АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000, http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-3766/23

Екатеринбург

27 мая 2025 г.

Дело № А07-8634/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 мая 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кочетовой О.Г.,

судей Новиковой О.Н., Шершон Н.В.,

при ведении протокола помощником судьи Московкиным М.Ю. рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.06.2024 по делу № А07-8634/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 09.06.2022 б/н, паспорт).

В помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель УФНС России по Республике Башкортостан – ФИО3 (доверенность от 13.06.2024 № 24-08/11827, паспорт).

Управление Федеральной налоговой службы России по Республике Башкортостан (далее – УФНС России по Республике Башкортостан, истец, налоговый орган) обратилось в суд с исковым заявлением о привлечении ФИО1 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Топливно-сервисная компания» (далее – общество «ТСКОМ», должник) в размере 7 346 551 руб.

Определением суда от 30.05.2019 на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен арбитражный управляющий ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.08.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.07.2023 решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.08.2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 по тому же делу отменено, спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Определением суда от 23.08.2023 на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5.

При рассмотрении данного дела применены правила главы 28.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением суда от 28.09.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.06.2024 исковое заявление УФНС России по Республике Башкортостан удовлетворено, ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества «ТСКОМ».

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.06.2024 изменено. ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества «ТСКОМ». С ФИО1 в пользу УФНС России по Республике Башкортостан взысканы 6 331 340 руб. За рассмотрение заявления с ФИО1 в доход государственного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 51 479 руб.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

По мнению заявителя кассационной жалобы, вывод апелляционного суда о том, что ответчик не опроверг презумпции его вины в доведении должника до банкротства, поскольку в материалы дела не были представлены доказательства отсутствия в действиях должника в лице его руководителя (ответчика) и его контрагентов умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов, а также не опроверг доводов истца о том, что между контрагентами реальных финансово-хозяйственных операций по поставке и приобретению товаров (работ, услуг) не осуществлялось, является неверным и противоречит представленным в материалы дела письменным доказательствам. Кассатор утверждает, что в обоснование правомерности применения налоговых вычетов по хозяйственным операциям, связанным с поставкой обществами с ограниченной ответственностью «Торговый дом» (далее – общество «Торговый дом») и «Мираторг» (далее – общество «Мираторг») товаров, ФИО1 в материалы дела представлены договора на поставку, товарные и товарно-транспортные накладные, подписанные директорами контрагентов, а также счета-фактуры.

Кассатор также утверждает об отсутствии между обществами «Торговый дом» и «Мираторг» признаков аффилированности, что исключает возможность одностороннего создания должником фиктивного документооборота.

Кроме того, кассатор ссылается на то, что весь приобретенный должником у обществ «Торговый дом» и «Мираторг», товар в последующем был без остатка реализован третьим лицам, в т.ч. индивидуальному предпринимателю ФИО7, обществам с ограниченной ответственностью: «Монолит», «СХП «Нерал-Буздяк», «УфаПромНефть», СХП «НералЧишмы», «БашАвтоСнаб», НПП «Уфа-Кровля», а также сельскохозяйственному производственному кооперативу «Заря» и т.д. По мнению кассатора, все отношения между организациями подтверждены соответствующими доказательствами, хозяйственные операции отражены в книге покупок и продаж общества «ТСКОМ».

Излагая данный довод и ссылаясь на представленные суду апелляционной инстанции письменные доказательства, кассатор утверждает, что продажа всего приобретенного должником товара без остатка подтверждает реальность проведенных должником хозяйственных операций по приобретению и дальнейшей реализации товара, что, вместе с содержащимися в налоговой деклараций третьих лиц сведениями, согласно которым НДС был принят к вычету, исключает вменяемое ФИО1 налоговое правонарушение.

Заявитель кассационной жалобы считает, что суд апелляционной инстанции вопреки представленным в материалы дела письменным доказательствам, пришел к неправильному выводу об отсутствии возможности поставки товара, поскольку из представленных в материалы дела документов следует, что отношения должника с контрагентами – обществами «Торговый дом» и «Мираторг» были длительными, а пояснениями ФИО8, данными в судебном заседании, подтверждается реальность всех хозяйственных операций между должником и обществом «Торговый дом», а также – о собственноручном подписании ФИО1 всех первичных документов и договоров.

Кроме того, по мнению кассатора, согласно товарно-транспортным накладным, показаниям свидетелей следует, что поставка продукции осуществлялась спецтехникой общества ТСКОМ, при этом оно обладало необходимыми производственными мощностями, водителями, а также базой для хранения продукции, а учитывая, что должник имел экономическую выгоду от совершенных с обществами «Торговый дом» и «Мираторг» сделок, при том, что хозяйственные операции по поставке продукции являются основным видом деятельности должника, денежные средства поступали на расчетные счета контрагентов, все операции общества отображены в бухгалтерском учете корректно и надлежащим образом, уплата всех налогов была своевременной, а контрагенты не являются аффилированными лицами, кассатор настаивает на том, что при выборе контрагентов – обществ «Торговый дом» и «Мираторг», ФИО1 проявил должную и разумную степень осмотрительности.

В отзыве на кассационную жалобу УФНС России по Республике Башкортостан просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно представленной в материалы дела выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), общество «ТСКОМ» зарегистрировано Межрайонной инспекцией ФНС №31 по Республике Башкортостан – 14.06.2011. Основным видом деятельности общества является Торговля оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами. Руководителем общества с 14.06.2011 по 08.09.2015, а также единственным его учредителем в период с 14.06.2011 по 27.02.2017 являлся ФИО1.

Единственным участником общества «ТСКОМ» ФИО9 24.04.2017 принято решение о ликвидации общества.

Запись №2170280533289 о принятии решения о ликвидации общества «ТСКОМ» внесена ФНС России 03.05.2017.

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление ФИО6 о признании ликвидируемого должника – общества «ТСКОМ» несостоятельным (банкротом). Основанием обращения ФИО6 в арбитражный суд с настоящим заявлением послужило наличие задолженности, подлежащей взысканию с общества «ТСКОМ» согласно судебному приказу мирового судьи судебного участка №2 по Демскому району г. Уфы Республики Башкортостан от 03.03.2017 по делу №2-133/2017, в соответствии с которым с общества «ТСКОМ» в пользу ФИО6 взыскано 350 000 руб. суммы задолженности по договору займа.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.05.2017 по делу №А07-6432/2017, ликвидируемый должник – общество «ТСКОМ» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.10.2017 производство по делу №А07-6432/2017 о признании несостоятельным (банкротом) общества «ТСКОМ» завершено.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2018 определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.10.2017 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества «ТСКОМ» ФИО4 о завершении конкурсного производства в отношении должника отказано.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.03.2018 в третью очередь реестра требований кредиторов общества «ТСКОМ» включены требования ФНС России в размере 7 346 551 руб., в т. ч. основной долг – 5 008 053 руб., пени – 1 323 287 руб. штрафы – 1 015 211 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.01.2019, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП3215/2019 от 25.03.2019, постановлением Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-7881/18 от 03.06.2019, производство по делу №А07-6432/2017 о признании несостоятельным (банкротом) общества «ТСКОМ» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Межрайонной инспекцией ФНС №31 по Республике Башкортостан с 30.09.2016 по 25.05.2017 проведена выездная налоговая проверка в отношении общества «ТСКОМ» по налогу на прибыль организаций за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, по налогу на добавленную стоимость – с 01.01.2013 по 31.12.2015, по налогу на доходы физических лиц – с 01.01.2013 по 30.06.2016, по транспортному налогу – с 01.01.2013 по 31.12.2015. Дата начала налоговой проверки – 30.09.2016, дата окончания налоговой проверки – 25.05.2017.

По результатам проверки налоговым органом составлен акт налоговой проверки №25 от 26.07.2017, вынесено решение №46 от 25.12.2017, в соответствии с которым общество «ТСКОМ» привлечено к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в результате занижения налогооблагаемой базы по налогу на добавленную стоимость за периоды 4 квартал 2014 года, 1, 2, 3 кварталы 2015 года. обществу «ТСКОМ» доначислен налог на добавленную стоимость в сумме 5 008 053 руб., в соответствии с пунктом 2 статьи 57, пунктом 3 статьи 75 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ), начислены пени по НДС в сумме 1 323 287 руб., в связи с несвоевременной уплатой НДС в соответствии с пунктом 1 статьи 122, пунктом 1 статьи 126 НК РФ наложен штраф в сумме 1 015 211 руб.

Письменные возражения на акт налоговой проверки №25 от 26.07.2017 в целом, а также на отдельные его положения в порядке, предусмотренном пунктом 6 статьи 100 НК РФ, от налогоплательщика не поступали. Решение не обжаловалось и вступило в законную силу.

Решением Управления ФНС по Республике Башкортостан №150/17 от 25.08.2020 жалоба ФИО1 оставлена без рассмотрения по причине истечения срока обжалования решения инспекции и отсутствия уважительных причин его пропуска.

Решением Калининского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 28.05.2021, оставленным без изменения Апелляционным определением Верховного суда Республики Башкортостан от 25.08.2021, отказано в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к УФНС по Республике Башкортостан о признании незаконным решения от 25.08.2020 в связи с пропуском срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 139 НК РФ.

При проведении контрольных мероприятий налоговым органом была установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии реальных хозяйственных отношений между налогоплательщиком и спорными контрагентами – обществами «Торговый Дом» и «Мираторг», повлекших занижение налогооблагаемой базы. Так, решением №46 от 25.12.2017 было установлено создание обществом «ТСКОМ» фиктивного документооборота, оборота денежных средств с целью получения необоснованной налоговой выгоды по налогу на добавленную стоимость, а именно: необоснованное включение в состав налоговых вычетов по НДС счетов-фактур, оформленных ненадлежащим образом, подписанных не уполномоченными лицами по сделкам с обществами «Торговый Дом» и «Мираторг». Подписывая договоры и принимая счета-фактуры и другие документы, общество «ТСКОМ» знало, что на основании этих документов будут заявлены вычеты по НДС, поэтому должно было убедиться в том, что они подписаны полномочным представителем, содержат достоверные сведения. Общество «ТСКОМ» не представило надлежащие доказательства того, что им осуществлены действия по проверке реальности существования спорного контрагента, как субъекта предпринимательской деятельности, и полномочий лиц, действовавших от имени такого контрагента, а равно доказательства, указывающие на обстоятельства сотрудничества. Таким образом, поскольку представленные обществом «ТСКОМ» в подтверждение налоговых вычетов по НДС счет-фактуры оформлены ненадлежащим образом, не подписаны уполномоченными лицами, что обществом «ТСКОМ» не представлено соответствующих требованиям НК РФ документов, подтверждающих обоснованность предъявленных обществом сумм НДС к вычету по сделкамс обществами «Торговый Дом» и «Мираторг», и, как следствие, о том, что общество не имеет право на получение налоговых вычетов.

Учитывая изложенные обстоятельства и придя к выводу, что документы, составленные в связи с осуществлением хозяйственных операций между обществом «ТСКОМ» и его контрагентами – обществами «Торговый Дом» и «Мираторг» содержат недостоверные сведения об участниках хозяйственных операций (лице, выступавшем в качестве представителя – руководителя контрагента), а, значит, не являются надлежащим документальным подтверждением реальности понесенных расходов, и, заключив что общество «ТСКОМ» не имело права применять налоговые вычеты по НДС в размере 4 367 131 руб. и обязано было уплатить налог на добавленную стоимость за 2 и 3 кварталы 2015 года, в полном объеме и без учета таких вычетов, уполномоченный орган по результатам проверки доначислил налог на добавленную стоимость в размере 4 367 131 руб., в том числе за налоговые периоды: 2 квартал 2015 года – 1 760 147руб.; 3 квартал 2015 года – 2 606 984 руб.; по контрагенту обществу «Мираторг» общество «ТСКОМ» было обязано уплатить налог на добавленную стоимость за 4 квартал 2014 года и 1 квартал 2015 года, в полном объеме в размере 640 921 руб. и без учета таких вычетов, по результатам проверки был доначислен налог на добавленную стоимость в размере 640 921 руб., в том числе за налоговые периоды: 4 квартал 2014 года – 88 670 руб.; 1 квартал 2015 года – 552 251 руб.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, налоговый орган установил, что обществом «ТСКОМ» в нарушение пунктов 1,5,6 статьи 169 НК РФ, пункта 1 статьи 171 НК РФ, пункта 1 статьи 172 НК РФ завышены налоговые вычеты, отраженные в книге покупок за 2014, 2015 гг. и, как следствие, занижена сумма налога, подлежащая уплате в бюджет на 5 008 052 руб., в том числе по периодам: за 4 квартал 2014 года – 88 670 руб.; за 1 квартал 2015 года – 552 251 руб.; за 2 квартал 2015 года – 1 760 147 руб.; за 3 квартал 2015 года – 2 606 984 руб. Основание: налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость, договоры; счета-фактуры, книги покупок за 2014-2015 гг.

Из протокола допроса свидетеля ФИО1 от 26.09.2017 № 1837 также следует, что именно в его обязанности входил поиск поставщиков, проведение переговоров с контрагентами, включая общества «Торговый Дом» и «Мираторг».

В период проведения налоговой проверки, проведенной с 30.09.2016 по 25.05.2017, ФИО1 было реализовано 3 ед. транспортных средств должника: транспортное средство марки УСТ 54532О г.в. 2012 реализовано супруге ответчика – ФИО10 по договору купли-продажи от 30.09.2016; транспортное средство марки О АР РТ ХР105 460 г.в. 2013 реализовано ФИО11 по договору купли-продажи 16.08.2016; полуприцеп цистерна 964846 2017 г.в. отчужден 05.04.2017 ФИО12, который, в свою очередь, с 19.03.2018 по настоящее время является руководителем общества с ограниченной ответственностью «Нигма», учредителем со 100% долей участия в уставном капитале является ФИО1 В период отчуждения полуприцепа руководителем данного общества являлся ФИО1

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ТСКОМ», УФНС России по Республике Башкортостан обратилось в суд с настоящим иском, указав при этом на совершение ответчиком действий, направленных на нарушение налогового законодательства, выразившегося в получении необоснованной налоговой выгоды и уклонении от налогообложения путем совершения операций с организациями, не осуществлявшими реальную финансово-хозяйственную деятельность, а также на установленную по результатам проведения выездной налоговой проверки цель перечислений денежных средств должника в пользу вышеупомянутых контрагентов – получение должником необоснованной налоговой выгоды по налогу на добавленную стоимость, а именно включение в состав налоговых вычетов по НДС счетов-фактур, оформленных ненадлежащим образом, и, кроме того, на то, что организация руководителем должника фиктивного документооборота с контрагентами, имеющими признаки фирм «однодневок», вместе с перечислением на их счета в течение 2014–2015 гг. денежных средств в размере 24 307 390 руб. 70 коп. свидетельствует о незаконном выводе активов должника в целях обналичивания средств через цепочку «подставных» лиц, следствием чего явилось его объективное банкротство.

Истцом также отмечено, что именно ФИО1 в период наличия у него полномочий руководителя должника от его имени заключены договоры с обществами «Торговый Дом» и «Мираторг», что наряду с вышеизложенными фактами свидетельствуют об умышленности действий должника, его контрагентов, об отсутствии реальных финансово-хозяйственных операций по поставке и приобретению товаров работ, услуг, и, следовательно – об отсутствии ведения реальной хозяйственной деятельности между контрагентами. Кроме того, истец ссылался на сохранение у ФИО1 статуса контролирующего должника лица после 08.09.2015 в силу сохранения полномочий учредителя и наличия доверенности от 01.03.2016 №8, которой подтверждаются полномочия ФИО1 как коммерческого директора должника и уполномоченного представителя в части постановки на учет транспортных средств должника.

Возражая против заявленных требований, ответчик указал на то, что не осуществлял текущее руководство должником с 01.09.2015, вследствие чего, с указанной даты он не мог влиять на деятельность должника, решение №46 от 25.12.2017 он не получал, был лишен права на обжалование и представление возражений, ссылаясь при этом на недопустимость применения материальных норм Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ к правоотношениям периода 2014-2015 гг. Ответчик также указал на возможность погашения задолженности общества «ТСКОМ» перед уполномоченным органом, на недоказанность материалами дела факта совершения ответчиком действий, повлекших невозможность погашения должником требований кредиторов.

Ответчик также сослался на совершение им всех необходимых действий по проявлению должной осмотрительности при выборе контрагентов, недоказанность фиктивности сделок, отсутствие в материалах налоговой проверки в отношении должника доказательств совершения ФИО1 умышленных действий, направленных на уклонение от уплаты налогов, отсутствие у должника после совершения сделок по отчуждению транспортных средств должник признаков объективного банкротства, наличие у должника достаточных активов для осуществления хозяйственной деятельности, отсутствие причинно-следственной связи между сделками по отчуждению транспортных средств должника и наступлением объективного банкротства должника.

Ответчик, кроме того, указал на то, на момент проведения выездной налоговой проверки, вступления в силу решения о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение он не являлся контролирующим должника лицом, не мог участвовать от лица должника при проведении выездной налоговой проверки, представлять документы и возражения, утверждая, что на момент проведения выездной налоговой проверки, вступления в силу решения о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение он не являлся контролирующим должника лицом. Ответчик также утверждал, что доказательства, представленные в материалы дела, подтверждают хозяйственные отношения между должником, контрагентами и последующими покупателями, а представленные в материалы акт налоговой проверки и решение от 25.12.2017 № 46 являются недопустимыми доказательствами, так как собраны с грубым нарушением со стороны налогового органа норм НК РФ, в частности, запросы направлены, а документы получены после окончания проведения проверки.

Удовлетворяя исковые требования в полном объеме, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности условий для привлечения к субсидиарной ответственности в заявленном истцом размере.

Изменяя решение суда первой инстанции в части размера субсидиарной ответственности ФИО1, арбитражный апелляционный суд, руководствуясь правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П «По делу о проверке конституционности пунктов 9 и 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданки ФИО13», согласно которой, объем ответственности субсидиарного должника совпадает с объемом ответственности основного должника, а вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней, ввиду чего, взыскание штрафов по своему существу выходит за рамки налогового обязательства, носит не восстановительный, а карательный характер и является наказанием за налоговое правонарушение, пришел к выводу о необходимости исключения из размера субсидиарной ответственности суммы штрафов в размере 1 015 211 руб., начисленных должнику за налоговые правонарушения.

При этом суды руководствовались следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо в случае недостаточности имущества должника несет субсидиарную ответственность по его обязательствам. Аналогичные положения в настоящее время закреплены в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

– должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

– доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться, в частности, в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 данной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (пункт 2 статьи 61.10. Закона о банкротстве).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации; при этом арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункты 4, 5 статьи 61.10. Закона о банкротстве).

Применительно к данному основанию привлечения к субсидиарной ответственности, суды, с учетом того, что в реестр требований кредиторов должника, согласно материалам дела № А07-6432/2017 включены требования двух кредиторов: уполномоченного органа в сумме 7 346 551 руб. (определение от 27.03.2023) и ФИО6 в сумме 350 000 руб. (решение от 30.05.2017), установив, что требования уполномоченного органа, составившие более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди, возникли вследствие совершения должником налогового правонарушения, признали подлежащей применению презумпцию, закрепленную в подпункте 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (абзац 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Согласно данной презумпции, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Такая презумпция по общему правилу является опровержимой. Ответчик вправе приводить доводы и представлять доказательства, свидетельствующие, по его мнению, о его добросовестности при оформлении хозяйственных операций и соответствующему их отражению в бухгалтерском и налоговом учете.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно вступившему в законную силу решению налогового органа о привлечении общества «ТСКОМ» к налоговой ответственности от 25.12.2017 № 46, вынесенному по результатам проведенной выездной налоговой проверки, обществом «ТСКОМ» в 2015 году создана модель ведения бизнеса, направленная на уклонение от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота. Применение данной модели предполагало ведение хозяйственной деятельности с целью получения необоснованной налоговой выгоды, а именно: необоснованное принятие к учету счетов-фактур, оформленных ненадлежащим образом, подписанных неуполномоченными лицами по сделкам с обществами «Торговый Дом» и «Мираторг». Обществом «ТСКОМ» в нарушение пунктов 1, 5, 6 статьи 169, пункта 1 статьи 171, пункта 1 статьи 172 НК РФ неправомерно заявлены налоговые вычеты по НДС, отраженные в книгах покупок за 2014, 2015 годы и, как следствие, занижена сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, на 5 008 052 руб.

Апелляционным судом отмечено, что возражения ответчика в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции являлись формальными и, по сути, сводились к указанию на процессуальные нарушения при проведении проверки. Кроме того, ФИО1 приводил доводы об устойчивом финансовом положении общества и об отсутствии признаков доведения его до банкротства.

Таким образом, принимая во внимание, что указанная выше презумпция ответчиком опровергнута не была, так как в материалах дела отсутствует документальное подтверждение обстоятельств, опровергающих умышленность действий должника в лице его руководителя (ответчика) и его контрагентов, а также наличия реальной хозяйственной деятельности между контрагентами по поставке и приобретению товаров, при том, что доводы ответчика об устойчивом финансовом положении общества и об отсутствии признаков доведения его до банкротства, также не подтверждаются материалами дела, а заявленные им возражения сводятся по сути к указанию на процессуальные нарушения при проведении налоговой проверки, и, кроме того, учитывая, что ответчик не опроверг доводов истца о намеренном заключении договоров с обществами «Торговый Дом» и «Мираторг» в период руководства ответчика, подкрепленные показаниями ФИО1 о том, что он лично занимался поиском контрагентов, в том числе и спорных фирм-однодневок, о продолжительном взаимодействии организаций в отсутствие реальных отношений по поставке и в отсутствии у контрагентов самой возможности такой поставки, а также о применении должником модели ведения бизнеса и использованием формального документооборота, построенной на использовании фиктивных документов, суды пришли к обоснованному решению о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по изложенным выше основаниям и о возложении на ответчика обязанности по устранению имущественных потерь бюджета.

При повторном исследовании обстоятельств дела, арбитражный апелляционный суд отклонил довод ответчика относительно наличия в материалах дела документального подтверждения реальности проведенных контрагентами хозяйственных операций, приняв во внимание возражения налогового органа, согласно которым, данные документы были представлены суду только на стадии апелляционного производства, тогда, как в отсутствие каких-либо разумных причин, не были представлены ФИО1 в рамках выездной налоговой проверки, и, кроме того, в представленном ответчиком пакете документов, отсутствуют сертификаты качества на нефтепродукты и путевые листы, операции в книге продаж контрагентов не отражены, декларации по налогу на прибыль контрагентами не представлены, невозможно установить подписантов в товарно-транспортных накладных, по грузоподъемности транспорта, указанного в них, не соответствующего весу перевозимого груза, месту приема груза и т.д.

Кроме того, апелляционный суд, учитывая, что общая сумма перечислений составила свыше 24 млн. руб., что составляет 75,8 % общего размера активов по данным баланса должника за 2014 год (36 млн. руб.), при том, что направленные на счета общества «Мираторг» денежные средства переводились в адрес подконтрольных последнему лиц – обществ с ограниченной ответственностью «Аллегри» и «Стимул» (через ФИО8, являвшегося учредителем/руководителем данных лиц), и далее обналичивались, а также принимая во внимание результаты допросов руководителя общества «Торговый Дом», согласно которым, он осуществил регистрацию общества за вознаграждение, о деятельности общества ничего не знает, в ней не участвовал, договоров с должником не заключал, и, кроме того, учитывая, что собственник помещения, расположенного по адресу регистрации в ЕГРЮЛ общества «Торговый Дом», показал, что гарантийное письмо выдавалось, но фактически общество по данному адресу не находится, а также то, что адрес общества «Мираторг» относится к адресу массовой регистрации, сведения об имуществе в период 2014-2015 года отсутствуют, выручка не отражается в декларациях, отчетность сдается формально, обоснованно отклонил довод ответчика о том, что факт ведения контрагентами должника хозяйственной деятельности подтверждается представленными суду доказательствами.

Апелляционный суд также отклонил ссылки должника на списание в 2017 году дебиторской задолженности в размере 77 млн. руб. ввиду того, что факты ее наличия и истечения сроков давности документально не обоснованы.

Также апелляционный суд не принял во внимание показания свидетелей ФИО14 и ФИО15 ввиду их заинтересованности в исходе дела, подтверждаемой тем, что ответчик в период после направления дела на новое рассмотрение, реализовал свое недвижимое имущество в пользу отца ФИО14 – ФИО16, а ФИО15 являлась работником общества с ограниченной ответственностью «Консалт Инвест» (далее – общество «Консалт Инвест»), оказывавшего бухгалтерские услуги должнику. Кроме того, взаимосвязь данных свидетелей с ответчиком апелляционный суд проследил через общество с ограниченной ответственностью «Приоритет», учредителем которого являлся ФИО1, а работниками: ФИО17 (директор общества «Консалт Инвест»), ФИО18 (мать заявителя в деле о банкротстве общества «ТСКОМ»), супруга ответчика и ФИО15, которая также является и работником общества с ограниченной ответственностью «Модуль», директором и учредителем которого является ФИО6 (заявитель в деле о банкротстве общества «ТСКОМ»). Апелляционный суд также отметил, что позиция данных свидетелей не подтверждается совокупностью иных объективных доказательств.

Кроме того, апелляционный суд учел следующие обстоятельства: после 08.09.2015 у ФИО1 сохранялся статус контролирующего должника лица в силу того, что он официально значился работником должника, получил от руководителя должника ФИО5 доверенность от 01.03.2016 № 8 на длительный срок, полномочия коммерческого директора по которой переданы незамедлительно после назначения ФИО5 на должность руководителя, в сопроводительных письмах, адресованных налоговому органу в рамках осуществления проверки, ФИО5 в рамках осуществления финансово-хозяйственной деятельности уполномоченным лицом назвал ответчика; ответчик сохранял статус учредителя должника до 27.02.2017 – 100 %, до 08.03.2017 – 75 %, непосредственно ответчиком от имени должника реализованы транспортные средства должника (в части по заниженной стоимости) в пользу супруги ответчика и ФИО12 (руководителю общества «Нигма», учредителем которого является ответчик), а также ФИО11 (контрагент подконтрольной ответчику организации – общества «ТСКОМ»), и впоследствии – ФИО18 – матери заявителя по делу о банкротстве должника. Принимая также во внимание, что в ходе всей процедуры банкротства должника не проводились мероприятия по наполнению конкурсной массы лицом, фактически связанным с ответчиком (оспорено бездействие конкурсного управляющего должника, отменен судебный акт о завершении процедуры и т.д., взаимосвязь конкурсного управляющего и заявителя по делу через единого представителя – ФИО19 (Игнатьеву) Е.А., последняя представляет интересы управляющего в рамках иных процедур банкротства, имеется взаимосвязь заявителя по делу о банкротстве с ответчиком по настоящему спору), а также, что выгодоприобретателем от такой организации деятельности должника и ведения процедуры банкротства выступил не номинальный руководитель должника – ФИО5, а ФИО1, учитывая также, что вырученные от реализации 2 транспортных средств по договорам от 21.03.2017 денежные средства на сумму свыше 5 млн. руб. направлены должником на счета обществ с ограниченной ответственностью «Гелиос» и «Монтажстроймонтаж», при том, что данные организации по утверждению уполномоченного органа, созданы в ноябре 2016 г. и имеют признаки технических компаний, сведения в ЕГРЮЛ по ним признаны недостоверными, а сделки должника с ними впоследствии были оспорены, а в настоящее время транспортные средства зарегистрированы за ФИО20, супруга которого в определенный период являлась работником общества с ограниченной ответственностью «Приоритет», учредителем которого в тот же период 2017 года являлся ФИО1 с долей участия 100 %, апелляционный суд обоснованно отклонил доводы ответчика об отсутствии у него статуса контролирующего должника лица после освобождения от обязанностей руководителя должника, а также об отсутствии причинной связи между его действиями и наступившим объективным банкротством должника.

Отклоняя доводы ответчика о пропуске налоговым органом срока исковой давности, апелляционный суд исходил из того, что должник признан несостоятельным (банкротом) 30.05.2017 (в период проведения выездной налоговой проверки), решение о привлечении к налоговой ответственности вынесено 29.12.2017, заявление о включении требований в реестр подано 13.02.2018, дело о банкротстве прекращено определением от 28.01.2019 за отсутствием средств на финансирование процедуры, сама процедура надлежащим образом не проводилась (о чем свидетельствует жалоба на действия управляющего, факт отмены судебного акта о завершении процедуры), заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано 21.03.2019 – в пределах года после прекращения производства по делу о банкротстве, и, кроме того, ответчик не доказал, что истец был осведомлен о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности существенно раньше.

Исходя из изложенного, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что контролирующим должника лицом были совершены противоправные действия, установленные решением Управления Федеральной налоговой службы России по Республике Башкортостан №46 от 25.12.2017, не опровергнутые ответчиком в рамках настоящего дела, а также действия по выводу активов должника, за счет которых могли быть произведены расчеты с кредиторами, исходя из того, что в результате таких действий кредиторы должника были лишены возможности удовлетворения их требований, суды признали доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличие в данном случае оснований для привлечения контролирующего должника лица – ФИО1, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Приняв во внимание правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от 30.10.2023 № 50-П, согласно которой, пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика, апелляционный суд правомерно определил размер субсидиарной ответственности в сумме 6 331 340 руб., и изменил решение суда первой инстанции, исключив сумму штрафов, начисленных должнику за налоговые правонарушения в размере 1 015 211 руб. из первоначально установленного судом первой инстанции размера субсидиарной ответственности.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом округа также отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемого постановления апелляционного суда (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 по делу № А07-8634/2019 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Г. Кочетова

Судьи О.Н. Новикова

Н.В. Шершон