ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45
www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
апелляционной инстанции по проверке законности и
обоснованности решения арбитражного суда,
принятого в порядке упрощенного производства,
не вступившего в законную силу
11АП-10929/2023
08 августа 2023 года Дело № А55-5328/2023
г. Самара
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Романенко С.Ш.,
рассмотрев в порядке упрощенного производства, без вызова сторон, дело по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Самарской области от 29.05.2023 (в виде резолютивной части от 24.04.2023) по делу № А55-5328/2023, принятое в порядке упрощенного производства (судья Балькина Л.С.),
по иску Общества с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР Спб"
к Индивидуальному предпринимателю ФИО1
о взыскании 62500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060,
УСТАНОВИЛ:
Общество с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР Спб" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 62500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060.
Определением от 03.03.2023 исковое заявление принято к производству, дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.
Решением Арбитражного суда Самарской области от 29.05.2023 (в виде резолютивной части от 24.04.2023) по делу № А55-5328/2023, принятое в порядке упрощенного производства, взыскано с Индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР Спб" 62500 руб. компенсации, а также 2500 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины, 150 руб. стоимости товара, 146 руб. почтовых расходов, 200 руб. за получение выписки из ЕГРИП.
Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение, в которой просит решение Арбитражного суда Самарской области от 29.05.2023 года по делу № А55-5328/2023 отменить, и принять по делу новый судебный акт о снижении компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 ООО «Зингер Спб».
Ответчик, указывая на чрезмерность размера компенсации, полагает, что следует учитывать, что в соответствии с правовой позицией изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, о признании подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой он в системной связи с общими положениями ГК РФ о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252 ГК РФ, поскольку снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации, избранный истцом. Аналогичное положение о том, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем, приведен и в п. 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утв. Президиумом ВС РФ 23.09.2015.
Учитывая избранный истцом вид компенсации в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в предмет доказывания по настоящему делу входит установление стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.
В обоснование размера компенсации истец представил в материалы дела Лицензионный договор между ООО «ЗИНГЕР СПб» и ИП ФИО2 заключен (неисключительная лицензия) от 11.08.2021 г., предоставляющий право на использования на неисключительной основе товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).
При вынесении решения суд принимает расчет компенсации, произведенной истцом в двукратном размере цены указанного договора, что является недопустимым и противоречит действующему законодательству.
Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку, с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.
Считая, что в данном случае объем права, нарушенного ИП ФИО3, не соответствует объему прав, переданных по лицензионному договору, следовательно, установленная данным договором стоимость права использования исключительных прав истца не может быть принята в полном объеме для определения размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика.
Считает вывод суда о том, что заявленный размер компенсации в отношении ИП ФИО1 является соразмерным и обоснованным, в связи, с чем суд отказал в удовлетворении заявления ответчика об уменьшении размера компенсации, несостоятельным и не соответствующим материалам дела.
В обоснование заявления о снижении компенсации ИП ФИО1 указала, что данное нарушение допущено ею впервые, ей не было заведомо известно о контрафактном характере товара, на незначительную стоимость товара (150 рублей), финансовое положение, является субъектом малого и среднего предпринимательства (микропредприятием).
Считает, что материалами дела подтверждается, что нарушение прав истца совершено впервые, при этом ООО «ЗИНГЕР СПб» не доказан длительный характер нарушения.
Таким образом, указывает, что при принятии решения Арбитражным судом Самарской области неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела выводы, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, не основаны на правильном применении норм права, что в силу части 1 статьи 270 АПК является основанием для отмены решения суда.
Истец не представил отзыв на апелляционную жалобу.
Законность и обоснованность судебного решения, принятого по делу Арбитражным судом Республики Татарстан, проверена Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с требованиями статей 268 – 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.
Рассмотрев дело в порядке апелляционного производства, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.
Как следует из материалов дела, ООО «ЗИНГЕР СПб» (правообладатель) является обладателем исключительных прав на товарный знак №266060 (в виде словесного обозначения «ZINGER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак №266060, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 26.03.2004 года, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030.
07.08.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени ИП ФИО1 товара — маникюрные инструменты.
Факт реализации указанного товара от имени ИП ФИО1 подтверждается кассовым чеком от 07.08.2022, спорным товаром, а также видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со ст. 12-14 ГК РФ.
На спорном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 266060. Указанный товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, указанных, в том числе в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).
Спорный товар классифицируется как «маникюрные инструменты» и относится к 8 классу МКТУ. В подтверждение факта реализации истец в материалы дела представил товарный чек от 07.08.2022, оптический диск с файлом, содержащим видеозапись процесса совершения купли-продажи товара с получением покупателем указанного чека, а также непосредственно приобретенный товар (маникюрный инструмент в упаковке), приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства.
В адрес ответчика была направлена претензия о нарушении исключительных прав и выплате компенсации. Данное требование не исполнено ответчиком, что послужило основанием для обращения истца с иском в суд.
Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь статьями 493, 1229, 1233, 1235, 1250, 1301, 1309 - 1311, 1477, 1479, 1481 - 1482, 1484, 1492, 1503, 1515, 1252, 1253, 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 23.04.2019 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", п. 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", исходил из доказанности наличия у истца исключительного права на указанный товарный знак, а также факта нарушения этого права действиями ответчика по предложению к продаже и реализации контрафактного товара, не находя при этом оснований для применения положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.
Судом первой инстанции верно установлено и подтверждается материалами дела, что истец является обладателем исключительных прав на товарный знак № 266060 «ZINGER».
Действующее законодательство, а именно пункт 1 статьи 1515 и пункт 4 статьи 1252 ГК РФ, устанавливает наличие двух видов контрафактных материальных носителей: а) при создании неоригинального товара (материального носителя) с размещением на нем товарных знаков правообладателя без его согласия; б) при незаконном (контрафактном) использовании оригинального товара (материального носителя), которое приводит к нарушению исключительного права правообладателя -признание материального носителя контрафактным осуществляется в судебном порядке.
В пункте 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.
С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.
Из содержания нормы статьи 493 ГК РФ следует, что товарный (кассовый) чек является подтверждением оплаты товара и с момента его выдачи договор розничной купли-продажи считается заключенным.
Представленная истцом видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара позволяет определить обстоятельства покупки и оформление указанного кассового чека.
Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ).
Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи (абзац 3 пункт 55 постановления Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума Верхового Суда РФ № 10)).
Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.
Как указано в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.
В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 № 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.
При визуальном осмотре и исследовании товара (маникюрного инструмента в упаковке) очевидно, что на нем имеются маркировка и обозначения, схожие до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком № 266060 «ZINGER».
В соответствии с пунктом 2 статьи 1481 ГК РФ свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.
Товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, относящихся, в том числе, к 8 классу МКТУ - к которому относится реализованный ответчиком товар.
Судом первой инстанции на основе анализа представленных доказательств, а также непосредственного осмотра вещественного доказательства, установлено, что проданный ответчиком товар содержит в себе отличительные особенности товарного знака, исключительные права на который принадлежат истцу.
Таким образом, материалами дела подтверждено, что ответчик, не имея разрешения правообладателя (лицензионного договора (иного правоустанавливающего документа) на право использования товарного знака), предлагал к продаже товар, схожий с товарным знаком истца.
Ответчик в материалы дела не представил документы, подтверждающие, что изъятые при проверке товары с указанными выше товарными знаками введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем указанных товарных знаков или с его согласия.
С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к верному к выводу, что истцом доказан факт нарушения ответчиком его исключительных прав на товарные знаки.
Применительно к размеру требования судом учтено следующее.
В пункте 3 статьи 1252 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.
Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.
При этом согласно ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.
При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, пункт 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10).
Судом учтено, что в предмет доказывания по данной категории дел входит установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены.
При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ.
После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение.
Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.
Учитывая, что доказательства, опровергающие использование товарного знака, ответчиком не представлены, сравнимыми (идентичными, сопоставимыми) обстоятельствами в контексте настоящего спора следует считать:
- использование одного из предусмотренных лицензионным договором товарных знаков;
- использование товарного знака в отношении одного вида товара из двух классов товаров и услуг.
В обоснование размера компенсации истец указывает, что между истцом и ИП ФИО2 заключен Лицензионный договор (неисключительная лицензия) от 11.08.2021 г., предоставляющий право на использования на неисключительной основе товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).
Согласно п. 2.1 указанного договора, за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей.
Указанный Лицензионный договор является действующим, заключен в соответствии с требованиями закона. Во исполнение п. 2 ст. 1235 указанный договор зарегистрирован в установленном порядке. Лицензиатом — ИП ФИО2, п.2. Лицензионного договора от 11.08.2021 г. исполняется, что подтверждается платежными поручениями №130 от 28.10.2021, №131 от 06.12.2021 г.
Соответствующие доказательства представлены истцом в материалы дела.
В соответствии с пп.2 п.4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.
Истец, исходя из буквального значения условий лицензионного договора от 11.08.2021 г., произвел расчет компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в двукратном размере и составляет 62 500 рублей из расчета:
750 000 рублей / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения/ 12 месяцев X 2 = 62500 рублей.
В связи с чем истец оценил размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060 в 62500 рублей.
Размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, с учетом условий указанного договора и обстоятельств допущенного нарушения: срока действия лицензионного договора; объема предоставленного права; способа использования права по договору и способа допущенного нарушения; перечня товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территории, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иных обстоятельств.
Определенный таким образом размер по смыслу п. 3 ст. 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.
В связи с чем, вывод суда о том, что заявленный размер компенсации в отношении ответчика является соразмерным и обоснованным, в связи с чем судом отказано в удовлетворении заявления ответчика об уменьшении размера компенсации, согласуется с действующим законодательством.
Таким образом, требование истца о взыскании с ответчика 62500 руб. компенсации обоснованно удовлетворены в полном объеме.
Учитывая документальное подтверждение понесенных истцом судебных расходов, руководствуясь статьями 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктами 2, 10, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о взыскании с ответчика судебных расходов в заявленном размере.
Апелляционный суд, проанализировав предоставленные в материалы дела письменные доказательства, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают установленные по делу обстоятельства и не могут поставить под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в обжалуемой части.
Как следует из материалов дела, а именно из отзыва на исковое заявление, ответчиком было заявлено о необоснованности размера заявленных требований, противоречащим принципам разумности и справедливости, имеющий карательный характер, а так же указано, что ответчик является субъектом малого и среднего предпринимательства, что подобное правонарушение совершено им впервые, не является грубым и не составляет существенную часть ее предпринимательской деятельности, в апелляционной жалобе ответчик, выражая несогласие с выводами суда об отсутствии оснований для снижения размера компенсации, буквально говорит о возможности применении положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, т.е. о снижении компенсации ниже минимального размера, индивидуальным предприниматлем ФИО1, при рассмотрении дела судом первой инстанции не заявлялось.
В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. В то же время лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
В соответствии с абзацем 5 п. 31 постановления Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" конкретный размер причиненного вреда (стоимость экземпляра контрафактного произведения или лицензионного произведения) не может быть взят в расчет при определении размера компенсации, а превышение размера компенсации стоимости контрафактного товара (или лицензионного договора) не может быть положено в основу доказательства превышения суммы компенсации размера убытков правообладателя.
Снижение размера компенсации ниже установленного размера компенсации в данном деле противоречит сложившейся судебной практике и действующему законодательству, поскольку надлежащих доказательств, позволяющих снизить в данном случае заявленный размер компенсации ниже низшего предела ответчик в материалы дела не представил, заявление о болезни не может служить основанием для снижения заявленной ко взысканию компенсации ниже низшего предела с учетом правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации N 40-П, согласно которой размер компенсации, исчисленной в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, может быть снижен судом не более чем вдвое, а также правоприменительной практики рассмотрения аналогичных споров (например, постановление Суда по интеллектуальным правам от 17.03.2022 N С01-2381/2021 по делу N А63-1221/2021).
При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции отсутствовали основания для снижения предъявленной к взысканию компенсации.
Более того, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.
Так, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, такое уменьшение возможно лишь при совокупности следующих условий: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).
Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).
Между тем, доказательств, позволяющих суду уменьшить размер компенсации, ответчиком в материалы дела не представлено. В частности, доказательства того, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью предпринимательской деятельности нарушителя, а также, что размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем оснований для уменьшения компенсации не имеется.
Кроме того, ответчиком не представлено надлежащих доказательств проявления им разумной осмотрительности во избежание незаконного использования права, принадлежащего другому лицу.
Таким образом, требование Общества о взыскании компенсации в сумме 62 500 руб. удовлетворено на законных основаниях в полном объеме.
Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих вышеназванные выводы Арбитражного суда Республики Татарстан и позволяющих отменить судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела апелляционным судом не установлено.
На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.
В соответствии с требованиями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя жалобы.
Руководствуясь статьями 101, 110, 268 - 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
Решение Арбитражного суда Самарской области от 29.05.2023 (в виде резолютивной части от 24.04.2023) по делу № А55-5328/2023, принятое в порядке упрощенного производства - оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Суд по интеллектуальным правам.
Судья С.Ш. Романенко