Постановление по делу № Ф06-1008/2025 от 28.05.2025.

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-1217/2013

г. Казань Дело № А72-3615/2012

28 мая 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 мая 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Минеевой А.А.,

судей Васильева П.П., Самсонова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Долговой А.Н. (протоколирование ведется с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание), материальный носитель приобщается к протоколу),

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 18.05.2023,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 20.05.2023,

акционерного общества «Ульяновскэнерго» - ФИО5, доверенность от 06.02.2025, ФИО6, доверенность от 14.02.2025,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа:

ФИО7, паспорт,

ФИО8, паспорт,

представителей:

ФИО9 – ФИО10, доверенность от 30.05.2024,

ФИО11 – ФИО12, доверенность от 10.04.2023,

конкурсного управляющего ПВ-Банк (закрытое акционерное общество) – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО13, доверенность от 22.02.2024,

ФИО14 – ФИО15, доверенность от 21.01.2025, ФИО16, доверенность от 21.01.2025,

ФИО17 – ФИО18, доверенность от 18.10.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего ПВ-Банк (закрытое акционерное общество) – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», акционерного общества «Ульяновскэнерго», ФИО9, ФИО19

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.05.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2024

по делу № А72-3615/2012

по заявлению конкурсного управляющего ПВ-Банк (закрытое акционерное общество) – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ПВ-Банк (закрытое акционерное общество), ИНН <***>, ОГРН <***>,

УСТАНОВИЛ:

Центральный Банк Российской Федерации в лице Главного управления Банка России по Ульяновской области 23.04.2012 обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о признании ПВ-Банка (закрытое акционерное общество) (далее – должник, ПВ-Банк (ЗАО), Банк) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 29.05.2012 ПВ-Банк (ЗАО) признан несостоятельным (банкротом), в отношении Банка введена процедура конкурсного производства сроком на один год, исполнение функций конкурсного управляющего ПВ-Банк (ЗАО) возложено на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «Агентство по страхованию вкладов»).

Сведения о введении в отношении ПВ-Банка (ЗАО) процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 104(4889) от 09.06.2012.

27 мая 2015 года конкурсный управляющий ПВ-Банк (ЗАО) - ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ПВ-Банк (ЗАО) ФИО14 (далее – ФИО14), ФИО20 (далее - ФИО20, ФИО17 (далее - ФИО17), ФИО11 (далее - ФИО11), ФИО9 (далее - ФИО9), ФИО7 (далее - ФИО7), ФИО3 (далее - ФИО3), ФИО21 (далее - ФИО21), ФИО22 (далее - ФИО22), ФИО19 (далее - ФИО19), ФИО1 (далее - ФИО1), ФИО23 (далее - ФИО23) и ФИО8 (далее - ФИО8), взыскав с них солидарно 2 060 831 518 руб. 91 коп.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.02.2016 производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 20.04.2023 производство возобновлено, к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен финансовый управляющий ФИО19 - ФИО24 (далее – финансовый управляющий ФИО24).

Определением суда от 24.05.2023 в качестве заинтересованных лиц привлечены наследники ФИО20 - ФИО25 (далее – ФИО25) и ФИО26 (далее – ФИО26).

Определением от 27.06.2023 произведена процессуальная замена ФИО20 путем привлечения к участию в деле в качестве соответчиков его правопреемников - ФИО25 и ФИО26

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.05.2024 ходатайства открытого акционерного общества «Ульяновскэнерго» (далее - АО «Ульяновскэнерго»), ФИО3 и ФИО9 об истребовании доказательств оставлены без удовлетворения. Заявление ФИО3 об исключении документов из числа доказательств по делу оставлено без удовлетворения. Заявление конкурсного управляющего ПВ-Банк (ЗАО) - ГК «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц ФИО9 и ФИО19 к субсидиарной ответственности по обязательствам ПВ-Банк (ЗАО). В остальной части заявление конкурсного управляющего ПВ-Банк (ЗАО) - ГК «Агентство по страхованию вкладов» оставлено без удовлетворения. Приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего ПВ-Банк (ЗАО) - ГК «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО9 и ФИО19 до вступления в законную силу судебных актов по спорам, касающимся формирования требований реестровых и текущих кредиторов. Отменены обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.10.2015 по делу № А72-3615/2012 в отношении ФИО23 по вступлении в законную силу настоящего определения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2024 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.05.2024 о признании доказанным наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ПВ-Банк (ЗАО) оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми по спору определением, постановлением, ПВ-Банк (ЗАО) в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов», АО «Ульяновскэнерго», ФИО9 и ФИО19 обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами, в которых просят их отменить в обжалуемой части.

ГК «Агентство по страхованию вкладов» просит отменить определение, постановление в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении ФИО14, ФИО20 в лице наследников ФИО25 и ФИО26, ФИО17, ФИО11, ФИО7, ФИО3, ФИО21, ФИО22, ФИО1, ФИО23 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, обособленный спор в указанной части направить на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

АО «Ульяновскэнерго» просит отменить обжалуемые судебные акты в части отказа в удовлетворении требований ГК «Агентство по страхованию вкладов» в отношении вышеперечисленных ответчиков, признать доказанным наличие оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего ПВ-Банк (ЗАО) - ГК «Агентство по страхованию вкладов» до вступления в законную силу судебных актов по спорам, касающимся формирования требований реестровых и текущих кредиторов. В части признания доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО9 и ФИО19 и в части приостановления рассмотрения заявления Банка до вступления в законную силу судебных актов по спорам, касающимся формирования требований кредиторов, обжалуемые судебные акты оставить без изменений.

ФИО9 и ФИО19 просят отменить принятые по обособленному спору определение, постановление в части признания доказанным наличие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка и отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего или направить в этой части спор на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

В обоснование кассационных жалоб заявители ссылаются на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, а также на неполное исследование обстоятельств дела в обжалуемой заявителями кассационных жалоб части.

В судебном заседании, проведенном путем использования системы веб-конференции, представители конкурсного управляющего ПВ-Банка (ЗАО) - ГК «Агентство по страхованию вкладов», АО «Ульяновсэнерго», ФИО9 доводы жалоб поддержали, просили их удовлетворить.

ФИО7, ФИО8, представители ФИО3, ФИО1, ФИО17, ФИО11, ФИО14 высказали свои возражения по доводам кассационных жалоб, просили обжалуемые судебные акты оставить без изменений, считают принятые по спору судебные акты законными и обоснованными.

Арбитражным судом Поволжского округа представителю ФИО19 - ФИО27, ходатайствовавшему о проведении судебного заседания путем использования системы веб-конференции была предоставлена возможность участия в процессе путем использования системы веб-конференции. Вместе с тем к участию в судебном заседании посредством онлайн-заседания представитель ФИО19 в назначенное время не подключился, о наличии препятствий для участия в процессе суду не сообщил.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалобы рассматриваются в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Представленные в материалы дела письменные отзывы, возражения, пояснения и дополнения лиц, участвующих в споре, приобщены судебной коллегией к материалам дела.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, законность судебных актов и правильность применения арбитражными судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, Арбитражный суд Поволжского округа находит кассационные жалобы не подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий связывает с непринятием мер по предупреждению банкротства Банка при осуществлении полномочий председателя правления Банка (в отношении ФИО14, ФИО20, ФИО17, ФИО11, ФИО9, ФИО3) и участием в выдаче «технических» кредитов - одобрение в составе правления Банка и (или) кредитного комитета, подписание договоров (в отношении ФИО20, ФИО17, ФИО9, ФИО3, ФИО21, ФИО7, ФИО8, ФИО19, ФИО22, ФИО1, ФИО23). Основание своих требований конкурсный управляющий связывает с действиями контролирующих должника лиц, имевшими место в период с 2010 по 2012 годы.

При разрешении спора судом первой инстанции установлено, что Приказом Центрального банка Российской Федерации № ОД-277 от 13.04.2012 у ПВ-Банка (ЗАО) с 13.04.2012 отозвана лицензия на осуществление банковских операций в связи с неисполнением кредитной организацией федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, неспособностью удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, учитывая неоднократное применение в течение одного года мер, предусмотренных Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)».

Приказом Центрального банка Российской Федерации № ОД-278 от 13.04.2012 «О назначении временной администрации по управлению кредитной организацией ПВ-Банк (ЗАО) в связи с отзывом лицензии на осуществление банковских операций» назначена временная администрация по управлению ПВ-Банком (ЗАО).

До отзыва у должника лицензии обязанности председателя правления Банка согласно письму Центрального банка Российской Федерации от 13.08.2013 № 33-5-18/3870 осуществляли следующие лица: ФИО14 с 09.02.2009 по 09.10.2010 (в течение 1 года 8 месяцев), ФИО3 замещал должность и.о. председателя правления Банка с 22.10.2010 по 05.12.2010 (в течение 6 недель), ФИО20 с 06.12.2010 по 27.04.2011 (в течение 4 месяцев и 3 недель), ФИО17 замещал должность и.о. председателя правления Банка с 28.04.2011 по 06.09.2011 (в течение 4 месяцев и 1 недели), ФИО11 замещал должность и.о. председателя правления Банка с 07.09.2011 по 19.01.2012 (в течение 4 месяцев и 2 недель), ФИО9 замещал должность и.о. председателя правления Банка с 20.01.2012 по 24.05.2012 (до признания должника банкротом) (в течение 4 месяцев).

Кроме того, ФИО14 с 09.02.2009 по 28.06.2011 являлся членом совета директоров Банка, а также совместно со своей супругой ФИО28 (далее – ФИО28) являлись акционерами Банка, обладающими соответственно 96,124% и 2,39% его акций на 01.04.2010, 97,964% и 1,255% акций на 08.06.2011. По состоянию на 01.10.2011 в составе акционеров Банка осталась только ФИО28 с 1,255% акций.

Заместителями председателя правления Банка являлись: ФИО9 с 15.08.2011 по 20.04.2012 (с 30.09.2011 - первый заместитель председателя правления, на основании протокола заседания совета директоров Банка № 24 от 30.09.2011). ФИО11 с 15.08.2011 по 23.03.2012, ФИО29 с 15.09.2011 по 15.03.2012, ФИО20 с 15.04.2011 по 24.10.2011, ФИО3 с 14.01.2009 по 09.02.2011, ФИО7 с 17.09.2008 по 25.07.2012, ФИО17 с 24.11.2010 по 09.11.2011, ФИО21 с 19.09.2011 по 16.05.2012, ФИО8 с 24.05.2005 по 24.10.2011.

В состав правления Банка входили: ФИО11 с 15.08.2011 по 23.03.2012, ФИО29 с 15.09.2011 по 15.03.2012, ФИО20 с 14.04.2010 по 29.03.2012, ФИО3 с 20.01.2009 по 09.02.2011, с 15.08.2011 по 17.02.2012, ФИО7 с 06.10.2008 по 25.07.2012, ФИО17 с 24.11.2010 по 09.11.2011, ФИО21 с 19.09.2011 по 16.05.2012, ФИО9 с 26.10.2011 по 20.04.2012, ФИО8 с 11.02.2005 по 24.08.2011.

В совет директоров Банка входили: ФИО30 - председатель совета директоров с 09.02.2009 по 28.06.2011, ФИО31 - председатель совета директоров с 29.06.2011, ФИО32 - член совета директоров с 29.04.2009 по 09.06.2010, ФИО33 - член совета директоров с 10.06.2010 по 28.06.2011, ФИО34 - член совета директоров с 29.06.2011 по 17.10.2011, ФИО11 - член совета директоров с 29.06.2011, ФИО35 - член совета директоров с 29.04.2009 по 09.06.2010, ФИО36 - член совета директоров с 10.06.2010 по 28.06.2011, ФИО37 - член совета директоров с 17.10.2011, ФИО38 - член совета директоров с 17.10.2011, ФИО39 - член совета директоров с 29.06.2011 по 17.10.2011, ФИО14 - член совета директоров с 09.02.2009 по 28.06.2011, ФИО9 - член совета директоров с 29.06.2011 по 17.10.2011, ФИО40 - член совета директоров с 17.10.2011, ФИО41 - член совета директоров с 29.04.2009 по 09.06.2010, ФИО42 - член совета директоров с 10.06.2010 по 28.06.2011.

Остальные ответчики в структурах Банка занимали следующие должности: ФИО19 - управляющий филиалом «Московский» Банка, ФИО1 - заместитель управляющего филиалом «Московский» Банка, ФИО22 - заместитель управляющего Санкт-Петербургским филиалом Банка, ФИО23 - управляющий операционным офисом «Оренбургский» Самарского филиала Банка.

Приказом и.о. председателя правления ФИО9 № 253 от 03.11.2011 был утвержден состав кредитного комитета ПВ-Банка (ЗАО), в который из числа ответчиков вошли следующие лица: ФИО9 - председатель кредитного комитата, ФИО3 - заместитель председателя кредитного комитата, ФИО20 - член кредитного комитета, а также членами кредитного комитета Банка были утверждены: ФИО37 (старший вице-президент), ФИО42 (управляющий Воронежским филиалом Банка), ФИО43 (руководитель правового департамента), ФИО44 (начальник кредитного управления филиала «Московский» Банка), ФИО45 (заместитель начальника управления риск-менеджмента Банка); секретарем кредитного комитета Банка была утверждена ФИО46 (главный экономист отдела кредитования юридических лиц).

Суды, руководствуясь положениями абзаца первого статьи 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках и банковской деятельности), пунктом 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), признали привлекаемых управляющим к субсидиарной ответственности ФИО14, ФИО3, ФИО20, ФИО17, ФИО11, ФИО9 (осуществлявшими в разное время полномочия единоличного председателя правления Банка) контролирующими должника лицами.

Поскольку ФИО20 умер 25.03.2019, суд привлек к участию в деле его наследников - ФИО25 (супруга) и ФИО26 (сын) и заменил ответчика на данных наследников.

ФИО21, ФИО8 и ФИО7, занимавшие должности заместителей председателя правления Банка и входившие в состав правления, суд также признал контролирующими должника лицами.

Остальные ответчики, занимавшие должности управлявших и заместителей управляющих разных филиалов и обособленных подразделений Банка: ФИО19 - управляющий филиалом «Московский» Банка, ФИО1 - заместитель управляющего филиалом «Московский» Банка, ФИО22 - заместитель управляющего Санкт-Петербургским филиалом Банка, ФИО23 - управляющий операционным офисом «Оренбургский» Самарского филиала Банка не признали себя контролирующими должника лицами, указывали, что координировали работу лишь филиала Банка, а при подписании кредитных договоров от имени Банка действовали по доверенности.

Суд, с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума №53), посчитал, что установить степень вовлеченности каждого лица в процесс одобрения и заключения сделок, повлекших ущерб и последствия его действий, необходимо установить при оценке условий их заключения, исполнения и последствий.

Согласно пункту 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

По мнению ГК «Агентство по страхованию вкладов», признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества) появились у Банка еще по состоянию на 01.04.2010 (за два года до отзыва у него лицензии), основывая данный довод на результатах перерасчета стоимости имущества (активов) и обязательств Банка, произведенного им в соответствии с Временными правилами проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855) и Указанием Центрального банка Российской Федерации от 22.12.2004 № 1533-У «Об определении стоимости имущества (активов) и обязательств кредитной организации», а также на анализе динамики изменения показателя достаточности (недостаточности) стоимости имущества (активов) (далее также - ПИ) за период с 01.04.2010 по 13.04.2012 (дата отзыва лицензии Банка).

В своих пояснениях ГК «Агентство по страхованию вкладов» указывала, что на 01.04.2010 при балансовой стоимости активов Банка 3 910 945 тыс. руб. показатель достаточности стоимости активов должника составил минус 775 711 тыс. руб. с последующим сохранением отрицательного значения показателя ПИ до момента отзыва у Банка лицензии (минус 1 302 661 тыс. руб.).

Оценивая доводы сторон относительно финансового состояния Банка и определяя факт наступления его объективного банкротства, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, исходил из того, что определение конкурсным управляющим признаков объективного банкротства Банка осуществляется на основе расчета значений показателя достаточности имущества для погашения обязательств перед кредиторами и вкладчиками (показатель ПИ), характеризующий платежеспособность банка в исследуемом периоде.

Проанализировав динамику показателей финансово-хозяйственной деятельности должника, отраженных в его бухгалтерской отчетности, суд первой инстанции усмотрел, что признаки недостаточности имущества появились у Банка лишь непосредственно перед отзывом лицензии.

При этом, руководствуясь правовой позицией, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013 и учитывая, что должник является кредитной организацией, суд из специальной отчетности ПВ-Банка (ЗАО) по форме 0409134 «Расчет собственных средств (капитала)», предусмотренной в действовавшем в исследуемый период Указании Банка России от 12.11.2009 № 2332-У «О перечне, формах и порядке составления и представления форм отчетности кредитных организаций в Центральный банк Российской Федерации», установил, что по состоянию на 01.04.2010 собственные средства (капитал) должника составляли 492 162 тыс. руб., по состоянию на 01.01.2011 - 633 592 тыс. руб., по состоянию на 01.01.2012 - 662 978 тыс. руб. и пришел к выводу о соотношении показателей собственных средств (капитала) Банка, содержащихся в специальной отчетности, в целом с показателями общей (бухгалтерской) отчетности должника.

Проанализировав табличные и графические отображения показателя достаточности (недостаточности) стоимости имущества (активов) (ПИ), приведенные в пояснениях ГК «Агентство по страхованию вкладов», суд первой инстанции отметил, что указанный отрицательный показатель достаточности активов Банка на момент отзыва лицензии в целом соотносится с отрицательным значением показателя собственных средств должника по данным его бухгалтерской отчетности на 01.05.2012 и 21.05.2012.

При оценке финансового состояния должника судом первой инстанции учтено, что за три года, предшествовавших отзыву лицензии, в отношении Банка неоднократно проводились контрольные мероприятия и применялись меры реагирования со стороны Банка России с оформлением актов проверки (от 15.07.2010, 24.09.2010, 18.02.2011, 25.03.2011, 06.04.2012 и 17.04.2012).

По результатам проверки деятельности Банка рабочей группой ГУ Банка России по Ульяновской области, проведенной в период с 29.07.2010 по 24.09.2010 (акт от 24.09.2010), Банк России оценил систему внутреннего контроля в Банке как недостаточно эффективную в связи с недосозданием резервов на возможные потери по ссудам.

По результатам проверки деятельности Банка рабочей группой ГУ Банка России по Ульяновской области, проведенной в период с 28.01.2011 по 18.02.2011 (акт от 18.02.2011), выявлены нарушения Банком требований законодательства по идентификации клиентов и документальному фиксированию сведений (информации) и их предоставлению в уполномоченный орган. Банком России установлен систематический характер нарушений и подверженности Банка рискам, связанным с вовлечением в операции, имеющие признаки легализации доходов, добытых преступным путем, и финансирования терроризма.

По результатам проверки деятельности Банка рабочей группой ГУ Банка России по Ульяновской области, проведенной в период с 28.01.2011 по 25.03.2011 (акт от 25.03.2011), Банку предписано реклассифицировать ссудную задолженность ряда заемщиков (ООО «ТехноСтиль», ООО «БизнесСвязь», ООО «Консул», ООО «ТД «Престиж Керамик» в 3 категорию качества (использование заемных средств не по целевому назначению, погашение ранее выданного кредита за счет следующей ссуды, «среднее» обслуживание долга, отсутствие оборотов по расчетному счету заемщика по уплате налоговых платежей в бюджеты различных уровней, ухудшение финансового положения), ООО «ЭЛСИ» в 4 категорию качества (наличие фактов, свидетельствующих об отсутствии у заемщика реальной деятельности в сфере материального производства или оказания услуг)).

Банком России выявлены нарушения должником норматива максимального размера риска на одного заемщика или группу взаимосвязанных заемщиков (Н6), норматива максимального размера крупных кредитных рисков (Н7) и было выдано предписание № 3-25/6818 дсп от 13.12.2011, в соответствии с которым Банк обязан доформировать резерв на возможные потери по ссудам в пределах определенной Банком категории качества, в размере не менее 50% задолженности по организациям ЗАО «ЮниПур», ООО «ВЕСТ-ПРОМ», а также реклассифицировать кредиты ООО «Стройкомпаньон», ООО «Проминвестстрой» из второй в 3 категорию качества. В отношении Банка в период с 19.12.2011 по 14.03.2012 введен запрет на привлечение денежных средств физических лиц (до востребования и на определенный срок) во вклады, а также путем продажи им векселей, сберегательных сертификатов, чеков, иных ценных бумаг, облигаций, открытие банковских счетов физических лиц, а также запрет на открытие филиалов.

Банком России также должнику было выдано предписание № 3-24/1382 дсп от 14.03.2012, на основании которого Банк обязан реклассифицировать ссуды заемщиков ООО «Поставкин.56» и ФИО47 в третью категорию качества. В отношении Банка в период с 15.03.2012 по 14.09.2012 введен запрет на привлечение денежных средств физических лиц (до востребования и на определенный срок) во вклады, а также путем продажи им векселей, сберегательных сертификатов, чеков, иных ценных бумаг, облигаций, открытие банковских счетов физических лиц, за исключением операций по счетам акционеров Банка, оказывающих существенное влияние на решения, принимаемые органами управления Банка.

Банком России должнику предъявлено требование № 9-55/1756 дсп от 30.03.2012 о формировании и представлении реестра обязательств Банка перед вкладчиками на конец операционного дня 30.03.2012.

Кроме того, Банком России должнику выдано предписание № 3-24/1753 дсп от 30.03.2012 о нарушении Банком требований законодательства и положений Банка России в части своевременного и достоверного отражения банковских операций в бухгалтерском учете и обеспечения составления ежедневного баланса, установлены факты несвоевременности проведения расчетных операций и исполнения обязательств перед кредиторами, свидетельствующие об отсутствии контроля за деятельностью Банка со стороны органов управления и неэффективности системы органов управления. В период с 02.04.2012 по 29.06.2012 в отношении Банка введен запрет на осуществление операций через корреспондентские счета «НОСТРО» в рублях и иностранной валюте, открытые в других кредитных организациях, как резидентах, так и нерезидентах, а также на установление новых корреспондентских отношений; запрет на привлечение денежных средств физических лиц во вклады (до востребования и на определенный срок), а также путем продажи им векселей, сберегательных сертификатов, чеков, иных ценных бумаг, облигаций, открытие банковских счетов физических лиц, за исключением операций по счетам акционеров Банка, оказывающих существенное влияние на решения, принимаемые органами управления Банка.

По результатам проверки деятельности Банка рабочей группой ГУ Банка России по Ульяновской области, проведенной в период с 04.04.2012 по 06.04.2012 (акт от 06.04.2012), установлены основания для осуществления мер для предупреждения банкротства кредитной организации: Банк не удовлетворяет требования кредиторов по денежным обязательствам и не исполняет обязанность по уплате обязательных платежей неоднократно в срок до трех дней и в сроки, превышающие три дня, со дня даты их исполнения в связи с недостаточностью денежных средств на корреспондентском счете кредитной организации. Банком нарушены норматив достаточности капитала (Н1), норматив максимального размера риска на одного заемщика или группу взаимосвязанных заемщиков (Н6) в отношении семи организаций, все нормативы ликвидности (Н2, Н3, Н4). При этом Банку указано на наличие ситуации неисполнения документа на сумму, превышающую 1000-кратный размер оплаты труда сроком 10 дней по состоянию на 06.04.2012, что в соответствии с действующим банковским законодательством является основанием для отзыва лицензии на осуществление банковских операций.

Банку вынесено предписание № 324/19482 дсп от 06.04.2012, в котором выявлены нарушения федерального законодательства и нормативных актов Банка, установлены многочисленные факты несвоевременности проведения расчетных операций и исполнения Банком обязательств, свидетельствующих о неспособности удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам. В период с 07.04.2012 по 29.06.2012 в отношении Банка введен запрет на проведение активных операций, за исключением проведения операций через корреспондентский счет, открытый в подразделениях расчетной сети Банка России; запрет на проведение операций с физическими лицами по перечислению денежных средств в оплату коммунальных услуг. Банку предъявлены требования о приведении к установленному Банком России уровню значений обязательных нормативов деятельности; предоставлении отчетности в объеме и по формам, соответствующим требованиям, установленным Банком России в части полноты заполнения, достоверности и своевременности ее представления.

По результатам проверки деятельности Банка рабочей группой ГУ Банка России по Ульяновской области, проведенной в период с 04.04.2012 по 17.04.2012 (акт от 17.04.2012), в Банке установлены факты несвоевременного проведения расчетных документов клиентов и наличия «скрытой картотеки». Банком нарушены норматив достаточности капитала (Н1), норматив максимального размера риска на одного заемщика или группу взаимосвязанных заемщиков (Н6) в отношении семи организаций, все нормативы ликвидности (Н2, Н3, Н4).

Проанализировав представленные доказательства, судом первой инстанции сделан вывод, что содержащиеся сведения в вышеуказанных актах результатов проверок, проведенных Банком России в отношении ПВ-Банка (ЗАО), частично подтверждают доводы ГК «Агентство по страхованию вкладов» о том, что руководством Банка допускалась необоснованная оценка ссудной задолженности ряда заемщиков, что, в свою очередь, позволила отражать в бухгалтерской отчетности Банка, предоставляемой самим Банком в Банк России, недостоверные показатели о финансовом состоянии, тем самым, скрывая его реальное положение.

Вместе с тем отмечено, что Центральным банком Российской Федерации было указано на доформирование резервов лишь по ряду компаний с категорией качества, которая отличается от заявленной Агентством категории качества по всем заемным обязательствам (о необходимости досоздания резервов в 100% размере) по итогам проверки деятельности Банка только за период с 28.01.2011 по 25.03.2011.

При этом Центральный банк Российской Федерации либо соглашался с категорией качества, принятой Банком, либо рекомендовал перевести ее на одну или несколько позиций от текущей и ни по одному из заемщиков, в том числе из числа спорных, Центральный банк Российской Федерации не давал рекомендации о досоздании резервов в 100% размере.

Выданные Центральным банком Российской Федерации указанные предписания о необходимости перевода категории качества некоторых заемщиков были выполнены Банком. О необходимости досоздания резервов по ссудной задолженности по итогам проверки за иные периоды до 2012 года Центральный банк Российской Федерации рекомендации Банку не давал.

Судом первой инстанции отмечено, что указанные ГК «Агентство по страхованию вкладов» «технические» заемщики и имеющаяся у них задолженность перед Банком в период с 01.04.2010 не могли привести к банкротству Банка в 2012 году, поскольку задолженность большинства заемщиков с 01.04.2010 на дату отзыва лицензии была погашена, что не позволяет говорить о ней как о «технической».

В этой связи судом первой инстанции сделан вывод, что ГК «Агентство по страхованию вкладов» установлено наличие признаков банкротства значительно раньше отзыва лицензии Банка, при этом кредитная организация функционировала с 01.04.2010 (выявления Агентством признаков несостоятельности Банка) вплоть до апреля 2012 года (отзыва лицензии Банка) в условиях существования строгого регулирования банковской деятельности, необходимости соблюдения разного рода нормативов, а также регулярных проверок со стороны надзорного органа (Банка России).

Судом первой инстанции также учтено, что само Агентство среди сделок, причинивших ущерб Банку, указывает не все кредитные договоры с 44 заемщиками, задолженность по которым отнесена им в 5 категорию качества, а всего 22 кредитных договора, заключенные в период с 10.08.2011 по 29.03.2012, что само по себе также опровергает его собственный довод о «техническом» характере остальных заключенных ранее сделок по выдаче кредитов, равно как и правомерность и обоснованность их реклассификации.

Кроме того, само Агентство при оценке динамики показателя достаточности имущества (ПИ) отмечает, что финансовое положение Банка продолжало улучшаться до отчетной даты 01.08.2011. Изменение значения показателя ПИ за указанный период, по мнению управляющего, связано с увеличением валюты баланса Банка, погашением ссудной задолженности, а также с заключением договоров по их обеспечению.

Также суд первой инстанции посчитал, что довод конкурсного управляющего и кредитора АО «Ульяновскэнерго» о наличии признаков «схемных операций», направленных на скрытое рефинансирование заемщиками ранее полученных кредитов, не подтверждается материалами дела. Перечень заемщиков, получавших кредиты до и после 01.08.2011, а также сведения об обслуживании кредитов, не указывают на «переходящий характер» и сохранение совокупной ссудной задолженности заемщиков перед Банком в прежнем или соразмерном объеме.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции отклонил довод ГК «Агентство по страхованию вкладов» о том, что задолженность заемщиков, получивших кредит от Банка в период до 01.08.2011, является «технической», требующей ее реклассификации, равно как и довод о том, что на протяжении периода с 01.04.2010 по 01.08.2011 должник имел отрицательное значение показателя достаточности стоимости активов (ПИ) исключительно в связи с переоценкой качества ссудной задолженности следующих заемщиков: ООО «Вегус» (№ 181-09/КЛЗ от 03.12.2009), ООО «Глобал Фудс» (№ 140-09/КЛЗ от 22.07.2009, № 172-09/К от 03.11.2009), ООО «Вераж» (№ 149-09/КЛЗ от 28.08.2009, № 150-09/КЛЗ от 28.08.2009, № 153-09/К от 04.09.2009, № 165-09/К от 08.10.2009, № 176-09/К от 20.11.2009), ООО «Зима» (№ 553 от 30.03.2010), ООО «КонтинентСервис» (№ 194-10/КЛЗ от 09.02.2010, № 197-10/К от 24.02.2010, № 199-10/К от 27.02.2010), ООО «Консул» (№ 190-10/К от 26.01.2010, № 204-10/К от 11.03.2010), ООО «Симбирская Мануфактура» (№ 127-09/К от 02.06.2009, № 168-09/К от 15.10.2009), ООО «Евросервис» (№ 178-09/КЛЗ от 24.11.2009), ООО «ФармТрейдМаркет» (№ 515 от 10.08.2009, № 532 от 11.11.2009), ООО «Евротраст» (№ 161-09/К от 28.09.2009, № 218-09/К от 07.05.2010), ООО «Прометей КС» (№ 03/10-ЮКД от 29.01.2010), ООО «Корпорация Аберли» (№ 554 от 30.03.2010), ООО «ТД Престиж-Керамик» (№ 103-09/КЛЗ от 30.03.2009), ООО «Воронежская инвестиционно-строительная компания» (№ 36/2009/КЛ от 11.12.2009, № 37/2009/КЛ от 17.12.2009), ООО «Пари-Гранд» (№ 21-09/ов от 19.11.2009, № 26-09/кл от 28.12.2009), ООО «ТехноСервис» (№ 53-08/КЛЗ от 10.07.2008, № 71-08/КЛЗ от 30.09.2008), ООО «Алькор» (№ 43-08/К от 18.06.2008), ООО «Витекс» (№ 63-08/К от 28.08.2008), ООО «Эверест», ООО «ДизайнСтрой», ООО «Вектор Развития», ООО «Компания Домстрой», ООО «Управляющая компания Континент», ООО «Аронекс».

Иных доказательств, убедительно указывающих на недостоверность показателей общей и специальной отчетности должника за период с 01.04.2010 по 01.08.2011, Агентством в материалы дела не представлено, из актов проверки Центрального банка Российской Федерации такая недостоверность не выявлена и судом первой инстанции не установлена.

С учетом этого суд первой инстанции не согласился с доводом ГК «Агентство по страхованию вкладов» о том, что признаки объективного банкротства Банка возникли 01.04.2010 (или ранее этой даты).

Рассматривая вопрос о факторах, приведших к банкротству должника, и зависимости их от воли контролирующих лиц, суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ПВ-Банк (ЗАО) (предыдущее наименование - Банк «Поволжский» (закрытое акционерное общество)) зарегистрировано в качестве юридического лица 30.10.1990. Основным видом деятельности являлось денежное посредничество прочее. ПВ-Банк (ЗАО) на основании лицензии Центрального банка Российской Федерации № 634 от 25.11.2003 осуществлял следующие виды банковской деятельности: осуществление банковских операций банком, привлечение во вклады денежных средств физических лиц в рублях и иностранной валюте, осуществление банковских операций со средствами в рублях и иностранной валюте.

Банку также были выданы лицензии серии 01 № 010052 от 24.06.2010 (на осуществление брокерской деятельности), серии 01 № 010053 от 24.06.2010 (на осуществление дилерской деятельности), серии 01 № 010054 от 24.06.2010 (на осуществление деятельности по управлению ценными бумагами).

ПВ-Банк (ЗАО) имел следующие филиалы и операционные офисы: филиал «Московский», Санкт-Петербургский филиал, Воронежский филиал, Ижевский филиал, Самарский филиал, Новосибирский филиал, Тюменский филиал, Махачкалинский филиал, Ростовский филиал, Калининградский филиал, Грозненский филиал, Казанский филиал, Заволжский филиал в г. Ульяновске (17.02.2010 преобразован в дополнительный офис «Заволжский»). С 10.02.2005 г. ПВ-Банк (ЗАО) участвовал в системе страхования вкладов.

Судом установлено, что Приказом Центрального банка Российской Федерации № ОД-277 от 13.04.2012 у ПВ-Банка (ЗАО) с 13.04.2012 отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Как указано в этом Приказе Центрального банка Российской Федерации, основанием для отзыва у ПВ-Банка (ЗАО) лицензии на осуществление банковских операций явилось неисполнение кредитной организацией федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, неспособность удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, с учетом неоднократного применения в течение одного года мер, предусмотренных Федеральным законом «О центральном банке Российской Федерации (Банке России)».

Из материалов основного дела о банкротстве судом первой инстанции установлено, что в результате проведенного Временной администрацией финансового анализа ПВ-Банка (ЗАО) было выявлено, что после формирования резервов на возможные потери в соответствии с Положениями Банка России от 20.03.2006 № 283-П и от 26.03.2004 № 254-П стоимость имущества (активов) должника на дату внесения изменений в бухгалтерский баланс (форма 0409806) кредитной организации (на 13.04.2012) недостаточна для исполнения обязательств перед кредиторами и (или) обязанности по уплате обязательных платежей: стоимость активов Банка составляет 2 768 859 тыс. руб., а общая сумма обязательств Банка составляет 3 313 264 тыс. руб. Установлено превышение величины обязательств кредитной организации над ее активами (имуществом) на 544 405 тыс. руб.

Суд первой инстанции указал, что заявитель не привел данных, какие именно события и (или) конкретные действия ответчиков привели к возникновению у Банка признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, указывая лишь на убыточность сделок по выдаче «технических» кредитов и выводу иных активов должника.

Оценивая возможность влияния внешних факторов на платежеспособность должника, судом первой инстанции не установлено, что в отношении ПВ-Банка (ЗАО) принимались какие-либо экономические санкции со стороны иностранных государств и (или) каких-либо международных организаций и финансовых регуляторов, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации.

Материалы дела не содержат доказательств, с достоверностью указывающих на то, что причиной появления у ПВ-Банка (ЗАО) признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества могут являться внешние факторы, такие, например, как критическое влияние на деятельность Банка изменений курса валют, формирование неблагоприятной конъюнктуры финансового рынка, осуществление деятельности в условиях введенного моратория и т.п.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Особенности деятельности банков предопределяют то, что в рамках дел об их банкротстве споры о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности зачастую сопровождаются наличием большого количества ответчиков. Разрешая подобные споры, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству кредитной организации.

Гражданско-правовая ответственность в виде взыскания убытков может наступать только при наличии у контролирующих лиц противоправного поведения, если такое поведение не соответствует критериям разумности и добросовестности, если такое поведение повлекло за собой причинение ущерба юридическому лицу.

При оценке материалов кредитных досье в отношении сделок по выдаче Банком кредитов, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В соответствии с требованиями норм Положения Центрального банка Российской Федерации от 16.12.2003 № 242-П «Об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах» (зарегистрировано в Минюсте России 27.01.2004 № 5489) и Положения Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» (зарегистрировано в Минюсте России 26.04.2004 № 5774), действовавших в спорный период, в кредитной организации должна функционировать система внутреннего контроля, целью которой является обеспечение эффективности и результативности финансово-хозяйственной деятельности при совершении банковских операций, включая обеспечение сохранности активов и управления банковскими рисками, а также обеспечение принятия мер по поддержанию на не угрожающем финансовой устойчивости кредитной организации и интересам ее кредиторов и вкладчиков уровне банковских рисков.

В соответствии с требованиями Положения Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П кредитная организация обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение заемщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам, влекущим риски возникновения финансовых потерь.

Руководство банка перед заключением сделок, влекущих возникновение у банка рисков финансовых потерь, обязано обеспечивать выполнение требований Закона о банках и Положения № 254-П, организовать работу банка в целях получения полных и достоверных сведений о заемщике банка, осуществления на их основе комплексного и объективного финансового анализа заемщика. В этой связи руководство банка не должно допускать совершение банком сделок, влекущих для банка возникновение финансовых потерь.

Под «технической» организацией (компанией, заемщиком) понимает юридическое лицо, не осуществляющее хозяйственную деятельность, или осуществляющее деятельность, несопоставимую с объемом финансирования Банком, участвующее в схемных операциях, направленных на формирование уставного капитала Банка ненадлежащими активами, вывод ликвидных активов из Банка, осуществление сомнительных операций, финансирование предпринимательских проектов руководителей/акционеров Банка, создание видимости соблюдения обязательных для Банка нормативов. Общий подход по определению признаков технической организацией применим и к заемщикам - физическим лицам с учетом особенностей их статуса.

Задолженность всех спорных заемщиков отнесена Агентством в 5 категорию качества.

Согласно абзацу шестому пункта 1.7 главы I Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери но ссудам, но ссудной и приравненной к ней задолженности», к 5 категории качества относится задолженность, по которой отсутствует вероятность возврата ссуды в силу неспособности или отказа заемщика выполнять обязательства по ссуде, что обуславливает полное (в размере 100 процентов) обесценение ссуды. Задолженность 5 категории качества является задолженностью низшего качества и данная задолженность именуется безнадежной.

Судом первой инстанции установлено, что в структуре Банка имелся кредитный комитет, председателем которого являлся ФИО9, его заместителем был ФИО3, членом кредитного комитета из числа ответчиков являлся ФИО20

Деятельность кредитного комитета Банка в указанном составе определялась Положением о кредитном комитете ПВ-Банка (ЗАО), утвержденном решением правления Банка (протокол № 37 от 07.09.2011), согласно разделу 2 которого основными задачами комитета являются: реализация кредитной политики Банка, координация кредитного процесса в Банке, обеспечение оптимального соотношения доходности и риска проводимых операций, управление кредитными рисками с целью защиты интересов Банка и сохранения качества кредитного портфеля, принятие своевременных решений по управлению проблемными кредитами.

В структуре ПВ-Банка (ЗАО) имелось также кредитное управление, деятельность которого была регламентирована соответствующим Положением (последняя редакция утверждена и.о. председателя правления Банка от 26.12.2011).

Основной целью кредитного управления являлось обеспечение эффективного функционирования системы анализа рисков, а также системы администрирования, контроля, оформления и учета кредитных и обеспечительных сделок, проводимых кредитными подразделениями Банка с корпоративными клиентами и физическими лицами (пункт 2.1 Положения о кредитном управлении).

Суд первой инстанции констатировал, что ответчики по настоящему спору не являлись сотрудниками кредитного управления Банка.

Деятельность Банка по выдаче кредитов была урегулирована утвержденными Инструкцией о порядке кредитования физических лиц ПВ-Банка (ЗАО) и Инструкцией о порядке кредитования юридических лиц ПВ-Банка (ЗАО), которыми был установлен порядок взаимодействия подразделений Банка при рассмотрении заявок, одобрении и выдаче кредитов заемщикам.

Пунктом 4 Инструкции о порядке кредитования юридических лиц установлены этапы процесса предоставления кредитов клиентам Банка: инициирование процесса предоставления кредитов клиентам Банка и сбор документов и материалов по клиенту и кредитной сделке, проведение экспертизы документов и материалов, полученных от клиента, структурирование кредитной сделки и подготовка проекта решения кредитного комитета, принятие решения о возможности совершения кредитной сделки кредитным комитетом Банка, подготовка кредитной и обеспечительной документации по кредитной сделке, совершение кредитной сделки (предоставление кредита) и контроль исполнения клиентом отлагательных условий кредитной сделки, мониторинг выполнения обязательств клиента по кредитной сделке, закрытие кредитной сделки.

Решение о предоставлении кредита принимается кредитным комитетом в соответствии с предоставленными полномочиями и лимитами на основе информации, представленной клиентским подразделением в проекте решения кредитного комитета Банка. Кредитный комитет рассматривает предложение инициирующего подразделения об условиях предоставления кредита и принимает решение о предоставлении кредита на условиях, утвержденных кредитным комитетом, или об отказе в его предоставлении (пункт 4.4 Инструкции).

Порядок рассмотрения вопроса и принятия решения о выдаче кредита физическим лицам регламентирован разделом 2 Инструкции о порядке кредитования физических лиц ПВ-Банка (ЗАО), а процедура оформления и выдачи кредита физическому лицу - разделом 3 данной Инструкции.

Согласно пункту 2.3 данной Инструкции по результатам анализа представленных документов, рассмотрения документов всеми заинтересованными структурными подразделениями Банка, работник инициирующего подразделения составляет заключение, содержащее выводы о соответствии поступившего пакета документов потенциального заемщика нормативным документам банка и требованиям Инструкции и возможности выдачи кредита. Заключение представляется на рассмотрение руководителю инициирующего подразделения, который санкционирует возможность направления заключения и пакета документов в кредитующее подразделение.

По результатам рассмотрения вопроса о возможности выдачи кредита потенциальному заемщику кредитующее подразделение готовит и направляет в инициирующее подразделение заключение о финансовом положении и профессиональное суждение о категории качества ссуды. Работник кредитующего подразделения определяет платежеспособность потенциального заемщика (поручителя) и его лимит (пункты 2.5 - 2.7 Инструкции).

Пунктом 2.10 Инструкции установлен порядок принятия решения о выдаче кредита, в соответствии с которым решение о выдаче кредита потенциальному заемщику принимается: в головной организации - кредитным комитетом Банка; в филиале - кредитным комитетом филиала.

Решение о выдаче кредита потенциальному заемщику принимается на основании заключений инициирующего и кредитующего подразделений, правового управления и службы безопасности (соответствующим подразделений в филиале), других подразделений Банка, привлеченных к рассмотрению вопроса о выдаче кредита.

Согласно пункту 3.2.1 данной Инструкции кредитные досье по кредитам физических лиц формируются и ведутся кредитующим подразделением отдельно по каждому кредиту.

Анализ вышеуказанных принятых в Банке локальных регламентов и инструкций указывает на то, что процесс от рассмотрения заявки до момента выдачи (отказа в выдаче) кредита предполагал многоуровневую систему, в которую было вовлечено большое количество банковских органов, служб, подразделений и департаментов.

Протоколом Правления Банка № 26 от 03.06.2009 была утверждена Инструкция о порядке формирования резервов на возможные потери по ссудной и приравненной к ней задолженности в ПВ-Банке (ЗАО), которой в том числе был установлен порядок классификации ссуд, основные принципы управления рисками, методика оценки кредитных рисков, система оценки кредитов на основании формализованных критериев оценки.

Суд первой инстанции указал, что наличие степени риска при выдаче кредита оценивается в каждом конкретном случае на основании документов, существующих именно на момент рассмотрения такого вопроса.

Из материалов дела следует, что в период с 10.08.2011 по 29.03.2012 Банком заключены кредитные договоры со следующими заемщиками: ФИО48 <***> от 10.08.2011 на сумму 18 000 000 руб., ООО «АБВ-Строй» <***> от 24.08.2011 на сумму 100 000 000 руб., ООО «Форелл-Трейд» <***> от 29.08.2011 на сумму 35 000 000 руб., ФИО49 <***> от 02.09.2011 на сумму 50 000 000 руб., ООО «Ресурс-2» <***>/к от 21.09.2011 на сумму 100 000 000 руб., ООО «АвтоПрибор» <***> от 21.09.2011 на сумму 15 000 000 руб., ООО ОЭОХ «Мелекесское» <***> от 29.09.2011 на сумму 50 000 000 руб., ООО «Стройком» <***> от 04.10.2011 на сумму 12 000 000 руб., ООО «СтройКомпаньон» <***> от 14.10.2011 на сумму 20 000 000 руб., ООО «Альянс» <***> от 17.11.2011 на сумму 20 000 000 руб., ООО «Квест» <***> от 19.12.2011 на сумму 50 000 000 руб., ООО «ЛСН-Бьюти Концепт» <***> от 29.12.2011 на сумму 34 000 000 руб., ООО «Некс» <***> от 29.12.2011 на сумму 30 000 000 руб., ООО «Некс» № 322-11/К от 29.12.2011 на сумму 16 500 000 руб., ООО «Альтернатива Синицы – Телекоммуникации» <***>/к от 18.01.2012 на сумму 25 000 000 руб., ФИО50 <***> от 20.01.2012 на сумму 16 000 000 руб., ООО «Вента» <***> от 27.01.2012 на сумму 60 000 000 руб., ООО «Вента» № 010-12/КЛВ от 02.02.2012 на сумму 50 000 000 руб., ФИО51 <***> от 03.02.2012 на сумму 12 012 000 руб., ФИО52 <***> от 07.03.2012 на сумму 20 510 000 руб., ФИО53 <***> от 07.03.2012 на сумму 20 000 000 руб., ООО «Страсбург» <***> от 29.03.2012 на сумму 148 000 000 руб.

При проверки довода конкурсного управляющего о заключении заведомо убыточных сделок судом установлено, что заключенные Банком (в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19) кредитных договоров не соответствуют внутрибанковским правилам ее одобрения, являются заведомо убыточными и имеют «технический характер».

Так, между Банком (в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19) и ФИО51 был заключен кредитный договор <***> от 03.02.2012 на сумму 12 012 000 руб., сроком на 1 месяц, дополнительным соглашением срок кредитования был продлен на 25 дней, цель кредитования: потребительские, какое-либо обеспечение по кредиту отсутствует.

Кредитное досье содержит только следующие документы, составленные до момента выдачи кредита (в дату выдачи кредита): анкета, согласие на обработку персональных данных, заявление о предоставлении кредита, профсуждение от 05.03.2012 и 30.03.2012.

Из заявки о выдаче кредита следует, что заемщик проживает на территории республики Азербайджан, трудоустроен в организации «г. Баку. Госстандарт» в должности «Начальник города Баку». В заявлении о выдаче кредита содержится запрет на предоставление/получение информации в Бюро кредитных историй. Также в заявлении заемщик сообщает, что источником погашения кредита будет являться «продажа имущества».

На дату выдачи кредита было составлено профессиональное суждение отдела кредитования физических лиц, согласно которому финансовое положение заемщика является плохим, в последующем профессиональном суждении обслуживание долга признано неудовлетворительным; размер расчетного резерва определен в 100%.

Каких-либо сведений о проверке платежеспособности заемщика, а также проверке достоверности представленных им сведений кредитное досье не содержит. При этом материалы кредитного досье не содержат каких-либо документов и (или) сведений, которые указывают на проведение хотя бы формальной проверки платежеспособности заемщика. В кредитном досье отсутствуют справки о заработной плате или иные подтверждающие доход заемщика документы. Отсутствуют сведения об имуществе, за счет реализации которого предполагалось, по заявлению заемщика, погашение кредита. В материалах дела отсутствуют документы, свидетельствующие о предварительном коллегиальном одобрении выдачи указанного кредита.

Таким образом, суд первой инстанции установил, что совершение данной сделки не соответствует внутрибанковским правилам ее одобрения. По сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», выданный ФИО51 кредит не возвращен.

Заочным решением Таганского районного суда г. Москвы от 22.11.2012 по делу № 2-3162/2012 в пользу Банка с ФИО51 взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 03.02.2012 в размере 14 081 904,50 руб., которое остается неисполненным до настоящего времени.

Таким образом, материалами дела подтверждается заведомая убыточность и «технический» характер сделки по выдаче кредита ФИО51

Также между Банком (в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19) и ФИО52 был заключен кредитный договор <***> от 07.03.2012 на сумму 20 510 000 руб., сроком на 1 месяц. Цели кредитования: потребительские. Поручителем по кредиту являлся ФИО51, сведения о какой-либо проверке платежеспособности поручителя в кредитном досье ФИО52 отсутствуют.

В материалах кредитного досье имеется представленная заемщиком трудовая книжка, из которой следует, что заемщик является заместителем главы представительства компании «Анстар АГ» (Швейцария). Согласно форме 2-НДФЛ, заверенной работодателем, общая сумма дохода заемщика за 2011 год составляла 3 009 435,38 руб. до вычета НДФЛ, за 2 месяца 2012 года - 546 603,58 руб. до вычета НДФЛ.

Кредитное досье не содержит профессиональных суждений профильных подразделений Банка. Сведений и документов о возможности осуществления погашения данным заемщиком кредита в месячный срок в условиях, когда сумма кредита более чем в 80 раз превышает сумму ежемесячного дохода, не представлено.

При этом суд первой инстанции установил, что у поручителя ФИО51 уже имелось собственное вышеуказанное кредитное обязательство перед Банком, о котором последний не мог не знать (кредитный договор <***> от 03.02.2012 на сумму 12 012 000 руб.). и в профессиональном суждении отдела кредитования финансовое положение ФИО51 было признано плохим.

В материалах дела отсутствуют документы, свидетельствующие о предварительном коллегиальном одобрении выдачи указанного кредита, а также какие-либо профессиональные суждения профильных подразделений Банка относительно оценки платежеспособности данного заемщика.

Таким образом, совершение данной сделки не соответствует внутрибанковским правилам ее одобрения.

По сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», выданный ФИО52 кредит, как и в случае с ФИО51, не возвращен.

Заочным решением Таганского районного суда г. Москвы от 10.12.2012 по делу № 2-3336/2012 с ФИО52, ФИО51 в пользу Банка солидарно взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 07.03.2012 в размере 23 883 645 руб. 31 коп., расходы по оплате госпошлины, которое остается неисполненным до настоящего времени.

Таким образом, материалами дела подтверждается заведомая убыточность и «технический» характер сделки по выдаче кредита ФИО52

Между Банком (в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19) и ФИО53 был заключен кредитный договор <***> от 07.03.2012 на сумму 20 000 000 руб., сроком возврата - до 09.04.2012 (33 дня). Цели кредитования: потребительские. Поручителем по кредиту также являлся ФИО51

В материалах кредитного досье имеются только справки от 02.03.2012, оформленные в свободной форме, о заработной плате ФИО53 в размере 150 тыс. руб., подписанные самим ФИО53, при этом размер кредита, выданного ФИО53 на 1 месяц, в 133 раза превышает размер дохода, заявленного самим ФИО53

Сведения о какой-либо проверке платежеспособности самого заемщика и поручителя в кредитном досье ФИО53 отсутствуют.

При этом также у поручителя ФИО51 уже имелось собственное кредитное обязательство перед Банком, о котором последний не мог не знать (кредитный договор <***> от 03.02.2012 на сумму 12 012 000 руб.), а также поручительство по кредиту, выданному ФИО52, на сумму 20 510 000 руб.

В материалах дела отсутствуют какие-либо профессиональные суждения профильных подразделений Банка относительно оценки платежеспособности данного заемщика, а также документы, свидетельствующие о предварительном коллегиальном одобрении выдачи указанного кредита.

По сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», выданный ФИО53 кредит, как и в случае с ФИО51, не возвращен.

Заочным решением Таганского районного суда г. Москвы от 10.12.2012 по делу № 2-3335/2012 с ФИО53 и ФИО51 в пользу ПВ-Банка (ЗАО) в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 07.03.2012 в размере 23 276 072 руб. 29 коп., которое остается неисполненным до настоящего времени.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что совершение данной сделки тоже не соответствует внутрибанковским правилам ее одобрения и кредит является заведомо убыточным, носит «технический» характер.

Между Банком (в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19) и ФИО50 был заключен кредитный договор <***> от 20.01.2012 на сумму 16 000 000 руб. Цели кредита: потребительские, срок кредита - 2 года, какое-либо обеспечение по кредиту отсутствует.

Кредитное досье по заемщику ФИО50 имеется в материалах. Указанная задолженность была отнесена Банком к 2 категории («Нестандартная» с начислением резерва в размере 1%).

На момент рассмотрения заявки о выдаче кредита Банк располагал информацией о том, что между ПВ-Банк (ЗАО) и ФИО50 был заключен договор поручительства <***>-П от 29.09.2011, согласно которому ФИО50 поручился отвечать по обязательствам ООО ОЭОХ «Мелекесское» по кредитному договору <***> от 29.09.2011 (сумма кредита 148 000 000 руб., сроком на 24 месяца, под 15% годовых).

Решением Таганского районного суда г. Москвы от 18.12.2013 по делу № 2-2366/2013 с ФИО50 взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 20.01.2012 в размере 18 637 186 руб. 91 коп.

Из листа согласования вопроса, выносимого на кредитный комитет, от 20.01.2012 следует, что непосредственно по этому вопросу в графе «за» имеются подписи ФИО9, ФИО3, ФИО44 и ФИО37 В документе также указано, что формулировка проекта решения согласована с курирующим членом правления ФИО9 и руководителем службы безопасности ФИО37 (имеются их подписи). ФИО9 свою подпись в данном листе согласования (равно как и в остальных протоколах и листах согласования) не оспаривал.

Оценивая условия, при которых была одобрена выдача кредита ФИО50, суд первой инстанции установил следующее.

В протоколах заседания кредитного комитета и в листах согласования, помимо общих условий (срок, размер, процент, обеспечение) предоставления кредита конкретному заемщику, на которых в последующем в случае одобрения выдавался кредит, содержатся оценочные сведения, характеризующие заемщика на момент рассмотрения его заявки (финансовое положение заемщика, оценка качества обслуживания им долга, сведения о том, является ли он инсайдером и входит ли он группу связанных заемщиков, категория качества ссуды).

В рассматриваемом случае, несмотря на отсутствие в кредитном досье заключений профильных подразделений Банка в виде отдельных документов, суд первой инстанции констатировал, что в листе согласования от 20.01.2012 содержится информация о заемщике ФИО50: не является лицом, связанным с Банком; не является инсайдером; входит в группу связанных заемщиков с ООО ОЭОХ «Мелекесское»; финансовое положение - среднее; обслуживание долга хорошее. При этом в листе согласования имеется подпись ФИО44 (проголосовал «за»), являющегося начальником кредитного управления Банка, что указывает на соблюдение при рассмотрении конкретно данной кредитной заявки необходимых проверочных и оценочных процедур, принятых на тот момент в Банке.

При этом суд первой инстанции отметил, что по сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», по выданному ФИО50 кредиту заемщик производил исполнение своих обязательств, вносил ежемесячные платежи по графику и уплачивал проценты - последние проценты по кредиту уплачены в марте 2012 года, а результаты дела № A55-9048/2017 о банкротстве ФИО50 (завершение процедуры реализации имущества гражданина с применением правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств) опровергают довод АО «Ульяновскэнерго» о недобросовестности данного заемщика (https://kad.arbitr.ru/).

При этом из материалов дела следует, что на момент рассмотрения заявки о выдаче кредита Банк располагал информацией о том, что данный заемщик входит в группу связанных заемщиков с ООО ОЭОХ «Мелекесское», ФИО50 на основании договора поручительства <***>-П от 29.09.2011 являлся поручителем за надлежащее исполнение указанным обществом своего кредитного договора с ПВ-Банком (ЗАО) <***> от 29.09.2011 (сумма кредита 148 000 000 руб., сроком на 24 месяца, под 15% годовых).

Как верно указал суд первой инстанции от квалификации ряда заемщиков в качестве связанных между собой зависит фактическое значение норматива максимального размера риска (Н6), поскольку в силу требований пункта 4.6 Инструкции Центрального банка Российской Федерации от 03.12.2012 № 139-И «Об обязательных нормативах банков» расчет данного показателя по группе связанных заемщиков (юридических и (или) физических лиц) производится по совокупной сумме кредитных требований банка и совокупным обязательствам такой группы.

В дальнейшем, судом первой инстанции установлено, что при оценке выданного кредита по договору <***> от 29.09.2011, на момент выдачи кредита ФИО50 ООО ОЭОХ «Мелекесское» свои обязательства по кредитному договору исполняло надлежащим образом (вплоть до отзыва лицензии у Банка - последнее перечисление по кредиту проведено 12.04.2012), общество не обладало безусловными признаками «фирмы-однодневки», на счетах общества, открытых в ПВ-Банке (ЗАО), имелись значительные суммы денежных средств.

Кроме того, материалы дела не содержат убедительных доказательств того, что именно ФИО9 и (или) ФИО3 (равно как и иные лица из числа ответчиков) являлись инициаторами выдачи ФИО50 спорного кредита, формируя волю на вывод активов.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действия должностных лиц кредитной организации по одобрению и выдаче кредита ФИО50 не отклонялись существенно от принятых внутрибанковских правил при оценке кредитных рисков, и, несмотря на пороки кредитного досье и конечный результат сделки по выдаче Банком кредита данному заемщику, материалами дела не доказаны достоверно его «технический» характер и вина кого-либо из ответчиков в негативных последствиях данной сделки для должника.

Между Банком (в лице председателя правления Банка ФИО9 по доверенности № 137 от 15.08.2011) и ФИО49 был заключен кредитный договор <***> от 02.09.2011 на сумму 50 000 000 руб. Цели кредитования: благоустройство земельного участка и ремонт расположенного на нем жилого дома по адресу: <...> серебряного Бора, дом 26Б. Срок кредита - 5 лет с обязанностью пролонгации со стороны Банка на срок 3 года, под 15% годовых. Договором предусмотрено, что сумма кредита может быть увеличена дополнительно на 50 млн. руб. при предоставлении поручительства платежеспособного юридического лица.

По данному кредиту были составлены профессиональные суждения на разные отчетные даты, согласно которым финансовое положение заемщика являлось плохим. В заключении кредитного управления финансовое положение заемщика также оценено таковым, что в последующем было отражено в протоколе кредитного комитета № 67 от 31.08.2011 (вопрос 9 повестки дня), которым одобрен данный кредит.

В заключении юридического отдела указано на отсутствие документов, подтверждающих трудовой стаж (трудовой книжки), а также документов, подтверждающих семейное положение ФИО49, в связи с чем юридический отдел посчитал возможным вынести заявку на рассмотрение кредитного комитета при условии предоставления указанных документов. Также отражено, что ФИО49 входит в состав акционеров Банка, сделка с заинтересованностью.

Судом первой инстанции установлено, что на 11.07.2011 ФИО49 владел 15,95% акций Банка, на 13.04.2012 - 16,33% акций Банка.

Одобрение выдачи кредита ФИО49 произведено протоколом кредитного комитета № 67 от 31.08.2011 (вопрос 9 повестки дня), из которого следует, что непосредственно по этому вопросу в графе «за» имеются подписи только ФИО9 и ФИО44

Конкурсный управляющий указывал, что одобрение выдачи кредита произведено ФИО17, ФИО20, ФИО3 и ФИО7, что, по его мнению, подтверждается указанием их фамилий среди присутствующих на голосовании согласно протоколу кредитного комитета № 67 от 31.08.2011 в условиях отсутствия каких-либо указаний на возражения с их стороны (то есть отсутствие их подписи с пометкой «против»).

Суд первой инстанции, отклоняя указанный довод, указал, что в отсутствие убедительных доказательств обратного, формальное присутствие и (или) перечисление фамилий указанных и иных лиц в протоколе кредитного комитета не может являться безусловным доказательством выражения их положительной воли по поставленному на голосование вопросу. Таковым не может являться также отсутствие их волеизъявления в графе «против».

В рассматриваемом случае, протокол заседания кредитного комитета № 67 от 31.08.2011 содержит подписи исключительно ФИО9 и ФИО44 (по всем 11 вопросам повестки «за»), сам кредитный договор с ФИО49 от имени Банка подписан ФИО9, указывающее на то, что оформление результатов собрания указанным образом и подписание кредитного договора находилось в зоне контроля исключительно ФИО9 как председателя кредитного комитета и заместителя председателя правления Банка.

Судом первой инстанции отклонены доводы ФИО9 о добросовестности его действий при заключении указанного договора.

В рассматриваемом случае, кредитным договором предусмотрена обязанность заемщика в течение 6 месяцев с момента заключения договора предоставить в залог земельный участок площадью 1 383 000 кв. м, расположенный по адресу: Московская область, Рузский район, вблизи д. Рождество. В материалах кредитного досье содержатся копии документов, согласно которым заемщик является арендатором указанного земельного участка, находящегося в государственной собственности.

Из материалов кредитного досье следует, что на момент рассмотрения заявки ФИО49 Банку было известно, что он входит в группу связанных заемщиков, в частности, с ЗАО НПК «Геотехнология».

При оценке данного кредита судом первой инстанции учтены результаты проверки должника Банком России, содержащиеся в акте проверки Центрального банка Российской Федерации от 17.04.2012, согласно которым при анализе заемщика ЗАО НПК «Геотехнология» рабочей группой установлено, что указанное общество является клиентом Банка с 17.08.2011. С июля 2011 года деятельность указанного заемщика убыточна. Согласно справке заемщика имеется просроченная задолженность по заработной плате сотрудникам и платежей в бюджет (л. 22 акта).

Судом первой инстанции указано, что установлены нетипичные условия кредитования ФИО49 по договору <***> от 02.09.2011. Так, в частности, согласно графику платежей (приложение к кредитному договору) погашение заемщиком ФИО49 основного долга предполагалось платежами в размере 4-5 млн. руб. в месяц, начиная с августа 2015 года по август 2016 года, то есть через 4 года после выдачи кредита.

Доход заемщика за 7 месяцев 2011 года составил 4 633 197 руб. 35 коп. до вычета НДФЛ. Таким образом, среднемесячный доход заемщика после вычета НДФЛ составлял 575 тыс. руб. в месяц. Согласно графику платежей по кредиту в период с сентября 2011 года по июль 2015 года предполагалось обслуживание кредита в виде уплаты процентов (570-640 тыс. руб. в месяц), то есть сумма подтвержденного дохода едва покрывала размер процентов по кредиту.

Кредитование ФИО49, заявленный доход которого едва покрывал проценты по кредиту, являлось исключительно высокорисковой сделкой. Заключение обеспечительной сделки предполагалось после выдачи кредита, то есть фактически не обеспечивало его исполнения в момент кредитования. При этом предполагалось предоставление залогодателем имущества, которое не находится в его собственности на момент заключения договора.

Из материалов кредитного досье также следует, что в подтверждение целевого расходования денежных средств был представлен договор генерального подряда № 21 от 22.08.2011, заключенный между ФИО49 и ООО «СКГрупп» (ИНН <***>). Вместе с тем на дату заключения указанного договора действие свидетельства от 08.12.2010 о допуске ООО «СКГрупп» к определенному виду или видам работ, без которого общество не могло производить подрядные работы, было приостановлено, что подтверждается протоколом дисциплинарной комиссии СРО НП «СтройФорум» № 2 от 12.07.2011, размещенным в общем доступе (https://sro-sf.ru/).

Таким образом, совершение данной сделки не соответствует внутрибанковским правилам ее одобрения.

Решением Таганского районного суда г. Москвы по делу № 2-246/2014 с ФИО49 взысканы задолженность по кредитному договору <***> от 02.09.2011 в размере 50 000 000 руб., проценты за пользование кредитом в размере 14 902 369 руб. 19 коп., неустойка в сумме 500 000 руб., расходы по уплате госпошлины, всего - 65 462 369 руб. 19 коп.

По сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», по выданному ФИО49 кредиту до признания Банка банкротом были уплачены проценты в сумме 1 229 508 руб. 20 коп., а в период конкурсного производства - 2 099 564 руб. 25 коп. (основного долга) и 1 252 240 руб. (проценты).

В последующем, в ходе конкурсного производства право требования к ФИО49 по кредитному договору <***> от 02.09.2011 было реализовано, выручка от его реализации составила 31 888 560 руб. 16 коп.

В отсутствие убедительных доказательств причастности остальных ответчиков к выдаче данного кредита, судом первой инстанции сделан вывод о возложении ответственности за совершение от имени Банка данной сделки на ФИО9

Из материалов дела также следует, что в период с 01.08.2011 Банком выдавались кредиты юридическим лицам.

Так, с ООО «Страсбург» (ИНН <***>) был заключен кредитный договор <***> от 29.03.2012 (Банк в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19) на сумму 148 млн.руб., под 16,5% годовых, на срок до 28.12.2012, без обеспечения. Заключение указанной сделки одобрено листом согласования от 29.03.2012, из которого следует, что «за» принятие решения проголосовали ФИО9 и ФИО37 В материалах дела кредитного досье по данной ссуде отсутствуют какие-либо профессиональные суждения профильных подразделений Банка относительно оценки платежеспособности данного заемщика на момент заключения сделки.

Суд первой инстанции установил, что ранее Банк уже выдавал ООО «Страсбург» кредит на сумму 144 806 000 руб. (кредитный договор <***> от 29.11.2011). Материалы кредитного досье по указанному кредиту содержат оценки кредитного риска по ссуде на разные даты, согласно которым финансовое положение ООО «Страсбург» признано плохим, в его деятельности выявлены угрожающие негативные явления и тенденции.

Из пояснений конкурсного управляющего и представленных им документов также следует, что ООО «Страсбург» входило во взаимосвязанную группу заемщиков с ФИО51 (место жительства генерального директора ООО «Страсбург» ФИО54 совпадает с местом жительства ФИО51), ФИО55 (учредитель ООО «Страсбург»), ФИО52 (поручитель по обязательствам ФИО51), что не было принято во внимание ни при выдаче кредитов ООО «Страсбург», ни при выдаче вышеуказанных кредитов взаимосвязанным с ним заемщикам.

Судом первой инстанции отклонен довод ФИО9 о том, что привлечение ООО «Страсбург» в качестве коллекторской организации было одобрено надзорным органом (ЦБ РФ), поскольку, само по себе такое согласование не подтверждается материалами дела; обязательность такого согласования не усматривается из регламентирующих деятельность Банка правил; наличие у заемщика статуса коллекторской организации Банка не изменяет общих правил оценки кредитных рисков при рассмотрении заявок таких лиц, поскольку правоотношения между кредитной организацией и коллекторской компанией носят общий гражданско-правовой характер.

Суд первой инстанции отметил, что материалы настоящего дела не содержат сведений, под погашение каких именно обязательств других заемщиков и на какую сумму ООО «Страсбург» был выдан спорный кредит на 148 млн. руб. без какого-либо обеспечения и гарантий их возврата.

В этой связи суд признал совершение данной сделки не соответствующим внутрибанковским правилам ее одобрения.

Также судом установлено, что в рамках дела о банкротстве № A56-53301/2012 определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.03.2013 требование ПВ-Банка (ЗАО) в размере 165 519 983 руб. 70 коп., из которых: 148 000 000 руб. - основной долг, 16 122 614 руб. 37 коп. - проценты по кредиту, 1 397 369 руб. 33 коп. - неустойка, включено в реестр требований кредиторов ООО «Страсбург». По результатам процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Страсбург» требования Банка к указанному заемщику остались непогашенными (https://kad.arbitr.ru/).

Суд первой инстанции пришел к выводу, что реклассификация ссудной задолженности ООО «Страсбург» по кредитному договору <***> от 29.03.2012 была произведена правомерно, оформление и выдача кредита указанному «техническому» заемщику полностью находилось в зоне контроля ФИО19 и ФИО9

В качестве самостоятельной сделки, отличной от выдачи заведомо невозвратных кредитов, конкурсный управляющий указывал также договор уступки прав (требований) (цессии) № 024-12/Ц от 03.04.2012, заключенный Банком (в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19) (цессионарий) с ООО «Страсбург» (цедент), по которому Банк приобрел права требования к ФИО49 по договору займа № 02/11 от 02.09.2011 в размере 52 145 590 руб. 61 коп., цена уступаемых требований составила 49 794 811 руб. 08 коп.

Заключение указанной сделки одобрено листом согласования от 03.04.2012, из которого следует, что «за» принятие решения проголосовали ФИО9, ФИО37 и ФИО42 Лист согласования содержит также подпись ФИО9 как курирующего члена правления.

Суд первой инстанции установил, что на момент совершения сделки с ООО «Страсбург» Банк располагал информацией о наличии собственных неисполненных обязательств ФИО49 перед Банком по кредитному договору <***> от 02.09.2011 на 50 000 000 руб.

Кроме того, как следует из апелляционного определения Московского городского суда от 10.04.2019 по делу № 33-14912/2019 (https://www.mos-gorsud.ru/) и решения Хорошевского районного суда г. Москвы от 19.12.2018 по делу № 02-5284/2018 (https://bsr.sudrf.ru/), на момент заключения договора цессии № 024-12/Ц от 03.04.2012 право требования ООО «Страсбург» к ФИО49 уже было уступлено указанным обществом в пользу ООО «ПолиАл» по договору цессии от 26.01.2012.

Приведенные обстоятельства послужили основанием для отказа во взыскании с ФИО49 в пользу ПВ-Банка (ЗАО) спорной уступленной задолженности.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о том, что по договору цессии № 024-12/Ц от 03.04.2012 Банк приобрел у ООО «Страсбург» уже не принадлежащее последнему право требования к ФИО49 (аффилированному с должником) на сумму 52 145 590 руб. 61 коп., уплатив указанному обществу денежную сумму в размере 49 537 377 руб. 05 коп.

Кроме того, суд отметил, что данная сделка совершена за 10 дней до отзыва у Банка лицензии, в условиях наличия картотеки неоплаченных документов клиентов Банка на значительные суммы и просрочек исполнения обязательств по уплате обязательных платежей, что свидетельствует о заключении Банком заведомо убыточной сделки с ООО «Страсбург» по договору цессии № 024-12/Ц от 03.04.2012 и возможности возложить ответственность за совершение от имени должника данной убыточной сделки солидарно на ФИО19 и ФИО9

Также между Банком (в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19 по доверенности) и ООО «Квест» был заключен кредитный договор <***> от 19.12.2011 на сумму 50 000 000 руб. на пополнение оборотных средств, который не возвращен. Кредит был выдан без обеспечения.

Вопрос о вынесении на обсуждение кредитного комитета филиала «Московский» выдачи кредита ООО «Квест» согласован листом согласования от 13.12.2011, согласно которому «за» проголосовали ФИО3, ФИО56, «против» голосовали ФИО57 и ФИО7 В этом листе согласования имеются подписи ФИО44 (начальник кредитного управления) и ФИО19 (как лицо, с которым согласована формулировка проекта решения). В материалах дела имеется также лист согласования от 13.12.2011 по кредитному комитету филиала Банка, из которого следует, что по этому же вопросу «за» проголосовали ФИО19 и ФИО44 В кредитном досье имеется протокол № 59 заседания кредитного комитета филиала «Московский» от 13.12.2011, в котором указано, что голосовали «за» - 4 голоса, голосовали «против» - 2 голоса, воздержались – 0 (без указания проголосовавших лиц).

Проанализировав кредитное досье, бухгалтерскую отчетность, бухгалтерский баланс, отчет о прибылях и убытках заемщика, сведения о наличии в других банках счетов со значительными размерами оборотов за периоды, предшествовавшие подаче заявки на получение спорного кредита, отсутствие у ООО «Квест» кредиторской задолженности, а также установив, что вплоть до отзыва лицензии у Банка заемщик производил исполнение своих обязательств, уплачивал проценты до 10.04.2012, суд пришел к выводу о соответствии данной сделки внутрибанковским правилам ее одобрения, недоказанности вины кого-либо из ответчиков в негативных последствиях данной сделки для должника.

Кроме того, между Банком (в лице и.о. управляющего филиалом «Московский» ФИО1 по доверенности) и ФИО48 был заключен кредитный договор <***> от 10.08.2011 на сумму 18 000 000 руб., сроком до 08.08.2016. Обеспечением по кредитному договору с ФИО48 являлось поручительство ФИО58

По сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», по выданному ФИО48 кредиту до признания Банка банкротом был возвращен основной долг в сумме 1 800 000 руб. и уплачены проценты в сумме 788 038 руб. 97 коп.

Судом первой инстанции установлено, что протоколом № 29 заседания кредитного комитета филиала «Московский» ПВ-Банка (ЗАО) от 09.08.2011 по вопросу № 3 принято решение о вынесении его на рассмотрение кредитного комитета головного Банка и правления Банка в связи с превышением лимита, срока кредитования и индивидуальной процентной ставки. «За» такое решение проголосовали все члены кредитного комитета филиала: ФИО1, ФИО44, ФИО57, ФИО59

Согласно выписке из протокола № 60 заседания кредитного комитета Банка от 10.08.2011 была согласована выдача кредита ФИО48 в размере 18 млн. руб. при получении одобрения правления Банка.

В соответствии с выпиской из протокола заседания правления ПВ-Банка (ЗАО) № 32А от 10.08.2011 члены правления Банка в составе и.о. председателя правления ФИО17, членов правления ФИО7, ФИО8 единогласно приняли решение согласовать выдачу потребительского кредита ФИО48 (в выписке из протокола заседания правления ПВ-Банка (ЗАО) № 32А от 10.08.2011 указано, что член правления ФИО20 отсутствует (отпуск).

В материалах дела имеется также протокол заседания правления Банка № 33 от 11.08.2011, которым рассмотрен вопрос о возможности выдачи потребительского кредита ФИО48 филиалом «Московский», который подписан и.о. председателя правления ФИО17 На 10.08.2011 установлена вторая категория качества кредита ФИО48, резерв 1%.

Согласно кредитному досье финансовое положение ФИО48 оценено как среднее, обслуживание долга признано хорошим. В заключении юридического отдела по кредитной заявке ФИО48 на получение кредита указано на необходимость предоставления заемщиком ПТС на указанный в анкете автомобиль, а также на целесообразность заключения договора залога транспортного средства. В качестве вывода указано на возможность вынесения заявки на рассмотрение кредитного комитета при предоставлении вышеуказанных документов. В заключении кредитного управления содержится анализ перспектив погашения кредита с учетом прогнозируемого дохода ФИО48 - погашение кредита будет производиться по графику.

Из автоматизированного текста судебного акта (https://bsr.sudrf.ru/) следует, что ФИО48 с 08.10.2010 не исполнял кредитные обязательства перед ОАО «Банк-Т», а также перед АКБ «Хованский» (ЗАО).

Вместе с тем суд первой инстанции отметил, что указанные судебные акты не могли быть доступны профильным подразделениям Банка, а равно членам кредитного комитета и правления Банка на момент рассмотрения и одобрения заявки ФИО48, поскольку были приняты соответствующими судами и размещены в общем доступе гораздо позже выдачи кредита.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о том, что, несмотря на конечный отрцательный результат сделки по выдаче Банком кредита ФИО48, материалами дела не доказана вина кого-либо из ответчиков в негативных последствиях данной сделки для должника.

Банком в лице Санкт-Петербургского филиала были выданы кредиты следующим юридическим лицам: ООО «АБВ-Строй» на сумму 100 000 000 руб., кредитный договор <***> от 24.08.2011, ООО «Форелл-Трейд» на сумму 35 000 000 руб., кредитный договор <***> от 29.08.2011, ООО «Ресурс-2» на сумму 100 000 000 руб., кредитный договор <***>/к от 21.09.2011, ООО «АвтоПрибор» на сумму 15 000 000 руб., кредитный договор <***> от 21.09.2011, ООО «СтройКомпаньон» на сумму 20 000 000 руб., кредитный договор <***> от 14.10.2011, ООО «Альянс» на сумму 20 000 000 руб., кредитный договор <***> от 17.11.2011, ООО «Альтернатива Синицы – Телекоммуникации» на сумму 25 000 000 руб., кредитный договор <***>/к от 18.01.2012.

Указанные заемщики также квалифицированы Агентством как «технические» компании.

Кредитор АО «Ульяновскэнерго» указывал, что при анализе кредитных досье и сведений, находящихся в открытом доступе, им выявлена взаимосвязь указанных заемщиков между собой.

Судом установлено, что из листов согласования при одобрении кредитов указанным лицам следует, что каждый из перечисленных заемщиков не входит в группу связанных заемщиков, однако, исследовав материалы кредитных досье в отношении указанных заемщиков, судом первой инстанции установлено, что они действительно на момент выдачи им кредитов обладали признаками взаимосвязанных между собой лиц.

Так в отношении ООО «АБВ-Строй», ЗАО «Автоприбор», ООО «Pecypc-2», ООО «СтройКомпаньон», ООО «Форелл-Трейд», ООО «Альянс», ООО «Альтернатива Синицы-Телекоммуникации», являющихся заемщиками по Санкт- Петербургскому филиалу ПВ-Банка (ЗАО), усматривается, что при их создании уполномоченным представителем выступало одно и то же лицо - ФИО60, что подтверждается выписками ЕГРЮЛ, представленными в кредитные досье указанных организаций.

ООО «АБВ-Строй», ЗАО «Автоприбор», ООО «Pecypc-2» имеют единого арендодателя офисного помещения - ЗАО «Научные приборы», ООО «СтройКомпаньон» и ООО «Альянс» имеют единого арендодателя офисного помещения - ООО «АС-Инвест», входящего в группу компаний «Альтернатива Синицы».

ООО «АБВ-Строй», ЗАО «Автоприбор», ООО «Pecypc-2», ООО «Стройкомпаньон», ООО «Форелл-Трейд», ООО «Альянс», ООО «АС-Телекоммуникации» являются субарендаторами складских помещений по договорам субаренды, заключенным с ООО «Бином» (складское помещение расположено по адресу: СПБ, пр. Стачек д. 45 корп. 2 лит. А). При этом ООО «АС-Инвест», ООО «Pecypc-2», ООО «Бином» имели общий юридический адрес (СПБ, Римский пр-д.2 лит.А), а ООО «АБВ-Строй» и ЗАО «Автоприбор» имели общий номер телефона.

Все указанные заемщики по имеющимся у Банка сведениям занимались оптовой торговлей аудио, видео бытовой техникой.

Проанализировав кредитные досье в отношении ООО «АБВ-Строй», ЗАО «Автоприбор», ООО «Pecypc-2», ООО «СтройКомпаньон», ООО «Форелл-Трейд», ООО «Альянс», ООО «АС-Телекоммуникации», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что одобрение заявок указанных заемщиков на получение кредита проведено в соответствии с внутренними регламентами Банка, на момент рассмотрения заявок и одобрения выдачи данных кредитов коллегиальные органы Банка не могли располагать сведениями о заведомо невозвратном характере одобряемого кредита. Совершение сделок с указанными заемщиками соответствует внутрибанковским правилам их одобрения.

При этом суд установил, что в кредитном досье каждого из указанных заемщиков имеются заключения профильных отделов, осуществлявших первичную проверку сведений, профессиональные суждения качества ссуды и правовые заключения по кредитованию, а также оценка кредитного риска, из которых следует, что финансовое состояние указанных заемщиков профильные подразделения Банка оценили как среднее, все без исключения заемщики характеризованы положительно, негативных и угрожающих негативных явлений и тенденций в их деятельности не выявлено, перспективы развития компаний оценены как стабильные, общая стоимость передаваемого в залог имущества по каждому кредиту полностью покрывает сумму запрашиваемого кредита и проценты за весь срок кредитования, обслуживание кредита заемщиками признано хорошим, кредитный риск умеренный, проведена проверка предмета залога, осуществлена его фотосъемка. Указанные заемщики не могут быть признаны «фирмами-однодневками», поскольку осуществляли деятельность на протяжении длительного времени (как до получения кредиторов, так и после). Все указанные заемщики имели продолжительную историю существования на рынке, как до выдачи кредитов, так и после, вели активную хозяйственную деятельность; ООО «Альянс» являлось официальным дистрибьютером компании «Самсунг Электроникс Рус Компании», а также официальным дилером компаний Sony и Philips на территории Российской Федерации.

Также судом первой инстанции сделан вывод, что приведенные сведения о взаимосвязанности заемщиков между собой сами по себе не свидетельствуют о том, что указанная информация могла сформировать иное мнение у ответчиков о возможности выдачи кредитных средств на момент одобрения кредитных заявок, а сам по себе факт дальнейшего невозврата кредита тем или иным заемщиком не свидетельствует об их заведомой невозвратности на момент выдачи.

Довод конкурсного управляющего и кредитора АО «Ульяновскэнерго» о том, что «технический» характер указанной группы заемщиков подтверждается невозвратом ими полученных кредитов, судом первой инстанции отклонен со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210 (2): неполное возвращение заемщиками кредитных средств не влечет вывода о вине указанных Банком контролирующих лиц и наличии условий для их ответственности за причинение убытков должнику или за невозможность полного погашения требований кредиторов должника.

Довод АО «Ульяновскэнерго» об аффилированности с указанной группой заемщиков ФИО20 со ссылкой на обстоятельства, установленные приговором Петроградского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.04.2020 по делу № 1-98/2020 в отношении ФИО61, суд отклонил, посчитав его предположительным.

Суд первой инстанции указал на отсутствие доказательств, подтверждающих то, что именно ФИО20 был инициатором выдачи кредитов вышеуказанной группе заемщиков (как всем, так и кому-либо из них отдельно), что ФИО20 или остальные ответчики являются выгодоприобретателями от данных сделок, не представлено.

С учетом изложенного суд первой инстанции сделал вывод о том, что, несмотря на конечный негативный результат сделок по выдаче Банком кредитов ООО «АБВ-Строй», ЗАО «Автоприбор», ООО «Pecypc-2», ООО «СтройКомпаньон», ООО «Форелл-Трейд», ООО «Альянс», ООО «АС-Телекоммуникации», указанные заемщики не могут быть признаны «техническими», эти сделки не выходили за рамки обычных кредитов, выдаваемых Банком в целях извлечения прибыли, а материалами дела не доказана вина кого-либо из ответчиков в отрицательных последствиях данных сделок для должника.

Судом первой инстанции также установлено, что между Банком (в лице управляющего операционным офисом «Оренбургский» Самарского филиала ФИО23 по доверенности от 19.01.2011) и ООО «Стройком» был заключен кредитный договор <***> от 04.10.2011 на сумму 12 000 000 руб., выданные по кредиту денежные средства не возвращены.

Согласно материалам кредитного досье выданный кредит обеспечен залогом оборудования (договоры № 36-0107/З-1, 36-0107/З-2 от 04.10.2011, № 36-0107/З-3 от 16.01.2012), а также поручительством ФИО62 (договоры № 36-0107/П, 36-0107/П-2, 36-0107/П-3 от 04.10.2011).

В материалах кредитного досье имеется документ, содержащий подписи членов кредитного комитета филиала (ФИО63, ФИО64, ФИО44, ФИО65. ФИО66, ФИО67), проголосовавших «за» поставленный на голосование вопрос. Документов иных коллегиальных органов Банка и (или) его филиала по рассмотрению кредитной заявки ООО «Стройком» досье не содержит.

В кредитном досье имеется заключение отдела кредитования и анализа рисков Банка, профессиональное суждение качества ссуды кредитного отдела Банка, правовое заключение по кредитованию, оценка кредитного риска, из которых следует, что финансовое состояние ООО «Стройком» профильные подразделения Банка оценили как среднее, заемщик был характеризован положительно, в деятельности заемщика негативных и угрожающих негативных явлений и тенденций не выявлено, перспективы развития компании стабильны, обслуживание кредита признано хорошим, кредитный риск умеренный, указано, что Банк не имеет претензий к клиенту по выполнению им своих обязательств по проводимым операциям.

Судом первой инстанции установлено, что Банк и ранее выдавал ООО «Стройком» кредит на сумму 12 000 000 руб. (кредитный договор <***> от 28.09.2010), который полностью был возвращен.

По результатам анализа кредитного досье ООО «Стройком» суд первой инстанции пришел к выводу, что данный заемщик не может быть признан «техническим», эта сделка не выходила за рамки обычных кредитов, выдаваемых Банком в целях извлечения прибыли, а на момент рассмотрения заявки и одобрения выдачи данного кредита коллегиальные органы Банка и лицо, подписавшее кредитный договор (управляющий операционным офисом «Оренбургский» Самарского филиала ФИО23), не могли располагать сведениями о заведомо невозвратном характере одобряемого кредита.

Суд первой инстанции отметил, что материалы дела не содержат доказательств наличия какой-либо заинтересованности и (или) аффилированности кого-либо из ответчиков по отношению к ООО «Стройком», равно как и доказательств того, что заключение кредитного договора с ним было инициировано кем-либо из состава ответчиков, а также того, что последние могут являться выгодоприобретателями от данной сделки.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности вины кого-либо из ответчиков в неблагоприятных последствиях данной сделки для должника.

Между Банком (в лице заместителя управляющего филиалом «Московский» ФИО1 по доверенности) и ООО «Некс» (ИНН <***>) были заключены кредитные договоры <***> от 29.12.2011 на сумму 30 000 000 руб. и № 322-11/К от 29.12.2011 на сумму 16 500 000 руб., цели кредитования: пополнение оборотных средств, который частично возвращен.

В материалах кредитного досье имеется лист согласования кредитного филиала «Московский» от 28.12.2011, из которого следует, что «за» одобрение и выдачу кредита на 30 000 000 руб. проголосовали ФИО44, ФИО3, ФИО56, «против» голосовал ФИО57, в листе согласования имеются подписи ФИО44 (начальник кредитного управления филиала «Московский») и ФИО1 (как лицо, с которым согласована формулировка проекта решения).

В материалах кредитного досье также имеется лист согласования кредитного филиала «Московский» от 29.12.2011, из которого следует, что «за» одобрение и выдачу кредита на 16 500 000 руб. проголосовали ФИО44, ФИО3, ФИО56, «против» голосовал ФИО57 В этом листе согласования имеются подписи ФИО44 (начальник кредитного управления филиала «Московский») и ФИО1 (как лицо, с которым согласована формулировка проекта решения).

В кредитном досье имеется заключение отдела кредитования и анализа рисков Банка, профессиональное суждение качества ссуды кредитного отдела Банка, правовое заключение по кредитованию, оценка кредитного риска, из которых следует, что финансовое состояние ООО «Некс» профильные подразделения Банка оценили как среднее, заемщик характеризован положительно, в деятельности заемщика негативных и угрожающих негативных явлений и тенденций не выявлено, перспективы развития компании стабильны, обслуживание кредита признано хорошим.

Из материалов кредитного досье следует, что заемщик на протяжении длительного времени осуществлял хозяйственную деятельность, задолго для получения спорных кредитов состоял в правоотношениях со своими контрагентами как в статусе покупателя, так и в статусе поставщика.

Кредитный договор <***> от 29.12.2011 на 30 000 000 руб. предусматривал условия об обязанности заемщика в срок до 26.01.2012 заключить с Банком договор залога прав требования по контракту. Доказательств заключения какого-либо договора залога материалы кредитного досье и настоящего дела не содержат.

Судом первой инстанции указано, что Банком ООО «Некс» был выдан также кредит в размере 26 000 000 руб. по кредитному договору <***> от 28.12.2011, вместе с тем конкурсный управляющий не привел данный договор в качестве убыточного, что, по мнению суда первой инстанции, указывает на непоследовательный подход ГК «Агентство по страхованию вкладов» при определении статуса данного заемщика в качестве «технического».

По результатам анализа кредитного досье ООО «Некс» суд первой инстанции сделал вывод о том, что данный заемщик не может быть признан «техническим», на момент рассмотрения заявки и одобрения выдачи кредитов коллегиальные органы Банка и лицо, подписавшее кредитные договоры (заместитель управляющего филиалом «Московский» ФИО1), не могли располагать сведениями о заведомо невозвратном характере одобряемого кредита.

Суд первой инстанции констатировал, что материалами дела не доказана вина кого-либо из ответчиков в негативных последствиях данной сделки для должника.

Между Банком (в лице заместителя управляющего филиалом «Московский» ФИО1 по доверенности) и ООО «ЛСН-Бьюти Концепт» был заключен кредитный договор <***> от 29.12.2011 на сумму 34 000 000 руб., цель кредитования: пополнение оборотных средств.

В материалах дела имеется лист согласования кредитного филиала «Московский» от 29.12.2011, из которого следует, что «за» одобрение и выдачу кредита проголосовали ФИО44, ФИО3, ФИО56, «против» голосовал ФИО57 В этом листе согласования имеются подпись ФИО44 (начальник кредитного управления филиала «Московский») и ФИО1 (как лицо, с которым согласована формулировка проекта решения).

Материалы кредитного досье в отношении данного заемщика не содержат заключений профильных подразделений Банка по результатам предварительной оценки финансового состояния заемщика в виде отдельных документов. Однако в листе согласования от 29.12.2011 содержится информация о данном заемщике: не является лицом, связанным с Банком; не является инсайдером; не входит в группу связанных заемщиков; финансовое положение - среднее; обслуживание долга хорошее. При этом в листе согласования имеется подпись ФИО44 (проголосовал «за»), являющегося начальником кредитного управления Банка, что указывает на соблюдение необходимых проверочных и оценочных процедур при рассмотрении данной кредитной заявки.

ООО «ЛСН-Бьюти Концепт» было создано задолго до получения кредита и продолжало деятельность после его получения, стабильно сдавало бухгалтерскую отчетность, имело активы, превышающие размер кредиторской задолженности; общество являлось дистрибутором косметической продукции крупных компаний марки LCN, осуществляло внешнеторговую деятельность, состояло в договорных отношениях со значительным количеством контрагентов, имело положительную кредитную историю в Банке ВТБ 24 (ЗАО).

По сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», по выданному ООО «ЛСН-Бьюти Концепт» кредиту вплоть до отзыва лицензии у Банка заемщик производил исполнение своих обязательств, уплачивал проценты на общую сумму 1 063 068 руб. 73 коп. - последние проценты по кредиту уплачены 10.04.2012.

По результатам анализа кредитного досье ООО «ЛСН-Бьюти Концепт» суд первой инстанции пришел к выводу, что данный заемщик не может быть признан «техническим». Доказательств аффилированности заемщика к должнику или кому-либо из ответчиков в материалы дела не представлено.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела не доказана вина кого-либо из ответчиков в негативных последствиях данной сделки для должника.

Между Банком (в лице заместителя председателя правления ФИО21 по доверенности) и ООО опытно-экспериментальное охотничье хозяйство «Мелекесское» (ООО ОЭОХ «Мелекесское») был заключен кредитный договор <***> от 29.09.2011 на сумму 50 000 000 руб.

По сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», по выданному ООО ОЭОХ «Мелекесское» кредиту до признания Банка банкротом возвращен основной долг в сумме 1 540 000 руб. и уплачены проценты в сумме 2 354 725 руб. 87 коп.

В материалах дела имеется протокол № 78 заседания кредитного комитета Банка от 28.09.2011 об одобрении кредита, протокол подписан ФИО9 (председатель кредитного комитета) и ФИО46 (секретарь кредитного комитета).

В материалах дела имеется также лист согласования от 28.09.2011, из которого следует, что «за» одобрение и выдачу кредита проголосовали ФИО9, ФИО3, ФИО44, ФИО7, ФИО68, ФИО20 Вместе с тем кредитное досье по данному заемщику в материалы дела со стороны Агентства не представлено со ссылкой на его изъятие правоохранительными органами и утрату возможности его возврата.

Таким образом, в связи с утратой кредитного досье ООО ОЭОХ «Мелекесское» суд первой инстанции был лишен возможности оценить, каким образом ответчики должны были проанализировать категорию ссудной задолженности.

Убедительных доказательств нарушения внутрибанковских правил и процедуры рассмотрения и одобрения кредита в пользу данного заемщика в материалы дела не представлено.

В протоколе кредитного комитета и листе согласования от 28.09.2011 содержится информация о данном заемщике: не является лицом, связанным с Банком; не входит в группу связанных заемщиков; финансовое положение - среднее. При этом в листе согласования имеется подпись ФИО44 (проголосовал «за»), являющегося начальником кредитного управления Банка, что указывает на соблюдение необходимых проверочных и оценочных процедур при рассмотрении конкретно данной кредитной заявки.

Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание, что со стороны ответчиков в материалы дела представлены сведения, позволяющие оценить общее финансовое состояние данного заемщика на момент выдачи кредита.

Согласно данным бухгалтерского баланса заемщика на 2011-2013 годы ООО ОЭОХ «Мелекесское» стабильно располагало более 18 млн. руб. запасов, на 2011 года компания имела финансовые вложения на сумму 186 592 000 руб., по балансу на 2013 года компания имела дебиторскую задолженность в размере 228 693 000 руб.

Данный кредит был обеспечен поручительством ООО «Антей» (договор <***>-П/1 от 29.09.2011) и ФИО50 (договор <***>-П от 29.09.2011), залогом следующего недвижимого имущества: многопрофильный стационар на 450 коек, объект незавершенного строительства, площадь застройки 1851,9 кв. м, степень готовности - 48%, принадлежащий ООО «Антей», а также залогом права аренды земельного участка с кадастровым номером 73:24:021007:56, площадью 20 851 кв. м, договор аренды с ООО «Антей».

Как ранее установил суд первой инстанции, самому ФИО50 Банком также выдавался кредит по договору <***> от 20.01.2012 в размере 16 000 000 руб. Однако данное обстоятельство имело место позже поручительства ФИО50 за ООО ОЭОХ «Мелекесское», в связи с чем объективно не могло быть известно при выдаче кредита указанному обществу.

Как установлено определением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.04.2013 по делу № А72-3615/2012, 28.03.2012 Банк на основании платежных поручений № 5 и 7 произвел списание с расчетного счета ООО «Компания «Подъем» № 40702810300020001059 денежных средств в сумме 21 189 583 руб. 77 коп. (из которых 20 595 698 руб. 69 коп. - досрочное частичное погашение основной суммы кредита ООО ОЭОХ «Мелекесское» и 593 885 руб. 08 коп. - в счет погашения процентов за пользование кредитом ООО ОЭОХ «Мелекесское»). Денежные средства были переведены внутрибанковскими проводками на счета в ПВ-Банке (ЗАО) № 45207810300010000050 и № 4591280600010000032.

По сведениям самого конкурсного управляющего указанный заемщик исполнял свои обязательства по кредитному договору вплоть до отзыва лицензии у Банка - последнее перечисление по кредиту проведено 12.04.2012 (основной долг).

Суд первой инстанции с учетом приведенных обстоятельств в совокупности с показателями финансово-хозяйственной деятельности ООО ОЭОХ «Мелекесское» пришел к выводу о невозможности безусловно признать данного заемщика «фирмой-однодневкой», поскольку оно осуществляло деятельность на протяжении длительного времени (как до получения кредита, так и после). Оснований для привлечения к ответственности ФИО21, ФИО9, ФИО3, ФИО7 при одобрении и выдаче кредита ООО ОЭОХ «Мелекесское» суд первой инстанции не установил.

Между Банком (в лице управляющего филиалом «Московский» ФИО19) и ООО «Вента» были заключены два кредитных договора: <***> от 27.01.2012 на сумму 60 000 000 руб. и № 010-12/КЛВ от 02.02.2012 на сумму 50 000 000 руб.

Согласно материалам кредитного досье выданный по договору № 010-12/КЛВ от 02.02.2012 кредит обеспечен залогом товаров в обороте (договор № 010-12/З от 20.02.2012).

Одобрение кредита ООО «Вента» по договору <***> от 27.01.2012 на сумму 60 000 000 руб. произведено, что подтверждается листом согласования от 26.01.2012: «за» проголосовали ФИО9, ФИО37, ФИО42, ФИО44 В материалах кредитного досье имеется также выписка из протокола заседания кредитного комитета Банка № 5 от 26.01.2012, согласно которому принято решение открыть кредитную линию ООО «Вента» на 60 000 000 руб.

Одобрение кредита ООО «Вента» по договору № 010-12/КЛВ от 02.02.2012 на сумму 50 000 000 руб. произведено, что подтверждается листом согласования от 02.02.2012: «за» проголосовали ФИО9, ФИО37, ФИО42 В листе согласования имеется также подпись ФИО44 (начальник кредитного управления).

В материалах кредитного досье имеется также выписка из протокола заседания кредитного комитета Банка № 6 от 02.02.2012, подтверждающая принятие решения открыть кредитную линию ООО «Вента» на 50 000 000 руб.

В кредитном досье имеется заключение отдела кредитования и анализа рисков Банка, профессиональное суждение качества ссуды кредитного отдела Банка, правовые заключения по кредитованию, оценка кредитного риска, из которых следует, что финансовое состояние ООО «Вента» профильные подразделения Банка оценили как среднее, качество обслуживания долга признано хорошим, заемщик характеризован положительно, в деятельности заемщика негативных и угрожающих негативных явлений и тенденций не выявлено, перспективы развития компании стабильны, общая стоимость передаваемого в залог имущества (213,5 млн. руб.) полностью покрывает сумму запрашиваемого кредита и проценты за весь срок кредитования.

Из материалов кредитного досье также следует, что ООО «Вента» на протяжении длительного периода времени до и после получения спорных кредитов осуществляло хозяйственную деятельность, имело положительную кредитную историю в ПАО «Ханты-Мансийский Банк Открытие», согласно бухгалтерской отчетности заемщика валюта баланса на 01.10.2011 составляла 2 303 936 тыс. руб. и увеличилась на 19% по сравнению с 01.10.2010, выручка за 9 месяцев 2011 года составила 3 125 236 тыс. руб.

По сведениям, представленным ГК «Агентство по страхованию вкладов», по выданным ООО «Вента» кредитам вплоть до отзыва лицензии у Банка заемщик производил исполнение своих обязательств, уплачивал проценты - последние проценты по кредиту уплачены 10.04.2012.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что совершение данной сделки соответствует внутрибанковским правилам ее одобрения; данный заемщик не может быть признан «техническим»,; на момент рассмотрения заявок и одобрения выдачи данных кредитов коллегиальные органы Банка и лицо, подписавшее кредитный договор, не могли располагать сведениями о заведомо невозвратном характере одобряемого и выдаваемого кредита.

Доказательства наличия заинтересованности и (или) аффилированности кого-либо из ответчиков по отношению к ООО «Вента», равно как и доказательств того, что заключение кредитных договоров с ним было инициировано кем-либо из состава ответчиков, а также того, что последние могут являться выгодоприобретателями от данной сделки в материалы дела не представлены.

С учетом изложенного, судом первой инстанции сделан вывод о том, что материалами дела не доказана вина кого-либо из ответчиков в негативных последствиях данной сделки для должника.

При исследовании вопроса о причинах банкротства должника судом первой инстанции установлено, что Банком в преддверии отзыва лицензии совершена сделка по реализации ценных бумаг (сделка прямого РЕПО по передаче ЗПИФН).

В исследуемом периоде на балансе Банка учитывались основные средства в виде недвижимого имущества, приобретенного по договорам об отступном в погашение ссудной задолженности юридических и физических лиц, большая часть которого впоследствии была передана в закрытый паевой инвестиционный фонд недвижимости «Поволжье» (балансовая стоимость паев составила 400 000 тыс. руб.).

Как указывает ГК «Агентство по страхованию вкладов», незадолго до даты отзыва у Банка лицензии совершен ряд операций, в результате которых на балансе Банка были сформированы технические пассивы (собственные векселя), которые в последующем направлены в оплату паев ЗПИФН по договору РЕПО, а также на выкуп векселей кредитных организаций.

Как установлено определением Арбитражного суда Ульяновской области от 17.12.2013 по делу № А72-3615/2012, 21.12.2011 Федеральной службой по финансовым рынкам зарегистрирован закрытый паевой инвестиционный фонд недвижимости «Поволжье» (ЗПИФН «Поволжье») за регистрационным номером 2284; учредителем фонда является ПВ-Банк (ЗАО), управляющая компания фонда - ООО «Универ Менеджмент»; регистратор фонда - ООО «Специализированная депозитарная компания «Гарант».

В соответствии заявками на приобретение инвестиционных паев от 20.01.2012, 27.12.2011, актами приема-передачи недвижимого имущества от 27.12.2011, 20.01.2012, справкой о стоимости чистых активов от 29.02.2012 Банком передано в ЗПИФН «Поволжье» следующее имущество: нежилое здание по адресу: <...>, нежилое помещение по адресу: <...>., нежилое здание по адресу: <...> (получено Банком 13.10.2010 в качестве отступного по кредитному договору с ООО «Евросервис»), 4-комнатная квартира по адресу: <...> (получено Банком 17.12.2010 по соглашению об отступном № 1 от 13.10.2010 с ФИО14 (предмет - прекращение обязательств, вытекающих из трех кредитных договоров ООО «Биохимфарм» с Банком), денежные средства в размере 8 148 тыс. руб.

Как указано конкурсным управляющим, 27.12.2011 ООО «Коралл» приобрело у Банка его векселя в количестве 32 штук общей стоимостью 258 748 тыс. руб. В оплату за указанные векселя Банк принял 33 векселя ОАО «АК Банк» аналогичной стоимостью.

27 декабря 2011 года Банком предъявлены к оплате векселя ОАО «АК Банк» в сумме 258 748 тыс. руб. Денежные средства поступили от кредитной организации-векселедателя в ту же дату через корреспондентский счет Банка, открытый в Банке России. При этом в период с 27.12.2011 по 28.12.2011 Банком выданы кредиты ООО «Аронекс», ООО «Переславский технопарк» и ООО «Некс» в общей сумме 248 000 тыс. руб. По поручениям указанных заемщиков в период с 27.12.2011 по 28.12.2011 Банком через корреспондентский счет, открытый в Банке России, перечислены денежные средства в сумме 247 088 тыс. руб. в пользу внешних контрагентов.

Агентством также установлено, что 13 собственных векселей Банка, приобретенных ООО «Коралл», были досрочно предъявлены к оплате 27.01.2012. Полученные ООО «Коралл» денежные средства в общей сумме 51 913 тыс. руб. направлены на покупку у Банка векселей ОАО «ПЕРВОБАНК» на сумму 30 000 тыс. руб. и ОАО КБ «Солидарность» на сумму 21 913 тыс. руб. Еще один вексель предъявлен 13.02.2012. Денежные средства в сумме 9 789 тыс. руб. (включая начисленные проценты) в ту же дату перечислены на покупку у Банка векселя ОАО «АК Банк», приобретенного Банком 27.12.2011.

04 апреля 2012 года между Банком (в лице и.о. председателя правления ФИО9) и ООО «Инвестиционная компания «Восток-Инвест» был заключен договор купли-продажи ценных бумаг (паи ЗПИФН «Поволжье») с обязательством обратного выкупа № АП/003/АК/003/12 (далее - договор РЕПО), по условиям которого первоначальный продавец (Банк) продает первоначальному покупателю (ООО «ИК «Восток-Инвест») 4000 штук ценных бумаг за 195 300 521 руб. 21 коп. по ставке РЕПО 11% годовых (первая часть сделки РЕПО), а впоследствии обязуется 30.05.2012 выкупить указанные ценные бумаги за 198 528 849 руб. 50 коп. (вторая часть сделки РЕПО).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 14.11.2012 по делу № А72-3615/2012 установлено, что ООО «ИК «Восток-Инвест» при заключении и исполнении договора № АП/003/АК/003/12 действовало как комиссионер от своего имени, но за счет комитента - ЗАО «Финансовая компания «Жигули», что вытекает из преамбулы договора № АП/003/АК/003/12 (имеется ссылка на договор комиссии № Б11-1214 от 27.01.2011 об оказании брокерских услуг на рынке ценных бумаг между клиентом - ЗАО «ФК «Жигули» и брокером - ООО «ИК «Восток-Инвест»).

ЗАО «ФК «Жигули» 05.04.2012 предъявило к оплате 17 собственных векселей Банка (из приобретенных ранее ООО «Коралл» и переданных ЗАО «ФК «Жигули» по индоссаменту) на сумму 195 301 тыс. руб. (с учетом начисленных процентов в сумме 3 666 тыс. руб.) и в ту же дату перечислило полученные денежные средства со своего расчетного счета, открытого в Самарском филиале Банка, на расчетный счет ООО «ИК «Восток-Инвест».

По условиям указанного договора РЕПО при просрочке одной из сторон исполнения обязательств по второй части сделки более чем на один рабочий день противная сторона вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке. При этом ни одна из сторон не вправе требовать возврата денежных средств или паев, уплаченных (переданных) по первой части сделки.

Судом первой инстанции установлено, что вторая часть сделки РЕПО не была исполнена по состоянию на дату отзыва у Банка лицензии (Банк не осуществил выкуп паев у ООО «ИК «Восток-Инвест» и возврат денежных средств первоначальному покупателю).

ФИО9, возражая на доводы об убыточности сделки, пояснял, что заключенная между ПВ-Банк (ЗАО) и ООО «ИК «Восток-Инвест» сделка имела на момент ее заключения положительное значение для Банка, поскольку она предоставляла Банку возможность не получить новые дополнительные денежные требования клиентов на вывод денежных средств из Банка на крупную сумму в течение срока действия сделки РЕПО; содержала в качестве условия ставку РЕПО в размере 11% годовых, что было выгодной ставкой на тот период, так как эта ставка была почти в полтора раза ниже среднерыночных кредитных ставок; подразумевала не окончательный вывод, а обязательный возврат актива (паи ЗПИФН «Поволжье») в собственность Банка.

По мнению ФИО69, смысл сделки заключался лишь во временном предоставлении актива покупателю по сделке в целях предупреждения более серьезных негативных обстоятельств в виде вывода денежных средств в ближайшие два месяца после заключения этой сделки, вторая часть сделки РЕПО не была исполнена в оговоренный между сторонами срок (30.05.2012) лишь в связи с отзывом лицензии у ПВ-Банк (ЗАО).

Суд первой инстанции отклонил указанные доводы ответчика, исходя из следующего.

Из карточки дела № А72-3615/2012 (https://kad.arbitr.ru/) следует, что договор купли-продажи ценных бумаг с обязательством обратного выкупа № АП/003/АК003/12 от 04.04.2012 дважды был предметом оспаривания в деле о банкротстве ПВ-Банка (ЗАО).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 14.11.2012 оставлено без удовлетворения заявление ПВ-Банка (ЗАО) о признании сделки - договора купли-продажи ценных бумаг с обязательством обратного выкупа № АП/003/АК003/12 от 04.04.2012 недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 17.12.2013 договор купли-продажи ценных бумаг с обязательством обратного выкупа № АП/003/АК003/12 от 04.04.2012 признан недействительной сделкой, применены последствия ее недействительности в виде восстановления задолженности Банка перед ООО «ИК «Восток-Инвест» на расчетном счете по договору банковского счета № 083-07/10 от 28.04.2010 в размере 195 300 521 руб. 21 коп., а также в виде обязания ООО «ИК «Восток-Инвест» вернуть в конкурсную массу ПВ-Банка (ЗАО) ценные бумаги, а именно: паи/2284 ЗПИФН «Поволжье» под управлением ООО «Универ Менеджмент» в количестве 4000 штук.

В последнем определении суд пришел к выводу о неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной оспариваемой сделки, поскольку рыночная (расчетная) стоимость переданного должником имущества (паев) существенно превышает договорную стоимость 4000 штук паев.

Кроме того, суд в этом же определении пришел к выводу о том, что совершение указанной сделки (в том числе проведение оплаты за спорные паи на сумму 195 300 521 руб. 21 коп. внутрибанковским платежом) привело к реальному выбытию имущества Банка стоимостью более 400 000 000 руб. и не привело к реальному получению Банком денежных средств из-за недостаточности денежных средств на корреспондентском счете ПВ-Банка (ЗАО).

Судом первой инстанции констатировано, что приведенные в определении суда от 17.12.2013 выводы в совокупности с установленным Банком России в актах проверки № АТ2-10/15 ДСП от 06.04.2012, № АТ1-10/16 ДСП от 17.04.2012 критическим финансовым положением должника указывают на отсутствие реальной возможности у Банка выкупить обратно ценные бумаги в связи с возникновением у него очевидных проблем с платежеспособностью, то есть Банк сознательно взял на себя заведомо неисполнимые обязательства.

Кроме того, судом в определении от 17.12.2013 установлено, что операции (оплата по договору купли-продажи ценных бумаг со стороны ООО «ИК «Восток-Инвест») совершены внутрибанковскими проводками без фактического перечисления денежных средств.

В связи с этим суд пришел к выводу о том, что по результатам внутрибанковских проводок Банком необоснованно отражалось поступление денежных средств в размере 195 300 521 руб. 21 коп. от ООО «ИК «Восток-Инвест».

Доводы ФИО9 о том, что в определении суда от 14.11.2012 имеются выводы: «проведение указанной банковской операции во исполнение условий договора № АП/003/АК/003/12 не повлекло уменьшение конкурсной массы должника», «суд пришел к выводу о том, что должник - ПВ-Банк (ЗАО) получил равноценное встречное исполнение обязательства, совершенное непосредственно после заключения договора № АП/003/АК/003/12 от 04.04.2012» суд первой инстанции отклонил как необоснованные.

Суд первой инстанции указал, что в последующем, при оспаривании указанной сделки по иному специальному основанию определением от 17.12.2013 суд установил, что совершение указанной сделки (в том числе проведение оплаты за спорные паи на сумму 195 300 521 руб. 21 коп. внутрибанковским платежом) привело к реальному выбытию имущества Банка стоимостью более 400 000 000 руб. и не привело к реальному получению Банком денежных средств из-за недостаточности денежных средств на корреспондентском счете ПВ-Банка (ЗАО).

По мнению суда первой инстанции, в материалы настоящего обособленного спора со стороны ФИО9 не представлено относимых и допустимых доказательств, позволяющих суду при разрешении рассматриваемого спора признать ошибочность выводов, сделанных в определении от 17.12.2013, и переоценить иным образом вопрос об убыточном характере для должника последствий заключения и исполнения договора № АП/003/АК/003/12 от 04.04.2012.

Из отчета конкурсного управляющего, представленного в материалы основного дела о банкротстве ПВ-Банка (ЗАО), суд первой инстанции установил, что в ходе конкурсного производства возвращенные в рамках применения последствий недействительности сделок паи ЗПИФН «Поволжье» под управлением ООО «Универ Менеджмент» в количестве 4000 штук были реализованы за 36 000 000 руб.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что, несмотря на то, что выбывший актив все же был возвращен в конкурсную массу Банка в ходе процедуры банкротства, а сама данная сделка РЕПО не была изначально заявлена Агентством в числе фраудаторных, тем не менее, совершение данной сделки и ее последствия на дату отзыва у Банка лицензии также подлежат оценке и учету при определении момента и причин объективного банкротства кредитной организации-должника.

Иных существенно убыточных сделок со стороны конкурсного управляющего в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности не заявлено.

Таким образом, приведенный анализ вышеуказанных сделок позволил суду первой инстанции прийти к выводу о том, что «технический» характер кредитов подтверждается в отношении следующих заемщиков: ФИО49 по кредитному договору <***> от 02.09.2011 на сумму 50 000 000 руб., ФИО51 по кредитному договору <***> от 03.02.2012 на сумму 12 012 000 руб., ФИО52 по кредитному договору <***> от 07.03.2012 на сумму 20 510 000 руб., ФИО53 по кредитному договору <***> от 07.03.2012 на сумму 20 000 000 руб., ООО «Страсбург» по кредитному договору <***> от 29.03.2012 на сумму 148 000 000 руб.

При этом последние четыре заемщика (ФИО51, ФИО52, ФИО53 и ООО «Страсбург») входили в единую группу взаимосвязанных заемщиков.

Суд первой инстанции также принял во внимание, что приговором Мещанского районного суда города Москвы от 10.03.2020 по делу № 1-6/2020 установлено, что ФИО19 при пособничестве ФИО47 совершил преступление по хищению денежных средств Банка под видом выдачи последнему кредита на 120 000 000 руб. по кредитному договору <***> от 20.02.2012. Указанным приговором ФИО19 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, с него и с ФИО47 в пользу ПВ-Банка (ЗАО) в солидарном порядке взысканы денежные средства в размере 117 872 950 руб. 72 коп. по гражданскому иску конкурсного управляющего Банком.

Суд первой инстанции указал, что в листе согласования от 19.02.2012, которым одобрена выдача кредита ФИО47, ФИО9 проголосовал «за».

Приведенные в приговоре обстоятельства также позволили суду первой инстанции признать выданный ФИО47 кредит на 120 млн. руб. «техническим».

Кроме того, суд первой инстанции счел подтвержденной заведомую убыточность следующих сделок Банка:

- договор цессии № 024-12/Ц от 03.04.2012 с ООО «Страсбург», по условиям которого Банк приобрел у ООО «Страсбург» не принадлежащее последнему право требования к ФИО49 на сумму 52 145 590 руб. 61 коп., уплатив указанному обществу денежную сумму в размере 49 537 377 руб. 05 коп.;

- договор купли-продажи ценных бумаг (паи ЗПИФН «Поволжье») с обязательством обратного выкупа № АП/003/АК/003/12 от 04.04.2012 с ООО «ИК «Восток-Инвест» (договор РЕПО), по которому должником отчуждены 4000 штук ценных бумаг на сумму 195 300 521 руб. 21 коп., приведшее к реальному выбытию имущества Банка стоимостью более 400 000 000 руб.

В отношении остальных сделок, совершенных до конца 2011 года включительно и на которые указывали ГК «Агентство по страхованию вкладов» и кредитор АО «Ульяновскэнерго», судом первой инстанции сделан вывод, что они заключены без нарушения внутрибанковских правил и процедуры рассмотрения и одобрения кредита, материалы дела не содержат доказательств наличия какой-либо заинтересованности и (или) аффилированности кого-либо из ответчиков по отношению к таким заемщикам, равно как и доказательств того, что заключение кредитных договоров с ними были инициированы кем-либо из состава ответчиков, а также того, что последние могут являться выгодоприобретателями от данных сделок.

Суд первой инстанции также установил, что в ходе конкурсного производства право требования к ФИО49 по кредитному договору <***> от 02.09.2011 было реализовано, выручка от его реализации составила 31 888 560 руб. 16 коп., в связи с чем убытки, причиненные в результате выдачи данного «технического» кредита, компенсированы конкурсной массе. Кроме того, сама по себе выдача кредита ФИО49, по мнению суда первой инстанции, не может быть признана сделкой, причинившей именно существенный вред кредиторам, поскольку она не могла повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы была направлена на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству, а в совокупности имеющихся обязательств несовершение данной сделки не привело бы к существенному улучшению финансового состояния должника.

Из материалов дела следует, что все признанные судом первой инстанции заведомо убыточные сделки (в том числе «технические» кредиты) совершены в 2012 году, в пределах 3 месяцев до отзыва у Банка лицензии, общий размер негативных последствий для Банка (выбытие актива) составил совокупно 770 059 377 руб. 05 коп.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции по результатам оценки динамики показателей финансово-хозяйственной деятельности должника, отраженных в его общей (бухгалтерской) и специальной отчетности, установил, что признаки недостаточности имущества и неплатежеспособности появились у Банка незадолго до отзыва лицензии.

Суд первой инстанции констатировал, что надзорным органом в актах проверки Банка № АТ2-10/15 ДСП от 06.04.2012, № АТ1-10/16 ДСП от 17.04.2012 сделан вывод о том, что с конца февраля 2012 года прекратились выплаты по уплате основного долга и процентов, просроченная задолженность за март 2012 возросла в 5 раз, возникает и растет задолженность по учтенным векселям, Банк таким образом пытается переоформить проблемную задолженность, финансовое положение Банка по данным его официальной отчетности характеризуется наличием 227 474 тыс. руб. убытка, снижением величины собственных средств на 37% по сравнению с его максимальной величиной, которая зафиксирована на 01.02.2012; трудности со своевременным исполнением обязательств по уплате обязательных платежей начинают возникать также с февраля 2012 года, которые к концу марта 2012 года принимают характер неоднократности и по длительности превышают минимальный срок, установленный законодательством. До выхода рабочей группы на проверку картотека неоплаченных документов Банком скрывается; после ее выявления членами рабочей группы Банк официально в отчетности начинает отражать размер неисполненных обязательств. В начале апреля 2012 года возникает ситуация неисполнения документа на сумму, превышающую 1000-кратный размер МРОТ, сроком на 14 дней, которая предусматривает отзыв лицензии на осуществление банковских операций в соответствии с подпунктом 4 части 2 статьи 20 Закона о банках и банковской деятельности по состоянию на 06.04.2012.

В заключительной части акта проверки № АТ1-10/16 ДСП от 17.04.2012 рабочей группой также указано, что при отсутствии средств для удовлетворения требований кредиторов и вкладчиков, кредитная организация проводит операции по предоставлению кредитов. В филиале «Московский» 02 и 05 апреля 2012 года выданы кредиты, документы по которым рабочей группе не представлены, о чем были составлены акты противодействия проведению проверки от 06.04.2012 № 10-11/1934ДСП и № 10-11/1935ДСП.

В результате проведенного Временной администрацией финансового анализа ПВ-Банка (ЗАО) было выявлено, что после формирования резервов на возможные потери в соответствии с Положением Банка России от 20.03.2006 № 283-П и в соответствии с Положением Банка России от 26.03.2004 № 254-П стоимость имущества (активов) должника на дату внесения изменений в бухгалтерский баланс (форма 0409806) кредитной организации (на 13.04.2012) оказалась недостаточной для исполнения обязательств перед кредиторами и (или) обязанности по уплате обязательных платежей: стоимость активов Банка составляет 2 768 859 тыс. руб., а общая сумма обязательств Банка составляет 3 313 264 тыс. руб. Установлено превышение величины обязательств кредитной организации над ее активами (имуществом) на 544 405 тыс. руб.

Суд первой инстанции указал, что установленная Временной администрацией величина превышения обязательств кредитной организации над ее активами (имуществом) на 13.04.2012 (544 405 тыс. руб.) в целом соотносится с общим размером актива Банка, выбывшего в результате совершенных в период с января по апрель 2012 года сделок (770 059 377,05 руб.), то есть непосредственно перед отзывом у Банка лицензии.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что появление у Банка признаков недостаточности имущества находится в прямой причинно-следственной связи с хронологией совершения в 2012 году сделок, носящих «технический» и заведомо убыточный характер.

Согласно абзацу четвертому статьи 4 Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» (далее – Закон о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций) в случае абсолютного снижения величины собственных средств (капитала) кредитной организации по сравнению с максимальной величиной, достигнутой за последние 12 месяцев, более чем на 20 процентов при одновременном нарушении одного из обязательных нормативов в отношении данной кредитной организации возникают основания для осуществления мер по предупреждению банкротства.

В рассматриваемом случае размер выявленных и доказанных в настоящем споре случаев выбытия активов Банка - 770 059 377 руб. 05 коп. составляет почти 29% от общего размера активов Банка (2 768 859 тыс. руб.) и 116,16% от величины собственных средств (капитала) Банка по состоянию на 01.01.2012 (662 978 тыс. руб.), что оказалось критическим для финансового положения и масштабов деятельности должника, привело к утрате платежеспособности Банка и отзыву у него лицензии кредитной организации.

Оценив с позиции статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в данном обособленном споре, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, пришел к правильному выводу о том, что сделки 2012 года отвечают критерию существенности применительно к масштабам деятельности Банка и критерию убыточности, что позволяет суду при разрешении настоящего спора применить презумпции совершения невыгодных для должника сделок (пункт 23 постановления Пленума № 53, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015).

Так, кредитные договоры с ФИО51 (12 012 000 руб.), ФИО52 (20 510 000 руб.), ФИО53 (20 000 000 руб.) от имени Банка были подписаны управляющим филиалом «Московский» ФИО19 (по доверенности) в отсутствие одобрения со стороны коллегиальных органов; договоры с ФИО47 (120 000 000 руб.) и ООО «Страсбург» (кредитный договор (148 000 000 руб.) и договор цессии (49 537 377 руб. 05 коп.)) подписаны ФИО19 при одобрении, в том числе, ФИО9 в статусе члена кредитного комитета Банка и члена правления последнего.

Также сам ФИО9 от имени Банка подписал договор купли-продажи ценных бумаг (паи ЗПИФН «Поволжье») с обязательством обратного выкупа № АП/003/АК/003/12 от 04.04.2012 с ООО «ИК «Восток-Инвест» (договор РЕПО), по которому должником отчуждены 4000 штук ценных бумаг на сумму 195 300 521 руб. 21 коп., последствием которого стало реальное выбытие имущества Банка стоимостью более 400 000 000 руб.

Применительно к статусу ФИО19 суд первой инстанции установил, что он являлся управляющим филиалом «Московский» ПВ-Банка (ЗАО) с 06.10.2011, его полномочия позволяли ему от имени Банка заключать и расторгать договоры - кредитные, о выдаче банковских гарантий, залога, поручительства и иные, а также совершать банковские операции и сделки, что следует из положения о филиале «Московский» Банка и выданной ему доверенности, на основании которой он действовал при подписании кредитных и иных договоров.

Кроме того, выявленные случаи выдачи ФИО19 от имени Банка «технических» кредитов в обход установленного внутрибанковского порядка и без соответствующего одобрения со стороны коллегиальных органов Банка указывают на самостоятельность принимаемых им управленческих решений от имени должника, что также позволяет отнести его к числу контролирующих должника лиц.

Суд первой инстанции указал на пассивное процессуальное поведение ФИО19 и уклонение тем самым от установления обстоятельств деятельности должника в преддверие отзыва у Банка лицензии.

Применительно к статусу и должностному положению ФИО9 в структурах должника суд первой инстанции отметил, что в период с 15.08.2011 по 20.04.2012 ФИО9 на постоянной основе занимал должность заместителя председателя правления Банка (с 30.09.2011 - первого заместителя председателя правления, на основании протокола заседания совета директоров Банка № 24 от 30.09.2011; с 26.10.2011 по 20.04.2012 входил в состав правления Банка; с 03.11.2011 был председателем кредитного комитата Банка; согласно письму ЦБ РФ от 13.08.2013 № 33-5-18/3870 с 20.01.2012 до введения в отношении должника конкурсного производства исполнял обязанности председателя правления Банка, при этом на данную должность был назначен и фактически приступил к исполнению обязанностей председателя правления Банка с 31.12.2011 на основании протокола заседания совета директоров Банка № 38 от 29.12.2011 и приказа № 790-к от 29.12.2011, о чем свидетельствуют подписанные им с 10.01.2012 внутренние приказы Банка. При этом совокупный период фактического исполнения ФИО9 обязанностей председателя правления Банка с 31.12.2011 по 24.05.2012 составляет почти 5 месяцев.

Суд первой инстанции указал, что являясь одним из топ-менеджеров Банка, исполняющим обязанности руководителя кредитной организации, а также, будучи председателем кредитного комитета Банка, в нарушение возложенных на него фидуциарных обязанностей, ФИО9 на протяжении короткого времени успел поучаствовать в одобрении выданных ФИО19 вышеуказанных технических кредитов, а также непосредственно сам произвел отчуждение ликвидных активов должника, что повлекло дальнейший рост диспропорции между стоимостью активов Банка и размером его обязательств и, как следствие, к отзыву у Банка лицензии и невозможности полного погашения требований кредиторов.

Кроме того, при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции были установлены многочисленные организационные недостатки делопроизводства в работе возглавляемого ФИО9 кредитного комитета Банка, что указывает на отсутствие с его стороны должного контроля за работой Банка по данному направлению его деятельности, находящегося в зоне контроля и ответственности указанного должностного лица кредитной организации.

Судом первой инстанции сделан вывод, что в результате действий ФИО9 и ФИО19 стоимость чистых активов должника приобрела отрицательное значение и повлекла невозможность полного погашения требований кредиторов ввиду значительного роста диспропорции между стоимостью активов Банка и размером его обязательств, что явилось основной причиной отзыва лицензии у Банка и его банкротства (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760, от 28.03.2024 № 305-ЭС23-22266 по делу № А40-169761/2018).

Также судом первой инстанции сделан вывод об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что остальные ответчики были или могли быть заблаговременно осведомлены о противоправных действиях ФИО9 и ФИО19 и имели возможность, используя свои полномочия членов органа управления должника, предотвратить эти действия и наступившие последствия.

С позиции изложенных обстоятельств суд первой инстанции верно признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО9 и ФИО19 к субсидиарной ответственности за участие (соучастие) указанных лиц в необоснованном выводе активов должника (в виде выдачи «технических» кредитов и отчуждение ликвидного имущества).

В качестве другого самостоятельного основания для привлечения ФИО14, ФИО20, ФИО17, ФИО11, ФИО9, ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал также на непринятие указанными лицами мер по предупреждению банкротства Банка при осуществлении полномочий председателя правления Банка (единоличного исполнительного органа).

Согласно статьям 189.9, 61.11 Закона о банкротстве, статьям 3, 11 Закона о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций контролирующие банк лица несут субсидиарную ответственность за непринятие мер по предупреждению банкротства при возникновении признаков несостоятельности (банкротства), а также на основании статьи 14 Закона о банкротстве кредитных организаций и статьи 189.23 Закона о банкротстве за принятие решений о выдаче заведомо безвозвратных ссуд, которые явились причиной ухудшения финансового положения банка.

Возражая против данного основания ФИО14, ФИО17, ФИО11, ФИО3 и наследники ФИО20 указывали, что в период осуществления ими полномочий председателя правления Банка последние не обладали признаками банкротства, а его финансовое положение не требовало принятия мер по предупреждению банкротства.

При разрешении настоящего спора суд первой инстанции исходил из установленных периода, причин наступления признаков объективного банкротства ПВ-Банка (ЗАО) и пришел к выводу о том, что к утрате Банком своей платежеспособности и к отзыву у него лицензии кредитной организации (объективному банкротству) привели именно действия ФИО9 и ФИО19 по выдаче в 2012 году кредитов лицам, заведомо неспособным исполнить принятые на себя обязательства («техническим» заемщикам), а также по отчуждению ликвидных активов должника на заведомо убыточных условиях (сделка РЕПО и договор цессии с ООО «Страсбург»).

В связи с этим довод ФИО9 о ненадлежащем финансовом положении Банка как минимум с августа 2011 года и о том, что он не знал о реальном финансовом положении Банка до отзыва у него лицензии, суд первой инстанции отклонил как несостоятельный.

Как установлено судом первой инстанции и отмечено выше, размер выявленных и доказанных в настоящем споре случаев выбытия активов Банка составил почти 29% от общего размера активов Банка (2 768 859 тыс. руб.) и 116,16% от величины собственных средств (капитала) Банка по состоянию на 01.01.2012 (662 978 тыс. руб.).

Кроме того, актами проверки Банка России установлено, что в период руководства ФИО9 появились и иные основания, предусмотренные статьей 4 Закона о банкротстве кредитных организаций, для осуществления мер по предупреждению банкротства кредитной организации: кредитная организация не удовлетворяла требования кредиторов (кредитора) по денежным обязательствам (обязательству) и (или) не исполняла обязанность по уплате обязательных платежей в сроки, превышающие три дня с момента наступления даты их удовлетворения и (или) даты их исполнения, в связи с отсутствием или недостаточностью денежных средств на корреспондентских счетах кредитной организации; нарушала норматив достаточности собственных средств (капитала), установленный Банком России; нарушала норматив текущей ликвидности кредитной организации, установленный Банком России, в течение последнего месяца более чем на 10 процентов; допускала уменьшение величины собственных средств (капитала) по итогам отчетного месяца ниже размера уставного капитала, определенного учредительными документами кредитной организации, зарегистрированными в порядке, установленном федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними нормативными актами Банка России.

Доказательств принятия и (или) попыток принятия мер по финансовому оздоровлению кредитной организации и предупреждению его банкротства в период исполнения обязанностей председателя правления Банка ФИО9 суду первой инстанции не представил, равно как и доказательства того, что в указанное время полный контроль и управление Банком осуществлял кто-либо другой помимо его воли.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО9, как руководитель должника, должен был исполнять самостоятельную обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах Банка, его кредиторов и вкладчиков (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), принимать исчерпывающие меры по финансовому оздоровлению кредитной организации и предупреждению его банкротства, в том числе путем недопущения наступления событий (выдачи «технических» кредитов и отчуждение ликвидных активов должника), послуживших основной причиной отзыва лицензии кредитной организации.

Добросовестность и разумность действий ФИО9 применительно к данному основанию заявленных требований суд первой инстанции не установил, в связи с чем признал доказанным наличие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непринятие мер по финансовому оздоровлению кредитной организации и предупреждению его банкротства при осуществлении полномочий председателя правления Банка.

В отношении остальных ответчиков (ФИО14, ФИО20 (в лице наследников), ФИО17, ФИО11, ФИО3) применительно к данному основанию суд первой инстанции указал, что материалами дела не подтверждается безусловная обязанность принятия с их стороны мер, предусмотренных статьями 3 и 7 Закона о банкротстве кредитных организаций, исходя из того, что в периоды исполнения ими полномочий председателя правления Банка финансовое положение должника не являлось критическим, указывающим на такую необходимость, что исключает привлечение их к ответственности по данному основанию.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности оснований для привлечения ФИО9 и ФИО19 к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями статьи 189.23 Закона о банкротстве, статьи 14 Закона о банкротстве кредитных организаций и пункта 17 постановления Пленума № 53.

При этом судом первой инстанции не установлено оснований для привлечения ФИО14, ФИО17, ФИО11, ФИО7, ФИО3, ФИО21, ФИО22, ФИО1, ФИО23, ФИО8 и наследников ФИО20 к субсидиарной ответственности; не установлено оснований для квалификации их поведения в качестве действий, повлекших причинение убытков должнику, которые могли бы быть взысканы с них по правилам, установленным статьями 15, 393, 1064 ГК РФ.

В связи с отсутствием оснований для привлечения к субсидиарной ответственности наследников ФИО20 - ФИО25 и ФИО26 и для взыскания с них убытков, необходимости определения состава наследственной массы и ее стоимости суд первой инстанции также не усмотрел.

Рассматривая заявления ответчиков ФИО14, ФИО11, ФИО9, ФИО23, ФИО8, ФИО17, ФИО3, ФИО19, ФИО21 и наследников ФИО20 о пропуске Агентством срока исковой давности в части требований, заявленных в отношении них, суд первой инстанции их отклонил.

При этом суд руководствовался положениями статей 190, 193, 195-200 ГК РФ, разъяснениями, данными в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», пункте 59 постановления Пленума № 53, положениями статьи 61.14 Закона о банкротстве, параграфа 4.1 Федерального закона 22.12.2014 № 432-ФЗ, правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определениях от 27.03.2023 № 305-ЭС19-18701(5-8), и пришел к правильному выводу о том, что трехлетний срок исковой давности заявителем не пропущен.

Банк признан банкротом, а функции конкурсного управляющего в отношении Банка возложены на ГК «Агентство по страхованию вкладов» решением Арбитражного суда Ульяновской области от 29.05.2012 (резолютивная часть от 24.05.2012).

Учитывая положения пункта 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», трехлетний срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности начал течь не ранее даты открытия конкурсного производства - 24.05.2012, поскольку последний день истечения трехлетнего срока исковой давности 24.05.2015 приходится на воскресенье, который является нерабочим (выходным) днем, то с учетом положений статьи 193 ГК РФ днем окончания срока на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в данном случае считается ближайший следующий за ним рабочий день, то есть 25.05.2015.

Суд первой инстанции установил, что рассматриваемое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности направлено конкурсным управляющим почтой 25.05.2015, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, находит выводы судов правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы ответчиков о несогласии с заявленным размером субсидиарной ответственности были предметом оценки судебных инстанций и отклонены как преждевременные и не соответствующие стадии рассмотрения спора.

Доводы ФИО9 об ошибочном указании срока замещения им должности и.о. председателя правления Банка, о неверной оценке судами ущербности сделок, о том, что заключение договора купли-продажи ценных бумаг (паи ЗПИФН «Поволжье») с обязательством обратного выкупа № АП/003/АК/003/12 от 04.04.2012 с ООО «ИК «Восток-Инвест» (договор РЕПО) имело положительный эффект, сделка с ООО «Страсбург» не могла повлечь банкротство Банка, сделки с ФИО52, ФИО51, ФИО53 были заключены филиалом «Московский» ПВ-Банка (ЗАО) в рамках лимита на самостоятельное принятие решений филиалом и ФИО9 указанные сделки не одобрял, более того, заявителем принимались меры по подаче заявления в правоохранительные органы о проведении проверки в отношении указанных лиц по факту совершения противоправных действий в отношении Банка, а также о том, что к моменту, когда он вступил в должность председателя правления финансовое положение Банка уже отражало наступление признаков неплатежеспособности, были подробно исследованы и отклонены судами как противоречащие материалам дела.

Судебная коллегия кассационного суда соглашается с выводами судов, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Особенность функционирования кредитных организаций состоит в том, что они осуществляют достаточно крупную по своим масштабам деятельность на финансовом рынке, что обусловливает необходимость наличия в их штате значительного количества сотрудников, в том числе в органах управления. При этом банковская деятельность на финансовом рынке является строго и детально урегулированной, в частности, предъявляется значительное количество требований к перечню органов управления, а также к персональному составу лиц, в них входящих (например, статьи 11.1, 11.1-1 Закона о банках и банковской деятельности).

Данные особенности деятельности банков предопределяют то, что в рамках дел об их банкротстве споры о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности зачастую сопровождаются наличием большого количества ответчиков. Разрешая подобные споры, судам необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству кредитной организации.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших, в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума № 53).

Применительно к критерию № 2 квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

В отношении критерия № 3 судам при разрешении споров о привлечении бывшего руководства банка к субсидиарной ответственности необходимо поименно устанавливать вовлеченность каждого конкретного ответчика в совершение вменяемых сделок применительно к каждой из них. Тот факт, что лица занимали одну и ту же должность в банке (например, входили в состав правления или кредитного комитета) либо обладали одинаковым статусом контролирующего лица, еще не означает потенциальной тождественности выводов в отношении их вины. Изучению подлежат возражения каждого ответчика, из чего следует, что общие абстрактные выводы об их недобросовестности (неразумности), основанные исключительно на их принадлежности к числу контролирующих лиц (либо к одной группе контролирующих лиц), недопустимы. Само по себе наличие статуса контролирующего лица не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

В контексте названного критерия это означает, что суд, установив наличие отношения ответчика к руководству банка, должен проверить, являлся ли конкретный ответчик инициатором, потенциальным выгодоприобретателем существенно убыточной сделки либо действовал ли он с названными лицами совместно (статья 1080 ГК РФ).

В материалы дела представлен реестр сделок, причинивших Банку ущерб.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 53, неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судом первой инстанции верно установлены те ущербные сделки, заключение которых санкционировал ФИО9, и которые без его участия не могли быть совершены. Обстоятельства совершения указанных сделок оценены судом первой инстанции полно и всесторонне, поддержаны апелляционным судом.

Иная оценка ответчика в отношении их убыточности выводов судов не опровергает.

За непродолжительный период деятельности в должности председателя правления Банка ответчик заключил и согласовал заключение сделок, причинивших Банку ущерб на сумму более 770 миллионов рублей, что оказалось критическим для финансового положения и масштабов деятельности должника и привело к утрате платежеспособности Банка и отзыву у него лицензии кредитной организации. Указанные обстоятельства заявителем кассационной жалобы не опровергнуты.

Довод ФИО9 о том, что сделка РЕПО заключена в интересах Банка и что только отзыв лицензии не позволил провести вторую часть сделки, что привело к убыткам, также отклонен судами с указанием на то, что противоречит материалам дела.

Так, определением Арбитражного суда Ульяновской области от 17.12.2013 договор купли-продажи ценных бумаг с обязательством обратного выкупа № АП/003/АК003/12 от 04.04.2012 признан недействительной сделкой, применены последствия ее недействительности в виде восстановления задолженности Банка перед ООО «ИК «Восток-Инвест» на расчетном счете по договору банковского счета № 083-07/10 от 28.04.2010 в размере 195 300 521 руб. 21 коп., а также в виде обязания ООО «ИК «Восток-Инвест» вернуть в конкурсную массу ПВ-Банка (ЗАО) ценные бумаги, а именно: паи/2284 ЗПИФН «Поволжье» под управлением ООО «Универ Менеджмент» в количестве 4000 штук.

В указанном определении суд пришел к выводу о неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной оспариваемой сделки, о том, что совершение указанной сделки (в том числе проведение оплаты за спорные паи на сумму 195 300 521 руб. 21 коп. внутрибанковским платежом) привело к реальному выбытию имущества Банка стоимостью более 400 000 000 руб. и не привело к реальному получению Банком денежных средств из-за недостаточности денежных средств на корреспондентском счете ПВ-Банка (ЗАО).

Установленное на момент совершения сделки РЕПО критическое финансовое положение должника указывает на отсутствие реальной возможности у Банка выкупить обратно ценные бумаги в связи с возникновением у него очевидных проблем с платежеспособностью, то есть Банк сознательно взял на себя заведомо неисполнимые обязательства.

Таким образом, судами установлено, что Банк не имел возможности произвести обратный выкуп ценных бумаг, что повлекло выбытие дорогостоящего актива, при этом встречного предоставления по сделке не было предоставлено. Из материалов дела следует, что ФИО9 не мог не осознавать последствия совершаемых и одобряемых им сделок.

Довод заявителя жалобы о необходимости иными лицами, замещавшими должность председателя правления, принимать меры для предупреждения банкротства Банка, также был предметом оценки и отклонен судебной коллегией апелляционного суда как необоснованный, исходя из следующего.

Судом первой инстанции установлено, что к утрате Банком своей платежеспособности и к отзыву у него лицензии кредитной организации (объективному банкротству) привели именно действия ФИО9 и ФИО19 по выдаче в 2012 году кредитов лицам, заведомо неспособным исполнить принятые на себя обязательства («техническим» заемщикам), а также по отчуждению ликвидных активов должника на заведомо убыточных условиях (сделка РЕПО и договор цессии с ООО «Страсбург»). Доказательства того, что указанные признаки у Банка возникли ранее, заявителем жалобы не представлены.

Довод о неверном указании судами срока выполнения обязанностей ответчиком опровергается материалами дела, поскольку ФИО9 замещал должность и.о. председателя правления Банка с 20.01.2012 по 24.05.2012 (до признания должника банкротом). При этом фактически к исполнению обязанностей он приступил с 31.12.2011.

Также, судебной коллегией отклонен довод ФИО9 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, который был предметом рассмотрения суда первой инстанции, ему дана надлежащая правовая оценка.

Обращаясь с жалобой, ФИО19 указал, что его действия по выдаче кредитов, как управляющего филиалом Банка, не могли привести к банкротству Банка, он не имел возможности давать обязательные указания руководству Банка и определять его действия, то есть ФИО19 полагает, что заявителем не доказано то, что он являлся контролирующим должника лицом или выгодоприобретателем по сделкам. Также

Судебной коллегией апелляционного суда отклонены доводы Т.А.ВБ. в силу следующего.

Контроль может быть как прямым - контролирующим лицом может быть лицо, непосредственно получающее выгоду, так и непрямым - оба лица (должник и выгодоприобретатель) могут находиться под общим контролем третьего лица (бенефициара). В последнем случае лицо, контролирующее то лицо, которое получило выгоду, является контролирующем должника лицом и для должника. Иначе говоря, КДЛ может быть признано то лицо (группа связанных с ним лиц), которому (которым) без равноценного встречного предоставления прямо или косвенно (через третьих лиц) перечислялся доход (выручка) от деятельности должника или его часть и (или) было отчуждено имущество должника или его часть.

Судами установлено, что кредитные договоры с ФИО51 (12 012 000 руб.), ФИО52 (20 510 000 руб.), ФИО53 (20 000 000 руб.) от имени Банка были подписаны управляющим филиалом «Московский» ФИО19 (по доверенности), в отсутствие одобрения со стороны коллегиальных органов; договоры с ФИО47 (120 000 000 руб.) и ООО «Страсбург» (кредитный договор (148 000 000 руб.) и договор цессии (49 537 377 руб. 05 коп.)) подписаны ФИО19 при одобрении, в том числе, ФИО9 в статусе члена кредитного комитета Банка и члена правления последнего.

Кроме того, приговором Мещанского районного суда города Москвы от 10.03.2020 по делу № 1-6/2020 установлено, что ФИО19 при пособничестве ФИО47 совершил преступление по хищению денежных средств Банка под видом выдачи последнему кредита на 120 000 000 руб. по кредитному договору <***> от 20.02.2012. Указанным приговором ФИО19 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, с него и с ФИО47 в пользу ПВ-Банка (ЗАО) в солидарном порядке взысканы денежные средства в размере 117 872 950 руб. 72 коп. по гражданскому иску конкурсного управляющего Банком.

Приведенные в приговоре обстоятельства также позволили суду первой инстанции признать выданный ФИО47 кредит на 120 млн. руб. «техническим».

Довод ФИО19 об отсутствии у него статуса контролирующего должника лица отклонен судебной коллегией, исходя из того, что он являлся управляющим филиалом «Московский» ПВ-Банка (ЗАО) с 06.10.2011, его полномочия позволяли ему от имени Банка заключать и расторгать договоры - кредитные, о выдачи банковских гарантий, залога, поручительства и иные, а также совершать банковские операции и сделки, что следует из положения о филиале «Московский» Банка и выданной ему доверенности, на основании которой он действовал при подписании кредитных и иных договоров.

Конкурсным управляющим выявлены случаи выдачи ФИО19 от имени Банка «технических» кредитов в обход установленного внутрибанковского порядка и без соответствующего одобрения со стороны коллегиальных органов Банка, что указывает на самостоятельность принимаемых им управленческих решений от имени должника, что также позволило суду первой инстанции отнести его к числу контролирующих должника лиц.

Таким образом, суд первой инстанции, установив долю существенно убыточных сделок, совершенных ФИО19, обоснованно признал его контролирующим должника лицом и установил основания для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Обращаясь с жалобой, конкурсный управляющий должника ГК «Агентство по страхованию вкладов» указал, что судом неправомерно сделан вывод об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО14, наследников ФИО20 (ФИО25 и ФИО26), ФИО17, ФИО11, ФИО7, ФИО3, ФИО21, ФИО22, ФИО1, ФИО23, поскольку признаки объективного банкротства Банка возникли с 01.04.2010, отсутствие мер по предупреждению банкротства со стороны указанных ответчиков привело к отзыву лицензии у Банка и признанию его банкротом. Также конкурсный управляющий указал на совершение в спорный период «схемных операций» по замещению текущей просроченной задолженности на кредитную задолженность «новых» заемщиков.

Указанные доводы были предметом подробного исследования судов первой и апелляционной инстанций и также обоснованно отклонены со ссылкой на то, что указанные Агентством «технические» заемщики и имеющаяся у них задолженность перед Банком в период с 01.04.2010 не могли привести к банкротству Банка в 2012 году, поскольку задолженность большинства заемщиков с 01.04.2010 на дату отзыва лицензии была погашена, что не позволяет говорить о ней как о «технической».

Довод конкурсного управляющего о том, что совершение самих схемных операций свидетельствует о сокрытии плохого финансового положения и уже является достаточным основанием для привлечения всех ответчиков к субсидиарной ответственности, а также иные доводы повторяют доводы апелляционных жалоб, также были предметом оценки апелляционного суда и отклонены с подробным изложением их необоснованности.

Как правильно подчеркнули судебные инстанции, само по себе осуществленное на основании внутрибанковских правил одобрение сделки лицом, входящим в органы управления, еще не свидетельствует о том, что это лицо является соучастником вывода активов, поскольку в такой ситуации предполагается, что оно действовало в соответствии со стандартами разумности и добросовестности, обычно применяемыми в этой сфере деятельности. Бремя доказывания обратного лежит на конкурсном управляющем (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8)).

Наличие лишь одного статуса члена кредитного комитета и голосование за принятие комитетом решений, в рассматриваемом случае не может быть отнесено к числу оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, в связи с отсутствием доказательств того, что при наличии положительного заключения профильного подразделения банка, действия отклонялись от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности. Данные выводы соответствуют правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 09.12.2021 № 307-ЭС19-18598(26).

Доказательств того, что ответчики являлись инициаторами заключения вменяемых кредитных договоров либо выгодоприобретателями по сделкам, в материалы дела конкурсным управляющим также не представлено.

При указанных обстоятельствах выводы суда об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков ФИО14, наследников ФИО20 (ФИО25 и ФИО26), ФИО17, ФИО11, ФИО7, ФИО3, ФИО21, ФИО22, ФИО1, ФИО23 являются обоснованными и правомерными.

Обращаясь с жалобой, кредитор АО «Ульяновскэнерго» указал на то, что не согласен с установленной судами датой объективного банкротства Банка. Также полагает, что судами неправомерно отказано в признании существенно убыточными сделками: кредитные договоры, заключенные Санкт-Петербургским филиалом, с ООО «АВБ-Строй», ООО «Форел-Трейд», ООО «Ресурс-2», ООО «АвтоПрибор», ООО «СтройКомпаньон», ООО «Альянс», ООО «Альтернатива Синицы-Телекоммуникации», а также кредитные договоры, заключенные Московским филиалом, с ООО «Некс», ООО «Квест», ООО «Вента».

Кроме того, кредитор указывал на заведомое отсутствие надлежащего обеспечения по указанным сделкам в виде поручительства, поскольку поручители не имели соответствующего дохода и имущества; переданные в залог товары в обороте являлись по ряду обществ одними и теми же, фактически на момент взыскания задолженности отсутствовали; также указывает на нарушение процедуры согласования выдачи кредита, отсутствие части необходимой документации в кредитном досье.

Судебная коллегия отклоняет приведенные доводы кредитора, считает, что судами дана всесторонняя оценка каждой сделке, а заявители кассационных жалоб фактически не согласны с той оценкой, которую произвели суды.

Таким образом, доводы, приведенные в кассационных жалобах заявителями, подлежат отклонению, так как выводов судебных инстанций не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, по сути, сводятся к несогласию заявителей жалоб с произведенной судами оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов и направлены на необходимость иной оценки приведенных доводов и доказательств и установление иных обстоятельств по делу, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ; доводы заявителей кассационных жалоб фактически тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку.

При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для отмены обжалуемых судебных актов.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу кассационных жалоб применительно к статье 110 АПК РФ относятся на их заявителей.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.05.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2024 по делу № А72-3615/2012 оставить без изменений, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.А. Минеева

Судьи П.П. Васильев

В.А. Самсонов