ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 145, Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Чита Дело №А19-22273/2022

24 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 24 января 2025 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н.А. Корзовой, судей Н.И. Кайдаш, В.Л. Каминского при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А.Н. Норбоевым,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 14 октября 2024 года по делу №А19-22273/2022,

по заявлению ФИО2 - финансового управляющего ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделок,

по делу по заявлению ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Иркутск; адрес регистрации: <...>; ИНН <***>; СНИЛС <***>) о признании его банкротом.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв с 15.01.2025 по 22.01.2025.

Информация о перерыве размещена на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда (http://4aas.arbitr.ru) и на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации (http://www.arbitr.ru).

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 24.04.2023 (резолютивная часть решения объявлена 19.04.2023) ФИО1 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2.

Финансовый управляющий ФИО2 10.05.2023 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, в котором просит:

признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства «HARLEY DAVIDSON», гос. номер <***>, 2012 года выпуска, цвет красный, заключенный между ФИО1 и ФИО3;

применить последствия недействительности сделки в виде возложения обязанности на ФИО3 вернуть в собственность ФИО1 транспортное средство «HARLEY DAVIDSON», гос.номер <***>, 2012 года выпуска, цвет красный.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 14 октября 2024 года заявление удовлетворено в полном объеме, признан недействительным договор от 30.06.2021 купли-продажи транспортного средства «HARLEY DAVIDSON», гос.номер <***>, 2012 года выпуска, цвет красный, заключенный между ФИО1 и ФИО3.

Суд обязал ФИО3 возвратить в конкурсную массу ФИО1 указанное транспортное средство. Взысканы с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО1 обжаловал его в апелляционном порядке. Заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что в действительности, должник при подготовке заявления о признании банкротом получил сведения из ГИБДД, в которых было выявлено, что проданное транспортное средство числится на ФИО1, о данном обстоятельстве ФИО1 не знал. Новым собственником – ФИО3 транспортное средство по неизвестным ему причинам не было переоформлено на него, в связи с чем транспортное средство было снято с учета позже.

Более того, в судебном акте указана недостоверная дата заключения договора 30.06.2024, тогда как договор купли-продажи заключен 30.06.2021.

Договор составлен сторонами на бланке, предоставленном на общеизвестном сайте «AUTO.RU». В соответствии с п. 2.1 договора стоимость мотоцикла составляет 570 000 руб., оплата стоимости производится путем 100% предоплаты.

Денежные средства были получены должником в полном объеме, на что указано в возражениях. Денежные средства от продажи транспортного средства по договору от 30.06.2021 были частично направлены на погашение кредитных обязательств, частично потрачены на потребительские нужды (продукты питания, одежда, медицинские обследования, в т. ч. несовершеннолетних детей).

Полагает не до конца подтверждённым вывод суда о том, что доказательств, свидетельствующих о том, что на момент заключения договора купли-продажи от 30.06.2021 у ФИО3 имелась реальная финансовая возможность приобрести спорный автомобиль, не представлено, так как от ответчика не было представлено возражений и документов ввиду неполучения почтовой корреспонденции о судебном процессе.

Доказательств наличия родственных связей между участниками сделки в материалы дела не представлено, заинтересованности ФИО3 по отношению к должнику не установлено. Должник предполагает, что обстоятельство проживания ФИО3 и ФИО1 в соседних домах послужило веским доводом для суда для признания сделки недействительной, но данный факт не означает автоматическое возникновение родственных, дружеских и иных связей.

О том, что у ФИО1 имеются неисполненные обязательства, ФИО3 не знал и не мог знать.

С отказом в применении пропуска срока исковой давности для оспаривания сделки по п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве должник не согласен, так как сделка совершена 30.06.2021 - за 1,5 года до подачи заявления о признании банкротом.

Ни финансовым управляющим, ни судом не может быть установлен тот факт, что у должника на момент совершения сделки имелись признаки неплатежеспособности, поэтому не доказана цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В решении суда не отражен ответ Российского союза страховщиков, в котором указано, что ФИО1 с момента продажи транспортного средства с 30.06.2021 не был страхователем по обязательному страхованию ответственности владельцев транспортных средств, не отражен ответ ГИБДД, что у ФИО1 не имеется штрафов за управление спорным транспортным средством.

С учетом указанных обстоятельств, должник просит определение отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик ФИО3 считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене, поддерживает доводы апелляционной жалобы, представляет дополнительные пояснения.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов спора и установлено судом первой инстанции, по договору купли-продажи от 30.06.2021 ФИО1 продал мотоцикл «HARLEY DAVIDSON», гос.номер <***>, 2012 года выпуска, цвет красный, ФИО3 по цене 570 000 руб.

Из ответа ОТН и РАМТС ГИБДД МУ МВД России «Иркутское» от 27.03.2024 усматривается, что мотоцикл снят с учета ФИО1 01.10.2022 в связи с продажей.

ФИО1 20.10.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом.

При заключении договора от 30.06.2021 ФИО1 имел кредитные обязательства перед ПАО «Сбербанк России», ПАО «Совкомбанк», ООО «ХКФ Банк».

По мнению финансового управляющего, спорная сделка совершена должником в целях выведения имущества из собственности и причинения вреда кредиторам

В качестве правового основания заявления о признании сделки недействительной финансовый управляющий указал пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002 (далее - Закон о банкротстве), статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, пришел к выводу о том, что заявление финансового управляющего является обоснованным, в связи с чем признал оспариваемую сделку недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Суд первой инстанции исходил из того, что на момент заключения договора купли-продажи у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, что сделка совершена безвозмездно.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон N 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26.10.2002 N 127-ФЗ в редакции Закона N 154-ФЗ применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 154-ФЗ).

В соответствии со статьей 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

В связи с заключением оспариваемого договора после 01.10.2015 сделка может быть оспорена как по специальным основаниям, так и по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, из чего правильно исходил суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 28.10.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности банкротстве должника, оспариваемый договор заключен 30.06.2021, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, из чего правильно исходил суд первой инстанции.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно правовым позициям, изложенным в пунктах 5-6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как верно установлено судом первой инстанции, на момент заключения спорного договора купли-продажи у должника уже имелись неисполненные обязательства перед банками, так как должник имел значительный для него объем неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника и до сих пор не удовлетворены.

Должник утверждает, что на дату спорной сделки он не имел просроченных обязательств, поэтому сделка не могла причинить вред кредиторам.

По предложению апелляционного суда финансовый управляющий представил данные о датах, с которых должником были допущены просрочки выплаты кредитных средств, ранее полученных в банках.

Из выписок по ссудным счетам следует, что такие просрочки должник стал допускать с июля и августа 2022 года, тогда как до указанного времени надлежащим образом погашал долг в пределах согласованных с банками графиков.

Однако, по мнению апелляционного суда в рассматриваемом случае не имеет правового значения то обстоятельство, что просрочки на дату 30.06.2021 (совершения спорной сделки) должником не допускались, в силу следующего.

Определением от 17.01.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 включено требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» в размере 143 087 руб. 32 коп., из них: 129 961 руб. 60 коп. ссудной задолженности, 13 125 руб. 72 коп. просроченной задолженности по процентам. При этом кредитная карта выпущена 19.08.2019 с лимитом 130 000 рублей, из отчета по кредитной карте следует, что должник активно ею пользовался, и в разные периоды времени по ней существовали различные суммы долга, выход на просрочку зафиксирован 12.05.2022.

Определением от 16.02.2023 требование публичного акционерного общества «Совкомбанк» в размере 156 924 руб. 98 коп., из которых: 149 912 руб. 76 коп. – просроченная ссудная задолженность, 6 684 руб. 28 коп. – иные комиссии, 327 руб. 94 коп. – неустойка, включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1. Основание - наличие долга по кредитному договору <***> от 28.03.2018.

Определением от 27.02.2023 требование общества с ограниченной ответственностью «Феникс» в размере 73 626,18 руб., в том числе: 63 976 руб. – основной долг, 9224 руб. – задолженность по процентам, 425,56 руб. – штрафы, включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1. Основание - наличие долга по кредитному договору №0416751345 от 23.08.2019, заключенному с АО «Тинькофф Банк».

Определением от 27.02.2023 требование общества с ограниченной ответственностью «Феникс» в размере 250 554 руб. 90 коп., из них: основной долг в размере 200 126 руб. 96 коп., проценты в размере 48 067 руб. 94 коп., штрафы в размере 2 360 руб., включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1. Основание - наличие долга по кредитному договору <***> от 01.04.2013, заключенному с АО «Тинькофф Банк».

Апелляционный суд исходит из правовой природы долга как кредитных обязательств перед банками и полагает необходимым руководствоваться правовой позицией, приведенной в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», о том, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

В этой связи на дату 30.06.2021 у должника имелись неисполненные обязательства по кредитным договорам, заключенным им в 2013, 2018 и 2019 годах.

При этом в материалы спора финансовым управляющим представлена справка оценщика о рыночной стоимости мотоцикла, определенной на дату 30.06.2021: 570 000 рублей.

В судебной практике сформированы правовые подходы о том, что нахождение должника в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае необходимо проверять доказательства, ясно и убедительно подтверждающие факт реальности операций по сделкам.

В этой связи при наличии сомнений в реальности внесения денежных средств или в реальности займа, необходимо исходить из того, что исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные подлинные документы или банковские выписки с расчетного счета), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у вносителя денежных средств в указанном размере к моменту их передачи (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о безвозмездном характере сделки, поскольку доказательств внесения оплаты по оспариваемому договору купли-продажи не представлено.

Судом первой инстанции обоснованно применен повышенный стандарт доказывания, который заключается в том, что именно ответчик должен был опровергнуть разумные и обоснованные сомнения финансового управляющего, основанные на безвомездности.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, о наличии необходимости применения повышенного стандарта доказывания может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса, при этом арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу хозяйственных отношений, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) именно на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В данном случае, при рассмотрении настоящего спора необходимо руководствоваться правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), в соответствии с которой доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической через корпоративное участие, "юридическое" родство или свойство), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как правило, бенефициар либо "дружественный" кредитор, не имеющие соответствующих формальных полномочий и юридических связей, не заинтересованы в раскрытии своего статуса аффилированного лица. Наоборот, указанные лица обычно скрывают наличие возможности оказания влияния на должника. Такие отношения не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации судам следует анализировать поведение всех участников спорных правоотношений в соотношении с поведением обычного независимого участника хозяйственного оборота.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения, представить соответствующие доказательства рыночного характера сделки.

Апелляционный суд включил данные обстоятельства в предмет исследования и предложил определением от 12.12.2024 ФИО3: представить отзыв на апелляционную жалобу; представить пояснения о том, почему транспортное средство он не переоформил на покупателя в регистрационных органах ГИБДД, какая денежная сумма передана продавцу ФИО1 по договору купли-продажи от 30.06.2021; представить доказательства наличия финансовой возможности приобретения транспортного средства «HARLEY DAVIDSON» (выписки по счету и т.д.).

ФИО1 предложено раскрыть обстоятельства совершенной сделки (как осуществлял поиск покупателя), в каком техническом состоянии было транспортное средство «HARLEY DAVIDSON», какие меры предприняты были им для приведения данных регистрационного учета в соответствии с новыми обстоятельствами (смена собственника).

Апелляционный суд истребовал информацию о штрафах, административных нарушениях, дорожно-транспортных происшествиях в Управлении ГИБДД по Иркутской области.

Ответчик представил пояснения о том, что стоимость транспортного средства оценена сторонами в 570 000 рублей, которые им были переданы ФИО1 в полном объеме в момент заключения договора.

Транспортное средство не было своевременно поставлено на учет в связи с его поломкой и последующим отъездом ответчика в другой город.

Кроме того, пояснил, что им продано указанное транспортное средство, договор купли-продажи утерян, о месте нахождения транспортного средства в настоящий момент неизвестно. О том, что у ФИО1 имеются неисполненные обязательства, ФИО3 не знал и не мог знать. Перед заключением договора купли-продажи им проверено, не состоит ли транспортное средств в реестре залогов на сайте Федеральной нотариальной палаты (имущество в залоге не состояло), в отношении ФИО1 на момент совершения сделки не было возбужденных исполнительных производств, также не было сведений на сайтах районных судов о возбужденных гражданских делах о взыскании задолженности.

ФИО3 настаивает, что денежные средства на приобретение транспортного средства ему предоставила мать, в подтверждение чего представил копию договора целевого дарения денежных средств от 30.06.2021 на сумму 570 000 рублей.

Ответчик пояснил, что возражений по рассматриваемому в Арбитражном суде Иркутской области спору не представлял, так как не был уведомлен о возбуждении дела, не получал письма ни от финансового управляющего, ни от должника, ни от Арбитражного суда Иркутской области корреспонденции, в связи с чем не смог своевременно предоставить свои возражения.

С ФИО1 ранее не был знаком, никогда не общался с ним до момента заключения договора купли-продажи транспортного средства, ФИО3 не является родственником должника.

К данным утверждениям ответчика апелляционный суд относится критически в силу следующего.

Вопреки утверждениям ответчика, суд первой инстанции дважды извещал его по месту регистрации, однако почтовая корреспонденция возвращена отправителю ввиду истечения срока хранения. Более того, ответчик сам поясняет, что уезжал из города. Следовательно, уезжая, он не обеспечил надлежащим образом возможность получения почтовой корреспонденции (статья 165.1 ГК РФ). В этой связи он считается надлежащим образом извещенным по правилам пунктов 2 и 3 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом повышенного стандарта доказывания ответчик так и не исполнил предложения апелляционного суда о подтверждении финансовой возможности оплаты 570 000 рублей должнику. По мнению апелляционного суда, представленный договор дарения от 30.06.2021 не является относимым и допустимым доказательством, поскольку сам по себе банковским документом не является, и факт его представления означает необходимость подтверждения финансового состояния матери ответчика, чего ответчик не сделал, предпочтя ограничиться копией данного договора.

Вызывает обоснованные сомнения, не опровергнутые ни должником, ни ответчиком, обстоятельство неснятия с регистрационного учета данных о должнике как о собственнике мотоцикла на протяжении более года.

Как отмечено выше, мотоцикл снят с учета ФИО1 только 01.10.2022 (в преддверии подачи заявления о банкротстве), что при повышенном стандарте доказывания не исключает того факта, что договор был подписан с указанием неверной ретроспективной даты 30.06.2021, тогда как на самом деле он подписывался в сентябре (октябре) 2022 года.

При этом сам ФИО1 по данным регистрационного учета стал собственником мотоцикла 30.05.2021, приобретя его за 550 000 рублей по договору от 28.05.2021 (том 1, л. д 59).

Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором. Для создания видимости реальной сделки в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, вывод ликвидных активов должника.

В рассматриваемом случае ответчик не представил ни одного доказательства в подтверждение реальности внесения по договору 30.06.2021 должнику 570 000 рублей, равно как и не подтвердил наличие у него такой финансовой возможности.

Должник же не подтвердил документально доводы ответчика о том, что ему передавались денежные средства, сообщил информацию о дальнейшем движении денежных средств, но документами свои пояснения не подтвердил.

Апелляционный суд установил, что ответчик приобрел у должника мотоцикл на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, что следует из вышеописанных обстоятельств: приобретение должником мотоцикла по цене 550 000 рублей (при отсутствии доказательств наличия у него денежных средств в таком размере) и незамедлительное его отчуждение ответчику спустя месяц по цене 570 000 рублей, неподтверждение ответчиком финансовой возможности приобрести транспортное средство по указанной стоимости, снятие с регистрационного учета накануне банкротства, отказ ответчика подтвердить дальнейшую перепродажу мотоцикла ссылкой на утерю документов.

Все вышеперечисленные обстоятельства позволяют апелляционному суду согласиться с выводами суда первой инстанции о признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: отчужден ликвидный актив безвозмездно при отсутствии у должника иных достаточных активов для расчета с кредиторами, тогда как реализация мотоцикла в ходе процедуры банкротства позволила бы осуществить расчеты с кредиторами.

Ссылки должника на ответ Российского союза страховщиков, в котором указано, что ФИО1 с момента продажи транспортного средства с 30.06.2021 не был страхователем по обязательному страхованию ответственности владельцев транспортных средств, на ответ ГИБДД, что у ФИО1 не имеется штрафов за управление спорным транспортным средством, не опровергают вышеустановленных обстоятельств, а, напротив, подтверждают, что мотоцикл выведен из-под обращения на него взыскания в пользу кредиторов.

По изложенным выше основаниям доводы должника и ответчика отклоняются.

ФИО1 заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки, и данное заявление поддержано ответчиком в суде апелляционной инстанции.

Апелляционный суд полагает данные доводы ошибочными.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» приведены разъяснения о том, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По правилам статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такие сроки, в частности, установлены по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, который согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет один год.

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения, о чем приведены разъяснения в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В рассматриваемом случае датой начала течения срока исковой давности будет являться 24.04.2023 - дата объявления решения о введении процедуры реализации и об утверждении финансового управляющего, который обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки 10.05.2023, то есть в пределах годичного срока.

Даже если исходить из даты введения процедуры реструктуризации (23.11.2022), обращение с заявлением об оспаривании сделки 10.05.2023 все равно состоялось в пределах годичного срока.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку сделка признана судом недействительной, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование заявителя о применении последствий недействительности сделки в заявленном виде (в виде односторонней реституции) и обязал ответчика ФИО3 возвратить в конкурсную массу ФИО1 мотоцикл, так как относимых и допустимых доказательств его отчуждения ответчиком не представлено, и данными регистрационного учета не подтверждено.

В этой связи судом первой инстанции принят законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 14 октября 2024 года по делу №А19-22273/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Н.А. Корзова

Судьи Н.И. Кайдаш

В.Л. Каминский