансам, то есть по работ, которые еще не выполнены.

Следовательно, в данном случае сальдо по дебету счета 60.02 «Расчеты по авансам выданным поставщикам» не отражает действительных обязательств сторон.

В подтверждение того, что указанной задолженности нет, ответчиком предоставлена карточка счета 60.02 «Расчеты по авансам выданным поставщикам» за 1 кв. 2023 года, с отражением суммы выданных авансов в размере 89 489 рублей 84 копейки.

Так, арбитражные суды установили, что представленные ответчиком доказательства - карточки счетов 68.04.1, 68.02 и 19, а также карточка счета 60.02 за 1 квартал 2023 года - достоверно подтверждают отсутствие факта безосновательного выбытия имущества из конкурсной массы.

При этом суды обратили внимание на то, что сальдо по счету 60.02 отражает выданные авансы, а не реальную задолженность поставщиков.

Относительно денежных средств в размере 98 000 рублей, отраженных в балансе, арбитражные суды пришли к выводу о правомерности их использования на выплату заработной платы.

Как усматривается из бухгалтерской отчетности должника за 2022 г. по строке 1250 баланса также числилась сумма денежных средств в размере - 98 000 рублей.

Строка 1250 входит в состав оборотных активов организации и называется «Денежные средства и денежные эквиваленты». Денежные средства компании - это совокупность денег в наличной и безналичной форме в кассе, на банковских расчетных, валютных и иных счетах организации. Они отражаются в активе бухгалтерского баланса и выступают средством платежа, обращения, накопления и сбережения, а также средством измерения для иных активов.

Денежные средства компании зачастую используют для расчетов с поставщиками, подрядчика, для выплаты заработной платы, командировочных расходов, отпускных, а также для иных расчетов.

Судами установлено, что определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2022 заявление ООО «СЛК «Дубрава Рус-Микс» о признании ООО «Теплостар» несостоятельным (банкротом) было принято к производству.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2023 заявленное требование было признано обоснованным и в отношении должника введена процедура наблюдения сроком на 6 месяцев.

Как следует из материалов дела, временный управляющий не обращался с ходатайством в арбитражный суд об отстранении руководителя должника от должности, иным образом не заявлял о выявленных правонарушениях со стороны бывшего руководителя.

Следовательно, бывший руководитель должника осуществлял обязанности руководителя должника, как в период действия наблюдения, так и вплоть до введения в отношении ООО «Теплостар» процедуры банкротства, которое было назначено Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.09.2023.

Таким образом, ответчик, как трудоустроенный руководитель, вправе претендовать на получение заработной платы в соответствии с общими нормами статьи 15, 56 ТК РФ о трудовых отношениях.

Как следует из предоставленных ответчиком документов, денежные средства, которые числились в балансе должника (в строке касса) составляли 98 455 рублей 52 копейки и были выплачены в счет ранее начисленной заработной платы за период с ноября по декабрь 2022 года, что подтверждается расходно-кассовым ордером № 1 от 10.01.2023.

Принимая во внимание изложенное, арбитражные суды установили отсутствие доказательств неправомерных действий со стороны ФИО2 в части вывода имущества из конкурсной массы.

Как отмечено арбитражными судами, представленные конкурсным управляющим доказательства не подтверждают доводы о том, что именно отсутствие документов бухгалтерского учета и отчетности должника затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, сделало невозможным формирование конкурсной массы должника.

Конкурсным управляющим не доказано наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а именно, что отсутствие документации должника привело к невозможности формирования конкурсной массы, расчетов с кредиторами, а также не предоставлены доказательств причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате мнения конкурсного управляющего о безосновательном выбытии имущества из конкурсной массы должника.

Арбитражные суды установили, что ФИО2 предпринимал меры по взысканию задолженности, включая направление претензий и судебные иски, а сам договор цессии был признан недействительным лишь в 2022 году, уже после его подписания.

При этом аффилированность ООО «Дубрава» и ООО «СЛК «Дубрава Рус-Микс» через контролирующее лицо ФИО5 подтверждена судебными решениями, что исключает вину ФИО2 в сокрытии или выводе активов.

Довод конкурсного управляющего о незаконном списании активов, включая линию по производству паллет и транспортные средства, также опровергается представленными в материалы дела доказательствами.

Так, оборудование было передано в аренду по договорам, которые не оспаривались, а его списание связано с физическим износом и нерентабельностью ремонта, что подтверждается пояснениями специалистов и судебными актами по аналогичным спорам.

В отношении транспортных средств ответчик пояснил, что они были переданы в лизинг с правом выкупа, что соответствует закону, а их дальнейшая судьба не свидетельствует о злонамеренных действиях ответчика.

Указывая на необоснованное различие в бухгалтерском и налоговом учете, конкурсным управляющим не учтены нормы ПБУ 18/02, согласно которым такие расхождения допустимы.

Ответчик пояснил, что указанные в балансе суммы не являются материальными активами, а отражают отложенные налоговые обязательства, которые не могли быть использованы для расчетов с кредиторами.

Вместе с тем, доводы конкурсного управляющего о непогашении задолженности перед ФИО6 отклонены арбитражными судами, поскольку согласно материалам дела выплаты производились в соответствии с актами сверок, а оспариваемый договор займа 2021 года не был признан недействительным из-за отсутствия доказательств его притворности.

Судебная коллегия соглашается с выводами арбитражных судов.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц по своей природе является деликтной и представляет собой обязательство такого лица из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате его неправомерных действий (бездействия), которые выходят за пределы обычного делового риска, стали необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. По смыслу, придаваемому этой норме в правоприменительной практике, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы; суд оценивает существенность влияния таких действий (бездействия) на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между ними и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). При этом в силу пункта 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности тогда, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015).

По своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

При рассмотрении вопросов связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями данными в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Статьей 61.11 Закона о банкротстве установлена субсидиарная ответственность контролирующего лица за невозможность полного погашения требований кредиторов.

При доказанности обстоятельств, составляющих закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, арбитражный суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Таким образом, при рассмотрении соответствующих споров судам необходимо исходить из того, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено именно на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства и является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Такой иск направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору (уполномоченному органу), а генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса.

Арбитражные суды верно пришли к выводу об отсутствии вины ФИО2 в банкротстве должника.

Конкурсный управляющий не представил достаточных и убедительных доказательств виновных действий ответчика, которые бы однозначно свидетельствовали о наличии оснований для привлечения к ответственности в полном объеме заявленных требований.

Конкурсным управляющим не доказано наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации (либо части документации) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а именно, что отсутствие документации должника привело к невозможности формирования конкурсной массы, расчетов с кредиторами, а также не предоставлены доказательств причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате мнения конкурсного управляющего о безосновательном выбытии имущества из конкурсной массы должника.

Относительно довода конкурсного управляющего, что из конкурсной массы безосновательно выбыли активы в размере 3 571 431 рублей 28 копеек, так как согласно справке из ФНС РФ переплата в бюджет составляет 190 730 рублей 87 копеек, судебная коллегия отмечает следующее.

Согласно пояснениям ответчика заявление о привлечении к субсидиарной ответственности было подано в рамках бухгалтерской отчетности ООО «Теплостар» за 2022 год и содержащихся там сведений, а налоговая справка выдана ФНС в 2025 года и по сути формируется налоговой отчетностью. Бухгалтерский и налоговый учет представляют собой две самостоятельные системы.

Как отметил ответчик неверно сравнивать данные из бухгалтерской отчетности с отчетностью, предоставленной в налоговый орган. Разные правила признания одних и тех же доходов и расходов приводят к тому, что в бухгалтерском и налоговом учете формируются разные финансовые результаты за один и тот же период.

В соответствии с п. 3 Приказа Минфина от 19 ноября 2002 г. № 114н «Об утверждении положения по бухгалтерскому учету «учет расчетов по налогу на прибыль организаций» ПБУ 18/02» установлено, что разница между бухгалтерской прибылью (убытком) и налогооблагаемой прибылью (убытком) отчетного периода, образовавшаяся в результате применения различных правил признания доходов и расходов, которые установлены в нормативных правовых актах по бухгалтерскому учету и законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, состоит из постоянных и временных разниц.

Согласно п. 4 и 5ПБУ 18/02 под постоянными разницами понимаются доходы и расходы формирующие бухгалтерскую прибыль (убыток) отчетного периода, но не учитываемые при определении налоговой базы по налогу на прибыль как отчетного, так и последующих отчетных периодов, а под временными разницами понимаются доходы и расходы, формирующие бухгалтерскую прибыль (убыток) в одном отчетном периоде, а налоговую базу по налогу на прибыль - в другом или в других отчетных периодах, а также результаты операций, не включаемые в бухгалтерскую прибыль (убыток), но формирующие налоговую базу по налогу на прибыль в другом или в других отчетных периодах. Временная разница по состоянию на отчетную дату определяется как разница между балансовой стоимостью актива (обязательства) и его стоимостью, принимаемой для целей налогообложения.

Именно убыток, который образовался в сумме 3 571 431 рублей 28 копеек от осуществления хозяйственной деятельности за 2022 год и отражен в оборотно-сальдовой ведомости по счету 68.4, и по этому ответчик и указывал о том, что указанная сумма представляет собой не что иное, как переплату в бюджет по налогу на прибыль организацией, так как указанная сумма в конечном счете должна была быть перенесена в карточку счета 09 за период 2022 года, в целях последующего уменьшения налоговой базы по прибыли в будущем (п. 1 ст. 283 НК РФ).

Указанный довод был рассмотрен арбитражным судом апелляционной инстанции.

Относительно довода заявителя жалобы о необоснованном списании основных средств, судебная коллегия отмечает следующее.

Как обоснованно установлено арбитражными судами ООО «Теплостар» не списывало транспортные средства, а заключило в 2015 году договор лизинга, по которому предоставила в аренду ООО «Пегас-Логистик» транспортные средства с последующим выкупом, что и было сделано.

Довод заявителя жалобы о незаконном списании активов, включая линию по производству паллет и транспортные средства, также опровергается представленными в материалы дела доказательствами.

Судебная коллегия арбитражного суда кассационной инстанции считает, что выводы арбитражных судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства в связи с чем, оснований для иной оценки выводов арбитражных судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Опровержения названных установленных арбитражными судами обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы арбитражного суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.

Иная оценка заявителем жалобы установленных арбитражными судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, на основании вышеизложенного арбитражный суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в них доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2025 (№ 09АП-31989/2025) по делу № А40-278096/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «СЛК «Дубрава Рус-Микс» ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Морхат П.М.

Судьи: Кузнецов В.В.

Усачева Е.В.