ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ
АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, <...> E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
30 апреля 2025 года г. Вологда Дело № А13-6810/2018
Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2025 года. В полном объёме постановление изготовлено 30 апреля 2025 года.
Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Кузнецова К.А. и Селецкой С.В.,
при ведении протокола секретарём судебного заседания Гавриловой А.А.,
при участии арбитражного управляющего ФИО1, от ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 26.01.2025, ФИО4 по доверенности от 25.04.2025, от ООО «Сапфир»
ФИО5 по доверенности от 17.03.2025, от АО «Д2 Страхование» ФИО5 по доверенности от 26.04.2024, от конкурсного управляющего Должника ФИО6 представителя ФИО7 по доверенности от 22.12.2024, от Общества ФИО8 по доверенности от 03.12.2024,
рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционные жалобы конкурсного управляющего главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО9 ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Сапфир», общества с ограниченной ответственностью «Стронг Солюшнс» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 27.12.2024 по делу
№ А13-6810/2018,
установил:
конкурсный управляющий главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО9 (далее – Должник) ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Сапфир» (далее – ООО «Сапфир»), общество с ограниченной ответственностью «Стронг Солюшнс» (далее – Общество) обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Вологодской области от 27.12.2024 в части отказа в удовлетворении жалобы на действия арбитражного управляющего ФИО1 и взыскании с неё 7 300 000 руб.
убытков, а также в части взыскания с конкурсного управляющего Должника ФИО6 в пользу Должника 5 526 058 руб. 60 коп. убытков.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь», акционерное общество «Объединенная страховая компания», ООО «Сапфир», ассоциация арбитражных управляющих «Орион», общество с ограниченной ответственностью «РусКонсалт», оценщик ФИО10, общество с ограниченной ответственностью «Джей Пи» в лице конкурсного управляющего ФИО11, некоммерческая корпоративная организация потребительское общество взаимного страхования «ЭТАЛОН», общество с ограниченной ответственностью «Страховой дом «БСД», общество с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа», акционерное общество «Д2 Страхование».
В обоснование жалобы конкурсный управляющий Должника
ФИО6 ссылается на незаконность и необоснованность принятого судебного акта, просит его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований Общества и Должника к ФИО1 о признании незаконными её действий, взыскании с неё 7 300 000 руб. убытков и об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 к нему. Указывает на общность интересов группы лиц, в которую входят ФИО2 и ФИО1, действующие, по его мнению, недобросовестно, при злоупотреблении своими правами, в целях причинения вреда. Считает, что ухудшение состояния крупного рогатого скота (далее – КРС) произошло до утверждения его конкурсным управляющим Должника, Должник неоднократно обращался в различные государственные органы по вопросу ненадлежащего его содержания арендатором. ФИО1, по его мнению, не обеспечила контроль за состоянием стада в период нахождения его в аренде. Комитетом кредиторов Должника, созванным в экстренном порядке 31.05.2021, принято решение о продаже КРС ввиду нахождения его в предсмертном состоянии, в противном случае денежные средства от данного имущества были бы не получены вовсе. Оценка КРС проводилась с учетом его ужасного физиологического состояния, что отражено в инвентаризационной описи имущества Должника, составленной им при проведении инвентаризации. Отчет об оценке стоимости КРС лицами, участвующими в деле, не оспорен, недействительным не признан. Документов, свидетельствующих о наличии потенциальных покупателей, желающих приобрести спорное имущество по более высокой цене, не имеется. Лица, которые ведут аналогичную деятельность на смежных территориях, отказались от приобретения спорного имущества. Считает, что в рассматриваемом случае не доказана совокупность условий, необходимая для привлечения его к гражданско-правовой ответственности.
ООО «Сапфир» в апелляционной жалобе просило отменить определение суда в части взыскания убытков с ФИО6 и принять новый судебный акт
об отказе в удовлетворении заявленных ФИО2 требований. Считает, что оснований для признания ФИО6 виновным в причинении Должнику и (или) его кредиторам убытков не имеется, так как его действия по скорейшей продаже КРС не могут быть признаны противоправными, поскольку он действовал исходя из сложившейся обстановки. Материалы дела содержат информацию о том, что предыдущий арбитражный управляющий
ФИО1 не смогла обеспечить полную сохранность КРС, что свидетельствует о высокой сложности и затратности этого процесса, вызванной исключительно особенностями содержания животных, а не другими причинами. Суд первой инстанции проигнорировал тот факт, что не имеется положительных сведений о предложениях приобретения спорного имущества Должника по иной, более высокой цене.
Общество в апелляционной жалобе просило отменить определение суда в части отказа в удовлетворении его заявления и Должника к ФИО1 о взыскании с неё убытков в сумме 7 300 000 руб., а также в части удовлетворения жалобы ФИО2 о взыскании с ФИО6
5 526 058 руб. 60 коп. убытков, принять новый судебный акт об удовлетворении заявлений Общества и Должника к ФИО1 и отказать в удовлетворении заявления ФИО2 к ФИО6 В обоснование жалобы ссылается на несоответствие выводов, приведенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела. Считает, что состояние КРС ухудшилось в результате длительного бездействия ФИО1, не осуществляющей надлежащий контроль за состоянием стада. ФИО2, являясь кредитором Должника, не обращалась с 2019 года с жалобами вплоть до освобождения от должности ФИО1, что, по его мнению, объясняется аффилированностью её с ФИО1 ФИО6 реализовал имущество в неудовлетворительном состоянии, это привело к пополнению конкурсной массы Должника и свидетельствует о его разумности и добросовестности, что не могла сделать ФИО1, в период осуществления полномочий которой не поступали даже платежи от сдачи поголовья в аренду. Стоимость имущества, реализованного
ФИО6, определена исходя из его состояния, в противном случае животные подлежали утилизации и захоронению, что повлекло бы расходование средств Должника на данные цели.
В судебном заседании апелляционной инстанции представители апеллянтов поддержали доводы, приведенные в апелляционных жалобах.
ФИО1 в отзыве на апелляционные жалобы ФИО6 и Общества и в устном выступлении просила определение суда оставить без изменения.
ФИО2 в отзыве на апелляционные жалобы и её представители в судебном заседании апелляционной инстанции просили в их удовлетворении отказать.
АО «Д2 Страхование» в отзыве на жалобу Общества и его представитель просили в удовлетворении жалобы отказать.
Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).
Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобы подлежащими удовлетворению.
Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Вологодской области от 22.05.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Должника.
Определением суда от 19.07.2018 в отношении Должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена
ФИО1
Решением суда от 04.12.2018 Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1, определением суда от 24.05.2021 она освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должника и в данной должности утверждён ФИО6
Должник обратился 18.02.2022 в суд с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу Должника убытков в размере 7 300 000 руб. В обоснование указывает на то, что ФИО1 своими действиями (бездействием) довела КРС до истощенного состояния, что привело к его реализации на убой, в результате чего конкурсной массе Должника причинен ущерб в размере 7 300 000 руб., что является разницей между суммой, на которую ФИО1 оценен скот, и суммой, за которую он реализован.
Определением суда от 28.02.2022 заявление принято к производству и назначено судебное заседание по его рассмотрению.
ФИО2, являясь конкурсным кредитором Должника, обратилась 30.03.2022 в суд с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего Должника ФИО6 в пользу Должника убытков в размере 5 811 064 руб. В обоснование указала на то, что ФИО6 были искажены сведения о состоянии скота, в результате чего значительно занижена стоимость при его реализации.
Определением суда от 05.04.2022 заявление принято к производству и назначено судебное заседание по его рассмотрению.
Определением суда от 06.04.2022 вышеуказанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.
В дальнейшем конкурсный управляющий главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО12 ФИО13 08.09.2022 обратился в суд с требованием о признании незаконными действий арбитражного управляющего ФИО1 и о взыскании с неё
20 089 000 руб. убытков, в том числе 770 000 руб. за ненадлежащее проведение инвентаризации имущества, 7 300 000 руб. за необеспечение сохранности КРС,
3 739 000 руб. за необеспечение сохранности техники и оборудования,
975 000 руб. за невзыскание дебиторской задолженности с ФИО14 и нерасторжение договора аренды, 7 305 000 руб. за заключение договора аренды на заведомо невыгодных условиях.
Определением суда от 19.02.2024 выделено в отдельное производство требование о признании незаконными действий ФИО1 и о взыскании с неё убытков в сумме 3 739 000 руб. за необеспечение сохранности техники и оборудования и объединено указанное требование с обособленным спором по жалобе ФИО2 и ООО «Практик» на действия (бездействие) конкурсного управляющего Должника ФИО6, также выделена в отдельное производство жалоба конкурсного управляющего главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО12 на действия арбитражного управляющего ФИО1, заявление о взыскании с неё убытков в сумме 7 300 000 руб. за необеспечение сохранности КРС и объединена с обособленным спором по заявлению Должника о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу Должника
7 300 000 руб. убытков и по заявлению ФИО2 о взыскании с конкурсного управляющего Должника ФИО6 в пользу Должника
5 811 064 руб. убытков.
ФИО2 в порядке статьи 49 АПК РФ уточнен размер убытков, о взыскании которых заявлено, в сумме 5 526 058 руб. 60 коп. Судом данное уточнение принято.
В дальнейшем на основании определения суда от 06.03.2024 по настоящему делу произведена процессуальная замена заявителя по настоящему обособленному спору конкурсного управляющего главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО12 ФИО13 – на Общество.
Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, признал их частично обоснованными.
Апелляционная инстанция не может согласиться с вынесенным судом определением и считает его подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов, сделанных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела и неправильным применением судом первой инстанции норм материального права.
Дела о несостоятельности (банкротстве), в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002
№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Основополагающим требованием при реализации конкурсным управляющим своих прав и обязанностей, определённых статьями 20.3, 129 Закона о банкротстве, является добросовестность и разумность его действий с учётом интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, на основании принципов порядочности, объективности, компетентности, профессионализма и этичности.
Вместе с тем статьей 60 Закона о банкротстве определена возможность защиты прав и законных интересов кредиторов путём обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.
Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми в вину неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.
В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности с учётом конкретных обстоятельств.
В силу пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан осуществлять установленные Законом о банкротстве функции.
Следовательно, основной целью деятельности арбитражного управляющего является обеспечение соблюдения законодательства при проведении процедур несостоятельности (банкротства), а неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего, является основанием для привлечения его к ответственности.
Интересы должника, кредиторов и общества могут считаться соблюденными при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность арбитражного управляющего при осуществлении процедур, применяемых в деле о банкротстве.
Кроме того, требования закона должны неукоснительно выполняться участниками правоотношений. Выполнение арбитражным управляющим своих обязанностей исходя из удобных для него обстоятельств и мотивов не может и не должно входить в противоречие с принципом надлежащего выполнения требований законодательства о банкротстве.
Пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве возлагает на арбитражного управляющего обязанность действовать при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.
Поскольку ответственность арбитражного управляющего, установленная статьей 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, размер вреда
(убытков) определяется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
В соответствии со статьей 15 данного Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.
Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд, в соответствии с обстоятельствами дела, обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т. п.) или возместить причиненные убытки.
Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно- следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.
Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несёт ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.
Основной круг обязанностей конкурсного управляющего определён пунктом 2 статьи 20.3 и пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве.
Конкурсный управляющий, в частности, обязан принять в ведение имущество должника, провести его инвентаризацию; принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.
К неисполнению или ненадлежащему исполнению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей относится невыполнение функций, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 129 Закона о банкротстве.
Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 11 информационного письма от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.
Разрешая вопрос о том, соотносились ли те или иные действия (бездействие) управляющего с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25).
По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.
Как усматривается из материалов дела, доводы заявителей по предъявленным требованиям сводятся по существу к установлению лица, которое, по их мнению, причинило убытки Должнику и его кредиторам тем, что имущество Должника утратило (снизились) потребительские свойства, в результате чего оно продано не по максимально возможной (заниженной) цене.
Спорное имущество (КРС) с момента утверждения конкурсным управляющим Должника ФИО1 принято ею от Должника по акту от 01.03.2019 (том 68, листы 65-66).
Из этого акта следует, что Должником переданы управляющему КРС: дойные коровы – 137 голов, 44 нетели, 15 телят (ферма дер. Занино), дойные коровы – 73 головы, бык-производитель – 1 голова, молодняк – 124 головы (местонахождение не указано).
Согласно проведенной конкурсным управляющим ФИО1 инвентаризации имущества Должника, по итогам которой составлен акт от 06.03.2019 № 1, имелся КРС в дер. Занино в количестве 196 голов, в том числе дойные коровы – 137 голов, нетели – 44, телята – 15; в дер. Новая Старина в количестве 171 головы: дойные коровы - 46 голов, бык-производитель – 1 голова, молодняк – 124 головы, то есть всего 367 голов.
В данном акте не приведены идентификационные признаки поголовья (как, например, порода, вес, физиологическое состояние и т. п.). Не имеется сведений о передаче документов, подтверждающих принадлежность этого имущества Должнику, а равным образом содержащих учетные регистры (например, карточки оценки коровы по типу телосложения, акты взвешивания животных и т. п.). Также не приведена стоимость этого имущества.
Как указано ФИО1 в письменных пояснениях, представленных апелляционному суду, стадо КРС находилось в неудовлетворительном состоянии, в связи с этим ею было принято решение часть коров сразу продать (в дальнейшем, как указывает ФИО1, продажа скота осуществлялась неоднократно).
Согласно протоколу собрания кредиторов Должника, состоявшегося 28.05.2019, на нем большинством голосов принято решение по второму вопросу повестки дня о продолжении хозяйственной деятельности Должника.
Данное решение оспорено ФНС России, определением Арбитражного суда Вологодской области от 11.10.2019 по настоящему делу в удовлетворении заявленных требований о признании этого решения собрания кредиторов Должника отказано. Данным судебным актом установлено, что фактически собрание кредиторов спорным решением одобрило деятельность конкурсного управляющего, направленную на сохранение имущественного комплекса Должника с целью обеспечения возможности потенциальному покупателю имущества продолжения деятельности по разведению КРС и молочного животноводства.
Должником в лице конкурсного управляющего ФИО1 (арендодатель) с обществом с ограниченной ответственностью «Фермерское хозяйство «Аксеново» (арендатор) (далее – Хозяйство) заключен 13.06.2019 договор аренды, в соответствии с которым арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование сроком на два года в том числе скот: коровы, поименованные в приложении 2 к договору, и молодняк, поименованный в приложении 3 к нему. Данный договор, согласно его условиям, является передаточным актом.
В приложении 2 к данному договору приведен перечень коров количеством 228 голов (находятся на ферме дер. Занино) с указанием породы, возраста, упитанности.
В приложении 3 к этому же договору приведено количество телят на ферме дер. Занино - 20 голов, на животноводческом комплексе в дер. Новая Старина телок, бычков – 129 голов.
Телеграммами, направленными 26.11.2019 конкурсным управляющим Должника ФИО1, арендатор уведомлен о расторжении договора аренды с 28.11.2019 по причине ухудшения состояния арендованного имущества (сокращение поголовья, условий кормления).
По акту приема-передачи от 28.11.2019 арендатор возвратил арендодателю имущество, переданное по вышеупомянутому договору аренды, в пункте 2 которого приведен перечень КРС, содержащий неоговоренные исправления, с указанием его упитанности, количество не указано, а также перечень молодняка.
В дальнейшем Должник в лице конкурсного управляющего ФИО1 (арендодатель) заключил 29.11.2019 с индивидуальным предпринимателем – главой крестьянского фермерского хозяйства ФИО14 (далее – арендатор) договор аренды, в соответствии с которым арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование сроком до 31.05.2021 в том числе скот: коровы - 180 голов, телки и нетели – 48 голов, перечень которых приведен в приложении 2 к договору, а также молодняк, его перечень приведен в приложении 3 к договору.
В приложении 2 к данному договору приведен перечень коров количеством 228 голов с указанием породы, возраста, упитанности.
В приложении 3 к этому же договору приведен перечень молодняка, суммарным количеством 90 голов.
Согласно размещенному ФИО1 в ЕФРСБ сообщению от 28.04.2021 комитетом кредиторов Должника 26.04.2021 принято решение о расторжении договора аренды имущества Должника с ФИО14 и возложении на конкурсного управляющего Должника обязанности в срок до 30.04.2021 заключить договор ответственного хранения имущества Должника с обществом с ограниченной ответственностью «Лидер» (далее – ООО «Лидер»).
Согласно размещенному ФИО1 сообщению в ЕФРСБ комитетом кредиторов, состоявшимся 29.04.2021, принято решение не заключать договор ответственного хранения имущества Должника с
ООО «Лидер», возложить на конкурсного управляющего обязанность в срок до 30.04.2021 заключить договор ответственного хранения имущества Должника с обществом с ограниченной ответственностью «Экскон» (далее –
ООО «Экскон»).
Должником в лице ФИО1 (поклажедатель) заключен 30.04.2021 с ООО «Экскон» (хранитель) договор ответственного хранения имущества Должника, поименованного в приложении 1 к нему, в том числе КРС в дер. Занино: 175 коров, 48 телят (всего 223 головы).
Соглашением от 20.05.2021 расторгнут договор аренды от 29.11.2019 с ФИО14
По акту приема-передачи от 20.05.2021 арендованное имущество, в том числе КРС, возвращено арендодателю и передано одномоментно ответственному хранителю ООО «Экскон»: 181 корова, 8 телок и молодняк в количестве 41 головы (всего 230 голов).
Данный акт подписан ФИО14, ФИО1 и хранителем без замечаний.
В дальнейшем после освобождения от должности ФИО1 вновь утвержденным конкурсным управляющим Должника ФИО6 спорное имущество продано по договору купли-продажи от 11.06.2021.
Проанализировав вышеприведенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции установил, что материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих тот факт, что конкурсным управляющим Должника ФИО1 во время нахождения КРС в аренде (почти два годп) проверялось содержание животных у арендаторов, их надлежащее кормление и уход в целях обеспечения сохранности имущества Должника, что является первоочередной обязанностью арбитражного управляющего в целях получения максимальной выручки от продажи имущества и наиболее полного удовлетворения требований кредиторов Должника.
Между тем недостатки организации контроля не освобождают арбитражного управляющего от ответственности за совершенные действия.
Арбитражный управляющий осуществляет свою деятельность на профессиональной основе, и потому предполагается, что его квалификация и опыт обеспечивают правильное разрешение тех или иных правовых ситуаций, связанных с осуществлением возложенных на него обязанностей, все вопросы в ходе процедуры банкротства должны разрешаться максимально оперативно с соблюдением баланса интересов всех участников дела. Последнее возможно
только при той максимально возможной свободе конкурсного управляющего в принятии управленческих решений, определенной действующим законодательством, исходящим из презумпции компетентности, добросовестности и разумности арбитражного управляющего. Независимый характер деятельности арбитражного управляющего не предполагает наличие у него самостоятельного интереса в исходе дела о банкротстве. При ином подходе, помимо прочего, возрастает вероятность утраты имущества должника, за счет которого возможно удовлетворение требований кредиторов.
Таким образом, управленческое решение добросовестного управляющего должно быть разумным и экономически целесообразным.
Конкурсное производство - процедура, применяемая в деле о банкротстве к должнику, признанному банкротом, в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве). Начало расчетов с кредиторами в результате введения названной процедуры банкротства неразрывно связано с необходимостью реализации принадлежащего должнику имущества, поскольку вырученные от его продажи денежные средства и являются тем самым источником расчетов.
Из представленных в материалы дела сведений следует, что Должник вел деятельность, связанную с разведением молочного КРС, производством сырого молока. В таких условиях прекращение деятельности влечет за собой неминуемые необратимые негативные последствия, заключающиеся не только в нанесении экономического урона состоянию должника, но и в гибели животных, используемых в деятельности должника, что, в свою очередь, не соответствует принципам нравственности и гуманности (статья 1 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»), а также ставит под угрозу санитарно-эпидемиологическую обстановку в соответствующей местности.
Таким образом, единственным разумным поведением со стороны лица, осуществляющего руководство таким имуществом, является принятие всех мер к поддержанию его в жизнеспособном состоянии.
Наряду с этим, введение в отношении такого хозяйственного субъекта процедуры конкурсного производства приводит к необходимости одновременного сочетания целей такой процедуры (в том числе защиты прав и интересов кредиторов) с непременным обеспечением должного состояния особенного имущества должника.
В связи с этим разумным и добросовестным поведением конкурсного управляющего должно считаться только такое поведение, которое направлено на достижение названных целей.
Реализуя предоставленные законом полномочия, конкурсный управляющий вправе по своему усмотрению выбирать наиболее эффективный в каждой конкретной ситуации способ защиты прав Должника и его кредиторов.
Конкретных мер по обеспечению сохранности имущества должника, а также оснований их применения Закон о банкротстве не содержит, следовательно арбитражный управляющий в каждом случае должен
действовать исходя из необходимости, основываясь на принципах добросовестности, разумности, приоритета интересов должника, кредиторов и общества.
Закон о банкротстве и гражданское законодательство Российской Федерации не запрещает в целях обеспечения сохранности имущества передать его в аренду. Но передача имущества в аренду не освобождает арбитражного управляющего от обязанности осуществлять проверку данного имущества и при необходимости передать его вновь назначенному конкурсному управляющему.
Ранее, до признания Должника (арендодатель) банкротом, спорный КРС находился в аренде у ФИО15 на основании договора аренды от 02.07.2018.
Кроме того, этими же сторонами 02.07.2018 заключен договор оказания услуг, в соответствии с которым Должник (исполнитель) обязался оказывать заказчику (ФИО15) услуги по обслуживанию и содержанию КРС.
После признания Должника банкротом и утверждения
ФИО1 конкурсным управляющим она направила уведомление об отказе от этих договоров, приняла в ведение спорное имущество Должника, затем (01.07.2019) обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании вышеупомянутых сделок Должника, подписанных с ФИО15, ссылаясь на совершение их заинтересованными лицами, с целью причинения вреда кредиторам Должника, а также на их неравноценность.
Определением Арбитражного суда Вологодской области от 13.03.2020 по настоящему делу заявленные требования удовлетворены, сделки признаны недействительными.
Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2020 указанное определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано и установлено, что при наличии у Должника финансовых проблем заключение данных договоров оправдано целями обеспечения сохранения поголовья КРС.
Собранием (комитетом) кредиторов Должника вопрос о передаче имущества конкретному арендатору не разрешался, соответственно выбор арендатора находился в прямом усмотрении арбитражного управляющего, и тем самым именно на нем лежала ответственность за добросовестность и надежность данного лица, которому фактически вверялось имущество Должника, притом обладающее такими особенными свойствами (живот скот).
ФИО1, обосновывая свои действия передачей этого имущества в аренду, ссылалась на решение кредиторов о продолжении текущей деятельности Должника, принятое на собрании, состоявшемся 28.05.2019
(том 96, лист 1).
Между тем поскольку из протокола данного собрания следует, что инициатором данного предложения была сама ФИО1, тем серьезнее должны были быть мотивы для того, чтобы отложить продажу имущества Должника на процедуре конкурсного производства и тем ответственнее должен быть подход к выбору временного пользователя этим
имуществом, обладающего достаточным производственным ресурсом для обеспечения надлежащего содержания КРС.
Согласно договору аренды, заключенному с Хозяйством, цель передачи имущества в аренду – молочное скотоводство.
Из акта передачи КРС в аренду Хозяйству следует, что более половины голов тощей и ниже средней упитанности.
При возврате Хозяйством из аренды КРС был средней и выше средней упитанности (ни одной головы тощей упитанности).
При передаче в аренду ФИО14 (цель аренды – молочное скотоводство) КРС передан в аналогичном указанному в вышеупомянутом акте состоянию (ни одной головы тощей упитанности).
При возврате КРС от ФИО14 в акте, подписанном
ФИО1 без замечаний, указано на то, что практически все животные имели санитарный брак или степени упитанности - тощие.
При этом ссылка ФИО1 на отсутствие данного понятия в общепринятом обозначении состояния КРС и тем самым на недоказанность того, что поголовье находилось в истощенном физиологическом состоянии на дату освобождения её от должности конкурсного управляющего, противоречит имеющимся в деле доказательствам.
Данное выражение, согласно практике делового оборота, используется при обозначении поголовья скота для вынужденного убоя.
Доказательств, подтверждающих то, что состояние стада на эту дату было адекватным целям его приобретения Должником (разведение и производство молока), не имеется.
При этом к акту осмотра имущества от 23.04.2021, представленному ФИО1, апелляционный суд относится критически, так как он составлен фактически заинтересованными в сокрытии негативных сведений о состоянии скота лицами – самой ФИО1, арендатором
ФИО14 и двумя работниками фермы (по всей видимости ФИО14).
Также не могут быть приняты в качестве допустимых доказательств, свидетельствующих о проведении проверок КРС во время нахождения в аренде, предъявленные в апелляционную инстанцию ФИО1 справки-расчеты и приложенные чеки на приобретение горюче-смазочных материалов, так как они не содержат никаких сведений о КРС.
Равным образом не является доказательством, подтверждающим регулярный контроль арендодателя за условиями содержания КРС у арендатора и предъявленная ФИО16 видеозапись, так как она не способна достоверно подтвердить данные обстоятельства, кроме того, по ней невозможно произвести индивидуализацию животных и определить физическое состояние каждого из них.
Напротив, многочисленные обращения Должника в контролирующие и уполномоченные по надзору за данной деятельностью органы и ответы на них свидетельствуют о ненадлежащем содержании спорного КРС арендатором (ФИО14).
Так Департамент сельского хозяйства и продовольственных ресурсов Вологодской области в письме от 12.05.2021 ФИО1 сообщает о том, что в течение 2020 года, в апреле 2021 года специалистами неоднократно осуществлены выезды на ферму и установлено, что кормление животных не соответствует суточной потребности, физиологическое состояние скота неудовлетворительное – 68 % животных тощих, что может привести к его падежу. Указано на то, что ими до ФИО1 доводилась данная информация и после обозначенных замечаний работа по улучшению ситуации не проведена. Просят принять конкурсного управляющего необходимые меры в целях недопущения ухудшения состояния животных (том 90, лист 144).
Также Департамент сельского хозяйства и продовольственных ресурсов Вологодской области в письме от 19.04.2021 в адрес Управления ветеринарии с государственной ветеринарной инспекций Вологодской области сообщает о том, что 2020 году проводились совещания с участием конкурсного управляющего Должника ФИО1 по вопросу плохого содержания КРС, принесены замечания, после данных замечаний ситуация только ухудшилась, основное поголовье КРС ниже средней и тощей упитанности (том 69, листы 137-138).
Управление ветеринарии с государственной ветеринарной инспекций Вологодской области в сообщении от 29.04.2021 указывает на неудовлетворительное физиологическое состояние КРС вследствие недостаточного кормления (том 69, лист 116).
Более того, ненадлежащее состояние КРС после возврата из аренды подтверждается актом осмотра имущества Должника от 26.05.2021, составленным и подписанным конкурсным управляющим Должника ФИО6, вступившим в данную должность 25.05.2021, при участии ответственного хранителя – ООО «Экскон», из которого следует, что скот находится в истощенном и лежачем состоянии.
Аналогичные по описанию состояния КРС сведения приведены в инвентаризационной описи от 07.06.2021, составленной по итогам инвентаризации спорного имущества, произведенной конкурсным управляющим Должника ФИО6
Двустороннего акта о передаче спорного имущества от арбитражного управляющего ФИО1 с полным приведением его идентифицирующих признаков вновь назначенному конкурсному управляющему Должника ФИО6 не представлено, что свидетельствует об уклонении ФИО1 от исполнения обязанности, предусмотренной статьей 126 Закона о банкротстве, по обеспечению передачи имущества Должника и тем самым риска негативных последствий этому, притом что сведений об уклонении ФИО6 от принятия имущества Должника либо создания препятствий к этому не имеется.
С учетом приведенных обстоятельств апелляционная коллегия считает, что в данном случае утрата имущества Должника (ухудшение потребительских свойств – истощение животных) фактически произошла по вине
ФИО1, противоправность действий (бездействия) которой
выражается в неразумности и неосмотрительности как при выборе арендатора, так и по принятым им мерам для фактического обеспечения сохранности имущества Должника.
Данный вывод о необеспечении сохранности согласуется с тем, что спорный КРС продан по итогам процедуры банкротства на убой, а не в целях, в которых он приобретался и содержался (разведение и получение молока).
Документов, подтверждающих то, что такое неудовлетворительное состояние КРС обусловлено естественной зоотехнической убылью в связи с истечением жизненного цикла либо является результатом заболеваний, не предъявлено.
ФИО1 в порядке статьи 65 АПК РФ не опровергла того, что спорное поголовье возможно было продать только как на убой.
В пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, разъяснено, что передача возложенных на арбитражного управляющего в деле о банкротстве обязанностей на третьих лиц не освобождает его от ответственности, предусмотренной пунктом 4
статьи 20.4 Закона о банкротстве.
Поскольку исходя из прямой обязанности конкурсного управляющего, предусмотренной статьей 129 Закона о банкротстве об обеспечении сохранности имущества, даже при заключенном договоре аренды конкурсный управляющий не освобождается от ответственности за утрату / необеспечение сохранности имущества, входящего в состав конкурсной массы, апелляционная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для признания незаконными обжалуемых Обществом действий конкурсного управляющего Должника ФИО1, так как она в нарушение упомянутого Закона неэффективно использовала имущество Должника, предоставляя его в аренду лицу, которое не способно надлежащим образом исполнять обязанность по его содержанию, что привело фактически к его утрате и, как следствие, объективно к лишению кредиторов возможности получить удовлетворение своих требований за счет него.
В данном случае не раскрыты экономические мотивы и не приведено разумных мотивированных объяснений целесообразности передачи КРС в аренду, с предоставлением расчетов доходности избранной конкурсным управляющим ФИО1 модели ведения процедуры банкротства, прежде всего для кредиторов Должника (направленные на пополнение конкурсной массы), оправдывающих в том числе ненадлежащее ведение учета движения КРС.
Конкурсным управляющим ФИО1 не принят весь комплекс возможных в сложившейся ситуации мер, направленных на сохранение имущества, в отсутствие доказательств передачи имущества действующему конкурсному управляющему апелляционная коллегия пришла к выводу о ненадлежащем исполнении ею своих обязанностей по обеспечению сохранности имущества Должника. При проявлении конкурсным управляющим должной степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от
него в целях надлежащего исполнения обязательств, наступивших негативных последствий можно было избежать.
С учетом изложенного обжалуемое определение суда в части отказа в удовлетворении заявленных Обществом требований следует отменить и в данной части требования удовлетворить.
Также апелляционная инстанция считает верным доводы Общества и Должника о взыскании с ФИО1 убытков в заявленной сумме, так как незаконность её действий в обжалуемой части установлена, документов, свидетельствующих об отсутствии вины в порядке, определенном пунктом 2 статьи 401 ГК РФ, не представлено.
При надлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего Должника ФИО1 должна была обеспечить сохранность КРС, уход за ним, обеспечение условий содержания, кормление и лечение, что исключило бы истощение животных, либо продать спорное имущество как можно быстрее, притом что процедура конкурсного производства вводилась сроком на 6 месяцев.
В данном случае, напротив, нахождение КРС в аренде столь длительное время привело фактически к его утрате.
Принимая во внимание, что подобное безразличие по поводу своих действий в отношении имущества Должника допускает не стандартный участник рассматриваемой сферы, а профессиональный антикризисный менеджер, разумной реакцией которого является владельческая защита имущества, апелляционная коллегия считает подлежащими удовлетворению требования Должника и Общества о взыскании с ФИО1 убытков.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 Постановлении № 25, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
Как усматривается из материалов дела, конкурсным управляющим Должника ФИО1 при разработке положения о продаже имущества Должника подготовлено заключение о стоимости КРС в количестве 178 коров и 48 телят и нетелей (всего 226 голов; в данном описании содержится ошибка в указании объекта оценки: указано 223 головы – 175 коров и 48 телят и нетелей, тогда как оценка произведена 226 голов)), согласно которому она составляет 8 927 197 руб. 30 коп. (округленно 9 млн руб.).
С учетом того, что возражений в отношении данной стоимости спорного имущества не заявлено, кредиторы исчислили убытки в виде разницы между ценой спорного имущества, установленной в этом заключении, и денежными средствами, полученными от продажи этого имущества Должника
(1 700 0000 руб.), суд апелляционной инстанции считает подлежащим удовлетворению требование о взыскании с ФИО1 убытков в
сумме 7 300 000 руб., так как в данном заключении стоимость КРС определена в количестве 226 голов, а продано 230 голов. То есть стоимость 230 голов КРС при оценке была бы таким образом больше.
При этом заявление ФИО2 относительно взыскания убытков с ФИО6 подлежит отклонению, так как доказательств того, что истощение животных произошло в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего Должника, не имеется.
Ссылки ФИО2 на заниженную стоимость продажи имущества Должника, вызванную неверным определением веса КРС, не могут быть приняты во внимание, так как исходя из установленных обстоятельств настоящего спора ФИО6 действовал c учетом обстановки, в условиях крайней необходимости.
Суд апелляционной инстанции, с учетом специфики спорного имущества и его характеристик, считает действия ФИО6 по его реализации по продажной стоимости (1 700 000 руб.) в рассматриваемом случае оправданными, так как продажа КРС была способом предотвращения еще больших убытков для Должника и его кредиторов (в случае падежа КРС подлежал бы утилизации), притом, что в материалах дела не имеется сведений, подтверждающих наличие потенциальных покупателей, выразивших желание приобрести спорное имущество по более высокой цене.
Ссылки ФИО2 на неверное указание веса животных при продаже КРС отклоняется ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих передачу соответствующих документов предыдущим конкурсным управляющим Должника ФИО1, содержащих такие данные поголовья.
Согласно Методических рекомендаций по инвентаризации имущества и финансовых операций, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации, от 13.06.1995 № 49, действовавших в спорный период, взрослый продуктивный и рабочий скот заносится в описи, в которых указываются: номер животного (бирка, тавро), кличка животного, год рождения, порода, упитанность, живая масса (вес) животного (кроме лошадей, верблюдов, мулов, оленей, по которым масса (вес) не указывается) и первоначальная стоимость. Прочие животные основного стада, учитываемые групповым порядком, включаются в описи по возрастным и половым группам с указанием количества голов и живой массы (веса) по каждой группе. Молодняк КРС, племенных лошадей и рабочего скота включается в описи индивидуально с указанием инвентарных номеров, кличек, пола, масти, породы и т. д. Животные на откорме, молодняк свиней, овец и коз, птица и другие виды животных, учитываемые в групповом порядке, включаются в описи согласно номенклатуре, принятой в учетных регистрах, и указанием количества голов и живой массы (веса) по каждой группе.
Однако ни один из отчетов конкурсного управляющего
Должника ФИО1 не содержал сведений о живой массе (весе) животных, их стоимости, а также о том, сколько было получено приплода, сколько животных переведено в основное стадо, сколько выбраковано, сколько
пало, как изменилась суммовая оценка КРС и молодняка КРС с учетом прироста.
Взаимные претензии возражающих лиц относительно аффилированности/ заинтересованности (конфликта интересов) ФИО6, ФИО1 с иными участниками настоящего спора во внимание приняты быть не могут, поскольку в рассматриваемом случае не входят в круг обстоятельств, подлежащих установлению в рамках настоящего обособленного спора: конкретные действия ФИО6 не обжалуются, вопрос об отстранении от должности не ставится, требований об оспаривании сделки по продаже КРС не заявлено.
Таким образом, апелляционная инстанция пришла к выводу об отмене обжалуемого судебного акта в части отказа в удовлетворении требований Должника и Общества, а также в части удовлетворения требований
ФИО2 Соответственно, заявления Общества и Должника следует удовлетворить, а в признании обоснованным заявления ФИО2 - отказать.
При таких обстоятельствах государственная пошлина за рассмотрение судом первой инстанции заявлений Общества и Должника взыскивается с ФИО1 в федеральный бюджет в сумме 65 500 руб. и 59 500 руб. соответственно, за рассмотрение жалобы ФИО2 - с неё в федеральный бюджет в силу статьи 110 АПК РФ.
Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб ФИО6 и ООО «Сапфир» возлагаются на
ФИО2, так как апелляционные жалобы удовлетворены.
Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы Общества возмещаются ему за счет
ФИО1, поскольку жалоба признана обоснованной.
Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил :
отменить определение Арбитражного суда Вологодской области от 27.12.2024 по делу № А13-6810/2018.
Признать незаконными действия арбитражного управляющего ФИО1, выразившиеся в необеспечении сохранности имущества ФИО9.
Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО9 7 300 000 руб. убытков.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Взыскать с ФИО1 в федеральный бюджет 125 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции.
Взыскать с ФИО2 в федеральный бюджет 50 630 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО6 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судом апелляционной инстанции.
Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сапфир» 30 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.
Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стронг Солюшнс» 30 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судом апелляционной инстанции.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд
Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.
Председательствующий О.Г. Писарева
Судьи К.А. Кузнецов
С.В. Селецкая