ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Омск
19 мая 2025 года
Дело № А70-3918/2022
Резолютивная часть постановления объявлена 05 мая 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 19 мая 2025 года
Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Целых М.П.,
судей Аристовой Е.В., Самович Е.А.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-1133/2025) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью Производственная строительная компания «Ренессанс» ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 26 декабря 2024 года по делу № А70-3918/2022 (судья Богатырев Е.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительной сделки, ходатайством о принятии обеспечительных мер ответчик - ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р., при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Сибстройсервис», ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, Отдела по опеке, попечительству и охране прав детства г.Тюмени и Тюменского района управления социальной защиты населения г. Тюмени и Тюменского района, ФИО8, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Производственная строительная компания «Ренессанс» (ИНН <***>)
при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции:
от индивидуального предпринимателя ФИО9 - представителя ФИО10 (по доверенности от 10.08.2023, сроком действия два года);
от ФИО3 - представителя ФИО11 (по доверенности № 72 АА 2478163 от 12.09.2023, сроком действия пять лет),
установил:
общество с ограниченной ответственностью Производственная строительная компания «Ренессанс» (далее - ООО ПСК «Ренессанс», должник) обратилось 18.02.2022 в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).
Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.02.2022 указанное заявление принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу № А70-3918/2022, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявленных требований.
Определением Арбитражного суда Тюменской области от 31.03.2022 (резолютивная часть от 31.03.2022) в отношении ООО ПСК «Ренессанс» введено наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).
Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 09.04.2022.
Решением Арбитражного суда Тюменской области от 11.08.2022 (резолютивная часть от 11.08.2022) ООО ПСК «Ренессанс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).
02.08.2023 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил:
- признать недействительным договор уступки прав и обязанностей по договору №14/27 участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 23.01.2020, заключенный 13.01.2021 между ООО ПСК «Ренессанс» и ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик);
- применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ООО ПСК «Ренессанс» денежные средства в размере 6 103 000 руб.;
- взыскать с ФИО3 в конкурсную массу ООО ПСК «Ренессанс» проценты в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) на сумму договора в размере 6 103 000 руб. за период с 19.01.2021 и по день принятия судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения данного заявления;
- взыскать с ФИО3 в конкурсную массу ООО ПСК «Ренессанс» проценты, в порядке статьи 395 ГК РФ на сумму договора в размере 6 103 000 руб., со дня принятия судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения данного заявления, и по день фактического исполнения обязательства.
Определением Арбитражного суда Тюменской области от 26.12.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано. Также с ООО ПСК «Ренессанс» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 9 000 руб.
Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.
В обоснование жалобы указывает, что на момент заключения договора уступки прав и обязанностей по договору № 14/27 участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 23.01.2020 должник отвечал признакам неплатежеспособности, передача объекта недвижимости в строящемся доме привела к уменьшению имущества должника, в связи с чем заключенной сделкой причинён вред кредиторам. Полагает, что ответчик является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку ФИО3 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 11.04.2019, то есть в день заключения договора субподряда с должником, не имея при этом членства в саморегулируемой организации строителей и штата работников для выполнения работ, в то время как в период с ноября 2019 по июль 2021 являлся работником должника; из договора уступки прав требований от 20.12.2019 по договору № М3-6-238 участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 15.08.2019 следует, что от имени ООО ПСК «Ренессанс» по доверенности действовал сам ФИО3; исполнительная документация, представленная ответчиком в материалы дела, акты освидетельствования скрытых работ подписаны со стороны ответчика ФИО12 и ФИО13, которые не являются работниками ответчика, поскольку штатное расписание и иные документы, подтверждающие трудовые отношения указанных лиц, в материалы дела не представлены; должником какая-либо документация по правоотношениям с ответчикам управляющему не передана; ответчик не предпринимал действий по истребованию денежных средств с должника в счет оплаты договора субподряда длительное время; является подозрительным и то обстоятельство, что работы по договору субподряда № 15/03/12 были выполнены задолго до 30.04.2020, а акт зачет подписан одновременного с договором уступки. Также считает, что формально подписанные между должником и ответчиком документы о якобы выполненных работ стоимостью 6 718 056 руб. 55 коп. не могут являться достаточными доказательствам встречного предоставления по оспариваемой сделке с учетом применения повышенного стандарта доказывания по сделкам с заинтересованными лицами. Отмечает, что в материалы дела также были представлены пояснения и возражения со стороны кредитора – индивидуального предпринимателя ФИО9 (далее – ИП ФИО9), которые не были учтены судом первой инстанции.
Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.
Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 23.04.2025.
Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, ФИО3 представил письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.
16.04.2025 от ИП ФИО9 поступил отзыв, в котором доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, просил обжалуемое определение суда отменить.
Конкурсный управляющий ФИО2 представил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.
До начала судебного заседания от ИП ФИО9 поступило ходатайство об отложении судебного заседания для проверки заявления о фальсификации исполнительной документации, представленной ответчиком, путем проведения судебной экспертизы для установления давности изготовления и подписания актов освидетельствования скрытых работ (исполнительная документация) от 29.05.2019, 24.09.2019, 17.12.2019, 20.02.2020, а также акта выполненных работ № 1 от 30.04.2019, акта выполненных работ № 13 от 30.04.2020.
В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 23.04.2025, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв до 05.05.2025 в целях обеспечения возможности сторонам участия в судебном заседании, после окончания которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.
За время перерыва от ИП ФИО9 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела запросов, направленных в экспертные учреждения, и полученных ответов.
В судебном заседании, продолженном после перерыва 05.05.2025, представитель ИП ФИО9 поддержал ранее заявленные ходатайства, просил их удовлетворить
Представитель ФИО3 против удовлетворения ходатайства об отложении судебного заседания с целью осуществления проверки заявления о фальсификации исполнительной документации путем проведения судебной экспертизы, возражал.
Апелляционная коллегия судей, после удаления в совещательную комнату, не усмотрела оснований для удовлетворения заявленных кредиторов ходатайств об отложении судебного заседания и назначения по делу судебной экспертизы.
Кредитор мотивирует заявленное ходатайство необходимостью подготовки проверки заявления о фальсификации доказательств по делу путем проведения судебной экспертизы, то есть иным способом, отличным от того, что применён судом первой инстанции.
Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.
Таким образом, заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства.
Заявитель должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.
При этом отложение судебного разбирательства в связи с заявлением стороной ходатайства об отложении судебного разбирательства является правом суда, а не его обязанностью.
При рассмотрении ходатайства кредитора апелляционный суд, учитывая конкретные обстоятельства и представленные в материалы спора доказательства, считает, что основания для его удовлетворения отсутствуют.
Обстоятельств необходимости проведения судебной экспертизы апелляционным судом по доводам о фальсификации доказательств, судом апелляционной инстанции также не установлено.
Статьей 161 АПК РФ предусмотрено, что если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.
В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные Федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.
Часть 1 статьи 161 АПК РФ не устанавливает конкретный перечень способов проверки судом заявления о фальсификации доказательства. Положения процессуального закона предоставляют суду право выбора способа проверки заявления о фальсификации доказательства. То есть прерогатива определения способа проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ предоставлена суду (абзац первый постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).
Наличие заявления о фальсификации доказательства по смыслу статьи 161 АПК РФ не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы, поскольку достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем собирания иных доказательств, накопление которых в определенную совокупность может быть признано судом достаточным для окончания проверки подлинности оспариваемого доказательства, а также путем сопоставления с иными имеющимися в деле доказательствами.
Из мотивировочной части обжалуемого определения суда следует, что судом на обсуждение сторон выносился вопрос о способе проверки заявления о фальсификации доказательств, согласно пояснениям кредитора последний полагал возможной проверку посредством сопоставления с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела иного способа проверки сторонами не предложено.
В связи с указанным обстоятельством, суд при проверке заявления о фальсификации доказательств применил способ оценки представленных в материалы дела копий исполнительной документации с иными доказательствами, имеющимися в деле, по результатам чего признал их допустимым доказательством по делу.
Кредитор, принимавший активное участие в рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции, правового обоснования возможности заявления ходатайства о проведении экспертизы на стадии апелляционного обжалования, не представил.
Аргументы о том, что суд первой инстанции в целях проверки заявления о фальсификации представленного доказательства должен был истребовать оригиналы исполнительной документации, подлежат отклонению, поскольку отсутствие оригинала документа, само по себе, не свидетельствует о его фальсификации.
Копия документа не может быть признана надлежащим доказательством при условии, если лицами, участвующими в деле, представлены нетождественные между собой копии и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств (часть 6 статьи 71 АПК РФ).
Поскольку копии исполнительной документации с иным содержанием не представлены, суд первой инстанции обоснованно признал представленные ответчиком в дело документы надлежащими доказательствами.
В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обособленный спор может быть рассмотрен по существу без исследования давности изготовления представленных ответчиком документов, на основании иных имеющихся доказательств и с учетом объяснений сторон.
В связи с вышеизложенным, в удовлетворении ходатайств, заявленных ИП ФИО9, коллегией судей отказано.
По существу спора представитель ИП ФИО9 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего ФИО2 Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.
Представитель ФИО3 поддержал доводы, изложенные в отзыве. Считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными. Просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.
Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзывы на неё, заслушав представителей участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 26.12.2024 по настоящему делу.
Как следует из материалов дела, 13.01.2021 между ООО ПСК «Ренессанс» (участник долевого строительства) и ФИО3 (правопреемник) заключен договор уступки прав и обязанностей по договору №14/27 участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 23.01.2020 (далее – договор уступки), по условиям которого участник долевого строительство уступил, а правопреемник принял на себя права (требования) и обязанности (за исключением обязанности по оплате стоимости объекта долевого строительства в связи с её исполнением участником долевого строительства), принадлежащие участнику долевого строительства по договору № 14/27 права на объект долевого строительства – квартиру № 27, которая будет расположена в шестнадцати этажном жилом доме ГП-14 в ЖК «Олимпия» в г. Тюмени (<...>) за цены 6 103 000 руб., которая является фиксированной и оплачивается правопреемником в течение трех дней с момента регистрации настоящего договора в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области.
По условиям пункта 1.1.1 договора уступки правопреемник приобретает объект долевого строительства в собственность.
Согласно пункта 1.2 договора уступки на момент подписания настоящего договора обязательство участника долевого строительства перед застройщиком по оплате цены договора участия в долевом строительство исполнено в полном объёме.
Ссылаясь на то, что оплата по указанному договору не поступила на счета должника, документов об осуществлении расчета управляющему не передано, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании указанной сделки недействительно на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ввиду совершения её на безвозмездных условиях с целью вывода имущества должника в период его неплатёжеспособности и причинения тем самым вреда его кредиторам.
Оспаривая заявленные конкурсным управляющим доводы, ФИО3 настаивал на том, что указанная сделка является возмездной в силу следующего.
11.04.2019 между ООО ПСК «Ренессанс» (заказчик) и ИП ФИО3 (подрядчик) был заключен договор субподряда 15/03/12 (далее – договор субподряда), по условиям которого подрядчик принял обязательства выполнить своими силами и (или) силами привлеченных лиц, своими инструментами и механизмами работы по монтажу железобетонных изделий на объекте: г. Тюмень, Жилой Комплекс «Москва» 10-этажный жилой дом ГП-15, а заказчик – принять надлежащий результат выполненной подрядчиком работы и оплатить его на условиях, предусмотренных настоящим договором.
Согласно пункту 2.2 договора субподряда цена договора определена в приложении № 1 и составила 6 718 056 руб. 55 коп.
В соответствии с пунктом 4.1. договора субподряда, оплата надлежащего результата выполненных работ за соответствующий, согласованный Сторонами период времени и объем (этап), определенный настоящим договором, производится в течение 60 банковских дней с даты подписания (без замечаний либо с момента надлежащего устранения Подрядчиком замечаний) Актов о приемки выполненных работ (форма КС-2), справок о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), предоставления подрядчиком заказчику надлежащей исполнительной документации, за данный период.
Во исполнение условий указанного договора субподряда, ответчик выполнил и сдал, а заказчик принял работы на общую сумму 6 718 056 руб. 55 коп., что подтверждается актами о приемке выполненных работ по форме КС-2: № 1 от 30.04.2019 на сумму 1 252 844 руб. 62 коп., № 2 от 31.05.2019 на сумму 921 335 руб., № 3 от 30.06.2019 на сумму 830 901 руб., № 4 от 31.07.2019 на сумму 667 409 руб. 10 коп., № 5 от 31.08.2019 на сумму 489 620 руб. 80 коп., № 6 от 30.09.2019 на сумму 383 829 руб. 50 коп., № 7 от 31.10.2019 на сумму 359 161 руб.,№ 8 от 30.11.2019 на сумму 322 740 руб. 20 коп., № 9 от 31.12.2019 на сумму 218 112 руб. 80 коп., № 10 от 31.01.2020 на сумму 469 268 руб., № 11 от 28.02.2020 на сумму 310 133 руб., №12 от 31.03.2020 на сумму 352 146 руб. 70 коп., № 13 от 30.04.2020 на сумму 140 554 руб. 83 коп.
В подтверждение выполнения указанных работ также представлена исполнительная документация в частности: акты освидетельствования скрытых работ на монтаж железобетонных наружных стеновых панелей, железобетонных плит перекрытия по этажам.
По завершению выполнения всех работ по договору субподряда, согласно пояснениям ответчика, ООО ПСК «Ренессанс» предложило ответчику произвести расчет за выполненные работы путем передачи объекта недвижимости в строящемся жилом доме, в связи с чем 13.01.2021 между сторонами был заключен оспариваемый конкурсным управляющим договор уступки.
13.01.2021 между сторонами был подписан акт зачета взаимных односторонних требований, согласно которому, стороны договорились произвести зачет встречных денежных требований, в результате чего были прекращены обязательства ООО ПСК «Ренессанс» перед ИП ФИО3 в сумме 6 718 056 руб. 55 коп. по оплате за выполненные работы по договору субподряда 15/03/12 от 11.04.2019, а также прекращены обязательства ИП ФИО3 перед ООО ПСК «Ренессанс» по оплате по договору уступки прав и обязанностей от 13.01.2021 по договору № 14/27 участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 23.01.2020.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что доводы о безвозмездном характере оспариваемой сделки, как совершенной при неравноценности встречного предоставления со стороны ответчика, в целях причинения вреда кредиторам должника, опровергается совокупностью представленных в материалы дела доказательств.
Поддерживая выводы суда первой инстанции, апелляционная коллегия судей руководствуется следующим.
Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве допускает оспаривание в деле о банкротстве в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, исключительно сделок, совершенных должником или другими лицами за счет должника.
Под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - Постановление № 63).
Как следует из материалов дела, требования конкурсного управляющего должника в рассматриваемом деле основаны на положениях пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.
Статьей 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).
В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
Исходя из пунктов 5 - 7 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).
В рассматриваемом случае заявление о признании должника банкротом принято к производству 28.02.2022, а спорный договор уступки датирован 13.01.2021, соответственно, он подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Распределение бремени доказывания по спорам о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному статьей 61.2 Закона о банкротстве, зависит от наличия презумпций.
Презумпция наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов считается доказанной при установлении совокупности обстоятельств: недостаточности имущества должника на момент совершения сделки (либо в результате ее совершения), безвозмездный характер этой сделки или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).
Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ, определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), от 11.05.2021 № 307-ЭС20-6073(6)).
В данном случае фактические обстоятельства дела установлены судом первой инстанции в соответствии с представленными в дело доказательствами, основания для установления иных фактических обстоятельств у суда апелляционной инстанции отсутствуют.
Нормы материального и процессуального права также применены судом первой инстанции правильно.
Конкурсный управляющий в апелляционной жалобе продолжает настаивать на мнимости спорного договора, совершении сторонами спорной сделки в отсутствие равноценного встречного предоставления для должника и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, и недопустимости признания обоснованными доводов ответчика о том, что оплатой по договору в действительностью являются выполненные ответчиком, но не оплаченные должником работы по договору субподряда № 15/03/12 от 11.04.2019, ввиду подозрительного характера данных правоотношений.
Таким образом, действительность договора субподряда, реальность сложившихся в результате его заключения правоотношений между ответчиком и должником также поставлена под сомнение.
В обоснование данного довода управляющий заявляет, что достоверных и достаточных доказательств выполнения работ по договору субподряда ФИО3 в деле нет. Представленные ответчиком в дело первичные документы не являются надлежащими доказательствам выполнения работы в указанный период, поскольку виды работ и примененные материалы в исполнительной документации ИП ФИО3 и АО «Сибстройсервис» не совпадают, доказательств наличия у ответчика необходимого штата работников и материальной базы для выполнения работ по договору не представлено. Кроме того, ИП ФИО3 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в день заключения договора субподряда, не являлся членом саморегулируемой организации строителей, в отдельный период времени являлся работником должника и длительное время не истребовал образовавшуюся задолженность по оплате выполненных работ с должника.
Между тем, как верно указал суд первой инстанции, ИП ФИО3 представил в материалы дела многочисленные, достоверные и достаточные доказательства, подтверждающие факт выполнения им соответствующих работ для должника и несения связанных с указанным обстоятельством расходов.
Достоверность представленных ИП ФИО3 в материалы дела доказательств конкурсный управляющий надлежащим образом не оспорил и не опроверг, доказательств, которые бы не только подтверждали факт включения в акты недостоверных сведений относительно объемов выполненных работ, но и опровергали содержание удостоверенных подписью должника выполненных работ, не представил.
Отклоняя доводы кредитора, заявившего о наличии сомнений в давности составления части исполнительской документации, коллегия судей учитывает, что в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020 разъяснено, что незаключенность договора подряда не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ, имеющих для последнего потребительскую ценность. В случае если результат выполненных работ находится у заказчика, у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ и их результат может им использоваться, незаключенность договора подряда не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ.
Судебная практика последовательно исходит из того, что при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений.
По смыслу закона, не может признаваться незаключенным договор, фактически исполнявшийся сторонами, поскольку ссылки на такую незаключенность являются недобросовестным способом избежания исполнения обязательства.
Исходя из положений главы 39 ГК РФ, достаточным основанием для оплаты услуг выступает именно сам факт их оказания исполнителем и потребительская ценность процесса оказания услуг для заказчика.
Таким образом, сам по себе факт составление какой-либо исполнительской документации в иной период, не соответствующий указанным в ней датам, не освобождает подрядчика от оплаты выполненных заказчиком работ, а значит, не может являться достаточным для признания сложившихся между сторонами правоотношений мнимыми.
В данном случае, по сути, заявляя доводы о мнимости договора субподряда № 15/03/12 от 11.04.2019, конкурсный управляющий и возражающий кредитор факт выполнения ИП ФИО3 работ для должника и потребительскую ценность этих работ для должника, не опровергли, не доказали, что на момент их выполнения должник, в отличие от ИП ФИО3, сам обладал материально-технической базой, оборудованием и спецтехникой, штатом работников, достаточными для самостоятельного выполнения соответствующих работ, в связи с чем у должника не было необходимости в привлечении для их выполнения ответчика.
Сам по себе факт регистрации ФИО3 в качестве индивидуального предпринимателя в день заключения договора субподряда не является достаточным доказательством того, что стороны вступили в сговор относительно осуществления недобросовестных действий по выводу имущества должника.
Напротив, в указанном случае не исключено заблаговременное согласование сторонами условий выполнения работ на объекте, в связи с чем ответчиком было принято решение о регистрации его в качестве индивидуального предпринимателя, что само по себе о злонамеренности действий сторон также не свидетельствует.
Указанный в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей вид осуществляемой ИП ФИО3 деятельности соответствует видами работы и их характеру, которые необходимо было выполнить по условиям договора субподряда.
Отсутствие членства предпринимателя в СРО при отсутствии недостатков выполненных работ не свидетельствует о нарушении условий договора, которым такое обязательное требование к субподрядчику не предусмотрено. Более того, указанное обстоятельство важно на случай предъявления к субподрядчику требований за неисполнение договорных обязательств надлежащим образом, что относится к рискам такого лица, однако не свидетельствует о мнимости заключенного между сторонами договора субподряда.
Апелляционная коллегия судей не может не согласиться с выводов суда первой инстанции о том, что именно ввиду отсутствия допусков к соответствующим видам работ у ИП ФИО3 и наличии таковых у должника, (в условиях отсутствия трудовых ресурсов на возводимом объекте - ранее установлено, что соответствующие работы выполнялись исключительно силами привлеченных ИП ФИО3 работников) к работам в качестве подрядчика и был привлечен должник в целях соблюдения требований о наличии у подрядчика допусков к соответствующим видам работ, в то время как согласно представленным АО «Сибстройсервис» журналам работ по монтажу строительных конструкций ФИО3 осуществлял работы на объекте еще до привлечения ООО ПСК «Ренессанс» и не находясь с ним в трудовых отношениях.
Данные обстоятельства по существу со стороны управляющего не опровергнуты, доводов о заинтересованности между АО «Сибстройсервис» и ФИО3 не заявлено, обстоятельств того, что необходимость участия ФИО3 в выполнении работ после привлечения должника отпала, не раскрыто.
Как обоснованно учтено судом первой инстанции, отсутствие на дату выполнения работ в штате работников, объясняется ответчиком тем, что бригада рабочих фактически работа под руководством ИП ФИО3 без официального трудоустройства.
Согласно пояснениям ответчика на объекте работали следующие лица: руководитель - ФИО3; производитель работ - ФИО13; бригадир -ФИО14; монтажник - ФИО15; сварщик - ФИО16; монтажник - ФИО17; мастер СМР -ФИО18; стропальщик - ФИО19; монтажник - ФИО20; монтажник - ФИО21; монтажник - ФИО22, при этом в начале предпринимательской деятельности ИП ФИО3 сведения о застрахованных лицах, привлекаемых к выполнению строительных объемов в установленном порядке не подавались, поскольку привлекаемые лица работами не официально.
Привлекаемые ИП ФИО3 лица, указанные выше, для выполнения договорных объемов работ работали не по трудовому договору, расчет получали за сдельную работу, наличными, которые получал бригадир. В последствие, ИП ФИО3 ввиду расширения деятельности и ужесточения требований законов, в отношении мигрантов начал официально оформлять работающих у него лиц, указанное подтверждается сведениями о застрахованных лицах по форме СЗВ-М, поступившими в дело (26.02.2024).
Привлечение ответчиком третьих лиц для выполнения работ по договору субподряда также подтверждается представленным ООО «Сибстройсервис» актом допуска на объект, в котором застройщик указывает на численный состав бригады и то, что спорные работы выполнялись субподрядчиком ИП ФИО3
При этом согласно сведениям ОСФР по Тюменской области указанные ответчиком в пояснениях, а также указанные в акте допуска на объект работники были официально трудоустроены у ИП ФИО3 в иные периоды (2021, 2022 год), что подтверждает связь указанных лиц именно с ИП ФИО3 и возможность заявленного ответчиком неофициального привлечения данных лиц для выполнения работ, в то время как согласно ответу ИФНС России по г.Тюмени № 3 перечисленные в акте допуска на объект лица работниками должника не являлись.
Данный факт также не опровергает то обстоятельство, что заключение договора субподряда являлось элементом осуществления ООО ПСК «Ренессанс» своих обязательств по договору подряда № 3п от 03.12.2018, что подтверждается пояснениями АО «Сибстройсервис», представленными посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» 08.04.2024.
Так, 03.12.2018 между АО «Сибстройсервис» (заказчик) и ООО ПСК «Ренессанс» (подрядчик) заключен договор подряда № 3п на выполнение строительных работ на объекте АО «Сибстройсервис» 10-этажный жилой дом ГП-15 Жилой Комплекс «Москва» г.Тюмень, по условиям которого ООО ПСК «Ренессанс» приняло на себя обязательства по выполнению работы из материалов заказчика, за исключением малоценных материалов, на это указывает перечень работ, перечисленный в приложении №1 к договору № 3п от 03.12.2018.
Перечень работ и их цена определена также в приложении №1 к договору № 3п от 03.12.2018.
На субподряде у ООО ПСК «Ренессанс» по договору субподряда № 15/03/12 от 11.04.2019 работал ФИО3 с бригадой - выполняли работы по монтажу железобетонных конструкций на объекте АО «Сибстройсервис» 10-этажный жилой дом ГП-15 Жилой Комплекс «Москва» г. Тюмень,
Согласно журналу работ по монтажу строительных конструкций с 15.01.2019 начаты работы по монтажу ж/б конструкций техподполья, работы окончены 31.03.2021 возведением чердачных конструкций.
Ответственными лицами согласно указанному журналу являлись - ФИО14 исполнитель (бригадир), ФИО23 и ФИО3 в разные периоды времени.
Согласно журналу антикоррозионной защиты сварных соединений, ответственными лицами являлись ФИО24, ФИО23, ФИО25, ФИО3
Согласно пояснениям АО «Сибстройсервис» (заказчика) перечисленные лица работали в бригаде ФИО3 и являлись непосредственными исполнителями работ по монтажу железобетонных конструкций и сварных соединений. Железобетонные конструкции доставлялись на объект АО «Сибстройсервис» 10- этажный жилой дом ГП-15 Жилой Комплекс «Москва» г. Тюмень силами и за счет АО «Сибстройсервис», которые вовлекались в производство работ. Как таковая передача давальческого материала подрядчику не осуществлялась, материал списывался по факту его использования на объекте. Акты о предоставлении давальческих материалов и отчеты об использовании давальческих материалов отсутствуют. В свою очередь договором подряда № 3п от 3.12.2018 было предоставлено право подрядчику ООО ПСК «Ренессанс» выполнять работы своими силами, либо силами привлеченных третьих лиц, в связи с чем, согласование с заказчиком привлеченных субподрядчиков не требовалось, достаточно было предоставить перечень лиц для оформления допуска на объект. Допуск на объект осуществлялся через проходную согласно заранее представленного списка лиц, какого-либо журнала допуска на объект не велось.
В обоснование указанных пояснений АО «Сибстройсервис» в материалы дела представлены следующие документы: журнал работ по монтажу строительных конструкций, журнал антикоррозионой защиты сворных соединений № 1, акты освидетельствования скрытых работ на ответственные конструкции, акты допуска.
Вопреки доводам кредитора, необходимость для установления давности подписания актов освидетельствования скрытых работ, в данном деле не является целесообразной, учитывая, что в их подписании участвовали представители застройщика, являющегося заинтересованным в выполнении таких работ качественно и в установленные сроки. Учитывая, что АО «Сибстройсервис» не предъявляло требований к ООО ПСК «Ренессанс» о невыполнении или ненадлежащем выполнения указанных в актах работ, оснований усомниться в том, что такие работы выполнялись ИП ФИО3, как субподрядчиком, выступающим при подписании актов представителем лица, выполнившим работы, которые подлежат освидетельствованию, у суда не имеется.
То обстоятельство, что в период, когда имело место выполнение работ по договору субподряда, ФИО3 осуществлял трудовую деятельность в ООО ПСК «Ренессанс», невозможность исполнения ИП ФИО3 спорных договоров (тем более с учетом его подтвержденных доказательствами пояснений о том, что работы он выполнял не сам, а с привлечением третьих лиц – бригады работников, на которые выдавались пропуска), не означает. В данной части ответчиком представлены пояснения, что данное трудоустройство носило формальный характер, поскольку требовалось для надлежащего оформления ООО «Сибстройсервис» исполнительной документации и журналов производства работ.
Указанная формальность со слов ответчика закрывала вопрос отсутствия в штате должника квалифицированных специалистов. Выполнение спорных работ, требовало ежедневного нахождения на строительном объекте для решения производственных вопросов и контакта с Застройщиком. ФИО3 как раз был таким лицом, поскольку был непосредственным подрядчиком работ по монтажу железобетонных изделий и был в курсе производственных процессов на объекте. Вся первичная документация (журналы работ, исполнительная документация) подписывалась исполнителем ФИО3 в период строительства объекта. При этом, исполнительная документация подписывалась ФИО3 как представителем ООО ПСК «Ренессанс», поскольку у должника отсутствовали в штате нужные специалисты. В тоже время как утверждает ФИО3, к ноябрю 2019 года застройщик АО «Сибстройсервис» указал на отсутствие у ФИО3 права, на подписание исполнительной документации, в связи с чем, по согласованию сторон ответчик был формально оформлен в ООО ПСК «Ренессанс» на должность производителя работ. После завершения работ, ФИО3 был уволен, при этом, ФИО3 не получал заработной платы, хотя формально ему начислялась минимальная заработная плата за труд.
В период, когда ФИО3 был формально устроен в ООО ПСК «Ренессанс» (с ноября 2019), его предпринимательская деятельность не прекращалась, данное обстоятельство также указывает на то, что ФИО3 самостоятельно осуществлял предпринимательскую деятельность в области строительства, а его трудоустройство у должника носило временный, формальный характер (как указывалось ранее в период формального трудоустройства ФИО3 у должника ИП ФИО3 по данным АО «Альфа-банк» получал доходы в результате выполнения подрядных работ, поставки материалов, обороты которых за период с 06.2020 по 12.2020 составили 6 799 234 руб. за 2021 - 19 437 737 руб. 81 коп.).
В подтверждение наличия финансовой возможности ИП ФИО3 осуществлять спорные работы и производить выплаты бригаде рабочих подтверждается расходными кассовыми ордерами, приобщенными 10.03.2024 (Мой Арбитр), выписками операций по лицевым счетам ИП ФИО3 за период с 01.01.2019 по 31.12.2020, согласно которым ИП ФИО3 систематически получал оплату за выполненные работы по иным договорам подряда, в частности, начиная с апреля 2019 года ИП ФИО3 выполнял работы для заказчиков: ООО «Санаторий Геолог», ООО СтройИндустрия», ООО «Совстройтех», ИП ФИО26, ООО «Ермак», ООО «Монарх», ООО «Тюменьстройальянс», ООО «Инжиниринг-Сталь-Конструкция», ООО «Тюменьснаб», ООО Престиж», ООО «Дельта-Строй», ООО Фаворит» и др., обороты составили 11 866 774 руб. 78 коп.
Кроме того, ИП ФИО3 по данным АО «Альфа-банк» получал доходы в результате выполнения подрядных работ, обороты которых за период с 06.2020 по 12.2020 составили 6 799 234 руб. за 2021 - 19 437 737 руб. 81 коп., в том числе и получая оплату за выполненные подрядные работы, посредством заключения договора уступки прав требований по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома (договор уступки прав требований по договору № 15/42 участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 26.06.2019, согласно которому ИП ФИО3 получив в качестве оплаты за выполненные работы объект долевого строительства, реализовал его, получив оплату).
Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, которые не опровергнуты какими-либо минимально необходимыми и допустимыми доказательствам, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт самостоятельного выполнения ООО ПСК «Ренессанс» работ, указанных в договоре субподряда, на объекте, либо с привлечением иного лица, помимо ФИО3, материалами дела не подтверждён.
Конкурсный управляющий и возражающий кредитор не раскрыли ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции обстоятельства того, имеются ли у них какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что работы, составлявшие предмет договора субподряда, полностью или в части не выполнялись ИП ФИО3, либо выполнялись не ответчиком, а самим ООО ПСК «Ренессанс», либо не мели для должника потребительской ценности.
На то, что стоимость выполненных ИП ФИО3 по указанному договору субподряда работ не соответствовала рыночной (была занижена (завышена)), конкурсный управляющий в апелляционной жалобе не ссылался.
Отсутствие необходимости привлечения ООО ПСК «Ренессанс» к выполнению работ в ИП ФИО3 связи с невыгодностью для должника такого привлечения, из материалов дела не следует.
Так или иначе, независимо от того, являются обоснованными доводы о том, что привлечение ИП ФИО3 в качестве субподрядчика было невыгодным для должника или нет, они не опровергают подтвержденный ИП ФИО3 факт выполнения им соответствующих работ.
Согласно доводам управляющего ИП ФИО3 не осуществлял взыскание с ООО ПСК «Ренессанс» задолженности в размере 6 718 056 руб. 55 коп. по договору субподряда, что при действительных финансово-хозяйственных взаимоотношениях является неординарным поведением.
Однако в условиях надлежащего подтверждения ФИО3 факта реального выполнения им работ по обозначенному договору субподряда данное обстоятельство (даже если оно имело место) на порочность сделки само по себе не указывает.
Тем более не осуществление ИП ФИО3 взыскания с ООО ПСК «Ренессанс» долга по договору субподряда могло быть обусловлено наличием между данными лицами отношений заинтересованности, которая в условиях представления ФИО3 в дело надлежащим образом не оспоренных и не опровергнутых управляющим доказательств выполнения им работ по договору о недействительности сделки по уступке прав требований также не свидетельствует.
Суд апелляционной инстанции считает, что приведенные факты в своей совокупности указывают на реальность отношений сторон по договору субподряда, допустимости избранного им способа зачета встречных односторонних требований в условиях сложившихся обстоятельств и, как следствие, отсутствие у них цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО ПСК «Ренессанс» при подписании оспариваемого договора уступки.
В силу части 1 статьи 65 АПК РФ, с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 63, бремя доказывания недействительности сделки лежит на оспаривающем сделку лице.
А потому в рамках настоящего спора о признании недействительной сделки, совершенной ООО ПСК «Ренессанс» с ФИО3, бремя доказывания наличия у неё признаков недействительности, в том числе мнимости, совершения её в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника, с целью причинения вреда имущественным правам его кредиторов и причинения ими такого вреда, возлагалось на конкурсного управляющего.
Возложение на другую сторону сделок (ФИО3) бремени опровержения наличия у спорной сделки таких признаков было возможно исключительно в случае представления заявителем доказательств наличия обоснованных сомнений относительно действительности спорной сделки (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017).
Соответствующие обоснованные сомнения были изложены управляющим в заявлении, в связи с чем на ФИО3 перешло бремя доказывания обратного.
В опровержение доводов конкурсного управляющего о порочности спорной сделки (в целях соблюдения перешедшего на него бремени доказывания) ФИО3 привел надлежащим образом мотивированные и подтвержденные непротиворечивыми достаточными доказательствами доводы о том, что спорная сделка действительно имеет равноценное встречное предоставление. ФИО3 не участвовал в руководстве деятельностью должника, не принимал от его имени решений, в том числе в свою пользу, не участвовал в реализации какого-либо плана по безвозмездному выводу имущества должника в преддверии банкротства, а имел лишь обоснованной интерес в получении оплаты за фактически выполненные им надлежащим образом работ, в том числе путем передачи прав на квартиру в строящемся жилом доме, учитывая, что стоимость оплаты работ соответствовала стоимости такой квартиры (обратного не доказано).
Доводы жалобы о том, что данная сделка совершена с целью причинения вреда по причине наличия у должника на момент её совершения неисполненных обязательств перед кредиторам, признаются судом апелляционной инстанций несостоятельными, поскольку само по себе наличие у должника такого признака как наличие неисполненных обязательств перед кредиторами в отсутствие доказательств совершения сделок с целью причинения вреда кредиторам не являются безусловным основанием для признания оспариваемых сделок недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Также, вопреки доводам конкурсного управляющего, наличие признаков заинтересованности между сторонами сделки (если допустить это в рамках настоящего спора) само по себе не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки.
Данная цель не усматривается в действиях должника, следовательно, не может быть констатирована как заведомая для ответчика, в том числе в силу аффилированности (заинтересованности) сторон.
Аффилированость (заинтересованность) сторон сделки является условием, например, позволяющим беспрепятственно создать документооборот о мнимых отношениях в случае явного отсутствия их экономической целесообразности, отклонения от делового обычая между независимыми субъектами, однако сама по себе доказательством мнимости сделки не является.
В настоящем случае такие доказательства в отношении оспариваемой сделки в материалы дела не представлены.
С учетом логичных, непротиворечивых доводов ФИО3, подтвержденных представленными им в дело доказательствами, достоверность которых управляющим надлежащим образом не опровергнута, оснований считать спорную сделку по уступки прав требования недействительной, совершенной в целях причинения вреда кредиторам должника, а последнего - не получившим от ответчика равноценное встречное предоставление по спорной сделке не имеется.
Поскольку ФИО3 представил в дело надлежащим образом не опровергнутые участвующими в деле лицами доказательства необоснованности доводов управляющего о наличии у спорной сделки признаков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьей 170 ГК РФ, оснований для удовлетворения требований управляющего о признании данной сделки недействительной по соответствующим основаниям не имеется.
Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статей 10, 168 ГК РФ, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения (определения Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9)).
Применительно к настоящему спору суд апелляционной инстанции не усматривается оснований для признания сделки недействительной по статьям 10, 168 ГК РФ, поскольку управляющим не представлены доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении указанной сделки, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а материалы настоящего обособленного спора не содержат доказательств в подтверждение наличия обстоятельств, позволяющих констатировать мнимость оспариваемой сделки, равно как и ее совершения путем злоупотребления правом.
Обратного конкурсным управляющим не доказано, из материалов дела не следует.
С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области от 26.12.2024 по настоящему делу.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.
Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
Расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в её удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на конкурсную массу должника.
На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Тюменской области от 26 декабря 2024 года по делу № А70-3918/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.
Председательствующий
М.П. Целых
Судьи
Е.В. Аристова
Е.А. Самович