АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, <...>

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

https://tatarstan.arbitr.ru

https://my.arbitr.ru

тел. <***>

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-14525/2025

Дата принятия решения – 14 ноября 2025 года

Дата объявления резолютивной части – 11 ноября 2025 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Мусина Ю.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Фардеевой П.Д., рассмотрев в судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "Инвест-Строй" (ОГРН <***>, ИНН <***>) к ФИО1 (ИНН <***>) и к ФИО2 (ИНН <***>) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью «Вид+» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и о взыскании денежных средств в сумме 691 281 руб.,

при участии:

от истца – представитель - ФИО3 при помощи веб-конференции,

от ответчиков – не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Инвест-Строй" обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ответчикам - к ФИО1 и к ФИО2 о взыскании 691 281 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вид+».

Представитель истца исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представители ответчиков в судебное заседание не явились, отзыв, запрошенные судом документы не представили.

До судебного заседания от представителя ФИО1 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью ознакомления с материалами дела № А65-27325/2023, а также об истребовании материалов указанного дела.

Истец возражает относительно удовлетворения ходатайств ответчика, считает, что они направлены на затягивание рассмотрения дела.

Суд отказал в удовлетворении ходатайств ответчика, поскольку материалы дела № А65-27325/2023, рассмотренного судом в порядке упрощенного производства имеются в материалах настоящего дела, а необходимость ознакомления с другим делом не является уважительной причиной для неявки в судебное заседание.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчиков, по доказательствам, имеющимся в материалах дела, по правилам ст. 156 АПК РФ.

Исковые требования мотивированы на следующих обстоятельствах.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 января 2024 года по делу № А65-27325/2023 с Общества с ограниченной ответственностью «ВИД+» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Инвест-Строй» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 609 500 руб. неосновательного обогащения, 65 285 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму 609 500 руб., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды и фактического размера долга, начиная с 17.01.2024 по день фактической уплаты долга, 15 688 руб. в счёт возмещения расходов по государственной пошлине.

11.03.2024 выдан исполнительный лист для принудительного исполнения решения.

На основании исполнительного листа, выданного судом, возбуждено исполнительное производство № 147222/24/16003-ИП.

На основании решения регистрирующего органа 29 ноября 2024 года Общество исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием недостоверных сведений в отношении общества.

Исполнительное производство прекращено без исполнения в связи с исключением должника из ЕГРЮЛ.

Полагая, что ответчики являлись контролирующими лицами Общества и по их вине истцу причинены убытки в связи с неисполнением судебного акта, истец просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности на основании п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ст. 53.1 ГК РФ и взыскать с них в солидарном порядке сумму непогашенной задолженности общества по судебному решению.

Как следует из материалов дела, Общество с ограниченной ответственностью «ВИД+» (прежнее наименование - ООО «ГеоЗемКадастр» ОГРН <***>, ИНН <***>) зарегистрировано в ЕГРЮЛ в качестве юридического лица 24 февраля 2021 года.

Единственным участником и единоличным исполнительным органом общества (генеральным директором) момента создания общества и до 11 декабря 2023 года являлся ФИО1 (первый ответчик).

Решением Единственного участника Общества № 5 от 08 ноября 2023 года уставный капитал общества увеличен с 10 000 руб. до 11 000 руб., в состав участников общества принят новый участник ФИО2 (второй ответчик), с условием оплаты доли по номинальной стоимости – 1 000 руб., утвержден устав Общества в новой редакции.

11 декабря 2023 года, на основании заявления ф. Р13014, поданного в регистрирующий орган, внесены сведения в ЕГРЮЛ о прекращении полномочий Генерального директора ФИО1 и возложении полномочий единоличного исполнительного органа на ФИО2, а также об изменении состава участников общества.

10 января 2024 года ФИО1 через нотариуса подал заявление о выходе из состава участников общества.

Указанные изменения зарегистрированы в ЕГРЮЛ 17 января 2024 года.

01 февраля 2024 года в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений об адресе общества.

12 августа 2024 года регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ в связи с наличием недостоверных сведений.

29 ноября 2024 года регистрирующим органом принято решение об исключении Общества из Единого государственного реестра юридических лиц в связи с наличием в ЕГРЮЛ недостоверных сведений об обществе.

Из общедоступных сведений, размещенных в ЕГРЮЛ следует, что второй ответчик – ФИО2 являлся участником, а также единоличным исполнительным органом ООО «ФАЯЖ», ООО «КБ-16», ООО «МАСТ», зарегистрированных в разных регионах. Все указанные организации исключены из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений о них при схожих обстоятельствах участия в них второго ответчика.

С учетом собранных по делу доказательств, а также доводов истца о том, что данный механизм использован первым ответчиком с целью избежать субсидиарной ответственности по правилам ст. 53.1 ГК РФ, суд неоднократно предлагал ответчикам представить доказательства фактического участия ФИО2 в деятельности Общества, обосновать экономическую целесообразность ее включения в состав участников Общества с номинальной доли 1000 руб. и последующий выход из Общества первого ответчика (почему не заключен договор купли-продажи доли); представить доказательства совместного осуществления фактической деятельности; представить доказательства получения действительной стоимости доли в связи с выходом из Общества, представить доказательства передачи дел и документов общества новому директору.

Представители ответчиков в судебное заседание не явились, запрошенные судом доказательства не представили.

Из ответа МРИ ФНС № 14 по РТ от 15.08.2025г. (том 2, л.д. 58-108) на соответствующий запрос суда следует, что последняя отчетность общества – за 9 мес. 2023 года сдана ФИО1, посредством электронного документооборота. Позже указанной даты отчетность не сдавалась.

Из ответов ПАО «Сбербанк» и АО «Альфа Банк» (том 2, л.д. 133-140 +диск) на соответствующий запрос суда следует, что право распоряжения счетами общества до закрытия этих счетов принадлежало ФИО1 (первый ответчик). Документы, предоставляющие ФИО2 распоряжаться счетами общества, не оформлялись.

Исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ответственность субсидиарного должника является дополнительной и наступает тогда, когда к ответственности может быть привлечен основной должник, за которого он несет ответственность в субсидиарном порядке.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо).

Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При этом, как следует из пункта 3 статьи 64.2 ГК РФ, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное законоположение направлено, в том числе, на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

На данные правовые нормы и ссылается истец, полагая, что участник и (или) руководитель общества с ограниченной ответственностью может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества перед его кредитором и в случае исключения общества как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, если будет доказано, что неисполнение обязательства общества перед кредитором обусловлено недобросовестными или неразумными действиями участника (руководителя) общества.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО4" указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности,

функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

В пункте 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П указано, что смыслу положений статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа

от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Заявленные истцом требования, по сути, являются требованиями о взыскании убытков, причиненных противоправным поведением контролирующего лица контрагента (ст. 15, 1064 ГК РФ) в связи с чем требуется установление совокупности условий для данного вида гражданско-правовой ответственности (противоправность, виновность поведения причинителя вреда, вред в виде невозможности получить исполнение за счет имущества основного должника и причинно-следственная связь между противоправным и виновным поведением ответчика и наступившими для истца негативными последствиями в виде имущественного вреда).

Поскольку долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда, для применения этой меры ответственности необходимо установить - в чем выражается противоправное поведение, приведшее возникновению убытков у истца, когда и кем совершены эти действия (допущено бездействие).

В рассматриваемом случае убытки истца возникли в связи с исключением общества из ЕГРЮЛ ввиду нарушения лицами, контролирующими общество, законодательства о государственной регистрации юридических лиц и связанной с этим невозможностью исполнения судебного акта в пользу истца.

На дату внесения в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности сведений об адресе юридического лица и на дату исключения общества из ЕГРЮЛ первый ответчик не являлась участником и директором общества. Единственным участником общества и его генеральным директором являлась второй ответчик.

Вместе с тем, исходя из последовательности действий первого ответчика и второго ответчика, аналогичные действия второго ответчика при участии и управлении другими обществами, суд приходит к выводу, что именно первый ответчик, преследуя цель ликвидации общества, имеющего задолженность перед истцом, в обход процедур, предусмотренных действующим законодательством, обратился ко второму ответчику.

При включении второго ответчика в состав участников общества ответчиком использован механизм увеличения размера уставного капитала Общества.

По смыслу ст. 17, 19 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и в соответствии со сложившейся судебной практикой, указанный механизм предназначен для привлечения инвестиций в Общество, увеличения его активов. Однако, как следует из материалов дела, фактически внесение денежных средств в уставный капитал Общества не

состоялось. О мнимом характере увеличения уставного капитала и принятия нового участника также свидетельствует размер вклада второго ответчика – 1 000 руб., который не может покрыть даже расходы на оформление вступления второго ответчика в состав участников общества.

Первый ответчик не представил суду доказательства выплаты ему Обществом действительной стоимости доли в связи с выходом из состава общества, что, в совокупности с доводами истца, свидетельствует о том, что баланс общества имел отрицательные значения и общество не представляло для нее экономической ценности.

Также первый ответчик не обосновал экономическую целесообразность включения второго ответчика в состав участников общества и доказательства осуществления с ним совместной деятельности. Такие доказательства не представлены. А из материалов дела следует, что после включения второго ответчика в состав участников общества, по той е схеме, что и в других организациях, приведенных выше, началась процедура административного исключения Общества из ЕГРЮЛ.

Из ответа МРИ ФНС № 14 по РТ и ответов банков следует, что второй ответчик так и не приступил к управлению обществом, до исключения Общества из ЕГРЮЛ лицом, уполномоченным управлять счетами общества оставался первый ответчик

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что первый ответчик, злоупотребляя своими правами, желая избежать субсидиарной ответственности по долгам Общества, которые возникли в период, когда он был единственным участником и генеральным директором общества путем исключения общества из ЕГРЮЛ посредством административных процедур, при содействии второго ответчика, формально передал управление обществом второму ответчику, затем вышел из состава участников общества.

Из последующего поведения ответчиков, а также действий второго ответчика при участии в других Обществах, приведенных выше, следует, что их целью являлось исключение Общества из ЕГРЮЛ в административном порядке, в обход процедур ликвидации, предусмотренных законодательством. При этом документы о смене руководителя на второго ответчика и о выходе ответчика из состава участников оформлены таким образом, чтобы формальных оснований для предъявления требований к ответчику не было – поскольку сведения о недостоверности сведений о юридическом лице внесены после выхода первого ответчика из состава участников общества и прекращения его полномочий генерального директора общества.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что ответчики в противоправных целях использовали предусмотренные законодательством процедуры увеличения уставного капитала, включения в состав участников общества нового участника и выход из состава участников общества.

Пунктами 1- 4 статьи 10 ГК РФ закреплено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что исключение общества из ЕГРЮЛ явилось следствием противоправного поведения и совместных действий ответчиков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Таким образом, исходя из положений ст. 65 АПК РФ и вышеуказанных разъяснений, при рассмотрении данной категории дел истец должен доказать наличие у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, а ответчик обязан доказать правомерность своего поведения и отсутствие причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами.

Истец представил суду надлежащие доказательства наличия непогашенной задолженности, имевшейся у общества перед истцом на дату исключения из ЕГРЮЛ. Факт исключения общества из ЕГРЮЛ подтверждается материалами дела.

Ответчики не опровергли доводы и доказательства истца, не представили суду доказательства правомерности своего поведения, а также отсутствия причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами.

Поскольку судом установлено наличие совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества,

ликвидированного в административном порядке, доказанность истцом того, что неисполнение Обществом обязательств по погашению задолженности явилось результатом неправомерных действий (бездействия) ответчиков как руководителя и участника общества, принимая во внимание, что ответчики, достоверно зная о наличии задолженности перед истцом, не предприняли мер ни к погашению задолженности, ни к обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Общества банкротом, более того, желая избежать субсидиарной ответственности по долгам общества, в противоправных целях использовали механизм административного исключения юридического лица из ЕГРЮЛ, суд приходит к выводу о правомерности заявленных требований.

Доводы и возражения ФИО1, изложенные в Ходатайстве от 11.11.2025г. отклоняются судом в силу следующего.

ФИО1 указывает, что истец мог удовлетворить свои требования за счет имущества общества, а также мог направить возражения относительно исключения общества из ЕГРЮЛ, однако не сделал это, в связи с чем не вправе требовать взыскания убытков.

Указанные доводы ответчика отклоняются судом, поскольку именно на ответчиках, контролировавших Общество, лежала обязанность по устранению причин недостоверности сведений в ЕГРЮЛ, принятию необходимых мер по погашению задолженности перед истцом, а в случае недостаточности имущества - обращению в суд с заявлением о признании Общества банкротом.

Доводы ответчика о том, что вероятно договоры и финансовые документы по правоотношениям с истцом, находящиеся в деле № А65-27325/2023, от имени ООО «ВИД+» были подписаны неуполномоченным лицом, следовательно, долга не было, отклоняются судом как направленные на преодоление вступившего в законную силу решения по данному делу.

Относительно размера убытков, который истец требует взыскать с ответчиков, суд отмечает следующее.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 января 2024 года по делу № А65-27325/2023 с ООО «ВИД+» в пользу истца взыскано 609 500 руб. неосновательного обогащения, 65 285 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму 609 500 руб., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды и фактического размера долга, начиная с 17.01.2024 по день фактической уплаты долга, 15 688 руб. в счёт возмещения расходов по государственной пошлине.

С учетом дальнейшего начисления процентов с 17.01.2024г. по день исключения ООО «ВИД+» из ЕГРЮЛ (29.11.2024г.) размер долга ООО «ВИД +» перед истцом на дату исключения из ЕГРЮЛ составлял 781 681 руб. 51 коп. (609 500 руб. неосновательного обогащения +65 285 руб. процентов до 17.01.2024 + 91 208, 51 руб. процентов за период с

17.01.2024 по 29.11.2024 + 15 688 руб. расходов по оплате госпошлины), однако истец просит взыскать с ответчиков только 691 281 руб., что является его правом.

Расходы истца по оплате госпошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на ответчиков.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ :

Иск удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) и ФИО2 (ИНН <***>) в солидарном порядке в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Инвест-Строй" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 691 281 руб. в счет возмещения убытков и 39 564 руб. расходов по оплате госпошлины.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Судья Ю.С. Мусин