1190/2023-88650(2)

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А68-7850/2021

20АП-6113/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 15.11.2023 Постановление изготовлено в полном объеме 22.11.2023

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Тучковой О.Г., судей Волковой Ю.А., Волошиной Н.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Брагиной Ю.В., при участии в судебном заседании: от индивидуального предпринимателя ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 05.12.2022, диплом), в отсутствие представителя общества с ограниченной ответственностью «Зингер Спб», надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Тульской области от 07.08.2023 по делу

№ А68-7850/2021 (судья Садовая Н.А.)

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР Спб» (ИНН (7802170190)

ОГРН (1027801539083) далее - ООО «ЗИНГЕР Спб», истец) обратилось в Арбитражный суд Тульской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН (712800024458) ОГРНИП (<***>) далее - ИП ФИО1, ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в размере 120 000 руб., судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 000 руб. и судебных издержек в сумме 5 411 руб., состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 100 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб. и почтовых расходов в размере 111 руб., 5 000 руб. - расходов на фиксацию нарушения прав.

Решением суда от 07.08.2023 исковые требования (уточненные) общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР Спб» удовлетворены частично; с индивидуального предпринимателя Дагаевой Светланы Николаевны ИНН (712800024458) ОГРН (304714715900021) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР Спб» ИНН (7802170190) ОГРН (1027801539083) взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в размере 20 571,44 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 788,57 руб., расходы на приобретение спорного товара в размере 17,14 руб., расходы на фиксацию нарушения прав в размере 857,14 руб., расходы на получение выписки из ЕГРИП в размере 34,28 руб., почтовые расходы в размере 19,02 руб.; с общества с ограниченной ответственностью «Зингер Спб» ИНН (7802170190) ОГРН (1027801539083) в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 2 600 руб.; в удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказано; расходы по уплате государственной пошлины, судебные расходы в остальной части правомерно отнесены на истца.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения представителя ответчика, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Из материалов дела следует, что ООО «ЗИНГЕР Спб» является правообладателем товарного знака № 266060 в виде словесного обозначения «ZINGER», дата регистрации 26.03.2004, дата, до которой продлен срок действия исключительного права 13.08.2023, правовая охрана предоставлена в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26, 35, 42 класса МКТУ, включающего, в том числе, пинцеты (представлено в электронном виде).

В торговой точке, расположенной по адресу: Тульская обл., г. Киреевск,

ул. Октябрьская 37А, 12.01.2021 приобретен товар - маникюрные инструменты, на упаковке которого имеется надпись «ZINGER», сходная до степени смешения с товарным знаком № 266060.

Факт приобретения данного товара подтверждается товарным чеком от 12.01.2021, содержащем сведения об ответчике - ИП ФИО1, ОГРНИП <***>, видеозаписью процесса закупки, вещественным доказательством.

Истец направил ответчику претензию с требованием о выплате компенсации за нарушенное право, претензия оставлена без удовлетворения.

Ссылаясь на нарушение ответчиком исключительных прав на средства индивидуализации - товарный знак № 266060, ООО «ЗИНГЕР СПб» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Ответчиком приводились доводы о несогласии с требованиями истца по мотивам, изложенным в представленных в дело отзыве и дополнениях к нему.

Также ответчиком заявлено о несоразмерном характере взыскиваемой истцом компенсации (том 1, л.д. 80), указано на то, что ФИО1 является пенсионером, в связи с низкой покупательской способностью прекратила осуществление предпринимательской деятельности, в подтверждение чего представлены в материалы дела копии удостоверения о назначении пенсии по старости и соглашения о расторжения договора аренды нежилого помещения от 06.01.2014 № 2, в соответствии с которым означенный договор считается расторгнутым с 01.04.2021.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

Интеллектуальная собственность охраняется законом.

Согласно части 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их

использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 5 Справки о некоторых вопросах, связанных с практикой рассмотрения Судом по интеллектуальным правам споров по серийным делам о нарушении исключительных прав, утвержденной постановлением Президиума Суда по интеллектуальным правам от 29.04.2015 № СП-23/29, товарный знак может быть использован как при его нанесении на товар, так и при изготовлении самого товара в виде товарного знака.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в

гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу части 1 статьи 1515 ГК РФ, свидетельствует об их контрафактности.

В данном случае исключительные права на товарный знак в виде словесного обозначения «ZINGER» принадлежат истцу на основании свидетельства № 266060.

Совокупностью представленных истцом доказательств подтверждено, что 12.01.2021 ответчиком по договору розничной купли-продажи реализован товар - маникюрные инструменты на упаковке которого присутствует словесное обозначение «ZINGER».

В подтверждение факта приобретения спорного товара у ответчика истцом представлены: товарный чек от 12.01.2021, содержащий сведения о продавце (ИП ФИО1, ОГРНИП <***>), DVD-диск с видеозаписью процесса приобретения товара, вещественное доказательство.

Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара (маникюрные инструменты) в торговой точке ответчика. Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 АПК РФ, как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Данная видеозапись является непрерывной и соответствует положениям статей 67, 68 АПК РФ.

Из разъяснений, данных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» следует, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При визуальном осмотре и сравнении приобретенного в качестве вещественного доказательства товара с товарным знаком, исключительное право истца на который охраняется законом, суд пришел к выводу, что словесное обозначение «ZINGER» на упаковке спорного товара является сходным до степени смешения с товарным знаком истца № 266060. Несмотря на несовпадение расположения отдельных частей при визуальном и графическом сходстве охраняемых изображений и изображений, содержащихся на реализованном ответчиком товаре, сравниваемые объекты могут быть ассоциированы один с другим.

Судом области обоснованно отклонены доводы ответчика о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что истец вправе осуществлять защиту исключительных прав на товарный знак № 40200200205544 от имени или в интересах корейской фирмы Maxmate Co., Ltd. Чун-гу, Сеул, Корея.

Действие товарного знака № 40200200205544 распространяется только на территорию Южной Кореи, следовательно, в Российской Федерации данный товарный знак не действует. В связи с этим в данном случае для установления сходства товарного знака, изображенного на спорном товаре, применению подлежит товарный знак № 266060.

Кроме того, согласно представленным истцом пояснениям (том 1, л.д. 107-108) компания MaxMate является партнером ООО «Зингер Спб» более 20 лет. Представленная ответчиком регистрация была сделана по просьбе ООО «Зингер Спб», так как компания планировала выйти на рынок Южной Кореи с продукцией истца.

Руководствуясь общим восприятием не отдельных элементов как таковых, а в целом (общим впечатлением), учитывая не только визуальное и графическое сходство, но и различительную способность, суд усматривает возможность реального их смешения в глазах потребителей.

Доказательств, подтверждающих то, что истец передал ответчику исключительные права на использование товарного знака № 266060 в виде надписи «:ZINGER», ответчиком в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав подтвержден.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными этим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом заявлено (с учетом уточнения, том 1, л.д. 64-65) требование о взыскании компенсации за допущенное ответчиком нарушение в размере 120 000 руб. (двукратный размер квартальной платы за использование спорного товарного знака на территории Российской Федерации любыми предусмотренными законом способами в отношении всех товаров и услуг, для которых этот товарный знак зарегистрирован).

Размер компенсации определен истцом в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая

при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака).

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

В случае, если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); иные обстоятельства.

В связи с этим арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего объекта исключительных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Оспаривая произведенный истцом расчет компенсации за нарушение исключительного права, ответчик в отзыве обращал внимание на то, что он произведен без учета способов фактического использования ответчиком обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, без учета количества классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых ответчиком осуществлено использование товарного знака.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, императивно определена законом, доводы ответчика, если таковые имеются, о несогласии с расчетом раз мера компенсации, заявленным истцом, могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 АПК РФ.

Установленная судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного объекта, в двукратном размере составляет компенсацию, подлежащую взысканию за соответствующее нарушение. Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием не может рассматриваться как снижение размера компенсации, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом.

Так, представление лицензионного договора либо иных договоров не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм статей 1301, 1311, 1406.1, пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование.

Проанализировав условия представленного истцом в материалы дела лицензионного договора о предоставлении права использования товарного знака, заключенного 26.02.2019 ООО «ЗИНГЕР Спб» и ООО «Глобал», установлено, что истцом ООО «Глобал» предоставлено право на использование товарного знака по свидетельству РФ № 266060 любым способом по своему усмотрению, в том числе путем его размещения

на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Кроме того, по указанному лицензионному договору предоставлено право на использование товарного знака № 266060 в отношении всех товаров 06, 08, 14, 21, 26 классов и услуг 35, 42 классов Международной классификации товаров и услуг.

В ходе рассмотрения дела установлено, что фактически ответчик использовал товарный знак истца, предлагая к продаже спорный товар, на котором размещено обозначение, тождественное товарному знаку истца, путем его размещения на витрине, тем самым, осуществляя также хранение спорного товара, а также осуществил реализацию этого товара.

Указанные способы использования перечислены в подпункте 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ и подпунктах 1.3.1, 1.3.4 лицензионного договора от 26.02.2019, при этом в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ и пункте 1.3 лицензионного договора перечислено 5 способов использования товарного знака.

При определении размера компенсации суд учитывает количество способов, которыми ответчик использовал товарный знак истца, по сравнению с количеством способов использования по лицензионному договору, количество классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых товарный знак незаконно использовался ответчиком по сравнению с количеством классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых этот знак зарегистрирован и предоставлено право его использования по лицензионному договору, в связи с чем размер вознаграждения в рассматриваемом случае мог составлять 20 571 руб. 44 коп. (60 000 руб. / 7 (количество классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых зарегистрирован товарный знак) * 3 (количество классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых ответчиком осуществлено использование товарного знака) / 5 способов использования товарного знака, перечисленных в лицензионном договоре от 26.02.2019 * 2 (количество способов использования товарного знака, перечисленных в лицензионном договоре от 26.02.2019, в отношении которых ответчиком осуществлено использование товарного знака) *2 (двукратный размер стоимости права использования)).

С учетом изложенного, заявленные истцом требования о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака № 266060 правомерно удовлетворены в размере 20 571 руб. 44 коп.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 АПК РФ).

Истцом заявлены требования о взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 000 руб. и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела в суде, в виде расходов на восстановление нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств в размере 100 руб., почтовых расходов в размере 111 руб., расходов за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., расходов на фиксацию факта нарушения в размере 5 000 руб.

Учитывая документальное подтверждение понесенных истцом расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 000 руб., расходов на восстановление нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств в размере 100 руб., почтовых расходов в размере 111 руб., расходов за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., судебных издержек, состоящих из расходов на фиксацию факта нарушения в размере 5 000 руб., и то, что исковые требования истцом заявлены обоснованно, руководствуясь статьями 101, 106, 110 АПК РФ, суд области правомерно взыскал указанные судебные расходы с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных требований.

В силу ст. 110 АПК РФ государственная пошлина в размере 2600 руб. правомерно отнесена на истца.

Апелляционная жалоба мотивирована несогласием с выводами суда первой инстанции, ответчик считает обжалуемый судебный акт незаконным и необоснованным по причине неправильного применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального права и норм материального права. Указывает на то, что истец выступает в суде от неизвестного потребителя, якобы приобретшего спорный товар у ответчика по делу. Считает, что представленный истцом кассовый чек не свидетельствует о закупке именно этого товара у ответчика, доказательств приобретения товара истцом суду не представлены. По мнению ответчика словесное обозначение нельзя признать сходным до степени смешения с товарным знаком № 266060. Не согласен с выводом суда о возможности реального смешения указанных товарных знаков в глазах потребителя, коим истец не является.

Доводы жалобы апелляционной коллегией рассмотрены и отклонены, поскольку они основаны на ошибочной оценке фактических обстоятельств дела и неверном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные вопросы применительно к установленным судом обстоятельствам.

При визуальном осмотре и сравнении приобретенного в качестве вещественного доказательства товара с товарным знаком, права истца на который охраняется законом, суд пришли к выводу, что словесное обозначение «ZINGER» на упаковке спорного товара является тождественным со словесным товарным знаком истца № 266060.

В соответствии с пунктом 162 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Факт нарушения ответчиком исключительных прав установлен на основании имеющихся в деле доказательств.

Совокупность представленных в материалы дела доказательств подтверждает факт заключения договора розничной купли-продажи от имени ответчика.

По общему правилу, заявление об отрицательном факте в силу положений статей

9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ перекладывает на другую сторону обязанность по опровержению утверждения заявителя. В связи с этим, возложение на сторону обязанности подтвердить отрицательный факт недопустимо с точки зрения

поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения

(определение Верховного Суда РФ от 10.07.2017 N 305-ЭС17-4211).

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 разъясняется, что согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Таким образом, неправомерность действий ответчика предполагается, если им не доказано соблюдение правовых норм, и достаточно лишь заявления истца об отсутствии разрешения на использование объектов интеллектуальной собственности.

При этом ответчик не представил доказательств правомерности своих действий.

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, в соответствии со статьей 2 ГК РФ осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности.

К лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение. Соответственно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

Соответственно ответчик мог предпринять самостоятельно меры по проверке сведений о товарных знаках.

Согласно пункту 71 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого было нарушено исключительное право. В случаях ряда последовательных нарушений исключительного права различными лицами каждое из этих лиц несет самостоятельную ответственность за допущенные нарушения.

Доказательств предоставления ответчику права на введение в гражданский оборот вышеуказанного товара, в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.) в материалы дела не представлено.

Таким образом, нарушение ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на товарный знак в форме распространения товара доказано и не опровергнуто ответчиком.

Основания полагать, что доказательства, представленные в материалы дела, получены с нарушением федерального законодательства, и не отвечают критериям относимости, допустимости и достоверности, у суда отсутствуют.

Заявления о фальсификации представленных в дело доказательств от предпринимателя в порядке статьи 161 АПК РФ не поступало.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителем апелляционной жалобы не представлены в материалы дела надлежащие и бесспорные доказательства в обоснование своей позиции.

Ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о получении истцом необоснованной выгоды при взысканной судом первой инстанции компенсации.

Несогласие лиц, участвующих в деле, с оценкой имеющихся в деле доказательств и толкованием судом норм законодательства Российской Федерации, подлежащих применению в деле, не свидетельствует об ошибках, допущенных судом при рассмотрении дела.

Доводы жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, сводятся к немотивированному несогласию с выводами суда, не подтверждают неправильное применение судом норм материального и процессуального права, в связи с этим не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тульской области от 07.08.2023 по делу № А68-7850/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам

в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий О.Г. Тучкова Судьи Ю.А. Волкова

Н.А. Волошина