Решение по делу № А78-1166/2025 от 25.07.2025.

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г.Чита Дело № А78-1166/2025

25 июля 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 июля 2025 года

Решение изготовлено в полном объёме 25 июля 2025 года

Арбитражный суд Забайкальского края в составе судьи Ульзутуевой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Клевцовой И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А78-1166/2025 по заявлению отдела Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Карымскому району (ОГРН <***>, ИНН <***>) о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

в отсутствие в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,

установил:

Отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по Карымскому району (далее – заявитель, ОМВД России по Карымскому району, орган внутренних дел) обратился в суд к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – предприниматель, ФИО1) о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП Российской Федерации).

В обоснование своей позиции орган внутренних дел указывает, что ФИО1 осуществлял розничную продажу алкогольной продукции без документов, подтверждающих легальность её производства и оборота.

ФИО1 отзыв на заявление в суд не представил.

О месте и времени проведения предварительного судебного заседания и судебного разбирательства стороны извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК Российской Федерации), явку представителя в судебное заседание не обеспечили.

В судебном заседании 7 июля 2025 года объявлялся перерыв до 11 июля 2025 года, информация о перерыве размещена на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru).

Арбитражный суд, признав дело подготовленным, завершил 11 июля 2025 года предварительное судебное заседание и по правилам статьи 137 АПК Российской Федерации, в отсутствие возражений органа внутренних дел и предпринимателя, перешел к рассмотрению дела по существу в этом же судебном заседании.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный суд установил следующие фактические обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 11 февраля 2021 года, ему присвоен основной государственный регистрационный номер <***>.

Распоряжением ОМВД России по Карымскому району от 05.11.2024 № Р-151 в период с 05.11.2024 по 14.11.2024 на территории Карымского района проводилось оперативно-профилактическое мероприятие «Алкоголь».

В ходе проведения указанного мероприятия, сотрудниками органа внутренних дел выявлено, что в магазине «Эконом», расположенном по адресу: <...>, осуществляется продажа алкогольной продукции, а также хранение алкогольной продукции без товарно-транспортных накладных, данное сообщение зарегистрировано в КУСП № 6677 от 12.11.2024 (л.д. 5).

12 ноября 2024 года произведен осмотр торгового помещения (магазин «Эконом»), расположенного по адресу: <...> а, результаты осмотра зафиксированы в соответствующем протоколе (л.д. 7)

В ходе осмотра выявлено хранение алкогольной продукции без товарно-сопроводительных документов.

Обнаруженная алкогольная продукция изъята, что зафиксировано в протоколе изъятия вещей и документов от 12 ноября 2024 года (л.д. 6).

Согласно протоколу изъятия от 12 ноября 2024 года, была изъята алкогольная продукция, в количестве 120 литров, общей стоимостью 21 740 рублей, а именно:

- вино марки «Монастырская сторожил» объемом 1 л., алк. 10,5%, в кол-ве 2 шт.,

- вино марки «Южная жемчужина» объемом 1 л., алк. 12%, в кол-ве 1 шт.,

-вино марки «Изабелла Южная» объемом 1 л., алк. 12%, в кол-ве 2 шт. по цене 200 руб.,

- пиво «Эсса» объемом 0,4 л., алк. 6,5%, кол-во 21 шт.,

- пиво «Старый мельник» объемом 0,45 л., алк. 4,3%, в кол-ве 1 шт.,

- пиво «Старый мельник» объемом 0,9 л., алк. 4,3%, в кол-ве 7 шт.,

- пиво «Жигулевское» объемом 1,2 л., алк. 4,1%, в кол-ве 13 шт.,

- пиво «Три медведя» объемом 1,2 л., алк. 4,3%, в кол-ве 11 шт., по цене 150 руб.,

- пиво «Балтика» объемом 0,95 л., алк. 4,7%, в кол-ве 9 шт. стоимостью 100 руб.,

- пиво «Охота крепкое» объемом 1,2 л., алк. 8,1%, в кол-ве 39 шт. по цене 180 руб.,

- водка «Финская» объемом 0,5 д., алк. 40%, в кол-ве 33 шт. по цене 220 руб.

19.11.2024 в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении 75 № 1198596/1650 по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации (л.д. 4).

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации ОМВД России по Карымскому району обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о привлечении предпринимателя ФИО1 к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации.

Суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для привлечения ФИО1 к административной ответственности в связи со следующим.

На основании Указа Президента Российской Федерации от 21.09.2022 № 647 «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации» в период с 21 сентября по 28 октября 2022 года осуществлялся призыв российских граждан на военную службу по мобилизации в Вооруженные Силы Российской Федерации.

Из письма Военного комиссариата Забайкальского края от 17 апреля 2025 года № 1559, являющегося ответом на судебный запрос, следует, что ФИО1 23 сентября 2022 года призван на военную службу по мобилизации военным комиссариатом Карымского района Забайкальского края.

Пунктом 2 Указа Президента Российской Федерации от 21.09.2022 № 647 «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации» предусмотрено, что граждане Российской Федерации, призванные на военную службу по мобилизации, имеют статус военнослужащих, проходящих военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации по контракту.

Из пункта 2 статьи 1 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Закон о статусе военнослужащих) также следует, что граждане, проходящие военную службу в период мобилизации, являются военнослужащими.

Таким образом, с 23 сентября 2022 года ФИО1 имеет статус военнослужащего, проходящего военную службу по контракту.

В соответствии со статьей 21.1 Федерального закона от 26.02.1997 № 31-ФЗ «О мобилизационной подготовке и мобилизации в Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 20.10.2022 № 404-ФЗ) на граждан, являющихся индивидуальными предпринимателями, учредителями (участниками) организаций, а также осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа, призванных на военную службу по мобилизации, не распространяются ограничения и запреты, установленные Законом о статусе военнослужащих, касающиеся занятия предпринимательской деятельностью (пункт 2). Граждане, являющиеся индивидуальными предпринимателями, учредителями (участниками) организаций, а также осуществляющие полномочия единоличного исполнительного органа, призванные на военную службу по мобилизации, могут принять решение об осуществлении предпринимательской деятельности через доверенных лиц в порядке, определенном законодательством Российской Федерации (пункт 3).

Действие приведенных норм распространяется на граждан, являющихся индивидуальными предпринимателями, учредителями (участниками) организаций, а также осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа, призванных на военную службу по мобилизации с 21 сентября 2022 года (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 20.10.2022 № 404-ФЗ).

Таким образом, граждане, являющиеся индивидуальными предпринимателями, призванные на военную службу по мобилизации, имеют статус военнослужащих, проходящих военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации по контракту, но одновременно сохраняют статус индивидуальных предпринимателей и вправе заниматься предпринимательской деятельностью, в том числе через доверенных лиц.

Частью 1 статьи 2.5 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что по общему правилу за административные правонарушения военнослужащие несут не административную, а дисциплинарную ответственность. Однако за прямо предусмотренные в части 2 той же статьи административные правонарушения военнослужащие несут административную ответственность на общих основаниях.

Согласно части 2 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации в случае, когда административное правонарушение совершено военнослужащим, за исключением случаев, когда за такое административное правонарушение это лицо несет административную ответственность на общих основаниях, производство по делу об административном правонарушении после выяснения всех обстоятельств совершения административного правонарушения подлежит прекращению для привлечения указанного лица к дисциплинарной ответственности.

В соответствии с пунктом 47 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10.11.2007 № 1495 (далее – Дисциплинарный устав), за административные правонарушения военнослужащие несут дисциплинарную ответственность в соответствии с настоящим Уставом, за исключением административных правонарушений, за которые они несут ответственность на общих основаниях.

При этом ни КоАП Российской Федерации, ни Дисциплинарным уставом, ни каким-либо иным нормативным правовым актом не предусмотрена возможность кумуляции административной и дисциплинарной ответственности, более того – такая кумуляция исключена.

Административное правонарушение, предусмотренное частью 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации и вменяемое предпринимателю, не поименовано в части 2 статьи 2.5 того же Кодекса.

Следовательно, ФИО2, призванный 23 сентября 2022 года на военную службу по мобилизации и являющийся в связи с этим военнослужащим, несмотря на сохранение статуса индивидуального предпринимателя, за совершение подобного правонарушения должен нести дисциплинарную ответственность.

В пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» разъяснено, что в случае привлечения военнослужащего к дисциплинарной ответственности она должна применяться не за допущенное административное правонарушение, а по основаниям, установленным статьей 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих», и в порядке, предусмотренном этим Федеральным законом и Дисциплинарным уставом Вооруженных Сил Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 28.2 Закона о статусе военнослужащих и пункту 47 Дисциплинарного устава военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

В рассматриваемой ситуации допущенное 12.11.2024 деяние, подпадающее под действие части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации, является административным правонарушением, однако за его совершение после мобилизации ФИО1 (23 сентября 2022 года) должна наступать дисциплинарная ответственность. При этом такое противоправное деяние не является дисциплинарным проступком.

Законы, устанавливающие, изменяющие или отменяющие административную ответственность, должны соответствовать конституционным правилам действия закона во времени: согласно статье 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет (часть 1); никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением; если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон (часть 2).

Данные правила, основанные на общеправовых принципах справедливости, гуманизма и соразмерности ответственности за совершенное деяние его реальной общественной опасности, имеют универсальное для всех видов юридической ответственности значение и являются обязательными для правоприменительных органов, в том числе судов.

В Постановлениях от 4 февраля 2020 года № 7-П и от 9 ноября 2021 года № 47-П Конституционный Суд Российской Федерации в очередной раз обратил внимание на то, что, регулируя основания, условия и сроки привлечения к административной ответственности, законодатель обязан исходить из того, что юридическая ответственность может наступать лишь за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями.

Согласно КоАП Российской Федерации лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения (часть 1 статьи 1.7); при этом закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего административное правонарушение, имеет обратную силу, то есть распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено; если же закон устанавливает или отягчает административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом ухудшает положение лица, то такой закон обратной силы не имеет (часть 2 статьи 1.7); признание утратившим силу закона, устанавливавшего административную ответственность, является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении (пункт 5 части 1 статьи 24.5); в случае признания утратившим силу закона, устанавливающего административную ответственность за содеянное, судья, орган, должностное лицо, вынесшие постановление о назначении административного наказания, прекращают исполнение постановления (пункт 2 статьи 31.7).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года № 23-П, принятие законов, устраняющих или смягчающих ответственность, по-новому определяет характер и степень общественной опасности тех или иных правонарушений и правовой статус лиц, их совершивших, вследствие чего законодатель не может не предусмотреть - исходя из конституционно обусловленной обязанности распространения действия такого рода законов на ранее совершенные деяния - механизм придания им обратной силы, а уполномоченные органы не вправе уклоняться от принятия юрисдикционных решений об освобождении конкретных лиц от ответственности и наказания или о смягчении ответственности и наказания, оформляющих изменение статуса этих лиц. Положения статьи 1.7 КоАП Российской Федерации, относящиеся к принципам административно-деликтного регулирования, по существу, воспроизводят предписания статьи 54 Конституции Российской Федерации, конкретизируя их применительно к сфере административных правонарушений.

В соответствии с сохраняющей силу правовой позицией, выраженной в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 37 «О некоторых вопросах, возникающих при устранении ответственности за совершение публично-правового правонарушения», в целях реализации положений части 2 статьи 54 Конституции Российской Федерации, согласно которым, если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон, привлекающий к ответственности орган обязан принять меры к тому, чтобы исключить возможность несения лицом ответственности за совершение такого публично-правового правонарушения полностью либо в части.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2015 года № 20-П указано, что принятие законов, устраняющих или смягчающих ответственность, по-новому определяет характер и степень общественной опасности тех или иных правонарушений и правовой статус лиц, их совершивших, вследствие чего уполномоченные органы не вправе уклоняться от принятия юрисдикционных решений об освобождении конкретных лиц от ответственности и наказания или о смягчении ответственности и наказания, оформляющих изменение статуса этих лиц. Исходя из гуманистических соображений на такое лицо распространяются изменения закона, обусловленные снижением общественной опасности наказуемого деяния и ослаблением вследствие этого меры ответственности, в том числе заменяющие вид ответственности на менее строгий, то есть изменения, которые - в контексте общеправового регулирования и с учетом всех правовых последствий нововведений в сложившейся структуре права - могут расцениваться как улучшающие правовое положение лица, совершившего противоправное деяние.

Поскольку Дисциплинарным уставом не предусмотрена ответственность за хранение алкогольной продукции без товарно-транспортной накладной, то есть подобное деяние не является дисциплинарным проступком и при этом военнослужащий за его совершение не подлежит административной ответственности, следует признать, что с учетом приведенных выше правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в рассматриваемом случае административно-деликтное положение предпринимателя ФИО1 после принятия Указа Президента Российской Федерации от 21.09.2022 № 647 «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации» и его призыва на военную службу по мобилизации улучшилось.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о наличии оснований, предусмотренных частью 2 статьи 1.7, частью 1 статьи 2.5 и частью 2 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации, для принятия решения об отказе в удовлетворении заявления органа внутренних дел о привлечении ФИО1 к административной ответственности.

Кроме того, суд считает, что органом внутренних дел нарушена процедура привлечения к административной ответственности в части извещения лица, привлекаемого к административной ответственности, о времени и месте составления протокола об административном правонарушении.

Как указано в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 января 2003 года № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», суду при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности необходимо проверять соблюдение положений статьи 28.2 КоАП Российской Федерации, направленных на защиту прав лиц, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, имея в виду, что их нарушение может являться основанием для отказа в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности в силу части 2 статьи 206 АПК Российской Федерации.

Следовательно, при рассмотрении дела данной категории арбитражному суду надлежит, помимо прочего, проверить соблюдение процедуры привлечения к административной ответственности.

Статья 1.5. КоАП Российской Федерации закрепляет презумпцию невиновности.

Лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1 статьи 1.5. КоАП Российской Федерации).

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело (часть 2 статьи 1.5. КоАП Российской Федерации).

Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, за исключением случаев, предусмотренных примечанием к настоящей статье (часть 3 статьи 1.5. КоАП Российской Федерации).

Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5. КоАП Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 1.6 КоАП Российской Федерации лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Статьей 25.1 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами в соответствии с настоящим Кодексом (часть 1). Дело об административном правонарушении рассматривается с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении (часть 2).

Приведенным нормам корреспондируют положения статьи 28.2 КоАП Российской Федерации, в соответствии с которой в протоколе об административном правонарушении указываются, в том числе, объяснение физического лица, в отношении которого возбуждено дело (часть 2). При составлении протокола об административном правонарушении физическому лицу, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, разъясняются его права и обязанности, предусмотренные КоАП Российской Федерации, о чем делается запись в протоколе (часть 3). Физическому лицу, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, должна быть предоставлена возможность ознакомления с протоколом об административном правонарушении. Указанное лицо вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые прилагаются к протоколу (часть 4). В случае неявки физического лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, если он извещен в установленном порядке, протокол об административном правонарушении составляется в его отсутствие. Копия протокола об административном правонарушении направляется лицу, в отношении которого он составлен, в течение трех дней со дня составления указанного протокола (часть 4.1).

Протокол об административном правонарушении подписывается должностным лицом, его составившим, физическим лицом, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении. В случае отказа указанного лица от подписания протокола, а также в случае, предусмотренном частью 4.1 настоящей статьи, в нем делается соответствующая запись (часть 5 статьи 28.2).

Физическому лицу, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, а также потерпевшему вручается под расписку копия протокола об административном правонарушении (часть 6 той же статьи).

Таким образом, процедурные нормы КоАП Российской Федерации, регламентирующие порядок составления протокола об административном правонарушении, предоставляют ряд гарантий защиты прав лицам, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении. В частности, в таком протоколе отражается объяснение физического лица по поводу вменяемого правонарушения; при составлении протокола названному лицу разъясняются его права и обязанности, о чем надлежит сделать запись в протоколе; указанное лицо вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые к этому протоколу прилагаются. Между тем, реализация названных гарантий возможна лишь при надлежащем извещении лица о дате, времени и месте составления протокола об административном правонарушении.

Установленный порядок в полной мере согласуется с конституционным принципом - каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации).

В пункте 2.4 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2006 года № 267-О указано, что право каждого на защиту своих прав и свобод всеми не запрещенными законом способами, закрепленное статьей 45 Конституции Российской Федерации, предполагает наличие гарантий, которые позволяли бы реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах не только в рамках судопроизводства, но и во всех иных случаях привлечения к юридической ответственности.

Одной из таких гарантий является вытекающее из статьи 24 (часть 2) Конституции Российской Федерации право субъекта знать, в чем его обвиняют, и представлять соответствующие возражения.

Подобный подход является универсальным и должен применяться во всех случаях привлечения субъекта к публично-правовой ответственности.

Предусмотренный законом порядок применения административного взыскания является обязательным для органов и должностных лиц, рассматривающих дело об административном правонарушении и применяющих взыскание. Несоблюдение этого порядка свидетельствует о том, что взыскание применено незаконно, независимо от того, совершило или нет лицо, привлекаемое к ответственности, административное правонарушение (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 3 февраля 2004 года № 12133/03).

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 января 2003 года № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» и пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что нарушение административным органом при производстве по делу об административном правонарушении процессуальных требований, установленных КоАП Российской Федерации, является основанием для отказа в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности (часть 2 статьи 206 АПК Российской Федерации) при условии, если указанные нарушения носят существенный характер и не позволяют или не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Существенный характер нарушений определяется исходя из последствий, которые данными нарушениями вызваны, и возможности устранения этих последствий при рассмотрении дела.

При выявлении в ходе рассмотрения дела факта составления протокола в отсутствие лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, суду надлежит выяснить, было ли данному лицу сообщено о месте, дате, времени составления протокола и о факте нарушения, в связи с которым составляется протокол, уведомило ли оно административный орган о невозможности прибытия, являются ли причины неявки уважительными.

В пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что судам следует проверить, были ли приняты административным органом необходимые и достаточные меры для извещения лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о составлении протокола об административном правонарушении в целях обеспечения возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 28.2 КоАП Российской Федерации.

Статьей 25.15 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что лица, участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, извещаются или вызываются в суд, орган или к должностному лицу, в производстве которых находится дело, заказным письмом с уведомлением о вручении, повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование извещения или вызова и его вручение адресату (часть 1).

Извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства. При этом место жительства индивидуального предпринимателя определяется на основании выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (часть 2).

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что поскольку КоАП Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений, связанных с таким извещением, оно в зависимости от конкретных обстоятельств дела может быть произведено с использованием любых доступных средств связи, позволяющих контролировать получение информации лицом, которому оно направлено (судебной повесткой, телеграммой, телефонограммой, факсимильной связью и т.п., посредством СМС-сообщения, в случае согласия лица на уведомление таким способом и при фиксации факта отправки и доставки СМС-извещения адресату).

Из материалов дела судом установлено, что протокол об административном правонарушении составлен при участии супруги лица, привлекаемого к административной ответственности.

В материалы дела представлена копия доверенности на ФИО3, выданную ФИО1, от 17.06.2024, которая предусматривает право участия по делам об административных правонарушениях в производстве, осуществляемом органами и должностными лицами, рассматривающими указанные дела, в качестве защитника.

Устанавливая факт извещения лица о вызове для составления протокола об административном правонарушении, суд указал заявителю на необходимость представления соответствующего извещения.

Заявителем представлено пояснение, в котором указано, что о необходимости прибытия для составления протокола об административном правонарушении извещалась ФИО3

Вместе с тем, доверенность на ФИО3 является общей, без ссылки на участие в конкретном административном деле.

Однако в пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что суду при рассмотрении дел об административных правонарушениях следует учитывать, что доказательством надлежащего извещения законного представителя юридического лица о составлении протокола может служить выданная им доверенность на участие в конкретном административном деле. Наличие общей доверенности на представление интересов лица без указания на полномочия по участию в конкретном административном деле само по себе доказательством надлежащего извещения не является.

Таким образом, уведомление о дате, времени и месте составления протокола об административном правонарушении представителя по общей доверенности, а также его участие при составлении протокол об административном правонарушении, не является доказательством надлежащего извещения ФИО1

Представленные материалы не позволяют достоверно установить надлежащее извещение ФИО1 о времени и месте составления протокола об административном правонарушении.

Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5. КоАП Российской Федерации).

Как отмечалось выше, процедурные нормы КоАП Российской Федерации, регламентирующие порядок составления протокола об административном правонарушении, предоставляют ряд гарантий защиты прав лицам, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, при этом базовой из них является извещение лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о составлении протокола об административном правонарушении в целях обеспечения возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 28.2 КоАП Российской Федерации.

Суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом конкретном случае ОМВД России по Карымскому району при производстве по делу об административном правонарушении были допущены существенные нарушения процессуальных требований, установленных КоАП Российской Федерации, которые выразились в неизвещении ФИО1 о дате, времени и месте составления протокола об административном правонарушении.

Таким образом, допущенные органом внутренних дел нарушения при сборе доказательств, а именно при составлении протокола об административном правонарушении, являются неустранимыми и носят существенный характер, что также является основанием для отказа в привлечении к административной ответственности.

С учетом изложенного суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявления ОМВД России по Карымскому району о привлечении ФИО1 к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 12 марта 2019 года № 575-О, неотвратимость ответственности за нарушение закона является prima facie одним из важнейших средств, обеспечивающих поддержание и охрану правопорядка. И компетентные субъекты должны делать все от них зависящее для того, чтобы никакое правонарушение не осталось без адекватной редакции с их стороны. Но это вовсе не дает оснований полагать, что в интересах достижения указанной цели приемлемы любые средства. Не стоит забывать, что в правовом государстве юридическая ответственность ограничена рамками закона, а потому ее неотвратимость не может, какими бы аргументами она ни подкреплялась, служить оправданием для отступления от принципа законности. Рассуждать по-другому - значит попросту закрывать глаза как на статью 15 (часть 2) Конституции Российской Федерации, обязывающую всех без исключения (в первую очередь, носителей публичной власти) к безусловному соблюдению законов, так и на часть 1 статьи 1.6 КоАП Российской Федерации, запрещающую привлечение кого-либо к административной ответственности иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Частью 3 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть решены вопросы об изъятых вещах и документах, о вещах, на которые наложен арест, если в отношении их не применено или не может быть применено административное наказание в виде конфискации.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указано, что изъятие из незаконного владения лица, совершившего административное правонарушение, орудия совершения или предмета административного правонарушения, изъятых из оборота и подлежащих обращению в доход государства или уничтожению, не является конфискацией (часть 3 статьи 3.7 КоАП Российской Федерации), судья при вынесении постановления по делу об административном правонарушении в соответствии с частью 3 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации должен решить вопрос об этих вещах независимо от привлечения лица к административной ответственности, в том числе при вынесении постановления о прекращении производства по делу.

На изъятую протоколом изъятия от 12.11.2024 алкогольную продукцию товарно-транспортные накладные не представлены, ввиду чего указанная алкогольная продукция подлежит направлению на уничтожение в порядке, установленном Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.09.2015 № 1027 «О реализации мер по пресечению незаконных производства и (или) оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции».

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 171, 176 и 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Карымскому району (ОГРН <***>, ИНН <***>) о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказать

Алкогольную продукцию, изъятую на основании протокола изъятия вещей и документов от 12 ноября 2024 года, направить на уничтожение в порядке, установленном Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.09.2015 № 1027 «О реализации мер по пресечению незаконных производства и (или) оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции».

Решение может быть обжаловано в течение десяти дней в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Забайкальского края.

СудьяА.А. Ульзутуева