ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
25 апреля 2025 года
Дело №А56-48186/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 23 апреля 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 25 апреля 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Фуркало О.В.,
судей Алексеенко С.Н., Корсаковой Ю.М.,
при ведении протокола судебного заседания ФИО1,
при участии:
от заявителя: ФИО2 по доверенности;
от Управления: ФИО3 по доверенности;
от ФИО4: не явился, извещен;
от 3-их лиц: не явились, извещены;
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-4946/2025) ФИО5 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2025 по делу № А56-48186/2024, принятое
по заявлению ФИО5
к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу
к Богдановой Светлане Дмитриевне
3-и лица: финансовый управляющий ФИО7; ФИО8; финансовый управляющий ФИО9; акционерное общество «Центр дистанционных торгов»
об оспаривании решения, торгов, договора купли-продажи;
установил:
ФИО5 (далее – заявитель, ФИО5) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу (далее – ответчик, УФАС, Управление) от 25.04.2024 №78/10701/24; об оспаривании торгов о продаже имущества должника, опубликованные в ЕФРСБ сообщением от 07.03.2023 №13857492 и №13857584; о признании договора купли-продажи от 26.03.2024, заключенного с победителем торгов – ФИО4, ничтожным.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО7, ФИО8, финансовый управляющий ФИО9, акционерное общество «Центр дистанционных торгов».
Суд в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса РФ к участию в деле в качестве соответчика привлек победителя торгов - ФИО4.
Решением суда первой инстанции от 03.02.2025 в удовлетворении заявления ФИО5 отказано.
Не согласившись с вынесенным решением, ФИО5 подана апелляционная жалоба. В жалобе ее податель, ссылаясь на существенные нарушения, допущенные при проведении процедуры торгов, повлекшие в свою очередь ограничение конкуренции, просит отменить решение суда первой инстанции и удовлетворить заявленные требования в полном объеме.
В судебном заседании представитель Управления жалобу оспорил, письменный отзыв не представил.
ФИО5, ФИО4, третьи лица извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание своих представителей не направили, что не препятствует ее рассмотрению.
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, на сайте оператора электронной площадки https://bankrot.cdtrf.ru/ и на сайте Единого Федерального реестра сведений о банкротстве https://bankrot.fedresurs.ru/ организатором торгов (ФИО7) размещены извещения №183149, №183141, №13857492, №13857584 о проведении торгов посредством публичного предложения.
Предметом торгов являются:
- Двухкомнатная квартира, назначение - жилое, общей площадью 57,7 м2, адрес: <...>, литера А, квартира 183, кадастровый номер: 78:12:0714902:1458. Начальная цена: 12 466 800.00 руб.
- Двухкомнатная квартира, назначение - жилое, общей площадью 57,7 м2, адрес: <...>, литера А, квартира 190, кадастровый номер: 78:12:0714902:4159. Начальная цена: 9 306 900.00 руб.
В Управление поступила жалоба ФИО5 (от 02.04.2024 вх.№8573/24) на действия организатора торгов, выразившиеся по ее мнению, в неуказании в сообщениях о проведении торгов полных сведений об обременениях, неуказании в проектах договоров купли-продажи сведений об обременениях и аресте, а также в неправомерном заключении договоров купли-продажи.
По результатам рассмотрения жалобы Управлением принято решение от 25.04.2024 №78/10701/24 о признании жалобы необоснованной.
Не согласившись с решением УФАС, ФИО5 обратилась в суд с настоящим заявлением.
Суд первой инстанции в удовлетворении заявления отказал.
Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя Управления, суд апелляционной инстанции не находит правовых оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы ФИО5 исходя из нижеследующего.
Порядок проведения торгов в электронной форме по продаже имущества должника регулируется Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также Приказом Минэкономразвития России от 23.07.2015 № 495 «Об утверждении Порядка проведения торгов в электронной форме по продаже имущества или предприятия должников в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, Требований к операторам электронных площадок, к электронным площадкам, в том числе технологическим, программным, лингвистическим, правовым и организационным средствам, необходимым для проведения торгов в электронной форме по продаже имущества или предприятия должников в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, внесении изменений в приказ Минэкономразвития России от 5 апреля 2013 № 178 и признании утратившими силу некоторых приказов Минэкономразвития России» (далее - Порядок).
Организационные и правовые основы защиты конкуренции определены Законом о защите конкуренции, целями которого согласно части 2 статьи 1 данного Закона являются, в частности, обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, создание условий для эффективного функционирования товарных рынков.
Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» (далее - постановление Пленума № 2), вышеуказанные нормы, определяющие принципы и сферу применения антимонопольного законодательства, должны учитываться судами при толковании, выявлении смысла и применении положений Закона о защите конкуренции, иных правовых актов, регулирующих отношения, связанные с защитой конкуренции, и отнесенных к сфере антимонопольного законодательства, а также при применении антимонопольных норм к конкретным участникам рынка.
Изложенное должно учитываться, в том числе и при толковании норм Закона о защите конкуренции, устанавливающих полномочия антимонопольных органов.
Согласно пункту 4.2 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции, антимонопольные органы наделены полномочиями по рассмотрению жалоб на нарушение процедуры обязательных в соответствии с законодательством Российской Федерации торгов.
Порядок рассмотрения указанных жалоб установлен статьей 18.1 Закона о защите конкуренции.
Приведенные нормы регламентируют порядок действий антимонопольного органа при рассмотрении жалоб участников торгов, но не определяют основания антимонопольного контроля за торгами.
Вместе с тем по смыслу взаимосвязанных положений части 1 статьи 1, частей 1 и 4 статьи 17, части 5 статьи 18 Закона о защите конкуренции антимонопольный контроль допускается в отношении процедур, обязательность проведения которых прямо предусмотрена законом и введена в целях предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования, о чем указано в пункте 37 постановления Пленума № 2.
Анализ приведенных положений законодательства в их нормативном единстве и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что антимонопольный контроль за торгами, в том числе контроль за соблюдением процедуры торгов, ограничен случаями, когда результаты проведения определенных торгов способны оказать влияние на состояние конкуренции на соответствующих товарных рынках.
Таковыми в силу законодательного установления признаются торги, проводимые в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (статья 8) и Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (часть 2 статьи 1, пункт 2 части 2 статьи 3), согласно положениям которых обеспечение конкуренции прямо определено в качестве одной из целей проведения закупок.
Исходя из положений пункта 3 части 2 статьи 23 Закона о защите конкуренции, вывод о наличии оснований для антимонопольного контроля за торгами в конкретных случаях также может быть сделан по результатам проведенного антимонопольным органом анализа состояния конкуренции, если они свидетельствуют о значимости исхода торгов с точки зрения предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования.
В свою очередь реализация имущества должника посредством проведения торгов в конкурсном производстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности (абзац шестнадцатый статьи 2, статьи 110, 111, 124, 139 Закона о банкротстве).
Таким образом, в отличие от антимонопольного контроля, целью которого является защита публичного интереса (недопущение ограничения, устранения конкуренции на рынке, обеспечение и развитие конкуренции), контроль за торгами по продаже имущества в процедурах банкротства должника преследует цель защиты частного интереса: как интереса самого должника, так и интереса его конкурсных кредиторов. При этом при проведении торгов должен обеспечиваться баланс между интересами названных лиц.
Проводимые в рамках процедур банкротства (конкурсное производство, процедура реализации имущества гражданина) торги не преследуют в качестве своей основной цели обеспечение и развитие конкуренции на тех или иных товарных рынках, а произвольное вмешательство антимонопольных органов в их проведение способно негативно повлиять на возможность своевременного и максимального удовлетворения интересов кредиторов от реализации имущества, при том, что за проведением названных торгов осуществляется судебный контроль в рамках дела о банкротстве.
Следовательно, осуществление антимонопольного контроля за торгами, проводимыми в рамках дел о банкротстве, не является безусловным и в каждом случае требует обоснования со стороны антимонопольного органа с точки зрения реализации целей Закона о защите конкуренции.
Указанная правовая позиция изложена в Определениях Верховного суда РФ от 06.06.2022 № 305-ЭС22-763, от 26.04.2022 № 309-ЭС21-27706.
Учитывая, что торги проводились в рамках процедуры банкротства в целях удовлетворения интересов кредиторов должника, заинтересованных в погашении своих имущественных требований, а также принимая во внимание отсутствие доказательств того, каким образом установленное обстоятельство могло сказаться на обеспечении конкуренции либо каким образом продажа имущества должника в деле о банкротстве повлияла на развитие конкуренции на соответствующем товарном рынке, суд первой инстанции правомерно согласился с выводами Управления, в связи с чем обоснованно отказал ФИО5 в удовлетворении заявленных требований.
Отклоняя доводы ФИО5 о неуказании в сообщениях о проведении торгов полных сведений об обременениях и в проектах договоров купли-продажи сведений об обременениях и аресте предметов торгов суд также обоснованно исходил из того, что в соответствии с пунктом 4 статьи 138 Закона о банкротстве продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 настоящего Федерального закона, и с учетом положений настоящей статьи.
В соответствии с пунктом 10 статьи 110 Закона о банкротстве в сообщении о проведении торгов по продаже имущества должника организатор торгов должен, в том числе указать сведения об имуществе, его составе, характеристиках, описание имущества, порядок ознакомления с имуществом.
Согласно пункту 2 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации извещение должно содержать сведения о времени, месте и форме торгов, об их предмете, о существующих обременениях продаваемого имущества.
Как установил суд первой инстанции, сообщения от 07.03.2024 №13857492, №13857584, опубликованные на сайте ЕФРСБ, содержали в себе сведения относительно реализуемого имущества: «согласно представленной в приложении выписке из ЕГРН в отношении квартиры наложены ограничения».
При этом ограничения, наложенные ФССП, отменены постановлениями судебных приставов в феврале 2024 года, постановления о снятии ограничений направлены в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии (согласно пункту 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, с даты признания гражданина банкротом снимаются ранее наложенные аресты на имущество гражданина и иные ограничения распоряжения имуществом гражданина).
Запрет на регистрационные действия, наложенный Волховским районным судом Ленинградской области по делу №М-1164/2022, отменен, документы направлены в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии.
Постановление Кировского районного суда города Санкт-Петербурга вынесенное по делу №3/6-380/2016, №3/6-380/2016, отменено Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 12.09.2023 по делу №2-4675/2023.
Таким образом, вопреки ошибочному утверждению заявителя, сообщения о проведении торгов содержали всю необходимую информацию относительно реализуемого имущества, в частности сведения об обременении.
Абзацем 7 пункта 19 статьи 110 Закона о банкротстве предусмотрено включение в договор купли-продажи, который заключается с победителем торгов, в качестве обязательного условия сведений о наличии либо отсутствии обременений, которые сохраняются по факту заключения договора купли-продажи предприятия должника, и которые продолжают быть юридически значимыми для сторон договора в момент заключения договора.
Между тем положениями действующего законодательства не предусмотрены требования к проекту договора купли-продажи. Проект договора купли-продажи может содержать в себе только сведения об условиях, на которых он может быть заключен, и не включать описание предмета продажи.
Следовательно, ввиду того, что проект договора по сути является заполняемой по результатам торгов формой, сведения о существующих обременения могут быть заполнены на основании содержащейся в сообщении о проведении торгов информации.
Согласно пункту 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом:
все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично;
сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны. Требования кредиторов по сделкам гражданина, совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы;
снимаются ранее наложенные аресты на имущество гражданина и иные ограничения распоряжения имуществом гражданина;
прекращается начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по всем обязательствам гражданина, за исключением текущих платежей;
задолженность гражданина перед кредитором - кредитной организацией признается безнадежной задолженностью.
Согласно пункту 14 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 №59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случае возбуждения дела о банкротстве» по смыслу абзаца девятого пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве, согласно которому наложение новых арестов на имущество должника и иных ограничений распоряжения имуществом должника не допускается, данная норма распространяет свое действие на аресты, налагаемые в исполнительном производстве, и аресты как обеспечительные меры, принимаемые в судебных процессах за рамками дела о банкротстве.
Вместе с тем указанная норма не исключает возможности наложения арестов и иных ограничений в связи с требованиями по спорам, касающимся защиты владения или принадлежности имущества, в том числе об истребовании имущества из чужого незаконного владения (статья 301 ГК РФ), о прекращении нарушений права, не связанных с лишением владения (статья 304 ГК РФ), об освобождении имущества от ареста (исключении из описи), а также в связи с требованиями о пресечении действий, нарушающих исключительное право на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации или создающих угрозу его нарушения (подпункт 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ), об изъятии и уничтожении контрафактных материальных носителей, в которых они выражены, либо оборудования, прочих устройств и материалов, главным образом используемых или предназначенных для совершения нарушения исключительных прав на них (пункты 4 и 5 статьи 1252 ГК РФ), об изъятии или конфискации орудий и предметов административного правонарушения и т.п. Для наложения ареста в отношении перечисленных требований судебный пристав-исполнитель обращается с соответствующим ходатайством в суд, рассматривающий дело о банкротстве. Данное ходатайство рассматривается в порядке, определенном абзацем третьим пункта 11 настоящего Постановления.
Учитывая изложенное, вопреки ошибочным доводам ФИО5 со ссылками на решение Киришского городского суда Ленинградской области, наложенные аресты судом общей юрисдикции вне рамок дела о банкротстве не являются препятствием для реализации залогового имущества банка (проведение торгов), так как Закон о банкротстве предусматривает снятие всех ограничений в отношении имущества должника для его реализации финансовым управляющим в процедуре банкротства должника.
Довод ФИО5 о заключении договора аренды реализуемого имущества с должником, также правомерно отклонен судом первой инстанции.
Согласно письму Минэкономразвития РФ от 20.06.2018 № ОГ-Д23-6461 в соответствии с Законом о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства полномочия по совершению сделок, связанных с отчуждением имущества должника или влекущих за собой передачу его имущества третьим лицам в пользование, переходят к руководителю должника, иным органам управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника) принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).
С даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены Законом о несостоятельности, конкурсный управляющий вправе, в частности, распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены Законом о несостоятельности.
Все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.
Учитывая вышеизложенное, принимая также во внимание положения статей 389, 433 ГК РФ, представляется, что в данном случае сделка в виде договора аренды должна быть совершена арбитражным управляющим должника, а не с его согласия.
Как установил суд первой инстанции, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято судом к производству 29.01.2016.
Представленный ФИО5 договор аренды №В-01 и расписки заключены и составлены 01.08.2020 и 30.06.2021, то есть после возбуждения дела о банкротстве и в пределах сроков, установленных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
С учетом изложенного следует признать, что сделки заключенные должником с ФИО5 были совершены в обход действующего законодательства.
Кроме того, Управлением также было установлено, что все имущество, о покупке которого за собственные средства указывает ФИО5, было описано финансовым управляющим и включено в конкурсную массу должника.
Довод подателя жалобы о неправомерном заключении договора купли-продажи также не находит своего подтверждения в силу следующего.
Действительно, уведомлением Санкт-Петербургского УФАС России от 12.04.2024 №78/9405/24 организатору торгов было необходимо приостановить процедуру торгов до окончания рассмотрения жалобы ФИО5 (от 09.04.2024 вх.№9288/24).
Между тем на момент поступления уведомления организатору торгов, торги №13857584 по лоту №2 уже были проведены и с победителем торгов заключен договор купли-продажи от 26.03.2024 по указанному лоту.
Кроме того, апелляционная коллегия также обращает внимание на то, что рассмотрение вопросов о ненадлежащем исполнении конкурсным управляющим (внешним управляющим) своих обязанностей, связанных, в том числе с проведением торгов, не относится к компетенции антимонопольного органа и является предметом судебного обжалования в деле о банкротстве.
Принимая во внимание вышеизложенное, решение суда первой инстанции является законным, обоснованным и отмене или изменению не подлежит.
В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины подлежат оставлению на подателе жалобы.
Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2025 по делу № А56-48186/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.
Председательствующий
О.В. Фуркало
Судьи
С.Н. Алексеенко
Ю.М. Корсакова