ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

24.03.2025 Дело № А40-107926/18

Резолютивная часть постановления оглашена 20 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 марта 2025 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Мысака Н.Я., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего акционерного общества «Русский торгово-промышленный банк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО1 по доверенности от 29.03.2024;

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 28.03.2024;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего акционерного общества «Русский торгово-промышленный банк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2024

по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Норд девелопмент»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2019 общество с ограниченной ответственностью «Норд девелопмент» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2020 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 181 621 556,99 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2023 производство по делу о признании должника несостоятельным (банкротом) было прекращено.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2022 привлечен к участию в деле в качестве соответчик ФИО2

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023, заявление конкурсного управляющего должника было удовлетворено путем установления правовых оснований для привлечения ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 179 779 247,05 руб.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20.11.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023 были отменены, а обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора определением Арбитражного суда города Москвы от 03.04.2024 было удовлетворено ходатайство акционерного общества «Русский торгово-промышленный банк» (далее – банка) в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о присоединении к заявлению конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2024 ФИО2 и ФИО6 были солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 179 779 247,05 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2024 определением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2024 было отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, в указанной части в удовлетворении заявлений конкурсных управляющих должника и банка было отказано, в остальной части определение суда первой инстанции было оставлено без изменения.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий банка обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, оставить в указанной части в силе определение суда первой инстанции.

В судебном заседании представитель конкурного управляющего банка доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель ФИО2 просил суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что поскольку судебный акт обжалуется только в части, касающейся отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, правовые основания для его проверки в оставшейся части у суда округа отсутствуют.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, конкурсный управляющий должника ссылался на то обстоятельство, что ФИО2 являлся генеральным директором должника в период с 30.08.2013 по 10.08.2015, то есть контролирующим должника лицом по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве, вменял ему в вину фактическое одобрение сделок, направленных на вывод ликвидных активов должника

Удовлетворяя заявленные требования в рамках первоначального рассмотрения настоящего обособленного спора, суды исходили из того, что они являются обоснованными и документально подтвержденными.

Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций и направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа указал на то, что обособленный спор был рассмотрен в отсутствие доказательств надлежащего извещения ответчика ФИО6, а также его финансового управляющего о времени и месте судебного разбирательства.

Устранив указанное нарушение при новом рассмотрении спора, суд первой инстанции при его рассмотрении вновь исходил из доказанности заявителями совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения обоих ответчиков к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в части, касающейся ФИО2 в связи со следующим.

По общему правилу, исковая давность исчисляется в соответствии с действующим на момент совершения правонарушения правовым регулированием (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 21 раздела «Практика применения законодательства № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом, в любом случае, течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) установлено, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В случае пропуска этого срока по уважительной причине, он может быть восстановлен судом.

Из нормы права, содержащейся в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), следует необходимость применения двух сроков исковой давности: субъективного, продолжительностью в один год, подлежащего исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности; объективного, продолжительностью в три года, подлежащего исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом).

Положения пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве были изменены Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ), согласно которому, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ также предусмотрено, что установленные им правила применяются к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Исходя из вышеназванных обстоятельств, учитывая, что институт исковой давности имеет целью создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, и направлен на защиту участников гражданского оборота от необоснованных притязаний, а также принимая во внимание, что с момента признания должника банкротом (29.01.2019) и до момента обращения конкурсного управляющего должника в суд с рассматриваемым заявлением в части ФИО2 (29.04.2024) прошло более трех лет, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в данном конкретном случае имеются основания для применения срока исковой давности.

При этом, суд апелляционной инстанции принял во внимание то, что согласно выводам временным управляющим должника ФИО7, приведенным им на страницах 28 и 29 финансового анализа должника по состоянию на 12.12.2018, основная часть операций должника была осуществлена в период с июля 2014 года по март 2015 года, в том числе операции, которые повлияли на финансовое состояние должника в последующие периоды времени и приведшие к введению процедуры временного управления.

На странице 11 заключения временного управляющего должника о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника также указано на упоминаемую судом первой инстанции сделку на сумму 62 605 492,96 руб. по покупке векселей у общества с ограниченной ответственностью «СМ Капитал» (далее – общества «СМ Капитал») по договору от 21.01.2015 № В2-200115, впоследствии признанную недействительной определением суда от 31.05.2021 по настоящему делу.

Таким образом, констатировал суд апелляционной инстанции, фактические обстоятельства для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, на которые ссылается конкурсный управляющий, были известны еще в 2018 году, а новых правовых оснований и доказательств совершения ФИО2 каких-либо иных конкретных действий (совершение сделок, распоряжение активами общества), которые привели к существенному ухудшению финансового состояния должника, в заявлении от 29.04.2022 конкурсный управляющий должника не привел.

С учетом изложенного, отметил суд, конкурсный управляющий должника мог своевременно определить состав контролирующих должника лиц и установить наличие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При таких обстоятельствах, срок исковой давности по заявленным конкурсным управляющим требованиям истек 29.01.2022 - по истечении трех лет с даты открытия конкурсного производства в отношении должника (29.01.2019).

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление от 29.09.2015 № 43), со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 ГК РФ), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и часть 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 19 названного постановления, в случае замены ненадлежащего ответчика надлежащим исковая давность по требованию к надлежащему ответчику не течет с момента заявления ходатайства истцом или выражения им согласия на такую замену (статья 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

То же касается и привлечения лица к участию в деле в качестве соответчика.

Таким образом, срок исковой давности перестает течь с даты заявления требований к надлежащему ответчику, а не с даты предъявления первоначального иска (заявления).

В данном случае, отметил суд апелляционной инстанции, с требованиями к ФИО2 конкурсный управляющий должника обратился за пределами трехгодичного срока исковой давности, установленного пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Судом апелляционной инстанции также критически оценены и отклонены выводы суда первой инстанции о необходимости исчисления срока исковой давности с 31.05.2021 - даты признания недействительной сделкой перечисления денежных средств в пользу общества «СМ Капитал», как не основанные на положениях Закона о банкротстве и противоречащие как пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции названных Законов от 28.06.2013 № 134-ФЗ и от 28.12.2016 № 488-ФЗ, так и пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

Кроме того, суд апелляционной инстанции счел правильным принять во внимание обстоятельства, изложенные конкурсным управляющим должника по результатам оценки внешних и внутренних условий деятельности должника, анализа рынков, на которых осуществлялась деятельность должника, в частности, то обстоятельство, что на экономику страны с 2014 года оказывали негативное влияние санкционная политика ряда стран, уход иностранных инвесторов с Российского рынка, снижение покупательской способности населения, снижение цен на энергоносители на зарубежных рынках в период с 2014-2017 годов, что привело к кризису рынка недвижимости, финансовые проблемы, банкротство и ликвидацию банков и компаний контрагентов.

Схемный характер деятельности должника, компания не осуществляла самостоятельной деятельности на рынке и не обладает необходимыми компетенциям осуществления деятельности на рыночных условиях.

Деятельность должника с 2017 года не управляется – компания перестала сдавать обязательную налоговую и иную отчетность, движение денежных средств по расчетному счету компании не осуществлялось.

Место расположения руководителя компании установить не удалось, первичные документы и документы о совершавшихся сделках отсутствуют либо их место нахождения не установлено.

Учредитель должника не способен оказать поддержку для выхода компании из кризиса.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции счел, что в материалы обособленного спора не представлено надлежащих доказательств тому, что вмененная ответчику сделка на 62 605 492,96 руб. привела к банкротству должника с учетом размера требований, включенных в реестр требований кредиторов должника (1 179 779 247,05 руб.), а также с учетом того, что векселя по оспоренной сделке были возвращены в конкурсную массу после введения в отношении должника процедуры банкротства, однако, в 2018 году в период их нахождения в службе судебных приставов были заменены неустановленными лицами на поддельные.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному и обоснованному им выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Нарушения, допущенные судом первой инстанции были устранены судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Приведенный в кассационной жалобе довод о причинении ответчиком ФИО2 убытков должнику, мотивированный им совершением должником (покупателем) сделки по перечислению в пользу общества с ограниченной ответственностью «Урса Капитал» (продавца) 144 444 929, 58 руб. в рамках исполнения договора купли-продажи ценных бумаг от 20.01.2015, судебной коллегией отклоняется, поскольку вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 17.02.2022 конкурсному управляющему должника было отказано в признании оспариваемой им сделки недействительной, как совершенной реально, поскольку ценные бумаги, являвшиеся предметом договора купли-продажи от 20.01.2015 были переданы должником самому банку в рамках заключенного им (залогодержателем) с должником (залогодателем) договора залога векселей от 21.01.2015 <***> ДЗ/15, а позднее вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.04.2016 по делу № А56-86722/15 обращено взыскание на названный предмет залога по иску банка к должнику, основанному на условиях кредитного договора <***> КЛВ/15. .

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2024 по делу № А40-107926/18 в обжалуемой части – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Н.Н. Тарасов

Судьи: Н.Я. Мысак

В.З. Уддина