ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

06.11.2025 Дело № А40-67702/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 22.10.2025

Полный текст постановления изготовлен 06.11.2025

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Трошиной Ю.В.,

Калининой Н.С., ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: представители по доверенности от 31.01.2024 ФИО3 С;

от ФИО2: представитель по доверенности от 10.12.2021 ФИО4

ФИО5 – лично, паспорт Российской Федерации;

от ГК «АСВ»: представитель по доверенности от 10.12.2024 ФИО6;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2025

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025

по заявлению финансового управляющего ФИО2

о признании сделки недействительной

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

финансовый управляющий должника ФИО5 (далее – финансовый управляющий) обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением, содержащим следующие требования:

признать недействительным договор купли-продажи от 06.10.2015 № 115-ДКП/15, заключенный между Религиозной организацией «Финансово-хозяйственное управление Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)» (далее – РО «ФХУ РПЦ (Московский Патриархат)») и ФИО2 (далее – ФИО2) в отношении квартиры № 18 (кадастровый номер 77:05:0001009:4592), расположенной по адресу: Российская Федерация, город Москва, внутригородская территория муниципального округа Донской, 3-й Донской проезд, дом 1 (далее – квартира № 18);

применить последствия недействительности сделки в виде признания права собственности на квартиру № 18 за должником ФИО2 (далее – должник, ФИО2).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2025, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025, в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной отказано.

Не согласившись с вышеуказанными судебными актами, кредитор – Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «АСВ») обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты и принять новый судебный акт.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

От ФИО2 поступил отзыв, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ГК «АСВ» и финансовый управляющий должника поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе. Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения кассационной жалобы, ссылаясь на содержание своего отзыва, и просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения в их отсутствие.

Согласно части 1 статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов исключительно в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах и возражениях на них.

Изучив материалы дела, заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

При рассмотрении обособленного спора по существу судами первой и апелляционной инстанций установлены следующие обстоятельства.

07.05.2021 в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), определением арбитражного суда первой инстанции от 02.08.2021 введена процедура реструктуризации долгов, а решением суда от 04.02.2022 должник признан банкротом.

Должник являлся бенефициаром следующих кредитных организаций: ООО КБ «Анталбанк», ООО КБ «РБС», ООО «Межрегионбанк», АО «НСТ-Банк», ЗАО КБ «Лада-кредит», ОАО Банк «Содружество», ООО КБ «Дорис банк», АО «Гринфилдбанк», ОАО КБ «Максимум» (далее – Банки).

В отношении указанных банков Банком России отозваны лицензии на осуществление банковских операций, назначена временная администрация (приказы от 24.09.2015 № ОД-2356, от 23.10.2015 № ОД-2891, от 23.10.2015 № ОД-2893, от 16.10.2015 № ОД-2834, от 23.11.2015 № ОД-3273, от 10.11.2015 № ОД-3101, от 16.11.2015 № ОД-3179, от 10.11.2015 № ОД-3099, от 16.10.2015 № ОД-2832).

Судебными актами в отношении этих кредитных организаций введены процедуры банкротства с открытием конкурсного производства; функции конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ» (дела №№ А40-223182/15, А40-220054/15, А40-219930/15, А47-12571/15, А40-202708/15, А40-202834/15, А40-208868/15, А40-208852/15, А53-32249/15).

Вступившим в законную силу 10.01.2024 приговором Замоскворецкого районного суда города Москвы от 05.04.2022 по уголовному делу № 1-3/22 ФИО2, фактический собственник группы банков «Антал» (ООО КБ «Анталбанк», ООО КБ «РБС», ООО «Межрегионбанк», АО «НСТ-Банк», ЗАО КБ «Лада-кредит», ОАО Банк «Содружество», ООО КБ «Дорис банк», АО «Гринфилдбанк», ОАО КБ «Максимум»), и иные лица признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 и частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) (9 эпизодов), выразившихся в хищении имущества банков на общую сумму, превышающую 37 миллиардов руб., ФИО2 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет и 8 месяцев со штрафом в размере 9 500 000 руб.

Судом признано право банков на удовлетворение заявленного гражданского иска о получении возмещения, но для проведения дополнительных расчётов его рассмотрение передано в рамках гражданского судопроизводства. Арест, наложенный в рамках уголовного дела на имущество ФИО2, в том числе на имущество, оформленное на третьих лиц, сохраняется до вынесения решения по гражданскому иску.

Анализ приговора и материалов уголовного дела позволил финансовому управляющему установить факт заключения мнимых сделок, направленных на сокрытие движимого и недвижимого имущества должника, которые совершены путём формального оформления права собственности на близких родственников и доверенных лиц, чтобы сделать невозможным последующее обращение взыскания, в частности:

договор купли-продажи от 06.10.2015 № 115-ДКП/15, заключённый между РО «ФХУ РПЦ (Московский Патриархат)» (далее – продавец) и ФИО2 (далее – покупатель), по условиям которого продавец продаёт квартиру № 18, а покупатель покупает её за 51 371 154 руб.

Финансовый управляющий, полагая, что договор купли-продажи является ничтожным как притворная сделка, прикрывающая сделку по приобретению должником объектов недвижимости, совершённую при злоупотреблении правом с целью сокрытия ликвидного актива и недопущения обращения на него взыскания по обязательствам должника, обратился в суд с заявленными требованиями на основании статей 10, 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, с которым согласилась апелляционная инстанция, руководствуясь статьями 10, 168, 170, 209, 421, пунктом 3 статьи 423, пунктом 1 статьи 454, пунктом 1 статьи 549, статьями 551, 554, 555, пунктом 1 статьи 556 ГК РФ, а также разъяснениями, изложенными в пунктах 4, 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 32), принимая во внимание определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.10.2002 № 6282/02, от 01.11.2005 № 2521/05, исходил из реальности оспариваемой сделки, так как стороны согласовали условия договора, подтвердили оплату и передачу имущества, а также направили документы для государственной регистрации, поэтому фактическим собственником является дочь должника ФИО2, подтвердившая свою финансовую состоятельность и несущая бремя содержания имущества, при этом факт родства не делает сделку недействительной, доказательства обратного не представлены, кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства противоправной цели или того, что имущество приобретено на похищенные средства в интересах должника.

Суд округа соглашается с судами обеих инстанций, отклонившими доводы о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности по оспариванию сделок, который составляет три года с момента начала исполнения сделки или с момента, когда лицо узнало о нарушении своего права, согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ. В данном случае срок исковой давности истекает 04.02.2025, так как решение суда о признании должника банкротом принято 04.02.2022, а заявление подано 25.09.2024, что соответствует установленным законом срокам.

Вместе с тем, судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

В рассматриваемом споре финансовый управляющий оспаривает сделку купли-продажи квартиры № 18, ссылаясь на статьи 10, 168, 170 ГК РФ и утверждая о её притворности. По мнению управляющего, дочь должника, ФИО2, является мнимым владельцем, а фактическим собственником — должник ФИО2, поскольку имущество приобретено на имя третьего лица (дочери должника ФИО2) за счёт средств, похищенных у потерпевших. Управляющий обосновывал свою позицию тем, что цель сделки - избежать обращения взыскания на имущество должника, так как на момент её совершения должник знал о своих противоправных действиях в отношении потерпевших и понимал дальнейшие последствия таких действий. Следовательно, сделка прикрывает приобретение имущества должником ФИО2 и, таким образом, выводит его из конкурсной массы должника.

Такая сделка, совершенная номинальным правообладателем в интересах должника, является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, и должник рассматривается как собственник соответствующего имущества, на которое может быть обращено взыскание по требованию его кредиторов.

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения данного обособленного спора, исходя из заявленного основания оспаривания, имели обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта реальности приобретения спорной квартиры № 18 за счёт собственных денежных средств дочери должника ФИО2 либо похищенных должником ФИО2 Для установления данных обстоятельств необходимо определить финансовую возможность дочери должника ФИО2

При рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций финансовый управляющий и кредитор ГК «АСВ» указывали, что документального подтверждения наличия у дочери должника, ФИО2, финансовой возможности приобрести квартиру № 18 стоимостью более 50 млн руб. не представлено. Финансовый управляющий и кредитор ГК «АСВ» также заявили об отсутствии в деле доказательств, подтверждающих происхождение, накопление и последующее снятие денежных средств, предоставленных родственниками (отцом) мужа дочери должника в спорный период. При этом управляющий и кредитор ГК «АСВ» подчеркнули, что значительное количество имущества, принадлежащего отцу (любому родственнику) супруга дочери должника, само по себе не является подтверждением наличия у него денежных средств. Финансовый управляющий и кредитор ГК «АСВ» просили учесть, что имущество оформлено на ФИО2, а не на супруга, поэтому, по их мнению, вероятнее всего, средства предоставлены её отцом, должником ФИО2 Более того, финансовый управляющий и кредитор ГК «АСВ» неоднократно обращали внимание судов обеих инстанций на то, что квартира приобретена в период активного сокрытия должником выведенных из банков денежных средств, что свидетельствует об оформлении имущества на дочь для сокрытия.

Принимая во внимание заявленное основание недействительности сделки, установление либо опровержение указанных обстоятельств имело существенное значение для правильного рассмотрения спора. Вместе с тем суды не дали оценки доводам финансового управляющего, кредитора ГК «АСВ» и уклонились от исследования представленных сторонами доказательств в отношении данных обстоятельств.

Кроме того, в обоснование своих доводов финансовый управляющий ссылался на то, что период приобретения имущества совпадает с деятельностью преступной организации, в том числе с дальнейшим пресечением и необходимостью сокрытия похищенных средств.

Кредитор ГК «АСВ» ссылался на то, что он, как потерпевший, не имеет возможности представить прямые доказательства, но совокупность обстоятельств указывает на общность интересов и возможность использования должником похищенных средств для приобретения недвижимости. При этом ГК «АСВ» ссылалось на хронологию приобретения имущества должником и связанными с ним лицами:

2013–2015 гг.: ФИО7 (охранник/водитель ФИО2), ФИО8 (жена брата ФИО2), ФИО9 (водитель ФИО2) и ФИО10 (бывшая жена ФИО2) приобрели дорогие автомобили: Toyota Land Cruiser, Mercedes-Benz G63 AMG, Ferrari, Porsche Panamera, Bentley, Lamborghini, BMW i8, Mercedes-Benz GL 500/GL63 AMG, Mercedes-Benz V 250 Bluetec, Mercedes-Benz ML 400.

Август–октябрь 2015 года: ФИО11 (сестра ФИО2) приобрела жильё и машино-места. В этот период у ряда банков были отозваны лицензии.

Декабрь 2015 года: ФИО2 задержан, ему предъявлено обвинение.

Декабрь 2015 года – март 2016 года: произошли многочисленные перепродажи автомобилей между родственниками и доверенными лицами ФИО2 (включая Д-вых, являющихся родственниками М-вых), часто по заниженным ценам, при этом некоторые сделки не имели доказательств оплаты.

Февраль 2016 года: ФИО11 продала машино-места и жильё ФИО12

В ходе расследования установлено, что ФИО2 является фактическим собственником ряда транспортных средств и иного имущества, приобретённых на преступные средства и фиктивно оформленных на родственников и приближённых лиц, часть имущества фиктивно переоформлена на третьих лиц для сокрытия от взыскания, о чём также свидетельствуют ряд судебных актов (постановления Черемушкинского районного суда города Москвы от 06.10.2016 и от 06.12.2016, Замоскворецкого районного суда города Москвы от 01.04.2022, приговор Замоскворецкого районного суда города Москвы от 05.04.2022).

Кроме того, кредитор ГК «АСВ» ссылался на следующие протоколы допроса:

Из протокола допроса ФИО9 от 14.04.2016 следует, что он являлся водителем ФИО2 и его семьи, оформлял автомобили по поручению должника, которые затем забирали представители ФИО2 ФИО9 пояснил, что должник оформлял автомобили на свою супругу ФИО10, ФИО8 и других родственников. ФИО9 пояснил, что при покупке автомобилей представитель ФИО2 вносил деньги в кассу. ФИО9 назвал среди оформленных на него автомобилей Ferrari, Bentley, Rolls-Royce, Mercedes-Benz и BMW, которые ему фактически не принадлежали.

Согласно протоколу допроса ФИО13, работающего садовником по адресу: <...>, дом на участке фактически принадлежит ФИО2 и его супруге, на кого оформлен, не известно ему. ФИО13 пояснил, что 18.12.2015 в доме проведен обыск, после чего 19.12.2015 охранники и водители ФИО2 забрали все использовавшиеся им транспортные средства.

Указанные доводы финансовый управляющий и кредитор ГК «АСВ» также не получили оценки при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций.

Отклоняя аргументы финансового управляющего, основанные на судебных актах в рамках уголовного дела, в частности, выразившиеся в хищении имущества банков на общую сумму, превышающую 37 миллиардов рублей, и на отсутствии документального подтверждения финансовой возможности у дочери должника ФИО2 по приобретению спорной квартиры за счет собственных средств либо средств отца ее супруга, поскольку их аккумулирование и снятие отцом супруга ФИО2 не раскрыто, суды сослались на недоказанность притворности сделки, оспариваемой в рассматриваемом обособленном споре, и исходили из следующего.

Суды установили, что стороны договора купли-продажи недвижимости совершили все необходимые действия: согласовали условия, подтвердили оплату и передачу имущества, а также подали документы на регистрацию. Финансовое положение покупателя на момент сделки подтверждено.

Само по себе родство сторон (дочь должника) не делает сделку недействительной. Аффилированность сторон перераспределяет бремя доказывания, но не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, если она реальна и разумна.

Суды не нашли доказательств злоупотребления правами, противоправной цели сторон или приобретения имущества в интересах должника для избежания взыскания. Также не представлено доказательств, что стороны сделок находились на иждивении должника или последний передавал им денежные средства для покупки имущества. В рамках уголовного дела не установлено, что имущество приобретено на похищенные средства.

Между тем судами первой и апелляционной инстанции не учтено, что наличие связей между должником и ФИО2 объясняет мотивы ее совершения. При этом отношения, обусловливающие наличие соответствующих мотивов, могут быть как юридически формализованными, так и фактическими.

Таким образом, указанные доводы подлежали оценке на предмет установления заинтересованности и подконтрольности ФИО2 по отношению к должнику и ее осведомленности о противоправной цели сделок.

Применительно к установлению обстоятельств заинтересованности и осведомленности о цели сделки суды также должны оценить доводы заявителя о наличии между должником и ФИО2 родственной связи.

Кроме того, при рассмотрении споров о признании недействительной притворной по субъектному составу сделки с участием заинтересованного по отношению к должнику лица заявителю достаточно породить разумные сомнения относительно того, является ли приобретатель по договору действительным собственником имущества. В этом случае на должника и непосредственного участника сделки переходит бремя опровержения приведённых сомнений.

В рассматриваемом деле уклонение судов от оценки доводов заявителя о аффилированности ответчика по отношению к должнику привело к неправильному распределению бремени доказывания.

На основании изложенного вывод судов о недоказанности совершения договора купли-продажи от 06.10.2015 № 115-ДКП/15 должником сделан при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, и неверном распределении бремени доказывания.

В силу части 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены решения, постановления являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права.

Полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения дела, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, у суда кассационной инстанции отсутствуют в силу положений главы 35 АПК РФ, в связи с чем допущенные арбитражными судами нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения обособленного спора.

В связи с неполным выяснением существенных для обособленного спора обстоятельств определение Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025 по делу № А40-67702/21 подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора судам надлежит учесть изложенное, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения заявления финансового управляющего, и принять законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

В силу части 3 статьи 289 АПК РФ, при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025 по делу № А40-67702/21 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Ю.В. Трошина

Судьи Н.С. Калинина

ФИО1